Владимир Анин
Западня

1

Небо заволокло свинцовыми тучами, и в лесу сразу стало темно. Частые вспышки молнии сопровождались оглушительными раскатами грома, казалось, даже земля под ногами вздрагивает.

– Быстро ставим палатки! – скомандовал Костя.

– А в нас молния не шарахнет? – заволновался Вася.

– Будешь стоять столбом, обязательно шарахнет, – ответил Мишка.

Крупная капля звонко стукнула его по носу.

– Живее! – крикнул Костя, раскатывая палатку, но ливень уже обрушился на них мощным потоком.

Вася юркнул внутрь, а остальные, покидав рюкзаки, принялись устанавливать растяжки. Костя последний натянул веревку со стороны входа и вдруг ощутил, что земля под ним зашевелилась. Видимо, его товарищи тоже это почувствовали. Все быстро отскочили в сторону. В эту секунду с таким трудом установленная палатка стала валиться набок и погружаться под землю, словно это была не земля, а зыбучие пески.

– Васёк! – крикнул Мишка. – Он же внутри!

– Веревки, веревки держи! – заорал Костя и бросился за ускользающей растяжкой.

Мишка попытался поймать край палатки, но поскользнулся и стал проваливаться вслед за ней. Таня схватила его за руку, и он потащил ее за собой.

– Костя! – завизжала Таня.

– Гера, хватай! – Костя бросил ему свою веревку и кинулся на помощь Тане.

Еще мгновение, и палатка скрылась под землей, увлекая за собой Мишку.

– Я не удержу! – отчаянно закричала Таня.

Костя потянулся, чтобы схватить Мишку за шиворот, и сам стал соскальзывать следом за ним, но зацепился ногой за какой-то корень.

– Гера! Гера! Помоги ему! – вопила Таня.

Герман немного поколебался, но все же бросился к Тане и попытался оттащить ее от провала.

– Не меня, дурак, не меня! – кричала она, отбиваясь. – Костю тащи!

Одной рукой Таня еще удерживала барахтающегося Мишку, а второй вцепилась в Костины брюки. Она с силой лягнула Германа, и тот со всего размаху грохнулся на землю. Яркая вспышка молнии ослепила его. Он вскочил и побежал, как ему показалось, прочь от хищной пасти непонятно откуда взявшейся ловушки. Но, не успев сделать и двух шагов, споткнулся о распластавшуюся по земле Таню и с воплем нырнул в пустоту.

В эту секунду Костя почувствовал, как корешок под ногой лопнул, сила тяжести все-таки взяла свое, и они с Мишкой полетели в разверзнувшуюся пропасть, увлекая за собой Таню…

2

Костя открыл глаза. Он лежал на спине. Что-то твердое неприятно давило под лопатку. По лицу больно хлестал мелкий град. Время от времени вспышки молнии озаряли небо, кусочек которого виднелся вверху. Костя пошевелился, левая рука была придавлена чем-то мягким и тяжелым. Неожиданно то, на чем он лежал, зашевелилось и застонало.

– Таня! Гера! – с трудом выдавливая из себя слова, позвал Костя.

– Костик, ты, конечно, не такой тяжелый, как я, но тоже, скажем прямо, не Дюймовочка, – донеслось снизу.

– Мишка! – обрадовался Костя.

– Ребята, мы где? – простонал Герман. – Я тут на чем-то вишу.

Костя пошарил в темноте руками.

– Не вижу.

Он поднял голову, очередная вспышка осветила отчаянно протянутую руку Германа. Костя приподнялся и схватил его за рукав. Герман тут же свалился на него.

– А где наш первопроходец? – поинтересовался Мишка. – Так, вот палатка. Черт! Доски какие-то. Ага, кажется, нашел.

Костя и Мишка, аккуратно перебирая плотную ткань палатки, нащупали отверстие-вход, и стали потихоньку сворачивать мокрый брезент.

– Есть! Тащи. Осторожно!

– Ребята, он живой? – прошептал Герман.

Послышался приглушенный стон.

– Живой! – воскликнул Мишка и бросился обнимать Васю.

– Что… это было? – еле двигая губами, спросил тот.

– Что-что! Накаркал ты, зануда, – пробурчал Герман. – Молния шарахнула – земля разверзлась.

– Прежде всего, надо понять, где мы, – сказал Костя. – Не видно ни черта. Яма какая-то, палки, бревна.

– Ловушка для мамонта, – вставил Мишка. – Эх, сюда бы рюкзак. Там хоть фонарик был.

– Мужики, – простонал Вася, – у меня… рюкзак…

– Васёк! – воскликнул Мишка. – Ну, ты молодец! Откуда?

– Я когда палатку ставить полез, с собой его взял, чтобы не промок.

– И где же он?

– Да прямо на мне. В смысле, подо мной, я на нем лежу.

Мишка аккуратно приподнял Васю, а Костя стянул с него рюкзак, нашел фонарик и торопливо щелкнул выключателем. Яркий луч прорезал темноту. Град прекратился, только дождь нескончаемым потоком продолжал поливать промокших насквозь туристов. Они сидели на куче мокрой земли, кое-где торчали обломки полусгнивших деревянных балок и досок.

– Танька, ну-ка подвинься, – сказал Костя.

За Таниной спиной зияла довольно большая щель, в которой сквозила пустота.

– Нечего недра изучать, ты лучше думай, как наверх выбраться, геолог, – сказал Герман.

– Во-первых, я не геолог, я – географ, – поправил Костя. – А во-вторых, здесь очень высоко, по стенам не подняться – мокрые и скользкие. Да если бы и сухим были, даже в раскорячку не получится – рук не хватит, яма слишком широкая.

– А на чем у нас Гера висел? – поинтересовался Мишка. – Ну-ка, посвети.

Он подтянулся и влез на балку, торчащую над ними метрах в полутора.

– Свети! Вон наверху еще одна торчи, – Мишка постарался ухватиться за нее, но балка подалась вниз и он, соскользнув, с криком «берегись!» полетел вниз.

– Если нельзя подняться наверх, будем спускаться вниз, – рассудил Костя.

В это мгновение края «колодца», в котором они сидели, стали медленно оползать, осыпая их землей и трухлявыми деревяшками.

– Быстро в щель! – заорал Костя, толкая ребят к лазу.

Один за другим они нырнули в узкое отверстие. Позади донесся шум обвала, и через мгновение наступила мертвая тишина.

– Ну и что теперь? – спросил Герман, когда они немного отдышались.

– Не знаю, – ответил Костя.

Вася, подобрав фонарик, сидел на корточках и шарил лучом по стенам, пытаясь определить, куда они попали. Довольно большой, около двух метров в высоту и почти столько же в ширину, длинный тоннель уходил куда-то в пустоту. Стены и потолок укреплены деревянными балками, пол – земляной.

– Черт! Курить охота! – простонал Герман и посмотрел на спутников, но, сообразив, что никто из них не курит, махнул рукой.

– Может, здесь шахта какая-то, – предположил Мишка. – По крайней мере, этот тоннель очень похож на штольню.

– Да какая шахта?! – Герман встал и начал ходить взад-вперед. – Что здесь добывать?

– Янтарь, например.

– В этих местах нет янтаря, – сказал Костя.

– Чего гадать? – вмешалась Таня. – Пойдем и посмотрим.

– Это, пожалуй, самое мудрое решение, – отозвался Мишка, поднимаясь.

– Именно, – согласился Костя, – тем более что эти деревянные опоры мне доверия не внушают, – он кивнул на завал.

Ребята крадучись, держась друг за друга, двинулись по тоннелю. Костя с фонарем шел впереди. Замыкал колонну Герман.

– Смотрите-ка, – Мишка показал рукой наверх, – лампочки.

И действительно, под сводом штольни через каждые десять метров висел небольшой фонарь.

Тоннель плавно уходил вниз. Пройдя около ста пятидесяти шагов, они очутились в просторном помещении.

– Мать честная! – воскликнул Мишка.

Это был небольшой зал площадью примерно метров пятьдесят и высотой никак не меньше трех. Пол, стены и потолок – бетонные. Вдоль левой стены стояли металлические стеллажи и металлические же шкафчики, а напротив располагалось что-то похожее на пульт управления.

– Ребята, – чуть дыша, сказал Мишка, – это какой-то бункер.

– Не какой-то, а самый что ни на есть немецкий, – поправил Вася, показывая рукой на здоровенную свастику над пультом управления.

– Ну и ну, – протянула Таня. – Я думала, здесь давно уже все вдоль и поперек изведано. А про это подземелье, похоже, никто и не знает.

– Это же открытие! – воскликнул Мишка. – Представьте себе: газеты, телевидение – кучка туристов из Калининграда обнаружила доселе неизвестный бункер времен второй мировой войны.

– Ты сначала выберись отсюда, – осадил его Герман.

– Ну, выход-то должен быть. Сомневаюсь, что немцы сюда попадали таким же способом, как мы, – сказал Костя.

Они подошли к пульту управления: несколько тумблеров, кнопки, лампочки, три рубильника и непонятно зачем торчащий микрофон, а возле него – небольшой динамик. Все было покрыто толстым слоем пыли. На стене, слева от пульта, обнаружилась закрытая стеклом ниша. Костя смахнул с нее пыль. На стекле был изображен череп с костями и какая-то надпись, а в самой нише виднелся еще один рубильник.

– Ахтунг, дас систем дер зельбстфернихтунг, – прочитал Костя. – Ни фига не понятно! Кто из вас немецкий учил? Что, никто? Танька, ты же у нас будущий педагог.

– Начальных классов, – уточнила та. – И у меня только английский.

– Жалко! Я тоже только инглиш знаю.

– А как же ты прочитал? – ехидно спросил Герман.

– Машинально. Но кроме «ахтунг» я, к сожалению, ничего больше перевести не могу.

– Ну, про «ахтунг» мы и сами знаем, – фыркнул Герман.

– По-моему, эту штуковину лучше не трогать, – осторожно заметила Таня.

– Да, «ахтунг» с черепом очень многозначительны, – согласился Мишка.

– Давайте посмотрим, что там, – Костя выхватил лучом фонарика небольшую металлическую дверь слева от пульта.

Мишка потянул за ручку, и дверь с лязгом распахнулась. За ней оказалась темная, три на три метра, каморка. На небольшой площадке стоял какой-то агрегат, труба от которого уходила наверх, исчезая в потолке.

– Это же генератор! – воскликнул Мишка и полез разбираться. Он учился на «транспортном» факультете, и техника была его стихией.

– Подумаешь, генератор, – проворчал Герман. – А где для него топливо взять? Если оно и было, то за шестьдесят лет превратилось в бесполезную жидкость.

– Ошибаешься, юрист, – донесся Мишкин голос. – Эта штуковина работает на спирте, и бак почти полный.

– А почему на спирте? – удивленно спросил Вася.

– Потому что у немцев во время войны с нефтью проблемы были. Они даже бензин гнали синтетический, из угля. И старались использовать спирт, где только можно. Спирт при должном хранении практически не теряет своих свойств. Главное, чтобы емкость, в которой его держат, не позволяла спирту испаряться.

– А ты сможешь этот генератор запустить? – спросил Герман.

– Да хрен его знает! – отозвался Мишка, вылезая из каморки.

– Постойте! Ну-ка, Мишка, посвети сюда. – Костя смахнул рукой пыль с панели пульта управления, возле одного рубильника виднелась табличка с изображением молнии. – Может, этим?

– А вдруг долбанет? – неуверенно прошептал Вася.

– Да и фиг с ним! – сказал Мишка и дернул рубильник.

Сразу две лампы вспыхнули над пультом, ослепив на мгновение уже привыкших к темноте ребят, но через некоторое время стали медленно затухать.

– Дергай другой! – крикнул Костя.

Мишка рванул второй рубильник, и громкое цыканье вперемежку с хриплым покашливанием донеслось из каморки. Свет заморгал и почти совсем потух, когда генератор наконец откашлялся и наполнил зал ровным тарахтением. Лампы над пультом загорелись с новой силой, а следом за ними вспыхнули еще несколько фонарей под потолком, озаряя помещение мягким желтоватым светом.

– Обожаю немцев! – восторженно воскликнул Мишка. – Вот ведь технику делают! Шестьдесят лет простояла, и хоть бы что. Проперделась немного и работает как часики.

Мишка выключил фонарь и прикрыл дверь генераторной, сразу стало тише. Теперь можно было оглядеться. В дальнем конце зала темнели массивные, зеленого цвета, металлические двери, одна справа и одна слева – обе были закрыты.

– Ну что, идем на разведку? – предложил Костя

Они навалились на дверь, ту, что была правее, и она, громко крякнув, впустила их в темный коридор. Прямо перед ними была стена, коридор уходил вправо и затем резко сворачивал налево, словно огибая какое-то большое помещение. На стене была нарисована черная стрелка с надписью «Aufzlug». Слева от двери на стене висел рубильник, Костя потянул рукоятку вниз, и в коридоре вспыхнул свет. Пройдя шагов сто, ребята наткнулись на два здоровенных проема, наглухо засыпанных землей.

– Что это? – спросила Таня.

– По-моему, это были подъемники, – предположил Мишка, – а сейчас просто дырки, заткнутые здоровенной земляной пробкой.

– Ну почему же так не везет! – тихонько взвыл Герман.

– А там что? – Васёк показал на раздвижные двери напротив подъемников.

– Давайте посмотрим, – сказал Костя.

Но двери оказались заперты. Дальше идти было некуда и, немного потоптавшись, они вернулись в зал, где располагался пульт управления.

За второй дверью тянулся коридор длинною метров пятнадцать, с тремя дверями по левую руку. Свет в каждом помещении зажигался поворотом ручки черного выключателя. Первая дверь поддалась с трудом. В небольшой комнате, которая оказалась чем-то вроде каптерки, стояли пять стальных двухсотлитровых бочек. Первые две бочки были пустыми, а когда Мишка, изрядно попотев, открутил крышку на третьей бочке, в нос ударил резкий запах спирта.

– Ага, – сказал Мишка, – этого хватит надолго.

– В смысле пить? – спросил Вася.

– В смысле заправлять генератор, – ответил Мишка.

– Надолго – это насколько? – поинтересовался Герман.

– Считай, эта дура жрет, думаю, два литра в час. Здесь три полные бочки, итого – шестьсот литров, да там еще почти полный бак литров пятьдесят. Стало быть, хватит на тринадцать с половиной дней.

– Это мы что, собираемся здесь столько торчать?! – воскликнул Герман.

– Ты спросил – я ответил, – сказал Мишка и вышел в коридор.

Дверь в другое помещение долго не поддавалась. Когда они наконец ее открыли, то оказались в туалетной комнате, оборудованной чугунной раковиной, унитазом и чем-то вроде небольшого открытого резервуара. Сверху, из толстого, похожего на пожарный гидрант, крана бежала вода, а сделанные по периметру сточные отверстия, соединенные с уходящей вниз трубой, не позволяли резервуару переполниться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.