Экзамен для профессора
Цикл «Университет Азуин»
Дарина Зояр

Дизайнер обложки Марина Юрьевна Чемакина

© Дарина Зояр, 2024

© Марина Юрьевна Чемакина, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0053-0535-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

В галерее за дверью послышались шаги, и сердце на миг замерло. Страх попасться прямо на месте преступления отозвался покалыванием в позвоночнике и целым полчищем мурашек на спине. Вот сейчас, в следующий миг повернётся круглая медная ручка и…

Нет, пронесло… Кто бы там ни был, но он прошёл мимо, слава Тёмной!

Ещё пару секунд выждать – и можно приступать к делу.

Крохотный огонёк вспыхнул на кончиках пальцев, освещая кусочек окружающего пространства. Видно плохо, конечно, но на что-то более серьёзное могут среагировать стражи. Если они тут вообще выставлены. Мидоуилл тот ещё старый засранец, мог и соврать.

Ничего, потихонечку…

Вон в том углу, в центре карты…

Ближе… И ещё немного…

Сколько ж тут хлама собрано: не кабинет проректора, а склад какой-то! Того и гляди, что-нибудь зацепишь, свалишь… понабегут сразу все.

Пятнышко света заплясало на стене. Рука поднялась выше, почти коснулась столь реалистично изображенного на дубовом панно озера Сол. Да! Оно!

Тихий голос принялся плести заклинания: их витиеватые искристые дорожки следовали движениям пальцев над стеклянными волнами.

Через несколько минут, показавшихся, как всегда, часами, под голубой поверхностью начало вырисовываться мерцающее зеленоватое пятно. С каждым произнесённым словом оно обретало всё более явную форму и вскоре загорелось ровным узором перепутанных спиралей и углов. Ренская печать! Вот она! Значит, всё правда…

Сердце ёкнуло.

Последняя фраза скатилась с губ почти неслышно.

Печать мигнула и потухла, оставив на месте себя чёрное отверстие шириной с кулак.

Чёрт бы всё побрал, а вдруг внутри как раз страж?!

Ладони вспотели, но времени на страх не было.

Рука быстро погрузилась внутрь провала и тут же вернулась обратно. Пальцы плотно сжимали маленькую фигурку с острыми изгибами, готовыми прорезать кожу.

Впрочем, боль уже не имела значения.

Получилось…

Глава 1

Второй семестр в Азуин-ап-Фаринеч обещал быть жарким.

Да – да, я прекрасно знала, что на дворе уже первый месяц зимы, но отчего-то была уверена, что холодов не замечу.

Ха! Отчего-то… Известно от чего. Точнее, от кого…

Эрчин Мавинус – наш новый профессор монстроведения.

Холодная, надменная, язвительная задница…

Да-а… задница… зад у него, что надо…

Ну, вот, опять!

Я потрясла головой, отгоняя навязчивые мысли о профессорской фигуре.

И почему так несправедлив мир?! Почему этот тип не мог оказаться вшивым старикашкой или милой тётушкой, вроде Гинессы?

Расхаживает по факультету, улыбочки раздаёт. Девчонки так и млеют. Не удивлюсь, если и некоторые парни тоже…

Я вспомнила нашу первую встречу. Невозможно было придумать, чтобы она сложилась хуже, чем получилось на самом деле три месяца назад.

***

Шум за дверью привлёк моё внимание, и я вышла посмотреть, кто устраивает бардак в первый день учебного года. Джерри, черти б его унесли. Джерри опять упустил свинча.

И, конечно же, к кому кинулся этот исходящий слюнями и слизью монстр? Естественно, к владелице чотты. Ко мне, то бишь. Что так привлекает друг в друге столь разных зверюг, что даже запах заставляет их терять головы? Кто бы знал. Но результат всегда одинаков.

Свинч с визгом и возбуждённым похрюкиванием нёсся прямо на меня, сбивая с ног зазевавшихся студентов.

Я вжалась в стену, приготовившись к неизбежному. От жалкой участи быть облизанной с ног до головы меня спас чей-то краткий оклик. Зверь остановился, как вкопанный, всего в каком-нибудь полуметре от моих коленок. Он громко фыркал и дёргался, всем своим видом выражая досаду, но не трогался с места.

Подняв глаза от уставившейся на меня лопоухой серой морды, я, наконец, рассмотрела моего спасителя. Мой рот приоткрылся, но я не смогла выдавить наружу ни звука и только молча пялилась на подходившего мужчину.

Святая Игналия! Кажется, у меня температура… перегрелась у камина, не иначе…

Серые, нет, серебристые глаза под прихотливо изломанными дугами бровей смотрели прямо в душу… и, не удивлюсь, видели все мои мысли… очень, очень грязные мыслишки, чтоб их…

Иссиня-чёрные волосы, уложенные гладкой волной, и однодневная щетина обрамляли длинное скуластое лицо. Широкие плечи, тонкая талия и бесконечные ноги. А ещё прекрасно пошитый серый костюм – редкое явление в стенах нашего университета. В общем, думаю, не только у меня потекли слюнки.

Кстати, о слюнях…

Красавчик протянул мне руку и произнес:

– Эрчин Мавинус…

…сделал шаг, поскользнулся и свалился мне под ноги, уткнувшись лицом прямо… прямо мне… в общем, пониже живота… гхм…

В ту же секунду он резко отстранился и вскочил, оставив меня с дрожащими коленками и промокшими трусиками.

Его судорожные извинения, как и смешки окружающих, я помню очень смутно. В тот момент всё, что стояло перед моим взором – это его голова между моих ног. Чёрт, вот этого я точно никогда не забуду.

Короче говоря, зверёныш Джерри напустил вокруг себя целую лужу слюней. Лужа, кожаные ботинки, мрамор… ну, как-то так всё и вышло. Винить моего спасителя не в чем. Не считая моей сексуальной неудовлетворённости, ага.

Пора уже запретить держать свинчей в качестве домашних питомцев.

***

Да, тогда он извинился. Но, оказалось, что это исключение из его обычного поведения.

После он стал настоящей головной болью со всей этой своей самоуверенностью и «я знаю, как лучше».

Однако, несмотря на его постоянные придирки и язвительность, снисходительное обращение ко всем и каждому, университет влюбился в него сразу же.

Монстроведение выбирали для себя многие, но такой популярностью оно не пользовалось никогда. Аудитории теперь бывали забиты под завязку.

Нет, надо отдать Мавинусу должное: в своей области он был гением, да и доносил материал вполне неплохо. Но бесил своей звёздностью знатно.

А ещё тем, что не обращал на меня почти никакого внимания. Не считая моих ошибок: тут уж он не упускал случая подколоть.

Я, конечно, огрызалась, но, будем честными, не слишком. На самом деле, половина его замечаний оказывалась вполне по делу. Да и что такое замечания по сравнению с образами, заполнявшими мой разум каждый раз, как мы встречались. Очень греховными образами.

Сама по себе такая увлечённость профессором не обещала ничего хорошего.

Правда, ещё хуже – я была таким же преподавателем, как и он.

И ещё хуже – я была его начальницей.

***

Итак, я – Зулина Чимер, декан факультета зооботаники в университете магии Азуин. Мне двадцать восемь, и многие считают, что я получила это место в столь юном, как они говорят, возрасте, лишь благодаря отличным сиськам и васильково-голубым глазам. Все почему-то предпочитают забыть мой почти десятилетний вклад в дело тепличного культивирования агмаратов и «драконьей кости». В том, что телепортация теперь не выворачивает путешественника наизнанку, а потому стала очень распространённой, по сути, открыв границы, есть и моя заслуга. Что бы они делали, если б агмараты продолжали находить только в самых дальних чащобах, а? Я заслужила это место, и точка.

А вот чего я не заслужила, так это расстроенных нервов из-за какого-то мужика, пусть и такого потрясающего.

Я перевернула страницу журнала, сделав несколько пометок, сравнила записи с данными, внесёнными в систему. График на плавающем в воздухе над столом экранчике полого поднимался вверх. Не слишком интенсивно, но, по крайней мере, без спадов. Значит, наши шансы на запрошенное увеличение финансирования факультета укрепились.

Мне нужно было не меньше пятнадцати процентов прибавки к бюджету, чтобы запустить проект ботанического сада. Тот, что имелся у университета сейчас, не выдерживал критики: так, скорее парк для прогулок, чем поле для науки. Если б мы присоединили и обработали всю Луговину, выстроили оранжереи, привели имеющиеся коллекции в порядок, то могли бы лет через семь – десять поспорить с Бергарским королевским садом. Я осматривала этот заповедник в прошлом году… нет, осматривала – слишком неточное слово… любовалась, восторгалась, жутко завидовала, подумывала приковать себя в роще мурнейских дубов в центре парка…

Нам нужны были эти деньги.

И часть из них, кстати сказать, я и намеревалась заработать, приглашая к нам Эрчина Мавинуса. Его приход должен был привлечь новых студентов именно на наш факультет, как и сторонних слушателей. За плату, естественно. А посещаемость – это реклама, известность. Известность ректор Тахони обожал. Иногда перегибал палку с этим делом, но, оценивая его управление в целом – университет многое приобрёл, городок тоже вон как ожил.

В общем, известность – штука полезная, и Эрчин ею пользуется на всю катушку. В итоге дня не проходит, чтоб я не видела его или не слышала о нём.

Вот и что прикажете делать в такой ситуации девушке с живым либидо, у которой не было хоть самых завалящих отношений уже почти год?!

Адирэ предлагает смотаться в Тёмный мир, подцепить какого-нибудь инкуба. Молоденького и неопытного, чтоб потом от него без проблем отвязаться. Или хохочет, и говорит, что можно не мелочиться и подкатить к самому Саулу, мол, он давно на меня глаз положил. Ага, разбежалась, только секс-демона мне и не хватало! А Саул… да мы с ним друзья, если этому искать определения, и не больше. Он интересный тип, в своём роде. Это только Санни вздрагивает при его упоминании, будто парень – квинтэссенция зла. Ну, не ангелок, что уж, но не такой уж и страшный. Но в постель… нет, нет и ещё раз нет. Я ж не самоубийца.

Впрочем, тот, о ком я мечтаю, не безопаснее.

Эрчин – укротитель монстров. Все знают его в таком качестве. Но отчего-то сдаётся мне, главный монстр прячется внутри. Так почему я отнюдь не прочь ощутить его когти на своей шее?

Может, не так уж Адирэ неправа. Надо б выбраться куда-то девочками, покутить. Дефицита мужчин в мире, вроде, не наблюдается.

Раздался громкий стук в дверь, и она тут же распахнулась, не успела я сказать и слова.

– Как поживает мой любимый декан?

Ну, естественно, кто ещё мог вломиться столь бесцеремонно.

– Здравствуйте, профессор Мавинус, – буркнула я, стараясь придать голосу хоть немного дружелюбия. – И я, и факультет в порядке, благодарю за интерес.

Он ухмыльнулся и, не дожидаясь приглашения, уселся в стоявшее напротив меня кресло, расстегнув пуговку на тёмно-синем в полоску пиджаке и вытянув длинные ноги.

– Есть разговор, не знаю, не помешал ли я…

Я вздохнула: когда Эрчин так на меня смотрел – когда он вообще на меня смотрел – я готова была найти время, с какой бы ерундой он не пришёл.

– Валяйте.

– Есть кое-какая идея по проекту ботанического сада. Я так понимаю, это ваше детище?

Я кивнула, но комментировать не стала.

– Отлично, – он придвинулся ближе, оперевшись локтями о разделявший нас стол, будто хотел сделать беседу более интимной, – я считаю, в нём надо кое-что пересмотреть…

Услышать, что именно он хотел исправить в моём драгоценном проекте, и возмутиться его наглости я не успела.

Полузакрытая дверь снова распахнулась, ударившись о стену, впуская растрёпанную, тяжело дышащую Санни.

И без того огромные, её глаза сейчас чуть не вылезали из орбит, щёки пылали. Честно говоря, я никогда не видела её в таком возбуждении. На милом личике явственно читались недоумение и ужас.

– Изумрудный Азуин украден! – воскликнула моя подруга, кидаясь ко мне. – Он на свободе, Зулина!

Глава 2

– Боже святый! Санни! – я вскочила ей навстречу, ударилась бедром, огибая стол, но почти не заметила боли. – Успокойся! Тебе сейчас плохо станет, – я обвила её руками, принуждая остановиться и отдышаться. – Вот, присядь.

Мы подошли к диванчику у стены кабинета, кое-как втиснутому между громадных шкафов, и плюхнулись на него.

Через секунду перед моими глазами появился стакан воды, протягиваемый мужской рукой.

Эрчин. Я на минуту совсем забыла о нём. Но он всё ещё был тут, и такой спокойный.

Взяв бокал, я отодвинула от себя уже немного пришедшую в чувства подругу:

– Вот, дорогая, выпей, полегчает.

Санни осушила стакан в два больших глотка, не заботясь о том, как она выглядит перед нами. Отставив его в сторону, она выдохнула, выпрямилась, сложив ладошки на коленях в своей всегдашней манере, и посмотрела на меня.

– Прости, Зу! Я тебя напугала, наверное. Может, я, правда, чересчур всполошилась, но сама понимаешь… Азуин… Поверить не могу!

Я прищурилась. Нет, она нисколько не сомневалась в том, что говорила.

– Ты уверена, Санни?

– Ты думаешь, кто-нибудь рискнул бы так пошутить?!

– Нет… понятия не имею. Наверное, нет. Но откуда ты знаешь?

– О! Там и Рогинис, и Тахони… я имею в виду, в его кабинете, у проректора. Тахони в шоке: я никогда не видела его таким потрясённым. А Джон так просто рвёт на себе волосы и вопит на весь западный флигель. Там уже толпа собралась. Скоро и сюда волна докатится, просто я первая прибежала к тебе… сразу, как услышала.

– То есть что же… кто-то снял защиту, установленную Рогинисом? Ренскую печать? – я неверяще потрясла головой. – С ума сойти! Не думала, что такое вообще возможно. Раскрыть её, да ещё погасив отдачу… это должен быть кто-то очень умелый.

– Пятый или даже четвёртый уровень, не ниже, – кивнула Санни, соглашаясь.

– То есть кто-то, обладающий такой силой, проник в университет, а стражи промолчали? Но как же?..

Она бросила на меня растерянный взгляд, потом отвела глаза, прикусила нижнюю губу, смяла ткань платья на коленях, будто не решаясь ответить.

– Санни? Что? Ты что-то знаешь?!

– Нет! Нет, что ты. Просто… просто… Что, если никто не проникал сюда, а? Потому и стражи… Я пока бежала… в общем, ещё и эта мысль, понимаешь?

Я уставилась на неё, начиная догадываться, что она боялась сказать.

Глубокий мужской голос прервал наши молчаливые переглядывания.

– Если это не кто-то посторонний, тогда местный, университетский, это очевидно.

Мы, как по команде, обернулись к расслабленно развалившемуся в кресле Мавинусу, а он продолжил.

– Это, кстати, более вероятно: для кражи нужно знать о предмете похищения, где он находится, как защищён, хотя бы примерно. В Азуине такое многим известно. Символ, как-никак.

– Но тогда, – я встретилась взглядом с серыми глазами Эрчина, поморгала, проясняя взъерошенные мысли, провела рукой по волосам, убирая упавшую мне на лоб золотисто-каштановую прядь, – тогда… Если это кто-то из своих, и он смог снять печать, тогда это точно не студент. Да не у всех преподавателей есть пятый уровень! Мы с Санни получили свои совсем недавно и…

– А у меня третий, как вам известно, должно быть, – добавил профессор.

– Нашли время хвастаться, – я фыркнула и странным образом успокоилась.

– Свои же… – голос Санни задрожал, – я не могу поверить, это было бы ужасно, – она всплеснула руками, чуть не столкнув книги с близлежащей открытой полки. – Но, Зу, нам всё равно, кто это сделал, если Азуин на свободе.

Я затрясла головой.

– Нет, нет и нет. Погоди. Его украли, но с чего ты взяла, что выпустили?

– Но зачем же тогда… – изумилась она. – Слишком много усилий для простой статуэтки, если его не освобождать.

– Для изумрудной, – снова вклинился Эрчин.

Он успел придвинуть кресло чуть ближе, и теперь наша компания выглядела почти интимно.

– Вовсе нет, – возразила я, порадовавшись тому, как изменилось его лицо: мне нравилось его осаживать, пусть и в мелочах. – Это только название – Изумрудный Азуин. Ну да, он зелёный, но это просто керамическая глазурь на камне. Ничего особенного в плане собственной ценности. Да и с точки зрения искусства – обычная поделка без изысков, правду сказать.

Профессор вскинул бровь, перевёл взгляд на Санни, будто сомневался в моих словах. Вот тупица!

Она кивнула, подтверждая сказанное. Ну, ещё бы, столько лет здесь, было бы непростительно не знать.

– Понятно, – протянул Эрчин, – благодарю за разъяснения, декан. Но это значит, что фигурку не собираются продавать…

– Лучше б собирались, – перебила я его, – лучше б это был заказ какого-нибудь недалёкого коллекционера, да. Гораздо хуже, если похитителю требуется не хранилище, а заключённый. Сам дьявол не скажет, к чему это может привести и чем грозит нам, да и всей Энтуарии.

– Значит, вы полагаете, что все легенды о змее Азуина – правда?! – он подался вперёд, коснувшись ладонью моего плеча.

Чёрт! Несмотря на свалившуюся на всех нас проблему, я не смогла это проигнорировать. Кожу, ощутившую тепло его руки через тонкую ткань блузки, закололо, жаркие искорки разбежались по всему телу. Я внезапно поймала себя на том, что пялюсь на его губы. Интересно, как бы они ощущались. Стряхнув его ладонь с плеча, я выдавила из себя кривую улыбку и ответила, стараясь не смотреть ему в лицо.

– Конечно. Как можно думать иначе?

– Мы здесь выросли, – заметила Санни, – и все точно знаем, что это не легенда, а быль, просто очень старая. Вы здесь недавно, потому и сомневаетесь пока, – она улыбнулась мягко и нежно.

Эрчин улыбнулся ей в ответ, заставив меня дёрнуться от злости. Ну, конечно! Нашей душке-блондинке все рады. Кто ж не западёт на эти бирюзовые, словно лагуна, глазки?! Так, стоп. Это что… ревность?!

Я даже отвернулась от парочки напротив.

Ерунда какая! Я только что разозлилась на лучшую подругу из-за какого-то самца?! Фу, идиотка. Нет, надо послушать Адирэ всё-таки и смотаться в Тёмный мир. Постойте-ка… Тёмный мир?

Я кашлянула, и они оба уставились на меня.

– Что такое? – теперь уже Санни забеспокоилась обо мне, поднялась и пошла за водой.

– Нет, не надо, сядь. Просто мысль пришла, – я постучала пальцем по виску. – Если это не свои, на что я надеюсь, то очевиднее всего будет искать вора в Тёмном мире. Я не могу представить, что кто-то здесь решит связаться с силой змея Азуин, а вот там… там вполне… И сильных демонов, и идиотов, желающих подняться на чём-нибудь этаком там полно. Да и снять Ренскую печать демону легче: меньше шансов обжечься. Мы должны проверить!

Я вскочила, собираясь продолжить свою тираду, но меня снова перебили. И снова открывшаяся дверь

В комнату ввалился второй комендант – пухлый невысокий человечек, обладавший недюжинной физической силой, что так не сочеталось с его милым образом тюфяка.

Одёрнув зеленоватый мундир, натянувшийся на обширном животе, он изрёк:

– В связи с беспрецедентным событием – предполагаемым похищением драгоценного артефакта Изумрудный Азуин – волей ректора Тахони университет объявляется временно закрытой территорией. Покидать его стены, подразумевая основные здания и территорию поселений колледжа, преподавателям и студентам не разрешается вплоть до дальнейших распоряжений. Каждый из присутствующих будет дополнительно вызван для беседы по прибытии компетентных специалистов, – он обвёл нас троих пристальным взглядом, убеждаясь, что его услышали, и хмыкнул. – Сидите по местам, короче, и в город ни ногой, пока ректор и следователи не позволят, ясно?

Дождавшись наших кивков, он удалился, хлопнув дверью, как всегда, не соизмерив приложенное усилие. От хлопка задребезжали даже стёкла в окне на противоположной стене.

Снаружи, вполне соответствуя нашему настроению, из-за Нейского хребта наползали на университет сизые тучи, тёмными тенями отражаясь в неспокойных водах Фаринеча.

Глава 3

Утро выдалось паршивым.

Точнее, неприятным: во-первых, на улице по-прежнему лило, а поскольку был уже декабрь, то это никак нельзя было назвать тёплым дождичком; во-вторых, сегодня, очевидно, будут допрашивать нас.

Вчера несмотря на то, что мы сидели по кабинетам до глубокой ночи, со всеми поговорить следователи не успели, как и осмотреть бесчисленные помещения университета. Так что теперь эта катавасия грозила продолжиться, и ничего хорошего это не обещало.

Уже вечером ко мне, фыркая и раздражённо рыча, ворвалась Адирэ. Она была настолько зла, что её алые волосы, и так яркие до невозможности, просто пылали. Кто-то, определённо, умудрился взбесить профессора демонологии, обычно довольно невозмутимую.

– Да как он смеет! – с ходу заявила она, влетев в кабинет. – Кто позволил этому ищейке воображать о себе, а? Можно подумать, я бродяжка какая-то! – подруга уселась на диван, снова фыркнула и заявила: – Мне надо выпить. Есть у тебя что?

Я пожала плечом и понимающе ухмыльнулась: не то чтобы я устроила тут бар, но кое-какой запас на случай дрянного настроения припрятывала. Встав из-за стола, я подошла к забитой книгами этажерке у окна, выдвинула пару фолиантов со средней полки, пошарила рукой в освободившемся пространстве и вытянула маленькую бутылочку. В матовом стекле плескалась зелёная, как молодая листва, жидкость.

– Ого! – Адирэ подалась вперёд, увидев флакон, и в предвкушении облизала губы. – Майский абсент? Ничего себе, подружка, я и не знала, что ты таким увлекаешься.

Я хихикнула.

– Нет, вообще-то нет. Просто виски давно закончилось. Ну, помнишь, тогда, месяца три назад, когда твой Орис испарился, и мы собирались… утешиться, – я подмигнула ей, а она залилась смехом, вспоминая недавние глупости. – А как-то осенью я была в Тёмном мире, хм… – она прекратила хохотать и заинтересованно подняла бровь, – слово за слово, в общем, Саул подарил… – я плюхнулась рядом с ней и налила по несколько капелек напитка в маленькие кофейные чашки, стоявшие на столике: рюмок я отчего-то так и не сподобилась завести.

– Ах, Саул… – зелёные, как и абсент, глаза Адирэ вспыхнули, словно у кошки, почуявшей птичку. – Ну, конечно. Наш милый, сохнущий по тебе инкуб…

– Да вовсе нет, сто раз тебе говорила. Ничего такого, просто хороший приятель… ну, насколько демон его уровня может быть приятелем.

– Как же… Чтоб Саул просто дружил с женщиной из Мира-основы! Не-а… просто ждёт шанса затащить тебя в постель, – она опрокинула в себя переливающуюся жидкость одним глотком.

– Фу такой быть, – я пригубила абсент, терпкий и сладкий, нежно обволакивающий рот, совсем не ощущающийся крепким. – Что-то он ни тебя, ни Санни в кровать не тащит.

– Не уверена, что он вообще знает слово «кровать», – она снова расплылась в улыбке. – Насчёт меня не удивительно: демоны не слишком-то любят демонологов, правду сказать, едва терпят. А вот Санни… – Адирэ покачала головой, но развивать тему не стала. – Классная штука, – потянувшись к бутылочке, она снова наполнила свою чашку, но теперь пила медленнее, смакуя.

– Так что там со следователем, – напомнила я. Алкоголь растёкся по венам, вызывая приятное покалывание во всём теле. Голову окутал расслабляющий туман.

– А, да! Чтоб его! – она откинулась на мягкую спинку дивана, потянулась, сбрасывая раздражение. – Их там трое, плюс десяток помощников, но один явно главный. Капитан Вулфрок, как он представился. Осёл с самомнением!

– Ну, что ж ты не оставляешь животному право на самомнение? – мы обе прыснули и закашлялись.

Придя в себя, она продолжила:

– Ладно, пусть. Но не настолько же завышенным. Подозревать всех подряд? Меня подозревать?! Только потому, что я занимаюсь демонологией… как же. Что за предвзятость, вот скажи? Уставился этими своими голубыми глазками и думает, все сразу размякнут, ага…

– Значит, они тоже думают, что это демон, – пробормотала я, – разумно…

– Да, да… разумно. Но с чего он решил, что я стану помогать такому демону или, того хуже, призвать его?

– Призывать? Он что, так и сказал?! – изумилась я. – Что ты призвала вора?

– Нет, не так, конечно, – Адирэ скривилась, – ничего такого напрямую он себе не позволил. Но как формулировал вопросы! Намекал, сволочь!

– Да ладно тебе, ты просто не так поняла. Это же их работа.

– Бесить всех.

– В каком-то смысле, – согласилась я. – Выводить людей из равновесия, да, чтоб лучше понять, заставить преступника ошибиться. У нас было пару лекций на эту тему на психологии.

– Пф! Мало ли… лекции. У меня тоже они были, ну и что?

– Ну, ты сама бесишь и людей, и демонов профессионально, было б кому жаловаться.

– Вот всегда ты так. Я – это я, – она тряхнула волосами. – Но какой-то полицейский. Даже не маг. Как он смеет?

– Ты что-то слишком близко к сердцу всё приняла.

– Вот сама к нему попадёшь, узнаешь, как он пытается вывернуть тебя наизнанку, откопать все мелочи, все грязные делишки.

– Не думаю, что стоит сильно переживать: наши личные дела не в его компетенции, только кража.

– И как тебе удаётся оставаться такой спокойной?

– Это всё абсент, – я кивнула на полупустую склянку, – мы что-то увлеклись, а?

Снова расхохотавшись, мы на время забыли и о похищениях, и о следователях.

И вот сегодня мне нужно было идти на опрос.

Ерунда, если б голова только так не кружилась. Да уж, подарочек Саула долго не отпускает. Спала я, зато, как младенец. И кожа теперь просто светится.

Ничего, справлюсь с любым много о себе мнящим типом.

После завтрака я быстро оделась: шерстяной брючный костюм цвета молочного шоколада и водолазка цвета сливок выглядели строго и были достаточно практичными и тёплыми, чтобы добраться до главного корпуса под непрекращающимся дождём.

Накинув сверху любимое тёмно-вишнёвое пальто, я схватила сумочку, зонт и вышла наружу из своего маленького коттеджа у восточной стены кампуса. Встав на магнитную платформочку, спрятанную под навесом, я полетела на работу. Расследование расследованием, а обычных учебных дел никто не отменял, тем более, для декана.

Глава 4

Честно говоря, ожидание бесило.

С начала дня я успела просмотреть и откорректировать часть документов по предстоящей межсеместровой аттестации, провести короткое, но насыщенное собрание со старостами групп выпускного и предвыпускного курсов, доделать свою презентацию по растениеводству для первого курса и даже слетать в опытную теплицу – проверить первые результаты использования нового питательного раствора для агмаратов. Там, засмотревшись на тёмную зелень кудрявых кустов, я умудрилась забыть папку с бумагами, так что пришлось вновь проделывать весь путь от университета и обратно. И всё это под дождём, серой пеленой укутавшим весь город.

Я всё ждала и ждала. Первыми сегодня опрашивали всех преподавателей моего факультета. Видимо, декана решили оставить на десерт.

Да, вот свой маленький послеобеденный десерт – шоколадный кексик размером с шарик для пинг-понга – я даже не успела откусить: как раз когда я подносила его ко рту, в дверь постучали, и вошедший помощник следователя сообщил, что капитан Вулфрок ждёт меня в кабинете у проректора Рогиниса через десять минут, и удалился. Стряхнув пудру с пальцев, я, бросив взгляд сожаления на пирожное, поднялась и подошла к зеркалу. Удовлетворившись увиденным – в отражении я показалась себе вполне собранной и по-деловому серьезной – я вышла, закрыла кабинет и не спеша направилась на четвёртый этаж.

Пройдя по основной галерее, я свернула в длинный коридор-кишку, выводящий к служебной лестнице, узкой и старой, а потому многими игнорируемой. Я же просто не любила делать лишний крюк к центральной парадной.

Я ходила этим путём так часто, что никак не ожидала подвоха, и в первые секунды даже не подумала вскрикнуть. Потом стало поздно: крепкая рука зажала мне рот, в то время как другая утягивала ошарашенную и не пытающуюся брыкаться меня в темноту занавешенной пыльной портьерой ниши.

Через секунду я оказалась во мраке крохотного подсобного помещения, прижатой спиной к большому тёплому телу. Руки, обхватывающие меня, были, определённо, мужскими.

Едва придя в себя, я дёрнулась, силясь вырваться из странных объятий, но они только сжались крепче. Я помотала головой, пытаясь открыть рот и куснуть не дающую мне даже нормально дышать ладонь.

Горячее дыхание и лёгкое касание губ, приблизившихся к моему уху, заставили меня забиться сильнее.

– Да постой же! Я не собираюсь тебя насиловать, Зулина. Просто не кричи, ладно? Это всего лишь я, – голос Эрчина настолько поразил меня внезапностью, что я застыла.

– Вот. Просто постой и ничего не говори. Тш… – он опустил руки, освободив меня.

Я тут же повернулась к нему лицом, не скрывая возмущения. Впрочем, тут, в темноте, это роли не сыграло: нам обоим были смутно видны лишь силуэты друг друга.

– Какого чёрта?! – зашипела я, одновременно пытаясь отодвинуться, что не удалось – комнатка была слишком тесной. – Что вы себе позволяете, профессор Мавинус?! Что это за цирк?

– Постой. Послушай, – он приложил палец к моим губам, странным образом сразу найдя их в этом сумраке, – извини, я не хотел тебя пугать, просто не успел ничего придумать.

С трудом удержавшись от несвоевременного желания лизнуть прижимающуюся ко мне ладонь – теперь, зная о том, что это он, я никак не могла отогнать рой налетевших непрошенных мыслей, тем более, когда он был так близко, почти вдавливая меня своим телом в стену – я снова процедила сквозь зубы, но уже с меньшим раздражением:

– Да что стряслось-то этакого, что не могло подождать? Чего нельзя обсудить в моём кабинете? Да просто спросить в коридоре? Кстати, – вдруг вспомнила я, – мне надо к следователю, а ты меня задерживаешь.

– Да-да, именно поэтому, – Эрчин убрал руку с моего лица, подвинулся, очевидно, пытаясь дать нам немного пространства, однако попытка оказалась не слишком удачной: дышать стало легче, а вот наши бёдра теперь почти тёрлись друг о друга, – мне надо было успеть до твоего допроса…

– Допроса? Просто беседы…

– О, можешь мне поверить! – он раздражённо фыркнул. – Капитан не разменивается на беседы. Ладно, дело не в твоём допросе, по большему счёту.

– А в чём же?

– Во мне, – Мавинус вздохнул. – Точнее, в Азуине. Ещё точнее – в их подозрениях… насчет меня…

– Подозрениях?! – ахнула я. – Они тебя тоже подозревают?

– Тоже?

– Ну, Адирэ сказала, что и ей намекали…

– Ха, намекали! Какие уж тут намёки! Они уже обыскали мой кабинет…

– Как у большинства, – вставила я.

– … и теперь направляются к моему дому, чтобы перевернуть и в нём все до пылинки, – он недовольно рыкнул, снова подвинулся, задев мою грудь, что послало по моему телу сотни горячих огоньков. – Я ни при чём тут совершенно. Какого чёрта они полезут в мою жизнь?!

– Кхм, – я покрутила головой, сосредоточиваясь на теме странного разговора, – это их работа всего лишь. Проверяют всех, чего ты так разволновался? Знаешь, – наконец, возмутилась я, – вот эта вот твоя выходка, – я махнула рукой, обводя пространство вокруг нас, – она не в твою пользу. С чего такое поведение, если ты ни при чём?

– Ты думаешь, что я…

– Нет, не думаю. За каким лешим тебе бы сдалась такая головная боль, как змей Азуин. Только чокнутый добровольно пойдёт с ним на контакт. Но зачем ты меня сюда затащил?!

– Нужно было, чтоб никто не видел, как я говорю с тобой до допроса. Они могут прийти к неверным выводам…

– А так к верным, ну конечно! Тисканье по тёмным пыльным углам – именно тот верный вывод, который нужен декану и его преподавателю, ага.

Эрчин переступил с ноги на ногу, как-то странно захрипел.

– Нет… извини… неловко вышло. Но ты уже шла туда, ну и… сделал быстрее, чем подумал…

– Мужчины… пф…

– Я просто… В общем, послушай, – он взял меня за плечи, – помоги.

– Помочь?! Но в чём?

– Просто не принимай на веру всё, что Вулфрок там тебе наговорит. И я к этому делу непричастен. А ты – декан, ну и…

– Ты полагаешь, – изумилась я, – что я помогу тебе выйти сухим из воды, потому что я – твой начальник? Что за…

– Да нет же. Ну да… точнее, не выйти, а просто не увязнуть глубже. Понимаешь, если уж мой руководитель будет сомневаться, то уж эти ищейки и подавно. Просто, поверь, я ни при чём.

– Это мы ещё поглядим, кто при чём, – я шагнула вбок, приоткрывая занавесь и стряхивая его ладони со своих плеч. – Я сама сделаю выводы…

– Я просто хотел, чтоб ты понимала…

Хмыкнув, я выскользнула из ниши, отряхнулась и стала подниматься по лестнице.

Возможно, мне показалось, но в какой-то момент профессор хотел не только понимания…

***

Кабинет Джона выходил окнами строго на запад, и сейчас вид начавшего клониться к закату солнца меня просто потряс. Не то чтобы мне в новинку были подобные зрелища, но, сколько я здесь учусь и работаю, мне ни разу не доводилось видеть окна, да и весь кабинет столь свободными от всякого хлама.

Ну, не мусора так-то, просто разномастной мебели – шкафчиков, комодов, этажерок, столов, стульев, табуретов и стремянок, оборудования – приборов, колбочек, наборов химикатов, артефактов всех родов из разных концов света, тысяч книг и сотен подарков. Сегодня святая святых проректора Рогиниса казалась чуть ли не пустой. Резные объёмные карты нашей Энтуарии, Бергара и других государств Мира-основы, занимающие всю дальнюю стену, теперь особенно бросались в глаза: великолепные произведения искусства всё-таки.

– Чёрт! Мне казалось, украли только Изумрудного Азуина, но, гляжу, дело серьёзней. Воры постарались, – улыбка на моём лице быстро увяла, стоило мне встретиться глазами с сидящим за громадным письменным столом мужчиной. Да уж, шутка не удалась, кажется.

Капитан – очевидно, это был именно он – оказался вовсе не желчным стариком, а молодым мужчиной интересной наружности – не особо примечательной, на первый взгляд, но отчего-то не дающей оторвать взгляда.

Среднего роста, насколько я могла судить, с пшенично-русыми волосами, чуть длиннее общепринятого для государственных служащих, острой ухоженной бородкой и проницательными глазами, голубыми, словно горные озёра. Голубая же рубашка и тёмный пиджак… Парень симпатичный, если присмотреться: разве что плотно сжатые губы да сурово сдвинутые брови его портят. Впрочем…

Что «впрочем» я не додумала: он соизволил, наконец, представиться.

– Приветствую, декан Чимер. Я – капитан Кристоф Вулфрок, старший следователь по особо важным делам Азуинского управления по надзору за магическими явлениями. Рад, что могу с Вами побеседовать.

Ни тебе «здравствуйте», ни «присаживайтесь». Даже подняться из-за стола не соизволил. Да уж, вежливости в этих их сыскных, или как там, университетах, явно не учат. Пф…

Я, не спрашивая позволения, опустилась на стул напротив него, небрежно поправила волосы и, придав лицу всей строгости, на какую была способна, обратилась к столь запугавшему моих друзей типу:

– Добрый день, капитан. Я готова ответить на Ваши вопросы, – я не собиралась нервничать и принимать ситуацию чересчур близко к сердцу. Откровенно говоря, я ещё не отошла от нашей маленькой тесной стычки с Эрчином, так что мне было о чём побеспокоиться, кроме этого опроса… или допроса, судя по рассказам.

Он чуть подался вперёд, окинул взглядом лежащие на столешнице бумаги, вытянул из них небольшую цветную карточку и подтолкнул ко мне.

– Вот, узнаёте?

Фото было маленьким и старым, брать его в руки я не стала, а только чуть ниже склонила голову, вглядываясь в изображение.

– И да, и нет, – я пожала плечами и посмотрела прямо на следователя; он, как ни странно, молчал, не задавая дополнительных вопросов и давая мне шанс высказаться самой; умеет играть в эти игры, гхм. – Да – это Изумрудный Азуин, очевидно. Я видела картины – не фото, правда – и кое-что читала о символе нашего университета, как и все, думаю, кто имеет к последнему отношение. Нет – потому что я ни разу не видела его «вживую», так сказать. То есть саму фигурку не видела, не говоря уж о змее…

– Змее… – он потарабанил пальцами по столу. – Значит, по-вашему, змей существует.

– Я привыкла считать именно так. Но, естественно, не поручусь. Статуэтке семьсот с чем-то лет, знаете ли. Я, как бы сказать, сильно моложе, – я улыбнулась, однако Вулфрок остался серьёзен.

– Расскажите, что вам известно и об этой скульптуре, и о драконе.

– Вам, наверняка, уже рассказали всё, что можно. Вы, насколько мне известно, опросили уже большинство наших преподавателей, включая специалистов по зоологии, монстроведению, демонологии и прочих. Они точно в этом более компетентны. Я по растениям…

– Я понимаю. Но хотел бы услышать и от Вас. Мне надо уложить всё в голове очень точно, без пробелов, собрать все крохи информации. Даже в столице очень обеспокоены случившимся, как меня известили. Это всё довольно странно…

– А, понимаю, – кивнула я, – для не-мага это звучит, как обычная старая сказка, не так ли?

– Что-то вроде, – он впервые взглянул на меня действительно с интересом. – Так Вы расскажете?

– Конечно, тут нечего скрывать. С чего бы начать… в общем, лет через сто после основания нашего университета – тогда тут была только крохотная деревенька – в округе появился небесный змей, то есть дракон по имени Азуин. Зверюга была древняя, как сам мир, ну и, как говорят, уставшая от жизни, но при этом его магическая аура оказалась настолько сильна, что мешала любым практикам местных колдунов. Да даже впрямую подрывала их здоровье. А он – змей – улёгся вон там, на холмах, – я махнула рукой в сторону окна, где за водами Фаринеча и городом виднелись волны вечнозелёных предгорий Ней. – Ну и улетать ни в какую. Дальше… дальше тогдашние главы университета как-то с ним договорились. Если кратко, то он уходил как бы в спячку, пряча в себе силы, а маги обещали его хранить и беречь покой. А продолжение практик на этом месте, рядом с ним, сохраняло его силы. Или даже умножало, тут никто не скажет. Вот он и спал до сих пор…

– То есть, Вы думаете, сейчас он проснулся?

– А вот этого не знаю. По ощущениям – нет, а если да, то не здесь, где-то далеко отсюда, а то бы мы почувствовали. Но, с другой стороны, зачем его красть, если не для освобождения?

– А что, освободивший что-то получит?

– Не знаю. Но, вероятно, рассчитывает получить. Честно говоря, вор волнует меня не слишком: он вряд ли справится с тем, что натворил. А вот сам змей… – я покачала головой, – если легенды не врут, весь Мир-основа пошатнётся.

– Но драконы есть и сейчас. Другие…

– Вот именно, что другие, – я закатила глаза, поражаясь его неосведомлённости. – Всё племя подобных Азуину – древних изначальных драконов – ушло. Вот так же, как он, в артефакты, в Тёмный мир или ещё куда. А те, что есть – это побочные ветви. Дракены, конечно, похожи на тех, первых змеев, но мельче и далеко не такие сильные. Опять же, гнездятся они далеко от наших городов и поселений, так что от них почти нет проблем. Ну, овец таскают иногда. Мелочи. А драколюды вообще почти такие же, как мы. Сейчас считается, что даже возможно скрещивание с людьми – магами и обычными.

Вулфрок скривился при этих моих словах.

– Ой, да ладно вам. Ничего такого. По сравнению с теми, кого можно встретить в Тёмном мире, драколюды просто душки, а семьям демонов с магами уже никто сильно не удивляется. Но про это вам лучше специалисты расскажут. Вот, Саниэль Бо – она социологию преподаёт как раз, или Адирэ Кинтиану – она по демонам… вы общались уже, кстати…

– Да, – он снова поджал губы и процедил, – доктор Кинтиану… с волосами… кхм… красными, если не ошибаюсь.

– Она.

– А по драконам? Это же епархия вашего факультета?

– Ну… можно и так сказать. Хотя, как я сказала, их изучают на разных специализациях. У нас с биологической точки зрения. Монстрология, анатомия видов и прочее.

– Монстрология – это же как раз о волшебных силах разных существ, я верно понимаю? – голубые глаза блеснули.

– Да, в общих чертах. Повадки, места обитания, силы, слабости.

– Ясно. И у вас новый преподаватель этого предмета, профессор Мавинус, не так ли?

– Верно. Он перевёлся из столицы в этом году.

– Кхм… из столицы? Любопытно.

– Почему это? – я выпрямилась и прищурилась, пытаясь разгадать, что он имеет в виду.

– Зачем бы преуспевающему учёному переводиться из столицы в провинцию? Что могло его так заинтересовать? Уж не…

– Деньги, – перебила я Вулфрока, – очень круглая сумма. Вам, наверняка, доступна наша бухгалтерия. Так вот, мы гонялись за ним года три и, поверьте, когда он пошёл нам навстречу, предложение было более чем щедрым. Да и Азуин, в конце концов, не просто провинция, а один из престижнейших университетов всего Мира-основы. Тем более, профессору Мавинусу здесь отдали всю кафедру монстроведения.

– Ясно, – он снова взглянул на меня исподлобья. – Вы, мне показалось, принимаете его появление близко к сердцу?

Я постаралась не покраснеть.

– Я?! Ну… да, в какой-то мере. Я декан, а ценные специалисты поднимают и ценность моего факультета, позволяя мне браться за проекты, на которые раньше было сложно рассчитывать.

– Понятно. Сменим тему. Где Вы были в предполагаемую ночь похищения артефакта?

Я поёрзала на стуле.

– Дома. В своём коттедже. Одна. Можно проверить мои замки – время открытия и закрытия зафиксировано, данные хранятся неделю. Ну и камеры на территории колледжа.

– Хорошо. Знали ли Вы, где именно хранится артефакт?

– Конечно, – я взглянула за его спину, на карту Энтуарии в левом нижнем углу стены; стеклянные волны озера Сол разбрасывали мелкие радуги от проникающих в окно лучей, – вон там, за картой. Это не было большим секретом, знаете ли. Особенно, учитывая Ренскую печать…

– Что собою представляет Ренская печать?

– О, это корпус заклинаний, наложенных на материальную основу – здесь это та призма, изображающая озеро – очень сложный, ставящийся сильнейшими мастерами.

– И его нельзя открыть?

– Большинству нельзя. Во-первых, это требует высокого уровня силы – не ниже пятого, как у меня, а то и выше, во-вторых, знаний о таких охранных системах, в-третьих… ну, при открытии печать обжигает… на нематериальном уровне. Немногие владеют защитой от подобного рода воздействия.

– Есть ли такие в университете?

– Ректор Тахони, проректор Рогинис естественно, из остальных семи проректоров, думаю, пятеро точно. Из преподавателей – не уверена. Это очень, очень серьёзное и редкое умение.

– Кто-нибудь не университетский может владеть подобным?

– Некоторые королевские маги наверняка, другие ученые, точно не знаю. Ну и демоны, конечно.

– Демоны?

– Да. В Тёмном мире это частая особенность.

– Умение…

– Нет, именно особенность. Мы тут такому учимся, а у многих из тамошних это врождённое.

– Значит, демон…

– Я так думаю.

– И зачем это демону? Кража?

– Да мне-то откуда знать?! Это же демоны.

– Никаких предположений?

Я громко вздохнула.

– Ну, навредить Азуину: у нас с ними не самые добрососедские отношения. Силу змея получить… чёрт их разберёт.

– Хорошо, я понял. На сегодня на этом всё. Если мне понадобятся уточнения, Вас вызовут дополнительно. Постарайтесь не отлучаться из города без особой необходимости, – он снова уставился в документы перед собой, резко перестав обращать на меня какое-либо внимание.

Молча поднявшись, я бросила последний взгляд на ещё обращённую ко мне карточку с небольшой, лаково блестящей фигуркой изумрудного цвета, снятой на фоне простой белой стены. Дракон, казалось, подмигивает мне своим круглым жёлтым глазом. Кивнув на прощание, я покинула комнату.

Глава 5

Смешивая субстрат в опытной теплице утром следующего дня, я нет-нет да и возвращалась мыслями к краже. Главная новость семестра, а то и года, особенно, если Азуина не отыщут.

По спине пробежал холодок. Если дракона не вернут, тем более, если сумеют выпустить из этой незначительной оболочки… дьявол, что же будет тогда? Как сила отреагирует на столь грандиозные возмущения в её поле? А вдруг и сам пленник будет «не в духе», мягко говоря?

Мы все принимаем как за истину, что дракон закрылся в скульптуре добровольно. Но что, если это не так? Что, если его заперли, заключили насильно? Слишком много лет прошло, чтобы имеющиеся сведения можно было назвать неоспоримыми. Да и вообще я всегда сомневалась в предлагаемых объяснениях. С чего бы монстру запираться, ограничивать себя, если его-то тогда всё устраивало? Нам говорят, «договорились», «пришли к соглашению», но это всё – просто слова. Никаких тебе документов. Никакой, к примеру, каменной стелы с рунами договора и следами когтей (ну или как там драконы расписываются).

С другой стороны, не так уж сильно я интересовалась символами университета, чтобы изучить все источники. Может, где-то что-то и есть.

А если, всё-таки, насильно?

Вот чёрт!

Он же в состоянии разнести полстраны, если злость застит ему глаза.

Стоп! Стоп. Драконы же мудрые? Мудрые. Даже дракены, поговаривают, очень приятные собеседники, вдумчивые и обстоятельные, если соизволяют снизойти до обычных смертных. Так что драконы тем более. Но сохранил ли Азуин эту мудрость в заключении? Может, у него драконий альцгеймер.

Я хихикнула. Покачала головой: и чего только в неё не приходит. Отерев рукой стекающий со лба пот – агмараты росли только в настоящей парилке – я отошла от миксера. Дальше субстрат пойдёт по распределительному конвейеру без моего контроля.

Я оглядела теплицу. Это было небольшое помещение – ну, по сравнению с промышленными парниками, выращивающими сырьё на продажу. Впрочем, оно вмещало всё, что было нужно для первичных исследований: настольные и подвесные контейнеры, смесители, насосы, транспортёры, сложную систему полива, вентиляторы и обогреватели, новенький пульт управления, кучу датчиков и стеллажей с бесчисленными колбочками, баночками, пробирками и прочим, с которыми я колдовала над новыми питательными смесями. В отдельной прохладной комнатушке за стеной – несколько микроскопов, картотека, холодильник с образцами, компьютер (правда, без голографического монитора, как в моём кабинете) и, самое ценное, журналы со всеми описаниями экспериментов.

Результаты работы радовали. Мы уже год пытались добиться от агмаратов увеличения сочности листвы. Тут всё просто: больше сока – больше эссенции. Больше эссенции – проще и дешевле работа телепортов, то есть само путешествие. Больше путешествий – больше связей. Развитие, экономика и всё такое, ага.

В принципе, прогресс был: мы подняли толщину сокообразующего слоя процентов на тридцать в среднем. Однако, это лишь первое – второе поколение растений. Для селекции – совсем малость. Стабильное закрепление признака – вот чего мы желали. И новые теплицы, которые появятся, если мой план по ботаническому саду сработает, этому поспособствуют.

С сада мысли странным образом переключились на Эрчина. Тьфу ты ж!

И надо было ему так прижимать меня там, под лестницей?! Ночью снилось всякое…

Ну уж нет, мой профессор, сегодня я выкину тебя из головы.

Мы с девчонками таки решили смотаться в Тёмный мир, развлечься. У Саула в баре нет недостатка в привлекательных и всегда готовых мужчинах. Не то чтобы я планировала что-то далеко идущее, но потискаться с каким-нибудь красавчиком в тёмном углу не повредит, а?

***

Пообедав в университетском кафетерии – любимыми тефтельками, как всегда – я снова занялась бумажной работой. Недостаток руководящей должности – куча отчётов, не связанных непосредственно с твоей практической деятельностью. И всё это занимает так много времени! Впрочем, мне очень помогала Олишка, моя заместительница, правая рука и вообще незаменимая личность. Методисты тоже не халтурили, хотя до неё всем четверым было далеко. Но вот уже неделю, как помощница в столице, повышает квалификацию, постигая науку управления сложными социальными системами (да, так, кажется), и работы мне прибавилось. А тут ещё все эти ограничения… чтоб ему пропасть, воришке.

На селекторе загорелось табло, коротко мигнула красная лампочка и автоматически включилась связь.

– Зулина, зайди ко мне, пожалуйста, – голос ректора показался мне каким-то заторможенным. – Минут через десять – пятнадцать. Я жду.

Аппарат отключился, не дав мне ответить. Хотя Тахони и не ждал ответа. Разве б я стала возражать?

Сохранив последние изменения в отчёте, я встала, коротко глянула в зеркало у двери, убедившись, что не выгляжу растрёпой, и вышла из кабинета.

Ровно в назначенное время я стояла перед высоченной узкой дверью, старой, потрёпанной, но по-прежнему красивой благодаря сплошь покрывающим её резным узорам. Чрезвычайно тонкая работа, кажущаяся очень хрупкой – все эти листочки, веточки, пёрышки – но как-то сохранившаяся с самого основания университета.

Постучав и услышав короткое приглашение, я вошла.

– Дверь прикрой, девочка. Разговор не для случайных ушей.

Сэр Архибальд Тахони, крепкий мужчина лет шестидесяти, в неизменном сером костюме в мелкую клетку, застёгнутой под горло белоснежной рубашке и коричневом свитере вместо жилета, сидел, вопреки обыкновению, не за громадным дубовым столом, а в кресле у камина. Сгорбленная спина и покрасневшие глаза выдавали усталость.

Коротким жестом он пригласил меня присоединиться к нему за чаем, тут же налил чашку из стоявшего на столике глиняного чайничка и подтолкнул её в мою сторону.

Усевшись в кресло напротив, я пригубила ароматного напитка, отдающего лесом – Тахони любил травы – и откинулась на высокую спинку. И удобно, и расслабиться совсем уж нельзя.

Он занимал пост ректора Азуина уже девятнадцать лет, и было сложно представить, что может быть иначе. И вот сегодня его осунувшееся лицо впервые навело меня на мысли о том, что однажды кто-то его заменит. Я даже отставила чай, внезапно ощутив необычное беспокойство. Тахони был мне почти родным.

Ну, не родственником, в прямом смысле, просто он давно дружил с моими родителями, точнее, в первую очередь, с моей тёткой по отцу. Бывал на семейных праздниках и всё такое. В общем, я знала его с самого детства.

Собственно, именно сэр Архибальд первым заметил мой нешуточный интерес к растениеводству и порекомендовал моим родителям обратить на это внимание. А дальше как-то всё и пошло: он следил за моими успехами, помогал с преподавателями, убедил поступить в Азуин, поддержал при выборе направления исследований (как оказалось, не зря: я оправдала его ожидания более чем, занявшись агмаратами), устроил на работу. Нет, не нынешнюю, не подумайте. Простым помощником на кафедре. А в деканы меня выбрали много позже, как и всех прочих, преподавательским голосованием (ну, я не исключаю, что старик повлиял, но за уши не вытягивал, это уж наверняка). Короче говоря, Тахони не был просто начальником, скорее любимым дядюшкой, поэтому я переживала.

Он долго смотрел на меня своими тёплыми карими глазами, вертел в руках пустую чашку, вздыхал, но всё никак не начинал разговор. Я решилась первой:

– Архибальд, Вы здоровы? Вы выглядите измождённым и…

Он перебил меня, удивлённо вскинув брови:

– Я? Да ну, брось, девочка. Я здоров как бык, – он выпятил грудь и сверкнул глазом, уголок губ чуть дёрнулся в улыбке, – нет, не переживай. Устал немного, это да. Да и как тут не устать… навалилось. Просто… у тебя серьёзные проблемы, Зулина.

Я выпучила глаза и что-то нескладно проблеяла, слишком удивлённая таким поворотом.

– Ох, деточка, и как нас так угораздило.

Тряхнув головой, я, наконец, отмерла, отойдя от первого потрясения, и уточнила:

– У меня проблемы? У меня? Но что случилось? Я Вам клянусь, я не…

– А, дело не в тебе так-то, – он неопределённо помахал рукой, потёр переносицу, потом взглянул на меня пристальнее. – Просто принятые решения оказались не слишком удачными.

Я не перебивала, позволяя ему договорить, рассказав, что происходит, хотя пальцы покалывало и ладошки внезапно взмокли.

– Вот что, девочка… про кражу ты знаешь. Как не знать, а? С тобой Кристоф тоже беседовал – он, кстати, мой давний знакомый, очень въедливый парень – да и со всеми в университете. Осмотрели всё… В общем, версии разные, пока конкретики мало: улик этот жулик не оставил. Чистая работа. Но тут такое дело, – он замялся, – ты возлагала большие надежды на этого вашего нового профессора… Мавинуса…

Я вздрогнула, но смогла промолчать, только кивнув.

– Да… Понимаю. Звезда, перспективы… сад твой… Но подложил он нам свинью, конечно.

Перед глазами так и встала сцена в пыльном чулане. «Помоги…», «не принимай на веру…». Ха, вот же засранец.

– Что? – только и сумела выдохнуть я, уже закипая от возмущения.

– У него был обыск. Дома. Как и у многих. У меня, у тебя.

– Азуин?

– Нет, к сожалению. Зато люди Вулфрока нашли целое собрание книг и рукописей, докладов и исследований по драконам в целом, по артефактам и Изумрудному Азуину в частности.

– Ах он сволочь! – я не смогла сдержать эмоций.

– Нет, он, конечно, сказал, что это совпадение, что он исследовал в этих сборниках разные аспекты монстрологии, а вовсе и не наш символ. Но, дьявол побери, странное совпадение, – ректор громко фыркнул.

– Да уж. Но я…

– Да – да, ты ни при чём… напрямую. Но это скажется на всём университете, на твоём факультете, на планах. Доверие и финансы – с этим всегда сложно, сама понимаешь.

– Вот чёрт! – я подпрыгнула, взвившись с места, и зашагала по комнате. – Он сорвёт мой проект! Мой проект! Надо ж было так повестись на регалии. Я уволю его сегодня же…

– А вот этого не надо!

Я уставилась на Архибальда, даже остановившись на секунду.

– Но хотя бы сгладить последствия…

– Вот в чём дело, девочка… – он пожевал губу, подбирая слова, – потому и положение наше такое непростое. Никаких обвинений доктору Мавинусу пока не предъявлено. Все улики косвенные. Он, действительно, был вправе изучать все эти трактаты. Само по себе их наличие у него дома не доказывает, что он причастен к краже. Хотя, как я и сказал, совпадение то ещё.

– Но как же…

– Если его уволить сейчас, то он сам может предъявить нам обвинения в незаконности наших действий, в предвзятости, лишении права трудиться… Ну и потом, есть шанс, что он, и правда, непричастен.

– Ага, как же, – фыркнула я. – Втёрся в доверие. Подобрался поближе…

– Не делай поспешных выводов, Зулина. Просто будь настороже, вот. Я лишь хотел тебя предупредить, подготовить. Кроме того, я думаю, поразмышляв тут немного, что если он каким-то боком замешан, то не непосредственно. То есть не он стащил артефакт. Должен быть кто-то ещё, просто должен, я чувствую. Так что будь осторожной ещё и поэтому. Кто знает, с какими головорезами профессор мог связаться, – он покачал головой, снова вздохнул. – Хотел бы я верить, что он не при делах…

– А если он сбежит? – мозги заработали в практическом направлении. – Как это скажется на университете?

– А вот об этом не беспокойся, кстати, – Тахони впервые за встречу широко улыбнулся. – Вулфрок предусмотрел такой вариант и обо всём позаботился. Мавинусу поставили следящую печать.

Я открыла рот от изумления.

– Он возмущался, конечно, но сопротивляться не стал. Может быть не в духе, не пугайся. С этим порядок. Такие вот дела. Хотел, чтоб ты была в курсе, милая. Твой же факультет.

– Спасибо, Архибальд. Я ценю вашу заботу. Не переживайте, я уверена, всё прояснится и Азуин найдётся.

– Только бы успеть до того, как его откроют, – он вскинул на меня глаза, и в них я прочла истинную причину его волнений.

– Да, только бы успеть.

Глава 6

«Драконья кость» вспыхнула сеточкой на ткани мироздания, открыв проход.

«Кость» – это вовсе не часть скелета волшебных рептилий, как можно подумать, это ещё одно растение, культивированием которого я серьёзно занимаюсь.

Визуально она с агмаратом – полные противоположности: «кость» – невысокое дерево, тонкошкурое и снежно-белое после сушки, агмараты – травянистый кустарник с тёмно-зелёными мясистыми стеблями и листьями. Но, по странной прихоти природы, по назначению они очень близки. И то, и другое служит для перемещений: агмаратная эссенция – для стабилизации организма при телепортации, порошок «драконьей кости» – для прохода в Тёмный мир.

Ну, надо ещё пояснить, что же такое Тёмный мир.

Если совсем просто, то это мир, параллельный Миру-основе, то есть привычному нам миру, где мы проживаем жизни. Параллельный не в смысле «копия с искажениями», а существующий рядом, за незримой завесой, касающийся его, но никогда не сливающийся с ним. Ох, ну, это сложно вообразить, на самом деле. Просто, когда растёшь с этим знанием, вся эта структура воспринимается естественно.

И да, это никакой не Ад. Ни его, ни Рая не существует. Хотя, можно сказать, что Тёмный мир и есть их неразрывное единство.

Мир-основа населён людьми и магами… преимущественно.

Тёмный мир – демонами и ангелами, вурдалаками и ведьмами, феями и единорожками, гномами, драколюдами, химерами, водяными, цветочными эльфами и тому подобным народом.

Кстати, в действительности он не более тёмный, чем наш, не надо воображать себе вечный сумрак и лавовые реки или что там ещё. Просто на заре освоения магии людьми мира за завесой очень боялись, боялись его обитателей, их сил, придумывали себе разное. А всё пугающее всегда рисуется в мрачных тонах, а там уж повелось… Все эти козлиные рога, кипящие котлы, высасывание крови и прочее как раз из тех времён. У страха глаза велики, что тут скажешь.

И вот, сегодня мы здесь.

Руны, нарисованные опилками «драконьей кости», принесли нас точно ко входу в «Элизиум». Подходящее название для демонического бара, а? Чувство юмора у Саула всегда было… хм… своеобразным.

Вывеска светилась тусклым красновато-розовым, не режущим глаза, но отчего-то тревожащим. Пятнышки плясали на светло-серых каменных стенах, рисуя странные узоры. Могу поклясться, они живые: однажды после вечеринки я разглядела среди этих отсветов крохотных танцующих существ с оскаленными мордочками. Адирэ уверяла, что это просто морок.

Очередей у входа не было: всё-таки бар, а не клуб. Хотя и танцы там случались.

Кивнув мордовороту с бычьей шеей, стоящему у дверей и бдительно наблюдающему за всем вокруг, мы не замедлили войти внутрь.

Сразу раздались свист и улюлюканье.

Ну ещё бы: три девушки из Мира-основы за раз. Симпатичных, чего стесняться, девушки.

Я снова оглядела подружек.

Санни с её светлыми кудрями, хрупкими плечами и милым личиком, одетая в бледно-розовые брючки и белый топ, выглядела совершенно чужой в этом тёмном, пропитанном запахами бренди и табака зале.

Адирэ, наоборот, легко могла сойти за свою: чёрный комбинезон с полупрозрачными вставками обтягивал её весьма примечательную фигуру, подчёркивая округлости, а красные волосы в приглушённом свете, чудилось, могли запылать огнём.

Я… ну что я? Я всегда была некой равновесной точкой между ними: никто не назвал бы меня душкой, но и на дьяволицу я не тянула. Сегодня мой наряд составляла средней длины юбка с двумя высокими разрезами спереди, изумрудная, как украденный Азуин, и блузка в тон, спадающая с одного плеча, приоткрывая ложбинку на груди. И туфли. Конечно, феерические туфли. Свои мы с Санни опять позаимствовали у Адирэ, благо, размер у всех нас удивительным образом совпадал. Мы, может, и дружили-то потому, что могли меняться туфлями. Обувь, знаете ли, приводит нас, девочек, в некое сумасшествие. Да ладно, шучу… не только из-за шпилек… но они дополняли дружбу прекрасно.

Так… в общем, свист и всё такое… обычное дело в «Элизиуме».

В баре, несмотря на отсутствие очередей, оказалось многолюдно. Всё длиннющее помещение, футов сто двадцать на тридцать, пронзала потёртая стойка из морёного дуба, извивающаяся, как плывущая по воде змея. Ближе ко входу пространство занимали открытые столы с простыми лавками, рассчитанные на большие компании, дальше появлялись чуть более закрытые полукабинеты для парочек, а завершалось все небольшим округлым танцполом с крохотной сценой в углу. Ну, туда мы доберёмся попозже.

Стены, обшитые деревянными планками, должны бы были выглядеть закопчёнными вечным дымом, но нет, лак переливался под светом ламп, начищенные кованные украшения поблёскивали медно-розовым.

Играло что-то забористое, как всегда, перебивая всеобщий гомон и гул голосов.

Мы уселись на высокие, обшитые старым бархатом табуреты. Нив, не дожидаясь заказа, поставила перед нами по лимонному шоту.

Нив – одна из трёх барменш. Мы предпочитали выбирать именно её сторону стойки. Вообще-то она – Нивеннен, какая-то родственница Саула, ну и демон, соответственно. Не знаю, что уж она может, какие у неё способности и уровень, но что-то такое, неземное, сразу чувствовалось, стоило взглянуть на неё.

Худая, коротко стриженая брюнетка с огромными чёрными глазами, вся будто состоящая из одних углов и ломаных линий, она, тем не менее, оставляла ощущение силы. Ну, ещё бы, потаскай все эти бадьи и пивные кружки да поразнимай периодически случающуюся бучу – мышцы безо всяких тренировок окрепнут. Не слишком разговорчивая, она готова была всегда выслушать любого посетителя. И мы тоже пару раз изливали её свои слезливые пьяные истории. Да-да, демонесса в роли жилетки… сложно представить. Но хоть трепаться потом попусту не станет. По головке тоже не погладит, скорее предложит спалить обидчика к чертям, но иногда того и надо. Короче, Нив. В отсутствие Саула она была тут, кажется, за главную.

Мы болтали и хохотали, подкрепляя хорошее настроение очередной порцией шотов. Отшили парочку не слишком настойчивых кавалеров. Громко обругали азуинского вора, призывая все беды на его голову, на что Нивеннен закатила глаза, словно поражаясь детской глупости. Наши проклятья, конечно, должны были казаться демону смешными. Снова пили – что-то малиновое, но не приторное – и уже через час в нас плескалось достаточно алкоголя, чтобы мы сочли нужным развеяться.

Послав Нив в завершение парочку воздушных поцелуев, чем вызвали очередное фырканье, мы пошли к танцполу. Там уже толкался народ, да и музыка сменилась на менее зубодробительную.

Запахи алкоголя и разгорячённых тел… случайное трение… неслучайные объятья… кружения и переходы… Немного флирта… шёпот на ушко… глуповатые хихиканья и приятный туман в голове… На медленной, тягучей мелодии мы бросили своих недавних кавалеров, оставив их в полнейшем недоумении, и стали танцевать втроём, изгибаясь, качая бёдрами, запуская руки в волосы, обнимаясь и сверкая глазами. Ну а что?! Разве девочкам не приятно, когда парни пускают слюни, воображая себе всякие фривольности? Мы тоже воображаем…

Ноги гудели, но тело казалось лёгким, как пёрышко: коктейли здесь сбоев не давали. Сцена поплыла перед моими глазами, и я решила выйти ненадолго на воздух, отдышаться.

Санни болтала с музыкантами, Адирэ обвилась вокруг темноволосого красавчика просто гигантского роста, очевидно, рассчитывая на приятное продолжение вечера.

Хмыкнув, я направилась к дверям чуть неровной походкой, довольная проведённым временем и почти забывшая о проблемах на работе. Чёрт дёрнул меня взглянуть в ближайшую к выходу кабинку для свиданий…

За крохотным столиком, развалившись и вытянув ноги, в одиночестве сидел профессор Мавинус. Перед ним стояла полупустая бутылка виски. Рядом валялся небрежно брошенный пиджак.

Обомлев, я пялилась на обтянутые брюками бёдра, полурасстёгнутую мятую рубашку, растрёпанные чёрные волосы, жёсткую линию подбородка.

Серые глаза, наконец, поднялись, и он так и впился в меня взглядом.

Не знаю… злость из-за проекта, алкоголь или что-то ещё всколыхнулись во мне огнём… я просто-таки набросилась на Эрчина.

– Ты, – прошипела я, – влетая в кабинку, – как ты посмел только? Университет доверял тебе! Мы все доверяли! Я рассчитывала… А ты, чёрт, воспользовался нашим доверием, своей должностью! Да ты хоть понимаешь, что натворил! – я почти сорвалась на крик.

Он полоснул меня взглядом, скрипнул зубами, но не произнёс ни слова.

– Уж я прослежу, чтоб ты получил заслуженное наказание, – всё больше расходилась я. – Когда они тебя поймают… – я ткнула в его сторону пальцем и захлебнулась словами, когда он резко схватил меня за запястье, потянув на себя. Я споткнулась и чуть не упала, попыталась вырвать руку, но он держал её мёртвой хваткой.

– Хочешь поговорить, декан, – он снова скрипнул челюстью, – поговорим, но не здесь, – он поднялся, выбрался из-за стола одним движением и потащил меня за собой. Эта бесцеремонность потрясла меня настолько, что первые мгновения я молчала… момент был упущен.

Уже у выхода я краем глаза увидела в толпе светлые волосы, мелькнула ехидная улыбка Саула, и Эрчин вытолкнул меня наружу. Не останавливаясь, он тянул меня куда-то за здание бара, в мрачный, освещаемый только бледными звёздами проулок. Хорошо, хоть, в Тёмном мире всегда тепло, в Основе я бы уже околела.

Развернувшись, он толкнул меня к стене и отпустил. Я тут же попыталась сбежать, но Эрчин поймал меня, не дав сделать и шага, сжал запястья одной рукой и прикрыл мне ладонью рот.

– Ну нет уж, мой милый декан, ты меня выслушаешь. И не вздумай орать: зашью губы. Поняла?

Я закивала: он может. Заклинания у тех, кто якшается с монстрами, гадкие.

Профессор убрал ладонь с моего лица, но меня не отпустил.

– Судя по этому «взрыву», там, в баре, ты уже в курсе кое-каких моих дел. Но ты понимаешь всё неправильно. И они тоже. В преступники записали. Печать поставили, – он ударил ногой по стене, так, что я ощутила её вибрацию спиной. – А я не крал его, слышишь, не крал!

Я что-то пискнула, не решаясь возражать. Вот так, когда он нависал надо мной в темноте, когда я видела только грубый силуэт, чувствовала давление на своих руках, вдыхала резкий запах

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.