Л. В. Филимонова
Святая Наталия

Смерть в вере или жизнь без Христа?

Страдания святых мучеников Адриана и Наталии

Память их совершается 26 августа / 8 сентября

Великий гонитель Церкви Христовой нечестивый царь Максимиан[1], преследуя и умерщвляя повсюду множество христиан, прибыл в город Никомидию[2]. Прежде всего царь отправился в идольское капище, пал ниц пред идолами и принес им жертвы вместе с горожанами, которые придерживались эллинской веры. Затем он приказал отыскивать христиан и предавать их мучениям, а людям, скрывавшим христиан, царь угрожал жестокими наказаниями. Тем же, кто доносил на христианин и указывал место, где они скрывались, Максимиан обещал награды и почести. Поэтому многие горожане, кто из-за боязни грозного повеления царя, кто из-за наград, стали выдавать друг друга на смерть: сосед соседа, ближний ближнего своего.

Так, одному военачальнику донесли о христианах, которые скрываются в пещере и всю ночь поют молитвы своему Богу. В эту пещеру немедленно были отправлены воины. Захватив находившихся там двадцати трёх христиан и заковав их в железные цепи, воины повели арестованных на суд в город.

В это время царь ехал на колеснице в идольское капище для принесения жертв. Встретив его на дороге, воины, сопровождавшие связанных христиан, закричали:

– Царь, вот хулители наших великих богов.

Максимиан велел остановить колесницу и, подозвав к себе узников, спросил, кто они и откуда.

– Мы христиане, родились в этой стране.

– Разве вы не слыхали, – продолжал царь, – какие мучения ожидают тех, кто именует себя христианами?

– Да, мы слышали, – отвечали святые, – и смеялись над твоим безумием и над самим сатаной, действующим в людях, которые противятся Истинному Богу!

Разгневанный царь воскликнул:

– Как осмеливаетесь вы смеяться надо мною и называть меня безумцем? Клянусь великими богами, я предам вас лютейшим мучениям и изувечу ваши тела!

– Растяните их и бейте палками без всякой пощады, – приказал он воинам, – и мы посмотрим, придет ли их Бог к ним на помощь и освободит ли их из моих рук.

и мученики жестоко были избиты воинами. Затем трем мучителям было приказано бить святых воловьими жилами по обнаженному телу. Во время избиения они говорили царю:

– Враг Божий! Поставь еще хоть троих мучителей; сколько бы ты их ни звал и какие бы муки ни выдумывал, знай, этим только умножишь наши мученические венцы.

– О, окаяннейшие из людей! – воскликнул царь. – Я прикажу отсечь ваши головы, а вы мечтаете украсить их венцами?! Откажитесь от своей веры. Не губите себя из-за своего упрямства, иначе я покараю вас.

– Тебя покарает Бог, – отвечали мученики, – за то, что ты мучаешь невинных, Его рабов, не сотворивших никакого зла!

Тогда царь приказал воинам:

– Бейте их камнями по устам!

Схватив камни, воины начали ими бить мучеников по устам, но не столько наносили вред христианам, сколько себе, так как они обезумели и этими камнями сокрушали друг другу челюсти.

А святые говорили Максимиану:

– Беззаконник и богоненавистник! Ты безжалостно бьешь нас, ни в чем не повинных перед тобою; убьет же и тебя Ангел Божий и погубит весь нечестивый твой дом.

Ты не можешь насытиться пытками, которыми мучаешь нас в продолжение стольких часов и с такою жестокостью. Очевидно, ты не подумал о том, что у нас такое же тело, как у тебя. За это тебя самого ожидают несравненно большие муки.

Разгневанный мучитель Максимиан воскликнул:

– Клянусь великими богами, я повелю отрезать ваши языки, чтобы и другие, глядя на вас, научились не противоречить своим господам!

Мученики Христовы отвечали:

– Послушай, нечестивый мучитель! Если ты ненавидишь и мучаешь тех рабов, которые противятся своим земным господам, то зачем же ты принуждаешь нас противиться Небесному Царю нашему? Или ты хочешь, чтобы и нас постигли те же муки, которые уготованы тебе?

– А какие муки ожидают меня? – спросил царь.

– То, что Бог приготовил дьяволу и ангелам его, – отвечали святые, – приготовил Он и вам, сосудам дьявола, а именно: неугасимый огонь, неусыпающий червь, непрестанное мучение, вечную казнь, адскую погибель, тьму кромешную и тартар, где плач и скрежет зубов и многие другие неисчислимые мучения.

– Клянусь, я велю отрезать у вас языки! – воскликнул мучитель.

– Безумец! – отвечали святые. – Если у нас отрежут языки, которыми мы прославляем Бога, то наши воздыхания еще легче дойдут до Него и наши сердца еще сильнее возопиют к Нему, а пролитая тобою кровь, как труба, возвысит свой голос к Небесному Царю, Владыке, о том, что мы страдаем неповинно.

Услыхав такой ответ святых, нечестивый царь повелел заковать их в железные цепи и посадить в темницу, а имена их и речи записать в судебные книги. Когда святых ввели в судебную палату для записи их имен, один из начальников палаты, муж знатный, по имени Адриан, придерживавшийся эллинской религии, будучи свидетелем терпеливого и мужественного страдания святых мучеников, воскликнул:

– Заклинаю вас Богом вашим, ради Кого вы так страдаете, – скажите мне честно: какую награду ожидаете вы от своего Бога за такие мучения? Думаю, вы надеетесь получить от Него нечто великое и чудное.

Святые мученики отвечали ему:

– Мы своим языком не можем выразить и умом не можем постигнуть тех радостей и преславных почестей, которые мы ожидаем получить от Владыки нашего, Праведного Воздаятеля.

– А не известно ли вам об этом из пророческих, законодательных и других книг? – спросил Адриан.

– Об этой славе и воздаяниях, которые мы ожидаем получить, в нашем Священном Писании говорится: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2, 9). Даже пророки не могли до конца постигнуть умом тех вечных благ, так как они были такие же люди, как и мы; хотя они угождали Богу благою верою и добрыми делами и говорили то, что внушал им Дух Святый.

Узнав об этом, Адриан встал посреди палаты и сказал писцам, записывавшим имена мучеников:

– Запишите и мое имя с этими святыми, так как теперь и я – христианин и вместе с ними умру за Христа!

Писцы тотчас же отправились к царю и сообщили ему о том, что Адриан объявил себя христианином и просит их записать и его имя в число осужденных.

Услышав об этом, царь удивился и разгневался и, призвав к себе Адриана, спросил:

– Ты лишился разума, Адриан? И хочешь злой погибели?

– Нет, – отвечал он, – напротив, я был в великом безумии, а ныне благодаря святым мученикам здравый разум вернулся ко мне.

– Не рассуждай, – воскликнул царь, – а лучше проси прощения, сознайся перед всеми, что ты согрешил, и вычеркни свое имя из списка осужденных.

– С этих пор, – отвечал Адриан, – я начну молить истинного Бога простить мне мои грехи, которые я совершил, когда был язычником.

Разгневанный такими словами, царь Максимиан повелел заковать Адриана в железные цепи и заключить в темницу вместе с другими мучениками. Затем царь назначил день, когда предаст их мукам. Один из слуг Адриана прибежал в его дом и сообщил госпоже своей Наталии, жене Адриана, что их господина заковали в цепи и отправили в темницу. Наталия, охваченная ужасом, горько заплакала и, разорвав на себе одежды, спросила слугу:

– За какую же вину господина моего посадили в темницу?

– Некоторых людей мучили за Христа и за то, что они не послушались царского повеления, не отреклись от своей веры и не принесли жертвы богам. Наш господин был свидетелем этого и просил писцов записать и его имя в число осужденных на смерть, так как он решил умереть вместе с ними, – отвечал слуга.

– А можешь ли ты сказать мне поточнее, за что мучили тех мужей? – опять спросила слугу Наталия.

– Я же сказал тебе, – отвечал слуга, – их мучили за некоего Христа и за то, что они не послушались царского повеления поклониться богам.

Тогда Наталия весьма возрадовалась духом и перестала плакать. Наталия была дочерью верующих в Бога родителей, но боялась ранее открыть свою веру во Христа, она хранила свою веру тайно, так как видела, какому лютому гонению и мучению подвергаются христиане со стороны нечестивых; теперь же, узнав, что муж ее уверовал во Христа и записан в число осужденных на мучение, она твердо решила объявить и себя христианкой. Наталия сбросила с себя разорванные одежды и, надев самые лучшие, отправилась в темницу, припала к ногам своего мужа и, облобызав его оковы, сказала:

– Блажен ты, господин мой Адриан, ибо нашел такое сокровище, которого не наследовал от своих родителей: так благословится человек, боящийся Господа (Пс. 127, 4)! Поистине, господин мой, ты теперь в таких юных летах своею верою во Христа собрал такое богатство, какого не приобрел бы даже и на старости лет, оставаясь в эллинском заблуждении. Теперь без печали ты перейдешь в будущую вечную жизнь и найдешь такое сокровище, которого не получат там те, кто собирают себе большое богатство и приобретают имения. В земной жизни не будет им времени приобретать что-либо, или давать взаймы, или самим у кого занять, так как никто из близких не может избавить человека от вечной смерти в аду и от мук гееннских; там никто не поможет друг другу – ни отец сыну, ни мать дочери, ни великое земное богатство – собравшему его, ни рабы – господину своему, но каждый понесет свое наказание. Твои же все добродетели, господин мой, пойдут с тобою ко Христу, чтобы воспринять тебе от Него блаженство, уготованное любящим Его. Иди же к Нему с дерзновением, не боясь будущего наказания; ведь ты уже теперь победил и огонь неугасимый, и прочие муки. Молю же тебя, господин мой, твердо пребывать в том звании святого мученика, в которое ты призван милосердием Божиим. Пусть ничто не собьет тебя с этого доброго пути – ни сожаление о юной красоте, ни любовь к родным и друзьям, ни богатство, ничто земное: все это придет в ветхость и истлеет; но имей пред глазами своими только то одно, что вечно, и не оглядывайся на тленные и временные блага этого мира. Не увлекайся льстивыми словами родственников и друзей твоих, чтобы не отвлекли они тебя от веры своим лукавым советом. Возненавидь их ласки, отвергни их советы и не слушай их соблазнительные речи; взирай только на святых мучеников, находящихся с тобою, и их словам внимай, их терпению подражай без всякого колебания. Не бойся ярости мучителя и различных мук: все это скоро окончится, а от Христа Его рабам, страждущим за Него, будет на небе вечная награда.

Был уже вечер. Когда Наталия умолкла, Адриан сказал ей:

– Теперь ступай домой, жена моя; как только узнаю о времени, когда нас выведут на мучение, я извещу тебя, и ты придешь и увидишь нашу кончину.

Затем Наталия подходила к каждому из двадцати трех узников, припадая к ним, лобызала оковы их и говорила:

– Рабы Христовы! Молю вас, утверждайте в подвиге эту Христову овцу; помогите ему претерпеть до конца, указывая на будущее воздаяние, уготованное верным, приносящим кровь свою Христу Богу, подобно вам, принесшим Ему свою кровь. Ведь за страдание ваше вы получите в награду вечное спасение. Присоедините и его душу к своим душам и будьте ему отцами вместо родителей по плоти, которые были нечестивыми; укрепите его душу вашими святыми наставлениями с твердой верой совершить свои страдальческий подвиг.

– Смотри, господин мой, – снова обратилась Наталия к Адриану, находившемуся в самой глубине темницы, – не щади своей молодости и красоты телесной: бренное тело будет пищею червей. Не помышляй об имении своем, о золоте и серебре, так как все это не принесет пользы на Страшном суде. Там никто никакими дарами не может откупиться от вечной погибели. Только одни добрые дела святых душ примет Бог вместо даров.

Сказав это, Наталия ушла домой.

По прошествии нескольких дней Адриан, услыхав, что царь хочет уже вывести его вместе с другими узниками на суд и мучение, обратился к святым мученикам с такой просьбой:

– Господа мои! – сказал он. – С вашего благословения мне нужно сходить в свой дом и позвать рабу вашу, мою жену Наталию, затем, чтобы видеть ей наши страдания, так как я обещал позвать ее в назначенный для этого час.

Святые дали ему свое благословение и поручились за него. Заплатив темничным стражам, Адриан отправился домой.

Один из горожан, увидев его идущим домой, опередил Адриана и сообщил Наталии, что муж ее освобожден от оков и подходит к дому. Услышав об этом, Наталия не поверила и сказала:

– Кто же мог освободить его? Не может быть, чтобы мой муж расстался со святыми мучениками.

Во время этого разговора пришел также один из слуг и сказал:

– Знаешь ли, госпожа, муж твой освобожден и уже подходит к дому.

Наталия, подумав, что Адриан отрекся от Христа и поэтому освободился, сильно опечалилась и горько заплакала. Увидав в окно приближавшегося к дому мужа, она бросила свою работу, поспешно встала и, затворив двери, воскликнула:

– Не подходи ко мне, отступник от Бога, обманувший Господа своего! Я не хочу говорить с тобой и не стану слушать твои лживые слова! О, безбожник и окаяннейший человек! Кто побудил тебя взяться за дело, которого ты не смог довести до конца? Кто разлучил тебя со святыми? Кто соблазнил тебя удалиться от содружества с ними? Что обратило тебя в бегство до выхода на брань? Ты не увидел еще врага, а уже бросил свое оружие; в тебя не выпущена еще стрела, а ты уже сражен! Может ли быть добрая семья от безбожного рода? Может ли быть принесена чистая жертва Богу от потомка мучителя? Будет ли благоуханным для Вышнего кадило со стороны тех, кто проливает кровь неповинную? И как быть мне, несчастной, вышедшей замуж за этого нечестивца? Не удостоилась я звания супруги мученика, напротив, сделалась я женою отступника. Кратковременна была моя радость и перешла она в вечное поношение; пользовалась я некоторое время почестями среди жен, а теперь мне будет всегда стыдно перед ними!

Блаженный Адриан, стоя за дверями и слушая Наталию, радовался и загорался еще большим желанием исполнить обещание Христу Богу. Он удивлялся таковым словам молодой жены, недавно вступившей с ним в брак. Прошло всего лишь тринадцать месяцев со дня их женитьбы.

Видя великую скорбь своей жены, Адриан, стуча в двери, начал ее просить:

– Отвори же мне, госпожа моя Наталия! Не убежал я от мучений, как ты думаешь; нет, не мог я так поступить. Я пришел взять тебя с собою, как обещал, дабы ты могла видеть нашу кончину.

Не веря его словам, Наталия с упреком продолжала говорить ему:

– Ты обманываешь меня, преступник, ты лжешь, как второй Иуда! Уйди от меня, или я убью себя! – И не отпирала дверей.

– Отвори же скорее, – просил Адриан, – а то я уйду, не увидев тебя, и ты будешь скорбеть об этом. Мне нужно скорее возвратиться. За меня поручились святые мученики, и если меня не будет и обо мне спросят начальники, то святые, кроме своих мук, должны будут понести наказание и за меня; но могут ли они понести мучения и за меня, когда они и так уже едва живы?

Наталия тотчас с радостью отворила двери, и оба бросились друг к другу в объятия.

– Блаженна ты, жена! – сказал Адриан. – Поистине, ты супруга, любящая мужа! Венцом тебе будет блаженство: ты, хотя и не терпишь сама мук, но соболезнуешь страданию мучеников своим участием.

И Адриан вместе с женой отправился в темницу.

По дороге он спросил Наталию:

– А как же мы поступим со своим имением?

Наталия отвечала:

– Оставь, господин мой, попечение о земном, чтобы не совратило оно твоего ума; заботься и помышляй единственно о подвиге, совершить который ты призван. Забудь обо всем мирском, тленном и вредном для души, позаботься лучше о том, как получить вечные блага, уготованные тебе и тем святым, с которыми ты идешь путем Господним.

Войдя в темницу, раба Божия Наталия припала к святым мученикам и, лобызая оковы их, увидела их загноившиеся раны, в которых были черви. От тяжести железных оков разрывались суставы мучеников. Наталия стала отирать гноившиеся раны мучеников и немедленно послала своих служанок принести из дома хорошего полотна для перевязок. Когда полотно было принесено, Наталия своими руками перевязала раны страдальцев и, насколько могла, облегчила их нестерпимые страдания, прислуживая в темнице семь дней до самого суда.

Когда настал день суда, царь Максимиан повелел привести к себе узников. Слуги тотчас же отправились в темницу объявить христианам царское повеление. Увидев, как они изнемогли от тяжких ран и не могут ходить, слуги поволокли всех мучеников, связанных одною цепью, как трупы скотов; Адриана же вели позади всех, связав ему руки сзади.

Когда они подходили к судилищу, царь был извещен об этом.

– Ведите сюда всех вместе, – приказал царь, – дабы они видели мучения друг друга. Приготовьте их к мучению, обнажив по пояс.

Начальник темницы доложил царю:

– Царь! Те, которые подвергались мучениям раньше, не могут быть истязаемы ныне: их тела загноились, сквозь раны виднеются кости, и, если начать их мучить снова, они, пожалуй, тотчас же умрут, не перенеся мук, им уготованных. Мы не хотим того, чтобы они умерли от кратковременного мучения, как маловиновные, но дай им некоторое время на выздоровление. Потом, когда они поокрепнут, мы сможем предать этих людей жесточайшим мучениям за их беззакония. Повели привести сюда одного Адриана, так как он бодр и здрав телом и может понести различные мучения.

Царь приказал ввести одного Адриана. Раздев Адриана по пояс, слуги дали ему самому нести орудия для пыток. Святые мученики сказали:

– Блажен ты, Адриан, ибо сподобился понести крест свой, подражая Христу! Смотри же, не устрашись и не потеряй своей награды. Остерегайся дьявола, который может украсть твое сокровище; не бойся видимых мук, а взирай на будущее воздаяние: смело приступи и посрами мучителя! Знай: нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас (Рим. 8, 18) и которую мы надеемся получить по милости Господней.

Блаженная Наталия также сказала Адриану:

– Обрати ум свой к одному только Богу, и пусть сердце твое не страшится ничего! Мал труд, но покой бесконечен, страдания кратковременны, а слава мученическая вечна; потерпишь недолго и вскоре будешь радоваться с Ангелами. Если ты, служа земному царю, заботился о собирании малых податей, не щадя своего здоровья, и готов был умереть на войне, то не с большим ли мужеством теперь надлежит тебе принять всякие мучения и умереть за Царя Небесного, Который Сам воздаст тебе великие почести.

Когда привели Адриана к нечестивому царю Максимиану, он, взглянув на святого, спросил:

– Неужели ты пребываешь еще в своем безумии и хочешь в мучениях закончить свою жизнь?

– Я уже прежде говорил тебе, – отвечал Адриан, – я не обезумел, но образумился и готов умереть!

Царь спросил:

– Не принесешь ли ты жертвы и не поклонишься ли богам, как я и все, которые со мною?

– Безумец, – отвечал Адриан, – заблуждаясь сам, зачем же ты и других вводишь в заблуждение? Ты ведь не только себя самого подвергаешь погибели, но и весь народ, который слушает тебя, ты увлекаешь на погибель, советуя и принуждая поклоняться бездушным истуканам, оставив истинного Бога, Творца неба и земли!

– Так ты считаешь наших богов малыми? – спросил царь.

– Я, – отвечал Адриан, – не называю их ни малыми, ни великими, ибо они – ничто.

Тогда разгневанный мучитель приказал жестоко бить его палками. Блаженная Наталия, увидев, что ее мужа начали бить, известила о том святых мучеников.

– Мой господин начал страдать!

Святые тотчас же стали молить Бога укрепить святого Адриана в перенесении мук. Царь же повелел мучителям приговаривать: «Не хули богов!» А святой, когда его начали бить, спросил царя:

– Если я страдаю за то, что хулю ваших богов, которые вовсе не боги, то какое же мучение ожидает тебя за хулу на Истинного Бога?

– Ты научился говорить так дерзко, вероятно, у этих обольстителей, с которыми ты был заключен в темницу? – спросил царь.

Мученик отвечал:

– Зачем ты называешь обольстителями наставников на спасение к вечной жизни? Это вы – обманщики, увлекающие людей в погибель!

Разгневанный Максимиан повелел четверым сильным слугам жестоко бить мученика толстыми кольями. И когда били Адриана, он говорил:

– Чем больше мучений ты изобретешь для меня, тем больше венцов исходатайствуешь мне у Господа моего!

А блаженная Наталия все вопросы царя и ответы ему Адриана передавала святым мученикам.

– Пощади хоть юность свою, – продолжал увещевать мучитель, – и призови богов! Зачем тебе так напрасно погибать? Мои боги велики, и мне очень жаль тебя, видя, как сильно ты мучаешься и как гибнет твоя красота!

– Напротив, я щажу себя, – отвечал святой мученик, – ибо не хочу погибнуть для вечной жизни!

– Призови же богов, – упрашивал мучитель, – они помилуют тебя, а я возвращу тебе прежний чин. Несправедливо сравнивать тебя с другими заключенными. Ты – человек благородный, сын знатных родителей и хотя молод, но достоин великих почестей; эти же узники – бедняки, низкого происхождения и глупые невежды!

– Я знаю, – отвечал Адриан, – тебе известен мой род и происхождение; но если бы ты знал этих святых и богатое наследие, которого они ожидают, ты бы один из первых припал к их ногам и просил их помолиться о себе и своими же руками уничтожил бы своих бездушных богов!

Разгневавшись еще сильнее, мучитель приказал четверым сильным слугам бить мученика по животу.

И они били святого до тех пор, пока из его живота не начали выпадать внутренности. И только тогда мучитель остановил избиение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Максимиан II Галерий – зять и соправитель императора Диоклетиана, впоследствии его преемник с 305 по 311 г.

Вернуться

2

Никомидия – столица восточной империи, великолепный город в области Вифании, на берегу Мраморного моря, в северо-западной части Малой Азии.

Вернуться