Анна Петрова
Сильвия и Петракл

Посвящается Евгению и Александре

Часть I
Сильвия и Петракл

Глава 1. Спасение.

На песчаном берегу неподвижно лежала молодая девушка на вид лет семнадцати. Лежала она с закрытыми глазами и выглядела совсем обессиленной. Каштановые локоны её волос растрепались и прилипли к по-юношески округлым щекам, которые пылали ярким, нездоровым румянцем. Девушку трясло в лихорадке, и вся кожа её покрылась испариной.

Остров, на котором она находилась, считался необитаемым, и редкие корабли заплывали туда. В этот день на острове, кроме неё, никого не было.

Внезапно в небе над берегом появилось чёрное пятно, по мере приближения оно приняло очертания большой птицы. Птица эта оказалась вороном – он приземлился на песке рядом с девушкой. Пернатый принялся ходить возле неё, затем взлетел. Вокруг ворона закрутился чёрный вихрь, и, мгновение спустя, на берегу уже стоял юноша с иссиня-чёрными волосами и странной, сероватого оттенка кожей. Он склонился над лежащей, и та приоткрыла глаза: «Показалось», – подумала она в полубредовом состоянии. Вдруг девушка ощутила, что её тянут вниз к воде, и вскоре ноги почувствовали влажную прохладу.

«Кажется, меня топят», – на миг бедняжку охватила паника, в ожидании полного погружения она набрала воздух в лёгкие и задержала дыхание, но ничего не произошло. С трудом приоткрыв глаза, но так никого и не увидев, девушка вновь погрузилась в сон.

***

Капитан торгового судна обратил внимание на летящую в небе птицу. Она приближалась прямо к его кораблю.

– Петракл спешит!

– Кто спешит? – переспросил стоящий рядом с ним матрос.

– Петракл – ворон.

Мгновение спустя большая чёрная птица села на штурвал капитана.

– Пошёл вон! – крикнул на ворона матрос и замахал руками. Капитан остановил его:

– Лучше иди и пересчитай наш груз ещё раз, как следует: каждый ящик и каждый мешок.

Когда матрос отправился выполнять задание капитана, тот осторожно протянул к птице руку и заговорил с вороном мягким голосом:

– Что приключилось?

Он посмотрел своему крылатому гостю прямо в глаза, тот издал краткий «кар» и сделал взмах крылом в сторону ближайшего острова.

Капитан понял его по-своему:

– Петракл, добрая душа, ты хочешь спасти ребёнка!

– Кар!

– Не ребёнка – женщину? Курс на сушу, спасём человека! – отдал приказ капитан.

– Кар!

– Ты надумал со мной работать? Мы, два морских волка, будем вместе одной командой!

Петракл взлетел со штурвала и направился в сторону суши.

– Не соглашается, чертяка, – сказал капитан.

***

Корабль причалил к берегу. По песку возле лежащей девушки расхаживал ворон.

– Да она того, уже умерла, – сказал один из матросов. Капитан нахмурился: дома его ждала почти такого же возраста дочь. На мгновение он испугался: лежащая была издали похожа на неё.

Мужчина подошёл ближе и присел у изголовья незнакомки: он приблизил своё лицо к лицу девушки и почувствовал тепло её дыхания.

– Жива ещё, поднимайте на палубу, – скомандовал капитан, – попробуем залить в бедняжку снадобье. Очнётся или нет – в любом случае мы высадим её в ближайшем порту.

К вечеру девушка пришла в себя, приподнялась на койке и в течение какого-то времени смотрела на членов команды с удивлением, не понимая, как она очутилась среди них.

– Благодари Петракла за спасение! Что ты делала одна на острове? – спросил её капитан.

– К-кого благодарить?

Девушка собиралась с мыслями.

– На острове я хотела побыть одна пару дней – меня привёз лодочник из города Руни. Мы договорились, что он вернётся за мной по прошествии срока. Внезапно, я совершенно не знаю почему, мне стало дурно и закружилась голова. Я пошла к морю, чтобы освежиться, но упала прямо на берегу.

– Наверняка, это ядовитые испарения! Ты ходила вглубь острова? Я бы на твоём месте не отправлялся один на необитаемый остров.

Капитан неодобрительно покачал головой.

– Мы причалим в Руни и высадим тебя там. Тебе есть, куда податься? – он пытался быть строгим, но глаза его выдавали сочувствие.

– Да, я поеду обратно к матушке на ферму… Капитан! – её глаза наполнились слезами, -

Я хочу выразить благодарность Вам и команде за спасение моей жизни!

Капитан кивнул:

– Поблагодари птиц за своё спасение. Зерна им брось или хлеба – особенно воронам.

Девушка посмотрела на капитана с удивлением. Один из стоящих рядом матросов произнёс:

– Да тут прилетал какой-то ворон, он нас к тебе и привёл!

– Я не видела ворона на острове. Один человек, кажется, мужчина – какой-то странный, склонился надо мной и потянул вниз к воде. Я была почти уверена, что мне это почудилось.

– Так и есть! – отрезал капитан, – Тебе привиделось! На острове никого не было, кроме нас, да и мы бы не приплыли, не случись с тобой беды!

Девушка промолчала.

– Как тебя зовут?

– Сильвия.

– Скоро прибудем в порт, так что собирайся, Сильвия.

Глава 2. Знакомство.

Покинув корабль, Сильвия шла по причалу, неловко пошатываясь – у неё ещё кружилась голова после болезни. Девушка бросила последний взгляд назад, втайне надеясь увидеть членов команды, на прощание машущих ей руками или, в крайнем случае, утирающего скупую мужскую слезу капитана. Однако перед ней предстало мирно покачивающееся на волнах судно и ни одного человека, кто смотрел бы в её сторону. «Зря надеялась, – подумала она, – даже тем, кто спас, нет до меня никакого дела».

Девушка проходила мимо уличного рынка и вспомнила о просьбе капитана накормить птиц. Сильвия купила у торговки немного зерна и задала ей вопрос:

– Не слышала ли ты о птицах, спасающих людей?

Женщина, молча и ничего не понимая, взглянула на неё.

«Так и знала – это что-то новое», – подумала Сильвия.

Дальше она направилась к ближайшему постоялому двору и по дороге рассуждала о возможности убедить капитана оставить её на судне, чтобы она могла служить у них хотя бы помощницей повара: «До чего же не хочется возвращаться к матушке домой: жить на ферме и работать с ней на винограднике!»

Сильвия разбросала зёрна у торговой площади и затем оплатила постой в комнате напротив пристани. Окна комнаты не выходили прямо на море, как того бы хотелось девушке, и Сильвия решила провести время, оставшееся до сна, сидя под деревом рядом со своей гостиницей и глядя в сторону горизонта. Она с наслаждением созерцала таинственно сияющую луну, свет от которой дорожкой сбегал по темной глади воды, завораживая и погружая девушку в мир фантазий и грёз.

Вдоволь насладившись этим зрелищем и даже успев продрогнуть от ночной прохлады, Сильвия вернулась в свою комнату. Она подошла к окну, чтобы закрыть его, когда в свете луны увидела большого ворона, сидящего на ближайшем дереве. Птица, казалось, смотрела ей прямо в глаза. Сильвия сперва замешкалась, но переборола свой страх и тихо спросила:

– Ты Петракл?

Ворон кивнул, или, по крайней мере, Сильвии так показалось, прилетел и сел к ней на окно.

– Ты не боишься подлетать ко мне так близко? – спросила Сильвия, ведь ей самой уже было немного не по себе.

Ворон каркнул, и в голове у девушки возникли мысли:

– Я спас твою жизнь. Я прилетел, чтобы увидеть тебя. С тобой всё в порядке?

– Да, ты волшебная птица?

– Я птице-человек и легко становлюсь похожим на людей, когда захочу этого, но долго я не могу находиться в облике человека, поэтому и не живу среди вас.

Сильвия поймала себя на возникшем любопытстве, и в одно мгновение ей пришёл ответ:

– Хочешь, чтобы я стал человеком? А ты не испугаешься?

Сильвию уже довольно сильно трясло: то-ли от холода ночи, проникавшего из открытого окна, то-ли от мысленного общения с таинственным гостем.

– Кажется, мы уже встречались – я видела тебя там, на берегу!

– Это был я, но тогда ты не могла меня разглядеть.

Тут ворон поднялся и упорхнул куда-то.

«Улетел», – расстроилась Сильвия.

Внезапно перед её окном из темноты вынырнул некто…

Сильвия издала крик ужаса и отпрянула назад. Напугавший её сразу же исчез, только потом девушка поняла, что это и был ворон, воплотившийся в человека. Она попыталась вспомнить фигуру, так напугавшую её: чёрные глаза широко расставлены, совсем не как у человека, крупный нос похож на клюв, губ практически не было видно из-под нависающего носа, а кожа странного, серого цвета, местами из неё торчали… да, это были перья! «Это всего лишь тощая, костлявая птица, – подумала Сильвия, – птице-человек, который спас мне жизнь, а я приняла его за чудовище». Её охватило щемящее чувство вины перед оборотнем.

– Петракл! – позвала девушка тихо, – прости меня, я постараюсь больше так не делать! Покажись, я не буду кричать, обещаю!

За деревом напротив окна что-то  зашевелилось, длинная костлявая рука раздвинула ветви и в темноте сверкнули глаза.

– Я не выйду, ты меня боишься. Я не хочу тебя напугать.

Сильвия услышала голос – он говорил! На этот раз голос был реальным и звучал по-настоящему, а не только в её голове.

Сильвия не сдавалась:

– Я испугалась от неожиданности, ведь ты выскочил совсем внезапно! Любой бы закричал на моём месте!

Петракл ничего ей не отвечал, а Сильвию разбирало любопытство, и тогда она решила применить свою женскую хитрость, тем более в её случае это было правдой:

– Молю тебя, выйди, Петракл! Я не встречала никого подобного тебе!

Но таинственный гость скрылся в темноте. Несколько минут спустя на карниз приземлился ворон.

– Петракл, это ты?

– Да, это я, – прозвучало в её голове.

– Почему ты спас меня там, на острове и почему сейчас прилетел?

– Я за тобой наблюдаю. Ты мне нравишься.

Сильвия залилась румянцем, хотя в темноте этого было не видно. Петракл продолжил:

– Скажи, для чего ты отправилась на остров? Будь честна со мной!

– Я хотела побыть одна, мне нужно было подумать о своей дальнейшей жизни.

– Нет, другая причина!

– Я не знаю! Зачем ты спрашиваешь?

– Я твой духовный помощник, Сильвия.

– Кто? – Сильвия была весьма польщена и удивлена одновременно. – Я знала, что я не одна, с тех пор, как мой отец умер, я это особенно сильно чувствовала.

– Давай, продолжай, ты подобралась к самой сути!

– А, это… – Сильвия взяла паузу и закатила глаза направо. – Я хотела найти на том острове камень, вызывающий духов. Ведь мне так сильно надо было спросить совета у покойного отца.

– Задумайся – ты сама чуть не ушла в мир мёртвых!

Тут же губы Сильвии задрожали, и её прелестное лицо перекосила гримаса отчаяния:

– Пойми, Петракл, жизнь моя не стоит того, чтобы жить. Той судьбы, которая уготована мне, я не желаю, а другой судьбы у меня нет!

Ворон поднялся вверх, как будто собирался улетать, но вновь спустился и сел на окно:

– Так о чём ты хотела поговорить со своим отцом?

Вместо прямого ответа девушка выпалила:

– Он понимал меня лучше, чем кто-то другой!

– Камень, вызывающий духов – это легенда.

Сильвия стыдливо опустила глаза, но ворон продолжил:

– Так прозвали это место: вызывающее духов.

Сильвия удивлённо подняла брови, пока «слушала» его мысли:

– На камне есть надпись: «иди туда, если хочешь вызвать дух», что означает, испустить дух, то есть умереть! Потому что заросли там полны ядов. А люди о нём распустили глупые легенды, ничего общего не имеющие с действительностью. Недаром на острове никто не живёт… А место красивое!

Сильвия старалась не смотреть на ворона в то время, пока его слова пролетали в её голове.

– Значит, у меня не получится поговорить с духом отца? – тихо спросила девушка с отсутствующим видом: она стояла, дрожа от холода и заламывая руки.

Петракл опять поднялся в воздух, пролетел немного и сел на ветку.

– Ложись спать, отдохни, Сильвия.

– А что мне делать завтра? Возвращаться домой к матери? Подскажи, пожалуйста, Петракл, ты ведь мой помощник!

Ворон поднялся с ветки и улетел. В своей голове Сильвия услышала ответ:

– Не знаю.

Раздосадованная, девушка села на кровать и провела какое-то время в раздумьях.

Потом она нахмурила брови и стала передразнивать Петракла: «Я мудрый ворон, твой духовный помощник! Как ты могла поехать на остров и отравиться? А что тебе делать – я не знаю!». Закончив свою пародию, Сильвия громко рассмеялась.

 В дверях её комнаты неожиданно возникла хозяйка дома с подсвечником в руке:

– Я слышала разговоры и смех! Ты сама с собой беседуешь или привела кого? – волосы у женщины были взъерошены ото сна, а один глаз ещё не совсем открылся. Она продолжала:

– Тут у меня не бордель, милая! И не лечебница для психических личностей.

Сильвия сначала отвела взгляд, затем нашлась, что ответить:

– Дело в том, что я читаю стихи и поэмы! Я образованна и умею читать – вот перед сном развлекаю себя поэзией!

Хозяйка пристально посмотрел на неё через свет свечи.

– Знаем мы вас таких, образованных. Завтра подойди ко мне, грамота одна есть, прочитаешь. Только там не в рифму – это тебе не поэзия! Надо узнать, обманул меня торговец или нет.

Сильвия кивнула ей.

– Спокойной ночи, юная девушка. Заканчивай свои выступления, кроме птиц за окном тебя никто не услышит и не оценит твоей поэзии.

Женщина ушла, а Сильвия предположила, что та может даже знать о Петракле, ведь как точно она отметила про птиц.

«Мир полон загадок – сегодня он предстал мне в совсем ином свете. Быть может, и возвращение в отчий дом принесёт мне что-то новое и неизведанное?» – размышляла девушка, лёжа в кровати и постепенно засыпая.

Глава 3. Конфликт.

Наутро девушка нашла у себя на карнизе несколько прекрасных, свежих цветов.

«Ах, это Петракл!»– подумала Сильвия, и сердце её переполнилось романтическими чувствами к птице-человеку. Подумав немного, она засомневалась: «А, может, это один парень с пристани, он мне вслед глядел и улыбался, а подойти не решался! Тайный поклонник, не иначе!» – От этих мыслей девушка расплылась в улыбке.

Во время завтрака хозяйка, которую звали Тильда, принесла ей грамоту, и Сильвия, преисполнившись чувства собственной значимости, торжественно зачитала написанное вслух. Как будто подыгрывая ей, Тильда всплеснула руками, и произнесла:

– Какая умница! Не соврала – читать умеешь, и торговец, гляди ж, не обманул, дай Бог ему здоровья! Ну что, надолго ли ты у меня остаёшься?

– Не надолго – я поеду на виноградную ферму к матери.

– Так ты дочь землевладельца, вот и грамоту знаешь! И большой у вас виноградник?

– Большой! У нас есть работники и дом для прислуги… Вот только хозяин имения – мой отец, погиб в прошлом году.

– Сочувствую тебе, милая, – Тильда опустила глаза и задумалась о чëм-то своём, теребя кольцо на пальце, – а как тебе мои цветы, пришлись по вкусу ?

Сильвия посмотрела на неё с явным разочарованием.

– Ты не любишь цветов? – спросила женщина.

– Нет, что ты! Цветы просто прелесть!

Сильвия встала из-за стола и приобняла хозяйку в знак благодарности.

– Мне надо пойти в город – договориться с извозчиком. Я отправлюсь домой завтра на рассвете, – сказала она.

Тильда кивнула.

Весь день Сильвия провела в поисках ответов: разговаривала с местными жителями, выясняя про ворона и остров. Об умном вороне никто не слышал, об острове мнения расходились. Кто-то говорил, что камень действительно существует и вызывает разных духов, вплоть до дьявола из преисподней. Другие утверждали, что это обычный остров, но растения там опасные, а один горожанин рассказал, что его дед погиб на том острове, но скорей от жажды, чем от духов или от яда.

К вечеру Сильвия, устав от расспросов, пришла на пляж. Она уселась, опершись о большой валун, и наблюдала за закатным солнцем, размышляя, тем временем, сама с собой: «Что, если вчера – это была галлюцинация? Яд, наверное, еще дурманит мою голову». Но, не удалось девушке толком развить эту мысль, как рядом с ней приземлился и сел большой ворон. Сильвия сначала сделала вид, что это просто птица, до которой ей нет никакого дела. Но в голове у неё уже прозвучала мысль:

– Как тебе мои цветы?

Сильвия резко повернулась и выпалила в ответ:

– Не ври, те цветы принесла мне хозяйка дома!

– Какие цветы? Розовые принёс я! Ты видела, какие у неё в саду растут? Жёлтые и белые только, а розовые были от меня.

– Спасибо, конечно, но я всё равно тебе не верю. Точнее, я не верю В ТЕБЯ!

– Но я здесь.

– Ты даже не подсказал мне, что делать. Какой из тебя помощник?

– Как быстро иссякает людская благодарность, как память коротка на добрые дела! – прозвучало в голове Сильвии, и ворон захлопал крыльями в воздухе.

Но девушка, как будто не обратила на его слова внимания, и продолжила:

– Ты спросил меня, зачем я была одна на том острове. Но не скажешь ли ты сам, для чего мне помогаешь? Только ли потому, что я тебе нравлюсь?

Ворон взлетел ещё выше.

– Я, кажется, поняла: когда тебе не хочется отвечать, ты сразу улетаешь!

– Ты увидишь всё сама завтра, я покажу тебе!

– Но, Петракл! – Сильвия поднялась, заинтригованная его словами, – почему не сегодня, почему нельзя рассказать мне всё сейчас?

Ворон оставил её вопрос без ответа и, широко взмахивая крыльями, быстро превратился в точку на горизонте.

– Хотела бы и я так быстро улетать от всего, что не желаю ни видеть, ни слышать, – сказала Сильвия сама себе, стоя на пустом берегу. Она втайне злилась на Петракла – с ним не легко было договориться, а, учитывая то, что он обронил ей о роли духовного помощника, его поведение ну, совсем не вязалось с её желанным образом. «Он должен быть очень добрым и внимательным, честным и мудрым! А что он делает – просто убегает!» – подумала Сильвия, а затем схватила первый попавшийся под руку камень и швырнула его в море со всей силы. По воде пошли круги. Глядя на них, Сильвия вспомнила, как Петракл тащил её в воду, когда она лежала в лихорадке одна на берегу моря: «Видимо, он это делал, чтобы остудить меня. Впрочем, зря я злюсь. Чего я хочу от какой-то там птицы, будь она даже наполовину человеком? Через что прошёл Петракл – одному Богу известно. Нелегко ему быть таким чудным. Пусть летит, ведь он ничего мне не должен».

Глава 4. Возвращение домой.

На следующее утро Сильвия уже тряслась в повозке по пути домой. Но тряска её почти не волновала, потому что она полностью была поглощена созерцанием красивых пейзажей: простирающиеся вокруг поля, леса, холмы и широкое, бескрайнее небо завораживали девушку, захватывали дух. Через некоторое время она всё же задремала.

Сильвия увидела себя во сне маленькой девочкой, которая катается на лошади. Она кричала своему отцу:

– Папа, посмотри на меня! Смотри, как я еду!

Но отец стоял и разговаривал с каким-то важным мужчиной, не обращая на неё никакого внимания. Тогда маленькая Сильвия почувствовала, как выпускает поводья из рук и падает с лошади.

– Папа, помоги!

После чего обеспокоенный отец бросился на помощь Сильвии, полностью переключив на неё всё своё внимание.

Повозка налетела на кочку, и юная путешественница проснулась. Она вспомнила свой сон, её рука потянулась к медальону, висевшему на шее, где был выгравирован портрет отца. Девушка потрогала медальон и посмотрела на дорогу: вдалеке уже виднелась знакомая деревня, а значит, она почти приехала.

Сильвию встретила мать с распростёртыми объятиями и громогласными возгласами:

– Где же ты так долго пропадала? У нас сегодня встреча! Важный гость приедет, ты едва успела!

Только Сильвия сошла с повозки, как мать схватила её под руку, отвела в сторонку и тихо сказала, чтоб никто вокруг их не услышал:

– Жених хороший, удачно тебя пристроим – замуж выйдешь!

– Но я не хочу замуж, мама!

– Да ты что, надолго в девках решила остаться?

– Мама, тебе бы только о выгоде думать, а чего я хочу, ты не спрашиваешь!

– Да ты подумай, милая – он богат и к тому же ещё хорош собой! Лучшая партия из местных! Ты же не хочешь выйти за бедного?

Сильвия, поняв, что ей не переспорить мать, вместо ответа убежала в свою спальню на втором этаже. Снизу донёсся крик:

– На ужин спустись и переоденься – дорожное платье никуда не годится!

– Да, мама! – прокричала ей в ответ Сильвия.

Девушку терзали смешанные чувства: с одной стороны, ей было интересно увидеть маминого кандидата в мужья, с другой – кто посмеет решать что-то против её воли? Но, только если мать: «Она может так всё обернуть, что у меня даже выбора не останется. Сбежать, только сбежать! Отец бы не одобрил». Сильвия села на кровать и пальцами погладила медальон с портретом отца: «Мне нужен совет, папа, дай мне совет! Что делать?».

После чего встала и распахнула окно. Она насладилась своим любимым видом: «Простор и свобода! Как же хорошо!». Девушка вдохнула аромат цветущих деревьев за окном, затем подошла к постели и принялась раскладывать на ней свою коллекцию сочинений, которую достала из личного прикроватного сундука. Счастливая, она перебирала старые свитки, зачитывалась ими и радовалась, что снова оказалась в любимой атмосфере, где есть всё то, что ей так нравится. От её занятия Сильвию отвлёк звон колокольчиков, который означал, что надо спускаться вниз к столу. Всё внутри у девушки напряглось, и она искренне пожалела, что не приехала хотя бы на день позже.

Когда Сильвия спустилась, её ждали богато накрытый стол, группа незнакомых гостей, мама с нарочитой улыбкой радушной хозяйки и управляющий их имением, молчаливо сидевший у края стола. Сильвия приветливо поздоровалась со всеми присутствующими и заняла своё место. В её поведении во время званого ужина причудливо сочетались деланная манерность матери и любопытство, присущее ей самой. Девушка начала потихоньку разглядывать гостей: «Угадаю ли я, кто из них – тот самый жених? – думала она, – Может, этот мужчина с усами? Усатый господин неплохо выглядит! Или этот, другой – моложе, с голубыми глазами и волосами цвета пшеницы? Он хорош, но больно безразличный взгляд!».

Вдруг мама обратилась к голубоглазому мужчине со словами:

–Алексиус, хочу представить тебе мою дочь Сильвию! Сильвия, встань!

Девушка покрылась румянцем, она смотрела на мать и негодовала внутри себя: почему ей нельзя было поздороваться, оставаясь на месте? Затем, всё-таки, повиновалась воле матери и встала. Почётный гость с благородным видом поднялся в ответ и поцеловал ей руку. Сильвия опустила глаза в смущении. Остаток вечера она поглядывала на Алексиуса, пытаясь отследить его взгляды и жесты в свою сторону. Но он ничуть не переменился: был также полон безразличия, сдержан в эмоциях и ни разу не посмотрел на неё. Мать обсуждала с гостями сезонный урожай, последние продажи и все эти, совсем не интересные Сильвии, деловые вопросы. Девушка никак не участвовала в разговорах, но ждала конца ужина, когда все поднимутся из-за стола, и Алексиус подойдёт к ней для долгожданной личной беседы. Сильвия уже любовалась чертами его лица и даже в равнодушии мужчины находила нечто романтичное. Ужин кончился, и гости стали собираться: они благодарили хозяйку, прощались и рассаживались по повозкам. «Он даже не обернулся!» – подумала Сильвия. Когда топот конских копыт стих, мать посмотрела на неё. Стоило Сильвии взглянуть на мать, как на глазах юной девушки навернулись слёзы, и, не желая разговаривать, она убежала в свою комнату.

Глава 5. Сон Сильвии.

Оказавшись у себя в спальне, Сильвия села у окна, облокотившись, и начала рыдать. Безразличие Алексиуса стало последней каплей в чаше её терпения и самообладания. Внезапно она услышала шелест: на дереве возле её окна сидел ворон.

– Петракл! – прошептала Сильвия и улыбнулась сквозь слёзы, – Я так рада тебя видеть! Ты обещал и прилетел! – произнесла она, тыльной стороной руки вытирая мокрые щёки.

Петракл вопросительно крутил головой.

– Ты смеëшься надо мной или сочувствуешь, Петракл?

– Ты расстроилась из-за светловолосого мужчины, который уехал?

Вместо ответа Сильвия лишь издала тяжёлый вздох.

– Он рассчитывал поправить своё материальное положение за твой счёт, но виноградник твоей матери его не устроил. Алексиус думал, что вы богаче, и земель у вас больше. А таких, как ты, у званого жениха ещё двое есть, и каждая ждёт от него предложения руки и сердца. Не ради тебя он ехал сюда, а ради твоего имения.

Сильвия забыла о своих слезах и с удивлением смотрела на ворона.

– А ты зачем так расстраиваешься из-за человека, которого даже не удосужилась узнать получше?

– Я-я, – Сильвия запнулась, – это он не удосужился, он сам не подошёл!

– Ты думала только о себе и плакала не от любви к нему, а от самолюбия!

Сильвия залилась краской.

– Так ты за этим прилетел, чтобы меня отчитывать?

– Я появился, чтобы исполнить своё обещание и рассказать нашу историю.

– А у нас есть история?

– Она есть у всех!

Настроение Сильвии разом поменялось и она уже с восхищением смотрела на ворона, вся исполненная предвкушения.

– Но для этого тебе придётся уснуть.

Петракл впервые залетел в её комнату и сел на кровать. Сильвия последовала его примеру – она улеглась рядом и спросила:

– Ты будешь охранять мой сон?

– Я буду его создавать! – ответил ворон и накрыл её глаза своим крылом, что подействовало магическим образом, и девушка сразу же провалилась в сон.

Сильвия увидела себя во сне девочкой в необычном для неё платье: большом, красивом и с пышным подолом. Она стояла в сверкающем зале, где горели свечи и было полно таких же красиво одетых людей. Играла царственная музыка, и Сильвия подумала: «Сейчас мы будем танцевать». К ней подошёл и сделал поклон мальчик, черты его лица были приятными и вызывали расположение – девочка Сильвия почувствовала, что уже давно с ним знакома. Музыка заиграла громче, пары выстроились в ряды и затем начали кружиться. Напарник вёл в танце уверенно, и девочка полностью отдалась этому процессу, наслаждаясь новыми, необычными ощущениями. Тут взгляд её упал на другого мальчика, сидящего на скамье в стороне от танцующих. Худой и бледный, он буквально сверлил её своими чёрными глазами, наполненными тоской вперемешку с обожанием. «Кто ты, мальчик, сидящий в углу? » – подумала Сильвия во сне. Музыка замолчала, девочка вновь обратила взор на своего кавалера: его взгляд был мягким, а глаза светлыми, искрящимися, ей захотелось прижаться к его груди и почувствовать исходящие от него тепло и спокойствие.

Потом картинка уплыла, затуманилась, и Сильвия очутилась на улице у стен замка. Она провожала телегу, на которой сидели люди – лица их были грустными.

Сильвия кричала:

– Рудольф! Рудольф!

Прямо с повозки на провожающую смотрел уже знакомый ей, бледный мальчик – только он вырос и стал юношей, но во взгляде читались всё те же тоска, грусть и обожание. Сильвия тоже чувствовала тоску по своему другу, ведь он уезжал навсегда. Девушка знала, что семья Рудольфа покидает стены замка, потому что его отец был заподозрен в неверности королю и повешен, а остальные члены его рода, ввиду их давней дружбы с престолом, помилованы, но изгнаны из королевства.

Хотя Сильвия во время сна погрузилась в другое время и окружающую обстановку, но, почему-то, она знала всё о том, что там происходит.

Когда повозка с людьми уже почти исчезла из вида, Сильвия развернулась в сторону замка: к ней навстречу вышёл тот самый партнёр по танцам из предыдущего видения, тоже весьма повзрослевший и возмужавший к моменту происходящих событий. Девушка бросилась в его объятия со слезами на глазах:

– Рудольф уехал, его больше нет с нами!

Молодой человек взял Сильвию за плечи, поцеловал в макушку и ласково погладил по её длинным, золотистым волосам.

Следующий сюжет, который увидела Сильвия, случился, по её ощущениям, на несколько лет позже. На их крепость напали, и её возлюбленный супруг – утешавший её ранее молодой мужчина, участвовал в обороне. Всюду творился переполох, и Сильвия не знала, проник ли в замок захватчик. Вдруг она услышала быстрые шаги в сторону своей спальни – шаги были знакомыми. Надеясь, что это её муж Бруно спешит сообщить о победе, героиня бросается к двери. На пороге перед ней стоит Рудольф. Сильвия в замешательстве, она не знает, как его воспринимать: как захватчика, или как защитника. Рудольф падает перед ней на колени и берёт за руку:

– Дана, теперь, когда Бруно погиб в сражении, я готов удостоиться чести заботиться о тебе и стать твоим супругом!

Сильвия слышит своё новое имя и ощущает реакцию ужаса на сообщение о гибели возлюбленного. Она в смятении и от предложения Рудольфа быть его супругой.

Вдруг во сне перед Сильвией открывается картина поля боя. Она видит Бруно, который скачет навстречу Рудольфу: её муж рад своему старому другу, он улыбается. Когда их кони поравнялись, Рудольф пронзает Бруно копьём, в глазах последнего застыл немой вопрос – он падает из своего седла, а Рудольф продолжает путь в сторону крепости.

Сильвия возвращается из видения в свою спальню внутри замка, где она, ещё ничего не знающая о поступке Рудольфа, в замешательстве стоит перед ним. Девушка только открывает рот, чтобы что-то ему ответить, как дверь резко распахивается и внутрь вбегают воины – защитники замка.

– Казнить предателя! – кричит один из них – знакомый ей Арнольд. Дана испугалась, ведь они показывали на Рудольфа, она хотела кинуться к другу и защитить его собой.

– От руки этого подлеца пал наш Бруно! – крикнул Арнольд. Дана схватилась за сердце, она увидела, как Рудольф бежит к большому окну и прыгает из него. «Он не выживет – разобьётся» – думает девушка и падает в обморок.

Сильвия открыла глаза – впечатление от сна у неё было неприятное, и хотелось плакать.

«Вот бы сейчас рядом со мной оказался тот Бруно – он так здорово меня утешал!» – подумала она.

– Петракл, зачем ты мне это показал?

– Ты меня узнала во сне?

Сильвия задумалась.

– Ты был Рудольфом?

Всё это время она не видела своего гостя – вокруг уже довольно сильно стемнело. Вместо ответа из тени в углу вышел Петракл – уже воплотившийся в получеловека, и сел рядом с ней на краю кровати.

– Ты не боишься меня? – спросил оборотень и положил свою костлявую руку прямо ей на запястье.

Сильвия вздохнула и обняла его:

– Тебе нужно было уметь летать, чтобы больше никогда не выпасть из окна, – сказала Сильвия.

Петракл прильнул к ней всем своим телом: его руки обследовали талию девушки, а острый язык уже проник между губами. Сильвия ощущала сильное притяжение к птице-человеку, остроты её чувствам добавлял его необычный облик. Все мысли и вопросы после сказочного сна в один миг покинули её голову, и, словно одурманенная, она отдалась навстречу охватившей их страсти.

Глава 6. Решение.

Сильвия проснулась от яркого солнца, осветившего её нежно-розовые ото сна, бархатистые щеки. Она с удивлением обнаружила, что рядом с ней кто-то лежит, забыв при этом о своём вчерашнем любовнике. Девушка повернулась и от испуга резко вскрикнула, увидев птице-человека при свете дня. Петракл встрепенулся, прикрыл лицо руками и кубарем скатился с кровати. Сильвия тут же пришла в себя и принялась извиняться:

– Петракл, прости, я забыла, что ты со мной!

– Ты не обязана оправдываться, – услышала она его хриплый голос, – я напугал тебя!

– Останься! – уже почти без надежды в голосе просила Сильвия, – Ведь ты мой духовный помощник, а мне всё ещё нужен совет!

Петракл стоял, отвернувшись от неё, неловко прикрывая костлявыми руками своё голое тело.

– До встречи ночью! – сказал он вдруг и выпрыгнул из окна.

– Ты что, опять это сделал? – сказала Сильвия вслух в пустой комнате.

«Здесь невысоко, да и, наверное, он превратился в птицу» – подумала она про себя.

Сильвия спустилась вниз, где её уже ждала мать, она всплеснула руками при виде дочери и принялась обсуждать вчерашний вечер:

– Ну что ж, ты не приглянулась Алексиусу! Но, может быть, он подумает и вернётся? Да, ты не первая красавица и не то, чтобы хорошая хозяйка, но в нашем краю не так много достойных семей с дочерьми на выданье!

Сильвия стояла, оторопев, с широко раскрытыми глазами, ей вдруг отчётливо вспомнилось, почему она так сильно не хотела возвращаться домой.

– И не думай, – продолжала мать, – что ты будешь без дела маяться! Я тебя работать пристрою: спину гнуть не надо, будешь помогать управляющему на ферме! Глядишь, хозяйственной станешь! А там и жених найдётся… подожди, куда ты убегаешь?

Сильвия сама не знала, куда бежит, знала только, что подальше от своей матери: «Как жаль, что я не могу улететь также, как Петракл!».

Девушка остановилась у пруда. Она села после долгого бега и заглянула в воду, чтобы посмотреть на своё лицо с разметавшимися вокруг него волосами и понять, права ли была мама, когда назвала её не первой красавицей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.