ТУПИКИ НЕАНДЕРТАЛОИДНЫХ КУЛЬТУР
Владимир Александрович Павлов

© Владимир Александрович Павлов, 2023

ISBN 978-5-0053-2717-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ВВЕДЕНИЕ

Термин культура имеет самые разнообразные толкования, но нас интересует культура как форма адаптации (Новоженов Ю. И. 2005). Что зависит от особенностей развития того или иного народа, его психо-физиологического, технологического потенциала, пройденного исторического пути, особенностей окружающих его народов и ряда других факторов.

В настоящее время человечество переживает глубокий системный кризис, связанный с непрерывным ухудшением экологии (уничтожено более половины лесов, загрязнение океанов, демографические проблемы, углубляющееся социальное неравенство, нарастаниее неадекватных стрессовых воздействий на человека, увеличение количества самых различных заболеваний и т. д. и т.п.). Большинство политологов, философов, историков с большой долей вероятности предрекает глобализацию с элементами цифрового концлагеря и финансового фашизма- некое новое средневековье с господами- финансистами во главе и абсолютно подконтрольного и бесправного остального населения всего мира. То есть некое новое крепостничество для всех остальных с перспективой значительного сокращения населения. Для современной финансовой олигархии столько людей сколько есть не нужно. А о каком- либо развитии и всеобщем благополучии речь вообще не идет.

Для того ли создавалось человечество с его вершиной эволюционного развития человеческим мозгом?

Что можно этому противопоставить? Что должны сделать люди что бы человечество развивалось на благо всех и каждого?

Чтобы двигаться вперед, надо хорошо знать каким потенциалом движения мы располагаем. Что нам в наследство оставили наши предшественники. Если брать с момента становления человека как такового то следует отметить, что в целом известно на сегодня о первых хомо- неандертальцах и кроманьонцах (сапиенсах). И далее людях современного типа (сапиенсах сапиенсах) объединенных в общины способные стать основой формирования цивилизационных культур. Как эти культуры формировались, и кто из них способен вывести человечество на достойный его творения путь развития и процветания.

Что известно о наших предшественниках из литературных данных.

Ниже мы приводим достаточно устоявшиеся и проверенные наукой факты из литературных источников. Какие данные есть на сегодня о предшественниках человека и что они оставили нам в наследство для успешного развития.

Общепринятой считается точка зрения, что выход человека из естества природы напрямую связан с увеличением у его предков -приматов мозга и соответственно с повышением их умственных способностей. Так объем мозга у первых предшественников человека эрректусов также как и у шимпанзе составляет примерно 320 см\3 живших 2,5 млн. лет назад. Но затем происходит непрерывное его увеличение примерно до 40—30 тыс. летназад. Максимальные его значения отмечаются у неандертальцев и кроманьонцев составляющие примерно от 1400-до 1900 см\3.

Считалось, что неандертальцы – антропоиды, являющиеся промежуточным звеном между человеком и животным. Далее было установлено, что неандертальцы не являются непосредственными предшественниками человека, а лишь дали ему некоторые важные гены повышающие его адаптивность. Непосредственными предшественниками человека считаются сапиенсы зародившиеся на просторах африканских саванн 300—100 тыс. лет назад, которые затем мигрировали на просторы Евразии и Америки. Большинство современных исследователей отождествляют сапиенсов с кроманьонцами- непосредственными предшественниками человека. И лишь указывают на то, что кроманьонцы это поздние сапиепнсы- периода неолита. Но в таких фундаментальных исследованиях антропологов как Алексеев В. П., Дебиц Г.Ф, Поршнев Б. Ф., Кочеткова В. И. и современных исследователей (Дробышеский С. В.) отмечается, что мозг кроманьонца по размеру был ни чуть не меньше чем у неандертальца, или даже превосходил его. Ведущими отечественными антропологами (Беневольская Ю.Д, Зубов А. А.) высказывалось предположение, что в антропогенезе большое значение имела метисация неандертальцев с сапиенсами, что существенно повлияло на развитие мозга наших непосредственных предшественников -кроманьонцев и соответственно человека современного типа. Современные исследования подтверждают эти предположения.

Глава 1

Появление неандертальцев – первый важнейший шаг из естества природы к человеку

– Появление неандертальцев

Самые ранние черепа неандертальцев, найденные в Европе и Азии, датируются возрастом около 430 тыс. лет, самые поздние – 30—40 тыс. лет. Некоторые ученые считали, что предшественники современных людей- кроманьонцы просто вытеснили неандертальцев, другие – что они были непосредственными предками европейцев. Разрешить эти споры удалось после расшифровки древней ДНК. Выяснилось, что современный человек неафриканского происхождения имеет около 2,5% неандертальских генов, так что эти неандертальцы заслуженно заняли место в родословной современного человечества.

Череп неандертальца был впервые найден в Бельгии в 1829 г. после чего этих вымерших древних людей стали считать «промежуточным звеном» превращения обезьяны в человека. Сегодня некоторые исследователи признают неандертальцев одним из подвидов Homo sapiens, а результаты многочисленных исследований говорят о том, что они были далеко не такими примитивными, как считалось ранее (Дробышевский С. В. «Достоющее звено»). К примеру, они использовали достаточно сложные технологии для изготовления своих инструментов.

Неандертальцы являются наиболее изученной группой архаичных людей, причем постоянно появляются все новые данные не только об их морфологии и генетике, но и образе жизни, когнитивных способностях и технологических навыках.

Предками неандертальцев были Homo heidelbergensis, которые обитали в Европе около 800—350 тыс. лет назад.

Неандертальцы населяли: Европу, Кавказ, Среднюю Азию, Алтай, Ближний Восток. Северные Европейские неандертальцы были более рослыми по сравнению с южными средиземноморскими. Неандертальцы жили в ледниковом климате (но также и в Ираке с пальмами), в то время преобладала «мамонтовая» фауна. Классическими неандертальцами считаются именно Северные Неандертальцыони занимались собирательством и примитивной охотой.

https://ria.ru/science/20160928/1478054109.html)

По данным Поршнева Б. Ф. останки неандертальцев находят от Португалии до о. Ява, что говорит об их высокой адаптивности по сравнению с окружающими животными. Что достигалось по мнению этого исследователя за счет генерации их огромным мозгом суггестивных электроволновых импульсов в качестве защиты от хищников, так как они были достаточно неуклюжи и не имели таких естественных средств защиты как рога, когти, копыта и т. д.

Неандертальцы были 150—160 см ростом, но широкоплечие. Они – охотники на севере, должны были сохранять тепло.

Крупное лицо нос, стопы, кисти, скошенные скулы, бочкообразная грудная клетка считаются адаптивными приспособлениями к холодному климату плейстоцена.

1.2 Генетическое наследие нендертальцев

Как показывают антропологические, а теперь уже и геномные данные, неандертальцы (вопреки тому, чему нас учили в школе) – сестринская ветвь генеалогического древа современных людей по отношению к нашим непосредственным предкам, кроманьонцам. Однако анализ ДНК, выделенной из палеонтологических находок, свидетельствует о том, что отношения между неандертальцами и кроманьонцами не были чисто сестринскими.

Гельфанд М. С. Природа. 2016. №1. С.27—35.

«Как ДНК неандертальцев повлияло и до сих пор влияет на развитие нашего мозга» В. Боярский 2018 год.

Как фрагменты ДНК, что мы унаследовали от наших вымерших «двоюродных братьев» – неандертальцев, могли повлиять на форму черепа и размер мозга современного человека (HomoSapiens), сообщают авторы исследования, опубликованного в журнале CurrentBiology. Homo neanderthalensis и Homo sapiens принадлежат к одному роду – Homo (Люди), но к разным видам, и, говоря образным языком являются кем-то вроде «двоюродных братьев». Антропологи утверждают, что эволюционные ветви неандертальцев и ранних представителей современного человека (кроманьонцев) разошлись где-то в Африке приблизительно 530 000 лет назад. Предки неандертальцев покинули «Черный континент» задолго до предков современных людей, их кости находили в Европе, на Ближнем Востоке и даже в Сибири. И есть мнение, что к этому приложили руку представители Homo sapiens. Некоторые ученые считают, что именно конкурентная борьба между нашими видами полностью стерла с лица земли неандертальцев. Одна из гипотез гласит, что причиной победы сапиенсов над неандертальцами была пропасть в умственном развитии между первыми и вторыми. Изучая антропологические материалы, специалисты пришли к выводу, что Homo neanderthalensis были недостаточно умны, чтобы оказать достойное сопротивление более развитым, хитрым и изобретательным сапиенсам. «Мозг неандертальцев был в среднем больше мозга представителей современных людей. Но по форме эти органы отличались – у наших предков он более округлый, у неандертальцев более удлиненный», – объясняет Филипп Ганц, палеоантрополог из Института эволюционной антропологии Общества им. Макса Планка в Лейпциге (Германия). «Разная форма говорит о разном размере определенных участков этого органа. У неандертальцев был большой мозжечок и развитые подкорковые ядра, а вот лобная доля – узкая и приплюснутая – была намного менее развита, чем у наших предков. Поскольку интеллектуальные возможности зависят не только от размеров мозга, но и от его организации, сапиенсы имели преимущество». Ганс и группа ученых, которую он возглавляет, при помощи компьютерной томографии исследует ископаемые черепа, чтобы отследить эволюцию мозга. «Черепа HomoSapiens стали более округлыми, потому что определенные области мозга постепенно изменяли размер. Например, задняя черепная ямка, вмещающая мозжечок, и теменные кости, стала более выпуклой», – объясняет Ганц. Палеоантрополог и его коллеги задались вопросом, какие генетические изменения привели к таким трансформациям. Ученые поняли, что ответ нужно искать в скрещивании Homo neanderthalensis и Homo Sapiens, которое случилось, приблизительно 60 000 лет назад. «Гены, переданные неандертальцами нашим предкам, привели к изменению размеров мозжечка и базальных ядер сапиенсов, а затем череп подстроился под новую форму мозга», – говорит Ганц. Вскоре после выхода из Африки, предки современных людей неоднократно сталкивались и вступали в связи со своими «эволюционными кузенами», в результате у таких пар появлялись дети, которые унаследовали набор хромосом от каждого родителя. ДНК неандертальцев сохранялось и передавалось из поколения в поколение. Сегодня ученым известно, что у людей, которые родились за пределами Африки, процент генов неандертальцев составляет в среднем 2,5% от общего числа генов. «Нас интересовало, как именно гены неандертальцев повлияли на форму мозга, а также могут они и сегодня воздействовать на форму современного человеческого мозга? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо было проделать огромную работу» – рассказывает Ганц. Команда Ганца провела через МРТ 4468 человек из Нидерландов и Германии, чтобы исследовать их ДНК на предмет «неандертальского следа». В результате у некоторых испытуемых ученые обнаружили «специфическую генетическую активность». После ее анализа специалисты выделили унаследованные фрагменты ДНК, которые сами по себе не являются кодирующими белки генами, но влияют на экспрессию генов, находящихся по соседств – UBR4, PHLPP1. Первый ген необходим для создания миелиновой оболочки нервов, отвечающей за быструю передачу сигналов – без нее нейроны передают импульсы до 10 раз медленнее. Второй ген играет важную роль в делении нервных клеток и в образовании нервной ткани в так называемой «скорлупе» – базальном ядре, что находится в основании переднего мозга. Отключение UBR4 приводит к болезни микроцефалии, при которой дети рождаются с очень маленьким черепом и мозгом. «Современные люди развили более сложные языковые способности и создали более сложные и эффективные орудия труда. Чтобы это получилось, мозг должен был научиться посылать быстрые сигналы-команды мышцам», – объясняет профессор Саймон Фишер, соавтор исследования из Института психолингвистики Макса Планка в Нидерландах. – «Наверное не совпадение, что мозжечок и „скорлупа“ являются важными частями нашего компьютера – это те самые области, которые помогли изменить форму современного человеческого мозга». Ученые сделали вывод, что небольшие отличия в анатомических особенностях мозга и, соответственно, в форме черепа, у людей современного мира появляются благодаря унаследованной ДНК неандертальцев – в результате ее влияния на изменения в экспрессии генов UBR4, PHLPP1.

https://severnymayak.ru

Отсутствие у современного человека мужских линий от неандертальцев исследователи связывают с анти-реакцией женщины-сапиенса на мужчину-неандертальца. Это, скорей всего, затруднило появление потомков мужского пола. Тогда женщина неандерталец вполне могла иметь потомство от мужчины кроманьонца.

http://pereformat.ru/2017/03/chto-novogo-o-vyhode-iz-afriki-…

Все эти исследования подтварждают мнение таких исследователей как Беневольская Ю.Д, Зубов А. А. о том, что происходило скрещивание и метисация этох двух предшественников человека современного типа.

1.3 Культура неандертальцев (выдержки из Википедии)

Камень с режущей кромкой (Мустьерская культура)

Жилища

Неандертальцы могли строить укрытия из шкур и костей мамонтов, как это было обнаружено на стоянках Молодова (Буковина), отгораживать камнями очаги. Но большинство археологических раскопок показывает, что неандертальцы вели образ жизни кочевых охотников и дольше нескольких недель на одной стоянке не задерживались, поэтому долговременных жилищ не обустраивали. Местом укрытия часто бывали пещеры. Кости съеденных животных на большинстве стоянок обычно разбросаны как попало, костровища почти ничем не обозначены.

Быт и образ жизни

Рядом с останками неандертальцев часто удаётся обнаружить кости не только копытных, но и хищников – пещерных гиен, львов и медведей. Это свидетельствует о том, что пещерным людям эпохи мустье приходилось бороться с последними за жилище. Останки таких крупных животных, как первобытный бизон, мускусный бык, шерстистый носорог или мамонт, позволяют сделать вывод о том, что жизнь неандертальцев была тесно связана с интенсивной охотой, возможно, загонной. Предпочитали охотиться на наиболее крупных травоядных (мамонтов, шерстистых носорогов.

Наличие переломов, в том числе сросшихся неправильно, на сохранившихся останках неандертальцев свидетельствует о том, что последним приходилось убивать дичь в ближнем бою и получать при этом множественные раны и травмы.

Ранее считалось, что у неандертальцев было больше травм, в том числе насильственных, полученных не от животных, а от других неандертальцев, что по мнению учёных, говорило об их большей агрессивности, по сравнению с сапиенсами – непосредственными предками современных людей. Однако при проведении скрупулёзного анализа, который осуществили германские антропологи из Тюбингенского университета, было опровергнуто мнение о повышенной внутривидовой агрессивности по сравнению с человеком разумным. Так, травмы черепа встречаются с одинаковой частотой как у неандертальцев верхнего палеолита, так и у кроманьонцев. Разница выявлена только в распределении травм по возрасту. У неандертальцев большая часть травм головы приходится на возраст до 30 лет, при этом получившие эти травмы молодые неандертальцы не доживали до зрелого возраста

Охотились неандертальцы не только на открытых территориях, но и в лесах и горах. Там они преследовали, в основном, копытных средних размеров.

Процесс разделки убитого животного разделялся у неандертальцев на несколько этапов. Сначала с помощью каменных орудий разрезалась шкура, нередко употреблявшаяся для изготовления примитивной одежды. Затем с помощью каменных ножей снималось всё мясо. Длинные кости разбивались, и из них извлекался питательный костный мозг, а из черепа – головной. Мясо употреблялось или в сыром виде, или его могли предварительно поджарить (запечь) на костре.

Преимущественно «мясная» диета палеоантропов делала неизбежными в их обществе затяжные голодовки, способствовавшие каннибализму.

Обычаи

По итогам генетического анализа останков двенадцати погибших под обвалом неандертальцев из одной пещеры можно сделать заключение о патрилокальности неандертальцев, то есть о том, что юноши, достигшие половой зрелости, оставались в группе, а девушки – переходили в семью мужа, а также о близкородственных браках внутри группы. Предполагается, что 50% родившихся детей неандертальцев не доживали до половой зрелости, у них была очень высокая детская смертность. Статистика по всем раскопанным стоянкам показывает, что 38% неандертальцев умерли в возрасте до 11 лет, хотя, возможно, показатель детской смертности был ещё выше, из-за плохой сохранности ископаемых костей младенческих скелетов. Считается, что одна неандертальская женщина производила 3-4-5 потомков, а кроманьонская-8-12.

Искусство.

По мнению норвежских учёных Аре Бреана и Гейра Скейе у неандертальцев не было ни вербального, ни жестового языка; для коммуникации они использовали сигналы музыкальной природы: тембр, ритм, примитивные «мелодии» и т. п.

Неандертальцы умели использовать самодельные инструменты и оружие, но, по-видимому, у них не было никакого метательного оружия – добычу убивали ударом коротких копий, о чём свидетельствуют следы развитых мышц на костях правой руки.

В ходе раскопок стоянки неандертальцев возле Вероны учёные из университета Феррары обнаружили останки 22 видов птиц, у которых были срезаны перья. Идентифицированы бородач-ягнятник, кобчик, чёрный евразийский стервятник, беркут, лесной голубь и альпийская галка. Окрас этих птиц варьируется от чёрного и серого до голубого и оранжевого, а перья достаточно длинные. Предполагается, что неандертальцы украшали себя перьями, варьируя цветовой орнамент.

Техника

Неандертальцы являлись носителями мустьерской культуры каменных изделий.

Культура неандертальцев (т. н. «мустьерская», или, что то же самое, среднепалеолитическая культура) – это прежде всего обоюдоострые рубила, заточенные более качественно, чем аналогичные орудия H. erectus, а также разнообразные отщепы, использовавшиеся для разделки туш. У неандертальцев имелись также деревянные копья с каменными наконечниками для ближнего боя. В более позднее время, уже во время контактов с сапиенсами (см. ниже), у неандертальцев появляются зачатки искусства (ожерелье из медвежьих когтей, нечто вроде «флейт» – кости с просверлёнными дырочками, которые, впрочем, могли служить для разведения огня, а не для музыкальных упражнений.

Помимо копий с каменными наконечниками, в качестве орудий охоты и, возможно, оружия защиты и нападения, использовались копья из обожжённых на огне и заточенных о камни деревянных палок, а также простые каменные топоры и деревянные дубины. Согласно традиционным представлениям, оружием дальнего действия вроде пращей, луков и пр. неандертальцы не владели, но, несомненно, способны были метать камни и копья в свою добычу..

Возможные религиозные представления

Похороны неандертальцами своего усопшего сородича (современная реконструкция-диорама). Двое из собравшихся возлагают цветы

Вопрос о наличии у неандертальцев – в особенности их европейской ветви – целенаправленных захоронений и первичных религиозных представлений является в настоящее время дискуссионным. Известно более двадцати случаев захоронения тел неандертальцев: в пещере Спи (Бельгия), в Ла-Ферраси (Франция), на горе Кармель в пещерах Табун и Схул (Израиль), в Крыму в пещере Киик-Коба, в гроте Тешик-Таш (Узбекистан), в пещере Шанидар (Ирак). В гроте Ла-Шапель-о-Сен во Франции было обнаружено неглубокое захоронение со скелетом в позе эмбриона. Следы показывают, что яма для захоронения была вырыта неандертальцами намеренно, возможно, для защиты останков от хищников, что, гипотетически, может свидетельствовать о наличии погребальных ритуалов. В захоронениях найдены тела взрослых и детей. В пещере Киик-Коба (Крым) обнаружена могила с останками женщины и ребёнка.

.Находки, однозначно определяемые как положенный в могилу погребальный инвентарь, применительно к неандертальцам отсутствуют.

Обнаружение большого количества цветочной пыльцы в останках интерпретировалось как результат преднамеренного захоронения тела с цветами. Однако гипотеза о том, что скелет Шанидар IV представляет собой именно ритуальное погребение, является малообоснованно.

Выдвигались гипотезы о существовании у неандертальцев культовых практик. Сообщалось об обнаружении в пещере Драхенлох геометрически выстроенных медвежьих черепов, что интерпретировалось как свидетельство обрядов охотничьей магии..

Медицина

Во всех человеческих цивилизациях есть аналог профессии костоправа – человека, который профессионально занимается восстановлением сломанных конечностей людей и животных, а также восстанавливает суставы при вывихах. Так, при анализе 36 скелетов неандертальцев, имеющих переломы, только у 11 результаты лечения перелома признаны неудовлетворительными, отчего можно делать выводы о наличии навыков первобытных людей лечить переломы.

Находка в пещере Шанидар (Ирак), датируемая 50 тысячами лет, показала, что неандертальцы заботились о раненых соплеменниках.

https://ru.wikipedia.org/wiki/Неандерталец

1.4 Достижения неандерптальцев на адаптивно-метаболическом уровне

На своем этапе неандертальцы продолжили основную линию антропогенеза – формирование уровня предметных действий. Этот путь привел их к количественным изменениям – максимальному увеличению размера мозга.

Как сейчас установлено -мозг это не только орган регуляции наших функциональных возможностей, но и мощный регулятор наших адаптивных физиологических и психологических механизмов в котором образуются регуляторные нейропептиды которые подобно рою пчел в зависимости от особенностей адаптивных перестроек организма изменяют свою направленность (Ашмарин И. П. 1996) могут изменять регуляторную роль гормонов, нейромедиаторов, ферментов и других биологически активных молекул. Важное значение имеет метаболическая память, сосредоточенная прежде всего в РНК и ДНК, белках, определенных соотношении свободных аминокислот в тканях мозга, которая гораздо более мобильна, чем генетическая память и во многом обеспечивает пластичность изменений тактических а затем и стратегических (на уровне генетического аппарата) адаптивных перестроек организма, его защитных возможностей и соответственно особенности и скорость антропогенеза. В мозге образуется ряд веществ (например гаммаглутамилпептиды) способных подавлять мутагенез и канцерогенез в тканях всего организма, но с другой стороны они могут влиять на дерепрессию (освобождение от подавленного состояния) генов необходимых для адаптивных перестроек в данный момент развития организма в определенных условиях среды. Возможно с этим связано преобладание у индивидуумов (или даже народов в целом) «генов агрессии, генов созидания, генов обмана и т.д.» востребованных в условиях формирования этих народов. Существенное значение в адаптивных перестройках организма имеют и другие органы- печень, эндокринные железы, соединительная ткань, мышцы и другие органы и ткани, но ведущее значение в них имеет мозг. Изменения в процессе антропогенеза функционально-метаболических особенностей мозга и адаптивных возможностей наших предшественников могут говорить о том что может достаться нам в наследие от них.

Размер мозга – важнейший эволюционный фактор. Именно на основании объема черепной коробки антропологи во многом строят лестницу человеческой эволюции, где одни представители оказываются ближе к шимпанзе с их 320 кубиками, а другие – ближе к человеку современному. Но помимо размера мозга, не меньшим значением обладает такой фактор, как размер и развитость определенных его долей.

Как можно видеть из таблицы 1, взятой из монографии Поршнева Б. Ф. 1972 «О начале человеческой истории» (по Кочетковой В. И.)

Табл.1 Размеры мозга по эндокранам (слепкам по вдавлениям) ископаемых черепов

Отмечается очень большой размер затылочной области и маленькие размеры области лобной (лоб низкий и сильно скошенный) у неандертальца. Затылочная доля – это то место, где у человека сосредоточенны зрительные и моторно-двигательные области. Что свидетельствует о том, что неандертальцы обладали хорошей координацией движений и отличным зрением и могли быть отличными охотниками и собирателями.

Лобные области у человека современного типа ответственны в первую очередь за социальные отношения. То есть, высокий лоб отвечает за способность человека выстраивать дружественные-неконфликтные отношения с большим количеством представителей собственного вида, делится едой, заботится о раненых, идти на контакт и. т. д. Что и сделало возможным появление первобытной кроманьонской общины. Размер лобной доли кроманьонца (прямой и высокий лоб) однозначно говорит нам о превосходстве их социальной организации над неандертальцами. Об этом же говорят и данные археологии – неандертальцы жили скорее расширенными семьями (до 30 особей), в то время как кроманьонцы – довольно крупными племенами (до 200 особей).

Необходимо так же отметить что большая величина черепа (мозга) с увеличением задней и височно-теменной доли говорит о чрезмерном развитии лимбической системы включающей в себя древнейшие отделы мозга отвечающие у неандертальцев за эмоциональное восприятие окружающего мира и состояние внутренней среды организма (ГОМЕОСТАЗ). Кроме того, в центре мозга находится эпифиз (3 глаз-своеобразный эндокринный центр мозга – влияющий на работу других его отделов), который у животных ответственен за электро-полевые воздействия, воздействие магнитного поля земли, циркадные ритмы. Что видимо было характерно и для неандертальцев. Кроме того у неандертальцев был большой мозжечек, который в свете современных научных данных является своеобразным «компьютером» координирующим не только мышечную деятельность и позу человека но и согласованность работы разных отделов мозга. Все это очевидно определяло специфику восприятия неандертальцами окружающего мира и коммуникации между ними.

1.5 Роль адаптивно- метаболических изменеий в мозге неандертальца

Мозг неандертальца примерно на 350 см\3 больше, чем у современного человека. Этот мозг в процессе развития очевидно стал выходить из под контроля, что выразилось в эпиготовности в критических возрастных периодах что мы более подробно рассматривали ранее (Павлов В. А., Доронин А. И.2008, 2011, 2014, 2020). Возникла необходимость создания новых механизмов регулирования его работы.

Вторая линия эволюции, которую надо рассматривать наравне с линией управления движениями, это развитие средств коммуникации. В линии эволюции позвоночных главным направлением развития средств коммуникации стало формирование лимбической системы (древнейшие отделы мозга связанные с контролем гомеостаза и восприятия важных для организма сигналов внешней среды). Лимбическая система, в свою очередь, ответственна за создание эмоций, поддержание определенного эмоционального состояния на протяжении длительного времени. Иначе говоря, одной из задач лимбической системы является формирование и удержание на протяжении определенного времени доминанты (долговременное возбуждение некоторых отделов мозга определяющих направленность деятельности и функционирования организма). Вторая задача лимбической системы – согласование жизнедеятельности организма с жизнедеятельностью другого организма. Совершенствование этого согласования и привело к усовершенствованию средств коммуникации, главным центром которых является лимбическая система. Возможности лимбической системы как органа коммуникации были доведены неандертальцами до совершенства. Дальше можно было только создать речь. В том смысле, что тонкость различения подробностей эмоциональных состояний как средства доставить партнеру коммуникации информацию о собственном состоянии была доведена до предела. Развитие же предметных действий (параллельной линии развития мозга), начатое в антропогенезе уже за миллионы лет до неандертальцев и не доведенное до предела ни неандертальцами, ни кроманьонцами, ни, даже, человеком, требовало новых возможностей средств коммуникации, (что и заставило кроманьонцев создать речь).

Пути эволюции неисповедимы. Что произойдет в эволюции на следующем этапе неизвестно. У неандертальцев же ориентирующихся в своих защитных механизмах на развитие суггестии – электро-полевого воздействия структурами мозга как защитный механизм от хищников т.к другого вооружения у них не было (см. подробнее Поршнев Б. Ф.1972, Павлов, Доронин проза.ру 2008,2011), разросшийся мозг стал выходить из под контроля, что выразилось в эпиприпадках у наиболее продвинутых особей. Практически сразу обнаружились положительные стороны этого явления. Положительным явлением было торможение первой реакции при изменениях в окружающей среде при посредстве эпиприпадка позволили избежать мгновенного реагирования, получить дополнительную информацию и сделать выбор, наконец-то, не в соответствии с рефлексами или приобретенными навыками, а в соответствии со знанием мира, его законов сделать выбор стратегический, с дальним прицелом. Часто такой выбор требовал дополнительных усилий, значительно больших, чем при мгновенном реагировании. Неандертальцам – эпилептикам пришлось развивать скоростно-силовые физические качества, что ныне отражено у человека-мезоморфа (по Шелдону) как эпилептоидность (по Кречмеру). Здесь необходимо отметить, что неандертальцы не выполняли какую либо тяжелую работу (об этом говорят особенности строения их кистей рук). Очевидно для того чтобы эффективно охотится им хватало механизма суггестивного воздействия способного обездвижить любое животное. К тому же Поршнрев Б. Ф. утверждает, что они не гнушались и падали особенно крупных животных. Особенным «деликатесом» у них считался мозг крупных животных (мамонтов) который они добывали разбивая их черепа большими камнями. Потребляемый мозг очевидно был необходим для поддержания и развития собственного гигантского мозга. В пещерах и стоянках неандертальцев находят кости крупных животных того периода.

Однако механизм эпиприпадка таков что он значительно напрягает мускулатуру особенно анаэробного типа. То есть мускулатуру рук, ног, туловища сопряженную с развитием большой мощности за короткой промежуток времени (субмаксимальная и максимальная мощность). Отсюда очевидно и особо выраженная мускулатура неандертальцев позволяющая им помимо реализации суггестивного воздействия физически противостоять например нападениям хищников или других неандертальцев.

Универсальной реакцией на отрицательные воздействия внешней среды (например нападение хищников) является стрессовая реакция (по Г. Селье) при которой сначала в кровь выбрасывается большое количество гормонов- катехоламинов- адреналина и норадреналина, то есть симпато- адреналовая реакция. При этом усиливается сердечно-сосудистая деятельность, дыхание, повышаются возможности работы мускулатуры и соответственно возможность какой либо деятельности (борьба, сопротивление, бег и т.д.)

Эпиприпадок тормозит симпатоадреналовую реакцию и стимулирует вагоинсулярную. То есть, реакцию следующую за стрессовой для того, чтобы после борьбы или другого действия организм мог восстановиться. Важнейшим гормоном вагоинсулярной реакции является инсулин, вырабатываемый поджелудочной железой и обеспечивающий восстановление затраченных при реализации стрессовой реакции и какого либо действия ресурсов. При этом усиливается утилизация поступающих с пищей веществ, усиливается биосинтез белков, жиров, углеводов и соответственно возможность к новым суггестивным разрядам – основному инструменту защиты неандертальца и возможности максимального и субмаксимального напряжения анаэробной мускулатуры при необходимости.

Неандертальцы, начав бороться с эпиприпадками, как с явным злом, начали практиковать все доступные им методы, научились следить за своим состоянием. Заметив полезную сторону эпиприпадка, стали практиковать методы, приводящие организм в соответствующее состояние.

У неандертальцев произошли следующие изменения: скоростно-силовая работа привела к увеличению мышечной массы, что в свою очередь привело к увеличению продукции ГЛУ в мозгу из молочной кислоты образуемой в анаэробных мышцах при их напряжении; ГЛУ повысила возбудимость нейронов ЦНС, даже в отсутствие или в малом количестве катехоламинов, что позволило уменьшить количество их при стрессе. Повышение возбудимости коры за счет ГЛУ (при уменьшении адреналина) привело мозг практически в состояние первой фазы стресса при снижении силы эмоций. Высшая доминанта из лимбической системы постепенно стала переползать в новейшую кору. Повышенная возбудимость коры при пониженных эмоциях (страх) активировала умственную работу не только в неотложных ситуациях, но и в повседневной жизни. Одним из итогов стало резкое ослабление значения для организма стресс-реакции характерной для животных. Уменьшено количество катехоламинов в первой фазе стресса и стероидов – во второй. Вследствие усиления обменных процессов в головном мозге возросло значение головного мозга как биохимического реактора организма. Мозг является продуцентом многих регуляторных и антистрессовых метаболитов что очевидно во многом определяло совершенствование адаптивных механизмов неандертальцев.

Биохимические изменения в резко увеличившимся в размерах мозге (соответственно значительное увеличение нейронов и клеток глии) в совокупности привели к активации апоптоза (запрограммированное самоуничтожение клеток – в данном случае- нейронов при необратимом нарушении их функции или при необходимости создания новых – более совершенных и высокофункциональных клеток и структур), вследствие чего ускорилось формирование новых навыков. Особое значение это явление обрело в конце бытия неандертальцев, когда разнообразие реагирования на изменения в пределах вида достигло максимума. Образ жизни ради стратегии требовал большого объема анаэробной нагрузки, образ жизни ради адаптации позволял действовать в пределах аэробной нагрузки. При образе жизни по второму варианту апоптоз был повышен, становление навыков ускорено. Разделение по признаку выбора образа жизни привело к большому разнообразию в пределах вида по способам реагирования на жизненные события.

Важно отметить повышенную роль эпифиза как центрального эндокринного органа мозга, находящегося в центральных его отделах как и всей лимбической системы в целом в продукции антистрессовых метаболитов- эндорфины, энкефалины, диметилтриптамин, адренохром, прогестерон и ряд других веществ. При стрессовых реакциях защиты либо нападения это видимо во многом и способствовало переключению симпатоадреналовой стрессовой реакции на восстановительную вагоинсулярную. Метаболические и функциональные особенности мозга во многом определяли особенности восприятия мира неандертальцами и воздействия ими на окружающий мир.

Следует отметить, что у современных детей до семи лет (а иногда и гораздо дольше Павлов В. А.2020) мозг так же как у неандертальцев выполнят во многом защитно- метаболические функции. Большое значение в регуляции его работы выполняет эпифиз, который у взрослого человека подвергается инволюции.

1.6 Гормоны эпифиза

Гормоны эпифиза стимулируют иммунные клетки, нормализуют жиро-углеводный обмен, восстанавливают репродуктивную функцию и предупреждают появление новообразований.

Гормон эпифиза мелатонин – основной регулятор биологических ритмов организма. Он оказывает влияние на сон и биоэлектрическую активность головного мозга. Секреция этого гормона наиболее сильна ночью и в детском возрасте. Днём синтез мелатонина падает. С возрастом его выработка также уменьшается в несколько раз.

Основой выработки мелатонина является гормон серотонин. Для синтеза серотонина необходим солнечный свет. Источником выработки серотонина служит аминокислота триптофан, которая поступает к нам с пищей.

Мелатонин влияет не только на сон, он также регулирует функции всех органов эндокринной системы. Блокируя секрецию гонадотропинов, он является регулятором репродуктивных функций человека. Доказано, что количество выработки мелатонина влияет на сердце, кровяное давление, атеросклероз и гипертонию.

При нарушении функций шишковидной железы увеличивается риск расстройств нервной системы. Предполагается, что существует связь между нарушением работы эпифиза и риском возникновения раковых заболеваний.

Помимо мелатонина эпифиз содержит достаточное количество пептидов – они также выполняют регулирующую роль центральной нервной системы.

Пептидные гормоны эпифиза: гормон, регулирующий обмен кальция; вазотоцин; регуляторные пептиды (люлиберин, тиротропин и др.).

Гормон адреногломерулотропин стимулирует синтез гормона надпочечников альдостерона и отвечает за водно-солевой обмен. Пинеалин, малоизученный гормон, обеспечивает сахароснижающий эффект.

Следующий гормон, который вырабатывает эпифиз – серотонин.

Достаточное количество выработки серотонина обеспечивает хорошее настроение, способствует появлению эйфории, обостряет ум, улучшает память, усиливает сексуальное влечение, борется с зимней депрессией, регулирует месячный цикл, а также, дарит глубокий полноценный сон. Его синтез происходит, в основном, в кишечнике. Путём ферментативной взаимосвязи в эпифизе серотонин превращается в мелатонин.

Эпифиз является регулятором выброса гормонов эндокринной системы. При выработке достаточного количества серотонина при стрессовой ситуации происходит выброс адреналина. Это помогает организму справиться с нагрузкой.

Шишковидная железа производит cильнoдeйcтвующee пcиxoaктивнoe гaллюцинoгeннoe вeщecтвo – димeтилтpиптaмин (DMT). Одна из его функций – дoлгoвpeмeннoeoблeгчeниe эмoциoнaльныx тpaвм и cмягчeниe пpoблeм, cвязaнныxc пocттpaвмaтичecким cтpeccoвым paccтpoйcтвoм, кроме того здесь может образовываться при стрессовых воздействиях продукт неполного окисления адреналина-адренохром, так же, сильный галлюциноген и антистрессор. Эпифиз у современного человека имеет максимальную активность до 7 лет, а затем подвергается инволюции вплоть до полного обызвествления. То есть, ощущения от окружающего мира (равно как и способность воздействовать на него так же как и антистрессоры) у неандертальцев, у которых основным механизмом защиты и отчасти коммуникаций являлась суггестия, были совсем другие нежели у кроманьонца и, тем более, у современного человека обладающих речью.

Неандертальцы изменили структуру общества антропоидов. В числе вожаков стаи появились не лучшие по всем показателям представители вида (элита), а не совсем здоровые, но способные к стратегическому выбору эпилептики. С этого времени понятие «элита» для антропоидов стало несколько двусмысленным. Постоянная, на протяжении многих поколений необходимость контролировать работу мозга привела к формированию цепочек ученической преемственности. Так возникла религия ритуалов, появилась своеобразная протоинтеллигенция. Расширение спектра внутривидовой изменчивости обернулось расширением ареала обитания и разнообразием взаимоотношений в обществе.

На дальнейшее развитие человечества неандертальское наследие наложило глубокий отпечаток. Как мы уже отмечали, все неандертальские гены обретенные в результате метисации сохраняются сапиенсами на протяжение 45 тыс. лет. То есть, чрезвычайно важны для совершенствования наших адаптивных механизмов. Сохраняются они и у современных людей.

Таким образом из антропологических находок, прежде всего различных костных останков в виде окаменелостей, различных артефактов культуры и быта доисторических людей, и теперь уже на генетическом уровне установлены их внешние данные, физические и интеллектуально- психические возможности. Так строение черепа, особенно внутренний его рельеф (по вдавлениям черепа – эндокранам) позволяют судить не только об изменениях размера мозга, но и о изменении его долей и соответственно о его функциональной активности в целом. Особенности строения костей, их структура, возрастные, половые отличия позволяет с позиций современной науки в том числе и полученных нами результатов научных исследований по механизмам адаптации (Павлов В. А., Доронин А. И. 2008, 2011, 2014, 2020) представить их адаптивные возможности на уровне гормональной и метаболической регуляции. И соответственно оценить особенности антропогенеза его тупики и перспективы развития. Это важно в плане перспектив развития человека в настоящем и будущем, ибо в нас есть лишь то наследие, которое мы получили от своих предшественников и должны его развивать.

Достижения неандертальцев на пути антропогенеза можно суммировать следующим образом:

– был создан механизм произвольного переключения внимания на базе эпиготовности мозга;

– возможность удерживать две мысли одновременно на протяжении времени, необходимого для выбора решения из двух как минимум;

– дополнительно активированы два дополнительных режима работы мозга и одновременно – два режима работы организма. Это режимы максимальной мощности и субмаксимальной мощности, то есть таких режимов, которые требовали метаболического переключения на анаэробный гликолиз;

– возник механизм замещения второй фазы стресса (стероидной) на метаболическую;

– как следствие;

– активация печени;

– новые механизмы регулирования работы мозга привели к изменению хода общего адаптационного синдрома;

– повышение активности печени и метаболическая активность головного мозга повысили холодоустойчивость;

– лимбический канал коммуникаций был развит до предела;

– уровень предметной деятельности достиг предельно возможного уровня в условиях отсутствующего высшего уровня;

– в сообществе неандретальцев возникли цепь ученической преемственности;

– религия как ритуалы и социальный институт для поддержания цепи ученической преемственности;

– наивысшая адаптивность обеспечила распространение неандертальцев;

– способность сравнить тактическое и стратегическое решение и выбрать стратегическое в ущерб тактическому приводит к тому, что вожак – интеллектуал предпочтительней вожака-силовика;

– экологическая ниша сформирована в виде доминанты вожака, распространенной на все племя;

– силовая иерархия сменилась иерархией по степени готовности к развитию и реализацией этой готовности в ученичестве;

– разнообразие адаптивных механизмов не только в пределах вида, но и в пределах племени;

– «расовое» разделение внутри племени, возникновение линий господ и рабов про признаку быть обученным или нет;

– необходимость построения отношений в пределах вида но между разными расами – усложнение отношений требует совершенствования коммуникаций;

– формирование в пределах вида нового вида. Суггестор и суггестируемый – разделение труда у неандертальцев – одни диктуют свою волю, другие подчиняют себя.

1.7 Антропологический тупик развития неандертальцев

Неандертальцы, живущие в тяжелых условиях, стойко несли бремя эволюции. Они довольно быстро заметили преимущество трудных условий. Вожди и шаманы (вожаки) в этих условиях тоже обладали непререкаемым авторитетом, но патентное право не омрачало их восхождения по эволюционному древу. Они могли сохранить авторитет только реальным предвидением неприятностей и спасением племени от них. Здесь и отбор учеников был более строгим, и обучение было предельно приближено к реальности, и качество обучения было эволюционно значимым. Эволюционные изменения происходили не в хромосомах, а в методике обучения. В результате этих изменений на протяжении многих поколений в популяциях неандертальцев эпиготовные не только не вымерли, не только заняли определенное положение в социуме, но естественный отбор для них сменился искусственным, и благорасположенным. Нехорошим фактором было то, что по мере приспособления популяции к наихудшим условиям, эти самые наихудшие условия переставали быть таковыми. И, следовательно, допускали брак в работе учителей, профотборе, и вожди-шаманы теряли квалификацию кризисных менеджеров, и эта потеря гасила эффективность цепи ученической преемственности. Таким образом, трудные условия жизни сохранялись только на периферии ареала, там же и сохранялись наилучшие условия и для сохранения качества учителей и цепи ученической преемственности.

При этом Б. Ф. Поршнев считал, что именно высочайшая суггестивность стала ловушкой для неандертальцев. Коллектив неандертальцев действовал невероятно слаженно (принимая во внимание отсутствие речи), но если этот коллектив достигал критического размера, то разорвать эмоциональные связи было очень трудно. Дело в том, что на индивидуальном уровне высокая переключаемость была заслугой неандертальцев. На групповом уровне переключаемость для адаптации была затруднена, коллективно мозги, объединенные суггестией, работают как мозг, неспособный выйти за пределы тактической адаптации.

Известно, что внушить что-либо атомизированной толпе легче, чем отдельному человеку. У неандертальцев, достигших высшего предела силы лимбического канала коммуникации и не имевших речевого тормоза для лимбической коры, эта групповая внушаемость была намного выше, чем у людей. Увеличение размеров сообщества приводило в условиях перевозбуждения к невозможности выйти из-под влияния толпы. Сам вождь при достижении определенного критического размера толпы становился зависим от неё. При этом утрачивалось не только преимущество стратегического выбора, но происходило огрубление учета обстоятельств и упрощение решений, то есть снижение адаптивных возможностей. Уменьшение размеров неандертальского коллектива оказалось наилучшим решением выхода из под влияния толпы.

Тупик обусловлен переключением внимания вожаков на обстановку внутри стада. Взаимоотношения с окружающей средой выстроены естественным образом и являются главным делом для всех членов группы. Все они жили той жизнью, всегда и ничего нового для них нет. Взаимоотношения внутри группы сильно отличаются от таковых у предшественников. Количественно усилились эмоциональные контакты, количественно увеличился предметный мир. Качественное изменение – возникла цепь ученической преемственности, формирующая качественно иных неандертальцев. Эти неандертальцы+ отличались способностью выбирать между тактическим и стратегическим выигрышем. Их социальная направленность осталась от мира животных. А именно – оказавшийся на вершине власти действует силой ради власти и умом ради группы (создавая предпосылки для дифференцировки полушарий). Но у животных становление вожака происходило по инициативе претендента в конкуренции с другими, такими же, претендентами. У неандертальцев+ вожак начал принимать участие в подготовке сменщика для себя. Во первых – формирование идеи будущего для общества, а из этого возникают общественные институты – религия, искусство, общественное разделение труда. Разделение труда происходит не стихийно, как в животном мире, а сознательно, то есть выбор годных, обучение претендентов, отбор лучших производится вожаком и приближенными к нему. Элемент субъективности при отборе кандидатов, обученность кандидатов умению делать волевой выбор между тактическим и стратегическим решением создали новую ситуацию. Вожак выбирал лучших для стада, а обученные кандидаты имели собственный интерес, и могли использовать полученные знания и умения для конкуренции с другими кандидатами. Знания же позволяли воздействовать на вожака с целью продавливания своего интереса. Иначе говоря, самые большие в антропогенезе мозги использовались в интересах животной доминанты, лежащей в основе всех решений. Что привело к тому, что быстро появились вожаки, для которых личное было выше общественного.

Глава 2

Кроманьонское решение выхода из тупика антропогенеза

– Второй важнейший шаг из естества природы к человеку – появление сапиенсов с особенностями их мозга

Самые старые (известных науке) черепа предков современных людей, датируются 300 000 лет назад. Антропологи выяснили, что у них был удлиненный мозг (долихоцефальный) – более похожий на неандертальский, чем на наш., но по размеру значительно ему уступающий и примерно соответствующий мозгу современного человека который на 350 см\3 меньше неандертальского. Исследование черепов, которым насчитывается около 120 000 лет, показало, что к тому времени мозг сапиенсов начал становиться более округлым, но все еще был долихоцефальным и так же меньше неандертальского. И лишь 30—40 тас. л.н. отмечается отличительная округлость мозга, которая наблюдается у людей современного типа. Но откуда взялся огромный размер мозга у кроманьонца (до 1900 см\3) 30 тыс. лет назад, при том, что он стал брахицефальным (то есть округлым) антропологи ответа не дают. В то время как у неандертальцев большие размеры мозга отмечаются на протяжении сотен тысяч лет.

Что касается появления сапиенсов и их роли в развитии мозга мы считаем целесообразно привести выдержки из подборки материалов опубликованных Александром Марковым:

«Изучение древних черепов показало, что важен не только размер, но и его форма» 29.01.2018.

Форма мозга менялась направленно в ряду «древние эректусы – поздние эректусы – неандертальцы». Черепа гейдельбергских людей укладываются в этот трени сопряженный с постепенным увеличением объема мозга. Можно сказать, что неандертальцы продолжили эволюционную тенденцию, заданную еще эректусами: если изменения мозга, происходившие у эректусов, экстраполировать в будущее, то получим как раз мозг неандертальца.

В сапиентной линии эволюция мозга пошла в другую сторону. Древнейшие представители сапиентной линии по форме мозга занимали промежуточное положение между эректусами и неандертальцами. Что логично, поскольку эти «пресапиенсы» не успели еще далеко уйти от общих предков сапиенсов и неандертальцев. Второй четкий хронологический тренд связывает древнейших сапиенсов («пресапиенсов») с более поздними и с современными людьми. В этом ряду форма мозга тоже менялась направленно, но направление было иным. Кроме того, в данном случае изменение формы не было сопряжено с увеличением объема (по объему мозга древнейшие представители сапиентной линии не уступают поздним).

Древнейшие сапиенсы или «пресапиенсы» по форме мозга отличаются от современных людей, и только позднепалеолитические сапиенсы, жившие 35—10 тысяч лет назад полностью укладываются в диапазон современной изменчивости. Это значит, что мозг наших предков приобрел свои нынешние очертания в период от 100 до 35 тысяч лет назад.

В свете новых данных предположение о том, что поздние сапиенсы приобрели какие-то важные когнитивные отличия от других Homo, становится более правдоподобным. Особенно если вспомнить о результатах, полученных палеогенетиками, а также о том, что приблизительно очерченный авторами временной интервал «окончательной глобуляризации» (100—35 тысяч лет назад) совпадает с периодом становления подлинно человеческой культуры – от ранних, эфемерных проблесков «современного поведения» до «позднепалеолитической революции». Оба процесса шли постепенно и параллельно: по мере того как мозг приобретал всё более округлые очертания, поведение наших предков становилось всё более «современным». Возможно, в этот же период последовательно закреплялись под действием отбора и те интересные мутации в генах, влияющих на развитие мозга, о которых говорилось выше.

Ученые из Института эволюционной антропологии Общества Макса Планка в Лейпциге – палеогенетики во главе со Сванте Пэабо показали, что в сапиентной эволюционной линии (после ее отделения от предков неандертальцев и денисовцев более 500 000 лет назад) под действием отбора изменились многие гены, влияющие на развитие и работу мозга (подробнее см. в новостях: В частности, у сапиенсов закрепились мутации в генах NOVA1, SLITRK1, KATNA1, LUZP1, ARHGAP32, ADSL, HTR2B и CNTNAP2. Функции этих генов связаны с ростом аксонов и дендритов и с передачей сигналов в синапсах. Кроме того, у сапиенсов под действием отбора изменился важный регуляторный элемент в интроне знаменитого «гена речи» FOXP2

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.