Денис Агеев
Читер

Глава 1

Темное полотно залилось сочными красками. Бесформенные фигуры быстро приняли очертания узнаваемых предметов. Горизонт заполонили мелкие детали: отдаленные вершины покосившихся на один бок гор, массив леса, зависший над макушками диковинных деревьев диск вечернего солнца. Небо окропилось мириадами мерцающих звезд, возникли из ниоткуда две громадные луны, закрывшие собой пятую часть небосвода. Ноги начали ощущать точку опоры – стало быть, и ландшафт материализовался. Поверхность залилась пресловутыми изгибами, имитируя планетарный рельеф. Следом образовалась растительность – сине-зелеными тонами окрасилась вся местная флора.

До уха стали доноситься первые звуки этого мира, а значит, Погружение прошло успешно.

Я придирчиво огляделся – меткий глаз по привычке выискивал шероховатости новой вселенной. Такой уж у меня нрав. Люблю, чтобы все было идеально. Если взялись стряпать мир, так будьте любезны, сделайте его максимально правдоподобным. Таков мой девиз. Или внутриигровое мировоззрение – это кому как.

Хотя меня и осведомили, что мир этот сырой, и всевозможные оплошности и несуразности могут встретиться по дороге, я таки все равно буду относиться к нему с максимальной серьезностью. Ибо живая вселенная, что реальность, не терпит ошибок. А эта вселенная – живая. Почти полмиллиона активных игроков тому подтверждение.

Вдоволь наглядевшись по сторонам и приметив с десяток незначительных ляпов, я принялся осматривать себя.

Персонаж мне достался мужского пола, высокий, коренастый, добрым делом настоящий боец. Лица, правда, не видно – зеркала поблизости нет. Да по большому счету мне до лампочки, как я выгляжу. Тут это маловажно.

Одет я в эластичную форму камуфляжной окраски, на голове – фуражка с длинным козырьком, на ногах – кирзовые сапоги. Повертелся по сторонам, несколько раз присел – одежда сидит нормально, как по мне сшита. Хотя чего удивляться, в игровых вселенных она автоматически подгоняется по фигуре.

Ладно, с этим все ясно, пройдемся теперь по карманам.

За пазухой, прямо подмышкой, плотно прилегает кобура с Импровизатором. Так я называю свое оружие, что как верный пес шатается со мной по виртуальным вселенным. Эта программа адаптируется практически в любом игровом мире и вносит в него свой уникальный потенциал. В каждой вселенной Импровизатор принимает форму, присущую игровой атмосфере. Здесь это небольшой, удобно лежащий в ладони девятимиллиметровый пистолет с титановым корпусом. В какой-нибудь фэнтезийно-средневековой игре он примет форму меча или шпаги, в сказке – волшебной палочки.

На шее висит цепочка с металлическим жетоном, где указан личный номер и имя. Пережиток старинной военной моды. Однако здесь смотрится очень даже к месту. Но на самом деле эта никчемная атрибутика хранит в себе уникальную возможность: способность стать невидимым. Наподобие Импровизатора он принимает логически обоснованную форму того мира, где в данный момент времени находится. Я его называю Амулетом. Банально, конечно. Увы, но ничего оригинальнее я не придумал. Кто виноват, что в большинстве миров он выбирает именно этот образ?

Что у нас дальше? Ага, серебряный портсигар. А что внутри? Электронные сигареты? Сейчас посмотрим. Предчувствие меня почти не обмануло – внутри действительно оказались крупные электронные сигары многоразового использования. А под ними – сенсорный дисплей автоотмычки. Сей предмет тоже постоянно путешествует со мной по мирам и помогает проникать туда, куда пускают далеко не всех. Я его величаю Взломщиком.

Да, совсем забыл упомянуть про еще одну вещицу, что красуется на левом запястье. С виду обычные многофункциональные часы с голографическим дисплеем и навигатором. А на самом деле это Сканер. И он, как иногда бывает, слился с внутриигровым предметом. Тут объяснять особо нечего, название говорит само за себя. Сканер помогает мне находить… да все что угодно. Места, персонажи, предметы. Словом, все, что задано в параметрах поиска. А еще он распознает сигналы возмущения системы. Полезная штуковина, в общем.

Ну и, конечно же, я не поведал о главном спутнике моих игровых вояжей, Нейтрализаторе. Без него мое Погружение в игровой мир будет абсолютно бессмысленным. Здесь он принял форму небольшого шокера. Это основной атрибут моего воплощения, поэтому спрячу я его надежнее – засуну поглубже в сапог. Тем более, пригодится он еще нескоро.

Вот я и готов. Но сначала надо разобраться, где я нахожусь. Немного повозившись с часами, я, наконец, включаю голографический экран. Да, спектр возможностей действительно широк. Легкий доступ к массивам информации: история мира, основные фракции, цели и задачи. Все подробно можно изучить. Но сейчас мне нужно кое-что другое. Ага, вот он. Навигатор с подробной картой, девяносто девять процентов которой покрывает «туман войны». Но для меня это не проблема, а дело пяти минут. Стоит только подключить его к Сканеру, как назойливый мрак вмиг рассеется. В данном случае даже подключать ничего не надо, ибо часы и есть сам Сканер. Пара манипуляций – и все. Теперь вся карта открыта.

А вот и ближайший персонаж отмечен. Я провел по голографической карте пальцем от себя до него – тут же обозначилось расстояние: почти три километра. Эх, еще бы транспорт какой-нибудь не помешал! Надеюсь, мне здесь что-нибудь выдадут по ходу игры.

Взобравшись на небольшой холм, я сразу же огляделся. Недалеко, в низине, как раз таки километрах в трех виднеется конусообразное строение. Значок на карте говорит, что именно там этот обитатель мира и находится.

Туда я и отправился.

Новое тело слушалось отлично. Чувствовалась небывалая мощь и ловкость. Я даже позволил себе пробежать с полкилометра. Мышцы оставались в тонусе, дыхание не сбивалось ни на секунду. Как следует оттолкнувшись от земли, я подпрыгнул на добрых три метра. На лету схватил и зажал в кулак какое-то насекомое. Раздавил, синеватая жижа потекла по запястью. Вытер ладонь о штанину и решил снова подпрыгнуть. На этот раз приземление закончилось сальто. Я довольно ухмыльнулся. Что сказать, контроль бесподобный.

Местный житель – мужчина лет сорока, одетый в военную форму жесткого покроя – встретил меня недружелюбно.

– Стоять на месте, незнакомец! – Он ткнул в меня дулом штурмовой винтовки. – Назови имя и цель визита.

– Филимон Агафонов. Прибыл, дабы сражаться за одну из противоборствующих сторон, – быстро ответил я.

– Ага, новобранец, значит. – Вояка опустил оружие, взгляд стал более дружелюбным и, как мне показалось, жалостливым. – Мое имя… хотя какая разница? Ты – пушечное мясо. Завтра тебя убьют, и оно тебе не понадобится. Зови меня просто Отшельник.

– Как скажете, – пожал плечами я.

Уже с первых секунд стало ясно, что передо мной не такой же, как я, игрок, а обычный непись-привратник. Только они разговаривают такими заученными фразами, частенько снабжая их пафосом.

– История планеты и причины войны тебе известны? – спросил Отшельник.

– Нет, поведайте, пожалуйста. Только кратко.

– Ха! – неестественно усмехнулся непись. – А ты думал, я тут тебя целый день держать буду? Сейчас получишь инструкции и бегом на передовую.

– Рад, что мы друг друга понимаем, – так же наигранно улыбнулся я.

– Ладно, начнем. Ты прибыл на планету Лория. Вот уже пять лет на ней ведется война за найденный шесть лет назад древний инопланетный артефакт Длань Бога… Знаешь, что это такое?

– Нет. – Я покачал головой. Сама игра носила точно такое же название, но почему, я вдаваться в подробности не стал. Люблю все узнавать по ходу дела.

– Это своего рода генератор энергии, обладающий невообразимо огромным потенциалом. Его хотят прибрать к рукам четыре противоборствующие стороны. Первая – самая демократично настроенная Федерация Европейских Держав. С ними сравнительно легко договориться, да и новичков они принимают с распростертыми объятиями. Вторая – Свободный Американский Союз. Она представляет собой анклав северных и южных американских государств. Ребята серьезные, очень справедливые и честолюбивые. По праву признаны мировым блюстителем порядка. Третья – авторитарный Восточноазиатский Альянс, куда входят почти все мусульманские страны востока и юга Земли. Настроены фанатично, Длань Бога считают чуть ли ни своей собственностью. Ну и четвертая – полутеррористичекая организация Орден Славянского Собора. Крайне подозрительная организация. Мечтает захватить артефакт, чтобы установить тотальное господство над Землей и другими населенными планетами.

Услышав про Орден Славянского Собора, я невольно ухмыльнулся. Сразу стало ясно, что игру разрабатывали американцы. Вот народ неугомонный, со времен холодной войны уж почти два века минуло, а они все успокоиться не могут – все изображают русских мировым пугалом.

– Чего это ты заулыбался? Я похож на клоуна? – недобро прищурился Отшельник.

– Да нет, – отмахнулся я. – Случайно вышло. Так какая разница между этими фракциями, кроме идеологической?

– Принципиальная, – недружелюбно ответил непись. – ФЕД и САС на стороне правопорядка и миролюбия. Они хотят использовать артефакт на благо человечества. ВАА и ОСС – наоборот. В общем, от них стоит держаться подальше. У ФЕД лучшие защитные системы, САС обладает более совершенной стратегией ближнего боя. ВАА имеет отличные дальнобойные системы, а ОСС более по нраву диверсионные вылазки.

– Понятно, – уныло вставил я. – Как записаться в ОСС?

– В ОСС? – На лице Отшельника отразилась смесь из еще большей подозрительности и удивления. – Хочешь податься к сектантам?

– Конечно.

– Почему это?

– По двум причинам. Во-первых, я русский. А во-вторых, уж очень мне по душе диверсионные вылазки.

– Ладно, черт с тобой! Тебе на Восток, – раздраженно рявкнул он. И еще более недовольно добавил: – Вали с глаз, сектант чертов!

Я ухмыльнулся и, сверившись с встроенным в Сканере компасом, направился по намеченному пути.

Солнце окончательно спряталось за горизонт, луны набухли еще больше. Звезды засверкали ярче, пронзительнее. Такого в реальности не увидишь, во всяком случае, на Земле.

Шагая по бугристой почве, я заворожено глядел по сторонам, в особенности – на небо. Я, конечно, игрок искушенный, и мир для меня это не первый. Но и тут нашлось нечто необыкновенное, изрядно приправленное изощренной фантазией разработчиков. Как только дневное светило сошло со своего законного места, небо ожило. Сначала звезды начали медленно двигаться, но хаотично, как молекулы воды в стакане. Но спустя полчаса траектория передвижения стала приобретать упорядоченный вид. Мерцающие точки пролетали высоко над головой. Создавалось ощущение, будто планета несется на немыслимой скорости сквозь пучину космоса куда-то… очень далеко. В голове даже откликнулось легкое вертиго.

Несомненно, есть в этом что-то психоделическое. И зачем наделять мир военной игры столь дурманящими видами? Непонятно.

Но мне до этого дела нет. Как говаривал наш командир: не задавай вопроса, если тебе не интересен ответ.

Задумчиво озираясь по сторонам, я вскоре добрался до первого блокпоста.

Встретил меня очередной непись с заспанным лицом.

Выглядит как среднестатистический русский вояка в представлении среднестатистического американца. Даром, что шапки-ушанки нет. Зато в наличии другое: серая длиннополая шинель без погон, кирзовые сапоги, на шее висит автомат, до скрежета в зубах напоминающий модифицированный АК 104.

– Стой! Ты входишь на территорию Ордена Славянского Собора. Назовись. – Дуло угрожающе уставилось на меня.

– Филимон Агафонов. Прибыл по распоряжению Главного Управления.

– Главного чего? – Непись удивленно посмотрел на меня.

– Да записаться к вам хочу. Доброволец я.

– Так бы сразу и сказал. – Дуло опустилось. – Тебе в Центральный Штаб надо. Там сейчас как раз вербуют новобранцев.

– Значит, я вовремя. Как туда попасть?

– Сначала иди прямо километра два и, как только наткнешься на Блокпост-18, поверни направо. Еще километра три – и ты на месте.

Я глянул на Сканер, мысленно пытаясь рассчитать маршрут. Отмасштабировал карту, провел пальцем сначала одну линию, потом другую. На экране высветился результат: «До завершения маршрута осталось 5,34 км. Пункт назначения неизвестен». Ткнул пальцем по клавише «Обновить». Устройство выдало новый результат: «До завершения маршрута осталось 5,34 км. Пункт назначения: Центральный Штаб ОСС».

Так-то лучше.

Выходит, непись дал мне верные напутствия, в чем, собственно, я почти не сомневался. На то он и непись, а не живой игрок.

Проходя мимо Блокпоста-18, высокой башни, на стене которой корявыми русскими буквами было написано «БП-18», я услышал громкий крик. Огляделся. В паре сотен шагов от меня я увидел спешащего мне навстречу человека.

– Постой! – снова донеслось до меня.

Я еще раз огляделся, посмотрел на башню: ни у входа, ни в амбразурах никого не было – видимо, помещение заброшено. И снова перевел взгляд на человека.

– Прошу прощения, но не могли бы вы мне помочь? – Он подошел ближе, я уже мог его разглядеть: высокий и атлетически сложенный – в играх, как правило, все такие – одет в камуфляжную форму, наподобие моей, только серая.

– Новичок?

– Да. Не смог разобраться с навигатором и, кажется, заблудился.

– Ничего, бывает. Тебе куда надо?

– В Центральный Штаб ОСС.

– Тогда нам по пути. – Я глянул на Сканер и нажал кнопку «Обновить». Всплыло сообщение: «До завершения маршрута осталось 3,29 км. Пункт назначения: Центральный Штаб ОСС». – Осталось совсем немного.

– А вы… тоже туда?

– Да.

– Тоже впервые?

«Эх, дружище, хоть в этой игре я и впервые, но прошел через столько вселенных и навидался такого, что твой удивленно-снисходительный взгляд сейчас совсем неуместен», – подумал я, но говорить вслух, конечно же, не стал. Вместо ответа просто кивнул.

– Маркус Флейн. – Незнакомец протянул руку.

– Филимон Агафонов. – Я ответил рукопожатием и спросил: – Не русский?

– Нет. Американец.

– Тогда логичнее всего тебе было податься в САС.

– Все так говорят. Но мне надоели наши фальшивые свободолюбивые идеи и лозунги. А в играх на них почему-то еще больше акцентируют внимание.

– Всем надоели. Но разработчики, видимо, хотели подчеркнуть настроение конца двадцатого века.

– Я знаю. Вот и хочу опробовать себя в роли члена противоборствующей фракции. Интересно посмотреть на своих со стороны.

Благо войн уже давно не ведется, в противном случае этот малый мог вполне пойти под трибунал за одни только наивные желания.

– Тогда добро пожаловать в команду.

Вместе мы пошли бодрее. Американец пару раз пытался завести разговор – спрашивал, в какие игры я еще играл, что нового видел – но я отмалчивался, делая вид, что разбираюсь с навигатором.

Вскоре мы вышли из низины. Перед нами распростерся тот самый Центральный Штаб – комплекс задний, расположенный на ровной площадке. Высокая серая крепость, обшитая толстыми металлическими листами и окруженная высокой стеной с колючей проволокой, выглядела устрашающе. На вершине наблюдательной башни находился огромный глаз прожектора, освещающий сразу все четыре направления. Внизу, у огромных тяжелых ворот, по бокам стояли два дзота с торчащими из дупл пулеметными дулами. Кроме того, по периметру расхаживали солдаты, одетые в черную форму. Да и в угловых башенках виднелись темные фигуры караульных.

– Стой! Назвать себя! – встретил нас рявкающий голос, доносящийся из правого дзота.

– Новобранцы. Пришли в штаб для вербовки.

Минута молчания.

Ворота заскрежетали, в воздухе закружилась пыль. Створки начали медленно разъезжаться в стороны.

– Проходите. Спросите майора Шорохова – он отвечает за набор рекрутов, – голосом, не дающим право на повторный вопрос, произнес невидимый из дзота.

– А где?… – начал было американец.

– Пошли. – Я толкнул его в спину.

– А я думал, что про невежливость русских все врут, – сказал Маркус, шагая впереди меня.

– Конечно, врут. Это все неписи, а они ведут себя так, как их запрограммировали разработчики. А разработчики – твои соотечественники.

– А почему так легко впустили? Вдруг мы шпионы или диверсанты.

– Ты лучше не задавай таких вопросов, ладно?

Маркус нахмурился, но говорить ничего не стал.

– Да у нас на лбу написано, что мы новички. Не знаю как, но они это сразу определяют. Глаз наметан. Да и мы хороши: идем как на прогулке, безоружные, в обычной форме.

– Все равно странно.

Удивление Маркуса было напрасным, но вполне логичным. Сразу видно, что зелен, как смородина в мае. На самом деле неписи в дзотах нас просканировали еще на подходе. Все это произошло на программном уровне, поэтому мы ничего не заметили. Окажись мы шпионами, то это отобразилось бы в программном коде наших персонажей, и неписи сразу подняли бы тревогу. Некоторые игроки, конечно же, пытаются обойти защиту, но успешно проделать такую тонкую работу удается только очень талантливым читерам. Правда, рано или поздно они все равно выплывают на чистую воду, где их подстерегаю я.

– Не волнуйся. Нас еще во время регистрации проверят. И если поймут, что ты шпион, то пристрелят на месте, – ухмыльнулся я.

Маркус вроде бы шутку понял, но на лице отразилась легкая тень тревоги.

Внутри было людно. Не сказать, что кишело народом, но игроков было не мало. Осведомившись у первого встречного, где мы можем найти майора Шорохова и, получив направление, мы скоро оказались у искомого здания.

Многоэтажное серое строение – та самая башня, которую мы видели издалека – походила на готический собор. У входа в здание стояло двое караульных в полном обмундировании – скорее всего, тоже неписи. Над ними реяли два больших флага с эмблемами ОСС – пятиконечная красная звезда на белом фоне. Мы прошли мимо охраны и попали в огромный коридор. Здесь тоже сновали персонажи в военной форме, но выглядели они проще: темно-зеленые мундиры, погоны не ниже офицерских.

Штабные крысы, как называл их один мой хороший знакомый.

Я схватил одного такого за локоть. Тот резко остановился и недобро покосился на меня.

– Прошу прощения. Мы новобранцы, ищем майора Шорохова. Не могли бы…

– А честь отдавать тебя не учили, щенок? – гаркнул «мундир».

Я приложил руку к виску, искоса глянул на Маркуса и толкнул его локтем в бок. Американец повторил мой жест.

«Мундир» хмыкнул.

– Ладно уж. Всему научитесь. – Голос стал мягче. – Второй этаж, первый кабинет направо.

В указанном кабинете мы наткнулись на лысого, бородатого мужчину лет сорока пяти, одетого в обычную камуфляжную форму с нашитой эмблемой ОСС на правом плече. Он стоял у стола с тремя «мундирами» и тыкал в голографическую трехмерную карту пальцем, на которой на темно-синем фоне мерцало несколько красных точек.

– Я лучше знаю, – гремел его басистый голос. – Здесь их позиции защищены меньше всего.

– Но разведка докладывает, что противник собирается менять места расположения техники. Если мы выставим силы в этом направлении, то можем потерять… – «Мундир» умолк, видимо, увидав нас. – Кто такие?

– Мы новички.

– А, свежее мясо, – протянул «камуфляж». – Прибыли очень вовремя. Сначала идите в первый кабинет и зарегистрируйтесь. Потом спускайтесь на плац. Там проведем быструю тренировку и через два часа отправимся на операцию.

– Так скоро? Но ведь мы только прибыли… – Глаза у Маркуса расширились от удивления.

«Камуфляж» недобро прищурился и развернулся к нам своим массивным торсом.

– А ты что, пришел сюда хороводы водить? У нас здесь война.

«Атмосфера здесь на высоком уровне, – подумал я. – Игроки вживаются в роли отлично. Честь заставляют отдавать, кричат на новичков».

Я приложил руку к виску и потянул Маркуса за локоть.

Процедура регистрации не заняла много времени – по три минуты на каждого. Женщина-непись быстро задала несколько стандартных вопросов, пощелкала по клавиатуре, дала глупые напутствия и отпустила.

На плацу мы встретили еще девятерых новобранцев. «Камуфляж» из кабинета майора Шорохова был уже здесь. Мы встали в конце шеренги.

– Итак, – заговорил «камуфляж», скосив на нас недовольный взгляд, – я – майор Шорохов. Мой позывной – «Шорох». Я – ваш непосредственный начальник. Сейчас мы очень быстро познакомимся и сразу же приступим к инструктажу, а потом – к тренировке. Сейчас я поочередно буду называть ваши имена, а вы – выходить на шаг вперед и называть свои позывные. Все ясно?

Кто-то кивнул, кто-то что-то промямлил под нос. Более сообразительные протявкали «так точно». Я промолчал.

Майор ухмыльнулся, явно хотел высказать упрек, но махнул рукой и посмотрел на планшет, который держал в руке.

– Агафонов Филимон.

Я сделал шаг вперед и произнес:

– Позывной «Фил».

Шорох задержал на мне взгляд, потом кивнул, я встал на место. Он выкрикнул следующее имя:

– Бурцева Анна.

Вперед выступила симпатичная, стройная девушка. Камуфляжный костюм так плотно облегал ее тело, словно был второй кожей.

– Позывной «Гидра».

Майор оглядел ее с ног до головы, кивнул. Потом назвал еще несколько имен. Фамилия моего случайного товарища прозвучала последней.

– Позывной «Фингер», – представился Маркус.

– Не русский? – спросил Шорох, в голосе засквозил холодок.

– Американец.

– Что забыл у нас?

– Просто хотел поиграть за русских, – невнятно проговорил Маркус.

– Поиграть, говоришь. – Шорох недобро нахмурился. – Раз уж ты новичок, то предупрежу тебя в первый и последний раз: никогда не говори, что ты, я или еще кто-то собрались здесь для того, чтобы просто поиграть. Мы на войне. А война – это не игра. Понял меня?

– Так точно, сэр, – отчеканил Маркус.

– Оставить всяких «сэров»! – гаркнул майор. – Пусть ты и американец, но сейчас находишься на стороне Славянского Собора. И отвечать будешь по нашим правилам. Все ясно?

– Так точно.

– У кого-нибудь еще есть вопросы? – Шорох оглядел новобранцев пристальным взглядом.

Кто-то сказал «нет», но большинство промолчали.

– Тогда приступим к инструктажу, – более спокойным голосом произнес майор. – Итак, первое. Так как я ваш командир, то только я могу отдавать вам приказы. Никто иной не имеет права распоряжаться вашими жалкими жизнями, если я того не пожелаю. От вас же требуется беспрекословное подчинение. Если я скажу лезть под танк, значит, нужно лезть под танк. Если прикажу атаковать противника напролом, стало быть, вопросов у вас возникать не должно. Пока вы не проявили себя в бою и не имеете никаких заслуг – вы дерьмо. И только я способен сделать из дерьма что-то стоящее. Всем ясно?

Никто не проронил ни слова и даже не шелохнулся.

– Второе. Что бы ни думали о нас американцы, – он скосил взгляд на Маркуса, – европейцы или арабы, мы – одна большая дружная семья. Это значит, что мы всегда и во всем должны помогать друг другу. Не хватает у товарища патронов – дай ему, закончился сухпаек – поделись, получил ранение – вколи обезболивающее или стимулятор. Если я замечу, что кто-то не помог брату по оружию, когда тот в этом остро нуждался, то пеняйте на себя. Вопросы есть?

Снова молчание.

– Третье – и последнее. Отныне вы все являетесь членами Ордена Славянского Собора. Это означает, что теперь везде и при любых обстоятельствах вы должны защищать честь и имя своей фракции. ОСС – ваша обитель, ваш дом, ваша держава. Интересы ОСС, даже если они в чем-то не совпадают с вашими личными дерьмовыми интересами, все равно должны стоять на переднем плане. Приказ высшего руководства для вас – закон, преступив который вы приравниваетесь к предателям. И еще, если вы подозреваете других членов ОСС в шпионаже, дезертирстве или предательстве, то незамедлительно обязаны сообщить об этом своему непосредственному начальству, то есть мне. Но если я узнаю, что вы знали о готовящейся диверсии или еще о каком-нибудь низком поступке, но вовремя не сообщили, то знайте: вы будете очень жестоко наказаны, и ваш статус больше никогда не поднимется выше «мальчика на побегушках». Вопросы?

Никто не посмел разинуть рта. Я же подумал, что Шорох в отыгрыше роли советского офицера дал лишку. Строить из себя фанатичного командира Красной Армии уже как-то не модно.

– Стало быть, вы все поняли с первого раза. Тогда переходим к самому интересному. Сержант! – Шорох окликнул бойца, стоявшего у входа в одноэтажное здание с толстой дверью.

Солдат подбежал к майору и резво отдал честь.

– Проводи сопляков в арсенал. Пускай выдадут им нормальную форму и оружие. На все даю десять минут.

– Так точно, товарищ майор, – отчетливо проговорил сержант и снова отдал честь. Повернулся к нам и командным тоном пролаял: – За мной, зеленка.

Мы спустились в подвальное помещение, расположенное с торца того здания, у которого стоял боец. Интендант выдал нам серую форму с нашивками эмблемы ОСС на груди и правом плече, кирзовые сапоги и каски. Из оружия каждый получил по автоматической винтовке с лазерным прицелом, пистолету и ножу.

– Итак, вы опоздали на одну минуту шестнадцать секунд. На первый раз прощаю, но впредь за опоздание или другую мелкую провинность даже одного члена отряда будет страдать весь взвод. Всем ясно?

– Так точно, товарищ майор, – выкрикнул один из новобранцев. Остальные промолчали.

– Вижу, среди вас появился лидер. Напомни свой позывной.

– Архангел.

– Будешь командиром взвода, Архангел.

Кто-то недовольно цыкнул. Шорох нахмурился.

– Кто-то недоволен моим решением? – задал риторический вопрос майор.

Тишина.

– Тогда все за мной.

Глава 2

Два часа тренировок пролетели почти незаметно. Поупражнялись в стрельбе, в рукопашном бою на ножах и без оных, пометали гранаты. Познакомились чуть ближе. Шорох слегка покрикивал, но особо не придирался. Да и новобранцы все его приказы выполняли исправно. В конце тренировки майор провел мини-соревнование, чтобы выявить сильных и слабых. По меткости в стрельбе я стал четвертым, по бою с ножом – пятым, в метании гранат – третьим. Мог бы, конечно, опередить всех, но мне сейчас лучше не выделяться. А когда ты сливаешься с толпой, тебя никто никогда не заметит.

Маркус в стрельбе стал седьмым, по рукопашке взял второе место, в метании – четвертое. Сиял от радости, как начищенный самовар.

Первое место по стрельбе, как ни странно, заняла Гидра. В бою с ножом и в метании гранат оба «приза» забрал Архангел.

Самый худший результат показал Мирон – занял по последнему месту в стрельбе и бою на ножах, а в метании – девятое.

Когда соревнования закончились и все друг друга поздравили, Шорох снова построил бойцов в шеренгу и выкрикнул «Смирно!».

– Итак, – сказал он, медленно водя взглядом, как сканером, по новобранцам. – Вы – не лучшие бойцы, которых мне пришлось тренировать, а повидал я многих. Но среди вас есть те, кто выделяется на фоне остальных. – Помолчал, продолжая осматривать нас. Потом выкрикнул: – Архангел, шаг вперед.

Тот с рвением вышел.

– Ты – один из лучших в этом взводе. Как я и сказал, ты назначен командиром. Но хорош ты не во всем.

Лицо Архангела оставалось невозмутимым.

– Твой взвод – это ты сам. Ты это понимаешь?

– Так точно.

– Тогда ответь на несколько вопросов. Кто наш противник?

– Все, кроме членов ОСС.

– Хорошо. Какова цель твоего взвода?

– Выполнять приказы командования ОСС.

– Похвально. Если тебе и твоему взводу будет угрожать опасность, какие ты предпримешь действия?

– Сделаю все, чтобы опасность миновала.

– Смоделируем ситуацию. Твой взвод в окружении, подкрепление прибудет не скоро. Какие твои действия?

Архангел немного подумал и сказал:

– Будем отстреливаться по мере сил.

– Противник предлагает сдаться в плен. Твои действия?

– Никаких пленов. Победа или поражение. ОСС не падает на колени перед врагом.

«Да его на площадь надо, чтобы перед толпой лозунги выкрикивал», – с усмешкой подумал я. Хотя чего я придираюсь, парень отыгрывает роль, как и все здесь.

Шорох скривился.

– Ты готов жертвовать своими людьми без их согласия?

Архангел снова задумался.

– Да. То есть, нет. Мы должны выполнять приказ. Если командование скажет «стоять», мы будем стоять до конца.

– А если твой боец скажет: идите вы все к черту, я умываю руки! Что ты сделаешь?

– Пристрелю его.

Майор едва заметно ухмыльнулся уголком рта, потом быстро осмотрел всех новичков и произнес:

– Теперь вы знаете, чего ждать от своего командира. Возражения есть?

Возражений не было.

– Архангел, встань в строй.

Новоиспеченный командир взвода шагнул назад.

– Мирон, шаг вперед.

Тот вышел, с опаской поглядев на Шороха.

– Ты – не лучший боец в взводе. Ты это понимаешь?

Тот кивнул.

– Я не слышу. – Майор приложил ладонь к уху.

– Так точно.

– Тогда ты должен понимать, что в случае экстренной ситуации отряд может пожертвовать тобой.

Мирон шумно сглотнул.

– Все ясно?

– Да… Так точно.

– Встать в строй.

Тот отпрыгнул назад, словно спасаясь от гибели.

– Американец, шаг вперед, – приказал майор.

Маркус вышел, вытянулся по струнке.

– Твой статус такой же, как у Мирона.

Фингер возмущенно поглядел на Шороха.

– Но почему? Разве у меня худший результат?

– Отставить разговоры. Я разрешал тебе открывать пасть? – Прокричал майор, хотя злобы в голосе не ощущалось.

– Нет, но я…

– Отставить! – еще громче прокричал Шорох. Теперь в глазах блеснула искорка гнева. – Еще раз раскроешь пасть – и вылетишь из ОСС пинком под зад, клянусь своей бабушкой!

Маркус нервно засопел.

– А на твой вопрос я отвечу. Нет, у тебя не худший результат. Статус слабака ты получил за свое гребаное американское происхождение. Ты можешь подорвать дух взвода. Я тебе не доверяю. И никто не должен доверять. – На последних словах майор обвел всех придирчивым взглядом. – Но у тебя есть шанс заработать мое доверие. И доверие своего взвода. Для этого ты должен пахать, как старатель на прииске. Как твои гребаные предки. Все ясно?

– Так точно, – вяло протянул Фингер.

– Встать в строй. – Шорох снова осмотрел новобранцев и проговорил: – Подготовку вы прошли. А теперь перейдем к вашему первому заданию. Разведывательный дрон доложил, что в восьми километрах от нашего местоположения группа гребаных америкосов разбила лагерь. – Майор сделал паузу и скосил взгляд на Маркуса. – Мы не знаем, что им нужно. Для атаки группа слишком мала, а для разведчиков они ведут себя чересчур открыто и глупо. Ваша задача – отправиться туда и выяснить, что им нужно. Не исключено, что это какая-то уловка. С вами отправим разведывательный дрон, который будет сканировать местность на наличие скрытых противников. Сасовцы никогда не отличались особой хитростью, однако недооценивать их не стоит. Есть предположение, что они хотят вступить в переговоры. На задание с вами пойдет опытный дипломат. Ваша роль – прикрывать его, а в случае внезапной агрессии со стороны противника – обеспечить защитой. Его приказы для вас – закон в первозданном виде. Ослушаетесь хоть в чем-то, значит, плюнете в лицо мне. А за это, сами понимаете, что вам грозит. Вопросы есть?

Тишина.

– Через минуту сюда прибудет ваш временный командир, капитан Ясень, и выдаст дальнейшие инструкции.

Шорох с четверть минуты помолчал, а потом крикнул «Вольно» и ушел. Но «вольновать» нам долго не пришлось – на смену грозному майору явился тот самый Ясень. Я его сразу узнал – он был одним из «мундиров», которые вместе с Шорохом что-то обсуждали у стола с голографической картой. Только теперь он был в камуфляже и при полном обмундировании.

При появлении старшего по званию все новички – и я в том числе – вытянулись по струнке. Ясень же, смерив нас мягким взглядом добродушных глаз, махнул рукой и сказал:

– Да расслабьтесь вы уже. Я гавкать не буду.

Все еле слышно выдохнули.

– Досье на всех мне передали, но я хотел бы познакомиться с каждым лично. А то, знаете ли, пойдешь так на задание, вас там шальная пуля выбьет из седла, а я и знать не знаю, как звали.

Он глянул на планшетку, пошевелил носом и начал вызывать по списку. У каждого спрашивал настоящее имя, задавал по одному-двум неуместных вопроса, жал руку и звал следующего. Я оказался предпоследним.

– Филимон, значит, тебя зовут?

Я кивнул.

– Хорошее русское имя. Не совсем, конечно, русское, но никому теперь до этого нет дела. А знаешь, что оно означает?

Я на миг задумался, а потом сказал «нет». Хотя ответ мне был известен.

– С греческого переводится как любимый. Или возлюбленный. – Капитан помолчал, снова пошевелил носом, потом кивнул, дав мне знак, чтобы я встал в строй, и прочитал последний позывной в списке: – Фингер.

Маркус подошел к Ясеню. Назвал имя, которому капитан совсем не удивился. Ответил на очередной дурацкий вопрос о своем месте рождения и вернулся в строй.

– Со знакомством покончено, – объявил Ясень. – А теперь выдвигаемся.

К нам подогнали два боевых джипа с открытыми кузовами. Обшивка у них толщиной, наверное, с целый палец. За руль первого сел Бегун, водителем второго стал Джампер. Я, Фингер, капитан Ясень и еще двое новобранцев с позывными Русак и Вдова залезли в первую машину. Во второй поместились: Архангел, Гидра, Мирон, Пыжак и Щука.

Громоздкие ворота, охраняемые чуткими неписями, со скрежетом разъехались в стороны, и наша группа выехала на задание.

Моторы джипов гудели, ветер свистел в ушах, а мы с интересом смотрели по сторонам. Машины катились по равнине с изредка встречающимися невысокими холмами и пролесками. Пейзаж мало чем отличался от того, что я увидел после Погружения – все те же покосившиеся на один бок горы в отдалении и лес. Только солнце почти село за горизонт.

До места назначения добрались уже в сумерках. Подъезжали на тихом ходу, держа руки на спусковых крючках автоматов. Ясень активировал дрона – летающий на магнитной тяге металлический шар с тремя глазами и антенной-усиком. Робот пискнул, из недр его маленького тела стало доноситься тихое гудение.

Сасовцы встали небольшим лагерем у холма, поросшего молодыми хилыми деревьями. Не доехав до него с полкилометра, мы выгрузились и дальше отправились пешком.

– Пока все чисто, – доложил Ясень, глядя на свой наручный коммуникатор. – Но все равно будьте начеку. – Показал три пальца и махнул направо, потом еще три и – налево. Затем выставил два и махнул назад.

Бойцы рассредоточились – Бегун, Щука и Мирон пошли направо, Гидра, Пыжак и Вдова – налево. Я, Архангел, Маркус и Ясень продолжили идти вперед. Джампер и Русак чуть отстали – в случае чего они нас будут прикрывать.

– Ни ловушек, ни скрытых противников – ничего нет. – Капитан недоверчиво хмыкнул, пошевелил носом. – Но я чувствую, что здесь что-то не так.

– Скоро все выясним, – заверил Архангел.

– Говорить буду я. Со своим мнением не встревать.

– Так точно, – неохотно отозвался Архангел.

Мы подошли совсем близко к сасовцам. Я видел, как нам навстречу вышло семеро одетых в темно-зеленую форму солдат, вооруженных автоматами с подствольниками и оптикой. Один из них вскинул руку с белым, как простыня, флагом.

Дрон описал несколько кругов вокруг лагеря, поднялся ввысь на добрую сотню метров и застыл. Ясень уставился на дисплей.

– Есть мелкие помехи, но, возможно, они исходят от какого-то оборудования американцев.

Помехи от оборудования? В играх такое случается крайне редко, если, конечно, это специально не запрограммировано. А так помехи чаще всего дают читерские программы.

– Подобное раньше случалось? – спросил я.

– Иногда бывает. При обновлении мира часто наблюдаются какие-нибудь помехи или лаги.

К нам навстречу, расталкивая солдат, вышел высокий сасовец в темно-зеленом камуфляже с закатанными по локоть рукавами и в солнцезащитных очках. Зубами он сжимал сигару, которая медленно тлела. Под правым виском, чуть выше щеки, я заметил небольшой шрам в форме буквы Х.

– А мы уже вас заждались, – сказал он, улыбаясь уголком рта. И выпустил жирную струю сизого дыма. Руки американец раскинул в стороны, словно встречая дорогих гостей.

– Что забыло САС на территории ОСС? – спросил Ясень. Дрон по-прежнему висел в небе и сканировал пространство, но капитан за ним больше не следил.

Сасовец опустил руки и подпер ими бока. Одарил нас добродушной улыбкой и обернулся к своим солдатам, гоготнул, как заправский гусар, и снова поглядел на майора. Солдаты за его спиной тоже негромко засмеялись, переглядываясь друг с другом.

– Я разве сказал что-то смешное? – спросил Ясень спокойно, но в глубине голоса задребезжала сталь. Да, выглядел он не как бравый вояка, но стержень внутри имел.

– Да что ж вы такие несговорчивые, – снова улыбнулся уголком рта американец. – Мы к вам не просто так поточить лясы пришли.

– Я это понял. Если было бы иначе, мы вас расстреляли бы издалека.

Сасовец нахмурил брови и поцокал языком, затянулся сигарой и выпустил дым, на этот раз не струей, а бесформенным облаком. В нос ударил крепкий запах табака.

– Майор Радклиф. – Американец протянул свою здоровенную обезьянью кисть, увенчанную толстой серебряной цепью.

Ясень даже не посмотрел на руку, зато краем глаза глянул на коммуникатор. Он явно чувствовал подвох, вот только в чем он заключался, понять пока не мог. Я тоже насторожился и напрягся, готовый в любую секунду вырвать из кобуры Импровизатор. Другому оружию я не доверяю.

– Мы к вам с деловым предложением прибыли, – произнес сасовец, не опуская руки и продолжая добродушно улыбаться.

– ОСС не заключает союзов с врагами, – с холодком в голосе проговорил Ясень и пошевелил носом.

– Да мы союз предлагать не собирались. Так, временное перемирие, ради общего блага. Ты, капитан, лошадей не гони, а сначала выслушай.

Ясеню все это не нравилось. Я видел по его глазам. Да и мне эта странная встреча напоминала больше хорошо замаскированный цирк, нежели деловые переговоры.

– Прошел слушок, что исламисты готовят против нас что-то серьезное, – начал излагать суть предложения Радклиф. – Силы стягивают у Дальнего Кряжа. У них часто стычки с федовцами были, так вот в последнее время прекратились. Будто кто-то сверху приказал не вступать в конфликты.

– Мы-то тут причем? – перебил его капитан.

– Да ты подожди… – Американец покачал указательным пальцем. – Сейчас до сути дойду. В общем, ВАА ведут себя странно и подозрительно.

– С чего вы взяли, что они что-то замышляют? Может, у них новый командир появился и решил тактику перестроить, – снова перебил Ясень и скосил взгляд на коммуникатор. Его брови чуть дрогнули.

Я не видел, что было изображено на дисплее, но мимика командира выдала явную тревогу.

Сасовец перекинул взгляд на Архангела, потом на меня и остановил на Маркусе. И я бы мог поклясться, что на Фингере он задержал его чуть дольше, чем на остальных.

– Я тоже об этом слышал, – сразу же вступил в разговор Маркус, словно по заданному сценарию.

– Откуда? Ты же новобранец, – удивился Ясень.

– Перед тем, как попасть к вам, я хотел завербоваться в ФЕД. Пока ждал регистрации, познакомился с одним солдатом. Он-то мне все и рассказал. Тоже откуда-то слышал.

– Бред, – покачал головой капитан. – В любом случае нас это не касается. Даже если ваасовцы что-то и удумали, мы сможем им ответить.

– Ты не понял, капитан. – Американец сделал длинный шаг вперед, оказавшись на расстоянии вытянутой руки от Ясеня.

Архангел вскинул автомат и закричал «Стоять на месте!», я потянулся за Импровизатором, а Маркус… Маркус меня удивил. Он ловко обошел капитана сзади, нагнулся и со всей силы толкнул его в спину. Ясень непроизвольно шагнул вперед, где его за руку схватил Радклиф.

– Огонь! – сдавленно выкрикнул капитан, и со всех сторон запели автоматные очереди.

Майора САС прошило несколько раз. Он утробно ухнул, сигара выпала изо рта. Его грузное тело содрогнулось, замерло, а потом снова дернулось – кто-то всадил в него еще целую очередь. И завалилось на бок.

Я бросился влево, упал на спину, покатился, уходя от пуль. Вскочил на ноги, выставил руку с Импровизатором и нажал на спусковой крючок, целясь в ближнего сасовца. Первая пуля прошла мимо, а вторая угодила точно в живот.

Перед глазами поплыло. Руки задрожали, в голове зашумело, заскрежетало, словно кто-то рядом резко открыл старую металлическую дверь. Потом забрезжили помехи, замелькали артефакты – подобное часто случается при появлении системных ошибок. После такого, как правило, пользователя выбрасывает в реал. Но меня не выбросило. Все же сверхмощная вирткапсула и специальный протокол защиты – дверь во все многообразие игровых вселенных – выдержала нагрузку каких-то программных ошибок и оставила меня в игре. Странно ошибки эти появились совсем некстати, прямо во время боя.

Тело слушалось плохо, в ушах звенело так, словно кто-то надел мне на голову чугунную кастрюлю и хорошенько врезал по ней половником. Да, ощущения в этой игре передаются что надо. Все точно как в жизни. Хотя… не все. Что со мной произошло – я пока не понял.

Я поднялся на ноги, бегло осмотрел себя – похоже, что повреждений не было. Если не считать легкой контузии, то со мной все в порядке.

Снова присел на корточки и огляделся. Импровизатор валялся в полуметре от меня. Чуть подальше лежал продырявленный во множестве мест труп Радклифа, в паре метров от него – тело Архангела, тоже бездыханное. Сасовец… еще один… Боже, да они все мертвы. А что с нашими?

Маркус помогал Ясеню подняться на ноги, придерживая его за плечо. Чуть поодаль уже стояли на ногах и по виду были вполне бодрые, но немного озадаченные Гидра и Пыжак. На земле сидел Мирон и рассматривал свой автомат так, будто видел его впервые в жизни. Бегун и Русак ожесточенно рылись в своих карманах, будто пытаясь отыскать там нечто невообразимое.

Остальные стали хладными трупами. Да, не повезло. В первой же небольшой стычке погибнуть – это удручает. Убитые, конечно, возродятся на базе, но сначала нужно выждать время. Во всех играх по-разному – где-то всего час, а где-то по нескольку суток ждать приходится. В иных, особо популярных игровых вселенных, за возрождение вообще платить надо. Благо игр много, и, умерев в одной, можно тут же переключиться на другую.

Ясень наконец поднялся на ноги и обвел всех пристальным взглядом.

– Знатно мы их, а! – хохотнул он.

Все его поддержали вялыми смешками и фразами типа «Это точно».

Я же все еще не мог прийти в себя. Тело слушалось плохо, словно я управлял чужим аватаром, который никак не желал подчиняться.

Капитан тем временем начал что-то нажимать на коммуникаторе. Через пару секунд сверху раздался короткий писк, и дрон спустился вниз. Завис в полуметре от земли, безразличный ко всему окружающему. Выходит, Ясень отключил его.

Я залез в Сканер и увидел странную картину: импульс возмущения системы. Он прошел несколько минут назад. Время как раз совпадает с моментом атаки сасовцев. Конечно, причина возмущения могла оказаться в любом месте игры, определить место назначения при такой незначительной мощности сигнала почти невозможно, но факт остается фактом. И что все это значит?

А значить может лишь одно: читерство. Вот только с чьей стороны – САС или ОСС – не понятно. Исходя из логики, получается, что вина лежит на американцах, но мы их всех ликвидировали, следовательно, угроза читерства миновала. В таком случае, чего хотели добиться сасовцы?

– Что это? Какой-то плагин? – спросил Ясень, глядя на мои манипуляции со Сканером.

И почему он спросил меня об этом сейчас? Ведь мы с ним уже несколько часов вместе, и не заметить странную безделушку у меня на запястье он попросту не мог. Хотя, почему не мог? Она же внешне похожа на внутриигровой предмет.

– Да, – кивнул я, понимая, что пауза затягивается.

– Какие в нем функции?

– Да так, мелочевка, – пожал плечами я.

– А ты уже успел разобраться? – искренне удивился капитан. – Может, в нем скрытый потенциал есть?

Что за странные вопросы?

И тут я кое-что заметил. Ясень изменился. Нет, внешне он остался таким же. И голос тот же. Но все равно что-то изменилось.

Он перестал шевелить носом. Привычка, которая, должно быть, перекочевала из реальной жизни, почему-то вдруг исчезла.

– Ладно, пора собирать трофеи. – Ясень нагнулся к трупу Радклифа, подобрал солнцезащитные очки, что чудом уцелели в перестрелке, поднял тлеющую сигару и сунул в рот. Довольно ухмыльнулся.

И я все понял.

Радклиф не погиб. Он стал Ясенем. Вернее, произошло перевоплощение.

Поэтому он и отключил дрона. Поэтому и задает все эти странные вопросы. Потому что он не Ясень. Он Радклиф.

От осознания истины у меня по спине побежали мурашки. За секунду я рассчитал, как резко выхватываю Нейтрализатор, ударяю им Радклифа. Остальные пока понять ничего не могут, поэтому стоят истуканами. Я использую эффект внезапности и обезвреживаю еще одного сасовца, может, двух. Максимум троих. Остальные открывают по мне огонь. Тут появляется два варианта: либо я погибаю на месте – две-три пули я еще выдержать смогу, но не очередь в упор – либо ловко уворачиваюсь от пуль, активирую Амулет и становлюсь невидимым. И уже в таком виде стараюсь обезвредить остальных. Однако весь этот план провалится в тартарары, если у кого-то окажется плагин на обнаружение невидимок. В последнее время я встречаю их у кого не попади. А эти ребята, судя по тому, что они проделали, калачи тертые. Солнцезащитные очки Радклифа, к примеру, вполне могут содержать в себе такую функцию.

Поэтому я поступлю по-другому. Буду наблюдать и выжидать. Нужно понять, что они замыслили. Похоже, я наткнулся не просто на работающих вместе читеров, а на целую организацию. У них есть четкий план, только к чему он должен привести – пока не ясно. Какая роль у Маркуса – тоже пока не понятно, но он явно на стороне сасовцев. Я помню, как он толкнул Ясеня в сторону Радклифа. Должно быть, для перевоплощения американцу потребовался прямой контакт с представителем противоборствующей фракции. Значит, у него есть запрещенный плагин, ведь подобные манипуляции механика игры не поддерживает. Собственно, плагины здесь есть у всех сасовцев, раз они сумели занять аватары игроков ОСС. Притом сделали это на расстоянии. Почему же тогда Радклифу потребовался прямой контакт?

– Чего стоишь столбом? Все никак отойти не можешь? – спросил Ясень-Радклиф.

Я кивнул и озадаченно нахмурился.

– Ничего, привыкнешь. У меня в первый раз тоже так было. Вроде и игра, а сбить с толку может не хуже какого-нибудь дурмана. – Американец, дабы подбодрить, похлопал меня по плечу.

То есть, читерствует он уже не первый день. Эх, шарахнуть бы его сейчас Нейтрализатором!..

– Нужно уходить. – К нам подошел Мирон, вернее, тот, кто вселился в его тело.

– Нужно, – кивнул Радклиф. – Но сначала займемся любимым делом русских – помародерствуем. – И довольно улыбнулся, как обжора, которому с минуты на минуту предстояло съесть целый торт.

Последующие несколько минут сасовцы собирали трофеи, то есть, по сути, забирали свой же цифровой хлам. Я сначала замешкался, а потом решил не выделяться и обшарил труп того американца, в которого совсем недавно всадил пулю. Интуиция подсказывала, что он должен был завладеть моим аватаром, но что-то пошло не так, и я остался в своем теле, а сасовец… выбыл из игры. Однако остается вопрос: как скоро их друг сообщит Радклифу и остальным, что у него читерство не вышло? Возродится он не скоро, а из реала на своих подельников выйти не сможет. Во всяком случае, не сразу. Если даже они сидят в соседних вирткапсулах, то, вылетев в реал, он вряд ли кинется выводить из игры остальных, иначе их план рухнет. Скорее всего, отсидится в сторонке, наблюдая, как его друзья витают в искусственном сне. Значит, время у меня есть.

– Все, закругляемся, – скомандовал Радклиф. Он оперся одной ногой об огромный армейский рюкзак, под завязку набитый автоматами и бронежилетами сасовцев. Не поленился все это снять со своих убитых товарищей. Рядом лежал ранец с каким-то оборудованием, похожим на портативный блок радиосвязи. Майор поглядел на коммуникатор, что-то нажал на дисплее, потом оглядел небо. – Уже стемнело. Пора выдвигаться.

Мы сели в джипы ОСС, сасовцы перекинулись между собой парой шуточек в духе тех, что русский транспорт плохо работает даже в играх, и тронули.

У меня осталось чуть меньше часа на обдумывание плана.

Глава 3

Джипы неслись на предельной скорости, подпрыгивая на ухабах и скрепя рессорами. Ветер свистел в ушах, лицо обдувало ночной прохладой. Солнце уже надежно спряталось за горизонтом – надо признать, вечер здесь тянулся медленно. Луны смотрели на нас с неба, как два глаза великана.

– Ну что, Маркус, выкладывай, кто есть кто. Публика ждет, – сказал Радклиф.

Гидра сидела в кресле водителя, уцепившись за руль обеими руками. Мирон внимательно смотрел на Фингера. Пыжак, Русак и Бегун катили рядом в другом джипе, но из-за гудения моторов и свиста ветра вряд ли могли нас слышать.

– Начну с тебя, – кивнул на командира сасовцев Маркус. – Твой позывной Ясень. Настоящего имени не знаю. Ты капитан ОСС, сподручный майора Шороха. Считаешься хорошим переговорщиком. Имеешь нестандартный склад ума, умеешь аналитически мыслить. Шорох доверяет тебе как себе. Не любишь почестей и преклонения, но и помыкать собой никому не позволишь. А еще ты – единственный опытный игрок в отряде. Все остальные новички, пришедшие в игру в первый раз.

Вот дает Маркус. Прозорливости ему не занимать. Теперь понятно, какова его роль во всей этой заварухе.

– Неплохой набор, – удовлетворенно кивнул Радклиф.

– Теперь ты. – Фингер повернулся к Мирону. – Позывной Мирон. Настоящее имя: Николай Мироненко. Неумеха и слабак. В соревновании занял последнее место. Шорох тебя считает мальчиком для битья.

– В каком еще соревновании? – удивленно нахмурился Мирон.

– Что-то вроде экзамена на боевую подготовку. В общем, ты хуже всех стреляешь, дерешься и метаешь гранаты. Тебе это не нравится, но со своей судьбой ты смирился.

Мирон хмыкнул и покачал головой, как бы говоря «ну и дела…».

– Плохой набор, – прокомментировал Радклиф.

– А ты у нас первая красавица на селе. – Маркус перевел взгляд на Гидру и повысил голос. – Позывной Гидра. Зовут Анной Бурцевой. Исполнительная, решительная, готова на все ради общей цели. Не глупая, но и не очень умная. Судя по аватару, хотела, чтобы мужики не спускали с тебя глаз. Главное помни, что ты женщина. И веди себя соответствующим образом.

– Чувствую себя неуютно в женском теле, – прокомментировала Гидра.

– Ты смотри, втянешься еще, потом будешь только в женских аватарах воплощаться, – произнес Радклиф, усмехнувшись.

Я же про себя отметил, что читеры они не простые, раз с такой легкостью про разнополые воплощения говорят. Тут нужно очень мощное и сложное ПО. Нью-йоркской конвенцией мужчинам было запрещено принимать в играх женский облик, а то слишком уж многих потянуло на разные извращения. Человек же он такой – искуси его хоть в чем-нибудь, и он непременно воспользуется ситуацией. Тогда, помнится, все секс-игры наполнились типами нетрадиционной сексуальной ориентации. Нормальному мужику было сложно отличить гея от настоящей женщины, ведь его личину прикрывал аватар приятной наружности. Но правда вскоре всплыла на поверхность, и в обществе разразился нешуточный скандал – дескать, внешность внешностью, но осознание того, что твоя партнерша даже не какая-нибудь страшненькая замарашка, а озабоченный толстяк, заставило многих отказаться от виртуальных путешествий по мирам сексуальных фантазий. Разработчики таких игр стали нести убытки и решили ввести новые ограничения на выбор пола. Отныне мужчина мог играть только за мужчину, а женщина – за женщину. Это тоже возмутило многих, в основном представителей нетрадиционной сексуальной ориентации обоих полов, но для них вскоре разработали специальные игры, и огонь негодования погас. Впрочем, частично обойти систему создания персонажа было можно. Почти в любой игре есть возможность протащить какой-нибудь запрещенный плагин со скрытыми функциями, дающими на определенное время способность смены пола. Правда, в таком случае нарушитель может вызвать сильное возмущение системы, и для устранения читера в игру сразу же отправят агента внедрения.

– А теперь о тебе. – Фингер посмотрел на меня. Я весь напрягся, но виду старался не подавать. – Позывной Фил. Настоящее имя: Филимон Агафонов. На рожон не лезешь, лишний раз ничего не скажешь. Здесь ты тоже новичок, но чувствуется, что в подобных играх ты бывал не раз. Взгляд у тебя цепкий, пронзительный. Ты как будто все время что-то ищешь. Кстати, он у тебя почти не изменился – наверное, бывший владелец аватара хотел отыграть роль этакого во всем сомневающегося и наблюдательного бойца, вот приобрел расширенный пакет настройки персонажа и задал там эту черту.

Я неопределенно пожал плечами.

– А остальным когда погадаешь, цыганка? – ухмыльнулся Радклиф, кивнув в сторону второго джипа.

– Уже сказал.

– Быстро работаешь. Когда успел?

– Когда броники снимали. А что тут успевать? – Маркус указал на второй джип. – За рулем сидит Русак, на пассажирском примостился Пыжак, а в кузове – Бегун. Все зелены как трава в мае, глупы и неопытны. Не люди, а рядовые неписи. В состязании тоже ничем особенным не выделились. Сомневаюсь, что Шорох хоть кого-то из них взял на заметку. Архангел разве что отличился, но он погиб в неравной схватке с сасовцами. – Губы Фингера чуть растянулись в улыбке.

– Приближаемся, – сообщила Гидра.

Мы обогнули небольшой холм. Я вгляделся в темную даль и увидел на горизонте освещенную прожекторами башню Центрального Штаба ОСС. Опустил взгляд на Сканер. Отмасштабировал. Зеленые точки – игроки-союзники – мельтешили внутри и снаружи группы зданий, как молекулы воды под микроскопом. Одни уползали в разные стороны, другие – приближались.

Боковым зрением я смотрел на Радклифа. Командир сасовцев быстро тыкал двумя пальцами в коммуникаторе – так обычно набирают текст. Интересно, с кем он там переписывается? Докладывает начальству о своих успехах? Вряд ли, коммуникатор-то у него Ясеневский. Так что если кому-то и докладывать, то только Шороху. Да и есть ли у него это начальство?

Читеры в большинстве своем – одиночки. Редко можно встретить связку из двоих или троих. Еще реже – из четверых или пятерых. Нет, их, конечно, в одной игре может быть и больше, но они почти никогда не действуют вместе. Это вызывало бы слишком сильное возмущение системы, по следу от которого на них легко можно было бы выйти агентам внедрения. Они это прекрасно понимают. В нынешней ситуации я наткнулся на восьмерых, включая Маркуса. Собственно, Фингера читером назвать нельзя, ведь механику игры он не нарушал. Но все равно остается семеро, а это достаточно много для одного общего читерства. А то, что сигнал возмущения от их действий был хоть и сильным, но не катастрофическим, наводит на мысль о наличии у Радклифа и остальных мощных блокирующих плагинов.

– Надеваем броники, – скомандовал Радклиф, окликнул Бегуна и указал ему на рюкзак, лежащий на сидении в кузове. Тот кивнул и принялся доставать бронежилеты.

И тут меня осенило. Бронежилеты. Вот где спрятаны их запрещенные плагины, позволяющие вселяться в чужие аватары. Должно быть, механизмы этих мини-программ устроен так, что при попадании в них пуль носитель броника мгновенно перемещается в тело стрелявшего.

Мирон тоже потянулся к рюкзаку, достал три броника и передал по одному мне, Фингеру и Гидре.

– Руль кто-нибудь подержите, – попросила девушка.

Маркус ловко перепрыгнул через борт, сел на пассажирское сидение и взялся левой рукой за руль. Машину сразу потянуло вправо. Гидра сняла каску, стянула через голову серую куртку и темно-зеленую майку, предоставив всем на обозрение строгий черный лифчик, плотно облегающий идеальной формы грудь. Мирон присвистнул. Взгляды Маркуса и Радклифа тоже застыли на теле девушки.

– Давайте без этого, а! – скривила симпатичное лицо Гидра. Я же мысленно содрогнулся от осознания, что под этим милым телом скрывается мужик.

– Да ладно тебе, – ухмыльнулся Радклиф. – Мы ж только смотрим, а не трогаем.

– Если б еще трогали, я б вам всем яйца открутил на хрен! – огрызнулась Гидра.

– А ты у нас, я погляжу, горячая штучка, – еще больше ухмыльнулся командир сасовцев. Мирон и Фингер заржали.

– Заткнись! – Гидра натянула броник, поверх снова надела майку и куртку. И опять схватилась за руль. Джип чуть качнуло влево, но водитель тут же выправила ситуацию.

Мирон и Маркус тоже начали переодеваться.

– А ты чего замер? – спросил Радклиф, скосив взгляд на меня. – На нашу красотку загляделся?

– Ты заткнешься там или нет? – бросила через плечо Гидра.

– Угу, – буркнул я и принялся стягивать куртку, стараясь не показывать кобуру с Импровизатором.

Бронежилет сел как влитой. И оказался таким тонким, что я засомневался в его защитных возможностях. В двух местах он был пробит насквозь – значит, сняли его не с того американца, которого убил я. Это наводило еще на две мысли. Первая: этот броник создан не для защиты. Вторая: скрывающаяся под ним читерская программа может использоваться с разных аккаунтов, ведь теперь, по сути, все сидят в чужих аватарах, притом бронежилеты-плагины используют те, которые были надеты на других игроков. Если первая мысль лишь подтверждала то, до чего я додумался минутой ранее, то вторая сильно озадачила. Потому что плагины такого класса могут создаваться только очень талантливыми программистами… или же самими разработчиками игры, что само по себе звучало парадоксально.

Плагин – вещь сугубо личная. Он привязывается к аккаунту и может быть применен только его владельцем. Взять, к примеру, мой Импровизатор. Кроме меня, им никто пользоваться не сможет. Если сейчас Радклиф вдруг прозреет, приставит пистолет к моему лбу и нажмет на спусковой крючок, а потом решит обобрать хладный труп, то Импровизатор, а также Амулет, Сканер и Взломщик, откажутся в его руках действовать. Все эти бесценные вещи станут лишь внешней цифровой оболочкой своих настоящих прототипов.

Бывают обычные плагины, как некоторые виды простого оружия, одежды, брони или какие-нибудь личные вещи. Для каждой игры они индивидуальны, конструируются самим игроком бесплатно или под заказ за гроши. А еще существуют универсальные, такие, как мой Импровизатор. Подобные программы адаптируются под любую игру. И стоят дорого, а создавать самому их очень сложно и накладно.

Плагины же общего пользования – это дело совершенно другое. Они редки и очень дороги. Если обычные плагины являются чужеродным объектом для игровой вселенной, то плагины общего пользования – полноценная, осмысленная часть игрового мира, как тот же джип, на котором мы едем, или оружие, из которого стреляем. И как так могло статься, что читерские бронежилеты стали вдруг полноценной частью игры? Теперь ясно, почему возмущение системы при их использовании было не столь сильным. ИскИн просто не посчитал их чужеродными объектами. Мелкую ошибку он все же распознал, но она могла исходить от чего-то другого. Меня-то, собственно, и послали, чтобы устранить, как выразился полковник, «какое-то малозначительное нарушение». Плевое дело, за несколько часов управишься, сказал он.

Сам Радклиф бронежилет не надел. Значит, в плагине-перевоплотителе не нуждался или… носил уже этот плагин, но не в виде бронежилета, а в чем-то другом. Те же очки, к примеру. Это мне еще предстоит выяснить.

– Все свои легенды запомнили? – спросил майор.

Гидра и Мирон ответили «да». Я молча кивнул. Радклиф громко окликнул Бегуна, махнул ему рукой, тот тоже что-то ответил и кивнул. Майор сделал последнюю глубокую затяжку и выбросил окурок сигары.

– Очки бы тоже убрал. Ясень их не носил, – посоветовал Фингер, придирчиво осмотрев командира.

– Ну уж нет. Я с ними не расстанусь. Если спросят, откуда взял, скажу, что как трофей подобрал.

– Как знаешь.

База русских была уже близко. Массивные серые стены уходили ровной полосой влево и вправо. Ворота были подняты, оттуда медленно выезжал огромный танк. За ним выбежало несколько человек, на фоне машины казавшихся мелкими и безобидными. У других ворот, что подальше, уже скопилось несколько танков, броневиков и джипов с пулеметными гнездами. В три серые шеренги выстроились солдаты.

– Куда это они? – спросила Гидра.

– Может, в рейд? – предположил Мирон.

– Ночью?

– А что, такое тоже бывает. Это ж русские, они на все готовы, – хмыкнул Мирон.

Коммуникатор Радклифа подал звук.

– Начальство вызывает, – сообщил майор. Провел пальцем по дисплею и строгим голосом проскандировал: – Капитан Ясень на связи.

– Где вас носит, мать вашу? – Из динамика раздался разъяренный, изредка прерываемый мелкими помехами голос Шороха.

– Возвращаемся с задания.

– Почему на связь не выходил?

Лицо у Радклифа чуть изменилось: брови нахмурились, глаза забегали. Он что, занервничал?

– Помехи, наверное. У америкосов какое-то оборудование было, может, из-за него. Везем на базу для проверки.

– Что они хотели?

– Чтобы мы с ними в союз вступили.

– В союз? Они что, совсем спятили?

– Я тоже так подумал.

– Ладно, как прибудете, отрапортуешь мне. Потери есть?

– Да, четверо.

– Черт, плохо! – рявкнул Шорох. – Беречь бойцов надо, капитан. Беречь. У нас сейчас каждый солдат на счету. А возродятся они не скоро, сам знаешь.

– А что случилось?

– Тридцать третий блокпост атаковали. Разведка доложила, что в том секторе скопились крупные силы фанатиков.

– Требования предъявляли? – серьезным, полным участия голосом спросил Радклиф, при этом губы его растянулись в улыбке.

– Да какие требования?! На связь не выходят, тихие как зайцы.

– Очень странно. Сасовцы как раз предлагали против ваасовцев объединиться. Говорили, что у них что-то на них есть. Теперь думаю, может, стоило принять их предложение?

– Нам не нужны никакие союзы. Тем более, с америкосами. Сами со всем разберемся.

– Так точно, майор.

– Ладно, еще обсудим. Вы далеко от базы?

– Почти приехали.

– Ну все тогда. Отбой. – И шипящий, дергающийся голос Шороха смолк.

Радклиф опустил коммуникатор. Оглядел нас и произнес:

– Пока все по плану.

Знать бы, что это за план и какой шаг будет следующим.

Из ворот выехало еще два танка и броневик. Солдат тоже стало больше. Похоже, ОСС решил серьезно отреагировать на вторжение ВАА. Над головой с громыханием пролетело два темно-серых, с вытянутыми рыбьими корпусами вертолета. Высоко в небе пронеслась тройка истребителей.

Оба наших джипа проехали через ворота, лишь слегка сбавив скорость. Ни неписи-охранники, ни солдаты-игроки не попытались нас остановить – все были заняты сбором в боевой поход.

Мы припарковались прямо у входа в главную башню. Народу здесь было, как на рынке в Нижнем городе. Рядовые в серых камуфляжных формах выстраивались в шеренги, командиры ходили вдоль них, размахивая руками и что-то выкрикивая. Мимо с ревом проезжали джипы и броневики.

Радклиф активировал дрона, стянул два рюкзака с оборудованием сасовцев и сказал:

– Мне нужны двое, чтобы дотащить это.

– Я готов, – сказал я. Мне нужно находиться рядом с майором.

– И я, – подхватил Русак.

Гидра, Мирон и остальные тоже проявили активность. Молчал лишь Фингер. Понимал, видать, что Шорох будет не рад его видеть.

– Какая самоотдача, – усмехнулся командир сасовцев. Остановил взгляд на мне. – Фил, верно?

Я кивнул. Да, законы психологии никто не отменял. Даже в играх. Кто первый проявит себя в каком-то деле, даже пустяковом, тому, как правило, дают шанс раскрыться еще больше.

– Пойдешь со мной. – Майор обвел скорым взглядом остальных. Остановил на Мироне. – И ты, Мироненко, или как там тебя.

Тот кивнул.

– Ну, все, хватайте и вперед. – И хлопнул меня по плечу.

Я взвалил на спину ранец с оборудованием – весил он, надо признать, не мало, но мой аватар силой и выносливостью не обделен, так что для меня это не стало проблемой.

– Постой-ка, – задержал меня Радклиф. Сунул ладонь в рюкзак и что-то там переключил. В ранце едва слышно пикнуло. Краем глаза я глянул на сканер – нет ли там возмущения системы. Возмущения не было, но на экране мелькнуло несколько помех. Майор снова хлопнул меня по плечу. – Ну все, иди. Дорогу знаешь?

Я кивнул и зашагал. За мной пристроился Мирон. Он тащил рюкзак с автоматами. И зачем они понадобились Радклифу в штабе ОСС? Майор обмолвился несколькими словами с Фингером и остальными и последовал за нами.

Мимо нас пробежало несколько «мундиров». Скосив взгляд на меня, отдали честь Радклифу. У входа в кабинет начальства стояли два охранника. По виду вроде неписи.

Радклиф прошел мимо них, бросив через плечо: «Они со мной». Охранники даже не шелохнулись, чтобы нас остановить.

Во мне же вовсю затрубило нехорошее предчувствие. Я должен остановить Радклифа, иначе он совершит нечто непоправимое. Мы находимся в самом сердце ОСС. А оборудование у меня за спиной явно служит для каких-то определенных и явно не благих целей. Я теперь полностью убедился в том, что Радклиф и его шайка – матерые читеры. Они украли аватары у Ясеня и его отряда. Они знали, что руководство ОСС отправит к ним на переговоры небольшой отряд. Специально подослали к русским Маркуса под видом новобранца, чтобы тот выяснил, что да как. Фингер тоже хорош – не стал скрывать, что он американец, строил из себя наивного юнца, а сам вел тщательное наблюдение. Шорох подозревал в нем предателя, но на деле выглядело это лишь банальной придиркой. И бдительность ОСС ослабла. Потому что они и представить не могли, что американцы могут вот так просто подослать своего агента. Радклиф же тоже все продумал до мелочей. Разведывательный дрон, что висел в воздухе над нами и снимал все происходящее, ничего подозрительного не зафиксировал, ведь он видел, как оссесовцы расстреляли сасовцев. А потом его вообще отключил за ненадобностью. Не знаю, была ли прямая трансляция происходящего на базу ОСС, но даже если и была, то ничего подозрительного наблюдатели выявить не смогли бы.

Шорох, уперевшись кулаками в стол, склонился над голографической картой, один край которой был усыпан красными точками. На втором краю мельтешила россыпь зеленых крупных и мелких кружков. Рядом с капитаном стояло четыре «мундира». Один тыкал в карту и что-то говорил, трое других задумчиво смотрели на красное месиво, сдвинув брови и подперев ладонями подбородки.

Услышав шаги, Шорох повернулся к нам. Лицо его озадаченно хмурилось.

– Капитан Ясень прибыл. – Радклиф приложил ладонь к голове. Мы с Мироном опустили рюкзаки на пол и тоже отдали честь.

«Мундиры» одарили нас неприязненными взглядами, как бы спрашивая: «а что эти недоноски здесь делают?». Но промолчали.

– Ну что у тебя? – спросил Шорох, мельком глянув на нас с Мироном.

– Трофеи америкосов притащили. – Радклиф указал на мой рюкзак. – Как я говорил, они хотели заключить с нами союз против исламистов. Теперь я узнаю, что ваасовцы напали на наш аванпост. Все это странно, не находишь?

Шорох задумчиво кивнул.

– Предлагаю подключить это оборудование. Сдается мне, сасовцы что-то нарыли против ваасовцев. Нам бы это смогло помочь.

– Ты уверен, что…

– Да брось, майор, – махнул рукой Радклиф. – Если бы это был какой-то плагин, то в чужих руках оказался бы бесполезен, сам знаешь.

Шорох кивнул.

– Так что давай я его подключу к нашему компьютеру, и посмотрим, что там есть интересного. – Командир сасовцев подошел ко мне, взял рюкзак и потащил его к центральному компьютеру ОСС, который тоже находился здесь – огромный шкаф с тремя мониторами, на которых мелькали какие-то цифры.

А я же понял, что пора действовать. Потому что этот ранец, похожий на полевую рацию, и есть самый главный запрещенный плагин. И схема работы у него точно такая же, как у бронежилетов-перевоплотителей. Ему для активации не нужен основной владелец.

Я мысленно, за секунду, спрогнозировал дальнейшее развитие событий. Радклиф подключает оборудование к компьютеру, Шорох подходит к нему, становится рядом. Командир сасовцев запускает плагин – происходит сбой внутренних систем ОСС или еще что-нибудь в этом роде – и хватает его за руку. Занимает аватар Шороха, а сам падает замертво. Система сбоит, начинается суматоха, перестрелка – кто-то понимает, что Ясень предал своих, и по нему открывают огонь. Мирон тоже начинает стрелять. Кто-то попадает в него и теряет свое тело. Фингер, Гидра и остальные поднимаются наверх и тоже открывают огонь. Нескольких успевают уложить, но тут же бесславно погибают, потому что их пристреливают сбежавшиеся на шум другие игроки ОСС. Итог: все сасовцы вновь перевоплотились, причем Радклиф попал в тело одного из членов высшего руководства. А оборудование американцев работает в полную силу. Его, конечно, вскоре отключат, но пока это произойдет, оно успеет нанести урон организации ОСС или еще чему-нибудь не менее важному. И частью сознания я даже понимаю, что нападение исламистов – это всего лишь отвлекающий маневр, грамотно спланированный сасовцами. Возможно, они с ними как-то договорились.

Пока весь этот пазл выстраивался у меня в голове, Радклиф вытащил из ранца провод и потянул его к главному компьютеру. Шорох встал рядом с ним, почти в том же месте, где я увидел его в своем мысленном прогнозе.

В следующий миг я активировал Амулет, и мир вокруг как будто замедлился. Мое цифровое сердце заколотилось, а в виртуальной капсуле забарабанило в унисон с ним настоящее, и я рванул к Радклифу, выхватывая Нейтрализатор. На запястье командира сасовцев блеснула цепочка, и я понял, что именно она и является плагином-перевоплотителем. Но схема работы у нее отлична от принципа действия бронежилетов. Ей нужен непосредственный контакт.

Сзади послышалась автоматная очередь, потом еще одна. Но я не обращал на них внимания. В это мгновение цель моей жизни – добраться до Радклифа и шарахнуть его Нейтрализатором, прежде чем он успеет занять тело Шороха и подключить оборудование к компьютеру ОСС.

Шаг. Другой. Все как в замедленной съемке. Радклиф поворачивает голову в мою сторону, лицо его искажается в гримасе негодования и злобы. Все же я оказался прав: он видит меня сквозь свои солнцезащитные очки. Но теперь это не важно. Я лечу к нему, размахивая шокером как шпагой.

Столкновение. Мир снова закружился в привычном ритме. Шорох орет благим матом, пытается выхватить пистолет из кобуры, но оружие, как это обычно бывает в спешке, застревает. Успеваю уловить, что «мундиры» падают один за другим – их косит Мирон. В каждой руке у него по автомату. Он даже не перезаряжает оружие. Если кончаются патроны, он просто бросает бесполезный автомат на пол и берет из рюкзака следующий.

Но я успел сделать главное – ударил Радклифа шокером в грудь. Американца забили жуткие конвульсии, очки слетели с лица, и теперь на меня смотрят его глаза, полные злобы и непонимания. Теперь он не сможет покинуть игру до прихода команды зачистки, я его обезвредил.

Из коридора тоже раздается шум и стрельба. Неписи-охранники лежат на полу в неестественных позах. В кабинет врываются Гидра и Маркус. Палят из автоматов. Шорох все же вырывает пистолет из кобуры и стреляет по ним, не целясь. Пули, благо, прошли мимо. Я со всего размаху толкаю его, тяжелое тело майора летит через помигивающую голографическую карту и скрывается за стойкой.

– Не стреляй по ним, Шорох! – прокричал я. – Или потеряешь аватар.

– Какого черта происходит? – проорал он, чуть высунулся из-за угла и начал палить.

– Не стреляй! – проорал я еще громче.

– Радклиф в отключке. Переходим к плану бэ, – послышался рядом на удивление спокойный голос Мирона. – Прикройте меня.

– Где Фил? – спросила Гидра. За ее спиной появились Пыжак и Русак.

– Бегуна шлепнули, – прокричал кто-то из них.

– Фил предал нас. Он стал невидимым и, похоже, нейтрализовал Радклифа, – сообщил Мирон.

– Кто вы, на хрен, такие? – прокричал из укрытия Шорох.

Мирон крутил руками как мельница, зажимая спусковые крючки. Пули лились градом во все стороны. Я стоял, плотно прижавшись к системному блоку главного компьютера, чувствуя, как по телу от него разливается неимоверный жар.

– Он где-то здесь. Стреляйте поверх меня! Стреляйте! – Мирон медленно, прощупывая каждый шаг, направился в мою сторону.

Я сгруппировался и кувыркнулся вперед, навстречу размахивающему руками сасовцу. Удар Нейтрализатора пришелся точно в бедро. Мирон задергался, как припадочный, не в силах больше сдвинуться с места.

– По-о-о-ни-и-и-зу-у-у… – Голос Мирона задребезжал, как натянутая стальная струна.

Пули защелкали по полу. Одна угодила мне в икру, вторая в лопатку. Третья оторвала ухо, и еще я почувствовал острую боль в пояснице. Перекатился влево, вскочил, не обращая внимания на вспыхивающие огненные точки по всему телу – меня расстреливали в упор.

Прыгнул со всей силы и приземлился за стойкой голографической карты. Эффект невидимости развеялся. Шорох, увидев нового гостя, появившегося прямо из воздуха, отпрянул и наставил на меня дуло пистолета.

– Что здесь происходит? – сдавленным голосом спросил он.

– Спокойно. Я агент внедрения. А те игроки – читеры.

– Ясень и новобранцы? – Глаза у майора расширились. – Вот дерьмо! Постой, а как?

– Они использовали универсальные плагины-перевоплотители высшего класса. И тот ранец с оборудованием – тоже плагин. Мы не должны дать им его подключить к компьютеру.

Раздались новые выстрелы. Совсем близко. Похоже, солдаты ОСС начали штурмовать свой же центр управления.

– Дерьмо! Вот же дерьмо! Но как так получилось? – все еще не мог сообразить Шорох.

– Все, майор, поучительная лекция закончена. Мне некогда, я работаю. А ты не высовывайся и не стреляй в них. Попадешь – считай, потерял тело.

Шорох хотел что-то сказать, но я его уже не слушал.

Я высунулся из-за угла, и тут же схлопотал пулю в шею. Новая кровь – новая боль. Но я привык ее терпеть, тем более, мне прекрасно известно, что она не настоящая. Всего лишь искусная имитация, призванная обманывать наши мозги и прививать фальшивые ощущения.

Еще одна пуля просвистела над головой – это выстрелила Гидра. Остальные отбивались от оссесовцев, наступающих снизу.

Мне в них стрелять тоже нельзя – мало ли, вдруг на этот раз плагин-поглотитель сработает и меня выбросит из моего же тела. Рисковать опасно. Работать можно только Нейтрализатором. Или…

Я выхватил Импровизатор, высунулся из-за укрытия и начал стрелять по ранцу с оборудованием. Его отбросило в сторону, что-то в нем зазвенело, заскрежетало, во все стороны брызнули искры.

– Черт! Он повредил синхронизатор! – со звериной яростью прокричала Гидра и выпустила в меня очередь.

Я едва скрылся за стойкой, щепки и каменная крошка посыпались сверху.

– Я сейчас точно перебью этих ублюдков! – в беспомощной ненависти прокричал Шорох.

– Не высовывайся, мать твою!

Но майор меня не слышал. Ярость затмила разум. Он выпрямился во весь рост, обхватил рукоять пистолета обеими ладонями и с криком стал выпускать пулю за пулей. Но едва успел сделать пятый выстрел, как его грудь окрасилась красными точками, и он рухнул замертво. Черт возьми, последнего свидетеля пристрелили. Ладно, хрен с ним, после возрождения все расскажет, если потребуется.

– Не подходи к нему, он тебя нейтрализует! Ты не сможешь умереть, и они тебя схватят! – услышал я истеричный голос Маркуса.

– Плевать! Я эту суку достану! – рявкнула Гидра. И я увидел над собой ее силуэт.

Кувыркнулся вперед, уходя от барабанящих по полу пуль. Выпрямился. Пуля прошла мимо щеки, еще одна попала в глаз, потом ощутил всполохи боли в груди, животе, в обеих руках. Из последних сил бросился вперед, как спринтер перед самым финишем, и ткнул шокером Гидре точно в лоб.

– Пла-а-ан цэ-э-э! – задребезжал голос Гидры. Все ее тело задергалось, лицо стало страшным, неестественным.

Меня же окутал густой белый туман. Прибил, как подушкой. Звуки отдалились, а потом и вовсе пропали.

Я очнулся в виртуальной капсуле, погруженный в абсолютную тьму.

Глава 4

Не знаю, как долго я пролежал в виртуальной капсуле. Неподвижный, как мертвец в гробу. Зажатый со всех сторон кромешной тьмой. Погруженный в обрывки мыслей. Пятнадцать минут? Час? Три часа? Не знаю. После внезапного выхода из игры иногда наступает побочный эффект – потеря ощущения времени.

Правой рукой я нащупал на переносице маленькую кнопку и нажал на нее. Тьма дрогнула и стала быстро растворяться. В мозг поступили зрительные сигналы от моих искусственных глаз. Левый немного барахлил – часть изображения дергалась и расплывалась. Я легонько щелкнул по нему пальцем – и картинка выровнялась.

Внутри виртуальной капсулы стало не намного светлее. Бледный свет сочился из маленького отверстия в районе лба, да помигивало несколько зеленых лампочек. Вирткапсула – устройство, без которого современный обыватель не представляет себе жизни. В старых архивах я читал, что через несколько лет после изобретения и повсеместного внедрения сотовой связи мобильные телефоны стали неотъемлемой частью жизни людей. Вскоре на смену им пришли смартфоны, которые стали почти полной заменой компьютеров. В них люди хранили всю важную информацию – от записной книжки до любимой музыки, фильмов и личных фото. Потерять смартфтон значило утратить часть воспоминаний, а значит, лишиться кусочка своей индивидуальности. Виртуальные капсулы стали чем-то похожим, только стоят в несколько раз дороже и являются предметом первой необходимости. Без вирткапсулы многие современные люди даже не смогут «выйти» на работу. Они есть у всех в Верхнем городе – у каждого – кроме, разве что, самых маленьких детей.

Ладно, пора выбираться отсюда.

Я дернул за рычажок, расположенный под правой рукой. Глухо пискнуло, и крышка вирткапсулы отъехала в сторону. Приподнялся на локтях, чувствуя, как от слабости дрожат руки. Снял шлем, от которого шла связка проводов и скрывалась в недрах виртуальной капсулы. В моих электронных глазах мелькнули помехи, потом изображение на миг стало черно-белым. Я легонько постучал по переносице – картинка дрогнула, и снова окрасила окружающий мир в цвета. Сжав зубы, начал приподниматься. В пояснице кольнуло, в левом плече потянуло мышцу. В очередной раз напомнив себе, что нужно капитально заняться своим настоящим физическим телом, я выполз из вирткапсулы.

В комнате, площадью шестнадцать квадратных метров, было пусто. Справа чернело панорамное окно – перед тем, как сесть в вирткапсулу, я его перевел в ночной режим. Всюду царил сумрак, кроме дальнего левого угла, где у меня располагалась кровать и тумбочка с дугообразной настольной лампой. Я уже и не помню, почему ее не выключил.

Разогнул спину и поморщился – в поясницу ударила молния боли. Сделал шаг, другой. Худые ноги чуть подрагивали, мышцы спины совсем не держали вес тела, меня гнуло к земле. Доковыляв до кровати, я опустился на ее мягкую поверхность и облегченно выдохнул. В правом колене болезненно защемило. Растер его, разогнул и согнул несколько раз. Сустав громко хрустнул, как будто внутри что-то надломилось. Черт, совсем разваливаюсь, а ведь мне еще нет и сорока.

Посидел с полминуты, потом несильно стукнул два раза по тумбочке, снизу выдвинулся небольшой ящичек. Достал оттуда шприц со стимулятором и вогнал иглу в вену на левом запястье. Выдавил лекарство за пять секунд, отбросил пустой шприц в сторону. Он глухо клацнул об пол и укатился долой с глаз.

Я снова расслабился, тупо уставившись в гладкий светло-серый потолок. По периметру он был окружен россыпью мелких ламп, которые я почти никогда не включал. Мне хватало настольной лампы. Да и окно я редко когда делал прозрачнее шестидесяти процентов.

В сердце прилила кровь, мышцы непроизвольно сократились. Гудящая боль в спине и плече отступили, колено тоже вроде стало подвижнее. Стимулятор начал действовать.

Я поднялся с кровати, покрутил головой. Громко хрустнул позвоночник в районе шеи. По спине как будто пробежался отряд гномиков. Боль в пояснице все еще давала о себе знать, но я старался о ней не думать.

Я вообще ни о чем не думал.

Постигровой синдром посещал меня все чаще, а отходить от него приходилось все дольше.

Вышел из комнаты, посетил ванную. Снял электронные глаза и умылся холодной водой. Стало легче. Снова надел электронику и осмотрел свою бледную, осунувшуюся рожу в зеркале. Взлохмаченная прическа, заросшие брови, небольшой нос с тремя полосами шрамов на обоих крыльях и на переносице. Покрытый тонкими морщинами лоб и недельный ежик щетины. Да, вид у меня унылый. Хотя в нашу эпоху внешность мало кого заботит. Главное, чтобы в игре выглядел, как Аполлон, а что там творится с твоим бренным телом в вирткапсуле – никого не волнует.

Помнится, были случаи, когда люди доводили себя до такого состояния, что и людьми их назвать не получалось. Не стриглись, не брились и не мылись годами. В коже и во внешних тканях у них заводились паразиты и насекомые. А им на все было наплевать. Главное – Игра. Да, именно так, с большой буквы. Чтобы подобного не повторялось, несколько лет назад игровые корпорации запустили совместный проект «Виртслип». Суть его заключалась в следующем: если человеку совсем уж неинтересен реал, то он может погрузиться в многолетний виртуальный сон. Для этого всего-то надо арендовать специальную ячейку и подключиться к системе жизнеобеспечения. Его сознание подключается к Простору – информационному виртуальному пространству, нечто вроде буферной зоны, из которой можно выйти на любую виртуальную площадку – без возможности отключения, а тело лежит в пластиковом ящичке и спокойно спит. Мозгу, конечно, тоже нужно отдыхать, поэтому для таких виртуальных спящих создали специальный сервис, при помощи которого они разгружались. Получался этакий сон во сне.

Признаться, я и сам наплевал на многие аспекты своей жизни. Бреюсь и моюсь раз в две недели, питание не регулярное, а у врача последний раз был, наверное, лет пять назад. Вот мое тело и мстит мне. Иногда подумываю, может, тоже уйти в Виртслип, но как представлю свое тело, неподвижно лежащее в тесном ящике, так сразу дрожь пробирает. Ведь это почти смерть при жизни. Нет, я к этому еще не готов.

Подошел к окну, провел пальцем по сенсорной поверхности. Прозрачность стекла замерла на отметке восьмидесяти пяти процентов.

Город у моих ног блестел ярким, желтым светом. Округлые и прямоугольные корпуса строений, соединенные трубами-переходами, уходили ввысь и исчезали среди низко плывущих облаков. Слева и справа мельтешили, как пузырьки в подсвеченных трубках, транспортные линии. Мчащиеся в них флаеры на электромагнитной тяге выглядели такими крохотными, что казались просто точками. Возьми и зачерпни их ладонью, а потом высыпь на пол. Большинство из них, конечно же, простые автоматы. Некоторые на борту несут живых пассажиров, но управляются автопилотами. И лишь совсем немногие находятся под управлением людей – потенциальных нарушителей. По статистике больше всего ошибок совершает именно человек.

Раздался длинный гудок из моего коммуникатора – миниатюрного браслета на правой руке с маленьким гибким дисплеем. Я перевел звонок на видеотрансляцию комнатного голопроектора и опустил ползунок яркости почти до минимума, снизив прозрачность окна до пятнадцати процентов.

Посередине комнаты возник коренастый человеческий силуэт, одетый в строгую темную одежду – пиджак без воротника и карманов плавно переходил в брюки. На заднем фоне у него стояли голографические мониторы, на некоторых мельтешили какие-то картинки и мелькали цифры. Все это я видел в отражении окна.

– Доброе утро, Агафонов, – поприветствовал силуэт, его изображение чуть поплыло, но тут же выровнялось.

– Добрее вечера ничего нет, полковник, – ответил я, повернувшись к гостю.

– Как твое самочувствие?

– Как всегда – прямо как с небес спустился.

– Выглядишь бледным. Со здоровьем все в порядке?

– Ага, – кивнул я и двинулся в сторону кровати. Стоять долго не мог – ноги начинали дрожать.

– Рад это слышать, – сказал полковник, но в голосе, как всегда, проскользнула фальшь. Он заметил, что я еле волочу ноги, но кто он такой, чтобы говорить мне об этом?

– Что там с читерами? – так, ради проформы поинтересовался я. На самом деле мне наплевать на дальнейшую судьбу тех, кто попался в мою сеть.

– Тех двоих, которых ты нейтрализовал, сейчас допрашивают. Остальные скрылись. Как обычно – убили себя выстрелами в голову. Программисты пытаются отыскать след, но пока что получается плохо. Они использовали очень мощный плагин. Мало того, что он способен переселять в чужие аватары, так еще стирает все следы присутствия нарушителей.

– А этих двоих где взяли?

– Одного в Москве, второго в Берлине.

– Они ж вроде за американцев играли.

– Да, но ты же сам понимаешь, что настоящее местоположение ни о чем не говорит.

– А на счет Маркуса что-нибудь выяснили?

– Пока немного. Кстати, он среди остальных единственный настоящий американец. Из Лос-Анджелеса, по-моему.

– Да? Странно. – Я ненадолго призадумался. Мне почему-то казалось, что с Маркусом все не так однозначно, как с остальными.

– Да много в этом деле странного. Похоже, мы вышли на целое подполье. Эти двое уже немало интересного нам поведали. В общем-то, поэтому я тебе и звоню. Ты нужен здесь, в офисе.

– И зачем же? – Я мысленно скривился. Ехать никуда не хотелось. Хотя прогуляться и хоть немного подышать наэлектризованным воздухом городских улиц не помешало бы.

– Дашь показания, напишешь рапорт. И еще одно дело к тебе есть. В общем, нужно личное присутствие.

– Понял, – вздохнул я. – Когда на месте быть? Я ведь только из Погружения вышел, мне время нужно, чтоб прийти в себя.

– Давай без этого, Агафонов. – Голографическое лицо полковника чуть скривилось в недовольстве. – С тех пор, как тебя выбросило, уже больше двух часов прошло. Так что собирай свою лень в кулак и дуй сюда.

– Как скажите, полковник, – вяло протянул я.

Мой собеседник кивнул, и его силуэт растворился.

Я еще с полминуты смотрел на то место, где только что стояла полупрозрачная фигура, потом мотнул головой. Вздохнул, с кряхтеньем встал с кровати и принялся собираться к отъезду.

На душ и бритье ушло пятнадцать минут. На легкую физическую тренировку – еще десять. После процедур я надел синие штаны и серую рубашку, обул старые кроссовки и покинул свою каморку.

Из коридора есть два пути – в общий зал и в гараж. Я сначала хотел доехать до офиса на монорельсе, ведь прогуляться и перекусить где-нибудь надо, но потом подумал, что давненько что-то я не сдувал пыль со своего флаера, и свернул в гараж.

Помнится, дед рассказывал, что в его молодости стоянки перед домами были в основном общие и их катастрофически не хватало. Каждый ставил свою машину там, где придется – на тротуарах, газонах, или перекрывал подъезды и входы. Современные архитекторы решили этот вопрос очень грамотно: для каждой квартиры теперь выделялось место для транспорта, которое находилось рядом с этой самой квартирой. И не важно, на каком этаже ты живешь – первом или сто первом. Автоматический манипулятор спустит твой флаер на специальном лифте к любой транспортной линии. А к моему дому их примыкает четырнадцать.

Свет в гараже загорелся автоматически, осветив мой флаер со всех сторон. Старенький Бээмвэ серии Скайлайн второго поколения покрывал тонкий слой сероватой пыли. Не помню, когда я в последний раз садился в него. Наверное, полгода назад. Офис находится на третьем уровне, значит, мне нужна восьмая транспортная линия. Я ввел данные на сенсорном дисплее у входа в гараж и нажал «Пуск». В глубине гаража глухо пискнуло. Я подошел к флаеру и взялся за ручку дверцы. Сканер за долю секунды провел анализ ДНК, и дверца плавно отъехала в сторону.

Салон выполнен из искусственной кожи, в наличии климат-контроль, голографический экран и куча всяких функций, которыми я если и пользовался, то очень редко. Я сел на место водителя, но не потому, что стремился схватиться за руль, а так, по привычке. Сам я не водил флаер уже много лет – зачем, когда за тебя все выполняет искусственный интеллект. Да и с электронными глазами это делать как-то неудобно. Я, во всяком случае, так и не научился.

На дисплее передней панели возникла надпись: «Введите место назначения».

Я выбрал адрес своей конторы и откинулся на спинку кресла. Через двадцать минут я окажусь у порога своего офиса.

Флаер медленно вполз в нишу лифта и быстро покатился по лабиринтам узких шахт. Через минуту меня выбросило в ярко-желтый океан мегаполиса. Снизу – сотни метров до земли, сверху – сотни до облаков. Машина влилась в артерию восьмого транспортного потока и потекла по ней, маленькая и неприметная, как молекула. Слева и справа, за пределами транспортной трубы, медленно проползали громады светящихся зданий. Рядом, то ускоряясь, то сбавляя ход, с плавным гулом проскальзывали другие флаеры.

Я смотрел вперед и думал, что все-таки наша жизнь скучна и однообразна до тошноты. Немудрено, что игровая индустрия стала самой прибыльной ветвью экономики почти любой страны. Большую часть физической и интеллектуальной работы выполняют машины, людям отведена роль наблюдателей и контроллеров. Сферы услуг тоже изрядно отвоеваны автоматизированными системами. И что в таком случае остается делать простым обывателям? Народ требует зрелищ. И мегакорпорации дали им их. Виртуальные миры всех жанров и направлений. Будь ты хоть извращенцем, хоть конченым маньяком, но даже у тебя есть возможность потешить своих демонов. Главное – плати! А если нет денег, то не беда. Устраивайся на работу в сфере игростроения и помогай корпорациям штамповать новые игры и улучшать старые.

Погруженный в мысли, я и не заметил, как мой флаер сбавил скорость и свернул к зданию, в котором располагалась контора. Вот тебе и прогулка с перекусом. Вспомнив о еде, я почувствовал, что в животе неприятно защемило. Организм требовал пищи. Пошарив в бардачке, я отыскал питательную пастилку со вкусом ванильной вишни. Еда невесть какая, но от первичного голода избавит. А потом, после всех дел в офисе, зайду в какой-нибудь ресторанчик и поем как следует.

Флаер остановился недалеко от входа в здание.

– Прибытие в конечный пункт назначения, – снова пропел женский голос. А на дисплее появилась надпись: «Автоматический поиск парковки… Приблизительное время ожидания 2 минуты». Я провел пальцем по дисплею, на экране появился другой текст: «Вы желаете покинуть салон транспортного средства? Да/Нет». Я дал положительный ответ, за что тут же получил другой вопрос: «Программа автоматического поиска парковки не завершена. Возобновить поиск?».

Я снова ткнул в «Да», потом согласился с тем, что автопилот сам припаркует флаер на свободное место и, дав себе обещание в следующий раз настроить голосовое управление, вышел из машины.

Боль в спине и плече значительно притупилась, но вот колено было неумолимо. Первые несколько шагов по тротуару я сделал, чуть прихрамывая. Потом пошел бодрее.

Здание было огромным. Вблизи оно казалось сплошной стеной из бетона, пластика и стали. Его вершина терялась в облаках, и казалось, будто даже там, за чертой неба, она не кончается, а продолжает расти и расти вверх. Контора занимала пять этажей в здании. На остальных размещались офисы разных госучреждений. Где-то же здесь, только ниже на несколько этажей, располагался и районный полицейский участок, и куча других учреждений.

Я вошел на первый этаж. Здесь было просторно и светло, но интерьер выдавал простую и незамысловатую картинку: все в строгих серо-белых тонах, ни декоративных растений, ни скульптур, какие обычно ставят в заведениях подобного рода. Людей здесь было мало, на глаза в основном попадались роботы-помощники. Два раза встретился взглядом со знакомыми лицами, но имен я не помнил, поэтому только кивнул в знак приветствия и быстро зашагал дальше, чтобы не быть впутанным в бессмысленную беседу. Подошел к пульту регистрации, приложил ладонь к сканеру. Внутри тихо пискнуло, и рядом разъехались в стороны створки кинетического лифта.

Я зашел в прозрачную кабинку и коснулся пальцем сенсорной кнопки под номером «5» – именно там располагался кабинет полковника. Створки сдвинулись, и меня понесло наверх.

Полковника я застал сидящим у голомонитора. Он открывал какие-то документы, быстро пробегал по ним глазами, закрывал и сразу же открывал следующие. ИскИн предупредил его о моем приходе, но полковник будто не замечал меня.

– Работы невпроворот, да, Фридрих Павлович? – громко спросил я.

Пять секунд полковник не реагировал, потом поднял взгляд на меня и кивнул в сторону стеклянного сидения, вделанного в нишу стены у стола, снова уткнулся в монитор и небрежно бросил:

– Дай мне минуту.

Я не видел Фридриха Павловича несколько месяцев, но успел отметить, что его лицо не изменилось. Вся та же проседь в коротких волосах, гладковыбритый широкий подбородок, глубокий шрам, рассекающий переносицу и часть правой щеки. Под карими глазами набухли мешки. Полковник относился к тому почти вымершему разряду стариков, которые ни в какую не принимали новомодных штучек, улучшающих внешность.

Я с удовольствием присел и с облегчением выдохнул. Ноги от непривычно долгой ходьбы стали слегка дрожать, да и спина снова разболелась.

– У врача давно был? – поинтересовался Фридрих Павлович, не отрывая сосредоточенного взгляда от монитора.

– На прошлой неделе. Сказал, что у меня все в норме, – соврал я.

– Оно и видно, – без интонации произнес полковник. Помолчал еще несколько секунд, быстро пробегая глазами по мелким строкам, потом обратил взор на меня. – Удивительные экземпляры ты сегодня извлек. Сначала от нас носы воротили, отмалчивались, но когда узнали, что им светит, то начали помогать следствию. – Фридрих Павлович сухо улыбнулся. – Оказывается, мы имеем дело с целым подпольем.

– Вы мне уже сообщили.

– Да, но ты не знаешь деталей. Подполье это занимается тем, что выполняет небольшие поручения. Заказчик говорит, что и где надо взломать, они и делают. Нанимают одного или двух за раз. А тут… напомни, сколько их было?

– Семеро.

– Точно. – Полковник вытянул указательный палец и направил вверх. – И что это значит, по-твоему?

– Заказ слишком сложный, вот и отправили целую свору придурков. В штабе ОСС они хотели установить какую-то аппаратуру. Какой-то мощный плагин, я полагаю.

– Верно. У них подобных плагинов, что волос на заднице у мартышки. Вопрос в другом: откуда они у них взялись?

– Подполье снабжает.

– А вот нет. – Полковник указал на меня пальцем, будто обвиняя в чем-то. – У подполья есть, конечно, свои опытные программисты, да и готовых плагинов немало, но чтобы таких мощных… нет.

Я нахмурился.

– Тогда откуда?

– Заказчик сам и выдал.

– Заказчик? Плагины?

– Угу, – кивнул Фридрих Павлович.

– А какой в этом смысл? Не проще ли было самому заказчику все сделать? Или ему нужно было много рабочих рук?

– Верно, но не только в этом дело.

– Подставляться не хотел?

– Именно.

– И кто заказчик, эти двое, разумеется, не знают?

– Может, и знают, но пока что мы этого не выяснили.

Я задумался. Странно все это. Полковник молчал, словно выжидая, что я заговорю первым.

– А что это был за плагин, который они хотели подключить к главному компьютеру в штабе ОСС? – спросил я.

– Не знаю. Ты его уничтожил, а все следы самоликвидировались. Даже те плагины, которые были установлены на персонажах – даже они исчезли почти без следов.

– Удивительно, – покачал головой я. – Есть какие-нибудь догадки, кто был заказчиком?

Полковник покачал головой и снова опустил взгляд на монитор. Врет? Конечно же, врет. У него всегда есть догадки по любому темному делу, только делиться ими он не всегда спешит.

– А меня зачем вызвали? – решил перейти к делу я.

– Сейчас ты рапорт изложишь. Подробнейший. Как на них вышел, о чем разговаривал, о чем они беседовали между собой, чьи имена называли. Все четко и досконально. Нельзя упустить ни одну деталь, ни одну мелочь. Мы дело на них заводим, так что нужно как можно больше улик. Дома бы ты отделался простой отпиской, а тут этот номер не пройдет.

– А свидетели нужны?

– Нужны. Назовешь всех, кто с ними контактировал, и кто пострадал.

Я тяжело вздохнул. Писать рапорты я не любил. Дело это долгое, муторное и скучное. Лучше уж в очередной рейд сходить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.