ДЫХАНИЕ ЖИЗНИ
Книга про путешествие… по жизни
Katerina Universal

Редактор и корректор Ольга Попова

Дизайнер обложки Анна Дергай

© Katerina Universal, 2021

© Анна Дергай, дизайн обложки, 2021

ISBN 978-5-0051-5760-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Предисловие в этой книге появилось после первого тестового прочтения ее читателями, что вызвало резонанс, мнения разделились. Автор столкнулась с дилеммой: вносить исправления в текст, тем самым подстраивая его под общепринятый формат, или «идти ва-банк» и, оставив все как есть, лишь дополнить книгу предисловием – в своем роде инструкцией к применению.

Итак, несколько моментов, которые стоит учесть, прежде чем начать путь вместе с автором.

– Эта книга для всех, но не для каждого. Описанный опыт, анализ прожитых ситуаций, осознания, пришедшие к автору, касаются всех людей, так как говорят о сути нашего существования. Изложенное может откликнуться читателю знакомыми моментами из собственных осмыслений или помочь сдвинуться с, казалось бы, мертвой точки на его Пути. НО! Не у каждого есть потребность в понимании, глубинном рассмотрении происходящего, рефлексии над своими эмоциями, реакциями, как ежедневными, так тем более возникающими в процессе чтения. Поэтому не удивляйтесь, если взяв эту книгу в руки даже по рекомендации друзей, вы не найдете точек соприкосновения. Ведь в зависимости от личного мировосприятия, кому-то она станет источником саморетрита, тогда как у другого вызовет отторжение.

– Эта книга – автобиографична и потому ее рассказы повествуют о примере жизни и трансформаций самого автора, которая пишет все как есть в ее картине мира, как она думает, чувствует, слышит и видит, стараясь не искажать передаваемый ею опыт адаптированием под наиболее простое восприятие. Поэтому будьте готовы к ощущению, что вы находитесь в голове человека, мыслящего иначе. Вместе с тем обратите внимание, какие реакции у вас возникают: восхищение ли, благодарность, недоумение, зависть, самосравнение с последующим суждением, кто лучше, кто хуже, или другое. Так или иначе, что бы мы ни воспринимали извне, наши реакции указывают нам на наше содержимое.

– Эта книга содержит высказывания, отличающиеся от привычного образа восприятия жизни. Поэтому примите возможное несогласие, непонимание, ощущение внутреннего противоречия. Ведь обычно нами легко воспринимается и вызывает наше одобрение то, что уже известно, знакомо и особенно привычно, а то, что ново – подлежит непониманию и зачастую отторжению. Потому не спешите с выводами, тренируя такой важный навык, как терпение, дайте себе шанс открыться иному видению, предлагаемому на страницах рассказов, затрагивающих тот или иной аспект жизни. Расширяйте границы восприятия. Возможно, проявленная вами выдержка одарит вас новым дыханием жизни!

– Эта книга не про путешествия! Она – про жизнь! Поэтому настройтесь на активную работу мысли и самосознания, нежели на расслабление, как за сказкой перед сном.

– Эта книга – потенциал для развития осознанности, ведущей к раскрытию личного дыхания жизни! Потому просто дышите, осознавая все, что возникает в Пути как прочтения, так и вашей жизни!

Для удобства читателя книга строится в свободном формате: первая глава – наиболее общая, вводная, а каждая очередная – вполне независимая, на свою тему, описывающая различные моменты жизни и раскрывающая их смысл в том контексте, о котором мы обычно даже не задумываемся. Таким образом можно знакомиться с книгой, выбирая главы по интригующему названию или же возвращаясь к уже прочитанной за доосмыслением какой-то идеи. С целью устранения возможных недопониманий по тексту слова, имеющие пояснения, обозначены звездочкой (*) и вынесены в конец книги со своими определениями и ссылками на их первое появление в тексте.

Прочитав всю книгу целиком, читатель сможет получить общую картину об изменениях, происходящих в сознании человека (в данном случае автора) на Пути Пробуждения.

ПРОЛОГ

«Кто я такая, чтобы писать?» – говорила я себе, когда вспоминала о невоплощенном намерении написать книгу. Кто я такая, чтобы запускать в мир читателей свои мысли? Когда я вела блог, во мне жило страстное стремление изъять наружу все то, что накапливалось во время проживания столь необычной активной жизни в путешествиях. Тогда я писала, не задумываясь о читателе. Теперь, в случае с книгой, я размышляю о ее идее, о конечном результате и чувствую ответственность за возможный эффект моих слов. Ведь каждый из рассказов книги настаивает на новом взгляде на жизнь, затрагивая тот или иной аспект нашего существования с позиции открывавшихся мне некогда пониманий. Но снова и снова: кто я такая, чтобы учить жизни, тогда как сама еще только учусь…

Вместе с тем я чувствовала, что предаю Вселенную, наделившую меня ценнейшим жизненным опытом, и, кроме того, некоторой способностью выражать мысли. Не знаю уж, раскроется ли талант настоящего творца, но определенное умение писать у меня есть, его хватало на ведение блога, и должно получиться описать свой жизненный путь и здесь. По крайней мере, когда я рассказываю, делюсь воспоминаниями, своим понимаем произошедших событий, то вдохновляю слушателя. И Бог (Высший Разум/Вселенная) в лице различных представителей отправлял мне послания, что стоит уже написать книгу. Ведь словно сама Вселенная одарила меня ценнейшими качествами: открытостью к превратностям жизни, умением восхищаться путями неисповедимыми, способностью верить в людей и все доброе, непоколебимой убежденностью, что любая ситуация – это ступенька к чему-то важному, предназначенному свыше. И это просто кощунство с моей стороны получить богатейший опыт жизни и не поделиться даже мыслями о нем.

Говорят, ноги – колеса мыслей. Я прочла эту фразу при поиске информации как написать книгу. Речь шла о том, как найти музу – нужно ходить, гулять. Любопытно, но даже тут для меня все произошло как обычно: сначала я что-то испытала на собственном опыте, а потом прочла об этом в образовательном источнике.

Именно медитации хождения положили начало написанию этой книги. Жаль только, что она писалась виртуально, в моей голове, и все рожденное не смогло оказаться на этих страницах! В момент, когда освобождаешь ум от всего лишнего, приходят такие тексты! Но тот период не принадлежал литераторству. Это было особое, куда более великое время – уединение с самой собой для обучения практике медитации.

Писать надо, когда есть, что рассказать, или же когда невозможно это удержать в себе. Собственно, оба варианта – мои, а именно без второго не вышло бы столь насыщенного блога. В путешествии моя попутчица Сая* использовала рассказ о том, как я пишу свой блог, в качестве отличного айсбрейкера¹. Каждый раз она все с большим артистизмом изображала меня в автобусе с телефоном в одной руке, большой палец которой нажимает на клавиши тачскрина, еле дотягивающуся до поручня другой рукой, ногами обнимающую десятикилограммовый рюкзак чуть ли не в противоположной стороне салона автобуса. В общем-то, тело мне особо не принадлежит: скрученное и вытянутое я отдала его напору толпы, втиснувшейся вместе со мной в транспорт, в обмен на доставку этого тела к очередному пункту маршрута путешествия, о чем я самозабвенно, не теряя ни одного свободного мгновения, рассказываю в постах своего блога. Такое течение мысли было тем самым потоком, столь важным для написания блога. Теперь, будучи уже вне тогда происходящих и вдохновляющих меня событий, я опираюсь на блог для создания этой книги.

Прежде всего, я хочу поделиться с вами не просто позитивным, а другим взглядом на жизнь. Сложности и проблемы будут возникать, и от них нам никуда не деться – таков закон. Но во многих ситуациях мы можем выбрать позитивный подход, чтобы добавить в свою жизнь легкости.

Цель книги – наделить читателя мотивацией не бояться жить, испытывать любопытство к происходящему, к самому себе и окружающему миру. Кроме того, хочется обратить внимание на то, что в жизни всегда есть что-то ценное, именно твое, и другого, что кажется примечательным у остальных, тебе вовсе и не надо. Я хочу вдохновить вас, мои читатели, чтобы и вы почувствовали Дыхание самой Жизни.

В свою очередь, чтобы допустить естественное течение мыслей, которые хочет передать через меня Вселенная, я говорю себе: «Не бери на себя слишком много, не мни себя учителем жизни. Просто поделись тем, о чем предлагали написать приходящие к тебе „пророки“ – люди, встречавшиеся на пути. Напиши – и посмотри, кого притянет эта энергия».

Итак, нет хорошей или плохой книги, есть игра, эксперимент с энергиями Вселенной: создать нечто из ранее врученного мне и отпустить обратно во Вселенную. И все. И дальше будет видно.

Начинаю!

Единственное, о чем жалею, что писать должна была свободная путешественница, а с годами оседлой жизни так или иначе дух вольной птицы меняется и уже нет того запала… Не подумайте, что все пройденное осталось в прошлом и утратило смысл, и будто жизнь моя стала обывательской рутиной. О, к счастью, с уверенностью говорю, что ничто уже не вернет меня в ту леность и воздержание от ощущения полноты жизни, которые заправляли прежде, до Моего Большого Путешествия (далее МБП)! Весь багаж опыта и приобретенных знаний никуда не делся, он находит отражение во многих ситуациях сегодня и ведет меня по жизни, придавая легкости. И, раз идея еще жива, и интерес к теме моего опыта актуален, то я, как и сказала, попробую для эксперимента.

ГЛАВА 1. Вкратце обо всем

Окунуться в неизведанное и начать проходить школу жизни, а потом изученное применять на практике и помогать другим в понимании происходящего, 

– я узрела в этом свою миссию.

Я проживаю словно несколько жизней, периодически всплывающих в моем сознании в виде воспоминаний. У всех бывают этапы: детство, школьные годы, студенческие, потом период, когда уже познакомился со своим будущим/ей супругом/й, когда поженились, родились дети, переехали куда-то. Все складывается в единую цепочку одного персонажа. Но мои этапы будто обособлены друг от друга. Это как сериал, но одна его серия не продолжает другую, а главный герой, в данном случае героиня, очень разная в каждом эпизоде.

Свою жизнь я бы расписала по следующему сценарию: до первого замужества с переездом в Израиль, сам Израиль, с подразделением на первые и вторые отношения, затем пару безликих лет в Беларуси, когда съемочная площадка фильма будто бы пустовала в бездействии, но очередной этап жизни прошел и серия была отснята, и дальше – период путешествий, за которым следует уже моя жизнь сегодня.

До некоторых пор период жизни в Израиле оставался наиболее часто просматриваемой мною серией, пока его не перекрыл по насыщенности опыта период путешествий. Постоянно напоминали о себе всплывающие из ниоткуда моменты прожитого. Думалось об Израиле тяжело, хотелось глубоко вдохнуть и выдохнуть: ну, что было, то прошло. Воспоминания же о путешествии наполнены невероятной благодарностью жизни, Вселенной! Не верится даже, что все происходило со мной, ведь это нечто необычное, и – со мной!? И, хоть я и говорю об отсутствии в сериях сюжетной связи, очевидно, что не случись драматической серии о жизни в Израиле, не родилась бы следующая – про путешествия. Серия, повествующая об МБП, дает ощущение, что своими странствиями я выполняла некую миссию. По крайней мере, лично для меня это так, ведь я делала то, что не могла не делать. На каком-то этапе, когда друзья-коллеги недоумевали в восторге, как же я смогла создать себе такую жизнь, я поняла одну истину и поделилась с ними. Они не обменяли свою привычную жизнь на неведомые путешествия просто потому, что им это никогда и не было нужно, их все устраивало, раз они могли продолжать так жить. Меня же нечто заставило шагнуть к изменениям, словно приперло к стенке, и другого выхода быть не могло.

Так что это не просто желание. Окунуться в неизведанное и начать проходить школу жизни, а потом изученное применять на практике и помогать другим в понимании происходящего, – я узрела в этом свою миссию. Несение миссии – звучит громко и должно касаться масс, а не только одного человека. Но и этому ничто не противоречит, ведь я – частичка Вселенной, и, развиваясь, я влияю на изменения всего существования.

Верность моей миссии подтверждалась и более простыми примерами: во время МБП ни раз я становилась лучиком света для встречавшихся мне людей. Не подумайте, это не я так самонадеянно решила говорить! Выражение принадлежит Осику, директору молодежной еврейской организации «Гилель» и просто хорошему человеку. Волею судеб я провела там свои весьма благотворные студенческие годы. Осик послужил мне в чем-то примером, ориентиром, учителем и другом, увидевшим во мне еще в мои 19 неординарную личность и называвшим «лучик света», иногда добавляя после паузы «в темном царстве». А еще он говорил: «Ну ты, Катя, и философ!»

Я сама тогда еще не понимала, что смотрю на жизнь философски, что «слишком много» внимания уделяю ситуациям и их анализу. Мне казалось, что он преувеличивает, называя меня так. Хотя нередко я слышала от родителей, что я все усложняю. Кстати, сейчас они уже так не говорят. Попривыкли что ли? Любопытно, но теперь иногда и они называют меня философом или просто констатируют снова и снова: «Ты слишком глубоко копаешь». Что поделать, такова я.

И вот во время путешествия, пусть не таким выражением как «лучик света», но бывало, что обо мне отзывались подобным образом. Невероятно! Я просто путешествовала, якобы абсолютно случайным образом встречала на пути людей, а для них это оказывалось чем-то особенным. Они говорили, что черпали от меня положительную энергию, идущую от моей простоты (родители, слышите, я простая!) и жизнерадостности, и настаивали, чтобы я оставалась у них подольше, а когда я уезжала, просили обязательно приехать еще.

К кому-то я и правда возвращалась снова. Я чувствовала, что эти люди мне близки, они моя семья. Странно пытаться уместить в стандартные рамки отношений между людьми мою с ними связь. Отталкиваясь от возраста, мы назначали меня кому-то в сестры, кому-то в племянницы. Таких близких душ, моих родственников не по крови, а приобретенных, на сегодняшний момент у меня несколько в разных странах мира. Кроме Беларуси, я всегда могу приехать к себе домой, в семью в Израиль, Индию, Индонезию, Малайзию, Китай. Мне оказывают очень теплый прием, всячески заботятся обо мне, совершенно непонятно почему, одаривают вниманием и почтением.

Довольно часто, особенно в начале МБП, я чувствовала себя очень неловко, видя такое отношение к себе или даже принимая обычную помощь. По привычке хотелось отказываться. А если отказаться не вышло, старалась обязательно дать что-то взамен.

Дать взамен?! Торговля добром – вот как это называется, просто тошно! У меня заняло некоторое время, чтобы научиться принимать, и настойчивость Вселенной сыграла свою роль в этом. Такое может быть знакомо многим путешественникам: в пути регулярно встречаются люди, желающие помочь, дать приют, накормить, создать ощущение дома, – и все это абсолютно бескорыстно. Хотя, выходит, им все-таки тоже что-то достается. Ведь они говорили, что ценят мое присутствие в их жизни, ценят наше общение, мои взгляды на мир, опыт путешествия, личную историю и энергию свободы. На основании того же меня просили написать и книгу.

Со временем я научилась принимать и помощь, и даже просто доброту и внимание людей. Позволить помочь себе в случае необходимости, положиться на другого стало приемлемым для меня. Прекрасно, что происходит совпадение: когда есть потребность в чем-то, нехватка, недостача и находится тот, кто заполняет эту нишу. Однако иногда предоставляемые мне блага поступали, казалось бы, без всякой на то нужды. Меня просто угощали, покупали мои любимые фрукты, подвозили куда-то личным транспортом или платили за проезд на автобусе.

В какой-то момент пришло ощущение, что я словно послана для облагораживания душ людей. Вселенная мастерски создает ситуации, где у кого-то появляется возможность позаботиться обо мне, тем самым проявив свое доброе начало.

Лично мне позволять другим делать что-то для себя было не так-то просто! А вам? Но раз люди делают, значит, им это нужно?! Быть на месте совершающего добрые поступки – круто! Ведь это значит, что у тебя есть возможность отдавать, имеется внешний и внутренний русурс, а значит ты в позиции сильного. Помогать не может быть неудобно или сомнительно, в отличие от принятия помощи. Быть в позиции принимающего – может быть неловко, ведь, получается, у тебя чего-то нет, или ты сам на что-то не способен, или, по крайней мере, для других так выглядит со стороны, раз тебе это предлагают.

И тут я почувствовала, что отказывать в принятии – значит нарушать процессы, запущенные самой Вселенной, когда она сводит отдающих и принимающих. И уж какую роль назначили, такую и играй! С детства нас учили, что брать у других – нехорошо, надо быть скромнее. Так мы и не умеем принимать.

Когда я начинала МБП, то желала обрести свободу, бросить вызов стандартам общества, довериться жизни. Помогающие люди встречаться стали мне сразу. Сперва, по глупости, я подозревала их в корысти, но спустя время поняла, что все совсем не так. Я училась жизни и с приобретенным опытом начала отдавать тоже. Когда умеешь что-то, владеешь чем-то (материальным благом, знанием и т. д.), необходимо, да и хочется им поделиться, чтобы не забывать или напоминать себе, что каждый из нас не отдельная единица, а все – единое целое. Так что давать другим – это и улучшать часть самого себя.

Мое стремление к пониманию отношений, жизни, мироздания, а также определенный опыт и Знание, полученные в МБП, способствовали привлечению в мою жизнь людей, интересующихся этим путем и желавших, чтобы я делилась рассказами о нем. Чаще всего это тоже путешественники, еще не получившие своего опыта или не имеющие склонности анализировать ситуации и делать выводы. И тогда они с жадностью расспрашивали и слушали меня.

Передаю Знания я уже довольно смело, подбирая те или иные события из МБП в качестве примера, подкрепляя их теорией из книг и учений мастеров. Однако никогда никого ни к чему не призываю, ибо чувствую ответственность за любые внесения изменений в жизни людей с моей подачи.

Должна отметить, что, проведя пару лет в вольных путешествиях, а особенно автостопом, я стала активным участником жизни и существования в целом. Когда люди из разных сторон света «используют меня, чтобы выразить свою доброту», а также получают что-то от меня, то происходит огромный взаимообмен энергиями. Сами подумайте! В путешествии автостопом поднимая руку на обочине дороги, держа табличку с просьбой подвезти меня, я открываю возможности для водителей быть полезными и помочь при минимальных затратах с их стороны. Кто-то игнорирует или отказывается. Другие соглашаются. Некоторые используют возможность по полной, вызываясь не только подвезти, но и сделать свыше того: угостить обедом, разместить у себя. Как бы там ни было, разные люди проявляют себя по-разному в одной и той же ситуации в зависимости от того, чем сами наполнены: добром ли и благодетельностью, обособленностью ли, обозленностью на мир и подозрениями…

Контакт между людьми – это возможности взаимодействия и обмена. Мы либо пропускаем их мимо, либо растем в них. Признаться, научившись принимать, я уже не удивляюсь, что люди стремятся совершить добро, встречаясь со мной, но все так же чувствую признательность и даже некую важность участия в воплощении задумок Вселенной.

Осознав важность круговорота добрых дел, я с готовностью откликаюсь на чьи-то нужды, а также не стесняюсь и сама просить о помощи, видя в том куда больший смысл, чем просто реализация потребностей. Также я помогаю помочь мне тем, кто не совсем еще умеет сам. Да, возможно, это звучит парадоксально, но зачастую, живя своей обособленной жизнью, мы этого просто не умеем, нам кажется, что мы не знаем, заняты, спешим куда-то, в общем, не можем мы.

Помогать несложно и даже приятно, так же как и принимать помощь. Просто надо быть более открытым и осознанным, чтобы видеть в этом суть жизни.

Обо всем этом и о многом другом, что составляет суть жизни, в последующих главах книги.

ГЛАВА 2. Зарождение Дыхания жизни

Именно не находя возможным справиться с прекращением ментальной деятельности, остановить поток мыслей в моей голове, я и положила начало зарождению этой книги. В тишине созданной атмосферы одна за другой рождались фразы для повествования.

Эта книга – про тишину и умиротворение. Только на многочисленных страницах ее глав ничего из этого не найти. Как-то противоречиво получается, не так ли?

Ответ кроется в названии книги. Здесь у меня заложено много спокойствия, которое основывается на ощущении обретения себя и смысла жизни. Это дыхание уверенное: ровное и размеренное. Оно словно вседозволяющее, всепринимающее. Сложно описать словами, даже несмотря на то, что это дыхание мое, проживаемое и наблюдаемое мною. Оно в молчании, и потому со словами не очень сочетается. И это – дыхание моей жизни. Не подсмотренной или выдуманной, а проживаемой мною.

Вся эта книга – набор размышлений, основанных на воспоминаниях, где-то навязчивых, не дающих покоя, а где-то вытащенных за хвост, притянутых для осмысления ситуации, извлечения опыта. И без молчания книга бы не родилась.

Два года я провела в путешествиях, в основном в странах Азии, где климат позволяет комфортное пребывание в любое время года. Хотя в летние месяцы (когда я возвращалась домой в Минск, чтобы поменять паспорт по причине отсутствия свободных страниц для проставления виз и печатей о пересечении границ) я также еще и каталась автостопом по Европе. Этот период был короче и запомнился меньше, но тоже имел свои особенности. Однако зарождение книги и, в частности, ее названия связано именно с путешествием в Азии.

Попасть туда меня заставили, или нет, просто подтолкнули непростые события жизни, переживания, повисшие тяжелым грузом на моих плечах. Чего там только не накопилось: неудавшееся замужество и в итоге разбитое сердце (а вместе с ним и болезненное снятие розовых очков), вторые витиеватые отношения, в которых я, кроме прочего, раскрылась как мама для дочери своего бывшего партнера, а потом вынуждена была оставить ее, и покидание ставшего мне домом Израиля с расставанием с друзьями и образом жизни, немало отличавшимся от того, к которому я возвращалась в Беларусь, и безуспешные попытки как-то взять под контроль свою жизнь, выстроить ее заново. Все это безжалостно давило на меня весом абсолютной потерянности в жизни. Избавиться от ноши я не могла, а нести устала. Вот и решила поехать странствовать, авось удастся порастерять по миру накопившееся?!

Итак, в ходе путешествия, о котором дальше еще пойдет речь, я узнала о технике медитации випассана. Участники этого курса пребывают в тишине, сохраняя молчание и воздерживаясь от многих привычных ежедневных занятий, как чтение, пользование мобильным телефоном или любых развлечений, и фокусируются на освоении практики (более подробно в одной из последующих глав). Стоит пояснить, что при обучении медитации рекомендуется обращать свое внимание на дыхание, чтобы, сосредотачиваясь на нем, отбросить всю привычную нам жизнедеятельность, как физическую, так и вербальную, и, очень желательно, ментальную. Последнее – наиболее сложное. Именно не находя возможным справиться с прекращением ментальной деятельности, остановить поток мыслей в моей голове, я и положила начало зарождению этой книги. В тишине созданной атмосферы одна за другой рождались фразы для повествования.

Идея же написания книги принадлежит даже не мне. На протяжении своего путешествия я встречалась со многими людьми: путешественниками, как и я, иногда заезжими туристами, а также и жителями посещаемых мною мест. Наверняка вам знакома ситуация легкой непринужденной беседы с незнакомым человеком, которого вы видите в первый и последний раз, с затрагиванием весьма неожиданных тем? Какая-то магия в этих случайных знакомствах! И вот очень часто, стоило нам разговориться, как то мой собеседник, то я сама выворачивали себя наизнанку, делясь тяжелыми воспоминаниями и переживаниями. Начиная с момента, как мы оказались вместе с новым знакомым, я отматывала пленку назад и рассказывала о том, что изрядно потрепало меня за последние годы, как сильно я чувствовала необходимость отстраниться от всего и переосмыслить жизнь, несмотря на необходимость пожертвовать карьерой в преуспевающей компании. А что может быть лучше для переоценки, чем многократное повторение вслух того, что уже знаешь?! Снова и снова я рассказывала о себе, добавляла те или иные подробности к описанию моих жизненных ситуаций в зависимости от реакции собеседника, и со временем я стала говорить о них, словно о просмотренном фильме. Вначале свои рассказы я сопровождала слезами и негодованием, сетованием на судьбу. Затем появилось принятие и сожаление, сочувствие к самой себе. Таким образом, мое отношение к прошлому действительно выправилось, и я воспринимала некогда драматические события своей жизни как увлекательную историю из прошлого. Я уже знала, что именно из моей «мыльной оперы» составляет больше интереса для слушателя и могла апеллировать к его любопытству, создавая некоторую интригу. Иной раз – делала рассказ трогательным, вызывая сопереживание.

Проживая сценарий фильма своей жизни в очередной раз при его новом изложении, я сама уже смотрела на него проще и находила, чем вдохновить и восхитить на своем примере, призывая к принятию происходящего через доверие Вселенной, точно знающей и создающей именно то, что надо нам. Первый год МБП я все больше рассказывала, делилась, чтобы избавиться, потерять, освободиться, выплеснув накопленные воспоминания. Встречавшиеся мне попутчики подходили под такой формат общения. Мы могли выложить ненужное, поохать над жизнью и переключиться на будни путешественника.

Параллельно с этим появлялись и люди-учителя, которые той или иной фразой даже на отстраненные темы могли подложить дров в огонь моего осмысления жизни. Интересно, что на втором году МБП Вселенная уже стала преподносить мне встречи с настоящими мастерами, а мой прогресс в познании жизни и изучения самой себя отразился в притяжении тех, кому полезной теперь была я.

Мой прожитый ранее опыт, уроки в процессе путешествия и их внимательный анализ, а также позитивный настрой, активность и жизнерадостность были отличной основой для помощи тем, кто пребывал в унынии или даже в депрессии, запутавшись в хитросплетениях жизни. Я видела разительную перемену: раньше я нуждалась в ком-то, чтобы получить внимание, понимание, поддержку, теперь все это, и даже с лихвой, я сама отдавала другим.

Вот в таких беседах с рассуждениями о смысле жизни на своих собственных примерах я и стала слышать от собеседников сначала вроде бы шуточные, а потом и серьезные предложения о написании книги. Говорили, мой опыт и инсайты² могут быть интересны и полезны многим.

Идея писательства мне, конечно, льстила. Но книга – это слишком серьезно. Я писала блог довольно открыто и искренне, на слова не скупилась. Там и про путешествия, и про философию жизни – кому что интересно! На большее я не претендовала.

Однако, где-то в середине второго года МБП, когда я проходила очередной курс медитации в 21 день, книга стала сама стучаться ко мне.

Курс випассаны создавал замкнутый круг из практики сидя и в процессе хождения. Первые дни сессии были короткими и часто сменяли друг друга, прерываясь на отдых, и примерно в течение недели они доросли до одного часа.

Из-за того, что время каждого из циклов медитации занимало более двух часов (хождение длительностью в один час и затем часовое сидение) и на перерыв отводилось всего лишь двадцать минут, после чего наступал следующий и следующий раунд, казалось, жизнь словно зациклилась. Начинаешь ходить, и, пребывая в такой практике помоментно все шестьдесят вечных минут, ты будто посвящаешь этому весь день. Это особые ощущения изменения восприятия времени, прочесть о них в чьем-то пересказе – недостаточно для понимания. И что уж тут говорить: с усилением концентрации ума сессия хождения становилась всей жизнью! Учитывая, что медитация направлена на осознание настоящего, на наблюдение в процессе медленного хождения, а правильнее даже сказать «поэтапного переставления стоп» в течение целого часа, то каждый раз чувствуется, что в этом моменте и заключается вся жизнь. И потом 60 минут сидения на коврике с закрытыми глазами, отключившись от внешнего мира, погружаясь во внутренний, когда время вовсе перестает существовать… но не мысли. С мыслями – не тут-то было. Они коварные и устраивают атаку.

Первые дни проходят в привычном режиме с точки зрения поведения ума: он занят еще частой, хоть и однообразной сменой фокуса деятельности (одна технка пока еще начальной короткой практики медитации вскоре сменяется другой с частыми и оттого скучными паузами для отдыха, когда не знаешь, чем себя занять). По обыкновению ум загружен оценкой происходящего вокруг с характерным ему штампованием «это нравится, а это не нравится», «этого хочу, а вот то мне не надо» и между делом перебирает в памяти события последних дней. Однако спустя неделю тренировок, когда разнообразие происходящего сведено до минимума (в связи с увеличением времени сессий медитации, особенно относительно времени отдыха), и интеракция с внешним миром минимизирована, с таким скудным поступлением пищи для ума его игры становятся жестче.

И тут я хочу вернуться к своему первому опыту випассаны, курс которой длился всего 7 дней с небольшой интенсивностью практики. Шел первый год МБП, и я была еще совсем новичком в теме медитации. Из предложенной программы максимум в 45 минут сидения и 30 минут хождения, 30 минут выполнения карма-деятельности³ и часовых лекций с щедрыми перерывами на отдых меня, так же как и других, больше всего волновал факт необходимости молчания в течение недели! Никого не заботило, как он будет сидеть 45 минут медитации. Казалось: сидеть и ничего не делать – это уж я хорошо умею! И все находились в трепетном недоумении, ожидая испытания недельным молчанием.

И когда курс наконец стартовал, на удивление, молчание оказалось самым простым и очень комфортным, а вот медитировать сидя почти час было невыносимо трудно. Даже 20 минут представлялись нескончаемой вечностью: постоянно открываешь глаза, чтобы посмотреть, сколько же осталось до завершения, а минутная стрелка на часах словно сломалась и едва сдвигалась с места… Вот когда мысли собирали свою огромную армию и начинали атаковать. Тогда вспоминалось все самое тяжелое, наболевшее. Тогда лились слезы и от жалости к себе за прожитое ранее, и от неспособности стойко перенести (просидеть) происходящее сейчас.

Нас учили: наблюдайте за дыханием, как происходит вдох, следуйте за ним, а затем выдох. Это раз. Затем снова вдох и выдох, это два. Досчитав до 5, обнуляем счет и продолжаем наблюдать и считать вдохи и выдохи. Это методика для абсолютных новичков, чтобы занимать ум, дать ему за что зацепиться и контролировать его такими пятерками на протяжении 45 минут сессии. Но не тут-то было, ум всегда умудрялся контролировать меня!

Вот я наблюдаю свое дыхание. Происходит вдох, за ним не очень-то последуешь – он как-то быстро случился. Ладно, теперь выдох, – и это раз. Ой, а жарко-то, и кондиционеров нет. Хотя, может, с кондиционером было бы еще хуже, от него ведь я обычно мерзну. Ой, о чем это я думаю?! Мне же дыхание считать надо! Сколько там было? Ах, ладно, сначала… Вдох снова проходит быстро, за ним тут же следует выдох, это раз, теперь новый вдох, и вы-… выходит и правда лучше без кондиционера, ведь я когда в Израиле жила, бежала из офисов и магазинов на улицу с радостью, чтобы снова прогреться. Да уж, жизнь моя в Израиле не сложилась… и для чего мне был дан этот Израиль? Я ведь и язык выучила, и к климату привыкла, и друзья у меня там, и работа – всю жизнь свою заново построила. И что с этим опытом делать? Зачем оно все надо было? Почему со мной произошло? Как же я скучаю… ведь часть меня осталась там, ведь я думала, это навсегда, ведь…

С носа капает слеза на губы, автоматически вытираю рукой, и тут вспоминаю: да я же не должна шевелиться! Ой, ведь и думать я не должна! У меня же дыхание, досчитать до 5. Куда тут?! Хотя бы до 3 дойти бы. И начинаю снова… И опять счет прерывается мыслями о моей несчастной долюшке. Слезы-сопли текут из-за затекшей ноги, жуткой жары, назойливых мух и всех этих неудобств, перемешанных с воспоминаниями о несчастной любви и никак окончательно не забываемом образе того, кого любила, воспоминаниях об опыте быть мамой, угрызениях совести за вынужденное снятие с себя ответственности за девочку, ставшую мне дочерью, с которой даже толком не попрощались, не поговорили о том, что я уеду навсегда и что я ее люблю…

Зачем все это было со мной? Оно ведь ни к чему не ведет, просто оборвалось, и снова мне жизнь начинать сначала…

Такими вопросами я задавалась долгие годы. Я себя терзала и никак не находила ответа. И даже когда поняла, что искать его бессмысленно – что было, то прошло, то на уровне восприятия ничего не изменилось. Прошлое жило во мне и доставляло боль. Не могла забыть, не могла отпустить. Я носила с собой свою ношу страданий от покидания уже родной мне страны, истрепанной и пренебреженной любви и разлуки с дорогим мне человечком, тогда дочерью. Я лелеяла свои страдания, даже находя в них какое-то упоение, пока ни приняла их, поняв, что такова моя жизнь и никуда от этого не деться. И, оказавшись на берегу знаменитой в Индии реки Ганга, в священном городе Варанаси, чувствуя особую энергию этого места, я стояла на рассвете лицом к водам, уносящим останки пепла тел индийцев, сожженых в традиционной церемонии на ближайших гатах⁴, и призывала Гангу забрать и то, что сгорело во мне, освободить меня от этой ноши…

Теперь же на более серьезном курсе випассаны, когда я уже проделала определенную работу над собой, да и просто отдалась жизни – будь что будет, когда я применяла на практике насколько могла осознанно понятия непривязанности, принятия, когда я знала об уловках ума, который заводит нас в дебри своими интерпретациями событий и ситуаций, дыхание моей жизни во время практики медитации проживалось иначе.

Воспоминания все еще приходили. Грусть все еще посещала. Но теперь я не забывалась в проживании страданий снова и снова, а смотрела на них и себя со стороны. Я больше не становилась сама целиком этим страданием. Испытывая боль, я знала, что я и боль разделимы, и видела, откуда она идет. Боль шла от ума: от мыслей, привязанности к тому, как было когда-то, и отторжением того, как стало потом, от ощущения нехватки контроля над ситуацией и восприятия себя – такого важного человека, единицы этого мира, как незаслуженно обиженного, несчастного.

Хоть техника медитаций на 21-дневном курсе и отличалась от известной мне прежде, но дыхание, тем не менее, тоже было основным элементом.

Вдох и выдох, вдох и выдох, и снова моя жизнь перед глазами. Но в отличие от первого опыта випассаны годом ранее, теперь с очередным вдохом и выдохом, с очередным эпизодом жизни приходит и понимание. Словно пазл складываются ситуации и их смысл, вырисовываются закономерности. Тут и возникло желание записывать, составлять рождающиеся осмысления в текст. Во время медитации сидения появилось осознание. Когда я ходила, вырисовывались мыслеформы, столь изящно передающие сочетание воспоминаний с их интерпретацией, с пониманием, что же этим хотела сказать Жизнь.

Вдох, выдох, поднятие пятки, затем всей стопы, перенос ноги… писалась очень красивая книга с текучими фразами, говорящими о смысле не только моих перипетий, но всего существования! Очень хотелось записывать, но сама практика випассаны оставалась для меня более значимой, и я тренировала непривязанность. Обнаружив идею писательства в своей голове, я откладывала виртуальное перо в сторону и возвращалась к шагам, к дыханию, к наблюдению. Это было тем важным, благодаря чему я многое понимала, многое отпускала. И куда разумнее освоить практику, нежели поддаться зову писательства и запечатлеть несколько красивых мыслей, упуская возможность развить способность работы над умом и дальше.

Я решила, что сейчас приоритетнее – медитация, а после прохождения курса обязательно начнется книга под названием «Дыхание жизни».

ГЛАВА 3. Я ненормальная

Внутренний конфликт – это отношения с куда более серьезным соперником, чем внешнее окружение.

Я пишу эту книгу, потому что я ненормальная и хочу поделиться своим ненормальным взглядом на жизнь. Идея словно поселилась у меня где-то на затылке и периодически постукивает, напоминает о себе, нашептывая: передай свой опыт, поделись инсайтами*, раскрой свое понимание жизни. Наверное, это самонадеянно, но я даже верю, что мои идеи могут пригодиться таким же, какой была я: кто все еще опирается на свою нормальность, но тщетно.

За каждым Путешествием с большой буквы стоит история – насыщенная переживаниями, трудностями и препятствиями. Ведь именно такие события, наполненные непростым опытом, подталкивают на поступки, не принятые в обществе.

Есть общеизвестная канва для жизни: родиться, расти у своих родителей в рамках общества, пойти в садик, потом в школу, потом обязательно, как нормальный ребенок, за которого не стыдно родителям, поступить в институт, и непременно к его окончанию, никак не раньше – а то это будет отходить от стандартов – нужно влюбиться, и когда программа института выполнена, конечно же, надо найти работу, и – самое время жениться. Дальше в течение года, максимум двух, должны уже появиться дети. И теперь, чтобы все складывалось правильно, надо становиться более мультифункциональным: скомбинировать работу, супружество и детей. Ну, и так продолжать на протяжении десятков лет. Тогда ты – нормальный. Нормальный – еще не значит достаточно хороший, но зато хотя бы как все. А счастливый ли?

Эх, это оказался не мой случай. Хотя судя по тому, как все начиналось в моей жизни, я подавала все надежды быть нормальной. Правда, трудно знать наверняка, так как будучи ребенком, я все же пока не могла жить именно свою жизнь, являясь зависимой от взрослых. Само собой разумеется, я подлежала как минимум влиянию родителей и жила их жизнь. Хотя характер мой всегда отличался своенравностью, похоже, ох как досталось им из-за него!

И вот, я думаю, что сочетание этого характера и событий моей жизни, или же кармы, вывели меня из стандартов. Если можно как-то обозначить момент, когда это произошло, то им не будет тот день, когда я вышла из дома с рюкзаком за плечами, отправляясь в безвременное путешествие. И это даже не время, когда я решилась на это, объявив семье, друзьям, начальству. Все эти события происходили уже в статусе ненормальности, я уже полностью принадлежала ему. «А когда же оно обрушилось на меня, – спрашиваю сама себя я, – это состояние выхода из стандартов общества?»

Понимаю, что я была уже ненормальной, когда хотела принять иудаизм, направляя себя в струю точно уж нестандартой жизни, весьма ограниченной, обусловленной религиозными канонами, продиктованной такими жесткими и категоричными понятиями, как «нельзя» и «должен». Отмечая различия между обычной стандартной жизнью, когда являешься якобы свободным человеком и делаешь якобы все, что хочешь (якобы – потому что на самом деле ты тоже следуешь «нельзя» и «должен», пусть не по религии, а по законам общественности), и жизнью, где образ поведения продиктован верой, я приготовилась выбрать второй путь. Такой вариант был для меня допустим при моем желании определиться и стать на путь, и я решила, что теперь буду играть свою роль в этой жизни по правилам, четким, следовать им наряду с другими в общине. Эти правила гарантируют верную дорогу, ответственность за которую не на мне, а на вершителе законов и судеб, и моя судьба тоже в его руках, руках Господа. И тут все (относительно) просто: поступай, как предписано, делай вместе со всеми. Это даже упрощает задачу и создает дополнительный элемент счастья в виде причастности к общему течению в противоположность нередкому ощущению обособленности в силу своей нестандартности.

Когда в обычном обществе делаешь все, как другие, то нет впечатления, что ты пляшешь под чью-то дудку, так как общество большое и непонятно, кто именно дудит. Иудаизм же – это численно ограниченная община, будто выдержка из общества, на которую смотрят со стороны, а значит, имеют право оценивать и осуждать. Религиозная община видится как стадо, где члены ее не принадлежат сами себе. Если полагаться на Бога, то не возникает иллюзии того, что я живу как индивидуум и сам за себя решаю. А это так важно в обществе, где все стремятся решать, контролировать, влиять!

Человеку вне религии представляется, что он сам себе бог и свободен выбирать. А то, что над ним есть высшая власть в виде правительства, а также столь важного общественного мнения на основе клише и стереотипов, – это почему-то неочевидно. Поэтому для меня попытка перейти в жизнь религиозную была честнее и искреннее, чем продолжать жить как все, притворяясь, что от меня что-то зависит.

Но я помню, что шаг принятия иудаизма я и сама чувствовала нестандартным. А что же меня сделало готовой пойти на него? Этому предшествовала жизнь в Израиле, где я провела 5 лет. И глядя на нее, я могу сказать, что все происходило тоже очень нестандартно. А значит, уже тогда я была ненормальной.

Сейчас я немного перескачу с обратного отсчета на прямой. Так как, говоря о своей жизни в Израиле, я вижу, что приехала в эту страну еще довольно обычной. Ну, не по меркам моих родителей и, возможно, не по мнению антисемитов или тех, кто неимоверно запуган военными конфликтами в Израиле – у каждой из этих групп имеются причины посчитать меня ненормальной в случае переезда жить в Израиль. Но все-таки большинство согласится, что это абсолютно логично следовать зову сердца и хотеть жить с тем, кого любишь. Так что я просто влюбилась, закрутилась феерия взаимных чувств, именно она впоследствии и привела меня на Землю Обетованную. И случилось все это, скажу я вам, даже по тому самому стандарту, как раз с окончанием университета. На тот момент я, счастливая, даже сама себе завидовала касательно удачного варианта развития событий. Однако те эпизоды счастья стали началом переворота моей жизни.

На кажущуюся нормальной девочку вскоре стали сыпаться жизненные неприятности. Отношения с мужем не складывались, душа кричала от боли и негодования. Я металась в поиске путей к счастью, собирая все больший ком несчастья. Восприятие происходящих событий как несправедливых не давало мне покоя. Несложившиеся отношения в замужестве и разбитое сердце. Вскоре, спустя некоторое время, сделав перерыв в страданиях на подпитку иллюзией, что жизнь может быть прекрасна, я обрела вторые серьезные отношения. Тогда я познала ответственность и радость материнства, заботясь о девочке, дочке моего бывшего партнера. С ней я получила чудесный драгоценный опыт. То, что происходило в отношениях, – мягко сказать, было ненормально, но сформировало во многом определенную часть моей личности и, несомненно, повлияло на продолжение начавшегося перехода от моей нормальности к ненормальности.

Изо всех сил цепляясь за понятия стандартной жизни, стараясь быть как все, женой и мамой, я шла на тяжелые психологические опыты над собой.

Я училась принимать то, что другие принимать не станут, и я пыталась практиковать услышанный уже тогда принцип, что наше счастье зависит от нас самих, от выбранного нами восприятия относительно того или иного события. Те отношения мне дали очень много, они словно до краев залили мой бак горючим, на котором я могла развивать скорость и мощь своей ненормальности. Зародилась же она, выходит, раньше, еще в предыдущем союзе. Иначе здравый человек в этот уже не вступил бы.

А прошлые отношения я начала вполне обычно, как уже упоминала выше, по умопомрачительной любви. И вот, видимо, во время переживаний за нескладывающуюся из нее сказку, меня и «деформировало». Я помню первые проблески осознанности, когда я смогла не следовать капризному «хочу, чтобы в жизни складывалось не так, как есть», а, благодаря свойственной мне честности с самой собой, прислушалась к логике здравого смысла и настояла на том, чтобы принять. Если я люблю человека, а он не готов прилагать усилия, чтобы научиться наслаждаться друг другом, и предпочитает прекратить нашу связь, то мне стоит отпустить его, уважая его выбор. Я не должна стараться быть вместе с ним во что бы то ни стало. Я люблю его и отпускаю, чтобы он смог быть счастлив. И если мне так важны мои чувства, то я могу продолжать любить его, даже если мы не вместе.

Я помню, как объясняла себе и уговаривала себя принять любой вариант развития событий. Великая мука беседы пробуждавшейся меня с очень страдавшей мною. Я еще не знала о доверии жизни, о науке течения с потоком. Я понятия не имела о многом.

Это была встреча с эго. Это оно меня сделало такой. Теперь я вижу. Спустя столько лет, пройдя такой путь боли, сражения, отчаяния, надежды возрождения, принятия, проработки прошлого, прощения, отпускания, попыток забыть, еще боли и страдания до умиротворения и, действительно, возрождения, – сейчас при написании этой книги я в который раз возвращаюсь к истории начала моих трансформаций, и только теперь понимаю, что же происходило. Да, рождением меня сегодняшней послужило столкновение с эго.

Вообще-то первые встречи с ним произошли куда раньше. В рамках организации «Гилель» я проходила курс молодого общинного лидера, где однажды мне указали на то, что я не умею слушать. Даже если я вежливо молчу, когда говорят другие, это еще не значит, что я слушаю. И даже если могу повторить сказанное собеседником (выходит, это лишь автоматически) – я не слушаю, ведь, пока я молчу, давая другому высказаться, я прокручиваю в голове уже сложившееся у меня мнение, идею контрответа и выжидаю момент, когда смогу озвучить ее. Такая критика в мой адрес просто разгромила меня вдребезги, ведь все именно так и было. Я и не подозревала о своем этом внутреннем разговоре с культурным выжиданием своего момента, а тренер знал об этом, видел, что у меня внутри, и словно разоблачил меня. Тяжелая встреча с эго, от которой я не сбежала, не притворилась, что ничего не произошло, пытаясь достойно держать лицо, дала свои плоды. Это ужасно дискомфортно и стыдно – быть разоблаченной в окружении других. Я помню, что тогда я оказалась в моменте (еще не зная и не понимая этого) и впитала проживаемый опыт. Это смогло произойти, видимо, потому, что я все же находилась на курсе молодого лидера, и, понимая формат, что я уже и так отобрана среди лучших, получивших возможность участвовать в тренинге, я ценила возможность научиться быть еще более крутым лидером. И так я допустила прохождение этого урока, пренебрегая эго.

С тех пор, с каждым очередным вызовом жизни я стала чувствовать, что главное, с кем существует противодействие, это не общество и его стандарты и мнение обо мне, а что-то внутри меня самой. Внутренний конфликт – это отношения с куда более серьезным соперником, чем внешнее окружение. С таким видением мне нужна была только смелость противостоять эго, нарочившему придумать оправдания, чтобы все, а особенно я сама, поверили, что мнение других ошибочно, у меня нет проблем и исправлять ничего не надо. При такой внутренней работе оставаться нормальной, конечно же, уже не было возможно.

Хотя, еще в моем подростковом возрасте мама говорила, что я какая-то не такая: все девочки уже по мальчикам бегают, а я все к ней лащусь. Я не спешила, будучи искренней с самой собой, я не оглядывалась на сверстников, мой внутренний мир перевешивал любые понятия стандартов.

Как сказал преподаватель при моем первом когда-либо прикосновении к медитации на курсе «Введение в буддизм», «многие родители поклоняются какому-то Богу Нормальности, и все хотят обернуть детей в свою веру». Фраза, конечно же, откликнулась смехом всем находящимся в классе, где каждый по-своему прокладывал свой путь через дебри нормальности на свободу у подножия Гималаев в Индии.

ГЛАВА 4. Переворот

Начало перевороту положила ситуация в мои 13, когда брат дал мне совет, что если нравится мальчик в школе, то надо познакомиться с ним самой, а не ждать, чтоб это сделал он.

Мое решение сделать паузу в привычной жизни, мой стиль путешествия, рассказы в блоге не оставляли людей равнодушными, что было понятно по обратной связи. И, как говорится, сколько людей, столько и мнений.

И вот она я. Просто я. И люди воспринимали меня по-разному. Ниже я сделала подборку из интерпретаций одних и тех же фактов разными людьми, объединив противоречивые.

– Мое решение побриться налысо (об этом позже) сделало меня в глазах одних, ненормальной, безумной, других же – смелой и авантюрной.

– Я безответственная бездельница, раз так отношусь к своей жизни – бросила такууую рабоооту! И поэтому же я крутая, способная вырваться из материальных стандартов общества.

– Не иметь мужа, семьи, когда уже за 30 – о чем я только думаю, трачу время попусту! И это так чудесно, ведь я счастлива тем, что имею, не заморачиваясь о том, чего нет.

– Я особенно интересна в общении, и находиться в моей компании всегда приятно, только если кому-то не слишком мало места для самовыражения рядом со мной, ведь меня так много, и я очень яркая и шумная.

– Это же опасно и необдуманно – путешествовать девушке, одной, в Азии, и можно только гордиться, что меня не останавливают никакие страхи, и все для меня – опыт!

– А как же я буду потом жить? Не бродить же по свету все время, пора о настоящей жизни задуматься. Как все остальные, которые всё думают-думают, но так никогда и не слышат себя истинного, а значит и не воплощают то, что действительно важно для них, продолжая размышлять о несуществующем, упуская возможность наслаждаться настоящим, как это смогла сделать я.

– Да, я всегда толково говорю, и меня хочется слушать, или иногда даже записывать за мной, однако я зря все слишком усложняю, и жизнь не требует такого анализа.

– И даже с едой! Нередко люди задаются вопросом: зачем я себе проблему придумала, напрягая себя и других, что я ем, что не ем? Тогда как впоследствии они же совершают для себя открытие, что такой, казалось бы, банальный акт ежедневного приема пищи может стать источником наслаждения и оздоровления, а не быть простым пополнением «топливного бака».

И это все я. Просто я. Что бы обо мне ни думали другие, я все равно – я. И в любом случае найдутся те, кому что-то понравится, тогда как другому – нет, в одной и той же мне. Как нелепо! Я научилась не опираться на интерпретацию меня другими. Я больше не выдаю инструкции к пользованию собой, как мы это привычно делаем, стараясь оправдать себя в глазах других. Пояснять, что меня не так поняли, что обо мне неверно подумали, что стоит смотреть иначе на то, что я имела в виду – уже не в моих правилах. Те, кому я непонятна, слишком сложна, недостаточно хороша – им не нужно давать объяснений и корректировать их видение меня. Они не часть моей жизни, пройдут мимо – и им проще, и я не пожалею. Со мной останутся люди, которым я интересна, даже если и непонятна. Они дадут шанс и время, чтобы узнать меня получше, зададут мне вопросы, познакомятся со мной в живых ситуациях, не станут делать поспешных выводов на основании того, чего не поняли, так как я действую или говорю отлично от привычных им взглядов. Как и в любом человеке, наверняка есть нечто отталкивающее во мне так же, как и притягивающее – в зависимости от фильтра восприятия, от способности распознавать красоту или тяги фокусироваться на негативном. Если при контакте с кем-то, в данном случае со мной, у вас будет накипать раздражение – то тут придется или внутреннее проработать, или бежать, что есть мочи! А если вы сможете отметить для себя нечто особенное в человеке, то будете счастливы, что Вселенная осуществила вашу встречу.

Не страдая комплексом неполноценности, тем не менее во время МБП я еще недостаточно твердо стояла на ногах в принятии себя относительно мира и его реакций на меня. Жизнь же старалась убедить в моей ценности, в существовании места под солнцем и для меня, организовывая встречи с людьми, мнению которых нельзя не доверять, мудростью и способностями которых нельзя не восхищаться. И вдруг они обращают свой взор на меня, отмечают какие-то мои способности в понимании учения, в умении задать нужные вопросы и внять ответам. То тут то там я слышу о себе отзывы касательно характерной мне смелости, настойчивости, мудрости. Мне диковинно узнавать, что, выходит, мой статус ненормальности, не позволявший мне вписываться в стандарты общества, он же меня и подталкивает на открытость и восприимчивость к другому взгляду на жизнь, формирующему новую меня.

Но все не так просто. На самом деле, со мной случился переворот, да и не один. Открывшееся для меня дыхание жизни, как концепция, несомненно, научило меня быть в моменте, ценить происходящее. Я дышу, а значит, я живу. Это и практика медитации и непосредственный опыт ситуаций. Прислушиваясь к дыханию, такому ровному, размеренному, я словно соединяюсь с собой, и в ответ на вопрос, что же предшествовало формированию настоящей меня, история всей моей жизни предстает перед взором. Я могу заглянуть в укромные уголки, увидеть, что за поворотом… что было и прошло. Многое теперь, наконец-то, я могу и понять.

Какая я на сегодняшний день? Общительная, уверенная в себе, предусмотрительная, способная видеть на несколько шагов вперед. А ведь в совсем детском детстве я была стеснительной девочкой, как и многие ребята. Я стеснялась настолько, что, находясь в новом месте, буквально пряталась за мамину юбку. Как сейчас помню, мы жили в коммуналке, утром на общей кухне я ужасно смущалась, когда все, заметив меня, радостно приветствовали. Я останавливалась у открытой двери и смотрела на этих взрослых, ожидавших, что я выберу кого-то одного из них, подойду, сяду на коленки, чтобы меня потискали. Мама же надеялась, что я хотя бы скажу «доброе утро» всем, а я не могла выдавить из себя даже этого.

В младшем школьном возрасте я помню, как мы переехали на новую квартиру, и мама меня поучала пойти во двор знакомиться с детьми, говорила, как нужно подойти, что можно сказать, а я все стеснялась идти делать это сама. Подростком я смущалась выходить гулять из класса на переменке, если выскакивал герпес на губе. Помню, новенький мальчик в классе пригласил меня в театр, а я тоже очень растерялась. Я вела себя довольно скромно, и, как вижу теперь, оглядываясь назад, несмотря на наличие постоянных поклонников в старшем возрасте, я не зазнавалась. Тогда я даже не воспринимала желавших проводить со мной время мальчиков как поклонников, даже не догадывалась, что нравилась им. Я настолько стеснялась, что за этой пеленой думала, что их отношение ко мне вовсе не особенное, я ведь ничем не лучше других. Да, я бы по себе той не сказала, что из меня вырастет такая, как сегодня.

Переломный момент определенно был. Начало перевороту положила ситуация в мои 13, когда брат дал мне совет, что если нравится мальчик в школе, то надо познакомиться с ним самой, а не ждать, чтоб это сделал он. Теперь и сам брат рассуждает иначе, однако на тот момент его видение было нестандартным, а главное для меня – разумным, позволяющим лично участвовать в осущестлении желаемого, не перекладывая ответственность на случай. Ведь как же мальчик может знакомиться первым, если он пока еще не заметил тебя и не знает о твоем существовании?! Любопытно, что дело было даже не во мне, а как ни парадоксально – в моей однокласснице-подруге, которая сохла по одному старшекласснику, чем я и поделилась с братом. Мою подругу данная теория не вдохновила и не окрылила. Так странно, вот ей рассказывают, что достижение ее цели возможно, а она не заинтересовывается. Для меня все звучало столь логично, что знакомство перестало быть целью – уже тогда мною двигало желание преодолеть некоторые неудобства и получить опыт. Проведя инсценировку встречи, порепетировав несколько раз, я наказала подруге одеться посимпатичнее в тот день, распустить волосы, обычно собранные в хвостик, тогда как я сама набралась мужества и пошла знакомиться с этим старшеклассником, чтобы потом представить ему подругу. Она же в свою очередь струсила и убежала с ранее оговоренного места. Ситуация вышла неловкой, но я сделала большой шаг, как толчок на пути к себе сегодняшней.

Как складывалось дальше – таких ярких примеров я уже не помню. Но был случай, что я, уже преодолевая свою стеснительность, просила автограф у юмориста после его выступления, куда ходила вместе с мамой, но тогда я куда меньше волновалась, чем при первом опыте знакомства. Логическими объяснениями брата и моим, наверное, первым внутренним разумным диалогом с самой собой, я уговорила многие свои страхи поддаться испытаниям, где и одержала победу!

Кстати, про автограф я вспоминаю еще один случай, перескакивая через года, уже во времена МБП. Я встречалась в Дели со знакомой мне семьей, точнее мамой и дочерью, и мы были в торговом центре, когда они внезапно впали в эйфорию и стали жаться одна к другой, прикрывая рукой открывающиеся от восторга рты, охая и ахая. Оказалось, они увидели двух мужчин – очень знаменитых телезвезд, ведущих кулинарную передачу. Обладая способностью больше не позволять стеснению становиться на моем пути, да и, кроме того, не чувствуя особого волнения касательно неизвестных мне людей, я, не раздумывая, запросто подошла к ним и завела беседу. Я представилась, говоря, что я путешественница и, к сожалению, не знаю о них ничего, но мои друзья просто без ума от их программы, и было бы приятно взять для них автограф. Кроме того, мы сделали общее фото. Мама и дочь были в шоке от неожиданной радости, тогда как, обратите внимание, в той же самой ситуации я чувствовала себя спокойно, словно хлеб покупаю. Их ум, обусловленный понятием того, что мужчины – знаменитости, проводит некое сравнение и создает сумбур в поведении. До моего первого логичного взгляда на вещи я тоже воспринимала того старшеклассника кем-то лучше себя, что не позволяло мне общаться с ним на одном уровне. Мы часто позволяем нашему уму приукрашивать события и явления, тем самым блокируя себя от разумных действий.

Возвращаясь к цепочке моего становления в прошлом, я переношусь в студенческие годы. Многое в плане коммуникаций, лидерских способностей, веры в себя я почерпнула, участвуя в жизни молодежного еврейского клуба «Гилель», куда попала благодаря связям факультета, на котором училась, с Открытым Университетом Израиля. В «Гилеле» очень четко проявились моя активность и уже заявлявшие о себе лидерские способности, на протяжении лет развивавшиеся на почве моего участия в различных молодежных программах.

И серьезным переворотом, сильнейшими дрожжами для роста стал опыт жизни в Израиле. Переезд в другую страну, несложившиеся отношения, очередной новый старт самостоятельной жизни, в одиночку, опыт материнства с девочкой, чья родная мама умерла… А затем вынужденное возвращение обратно в Беларусь – все, что меня не убило, да, сделало сильнее: разбитое сердце, несбывшиеся мечты, лишение возможности нести ответственность за того, кого приручила, необходимость покинуть насиженное гнездышко в стране, уже ставшей мне домом. Мои новые друзья, работа, образ жизни, – все, что я создала и приняла, ушло в никуда. Когда-то, покидая родину, я внушила себе, что не стоит скучать и печалиться, а надо прокладывать новый путь и не оглядываться назад. Теперь же не то что пришлось туда оглянуться, а полностью вернуться. Но возвращение тела – не значит возвращение души… Снова и снова начиная жизнь заново, я очень страдала. С одной стороны, я создавала себе новые блоки, цепляясь и желая вернуть свои привязанности, но с другой стороны, все это стало невероятно мощным опытом трансформаций. Неимоверная вера в себя, свои силы, желание жить и радоваться тому, что есть, ставить перед собой задачи и рисковать, настаивать на своем, если хочешь этого, давать себе шанс достигать чего-то важного, – это последствия страданий, которые я перенесла, еще не видя тогда общей картины замысла своей жизни.

Да, мне суждено было расти.

Новой взлетной полосой стала Индия с ее повсеместным «саб куч мелега», что в бэкпэкерском⁵ мире известно как «все возможно» (дословный перевод: можно получить все). Миновали месяц за месяцем МБП, происходило отпускание старого и возникала смелая открытость новому. Год, за ним второй… это позволило многие дни и месяцы находиться без установленных обществом рамок, законов, подчинения им. Это дало возможность ощутить мое собственное дыхание жизни, узнать, кто же такая я сама по себе, вне устоев структуры и мнений общества. И за последний год МБП новый виток моего становления черпает силы в буддизме, соприкасаясь со Знанием об Истине и практикой медитации.

Любопытно обернуться назад и увидеть череду событий, свершивших переворот в моей жизни, создававших меня такой, какова я сегодня. Ведь в момент, когда что-то происходит, мы настолько увлечены нашей реакцией, эмоциями, что абсолютно не способны оторваться и допустить взгляд со стороны, с масштаба общей картины жизни, позволяющий что-то понять. Осознав это, я теперь часто использую свой внутренний zoom-out (сравнение с функцией в фотокамере для отдаления снимаемого объекта), чтобы взглянуть на событие издалека, отрешенно, не вовлекаясь в его сиюминутное значение. Я поняла и верю, что все происходящее завуалировано в банальные окраски бытовых ситуаций, тогда как на самом деле за этим кроется куда более глубокий смысл. И если мы не видим его или считаем неверным, несправедливым, то это опять же говорит о том, что мы все еще не знаем, не умеем понять высшего замысла Вселенной.

Лучший выход в такой ситуации – доверие в процессе любого переворота и позволение себе пока не делать выводов, посмотреть, как все развернется позже. Вечная Вселенная имеет больше опыта в функционировании этого мира, маленькими частичками которого мы являемся.

ГЛАВА 5. Багаж

Лишь облегчившись, я стала понимать, что тянула эту ношу и не задумывалась, потому как прежде просто не умела чувствовать легкость.

Итак, теперь я живу довольно обычную (в сравнении с жизнью путешественника) жизнь, но это отнюдь не сделало меня нормальным человеком. Отложив рюкзак путешественника в сторону, я обрела дом, но не оставила в прошлом опыт, накопившийся в этом рюкзаке.

А ведь на протяжении двух лет рюкзак служил мне символом дома. И жила я, собственно, по принципу «все свое ношу с собой, на своих плечах». И где бы я ни проводила время, отправившись проживать новый кусочек жизни налегке, оставив рюкзак дожидаться меня, на ночь я всегда возвращалась домой – туда, где он. Каждые несколько дней я меняла локацию, перенося все свои владения, и снова, где бы ни покинула его, всегда приходила назад.

Со временем и опытом путешествия, многократно меняя географию своего проживания, я иногда обновляла и дом. Но в противовес обывательскому стремлению к расширению границ собственности и увеличению накопления, я уменьшала размеры «своего дома» и количество заполняющих его атрибутов. Единственное «растущее наполнение» – это опыт, но он как раз обладает чудесным свойством компактности.

Говоря о весомости опыта, хотелось бы уточнить одну деталь. Мой старт произошел с рюкзаком на 70 литров, с возможностью увеличения до 75! Завершила же я свои странствия с отметкой в 50 литров. Таскать на себе тяжесть в 17—20 кг (первоначальная весовая составляющая моего «дома»), казалось, не составляло труда. Тогда как по прошествии времени захотелось сбрасывать балласт. И лишь облегчившись, я стала понимать, что тянула эту ношу и не задумывалась, потому как прежде просто не умела чувствовать легкость. Проведите параллель с жизнью!

Был ли носимый за плечами груз столь тяжелым в силу накопленного опыта? Как раз наоборот! То был лишний вес, без которого не только можно идти по жизни, но и нужно! Нужно научиться сбрасывать лишнее, если мы его накопили!

Будучи тогда еще абсолютно заземленным человеком, мне важно было утяжеляться. Делала я это, конечно, бессознательно, в соответствии со своей сущностью, которая не знала иного проживания, чем исключительно на уровне материи. В том моем восприятии жизни тяжелое являлось нормой. Я вполне отдавала себе отчет, что моя ноша тяжела, но я несу все необходимое. Однако я подразумевала только материальные объекты: сменная одежда, маечки, рубашечки, кофточки, штаны, шорты, юбки, несколько пар обуви, а также такие предметы обихода, как косметичка, наполненная разными штуками из серии «на всякий случай», аптечка – в ожидании болезней, кружка-термос, кипятильник, коробка-тарелка, вилка-нож и к ним некоторый набор продуктов питания, – так, на случай… войны?.. Какой еще случай может потребовать такой основательной подготовки?.. Только ли отсутствие возможности купить вынуждает таскать «необходимое» с собой? Мне каждая вещь казалась исключительно полезной и нужной и не вызывала вопроса о тяжести транспортировки на себе. Тогда я, наверное, была человеком, зависимым от вещей, верила, что они могут создать мой комфорт, мое счастье. И потому, чувствуя в них острую необходимость, я не осознавала, что вес физический за моими плечами явно коррелирует с весом моральным в ощущении жизни.

Такой инсайт* возник у меня в результате опыта путешествий. Сейчас поясню. Когда мы не чувствуем легкость, не свободны от тяжести проживания жизни, мы непременно цепляемся за воспоминания, идеи с соответствующим отягощением своей материальной формы существования. И потому вес за плечами составляют не столько объекты, сколько убеждения и состояния, к которым мы привязаны и чей груз тянем по жизни. И фраза про рюкзак «нести на себе свою ношу – воспринимается уже с другой точки зрения. В жизни, помимо материальных накоплений, происходит серьезное аккумулирование и нематериального груза. Окружающий нас хаос, многообразие вещей или же их ограниченность и порядок – это прямое отражение нашего внутреннего мира, состояния ума. Тяжелый рюкзак – это тяжесть многочисленных привязанностей, неумение отпустить. Там – и придание излишней значимости как предметам, так и ситуациям, и непрожитая боль событий прошлого, и ожидания от будущего, и желания иметь, владеть, цепляться, казаться, запастись чем-то на всякий (иллюзорный) случай, – да много всего!

Этими составляющими определяется вес ноши. Если прошлое не было прожито, если опыт не был извлечен и все «недожитое» и недопонятое откладывалось и накапливалось, то это утяжеляет ношу по жизни, давя на плечи, заставляя сгибаться, закрывая сердце, вместо того, чтобы расправить грудь навстречу жизни, распустить крылья и – полететь! И все это не просто метафоры для красного словца, а понятие о разнице в ощущении жизни, как свободного полета и как ношения своего тяжкого креста.

По мере получения опыта во время путешествия, очищения ума и сердца от засоренностей, я стала придавать меньше значения каким-то событиям, тому, кто что сказал, подумал, как повел себя в отношении меня.

Больше внимания направляла на то, как я оказалась в этой ситуации, как я реагирую, что это во мне задевает, какие порождает чувства и эмоции и как сказывается на моем поведении. Регулярный анализ проживаемого в текущий момент не создает засоров и заторов, и тогда происходит течение жизни, без зацепок, без торможений и задержек. Для всего нового есть новый момент. И если жить от момента к моменту, без накопления, то возникает ощущение легкости. Тогда тяжесть перестает быть нормой, и уже не хочется нагромождать свою жизнь утяжеляющими факторами ни изнутри, ни снаружи. Отпадает потребность и в окружении себя многообразием вещей. Упрощается жизнь – облегчается и ноша. Кроме того, был взят во внимание и ранее игнорируемый факт, что при посадке на самолет багаж, превышающий вес в 8 кг, нельзя брать в ручную кладь, а, соответственно, его необходимо сдавать и оплачивать. Цепочка логична: если я что-то приобрела (речь как о материальном объекте, так и о приобретении эмоций, опыта), оно мне принадлежит, значит за это нужно нести ответственность, уделять этому внимание, затрачивать энергию – платить. Теперь же, прекратив воспринимать тяжесть как норму, я поменяла и взгляд на вещи: зачем платить там, где можно обойтись?! В жизни и без того достаточно ситуаций, где нам приходится расплачиваться по счетам, напоминаю: как в материальном плане, так и расплата за наши действия, ошибки. Мой опыт принес понимание, что жить можно легко, без долгов, если жить по разуму и сердцу, в гармонии. Вместо того чтобы обременять себя весом, за который еще приходится и платить, в каждый миг своей жизни мы можем осознавать, что мы приобретаем, какую роль оно для нас сыграет: усложнит или облегчит ход жизни.

Так, к концу МБП вес моего рюкзака уже не превышал 10 кг…

Сейчас я живу иную жизнь, без путешествий, я привязана к одному дому. Рюкзак, всегда мне им служивший, и сам приобрел дом – полку в шкафу. Теперь не я – там, где он, а он – там, где я. И хоть между нами уже нет той тесной физической связи, спина к спине, мы не забыли друг о друге. Иногда я выгуливаю его в поездках, а он, мой дорогой, напоминает мне о приобретенном бесценном опыте.

При оседлом образе жизни ее река течет словно менее интенсивно, но это не значит, что не происходит познания. Пока мое внимание активно, а сердце открыто, приобретается и опыт. Несмотря на то, что до МБП рутина обывателя казалась мне однообразной и ограниченной, даже теперь без частой смены мест, постоянных новых знакомств и круговорота событий, я вижу, что относительно повторяющийся день за днем непременно рождает уроки жизни. А мой рюкзак – это ранец, собранный в школу.

Уроки во время МБП, на тот момент являвшиеся моей жизнью, позже стали ценным багажом. Именно они и заполняют мой ранец, способствуя обучению в нынешних классах школы. В своей обыденной жизни я нередко открываю его, бывший рюкзак путешественника, наполнение которого изменилось еще в поездках, в этапы облегчения моей души, упрощения моего ума. Многочисленные маечки-рубашечки сменились индийскими куртами, которые можно и в удлиненном варианте носить, и, для опции мини, подвязать узлом или подколоть булавками. Также удобные широкие шаровары с карманами, благодаря резинкам внизу, «легким движением руки превращаются в шорты» любой длины. Покрывало с индийской символикой «Ом» и слониками, кроме своего стандартного применения для укрывания, например, в поезде, в свою пору было пригодно как подстилка, защита от солнца или даже как полотенце, а сейчас оно служит украшением интерьера. Как тыква в сказке про Золушку, все эти вещи, живущие в рюкзаке, трансформировались, превратились в кладезь знаний и опыта. Такие атрибуты как аптечка, какие-то запасные предметы, кружка, кипятильник и другое просто ушло и освободило место, так я осознала их ненужность, прекратила ожидать болезни, потери, нехватки, – «войну».

Некогда поймав волну, ощутив вкус жизни, распознав подход к себе в этом мире, я поняла, что теперь необязательно куда-то ездить. Я могу наблюдать, анализировать, осознавать, помня о свободе ощущений и выбора.

Жизнь – это не просто череда событий, составляющих день, затем неделю, месяц и годы, о которых можно просто упомянуть в прошедшем времени, словно отчет сдать. С правильным наполнением рюкзака жизнь видится в отдельных значимых моментах, события откликаются чувствами, ее можно рассмотреть более отчетливо, обрести некоторое понимание, осознание.

А каково же мое новое наполнение рюкзака, возвращенного из МБП? В отдельных кармашках сохранились источники энергии спокойствия и безмятежности, накопленные за время пребывания в монастырях, местах силы. По всем его уголкам разбросаны радость жизни, доверие к людям и Вселенной, уверенность в себе и своем пути.

На специальных крючочках, где когда-то висели дезинфектор, бутылка воды, чтобы быть всегда под рукой, теперь – моя текучесть, гибкость, открытость к общению, получению информации или помощи в случае необходимости, способность к нестандартному мышлению, умение не растеряться и адаптироваться.

Чехол поддерживал в сохранности составляющие рюкзака, спасая его от дождя или грязи. Теперь же я вижу, что основным покрытием, поддерживающим функционирование перечисленных аспектов багажа (жизненного), служит ощущение внутренней свободы! Ее выражение кроется для меня в независимости от общественных стандартов и любых внешних факторов, в верности себе самой и способности нести ответственность за принимаемые решения и за свою жизнь в целом. Благодаря этой свободе приходят и легкость в общении,

и опыт, и знания, ощущается полнота и красота жизни!

И все наполнение рюкзака – это моя база. То, что было жизнью тогда, стало опытом и служит опорой теперь. В МБП я принадлежала лишь себе, и столько всего происходило вокруг меня и для меня! И было сомнение: а есть ли жизнь после путешествия? Научившись сбрасывать лишний груз и не утяжелять свою ношу, обретя счастье в душе и уверенность в сердце, я отправилась в новое для себя путешествие – назад к оседлой жизни. И возникал один вопрос: какими будут обретенные мною ощущения внутреннего комфорта, спокойствия и благодарности в рамках общества?

Открыв свое дыхание жизни, став собой, я заново учусь быть частью окружения, не теряя себя. Здесь люди не путешествуют, а просто иногда ездят в отпуск. Я тоже, как и все, иногда езжу в отпуск, и вместе со мной в отпуск ездит уже не рюкзак, а чемодан. Пусть чемодан с колесиками и считается удобнее, но не это показатель легкости, ведь, как я определила ранее, тяжело от отношения к жизни и от невидимого глазу багажа непрожитого опыта. Можно даже ехать и вовсе без чемоданов, налегке, но это не сделает нас свободными и легкими по жизни, так как нередко, выбирая что попроще, мы просто не готовы к взаимодействию с чем-то иным, непривычным, и скрываем за этой простотой свою неуверенность и страхи. Для меня же, несмотря на приоритет, отдаваемый теперь чемодану, роль рюкзака ничто не умаляет. Я невероятно ценю его наполнение, находя столь полезным в многочисленных ситуациях.

Бывает, я ненароком поделюсь опытом наполнения рюкзака в обществе. Однако, кому оно надо? Ведь многие, отправляясь в путь, едут исключительно в отпуск и, конечно же, с чемоданом, и тяжесть для них кажется нормой, тем более, она и вовсе незаметна на колесиках иллюзии, с которой мы идем по жизни, избегая происходящий опыт.

ГЛАВА 6. Путешествие – это вам не туризм

Главное, решить для себя, что ты – путешественник, а не турист, как я часто повторяла в случае чьих-то попыток смешать эти два понятия.

Когда я собралась путешествовать, как обычно это бывает, мне на глаза стали попадаться различные знаки, связанные с этой идеей. Все началось с картинок на фейсбуке с изображением горных хребтов на закате солнца, пальм у моря, дороги, ведущей в неизведанные дали, и всего-всего, сопровождаемого надписями, призывающими к свободе, слиянию с природой, ощущению радости бытия, жизни в моменте, и напоминающими, что все возможно, все в наших руках. Чувствуя себя в шаге от такого мира, я активно копировала на свою страницу то, что находило несомненный отклик в душе.

Началось МБП, и теперь я уже сама создавала живописные фотографии из своих новых будней и подписывала их в соответствии с ощущением мною прекрасного в те моменты или фразами-выдержками о постигнутом смысле бытия.

Влиться в атмосферу путешествия мне удалось очень быстро. Во-первых, это то, ради чего я совершала на тот момент казавшиеся рисковыми изменения своей жизни, а во-вторых, иначе ведь и быть не могло: путешествие само захватывает и несет! Главное, решить для себя, что ты – путешественник, а не турист, как я часто повторяла в случае чьих-то попыток смешать эти два понятия.

Туризм – это поездка на ограниченный срок в заранее определенное место или иногда несколько мест. Утрированно объясню так: туризм – это когда по рабочему графику пришло время законного отпуска, и кто-то разрешил тебе, потому как существует закон, позволяющий провести время так, как того хочешь ты сам. Правда зачастую, ты все равно проводишь его иначе, например, как хотят того турагентства, продвигающие те или иные туры, или авиакомпании, предлагающие в твои ограниченные сроки покупку перелетов по более доступной цене лишь в определенных направлениях. Чтобы за короткое время впечатления вышли самыми лучшими и отдых наиболее качественным – следующая возможность ведь будет только через полгода, а то и год – турист поселится в заранее выбранной гостинице, положившись на отзывы в интернете, а когда уже приедет на место, будет смотреть на все через призму восприятия экскурсовода. Уезжая, он закупится стандартными наборами сувениров в виде уже заготовленной подборки «всего понемногу», характерного для тех мест, нахватавшись не потому, что надо, а потому, что стоимость фиксирована, «5 по цене 4», и, как порядочный подчиненный, вернется к обязательствам.

Для человека, решившегося исключить себя из книги жизни со словами: график, разрешение, ограничения, фиксированность, подчиненный, обязательства, – быть названным туристом – просто оскорбление! По крайней мере, так в первой половине МБП чувствовала себя я, зная на опыте всю тяжесть (психологическую, требующую огромной силы воли) разрыва прочных связей с привычным миром общества. В нем не надо для себя ничего решать и выбирать, потому как уже существует множество процессов, предписывающих наш путь, в которые мы глубоко вовлечены, хотя сами думаем, что как-то распоряжаемся своей жизнью.

К активному словарю, описывающему путешественника, относятся такие слова, как: свобода, выбор, спонтанность, неограниченность, гибкость, ощущение. Да, в основном, именно ощущением руководствуется человек, свободный от рамок, способный получить желаемое.

Приехал в какое-то место, выбрав его спонтанно, так как заинтересовали рассказы повстречавшегося оттуда другого путешественника, или понравились картинки в интернете, или потому что оно просто по пути куда-то в еще более значимое место… Вот так осмотрелся денек, на другой уже принял решение ехать дальше или, если что-то зацепило, оставаться еще. Главное, чтобы не было плана по двухнедельке, при котором все сводится к набору фото с достопримечательностями, чтобы поездка считалась выполненной. Ведь когда на проживание моментов нет ни времени, ни даже пространства в голове, то вспоминать будет нечего. Ну это же не жизнь, а сплошные ее пресекания!

Будучи вольным путешественником, ты следуешь зову души. Для тебя не исторические памятники создают картинку места пребывания, а опыт общения с местным населением, впечатления от увиденного процесса изготовления местной продукции, поездка общественным транспортом, покупки на рынке, еда в аутентичных заведениях. Фотографии твои будут не с памятниками архитектуры, а с живыми людьми, с которыми ты проведешь время, обменяешься опытом жизни в разных условиях, взглядами на мир; вы взаимно наполните друг друга свежей энергией, – она приходит в нашу жизнь именно с новыми знакомствами, пусть даже и краткосрочными!

Приведу выдержку из блога, где я рассказывала о преимуществах путешествия перед туризмом, когда яро отстаивала разницу между этими двумя понятиями:

«Зачастую путешествие считается чем-то непростым, таким особенным в плане организации и осуществления и, конечно же, дорогим. Но это та сложность, которую каждый ждёт в предвкушении.

После некоторого обсуждения с людьми, живущими обычно исключительно у себя на родине, у меня появилась идея, что куда проще и менее затратно путешествовать, нежели оставаться дома.

Вот то, о чем не приходится беспокоиться в путешествии, но что является неотъемлемым в жизни дома:

1. Зарабатывать на одежду и всегда быть более или менее в моде, иметь разнообразие – в поездках нужно всего пару футболок!

2.Зарабатывать на полноценное питание, изыскивая возможность съесть что-нибудь «другое», лишь посещая рестораны – путешествуя же, всегда можно где-то что-то поесть и перекусить, и оно всегда «другое» и, конечно, тоже стоит денег, но не является ярко выраженной статьей расходов, так как питание в заведениях общепита очень развито в странах Азии и стоит недорого.

3. Ходить за покупками, стоять в очередях – все приобретается между делом, по пути, заодно с приобретением опыта.

4. Подсчитывать, учитывать систему налогообложения, парковки, оплату коммунальных услуг и страховок – в путешествии сталкиваешься действительно с малой толикой этого.

5. Готовка – смотри пункт 2.

6. Уборка дома – ха ха ха)))

7. Следить за новостями, что происходит в твоей стране и соседних странах, быть наготове: закупиться тем, что подорожает, переживать по поводу того, что ухудшается, и все в таком роде – в путешествии узнаешь о происходящем зачастую уже в прошлом, и тебя это никак не касается.

8. Ждать выходных и праздников, чтобы как-то изменить каждодневную рутину – да каждый день что-нибудь новенькое!

9. Найти время побыть наедине с самим собой, отдохнуть – ты живешь жизнь именно этим!

10. Найти куда бы поехать в отпуск – твоя жизнь – отпуск!»

Если после этого списка вы пока не бросились готовиться к своему приключению, а хотите попутешествовать еще моими тропами, которые словно открыли краник дыхания моей жизни, то идем дальше!

Путешествие, в отличие от туризма, отпуска, – это школа опыта! Ведь только когда нет ограничений по срокам и голова свободна от мыслей о работе, о том, что нужно сделать по возвращении домой, когда нет привычного круговорота немногочисленных, но рутинных событий, составляющих ежедневный быт, а есть лишь то, что придет, что случится, – именно в такой модели происходит настоящее проживание ситуации с полноценным присутствием в ней и ощущением ее. Потому что дальше нет планов, о которых обычно думает голова, находясь в выполнении предыдущего пункта. Потому что все время Вселенной принадлежит тебе и вся жизнь – для тебя!

Такую запись о преимуществах путешествия я создала в блоге, когда началось МБП, и уже ощущала разницу, побывав впервые в Индии почти годом ранее в отпуске на Андаманских островах. Там я повстречала классных людей, с которыми мне хотелось остаться дольше, но мне пришлось идти вопреки своим желаниям. Жизнь увлекала меня возможностями, а я была связана своим ранее заготовленным маршрутом и выкупленными билетами. Возникло тяжелое ощущение вынужденных действий против своей воли. Ведь как оно происходит: приезжаешь на место, фотографируешь все новое, заглядываешь в кафешки, чтобы попробовать их стряпню, с опытом, возможно, находишь что-то полюбившееся, встречаешь доброжелательных местных и путешественников в твоей теме. На следующий день уже знаешь, где стоит питаться, с кем и как интересно проводить время, уже перестаешь фотографировать все подряд и смотришь на мир вне объектива, начинаешь наслаждаться к третьему дню, понимая географию места, чувствуя (отличается от «зная»), куда именно хочется направиться из своего становящегося удобным, как родной дом, гестхауса. Но, се ля ви, ты вынужден ехать дальше, потому что следуешь своему решению, принятому до отпуска. Именно так для меня все и началось, когда я почувствовала сильнейшее предательство самой себя, причиняемое заранее спланированным маршрутом и выкупленными билетами. Боль от совершения действий вопреки своим искренним интересам и желаниям запустила во мне тогда процесс, обернувшийся впоследствии МБП.

Теперь же, будучи настоящим путешественником, я освободилась от таких предопределений и других обязательств. Я была свободна! Но я не знала пока, что бы это значило.

ГЛАВА 7. Школа жизни

Это же великие истины, изложенные в простых историях! Именно такое надо предоставлять людям, чтобы пробудить их интерес к жизни.

Итак, как я уже озвучила в предыдущей главе, путешествие – это школа жизни. И это действительно так.

Одна из историй об опыте МБП стала моим любимым рассказом. Эффект выученной морали этой истории хорошо прослеживается по произошедшим со мною нескольким случаям, цепочкой я их связываю в один. Мне кажется, что мой пример понятен каждому, так как подобные ситуации происходят у всех. А тема, затрагиваемая в рассказе, является одной из наиболее важных концепций в жизни. Речь пойдет о непривязанности. Это понятие стало моим первым уроком в МБП.

Эту историю я рассказывала молодежной группе практикующих английский язык в городе Палу, в Индонезии, где меня попросили выступить, чтобы вдохновить на изучение языка, показав пример, как английский открывает двери в мир других стран, как он необходим для общения и приобретения опыта. Также этот рассказ – хорошая демонстрация того, чему меня научило МБП, если кто-то интересуется, почему, зачем я путешествовала. Вот и сейчас я надеюсь воодушевить читателя смотреть на жизнь широко открытыми глазами и извлекать опыт из всего.

Один почетный человек, мастер практики чиконг и гуру⁶ по жизни для многих его последователей, любезно делился со мной мудрыми историями из его жизни. Я рассказала ему и свой случай, на что он воскликнул: «Чудесно! Мне очень нравится твой рассказ! Это же великие истины, изложенные в простых историях. Именно такое надо предоставлять людям, чтобы пробудить их интерес к жизни, а не замысловатые философские учения, сложные для восприятия».

– Вот, поэтому я и пишу свою книгу, чтобы вдохновить остальных, – ответила я и, вернувшись позже к компьютеру, написала главу, которую решила назвать «Школа жизни».

Ведь, как в школе, так и в данном случае, сперва я получила урок теории, затем вместе с домашним заданием – и урок практики, а по прошествии времени, конечно же, пришлось сдать экзамен. С тех пор пройденный материал ни раз пригождался мне по жизни, и успешное его усвоение продолжает давать плодотворные результаты.

Невероятно, но моя школа жизни началась уже в первые дни МБП. Стоило мне покинуть свои привычные места и изменить образ жизни, освободиться от старых привычек и убеждений как тут же пришло новое наполнение.

Третий день МБП. Проведя после прилета в Индию пару дней в небольшом ничем не привлекательном тогда для туристов городке Солан, я собиралась совершить переезд к подножию Гималаев. Выписавшись из гестхауса, я стояла с рюкзаком на плечах, оглядывая напоследок те края, делая фотографии. Ко мне подошла молодая девушка и заговорила.

– Тебе нравится здесь? Красиво?

– Да, потому я и делаю фотографии на память перед отъездом.

– А куда ты дальше едешь?

– Направляюсь в поселения в Гималаях.

– Ооо, а тут что ты повидала в наших краях?

Я назвала пару мест, уточнив, что останавливалась там на пару дней просто для акклиматизации при смене часового пояса после перелета. Общение наше вышло легким, дружелюбным, и девушка, желая продолжить его, предложила:

– Хочешь чаю? Вот наш дом, я живу с родителями, пойдем к нам на чай?!

Ура! Я всегда рада общению с местными и их добрым приглашениям. Новая знакомая представила меня своим родителям, сидящим во дворике дома. Принесли чай, печенье, завязалась приятная беседа. Они интересовались мною, я – ими. В процессе разговора семья предложила мне остаться еще на пару дней в городе, переночевать у них, чтобы на следующий день показать мне большой строящийся храм и другие интересные места. Вот чем хорошо вольное путешествие – планы не важны, когда улыбается случай и есть свобода воспользоваться им! Я опускаю подробности нашего прекрасного совместного времяпрепровождения и перехожу ближе к теме.

Любопытно было узнать, что они практикуют джайнизм – религию, о которой я впервые услышала из их уст. Нечто схожее с буддизмом, но имеющее свои отличающиеся постулаты. Дочь у родителей – единственный ребенок, что не очень свойственно индийским семьям. Когда выяснилось, что она поступила в университет в Дели и вскоре уезжает жить туда, зная о важности тесной родственной связи в их традиции, я предположила:

– О, вам, наверное, будет не хватать ее, сложно отпускать в другой город, тем более, что она один ребенок в семье.

И тут мама сказала то, что на данный момент мне кажется столь понятным и повседневным, является каждодневным предметом наблюдений и практики, а тогда, 5 лет назад, вызвало искренний интерес новичка, словно со мной говорили новыми научными терминами.

– Да, непросто, но у нее своя жизнь, а мы будем практиковать непривязанность.

– Что-что? Я не знаю, что это такое, – как всегда наивно призналась я.

– Это понятие как раз свойственно нашей религии, джайнизму, впрочем, как и буддизму. Изначально есть концепция привязанности, понимаешь?

– Да-да, понимаю, – следую я за мыслью и склеиваю пазл в своей голове из известного мне английского глагола «attach» (присоединить что-то к чему-то) и существительного, произнесенного женщиной, «attachment», должно быть, результат совершенного действия, а значит, присоединение. То есть с лексической точки зрения мне это слово знакомо. Тем временем она продолжает:

– «Attachment» – это когда ты испытываешь тесную связь с человеком или объектом. В отношениях родителей и детей это наиболее выраженная форма «attachment». Чтобы дать детям жить свою жизнь, родителям необходимо применять «detachment». Я понимаю, что известный мне ранее смысл слова исключительно в понятиях прикрепления одного предмета к другому, обретает сейчас совершенно новую семантику. Наверняка, в русском языке я не сразу бы нашлась с подбором верного перевода, чтобы обратить нелепое «присоединение», «прикрепление» в столь многозначную «привязанность» и противоположное ему «открепление» в «непривязанность». В английском же эти слова имеют один общий корень.

– Когда тебе кто-то важен или что-то важно, и ты имеешь ожидания относительно этого человека или предмета, процесса, то это привязанность. Мы будем страдать, если не научимся непривязанности, так как не всегда все может происходить именно так, как мы того желаем, будучи привязанными и строя свои планы. Иногда те, кто нам так дорог, должны идти путем, отличным от нашего представления.

Так и началась моя новая жизнь со вступившим в нее понятием «attachment», русский аналог которому мне стал известен только спустя месяцы, когда я оказалась в Беларуси и продолжила получать Знание, в том числе и из русскоязычных источников. До того все мои познания формировались лишь на английском, и по сей день этот язык является для меня более естественным источником для восприятия информации в области пробуждения.

Я как сейчас вижу момент, когда, покидая эту семью, ступая по дорожке, ведущей к выходу на улицу от их дома, я обернулась и сказала маме девушки:

– Я тоже буду практиковать непривязанность на каком-нибудь своем примере!

И жизнь не заставила долго ждать.

Уже в ближайшие дни, совершая перевал в Гималаях на стареньком избитом поездками по индийским недодорогам автобусе, я получила материал для практики. В тряске по кочкам, сидя в той части салона, что находится над задним колесом и наиболее чувствительна к неровностям, я в полном смысле слова подпрыгивала до крыши. При одном из таких скачков я выронила планшет на пол. Он отключился.

Планшет, подаренный мне моей любимой работой! Когда я уходила, мне позволили оставить его себе. Планшет, на который я рассчитывала, как на фотоаппарат и платформу для ведения моего блога! Планшет – просто сам по себе такой классный, привычный мне, любимый мною! Как же я теперь смогу путешествовать без него? – усугублял ситуацию мой ум. Казалось, что все кончено. Путешествие невозможно дальше, потому что я не смогу фотографировать красоты и делиться впечатлениями!

И тут я вспоминаю о новом уроке, преподнесенном мне всего пару дней назад. Я нахожу способность увидеть себя со стороны и замечаю, что придаю слишком большое значение объекту своей привязанности, и интерпретирую/воспринимаю ситуацию, произошедшую с ним вне моих планов и ожиданий, как проблему для всего путешествия в целом. Как же я смешна: ставлю под сомнение возможность совершения путешествия в связи с поломкой планшета!?! Какая связь? Для путешествия мне нужна моя собственная работоспособность – не я упала, и не я сломалась! При мне мои финансы и все необходимое для передвижения и жизнеобеспечения.

Но почему же так болит в груди? Словно давящий ком заставляет меня чувствовать себя такой несчастной! Нет настроения, нет радости от прибытия в новое место, все мысли о планшете и о том, как все плохо!

Это же явная привязанность! Мне надо тренировать непривязанность! Точно! Я же увеличиваю свое несчастье, усугубляя мыслями воображаемое положение дел! Таков мой первый опыт собственной практики непривязанности. На протяжении двух дней я работала над комом в груди, потерей заинтересованности в окружающем мире, заполненностью негативными мыслями.

Сегодня мне очень любопытно, знакомы ли другим такие симптомы. Если бы я сама не являлась участником произошедшего, то сказала бы: что за чушь, как может возникнуть физическая боль в теле от того, что сломался какой-то предмет? Как может пропасть настроение осматривать такие чудесные места, как деревушки в Гималаях, когда другие могут только мечтать об этом, а я там нахожусь?! Где связь?

Но тогда мой ум грешил невежественностью и путал все подряд, цепляясь за одно, примешивая к другому, создавая мне страдания. И хорошо я хотя бы смогла ощутить происходящее на физическом уровне! Зачастую ведь бывает, что, крепко увязнув в негативных мыслях, мы даже не замечаем ощущений в теле. А оно кричит от дисбаланса, стараясь привлечь наше внимание к нарушению энергетического состояния в связи c вредоносными программами, которыми мы живем. Оно призывает к осознанности, пониманию, а мы не слышим! И впоследствии появляется диарея, температура, язва, боль в спине, мигрень и прочие недуги, и лишь их уже невозможно не заметить. К сожалению, мы верим в болезнь, как ненужную неисправность организма, и спешим ее устранить с помощью современной медицины. Убирая симптомы, мы стираем из памяти факт, что что-то вышло из баланса, а, следовательно, продолжаем жить, как будто ничего не произошло. Мы пропускаем мимо происходящее с нами и его знаки. Мы пропускаем свою жизнь.

Но на этом история не заканчивается. Теперь пришло время экзамена, после практики, в которой я, умничка, смогла вспомнить о заранее предложенном мне Вселенной уроке. Он ведь предстал мне в такой доступной форме: другой человек поделился информацией в виде теории и своего личного примера с пояснениями. Меня лично ничто не затронуло, как говорится, на грабли я не наступила, и ничто не вызвало дискомфорта – как зачастую приходит множество уроков, через боль, если мы не понимаем по-хорошему.

Вселенная дала мне примерно полгода на подготовку и тренировку на всяких мелочах, прежде чем устроила проверку в очень схожей ситуации.

Я находилась в Куала Лумпуре, Малайзии. В этом городе есть известный торговый центр Low Yat Plaza, славящийся обилием электротехники с широчайшим выбором поставщиков, а также возможностью приобрести необходимое у лицензированного оригинального производителя или признанного китайского по меньшей цене. К тому времени стал шалить мой и без того видавший виды телефон, ведь он получил двойную нагрузку, заменяя планшет, восстановить который в моих поездках оказалось просто негде. Я долго сомневалась и решила все же выделить средства из бюджета на покупку нового телефона. Я провела два дня, знакомясь с предложением рынка. Сравнила функции, цены, уделила время прочтению отзывов в интернете и, колеблясь между более дешевым, чтобы не нарушать особо своих финансовых запасов, и гарантирующим большее качество оригиналом, наконец определилась и купила себе новый сертифицированный Lenovo. Со всей ответственностью я отнеслась к подготовке телефона к путешествию. Я установила необходимые обновления, приложения, по инструкции полностью разрядила батарею, просматривая видео, слушая музыку, перекачала всю информацию со старого телефона, подключила его на 8-мичасовую зарядку, для чего поставила будильник на 4 утра, чтобы выключить из розетки в нужное время – я инвестировала в него еще два дня.

Вы же уже понимаете, что дальше что-то случилось?! Отправляясь в очередной переезд, я вышла из дома, неспешно подходя к дороге и читая в телефоне адрес моего назначения. Прежде чем перейти на другую сторону, я остановилась, увидев, что справа еще издалека приближается мотобайк, и я предпочла уступить ему дорогу, тем временем досматривая информацию. Я сделала свой выбор. У меня была возможность перейти дорогу сразу, но пришло время экзамена, и я остановилась, пропуская тот байк. Пассажир позади водителя выхватил телефон у меня из рук, после чего они резко увеличили скорость и скрылись.

Я для того описывала весь процесс приобретения нового телефона, чтобы создать ощущение его важности. Невероятно, но моей реакцией на случившееся прежде всего стало удивление: как лихо они это провернули, я только пошатнулась от того, что байк проехал так близко, и даже не почувствовала, как у меня выхватили телефон. Далее последовали мысли: вау, ну им повезло, ведь телефон новехонький! Потом пришел анализ: могу ли я что-то сделать в этой ситуации? И теперь навестила мысль: надо же, я даже не злюсь и не негодую, – что произошло, то произошло! И у меня есть свидетели, моя попутчица Сая*, она не даст соврать, что я была спокойна и сдержана и даже с улыбкой отнеслась к рассуждениям о том, что вот это неплохой тест на мою непривязанность. Да, это неприятно, но не случилось боли! Да, я уделила некоторое время обдумыванию ситуации, но ни как в прошлый раз, с негативом, поглощая им все вокруг, а скорее с любопытством к жизни и своему к ней отношению.

Я благодарила Вселенную, что еще каких-то полгода назад я так переживала из-за поломки планшета, хотя, возможно, еще починят, тогда как новенький телефон украли, и я не делала из этого трагедии. Планшет мне подарили, а за телефон я отдала важные для путешествия средства. Планшет просто был у меня, а телефону я уделила столько сил и времени. Я ликовала за свой рост и еще решила, что теперь пока все же побуду со старым телефоном, а когда он окончательно умрет, то со знанием дела куплю новый, так как, попользовавшись два дня Lenovo, я словно протестировала его. Он мне понравился, и я уже точно знала, что и где покупать.

Привязанность-непривязанность. Такой ценный подарок сделала мне Вселенная, когда я искренне прислушалась к зову души уйти от стандартов жизни и отправиться в неизвестное, проходить школу жизни. Через боль, через потери, через открытость внимания я училась и росла.

ГЛАВА 8. Пустая трата времени

«Ведь вы молодые, здоровые, крепкие люди. Вам самое время вкладываться в жизнь, а не отдаляться от нее!»

Прежде чем начать повествование, немного поведаю о понятии сouchsurfing (далее каучсерфинг*), так как неоднократно буду использовать его в своих рассказах. Предполагаю, если ты не путешественник, то не знаком с этой концепцией, тем более если не вольный путешественник.

Вкратце, это интернет-портал, посредством которого могут встретиться любители путешествовать, узнавать другие культуры и знакомиться. Одни приезжают куда-то, а другие по возможности принимают их у себя дома или как минимум оказывают им поддержку в пребывании в их городе, обретая возможность взглянуть на привычные места глазами незнакомца. Дословно couchsurfing с английского переводится довольно смешно. Есть такое понятие, как surfing – катание на доске по волнам моря. И в данном случае при добавлении слова couch – тахта, диван, получается «катание по диванам». Путешествуешь и сменяешь спальные места с одного на другое.

Я познакомилась с этим невероятным сервисом, когда впервые выбралась на месяц отпуска – в самое зарождение моего социального бунтарства, ведущего меня в Азию. Тогда я еще ограничивалась нелепыми страхами и искала попутчиков, чтобы не быть совершенно одной в поездке, и так совершенно случайно открыла для себя каучсерфинг*, ставший частью моей жизни. Первый принимавший меня хозяин дома был малаец. Мы с ним дружим и периодически встречаемся и по сей день. Но более того, благодаря этому сервису впоследствии я познакомилась и со своим мужем. Попросившись однажды на пару дней, до сих пор surfлю на его couch.

Но вернусь к МБП, чтобы раскрыть смысл темы этой главы о пустой трате времени. Однажды вечером, беседуя у телевизора со своим CS хостом⁷, я удивилась, что в ТВ-шоу в стиле «Индия ищет таланты» судья общался с участниками на хинди и иногда вставлял слова или выражения на английском. Вдруг следующий судья стал говорить только на английском, и мальчики на сцене тут же переключались и отвечали тоже по-английски.

Меня поражает, насколько просто у людей в Индии настроен ум на использование нескольких языков параллельно. И это не связано с интернациональностью семьи, где мама и папа общаются с ребенком на своем языке. Просто в силу традиций Индии люди свободно могут говорить на родном языке их народности, на хинди и на английском.

На моей родине тоже могли бы говорить как минимум на двух языках, притом столь близких друг другу, что даже не требуется особых усилий для их изучения. Однако, как это ни печально, мы не практикуем активное использование родного белорусского языка и оттого мне, например, проще говорить на французском, иврите и, конечно же, на английском, нежели на белорусском. Странная ситуация.

Некогда обучаясь лингвистике, накапливая опыт общения в различных странах, я удостоверилась в силе языка и его влиянии на способности мозга. И поэтому я задумалась, какой же высокий потенциал, должно быть, имеется в головах индийцев, учитывая их языковые способности! Да и вообще с ресурсами этой страны!

И я задалась вопросом: почему же тогда там столько беспорядка?! Что не так? Где заминка? В чем она? Я не ожидала найти ответы. Я приехала в Индию не для того, чтобы исправлять ее. Вообще-то я корректировала себя посредством Индии. И как однажды в самом начале МБП некий гуру* (в одной из последующих глав будет более подробный рассказ о встрече с ним) в Куллу сказал мне, что моя миссия – исследование, то, проведя несколько месяцев в Индии, я уже ощущала смысл того предсказания. Выходит, что мы, европейцы из наших прогрессивных стран, почему-то едем в Индию, столь суматошную и необустроенную, чтобы чему-то научиться у них.

Так вот, я беседовала с хостом*, и мы затронули очень любопытную тему, приведшую в итоге к важной мысли. Общение с людьми ведь может быть не просто для проведения времени вместе, чтобы одному не было скучно. В каждой интеракции можно чему-то научиться, если жить с широко открытыми глазами, любопытным восприятием.

Мой хост*, мужчина в самом расцвете сил, бизнесмен, уделяющий много времени работе, недоумевал:

– Столько иностранцев регулярно приезжает в Индию! И не только в отпуск! Вы остаетесь здесь месяцами, а то и годами. Побываете тут да там, а потом едете в Гималаи и зависаете то в ашрамах⁸, то в храмах, то и вовсе в уединении гор. Сидите, медитируете, мантры⁹ поете, йогой занимаетесь, аскезы какие-то совершаете.

Мне смешно! Мой собеседник так точно описывает образ многих бэкпэкеров* в Индии! И он не просто шутки шутит. Его волнует этот вопрос, и он продолжает:

– Ведь вы молодые, здоровые, крепкие люди. Вам самое время вкладываться в жизнь, а не отдаляться от нее! Это период работы, принесения пользы обществу своей деятельностью, развития собственной личности, построения семьи. А у вас что за тенденция? Что вы жизнь попусту тратите?

Я задумалась. Толково ведь говорит, вроде бы. Что ж, у меня перед глазами собственный пример, адресую вопрос прямиком к себе. Чувствую какое-то противоречие. Мол, не трачу я время попусту, я делаю что-то очень важное, чего не могу не делать!

Хост* делится со мной положением дел в Индии. Рассказывает, что они живут по общепринятой схеме подразделения жизни на этапы, так называемые àшрамы. Их 4, и каждая из ашрам длится примерно 24 года, имея свое логическое начало и окончание в соответствии с готовностью и раскрывающимися способностями каждого из возрастов.

Итак, первая ашрама – Брахмачарья. Этот период знаменателен ростом и познаванием мира, впитыванием в себя культуры, традиции, образцов поведения из семьи и общества. В ученическом возрасте ребенок проводит много времени со взрослыми, у кого может познать науку жизни и развить уважение к старшему поколению. Подразумевается разделение на мальчиков и девочек для соблюдения целибата, чтобы внимание шло на познание науки, философии, логики, изучения писаний, практики самодисциплины. Находясь в близкой связи с гуру*, человек развивает в себе понятия морали и ответственности, тем самым подготавливая себя к переходу на следующий этап жизни.

Вторая ашрама – Грихаста, начинается выходом из периода студенчества и переносом обретенных навыков в общество, на благо окружению. Это стадия, когда открываются двери сексуальных и других удовольствий жизни параллельно с применением Дхаммы* – этики и морали.

Грихаста известна как жизнь домовладельца, когда создается семья, рождаются дети. В этот период приходит ответственность за членов семьи, ее финансовое обеспечение, образование детей. Отношениям отдается серьезный приоритет в Индии, и посредствам них большинство индусов практикуют развитие духовных качеств. На данном этапе человек старается быть достойным семьянином, чтобы достичь наиболее успешного семейного союза.

Наряду с развитием семьи, поощряется вклад в общественную жизнь, создание материальных благ и распределение их по необходимости в обществе. Этот этап наиболее важный среди всех, так как человек, проживающий его, создает ресурсы и запасы для поддержания жизнедеятельности людей на других этапах жизни, а также будущих поколений, которые продолжат человечество. Наиболее интенсивная физическая, сексуальная, эмоциональная, социальная, профессиональная деятельность характерны Грихасте, что создает сильные привязанности в жизни.

Ванапраста – третий этап, приходящий, когда человек выполнил свои обязательства перед семьей. Дети выросли и начали свою взрослую жизнь, выходящие на пенсию родители плавно отпускают все привязанности, накопленные в жизни. Отступая от принятия активного участия в жизни, они передают хозяйство следующему поколению, а на себя берут роль советчиков. Это переходная фаза от деятельности домовладельца, сосредоточенного на достижениях, к следующей стадии духовного освобождения. В наиболее радикальном варианте предполагается оставить все свои накопления и отправиться на проживание вне общества, где-то в лесу, возможно среди других таких же искателей спокойствия, невовлеченности, понимания высшего смысла посредством использования обретенного по жизни опыта и выполнения духовных практик.

Четвертая ашрама – Саньяса, отречение. Воплотив в жизнь все предыдущие обязательства, человек полностью посвящает себя духовному росту. Саньясин живет очень упрощенную жизнь, ограничиваясь малым в материальном мире, практикует аскетизм. Близится окончание этой реинкарнации, и самое время подготовиться к переходу, если вовсе ни обрести освобождение от цикла перерождений. Человек отрекается от всех владений, желаний, страхов, надежд, предрассудков, ответственности, он обрывает мирские связи и сосредотачивается на воссоединении со своим естеством с целью обретения освобождения.

Вот такой путь представляет из себя жизнь хинду. В прохождении этапов всегда помогает пример многих поколений, поддержка общества, наставления гуру*, советы древних писаний.

Я же приехала в Индию, как раз стремясь уйти от обязательств работы и других социумных вовлеченностей, вырваться из рамок и ограничений своего общества, ища освобождение, – практически за тем, что характерно для последнего четвертого этапа. Но вместе с тем изначально я настроилась на то, чтобы потеряться и быть готовой впитать в себя что-то, чего не доставало в моей жизни. Это то самое состояние видения Пути в жизни. Можно ли сказать, что путь, предлагаемый нашим обществом столь же насыщенный и полноценный? Позволю себе где-то преувеличить, но тоже не на пустом месте. В основном, мы учимся в школе программе, стандартизирующей наш ум, от института получаем столь важный сертификат об окончании высшего учебного заведения, женимся – то по залету, то даже по собственной несостоятельности, стремлению разрешить свои внутренние страхи, проблемы через супружество, потом разводимся по тем же причинам. Работа, социальные обязательства, семейные ценности? Я не стану продолжать, а лишь скажу, что мы не умеем расти путем использования своей жизни. Потому что не было у нас качественного этапа брахмачарьи с достойными примерами, мудрыми учителями. Мы проходим этапы взросления по стопам тех, кто толком сам не познал, не научился и до сих пор не знает жизни.

Что тут говорить, мы даже не знаем собственного языка и тем более не особо открыты и способны к изучению иностранных. Советский период перекрыл доступ к религии, а необходимость выживать без поддержки свыше, без веры, без видения Пути лишили нас всякой духовности – сплошной ориентир сперва на выживание, а затем на бесконечное улучшение условий.

– Наша жизнь на Западе более комфортна и удобна, – отвечаю я хосту*, пораженная услышанным и вдруг начиная обретать некое понимание того, что же и правда двигало мною на совершение МБП. – Мы стараемся окружить себя стабильностью, так как не очень понимаем жизнь, и оттого предпочитаем более стандартные ситуации. Мы не имеем веры в высший смысл происходящего, не видим причин и следствий. У нас нет серьезных ценностей и ориентиров. Может быть поэтому, в возрасте, считающемся у вас самым важным этапом для воплощения себя в жизни, мы приезжаем в Индию, которая, возможно, знает нечто иное о том, как жить, тогда как мы запутаны и растеряны. Кто-то может и не чувствует потерянности, его все устраивает в жизни, системе, предлагаемой нашим западным обществом. Он ничего не меняет, ни к чему другому и не стремится, вот и не тратит время попусту.

– Я же представитель тех, кто в самом дееспособном возрасте прозябает свою жизнь в Гималаях в состоянии шанти-шанти*. Такие как я усомнились в искренней целесообразности идей общества, ощутили дыру в душе, отсутствие связи с самим собой, а, следовательно, и с высшим. Нам нужна духовность, окружающая вас с детства. Нам нужно ощущение наличия смысла жизни. Мы изучаем йогу, потому как в нашем обществе тело – лишь для получения удовольствий, а у вас тело – проводник души. Мы посещаем ваши ашрамы* и храмы, так как у нас предвзятое отношение к нашим религиозным институтам. А тем временем мы пробуждаемся, мы рождаемся заново.

Слыша саму себя, я понимаю, что я никак не оправдываюсь за бесцельные скитания, а напротив, осознаю и все больше убеждаюсь в верности выбранного пути. Это еще тот вопрос, кто же из нас попусту тратит время!

Все люди, как говорится, слеплены из одного теста, а начинка разная. И какой-то магической силой пробуждается в некоторых из нас дух вольного путешественника, ищущего понимания своего наполнения для наиболее полного возрождения потенциала. В Индии возможно все, и потому, становясь безработными бездельниками, мы едем туда, чтобы именно не тратить попусту драгоценное время жизни, а обрести ее понимание, выбрав свой Путь.

ГЛАВА 9. Потеряться, чтобы найтись

И вот я просто сдалась жизни, судьбе, некой силе, которая творила по-своему, несмотря на мои старания. Я просто признала, что вообще ничего не понимаю и не знаю, как жить.

Эти дни я слушаю книгу Джо Диспенза (доктор наук в области нейробиологии, автор программы трансформации жизни). Невероятно, как в очередной раз приходят подтверждения моих мыслей и рассуждений от авторитетных лиц. Речь идет об изменении себя. Автор описывает в своей интерпретации открытие, сделанное некогда Буддой, о том, что мы запрограммированы и предсказуемы, реакции предопределены нашим поведением, тянущимся из прошлого. Это порождает все новые и новые мотивы на повторение тех же событий и настроений, которыми мы живем, хоть и устали от них. Мы даже можем осознавать такое положение дел и быть намерены изменить жизнь и себя, но так или иначе скатываемся в забытье, и, управляемые тем самым, о чем говорил Будда и говорит Диспенза – вкратце – привычкой, неизбежно вертимся в замкнутом круге.

Так в чем же заново убеждаюсь я, и какое отношение это имеет к моему дыханию жизни? А я опять про свои странствия и мотивацию к ним. К сожалению, не помню, как было до, но, наверное, изначально я не ставила целью то, что впоследствии неоднократно озвучивала задававшим мне вопрос, чем я руководствовалась, путешествуя столь долгое время таким необычным (для них) образом. Я говорила: мне хотелось окончательно потеряться, чтобы найти себя заново. В этой фразе уже довольно много смысла, философии, осознания. Наверняка я родила ее не сразу, а позже, когда уже прошла некий путь и стала получать знания, ведя нестандартный образ жизни.

Когда стало проявляться мое дыхание, ощущение свободы и выбора, тогда, и никак не ранее, я могла взглянуть на свою жизнь, себя саму со стороны и как-то обозначить происходящее. Теперь я четко знаю: вначале я не могла бы еще сказать, что путешествую для того, чтобы потеряться. Потеряться, чтобы найтись. И у меня есть история в подтверждение этого. Но сперва я чуточку разовью мысль, дабы не оставить непонятым упомянутого Джо Диспенза.

Диспенза рассказывает, что все наши поведенческие мотивы прошиты глубоко в подсознании и проявляются на уровне телесных ощущений, неподвластных нашему прямому восприятию (о, слава достижению Будды, который учит, как все-таки мы можем научиться различать ощущения и перестать на них реагировать!). Эти ощущения, в свою очередь, влияют непосредственно на ум, провоцируя нас воспроизводить заложенные в него программы, управляя созданием наших реакций. Автор предлагает выйти из замкнутого круга, утверждая, что мы должны забыть о себе таком, каким мы себя знаем, только тогда мы сможем начать жить по-новому. О, что я слышу – забыть? Это же про меня и мою теорию, это часть моего дыхания жизни! Неужели «забыть себя» имеет еще и научные основания?! Именно! Как объясняет Джо Диспенза, имея опоры на известные образцы поведения, восприятие себя как некой сложившейся личности с укоренившимися предпочтениями и автоматически выдаваемой реакцией, мы не обнаруживаем места для формирования новых независимых (в случае осознанности) вариантов проживания ситуаций жизни.

Я помню, что при необходимости обличения в слова той движущей силы, которая заставила меня выйти из стандартов общества – а именно бросить работу и отправиться в независимое от материальных благ и нераспланированное путешествие, пуская все на самотек, – я стала анализировать происходящую со мной жизнь и увидела свои шаги результатом пережитых событий прошлого. Тогда я признала, что как я, казалось бы, ни старалась жить правильно и хорошо, ничего дельного в моей жизни не выходило. Напротив, было томительно больно от ощущения некой безвыходности и незнания, как же быть дальше. Я понимала, что окончательно запуталась, и все, что я ни предпринимала бы даже с усилием, работая над собой, жертвуя своими привычными реакциями и достоинством эго, не помогало. Все равно я и случавшиеся со мной события оказывались одинаково несчастными. То есть даже открытость различным взглядам, допущение, что многое зависит от меня самой и моего личного восприятия, и никто другой, как я сама виновата, если не складывается… даже готовность брать ответственность за свою жизнь – ничто не направляло меня в спокойное русло для достижения некого состояния равновесия, или, как обычно говорится, счастья. Казалось бы, уже изменив образ мышления, повзрослев, выросши из штанишек жалующегося ребенка, ожидающего от других обустройства его благ, я, тем не менее, в очередной и очередной раз чувствовала свой провал.

Я поняла: что бы я ни делала, все равно все кувырком. И значит – страдать. И уж очень это надоело, просто-таки измотало меня. И лучшее, что я, наверное, обнаружила для себя, пришло тогда – решение сдаться. Уместно ли употребить тут слово «смириться»?» Не уверена, так как в понятии «сдаться» я чувствую тотальный отказ от любого видения. «Смириться» звучит словно принять нечто недОлжное, признав, что хоть и не согласен, но подчиняешься. Тогда как «сдаться» – это сказать: все, от меня ничего не зависит, делайте, что хотите, да будет так, как вы того желаете, а я уже ничего не желаю.

И вот я просто сдалась жизни, судьбе, некой силе, которая творила по-своему, несмотря на мои старания. Я просто признала, что вообще ничего не понимаю и не знаю, как жить. И тогда почувствовала нежелание бороться: будь что будет. Все равно я не могу добиться, чтобы у меня «получалось жить». Примерно так я это чувствовала. Не «жить правильно» или «жить хорошо», или «жить как полагается» и так далее, а я ощущала, что у меня не получается просто-напросто жить. И чего тогда изобретать, стараться, стремиться, надеяться, а потом снова расстраиваться, снова страдать?!

Все! Будь как будет, но только страдать я устала, теперь не стану тратиться на страдания, а может быть даже начну радоваться. Что бы ни произошло, ну какая разница, я уже знаю, что все равно не клеится, так при этом еще и страдать? Ну уж нет, я понимаю, что опять что-то пойдет не так, как хотелось бы, а я вот все равно буду счастлива! Иначе я уже устала. Меня не удивишь уже тем, что все кувырком, так что буду радоваться и все тут.

Я помню этот момент, я вижу в нем огромнейшую силу. Тогда же я чувствовала в нем слабость, потому что решила сдаться, принимая высмеивание жизнью моих попыток организовать что-то, как я того хотела бы.

Сейчас, слыша саму себя, видя происходившее со мною, я думаю: и кто-то скажет, что от нас зависит что-то в глобальном смысле? Описывая свои воспоминания, я отмечаю, как меня, собственно, не было во всем происходящем в период капитуляции. Ну как может человек раз – и перенастроить, переключить себя с внутренними ощущениями?

Ведь сначала во мне была борьба за то, как я считаю верным, потом агония переживаний в несчастье, потом возникло ощущение беспомощности и потерянности и затем случился момент полной сдачи и подчинения в принятии. Пришло словно согласие на происходящее и все то, что будет происходить в дальнейшем. Будто бы до того я сопротивлялась, желая играть игру по-своему, или хотя бы как-то договариваться, а тут я подписала договор о согласии на все правила, диктуемые свыше, некоторые весьма чуждые мне или непонятные. Разве это могла быть я сама, намеренно проживавшая такой переход изменения внутреннего отношения?! Разве я могла запланировать, решить, что вот сейчас я буду протестовать и сражаться, внутри меня будет сила и уверенность, что я во всем разберусь. А вот теперь я буду расстраиваться, утрачу внутренний запал и буду недоумевать, почему же так, а не иначе. А потом я и вовсе опущу руки, признав, что я – полный ноль в понимании жизни, и тогда смогу почувствовать принятие. Принятие – это когда нет внутренней движущей силы, подталкивающей непременно что-то менять, совершать, дабы повлиять. И все эти восприятия и ощущения я сама придумала себе? Сама руководила наполняющей меня энергией и сменами своих ощущений и эмоций?

Глядя на описанную линию трансформаций, вспоминая свои чувства и видя факты, я ничуть не сомневаюсь, что сама Вселенная случалась, трансформировалась посредством меня. Происходящее происходило, понималось, осознавалось и устанавливалось на некий новый ритм меня. Что я значила в этом всем? Что могла? Думаю, лучшее из всего – именно то, что я и сделала – предаться существующему порядку. Это позволило мне открыть глаза для истинного видения. Ну, вернее будет сказать, конечно, приоткрыть, или даже быть готовой, чтобы открывать их впоследствии, имея теперь предрасположенность узнавать новое, истинное, не базируясь на своих устоявшихся (и ложных) пониманиях. Я перестала опираться на известные мне восприятия и высвободила место для нового видения.

Могу ли я заявить об истинности своих пониманий теперь? Однозначно нет. Как и прежде, несмотря на изменения в восприятии, у меня и теперь есть некая уверенность в себе и своих силах, в этом новом пути, которым я иду. И это настораживает, ведь так я могу быть снова в ловушке иллюзии, что знаю, как жить. Но разница в том, что на сегодняшний момент я постоянно задаю себе вопрос: что я тут делаю и для чего, и делаю ли я именно то, для чего я здесь. Я проверяю, не забываю ли я про цель, сопоставляя свои действия со сменяющимися обстоятельствами. И еще помню с тех самых пор, что происходящее будет происходить по-своему, а потому не ожидаю заполучить мир у своих ног. И любопытно то, что мир к ногам таки-да ложится и позволяет мне направлять свой путь. Только я не считаю выбираемый путь принадлежащим мне. Наверное, таким образом я просто распознаю свои наилучшие возможные варианты воплощения Вселенной.

А теперь я, наконец, расскажу историю, которая произошла со мной в начале МБП в Индии и вспомнилась во время рассуждений на тему «потеряться, чтобы найтись». Очень уместная история, на мой взгляд, в следующей главе.

ГЛАВА 10. Предсказание гуру

Ну, если надо определить, что я исследую, так вот путешествие, Индию исследую, значит… Исследую? Себя вот исследую!

Так странно на первых месяцах МБП оказаться в ситуации, требующей определить мотивы моей текущей жизни, обозначить цель и увидеть себя на пути к ней. Умела ли я вообще рассуждать и анализировать жизнь и свое в ней проявление? Могла ли я взять ответственность за то, что совершаемое мною А непременно повлечет за собою Б, и тогда от меня будет зависеть каким будет В, и все это не просто буквы алфавита, а я должна понимать смысл складываемых из них слов и фраз?

На первых этапах МБП я была словно родившимся младенцем… Мне предстояло столько всего узнать!

Даже индийцы, кажущиеся по сравнению с западным миром народом простым и незаморачивающимся на определениях, тем не менее, вопреки моему настрою жить вне каких-либо рамок, пытались обозначить меня какими-то понятиями и добиться от меня объяснения моих действий. Сами они ведь будто просто текут по жизни с каждым новым моментом, словно проживая то, что приходит, а не то, что как-то называется и предполагает проживаться по установленным для этого определения параметрам общества или государственной системы. Мне видится, что без ожидания правил и предписаний поведения в каждой отдельной конкретной ситуации для них все же важно иметь цель, как указатель направления, как смысл.

Пусть их тогда не удивил факт, что я бродяжничаю, что я человек без места, без дома, без работы, без привязок к друзьям и родным, а я одна, сама по себе, но они настойчиво хотели знать, почему и для чего. Что бы ты ни делала – все нормально, у них нет вопроса, как же так, а разве так правильно, а за какие средства. Но возникал вопрос, почему? Хм, неужели они всегда осознают истоки своих поступков, определены в том, что и для чего делают?

Мое состояние тогда определялось как «просто быть». Но не так уж и просто… Я хотела быть именно вне себя: своего привычного мира и событий. Сейчас, понимая это, я восхищаюсь прожитым и завидую самой себе. Я ведь тогда еще не знала, что просто быть – это то, к чему стремятся многие, ставшие на путь просветления своего сознания. Просто быть – это неотъемлемый постулат учений любого из мастеров. А я этого не знала, просто выдернула себя из обычной жизни и теперь просто была.

Вообще моя жизнь очень достойная штука, в разных планах. Немало она мне принесла боли, страданий, на основании чего я стала расти. И в плане понимания вещей, узнавания смысла бытия мне очень повезло. Я зачастую проживаю что-то, что иногда меня сперва озадачивает, а иногда и сразу же приходит взгляд со стороны и понимание неких жизненных процессов, устройств, закономерностей на примере проживаемого. Ведь ничего нового, по сути, с нами не происходит, все выкроено по одному из лекал, и тут нужно научиться видеть изначальную выкройку, а не финальное изделие, приукрашенное пуговками, блесточками, замочками, тесемочками. А выкройка – она ведь заточена под определенную характеристику, которая проявится в нас, как поведение, реакция.

То, что мне необходимо отточить в своем проявлении в жизни, будет воплощаться по одному из определенных для меня лекал, ставя меня в ту или иную ситуацию всегда с возможностями выбора, как прожить происходящий момент, распознать ли в нем истинный посыл, предназначение, и выучить его или лишь отреагировать на поверхностно видимые мотивы, таким образом упустив очередной шанс истинной работы.

В начале МБП я еще не умела зреть в корень и не особо задумывалась об отсутствии этой основополагающей необходимости. Однако я очень хотела слушать и учиться у других, не зная, чему именно, но заявляло о себе желание постигать жизнь. Но не тут-то было, жизнь не преподносит информацию, как в университете, в виде явно разжеванного материала на лекции. Иногда она создает ситуации, поднимает вопросы, которые нам самим предстоит изучить. И это именно то, что произошло со мной в один из дней спустя буквально месяц начала МБП.

Я находилась в северной части Индии, в городе Куллу, куда приехала на фестиваль Богов. Происходящее на этом фестивале вызывает очень много скептицизма относительно видящейся невероятной силы проявления божественного. Привычно рождаются сомнения о реальности происходящего, но я не обязана ни верить во что-либо, ни опровергать это, тогда как могла просто наблюдать за традицией тогда неведанного мне народа. Но это не относится к моей данной истории, лишь затрагивает тот же вопрос: верить или нет.

Итак, на прогулке по Куллу я оказалась в стороне от городской суеты и наткнулась на очередной хинду-храм. Как обычно, я разуваюсь, захожу внутрь. Зачастую встречаю едва ли пару прихожан, а в этот день оказалось людей совсем немало! Кажись, что-то происходит, стоит присмотреться. Вижу – в противоположном конце комнаты сидит дядечка седобородый на низком кресле, с ногами одна поверх другой в позе полулотоса, а руки возложив на широкие подлокотники в виде животных (возможно, львов) с открытой пастью. Любопытно, зайду, понаблюдаю. При входе меня попросили отключить телефон и покрыть голову. Сделано.

Прихожане располагались на полу в направлении дядечки, как понимаю, гуру*. Сидели и чего-то ждали, тогда как он периодически громко зевал. Я поинтересовалась, что происходит, и узнала, что сегодня – особенный день, когда пуджу¹⁰ совершает тот самый гуру*, и он может ответить на любые вопросы, почувствовав от некой силы свыше необходимый ответ. Говорят: вот что тебя интересует, задай вопрос ему!

Я стала судорожно искать ТОТ САМЫЙ ВОПРОС, когда добавили уточнение, что сегодня, тем не менее, он не отвечает на вопросы, а только дает прасад (благословленную еду) и благословение. Мне предложили присоединиться к очереди ожидания, что я и сделала. Как еще проникнуть в местную жизнь и культуру, как ни непосредственным участием?!

Стоя в очереди, я наблюдала, что делают остальные, чтобы и самой впоследствии поступить так же. К сожалению, у меня не было с собой никаких приношений, как у других, типа связок бананов или кокоса, или коробки сладостей. А так, Приближаясь, люди садились перед гуру* на пол, отдавали подношения: если что-то небольшое, то дядечке в колокол, которым он тряс и выворачивал содержимое обратно, а то, что покрупнее, просто забирал помощник. Перед дядечкой стояло плоское блюдо с невареным рисом. Он копошился в нем руками и иногда делал головой резкое движение назад, подобное тому, когда вселяется в кого-то дух.

Затем он клал в ладони человеку щепотку риса, и человек смотрел на рис и либо выбрасывал его и тогда получал вторую порцию и третью и так далее, либо сразу ел, ел сырые рисины. Тогда дядечка рисовал на полу пальцем символы, и все вокруг с ажиотажем начинали что-то произносить вслух, не молитву, нет, домысел, как при игре, когда надо догадаться и поделиться своими какими-то умозаключениями.

Пришел и мой черед. Меня чуть ли не подталкивали – как-то я забылась и растерялась в своих наблюдениях. Показали, что надо протянуть руки: обе ладони, одна поверх другой. Затем гуру* сыпанул мне риску, я, как полагается, уставилась в него, другие тоже глазели со всех сторон на меня. Я искала какого-то понимания в том, что вижу. Ну, скажу я вам, одна рисинка из где-то 7 штучек была потемнее других. Думаю: надо выбрасывать, есть брак! А они мне все разом, типа: годится, давай, ешь! Так я и не поняла принципа отбора. Помощник мне в ладони какого-то молока брызнул, после чего я послушно направила все это в рот. Хотела уходить, а тот рукой машет, мол, погоди! Погодила… Не помню, происходило ли что с головой гуру*, дергалась ли она, как признак вселения духа, но вот пишет он мне что-то, водя по полу пальцем. Я сосредоточена, пытаюсь запомнить узор, как особое послание для меня, а он все дальше пишет – неподвластно запоминанию… И тут все оживились, давай говорить-выкрикивать слово какое-то на их языке сперва, а потом и на английском: исследование! исследование! Говорят, мол, он про тебя сказал, что ты занимаешься каким-то исследованием и все будет гуд!

– Ну, так что за исследование? – в итоге спрашивают меня.

– Не знаю, – отвечаю, – приехала вот в Индию, какое еще исследование?!

А они не отстают:

– Приехала, чтобы исследование проводить, по учебе?

Я недоумеваю:

– Да нет же… И думаю: ошибочка вышла в предсказании моего случая, однако, не смог он прочесть иностранца, я ведь просто путешествую.

– Может, ты для работы что-то тут исследуешь, журналистка? Ну что ты исследуешь, что ищешь? – стараются натолкнуть меня на путь понимания добронравные индусы.

Говорю: ну, если надо определить, что я исследую, так вот путешествие, Индию исследую, значит. Ищу – может попутчика, здесь для путешествия или вообще по жизни. Исследую? Себя вот исследую.

Ооо! «Бинго!» – говорю я сегодня. Но тогда я совсем не чувствовала, что попала, запутанно пытаясь подобрать возможные варианты, чтоб уже отпустили. А уходить-то рано еще. Вот выдали еще рису: на этот раз поболе, с полгорсти уже, с лепестком цветочка. Думаю: теперь все это надо съесть? Я и вареный-то не очень жалую, а тут полгорсти сырого риса, приправленного цветком. А знающие люди велели в карман положить и носить с собой и тогда лишь отпустили. На выходе выдали пакетик – завернуть мое благословение.

И еще дали еды священной, видно, из того, что приносят прихожане: отщипнули мне месива сладкого, конфет положили и кокоса кусочек, все до кучи, и в своей ладони все это передали мне. Притом тот же человек позже выдал мне пакетик, чтобы я туда это переложила. Вот уж! Нет бы сразу все чинно (гигиенично) направить в пакет, так он же сперва покоцал все прежде, чем мне вручить. Ну да ладно, я впоследствии потихоньку захомячила все святое, ведь они меня уже приручили, индусы, и я почти спокойно ела из их рук.

Позже, пока я общалась с другими прихожанами на веранде, дядечка-гуру* завершил свою рисовую службу и, выходя, заприметил меня, и я вместе с еще парой мужчин, его помощников, проследовала за ним на другой этаж здания по приглашению на совместное чаепитие.

Мы все сидели на полу в два ряда, один напротив другого по периметру коридора веранды. Дядя-гуру* в очередной раз коснулся моего вопроса, уже как сторонний наблюдатель, совершенно обывательски, без прежней роли медиума, и подтвердил, что все у меня получится с моим исследованием и больше уже не возвращался к этой теме. И вообще обстановка сложилась обычная житейская, и гуру* был уже не гуру*, а просто один из всех, добрый приятный в компании человек.

Общаясь с мужчиной по соседству от меня, который практикует занятия йогой более часа каждое утро уже десять лет, тогда как я еще совсем новичок в этой практике, мы стали гадать возраст друг друга. Ему, по-моему, 54, а вот чтобы угадать возраст седобородого дядечки-гуру* мне пришлось сделать немало попыток! Вскоре ему должно было исполниться 83! Ни за что бы не сказала, ибо он казался таким бодрым и энергичным, что в телодвижениях, что в манере говорить.

Мой собеседник рассказал, что с 14 лет к этому гуру* стало приходить какое-то чувство касательно людей и событий и, как я понимаю, сидя в специальном кресле для проведения церемонии на него снисходит поток знания, дающий ответы для других.

Любопытно все это, но я не стала придавать значение всей ситуации, смысл которой мне к тому же непонятен, и нет необходимости выбирать верить или не верить. Единственное, что я решила для себя, что неплохо бы подумать о том, что меня волнует в моей жизни и приготовить вопросы на случай очередной встречи с каким-то предсказателем. И еще стоит подумать, что же я ищу…

Тогда, много лет назад, в начале моего пути, я и знать не знала, насколько близким станет для меня слово «исследование». Теперь оно не вызывает у меня недоумения и не кажется чем-то исключительно научным, не касающимся меня. Напротив, исследование сейчас, когда я абсолютно позабыла про ту историю, служит флагманом каждого дня моей жизни. В нем и мое увлечение, и род профессиональной деятельности, если хотите. В большей степени я занимаюсь исследованием во время медитации. Также обращаюсь к нему во время практики йоги. И, конечно же, ни одна жизненная ситуация не проходит без исследования, чтобы понять изначальный посыл и смысл происходящего со мной. И верила я или нет, но было все хорошо у меня в путешествии, как сказал дядечка-гуру*, и открыло оно для меня множество нового, и научило самоисследованию.

ГЛАВА 11. Тюрьма свободного человека

Тот, кто несвободен внутренне, не дышит вольно, он даже и в самой демократичной демократии будет заложником – своего состояния.

Лишь свободный человек может понять, что он – в тюрьме. Лишь освободившийся человек может увидеть в себе заложника. И я не ошиблась в формулировке этих, возможно, кажущихся противоречивыми фраз. Надеюсь, в данной главе я смогу полноценно передать смысл пронзивших меня осознаний. Я не осмелюсь рассуждать тут о том, кто Освободился, с большой буквы О, имея в виду просветление… у меня просто нет соответствующего опыта. Я лишь делюсь своим ощущением свободы, которому научилась за последние годы.

Любопытно, что один мой друг давно уже говорил, что я очень свободолюбивый человек. Стоит оговориться, что эта бирка «друг» очень мала для описания Авишая, возникшего на моем жизненном пути во времена начала моего Израиля. Нас познакомила работа бывшего мужа, тогда я была еще несмышленой малышкой в плане понимания сути вещей. Будучи нестандартной личностью, изучая некогда каббалу и другие нетривиальные науки, а главное, умея неординарно мыслить, наблюдать и воспринимать, а потому получать собственные озарения, Авишай рассмотрел во мне потенциал. Люди свободного нрава, отличающиеся в обществе, пересекаясь друг с другом, распознают «своего». Я могу даже назвать Авишая первым повстречавшимся мне гуру*. С ним я стала обретать какие-то познания в увлекательных философских беседах.

Как*им-то чудным образом Авишай всегда умел прочесть меня, говоря обо мне те вещи, что не подвластны обычному обозревателю, видя мою истинную суть и отмечая детали, иногда неведомые даже мне самой. Однако предсказания оставались актуальны до тех пор, пока я не стала тем, кем он мне когда-то пророчил стать, эдак к возрасту Иисуса Христа. Далее посредством роста в познании себя и мира, выхода за рамки общественных стандартов, я утратила любую предсказуемость. Я перестала быть столь прозрачной для Авишая, к своему сожалению, так как то его прежнее озвучивание моего потенциального образа в будущем откликалось внутри меня и где-то даже направляло в Пути. Теперь же, слыша его экстраполяции на свой счет, я лишь улыбаюсь, словно это пересказ уже пройденных мною уроков и давно усвоенных истин. Вместе с тем я не спешу указать ему на устарелость взглядов о себе, а позволяю высказаться – ведь говорит Авишай красиво, витиевато, непременно жонглируя метафорами и аллегориями. И хоть нет уже в его словах для меня былой мистики, беседовать с некогда моим первым гуру* – одно удовольствие, так как задействуются и интеллект, и смекалка, и чувство юмора, и весь внутренний мир.

Без постоянного контакта мы утратили ранее присущую нам взаимосвязь, но он все еще прекрасно понимает меня, ту самую, истинную меня. Кармическая связь никуда не делась, и, несмотря на то, что, живя в разных странах, мы можем не общаться годами, встретившись снова, когда я приезжаю в Израиль, мы сливаемся в едином проявлении высшего замысла. Дух свободолюбивых людей, ценящих жизнь, делает свое дело.

Так вот, когда-то давно, когда я еще считала это утопией относительно себя, Авишай отметил, что я независима и свободолюбива, как никто другой. И сказал он это с чувством уважения. Ооо, обладать таким качеством – это мечта, и она даже не теплилась во мне! Я знала, что это круто быть независимой и свободной личностью, и по наитию, возможно, стремилась бы к этому, если бы знала методы. А тут он констатировал этот факт обо мне, той, что капризничала, будучи подвластной настроениям в зависимости от происходящего в моей личной жизни. Я сильно зависела от отношений с мужем, переживала, достаточно ли мы проводим времени вместе, не поссорились ли мы, где он, и почему я не там с ним, весь этот рой мыслей перетекал во всем известное самобичевание «а почему все так, а не иначе?», и я неуклонно чувствовала, осознавала свою зависимость и несвободу. Я не умела быть сама по себе. Однако то, что заприметил Авишай, относилось, видимо, к более глубокому слою моей натуры, которой, даже не отдавая себе отчета, я всегда была верна. Я стремилась следовать своей правде, в результате чего неосознанно подвергала себя страданиям от непринятия другими. Я готова была понести наказание внешнее, но не потерпела бы внутреннего заключения в оковы, когда не давала бы хода своим ощущениям, эмоциям и чувствам.

Я не умела еще смотреть внутрь и оценивала себя, как и все, по внешним факторам, считая, что я несвободна. Однако я думаю, что человек, являющийся несвободным, а значит, не знающим, что такое свобода, вряд ли может действительно осознавать степень своей несвободы, принимая текущее положение дел за стандарт.

Только, пожалуйста, не путайте понятие несвободы с заключением физического лица под стражу. В этом случае речь идет о теле, когда человек, ассоциирующий себя с ним, понимает, что находится в неволе, сетуя об утраченной свободе перемещения и ублажения этого тела. А моя книга – о внетелесном, о дыхании жизни. И свобода тут – это состояние внутренней открытости, независимости, честности и верности, прежде всего, самому себе. Так вот, тот, кто несвободен внутренне, не дышит вольно, он даже и в самой демократичной демократии будет заложником – своего состояния. Не зная силы самовыражения, не испытав независимости от любых факторов, он ни за что не ощутит своей несвободы, так как просто не ведает иного. Полагаясь на внешние дозволения его физического тела, как показателя свободы, он и не задумается о своей неволе. И в этом разница. Ведь руководить можно чьим-то проявлением на материальном плане, но никто не в силе запретить или навязать что-то нашему истинному существованию.

Моя любовь к свободе тогда мне была еще неизвестна, даже несмотря на то, что она активно манифестировала себя в моменты угрозы установления передо мной неких рамок и контроля.

Я даже не подозревала о своем свободолюбии, напротив, начав пытаться разбираться в жизни, я знала лишь о своей сильной зависимости. Я видела, что мой внутренний мир реагировал на внешние события, и, естественно, чем больше привязанность, тем сильнее я переживала, пребывала не в духе.

Такое характерно всем – быть подвластными влиянию эмоций от неудовлетворения потребностей. Как говорят психологи, людям свойственно переносить отрицательные эмоции с одной нерешенной и неосознанной ситуации на другую, создавая тем самым конфликты. И раз уж психологи этому учат, значит, умение осознавать происходящее не само собой разумеется. Но, как говорит Сая*, я всегда умела определить первопричину, потому что, видимо, осознание у меня было даже до того, как я поняла, что оно появилось.

Прямолинейность – это показатель свободолюбивой личности. Ведь беспокоиться о том, что ему говорить, как его поймут и что о нем подумают – это заключение собственной воли. Я на этом не заморачиваюсь. Я позволяю себе выражаться прямо, открыто, искренне. Позволяю ли? На самом деле, даже не позволяю, а оно само собой так и происходит. В этом и есть свобода. Именно за искренность и прямолинейность однажды хвалила меня моя школьная подруга Ира, поздравляя с днем рождения, что запомнилось на всю жизнь. Она говорила, что в том моя особенность, за то она меня ценит больше других, что я всегда скажу правду, не стану вилять в неуверенности и искать оправданий от боязни постоять за сказанным, выраженным мнением. Со мной всегда можно посоветоваться, так как я не скрою под красивыми, но лживыми словами то, как она на самом деле выглядит, идет ли ей платье, достаточно ли хорошо она что-то сделала. Я всегда скажу, как есть, раз меня спрашивают. Признаться, такое поведение немного выбрасывает меня из общества. Не всегда и не всем нужна правда. Вот и приходится балансировать между естественным потоком правдолюбия, текущем во мне, и тактичностью, дабы не крушить стандарты общества.

Да, такое поведение у меня всегда проявлялось само по себе. Видимо, это и есть одно из оснований, на которые Авишай и опирался, называя меня свободолюбивым и независимым человеком.

И я возвращаюсь к мысли, что только познавший свободу может говорить о себе как пленнике. Это пленение жизнью. Тюрьма, заточение. Это ощущение безвыходности. От своего воплощения никуда не деться. Когда приходишь к такому осознанию, тогда вдруг начинаешь интересоваться жизнью, стремиться понять ее. Вся суета сует кажется нескончаемым бессмысленным потоком, и ему уже особо не принадлежишь, так как осознал его и способен смотреть со стороны. Однако оказаться вне этого потока тоже не можешь, а потому чувствуешь себя пленником. Вот такой каламбур получается: познав свободу, осознаешь заключение. Освобождение, известное как результат просветления, не так очевидно. Куда проще было бы не понимать, что происходит, и продолжать жить иллюзиями. Но, увы, посещаемые осознания нельзя остановить или повернуть вспять. Остается только внимать открывшимся элементам истины и стараться познавать новые, так как остановиться на достигнутом – значит подписать себе не то что пожизненное, а вечное заключение.

Как бы я ни любила жизнь за ее невероятную насыщенность событиями, так четко подобранными в нужное время и в нужном месте для определенных людей, каждый из которых получает в одной и той же ситуации свой опыт, давит ощущение утомленности от неизбежного однообразия. Ведь, понимая, что происходящий момент, на языке очевидных проявлений форм значащий якобы что-то радостное, на самом деле не меняет ничего в жизни, и заряд положительных эмоций от него неизбежно временный. Возникающие переживания – пусты, они построены на иллюзии, что что-то хорошо. Однако, это «хорошее» вскоре уже не имеет больше значения и становится обыденным, если вовсе не позабытым, а на смену приходит «плохое». Негатив происходящего тоже вызывает эмоции и переживания, на них тратишься, выкладываешься, пытаясь разрешить проблематичный вопрос, повлиять как-то на события – а толку? Так или иначе и это пройдет, но ведь не навсегда: «плохое» снова придет уже в другом проявлении форм, после чего-нибудь очередного «хорошего». Зная о непостоянстве вещей и процессов, уже не полагаешься на них, как реально значащих что-то важное в жизни, а просто остаешься свидетелем. При таком раскладе я вижу неизбежное однообразие, и оно, признаться, утомляет, но выхода нет.

Ничего не остается, как продолжать жить и наблюдать происходящее, и пытаться понять, что оно значит, какую ответственность налагает, почему появляется в моей жизни, о чем говорит, что собою несет. Это именно то, о чем нормальные люди не заморачиваются и считают лишним копанием, когда попадают на таких, как я. Однако я и мне подобные иначе не могут, мы чувствуем бренность бытия, заточение в тюрьме и ищем понимания сути происходящего, словно чтобы вызволиться.

Скорее всего, мое описание слишком абстрактно и неполно для пояснения, почему приходит ощущение заключенности, тому, кто сам его не ощущает, а всецело живет происходящим в виде воплощенных форм и событий. Просто попытайтесь представить, как смотрит старшеклассник на первоклашку с осознанием иллюзорности его первого восприятия и отношения к школе. Воздушные шарики, красивый рюкзак, цветные картинки в учебниках и контрастная ситуация драки с обзывающимся одноклассником – все это хорошее и плохое столь актуально для него, и кажется, что это и есть жизнь! Однако впечатления возникают от событий, и их будет еще много за предстоящее время обучения: одна иллюзия порадует, хоть окажется и ложной в восприятии понимания, какова на самом деле учеба в школе, а другая огорчит. И нет смысла вовлекаться в ту или иную ситуацию и упиваться ею, так как она лишь фрагмент общего течения жизни. И если, будучи старшеклассником, мы можем посмотреть на известные нам по своему опыту этапы жизни со стороны и не вовлекаться в них со всей серьезностью, то будучи осознанным, мы не ждем прохождения времени, прежде чем увидим бренность бытия в моменте происходящего.

В каждый момент я наблюдаю за игрой со своим участием, ощущаю ответственность за восприятие и реакцию, осознаю взаимосвязь с продвижением на Пути и нередко понимаю, как еще далек от меня выход со сцены, освобождение от неосознанной игры жизни. А значит, произойдет еще много всего, и раз за разом от меня будут требоваться присутствие, осознанность, такие качества, как несопротивление, принятие, доверие. И каникул не жди! Не будет и минуты, не требующей осознанности. Снова и снова необходимо смотреть на все происходящее, ощущать свои радости, надежды, тревоги, недовольства и помнить, что это – игра форм, и смысл ее не в самом происходящем: кто кому что сказал, дал или забрал и так далее, – а в том, какие реакции это вызвало у меня и как я себя проявила. Каждое мгновение приходится жить, словно двойной жизнью, играя свою партию на сцене, где настоящие эмоции не те, что показывают герои пьесы в рамках обыгрываемой ими роли в спектакле, а те, что передаются в зал.

Попробую привести пример, чтобы пояснить свои, наверное, столь непростые к восприятию высказывания, или чтобы еще больше запутать.

«На сцене» – ситуация на улице. Мама строит гневное выражение лица и грозно машет рукой своему ребенку, в азарте подбегающему к проезжей части: «Не смей выбегать на дорогу, не посмотрев по сторонам!». А в сердце у нее – любовь и забота. Она играет строгость, а в зал, то есть к ребенку, на самом деле передается посыл не столько злости, сколько внимания. Он – зритель, она – актер. В то же время испытываемые ею эмоции это: беспокойство, тревога, ответственность, любовь. Так вот не нужно верить в маму, дорогу, машину, ребенка, проблему. Все эти понятия не дадут нам ничего для освоения жизни. Если позволить себе не фокусироваться на понятии сути, а рассмотреть в данном примере жизнь, как сцену, то реальность – это не машина, а, скажем, опасность, которую она несет в данном случае. Ребенок – это не он реальность, а аккумулирование опыта в его воплощении. В случае дороги не она сама реальна, а возможность происходящего, как опасности (машины) и потенциала опыта (ребенка) в случае их пересечения. Ребенок может получить осознанный или неосознанный опыт, прислушаться к совету (матери) и воспринять любые другие факторы или нет, отторгнуть или принять.

Игрок не может не играть свою роль. Ситуация происходит, будет то или иное следствие происходящего на улице. Важно понять, распознать среди ролей и декораций суть происходящего, его смысл и потенциал. В этом кроется истинное проживание жизни.

И все бы хорошо, если бы речь шла о школьном опыте или о происходящем на сцене театра, но я ведь говорю о жизни. В случае чего ее не избежать, как любого из этих примеров, где я пытаюсь раскрыть цикличность и бренность происходящего, что и создает ощущение тюрьмы. Это тюрьма свободного человека, когда он уже не подвластен иллюзиям жизни, способен распознать суть в момент происходящего и видеть в этом проявление Истины. Этот человек понимает, но пока еще не умеет воспользоваться пониманием и освободиться, а оттого и чувствует свое заточение.

ГЛАВА 12. Свобода

ЧАСТЬ 1. Путь к свободе

Я не спешу к конечной цели, так как цели истинные рождаются каждое мгновение.

Упомянув в предыдущей главе свободу, но поставив акцент на противоположном ей понятии заточения, сейчас я все же хочу полностью раскрыть ее прямое значение в моем видении.

Еще в начале путешествия свобода ярко заявила о себе, словно вознаграждение за решимость оторваться от стаи и последовать за неким интуитивным зовом в неизведанное. Прежде я толком не понимала замысла прерывания обычного течения жизни, для чего я оставляю работу и привычное общество и отправляюсь в странствования. Однако ощущения всего одного дня в МБП в полной мере раскрыли мне смысл. Вспоминая напор переживаний при осознании своей свободы, о чем и пойдет речь в этой главе, я вижу тот опыт настолько мощным, что могла бы допустить и завершение путешествия на нем, чувствуя довольно полновесное обоснование ранее предпринятых шагов. Ведь на уровне эмоций случилась словно кульминация, дающая развязку задуманному прежде.

Вот я стою на горе с распростирающимися вдаль видами на долины Гималаев, и ветер, как неотъемлемая часть проживаемого момента – ведь в нем проявление и вольного духа, и силы, и перемен – развевает мои волосы и свежестью облегчает ощущения тела, разгоряченного от сотни метров подъема в горку. Невероятной силы жизнь происходит со мной в эти моменты, когда я, пройдя даже не слишком сложный путь в горах, уже открыла новые высоты и что-то новое в себе, и это – ощущение свободы!

В тот день утром я проснулась какой-то недовольной. Прежде чем лечь спать предыдущей ночью, я писала пост о том, что, вот теперь, спустя месяц, я определенно продолжаю свое путешествие. Ведь, начиная его, я не знала, как пойдет, и предполагала, что все может обернуться скорым возвращением назад. И затем мне приснилось, что я просыпаюсь дома в Беларуси и не могу понять, как же я там очутилась, если приняла решение продолжать. Такое недоумение мне доставило большой дискомфорт.

Да и предыдущий денек был не из легких с сумасшедшим столпотворением на фестивале всех богов. Желая избавиться от неприятного ощущения, я поднялась на крышу дома, выходя из замкнутого пространства в открытое. В индийских городишках это максимум 3 этаж, но уже и оттуда открывается вид на гору, куда я собиралась пойти в трек с моим новым местным другом Винодом.

Находилась я в городе Куллу, куда приехала на фестиваль богов. Само празднование представляло собой танцы священных статуй, которые на носилках переносят на своих плечах добры молодцы, раскачиваясь во все стороны от вакханалии, якобы устраиваемой этими самыми статуями-богами. После 2 ночей, проведенных в дешевой гостинице города, мне посчастливилось переселиться к отозвавшемуся по системе каучсерфинг* молодому парнишке. Он оказался свободным на ближайшие дни и предложил мне прекраснейшую программу по исследованию местной жизни.

Стоя на крыше, окидывая взглядом цель наступающего дня, в поиске поддержки духа я воззвала к энергии солнца, взошедшего еще не очень высоко и остающегося приятно мягким. Вместе с тем я проговорила про себя аффирмации на этот день и, в общем и целом, освеженная вернулась готовить омлет на завтрак и блинчики с бананом для пикника. При имеющихся возможностях я с радостью кулинарила во время МБП, радуя ютивших меня хозяев.

Мой хост* Винод – студент, работающий на полставки, живущий отдельно от своей семьи, что в Индии встретишь не так часто по причине семейных устоев. Он из моих, из ненормальных, выпадающий из общества из-за поиска некоего высшего смысла бытия, ценящий качественное общение и готовый отдать последнюю рубашку для помощи другу. Вот и в автобусе, который повез нас к подножию горы, Винод, как мужчина, заплатил за мой билет. Мне было неловко: он простой студент, живущий небогато, но с другой стороны, я чувствовала некую свою миссию в том, чтобы согласиться. Нам предстоял подъем вверх, метров на 400, чтобы достичь желаемого пункта назначения. Но когда ты в путешествии, конечная цель никогда не является главной. Основное – то, что происходит в дороге, и оно нередко куда более насыщено опытом и переживаниями, чем итог. И в этом и есть жизнь, и принципы путешествия в ней применимы как нельзя лучше. Может быть, именно ради пути и стоит ставить цели…

Я люблю красивые виды природы, кроме того, в странствиях меня всегда интересовал местный уклад жизни, и Винод знал, что мне предложить! Поднимаясь по тропинке, протоптанной местными жителями на откосных склонах горы, я изумлялась великолепию мест, где эти люди родились, живут и, наверняка, там же и умрут. Подумать только – вся жизнь тут! В мире, из которого пришла я, многие офисные работники проводят большую часть своего времени в заточении стен, за что им заплатят. А чтобы хватило сил на выживание духа, им приходится периодически совмещать основные задачи своего физического существования с тем, чего просит душа: хотя бы с просмотром фотографий в интернете, виды которых завораживают своей натуральной красотой. А я – здесь. Между двух миров. Я – представитель тех, кто мечтает побывать в этих местах, и я с теми, кто даже и не знает иного.

Я не спешу к конечной цели, так как цели истинные рождаются каждое мгновение. Вот я заметила женщину, несущую за спиной охапку дров, перевязанную веревками.

Я же не могу пройти мимо, не прожив этот момент, который ни за что и никогда не мог бы случиться в моей жизни, не приди ко мне ненормального решения отправиться в никуда! На женщине наряд традиционного пошива, на голове повязан платок, а каковы ее лицо, взгляд, реакция на меня – белую иностранку! Столько всего в этом кусочке жизни! С ней шла девочка. Дети в странах Азии – это отдельный мир! Невольно начинаешь любоваться их колоритной яркостью, игривостью, искренностью реакций. И этот свой мир они нередко вынуждены совмещать с работами наряду со взрослыми.

По дороге дальше, заприметив очередную сцену местной жизни, я не упустила возможности поинтересоваться процессом работы двух женщин с детьми. Они занимались очисткой кукурузы, чтобы высушить ее и переработать на муку. Многие ли из нас знают что-то о кукурузной муке, кроме как о ее расположении на полке магазина?

Яблочные сады, урожай тыкв, неведомая мне растительность, искусно расположенная площадка спортивного поля, ведь вся жизнь этой деревушки – на склоне горы, а чтобы забивать точные голы – необходимо ровное поле! И дома балансируют на откосах. Основание – глина с песком, дальше – дерево, а крыши – камень. Для меня это не просто картинка в музее – я могу подойти и пощупать!

Мой друг Винод легок в общении, и он, ничуть не колеблясь, обращается к жителям и заводит беседу на тему, рождающуюся из моих вопросов об их быте. Вместе с тем мы, несомненно, получим свежей воды и чаю, иногда и с лепешками! Открытость индийцев и их щедрость не знают границ. Чем богаты – тем и рады. Это точно про них!

После очередного перерыва на проживание кусочка жизни местных жителей мы продолжаем движение вверх. Если для Винода трек в гору идет легко и он может запросто параллельно ходьбе разговаривать и петь, то мне же бесконечный подъем, особенно по витиеватым, неровным, отбитым ступеням дается тяжелее, хотя все еще на приемлемом уровне сложности. Отлично поддерживают процесс ходьбы наши нескончаемые беседы на тему бытия, религий, разума, существования, жизненных понятий и принципов. Мы увлеченно обмениваемся мыслями, дополняя идеи друг друга, словно поймали одну волну. И это создает такую идиллию: все вокруг изумляет, а внутри комфорт от того, что меня понимают и разделяют мой мир.

В дороге мы затронули важные для нас вопросы. Путешествие во имя обретения свободы – это еще и заразно! Винод тоже подумывал о подобном, и теперь я поджигаю его интерес своим опытом!

– Я хочу быть всем, я не хочу быть определяемым как что-то одно, – говорит Винод, – для этого мне нужно путешествовать, приобретать новый опыт, освобождаясь от привычного, и узнавать что-то новое.

Вот деревня уже позади, мы в исключительном лоне природы. И мои усилия стоят того! Вокруг – красота: с достигнутой высоты горы виды на долину предстают через верхушки моих любимых деревьев, сосен, основания которых мы миновали, поднимаясь по предыдущему завитку тропы, теперь уже любуясь их кронами. Еще неожиданно встречается группа детишек и лошадок, и все хорошо, и все радует, и тропа становится менее крутой…

– Я хочу освободиться от всего, иметь с собой минимум и путешествовать, чтобы материальное не имело значения, не нужно было ничего приобретать и накапливать… – продолжает рассуждать Винод.

Неожиданно мы выходим на пастбище, словно и не было горы. Дорога становится более пологой, и еще десяток-другой метров вверх по полю, еще десяток слов на обсуждаемую тему, и я чувствую такое облегчение!!!

Мы заключаем: все стремятся к стабильности в жизни, но наибольшие шансы для стабильности связаны с минимумом. Чем больше ты имеешь, тем больше можешь потерять, обнаружить испорченным, устаревшим и так далее. Минимум дает ощущение свободы.

И, переполняемая волной ощущений, захлестывающей меня от накопившихся эмоций, опыта пройденного пути и от удовольствия взаимообмена, я отпускаю происходящее, и долгий нараспев крик – «свообооодааа» – вырывается в открывающиеся передо мной просторы.

После утомительного трека в гору под припекающим солнцем теперь я на вершине, откуда открыт вид на мир на все 360 градусов.

Там наверху ветер освежает потоком, СВОБОДным от любых преград, и происходит кульминация будоражащих душу и разум бесед… Мой мир не может оставаться лишь внутренним, когда его ощущения так же прекрасны, как мир вовне. Мне хочется раствориться в окружающем меня великолепии! Я бегу, я подпрыгиваю, я останавливаюсь и тянусь руками ввысь, в стороны. Я снова кричу. Я не принадлежу себе. Я словно выворачиваюсь наизнанку, чтобы слиться со всем вокруг в ощущении свободы!

На такой полноте переживаний могла бы и закончиться моя история, а также и путешествие, изначально размытое видение которого теперь четко обрело формы и тем самым оправдало риск, предпринятый мною для реализации МБП. Ощущение свободы, восторг от всего сущего! Еще только месяц назад, уходя от всего, что у меня было, я направлялась практически в неизвестность. А это ведь один из самых распространенных страхов человечества – неуверенность в том, что будет потом, отсутствие контроля ситуации. Нередко мы боимся поменять наши привычки, компанию людей, которых назначили своими друзьями, место проживания и в самом распространенном варианте – работу. Если задуматься, мы даже боимся заявить о чем-то нам важном, но как бы противоречащем устоявшемуся порядку вещей, – и все это по причине страха отсутствия понимания, страха за будущее, если своим поведением, словами мы изменим то, что уже есть. Наверное, даже предвидение исхода событий было бы недостаточным для осуществления первых шагов, нам нужно больше – гарантии. Только тогда мы готовы сдаться ощущению, что в настоящем нас что-то не устраивает, только тогда мы согласны отказаться от ненужных вещей и мыслей. Но нет, мы держимся за них, за то, что есть, пусть оно и не нравится, а не решаемся поменять ситуацию. У меня не было ни гарантий, ни четкого понимания о будущей жизни, когда я отправляла в прошлое свое настоящее. Но что я точно знала, так это то, что в ней не будет всего составлявшего тогда мои стандартные будни и не удовлетворявшего состояние души. Нечто влекло меня к изменениям, и теперь оно проявило себя.

Только сейчас я словно освободилась от груза прошлого и по-настоящему принадлежала каждому новому моменту. А все, что было до этого, будто служило подготовкой, тестом на серьезность намерений. И теперь передо мной открылся новый этап путешествия, а, следовательно, и жизни, потому как это стало единым целым. На ум приходит сравнение, будто я хотела учиться в университете и рада была оказаться в его стенах в качестве абитуриента, как оказалось, посещающего лишь подготовительные классы. А теперь я – студент, и могу взять куда больше от университета.

Возвращаясь от метафоры к конкретному случаю, с точки зрения меня-обозревателя сегодня, вскоре я уже больше не была приехавшей в Азию смелой сумасшедшей девочкой, вырвавшейся из оков жизни общества, а стала просто бэкпэкер*-путешественником. Нахождение в неведомых и странных западному человеку обстоятельствах для меня перестало быть сумасшедшим приключением, а превратилось в драгоценную жизнь! Она стала для меня обычной, и все происходящее начало обретать упорядоченный смысл. Хотя, такое видение вещей актуально лишь сейчас, когда я смотрю на «жизнь тогда». Само «происходящее тогда» просто проживалось без названий и описаний, без подбора определения. Было все, что было, случавшиеся одно за другим события, непременно сменяясь и утекая, вовлекали меня все глубже в ход жизни, делая происходящее частью меня и меня – происходящим. Тогда было важно прожить, накопить опыт. Нет, даже не так. Было важно проживать и накапливать. А теперь, имея общую картину, я могу анализировать и делать выводы. Как же прекрасно, что я отдалась потоку и никакие сомнения меня не остановили!

Я настолько рада за себя и так искренне хочу поделиться этим парящим состоянием, что в описании моих переживаний и пониманий мне досадно от ощущения невозможности полноценно передать настоящий вкус таких животрепещущих мгновений. Но чтобы понять, надо самому пережить. Только парящее состояние души способно откликнуться на описание свободы. А я даже теперь, спустя годы, перечитывая свой блог, чтобы освежить воспоминания для книги, ощущаю силу того дня. Читателя, как бы мне этого ни хотелось, из его собственной жизни мне не переселить в мой мир. Да и незачем, ведь у каждого есть свой.

ГЛАВА 12. Свобода

ЧАСТЬ 2. Осознания

Волшебство! Хотя нет, просто жизнь, которая открывается прекрасной, когда мы идем ей навстречу и принимаем ее пути.

В рассказанной мною в предыдущей главе истории я придала значение нарастающему постепенно ощущению свободы, которое вылилось со всей своей мощью наружу при достижении вершины трека мною и моим другом. В этом словно подтвердилась ценность и важность некогда предпринятого мною шага на изменение жизни во имя путешествия. Все сошлось воедино и, казалось бы, подвело итог неопределенности моего странствия, что могло бы уже поставить и точку в моей истории. Однако не тут-то было! Теперь я по-настоящему начала Мое Большое Путешествие, которому суждено было еще продолжаться и продолжаться и нести все больше осмыслений и эмоций. Но пока я хочу остаться еще немного в том волшебном для меня дне, рассказав, что было дальше.

Сперва мы с Винодом восторгались окружающей красотой и чувством свободы, потом фотографировались, чтобы запечатлеть те моменты на будущее, а затем сидели и теперь уже молча глазели вдаль; лежали, прогуливались и снова фотографировали вокруг, посетили храм – это же Индия, и даже на лоне природы на вершине горы, где-то за пастбищем обязательно окажется храм.

Я сидела на краю склона, глядя в сторону долины, где течет река, над которой перемежаются хребты гор, а у их подножия белеют пятнышками крыши домов, а выше всего этого – пышные облака. Ветер и простор создавали желание улететь. Я такая маленькая по сравнению со всем этим миром, но я – его часть, я неотъемлемая составляющая огромной Вселенной. Я это чувствовала. В голову приходили даже не мысли, а отдельные слова: красота (об окружающем), жизнь (о происходящем), любовь (о том, что вызывает столь же сильные переживания), свобода (об актуальном).

Немного поуспокоившись, мы устроили пикничок с заготовленными утром блинчиками и фруктами. После мне хотелось просто лечь и частично спать, частично медитировать, частично раствориться, частично жить. Да, обычно мы стремимся жить на полную, но сейчас я была готова к частичности – чтобы снизить мощность ощущения своего существования, будто бы этот напор лишал меня равномерности спокойствия, отделяя меня, эмоционально перевозбужденную, от размеренного существования всего остального.

Раствориться – и никто, и ничто не нужно! Обусловленности вообще исчезли – вот это и есть настоящее наслаждение свободой духа, когда хорошо вне зависимости от чего-то или кого-то. А ведь еще вот-вот недавно я страдала из-за случившегося с моим планшетом, который упал и сломался, и неимоверно скучала по бывшему попутчику, с ним я провела буквально 10 дней путешествия, но мы затронули важные струны души друг друга, что тоже создало привязанность – и теперь это вдруг безразлично!

Тогда, на вершине горы, я вспомнила и про семью из города Солан, штата Химачал Прадеш, которая одарила меня моим первым уроком МБП, поделившись одним из принципов джайнизма – не привязываться ни к чему и ни к кому, практиковать умение отпускать…

Моему читателю уже известно сейчас то, что сама я тогда на горе еще не знала, – продолжение истории о привязанности с проверкой спустя 6 месяцев. А пока что я нежилась в своем ощущении свободы и рассуждала: «Подумать только, когда-то понятие о привязанности для меня было ново! А жизнь создает все новые ситуации для прохождения уроков, как тот же планшет и расставание с попутчиком». Я задумалась: «Неужели это одно из важных учений, которые заготовила для меня Индия и дала формулу уже в самом начале МБП, чтобы потом регулярно подкидывать задачки для практики ее применения?!». Похоже, что я зрела в корень и была готова к продолжению школы жизни, результаты чего мы увидели позже в ситуации с телефоном. А сейчас я смотрю на себя «в тогда» и улыбаюсь открытиям, которые я делала в своем полудреме, полужизни, полумедитации.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Айсбрейкер – от англ. «icebreaker», дословно «ледокол», что зачастую употребляется в смысле «разбить лед молчания»; фраза, действие или даже игра, направленные на то, чтобы разрядить неловкую ситуацию, в основном при первом знакомстве.

Вернуться

2

Инсайт – от англ. Insight – проникновение в суть, озарение.

Вернуться

3

Карма-деятельность – выполнение работ на благо медитационного центра, как помощь по уборке территории проживания, на кухне и т. д.

Вернуться

4

Гаты – ступенчатые спуски в воды реки для совершения омовений и церемоний

Вернуться

5

Бэкпэкер – от англ. backpacker – путешественнник-рюкзачник, где backpack – рюкзак.

Вернуться

6

Гуру – мастер, учитель, старший, мудрый человек, который, сам достигнув неких духовных высот, наставляет в пути других.

Вернуться

7

Хост – от англ. host – принимающая сторона, хозяин дома. В кругах путешественников, использующих сервис couchsurfing, в русском языке используется версия английского слова, хост.

Вернуться

8

Ашрàм – место проживания мудреца, гуру*, куда съезжаются его последователи для изучения и практики его учений

Вернуться

9

Мантра – звуки, слова или тексты, имеющие резонансное воздействие на тело и психику человека.

Вернуться

10

Пуджа – церемония (религиозного характера) в Индии

Вернуться