Пётр Африкантов
Глиняный денщик

Скудя

(пьеса для младших школьников)

Действующие лица:

С т а р ы й Р о г о – баран, предводитель стада.

С к у д я – глиняная игрушка, волчонок.

Б а б а Л е н а – игрушечница.

Д а ш а – молодая овечка.

Б я ш к а – овца, тётка Даши.

Э м м а – белоголовая овца.

С к а л о л а з – козёл (с колокольчиком).

С о р о к а – птица.

К о г т и с т а я л а п а – вожак волчьей стаи.

Б е л о е б р ю х о – волк.

П а л ё н а я ш к у р а – молодой волк.

Л а р а – волчица.

Сцена первая

Игрушечница баба Лена лепит из глины игрушки и напевает себе под нос песенку.

Как на Волге, на реке,

Девушки тонули.

Пошли в поле погулять

И в копне уснули.

Б а б а Л е н а. Славные игрушки я сегодня из глины слепила, особенно удался мне волчонок. До того забавны-ы-й. Дай – ка я ему на нос пипку прилеплю (прилепляет пипку), вот так, отлично. (Целует волчонка в нос.) Осталось его принарядить. А принаряжать я его буду штампиками. Сейчас возьму колпачок от авторучки, он служит у меня штампиком, и оттисну у волчонка на спинке звёздочки. (Оттискивает.) Вот т-ак. Затем, другим штампиком, оттисну на лобике снежинку. Хорошая глина, податливая, отлично оттиски получаются. Осталось сделать глазки и ротик. (Чего-то ищет, заглядывает за плошку с водой.) Куда же я подевала старый фломастер? Вот старая – голова дырявая. Им я всегда оттискиваю у зверушек глазки. Так-так-так… Куда же он делся, проказник? (Ищет фломастер и находит.) Оказывается, закатился за ножку стула. (Достаёт фломастер и оттискивает волчонку глаза.) Стал ты у нас зрячим, а теперь прочертим палочкой рот. Вот… так. (Напевает себе под нос).

Рыбы во дворе живут,

На прохожих лают.

Корабли в степи плывут,

Верблюдов считают.

Дальше, как и полагается, делаем заливку – берём коричневого цвета жидкую глину, кисточку и закапываем глину в углубления от штампиков. Отлично. Сейчас игрушечники гуашевыми красками подкрашивают оттиски, а я всё по старинке… глинкой. Так мой дед красил и прадед тоже. Зато настоящая традиционная Саратовская глиняная игрушка получается. (Любуется изделием.) Теперь поставим тебя на просушку. (Ставит игрушку на стол, задумывается.) Как же, тебя назвать? Тимошей?… не подходит… Назову ка я тебя «Скудей». Хорошее имя «Скудя», скудельный значит, раньше «скуделью» глину называли, отсюда и глиняные горшки звали скудельными. Вот и отлично! Будешь у нас «Скудей». А теперь пойду, просею глину для новой игрушки. (Уходит, напевая.)

Как на печке на печи-и,

Да горячи кирпичи-и.

Забралися кошки в печку,

И погрызли калачи.

Сцена вторая

Как только баба Лена ушла, Скудя немного постоял на столе и стал осматриваться.

С к у д я. И долго я буду здесь стоять как огородное пугало? Нет, я не огородное пугало и стоять здесь долго не намерен. Кажется, я уже высох. (Ощупывает себя руками.) Вроде бы высох? только я не знаю, сколько надо глине сохнуть? Пока бабы Лены нет, пойду, посмотрю, что вокруг делается? (Слазит со стола, выбирается через окно на улицу.)

С о р о к а ( Сидит на изгороди и стрекочет ). Трак-ке-ке. Куда направился без спроса? Самовольник… Всё расскажу бабе Лене… всё-о-о…

С к у д я (отмахивается от неё и, напевая песенку, идёт беззаботно по дороге, бегает за бабочками, нюхает цветочки).

Я глиняный волчонок!

Я глиняный волчонок!

Мне всё на свете по плечу.

Мой нюх прекрасно тонок,

Мой глаз прекрасно зорок,

Я делаю, что только захочу!

Я захочу и целый мир открою,

Так пожелайте мне ни пуха – ни пера.

И норы я совсем не рою.

И норы я совсем не рою,

Весь этот мир – моя нора!

(Рассуждает вслух.) «Какой я молодец, что ушёл из дома. Конечно, я нехорошо поступил, что не спросил разрешения бабы Лены. С другой стороны надо же мне познать мир, а он такой красивый и всё это я вижу в первый раз!». (Замечает пасущихся на лугу овечек.) Кто это? Похоже овцы. Баба Лена таких же лепила, только они не глиняные, а пушистые. Надо подойти незаметно и посмотреть, что они делают?

Подкрадывается, овечки его замечают и с криком «Волк»!… «Волк»! бросаются в разные стороны, а одна молодая овечка падает в обморок. Волчонок подходит к ней и со словами «Куда же они все разбежались?» щупает у овечки лоб и проверяет пульс.

Лоб тёплый, сердце стучит, значит живая, только совсем, совсем не двигается, значит чуточку мёртвая. Верно, она меня испугалась и упала в обморок. Что же мне с ней делать? (Думает.) Я вспомнил!– когда баба Лена собирается чего-то лепить, а глина подсохла, то она всегда говорит, что глину надо оживить и брызгает на неё водой. Обрызгаю водой овечку и я, как раз рядом есть ручей.

Приносит воды и брызгает на овечку. Овечка приходит в себя, смотрит на волчонка и дрожит от страха.

С к у д я (в зал). Действует. (Обращаясь к овечке.) Кто ты такая и как тебя зовут?

Д а ш а (испуганно). Мы-мы-мы …овечки… Ты меня не съешь?

С к у д я. А почему я тебя должен съесть?

Д а ш а. Волки всегда охотятся за овцами.

С к у д я. Нет, не съем, не бойся. Я ещё не умею никого есть.

Д а ш а (обрадованно). Правда! И ты совсем, совсем не кусаешься?

С к у д я. Совсем, совсем. Я же ведь не настоящий волчонок, а игрушечный. То есть, настоящий, но не совсем. Меня сделала баба Лена из глины.

Д а ш а. Такого не бывает. Мне моя мама говорила, что волки – наши главные враги. Она ничего не говорила, что они бывают не настоящие. А моя мама была умная и очень серьёзная овца. Её в стаде все уважали. И она всегда говорила «Милая Долли, берегись волков, потому, что от них исходят все напасти» – Вот! И потому я тебе не верю. Ты самый настоящий волк, только перекрасил свою шкуру, а может быть даже сделал пластическую операцию, то есть шкурную операцию, чтобы в тебе было трудно узнать настоящего волка. Убирайся прочь.

С к у д я. Зря, ты так.

Д а ш а. Осторожность не помешает. (Отодвигается.)

С к у д я. Я, правда, не кусаюсь. Я этого и делать не умею. У меня даже настоящих клыков нет, а так совсем маленькие. (Показывает.)

Д а ш а. У меня тоже есть рожки, только, тоже очень маленькие их даже не видно, вот потрогай. (Наклоняет голову.)

С к у д я (трогает голову). Точно, два маленьких бугорочка, их из-за шерсти не видно.

Д а ш а. Вот видишь… рожки есть, а бодаться, как и ты кусаться, я не умею.

С к у д я (смущённо.) Знаешь, а ты очень симпатичная Я как тебя увидел, так ты мне сразу понравилась…

Д а ш а. Не прилизывайся. Всё равно не поверю. (Поправляет причёску, прихорашивается.)

С к у д я. Я что, не красив?

Д а ш а (опустив взгляд). И ты мне сразу очень понравился.

С к у д я. Какое у тебя красивое имя «Даша».

Д а ш а. Откуда ты узнал моё имя, тебе, что сорока сказала, как меня зовут? Вот болтушка…

С к у д я. Сама же сказала, что твоя мама говорила…

Д а ш а. А ты наблюдательный. Мне это нравится. Ты не только умеешь хорошие слова говорить…

С к у д я. А меня баба Лена назвала «Скудей». Хорошо, что я тебя встретил…Просто даже замечательно. У меня есть хорошая идея.

Д а ш а. Какая идея?

С к у д я. Давай поженимся. Я делаю тебе предложение. Прошу твоей руки и сердца, понятно?

Д а ш а. Как поженимся? Я так вот просто не могу, мне надо спросить разрешения у стада. У нас так заведено. Я не могу нарушать традиций. Пошли к нам в стадо и спросим старейшин. Пусть они посмотрят, какой ты хороший!?

С к у д я. С тобой – к кому и куда угодно, милая Даша! (Взявшись за руки, идут в стадо, играют, дурачатся.)

Сцена третья

В овечьем стаде.

Д а ш а (кричит издали). Овечки, не бойтесь! Предводитель стада Старый Рого!! Это я, ваша Даша! Со мной тот, кого вы так сильно испугались! Не бойся, тётушка Бяшка! Не бойтесь братики Козя и Луня! Он совсем не страшный! Он мой друг! Его зовут Скудя. (Подходят ближе; овцы с опаской рассматривают волчонка.)

Б я ш к а (всплеснув руками). Точно, это наша Даша! А мы думали, что тебя съели волки. А это кто с тобой? (Удивлённо.) Точно, волчонок! Только чудной какой-то. (Овцы окружают волчонка, нацеливают на него рога, с любопытством рассматривают.)

Э м м а (обращаясь к Даше). Ты зачем привела волчонка в стадо?

Д а ш а. Он мой друг и жених. Я хочу, чтобы он был с нами.

Голос из стада. Он, что, будет щипать с нами травку? Вот учудила…

Д а ш а. Он не будет щипать с нами травку, потому, что он глиняный.

Э м м а. А по мне волк, он и есть волк. И хоть он глиняный, хоть сделанный из мочала, разницы нет… Это надо обсудить с предводителем стада Старым Рого. (Кричит.) Старый Рого! Собирай совет! Будем решать, что с волчонком делать?

С т а р ы й Р о г о. Совет, так совет. (Поднимается на бугор, говорит.) Уважаемые бараны и добропорядочные овцы! Овечка Даша хочет выйти за волчонка замуж и просит нашего на то согласия, то есть, просит принять его в стадо. Мы должны обсудить этот вопрос. У кого какое мнение?

Б я ш к а. Это вопрос серьёзный, здесь замешана любовь.

С к а л о л а з (с колокольчиком на шее). Я не против любви. Только она какая-то уж очень экзотичная. Прости меня Даша, но я считаю, что волкам нет места в стаде. Волки наши враги! Волк волку не друг, а нам и тем более.

Э м м а. Они загрызли моего племянника и мою бабушку.

С т а р ы й Р о г о. Да, немало мы натерпелись от них бед. Потом, он может быть волчьим шпионом. Я такого не исключаю.

Д а ш а (взволновано). Как вы не понимаете! – не тот волк, кто внешне похож на волка, а тот волк у кого безжалостная, не имеющая сострадания жестокая натура, даже если он и имеет вид овцы!! Разве это непонятно!?

Э м м а (обращаясь к Бяшке). Добропорядочная Бяшка, помните, мы пожалели беспомощного волчонка, а теперь он стал вожаком волчьей стаи и зовут его «Когтистая лапа». Твоя жалость взрастила монстра.

С т а р ы й Р о г о. Верно говоришь, Эмма. Было такое, поэтому я призываю овец к бдительности и лучше выгнать глиняного волчонка, нежели смущать им наши сердца!

Б я ш к а. Не путайте кислое с пресным. Нельзя разлучать любящих. Выгонять из одной осторожности, ни в чём не уличив, разве это разумно? (Обращается к Скололазу.) Скалолаз! Ты ведь любишь Дашу и ты против? (Скалолаз опустил голову и вздохнул.)

С т а р ы й Р о г о. Кто ещё думает так же как Бяшка? (Осматривает стадо и не находит поддерживающих.) Как видим, большинство не одобрили твоего поступка, Даша. Я выскажу общее мнение: «Волков хороших не бывает». Верно?! (Раздался хор одобрительных голосов). А теперь стадо просит волчонка, Скудю, покинуть наше месторасположение и отправиться в волчью стаю. Вот там пусть и ищет себе невесту среди серых.

(Бараны подталкивают Скудю сзади рогами, выпроваживают за пределы поляны. Даша порывается идти за ним, но Бяшка и Эмма удерживают её. Потрясённая Даша опускается на землю, Эмма уходит.)

Б я ш к а (присаживается рядом с Дашей, гладит её по голове, поёт).

Мы овцы, знаешь Даша, овцы,

У нас особая стезя;

Мы в мире не первопроходцы

Ни ты – ни я,.. ни ты – ни я.

Задача наша не простая –

Растим густую длинную мы шерсть

И для овец задача то святая

Густая шерсть–овечья честь, густая шерсть.

Ещё, растим своих мы деток,

Ягнятки – милая семья.

А вырастить не просто малолеток,

И уберечь от стужи и дождя.

И уберечь от стужи и дождя.

(Смотрит на Дашу.) Кажется, уснула? Пусть поспит. Успокоится, перетерпится. Как говорится – «Утро вечера мудренее» (Бяшка уходит, Даша спит.)

Сцена четвёртая

В волчьей стае.

Явление первое

С к у д я ( идёт напевая горькую песню разлуки).

Зачем на свет родился я?

Зачем из глины слеплен волком?

Во мне ведь добрая душа,

Кто объяснит мне это толком?

Ну что, наслушались вы ушки (трогает уши),

Облили грязью с головы до пят.

Того не знают, что им без игрушки

Не вырастить порядочных ягнят.

И будет мало на них шерсти;

Без сказки деткам вырастать нельзя.

Я знаю, вы уж мне поверьте,

Ведь сказка она здесь и это Я.

(Останавливается около копны.) Эх, залезу я в эту копну сена и умру в ней, всё равно счастья нет. А когда овцы будут поедать сено, то найдут в нём меня и скажут: «Мы были не правы, Скудя был действительно хороший и что встречать и ценить, живущих на земле, надо не по одёжке и по шерсти, а по тому, какое у кого сердце. (Залезает в сено).

Явление второе

К копне подходят волки. Вожак запрыгивает на копну и осматривается. Волки располагаются около копны.

К о г т и с т а я л а п а. Давай, Белое брюхо, аккомпанируй и запевай нашу, голодную (Белое брюхо, подыгрывая на гитаре, запевает, стая подхватывает, вожак, стоя на копне, дирижирует лапой.)

Живот – барометр удачи,

Живот, когда он пуст – беда.

Кишки гремят, а волки плачут.

Задрать овцу – одна мечта, одна-а ме-чта.

Пусть говорят, что волки сплошь бандиты,

Пусть говорят, что волки наглецы,

У нас звереют аппети-и-ты,

Когда мы слышим блеянье овцы.

(последнюю строку ещё раз поёт один волк на октаву ниже).

Б е л о е б р ю х о (обращаясь к вожаку). Не видишь ли ты, Когтистая лапа, сверху поблизости овец?

К о г т и с т а я л а п а. Не напоминай мне про овец, Белое брюхо, у самого живот подвело. А овцы- вон они, целое стадо, только к ним не подобраться, вокруг открытое место, равнина, ни овражка, когда будешь ползти – обязательно заметят.

Л а р а. Вы хоть и клыки большие имеете, только думать надо головой, а не клыками, а тем более хвостом. Надо придумать, как подобраться к овцам незаметно? Может быть, ты чего посоветуешь, Белое брюхо?

Б е л о е б р ю х о. У нас есть старая овечья шкура. Может быть, попробуем одеть одного из волков в неё и подойти к стаду открыто, под видом отставшей овцы. Помнится, нам это когда-то удалось.

К о г т и с т а я л а п а. Два раза в один и тот же капкан не попадают. Предводитель этого стада – баран Старый Рого. Он знает и помнит этот приём. Придумай что- нибудь поновее.

Л а р а (с упрёком). Я вижу, у вас головы для того, чтобы только уши носить, а придумать что-то путное вы уже не можете.

Б е л о е б р ю х о. Лара, не задирайся. Твой язык как у гадюки. Только нас критиковать умеешь, а самой предложить нечего?

К о г т и с т а я л а п а. Давай, Лара, предлагай, укрепи свой авторитет мудрой волчицы. За последнее время он у тебя сильно пошатнулся.

П а л ё н а я ш к у р а. Его моль подъела, как старую шерсть на холке. Ха-ха-ха!

Л а р а. Не вижу причин для смеха. (Обводит взглядом стаю.) Моё предложение следущее – надо вырыть в этой копне нору, залезть в неё и когда овцы подойдут совсем близко, выскочить и задать им хорошей трёпки.

К о г т и с т а я л а п а. Я всегда говорил, что у Лары мозг изобретателя. Я не знаю ни одного волка ни в Пензенских, ни в Тамбовских лесах, кто мог бы с нею соперничать. Предлагаю принять предложение Лары и начать рыть в копне норы. (Волки начинают рыть в копне норы и обнаруживают Скудю.)

Б е л о е б р ю х о. Тут, кажется кто-то прячется?! Я кого-то держу за шкирку?!

П а л ё н а я ш к у р а. Спорю на сахарную косточку, если это не овечий шпион.

Л а р а. Это резонно. Ведь моё предложение дорогого стоит, а овечья разведка не дремлет. Помните барана в волчьей шкуре. Он нас целый месяц за нос водил, выдавая себя за волка. В результате за месяц мы ни поймали ни одной жалкой овцы… Питались одними мышами и чуть не протянули ноги.

Б е л о е б р ю х о. Вот и он. (Вытаскивает из сена Скудю, рассматривает, удивляется и спрашивает.) Ты кто такой будешь?

С к у д я (боязливо). Я глиняная игрушка – волчонок Скудя.

Л а р а. Видим, что не ягнёнок.

С к у д я. Я ваш брат. Ведь вы тоже волки.

К о г т и с т а я л а п а. Тамбовский волк тебе брат. Гы-гы-гы!

Б е л о е б р ю х о. Не верьте ему, серые. Это овечий шпион. Он только вырядился волком. Посмотрите с виду, как и мы – волк, только почему по его шкуре идут какие-то геометрические углубления в виде крестиков, звёздочек и кружочков?

С к у д я. Я же говорю вам, что я Саратовская глиняная игрушка. Она так декорируется, а эти углубления на мне – штампиковый геометрический рисунок. Этим рисунком я и отличаюсь от других глиняных игрушек, например от Каргопольской или Филимоновской.

Б е л о е б р ю х о (обращаясь к Палёной шкуре). Я что-то про Саратовскую не слыхал, а ты, Палёная шкура?

П а л ё н а я ш к у р а. Говорит, что игрушка, а совсем не похож. Помнишь, Белое Брюхо, мы раз с тобой съели одного игрушечника под городом Аткарском, из Филимоново ехал. У него было много игрушек полосками раскрашенных. Полоска красная, полоска голубая, полоска жёлтая, помнишь, а это ни то, ни сё,… вмятинки какие-то? как будто в него из ружья картечью охотники палили.

С к у д я (раздражённо). Да, Саратовская я игрушка, Саратовская. Сколько раз повторять одно и то же?! А это декор ямчатым называется, он очень древний.

П а л ё н а я ш к у р а. Чего твердишь одно и тоже. Мы волки тоже не из Пензы, а свои Саратовские, разберёмся. Только нам интересно знать кто ты? и зачем сидел в этой копне? Говори, иначе не видать тебе ничего в этой жизни хорошего. (Берёт Скудю за шкирку, трясёт.)

К о г т и с т а я л а п а (добавляет). И самой жизни не видать тоже. Гы-гы-гы!

С к у д я (жалостливо). Я. Я, я… правда волчонок, только глиняный, меня баба Лена слепила и поставила на столе сушится, а я убежал. (Слёзно.) Поверьте мне, серые…

Л а р а. Вы посмотрите, он нам историю колобка рассказывает. Славно. Убежал и встретил на дороге волка. Ха-ха-ха! Вот нахал. Интересно, что ты ещё наплетёшь? Теперь, расскажи нам, как по сусекам был метён, в печку сажен и так далее. Это наш предок на этом опростоволосился, а мы волки цивилизованные, книжки читаем и на твои уговоры не поддадимся. Правильно, серые?! (Волки одобрительно загудели.)

С к у д я. Ни по каким сусекам я не был метён. Глину в овраге лопатой накопали и всё.

П а л ё н а я ш к у р а. Рассказывай нам басни. Одного по сусекам мели, другого лопатой копали, голова кругом. Твоя правда, Лара, нельзя ему верить, он овцами подосланный, поэтому и в копне сидел, чтоб наши разговоры подслушать!

Б е л о е б р ю х о. Не спеши с выводами, Палёная шкура. Если он волк, то должен уметь свирепо рычать, вот так (рычит) Ры-ры-ры!!! А, ну -ка повтори… (Скудя пытается зарычать, но у него ничего не получается.)

К о г т и с т а я л а п а. Белое брюхо был прав. Это овечий шпион. Раз он не умеет рычать, значит, блеет как овца.

С к у д я. Я и блеять не умею.

Б е л о е б р ю х о. Что ты на это скажешь, Когтистая лапа?

К о г т и с т а я л а п а. Разберёмся. Мы волки цивилизованные и будем есть его цивилизованно. То есть, сначала исследуем всё хорошенько. Взвесим все «за» и «против», а потом обязательно съедим. Гы-гы-гы…

С к у д я (отчаянно). Так какая мне разница, исследуете вы или не исследуете, если всё равно съедите. Странная у вас цивилизация. Какая-то волчья.

Л а р а. Такой у нас порядок, по закону живём.

С к у д я. Меня баба Лена не учила рычать, а когда лепила, то учила, чтобы я был совестливым вежливым и умным волчонком.

Л а р а. Умным и вежливым, говоришь? А она говорила тебе, что такое баранина? Ха-ха-ха! И кто же твоя мама, если не секрет? Может быть овца Бяшка?

С к у д я. Я же вам говорю – моя мама игрушечница баба Лена, какие вы непонятливые.

Л а р а. Она из кого, из человеков что ли, или тоже овца?

С к у д я. Она человек. Между прочим, очень хороший и человек и мастер.

Л а р а. Если твоя мама человек, то почему ты волчонок, это непонятно?

С к у д я (раздражённо). Да потому, что я игрушка, олухи вы царя небесного. Сколько раз говорить, что я игрушка, что меня слепила из глины баба Лена, что баба Лена очень добрый и хороший человек и что все игрушки у неё очень добрые.

П а л ё н а я ш к у р а. Что ты всё твердишь о доброте? По мне доброта, хуже воровства.

Б е л о е б р ю х о. Он говорит, что имеет отношение к человеческому роду. А это для волков очень опасно. С людьми нам лучше не ссориться. Ты у нас, Когтистая лапа, насчёт людей и их повадок самый умный, ты столько раз спасал стаю от охотников!!! Как проверить, волк он или не волк, игрушка для забавы волчатам, или кусок дерьма, сделанный людьми, чтобы сбить нас с толку?

К о г т и с т а я л а п а. Подожди, Белое брюхо, не спеши. Он говорит, что глиняный. Вспомните: сколько раз мы ходили в походы, наши тропы были усеяны камнями, мы утопали в песке и тонули в чернозёме. Но это всё было сносно. Самой плохой тропой была тропа не из камней и песка, а из глины после дождя, потому что лапы наши скользили и разъезжались. Даже когти не могли удержать нас на спусках и склонах и мы скользили, кувыркались и падали и редкий, кто из волков мог подняться на глинистую размокшую гору. Мы старались обходить такие участки стороной.

Б е л о е б р ю х о. Ты прав, Когтистая лапа. Ты умный вожак. Только мы не поймём, к чему ты клонишь? ( «Говори суть дела», раздались голоса.)

К о г т и с т а я л а п а. Я и говорю суть дела. Глинистая тропа была для нас хороша, когда она была сухая. Верно?

П а л ё н а я ш к у р а. Совершенно верно!

К о г т и с т а я л а п а. А, когда она мокрая, то становилась бесформенной скользящей жижей, то есть глина от воды становится жидкой. Вот я и предлагаю, поместить шпиона в воду и мы посмотрим, уцелеет ли он, или превратится в глиняную жижу? Гы-гы-гы…

Л а р а (выждав, когда смолкнет смех). Велика ли для нас корысть, если этого шпиона бросим в лужу и он превратится в грязь. А когда лужа высохнет, не станет ли он опять таким же? Мы этого не знаем… Отпечатки наших лап на глиняных тропах каменеют от солнца и очень долго не стираются, правда, Белое брюхо? Глина, размятая нашими ногами, от солнца снова становится твёрдой. И он снова станет твёрдым. Чего мы этим добьёмся? Только время зря потратим.

Б е л о е б р ю х о. Твоя правда, Лара. Только чего ты предлагаешь?

Л а р а. Я предлагаю испытать шпиона огнём. Мой аргумент такой. Разве мы волки боимся воды или грязи? Никогда. А что для нас самое страшное…? Самое страшное, для нас огонь. Палёная шкура это на себе испытал.

П а л ё н а я ш к у р а. Век не забуду.

Л а р а. Лесные пожары попаляют нам шкуру, путники бросают в нас горящими головнями. Шпионов надо уничтожать огнём. Правильно я говорю, братцы? Что скажете?

П а л ё н а я ш к у р а. Умно. Правильно, Лара!! Моя шкура знает, что такое пламя. В огонь его.

Б е л о е б р ю х о. Наше мнение разделилось. Вожак, Когтистая лапа, предложил уничтожить шпиона водой и привёл веские для этого основания. Лара предложила уничтожить шпиона огнём и тоже аргументированно. С обоими нельзя не согласиться. Так что нам делать? Какое решение принять? Может быть, спросим самого овечьего шпиона, от чего он желает принять смерть? Говорят, что последняя просьба перед смертью всегда исполняется. Особенно если выбор не велик и с одним результатом, ха-ха-ха. ( над копной появилась и исчезла голова козла.) Так отчего ты желаешь закончить свою пакостную шпионскую жизнь? (Обращается к Скуде.) От воды или огня? Предлагаем на выбор.

С к у д я (в зал). От воды я точно погибну, сухая глина в воде полностью разваливается. Я это видел, когда баба Лена глину сушила, а потом замачивала водой. А вот с огнём дело иметь не приходилось. У огня есть преимущество. Сжигать будут на костре, а от него дым. Может быть, кто-то увидит, подумает, что лес горит и придёт затушить? Шанс, конечно, есть, но маленький.

К о г т и с т а я л а п а. Так что скажешь? Тебе был задан вопрос.

С к у д я (в зал). Если я выберу огонь, не бросят ли они меня в воду? Народец- то подлый. Надо сделать так, чтобы они обязательно бросили меня в огонь. Попробую обмануть и нарочно выберу воду. Самолюбивая Лара обязательно настоит на своём, то есть на огне.

С к у д я. Я одинаково умру от того и другого, серый разбойник, но зло выбирают всегда меньшее. Так вот я предпочитаю погибнуть от воды.

Л а р а. Моя правда… Этот хитрец хочет, чтобы он намок в воде, потом высох, как моя шкура и стал прежним. Такие хитрости не пройдут! (В огонь его…– закричали волки и схватили Скудю.)

Б е л о е б р ю х о. Я видел на опушке тлеющие угли в брошенном людьми костре, нам остаётся только набрать сухих дров и подбросить в него.

Сцена пятая

Овечье стадо.

Д а ш а (горько). Вы бездушные, бездушные, бездушные. Разве вы не видили, что он очень добрый?

Б я ш к а. У овец, Даша, есть причина сомневаться. Я тебе верю. Но и ты подумай, волки могут притворяться очень добрыми. Разве ты не читала сказку «Волк и семеро козлят»? Там волк тоже претворился очень добрым, и чем это дело кончилось? А в сказке про Красную шапочку… Ты, что не помнишь, как серый разбойник оделся бабушкой и обманул Красную шапочку и бабушку? Этого, дорогая, забывать нельзя. Для этого и книжки пишут, чтобы мы учились, вот. А если б мы не учились, то нас бы давно съели. Так-то милая. Не сердись на стадо. Опыт коллектива многого стоит.

Д а ш а. А если овцы ошибаются? Ведь бывают же в жизни исключения!

Э м м а (вступает в разговор). Похоже, что это ты у нас исключение, дорогая Даша. Тебе что молодых барашков в стаде мало? Вон Курчавый с тебя глаз не сводит. (Обнимает Дашу, говорит ласково, успокаивающе.) Он тебя любит. Женитесь. А мы всем стадом такую свадьбу закатим. Потом у вас появятся детки. И они будут резвиться на поляне с самой сочной и вкусной травкой. Вожак не велит ни одной овце туда заходить, бережёт эту травку для малышей.

(В стадо вбегает Скалолаз. Он возбуждён. Овцы спрашивают, что случилось?).

С к а л о л а з. Ой! Что я сейчас видел и слышал. Глазам и ушам не поверишь!!

Э м м а. Да говори ты толком, а то ни «бе», ни «ме» ни «ку-ка-ре?-ку».

С к а л о л а з. Я днём обронил колокольльчик, а к вечеру пошёл его искать. Какой же я козёл без колокольчика? Как отару с поля вести? Без колокольчика овцы разбредутся кто куда.

Б я ш к а. Говори ты толком.

С к а л о л а з. Дохожу я до копны сена, до той, что на краю поля стоит и – и – и …

Э м м а. Что «и»…? Да говори ты…

С к а л о л а з. А там волки… (Пауза.)

Б я ш к а. Как же они тебя не съели?

С к а л о л а з. Съели бы, как пить дать, съели. Только им не до меня было, они шпиона допрашивали.

Д а ш а (порываясь к козлу). Какого шпиона?

С к а л о л а з. Да нашего глиняного волчонка и допрашивали. Они его за шпиона приняли, он в копне прятался.

Б я ш к а. Как за шпиона? Он же волчонок, стало быть, их породы.

Д а ш а. Да не их породы! Не их,… он обыкновенная глиняная игрушка. Я же вам говорила… (Плачущим голосом.) Они его съедят.

Э м м а. Как же они его съедят, когда он глиняный?

Д а ш а. Тогда разгрызут.

С к а л о л а з. Они хотели его сначала в воду бросить, чтоб размок.

Э м м а. Ах, как это мокро! Мы овцы не любим воду… И что же?

С к а л о л а з. Не бросили. Потащили в костёр, что на опушке леса горел. Люди, как следует не затушили, вот угли и остались (Даша охает и падает в обморок.)

Б я ш к а. (укоризненно, обращаясь к Скололазу и показывая на Дашу). Нашёл о чём сказать. Ну, придумал бы что- нибудь… Дескать, он вырвался… убежал, или лучше вообще ничего бы не говорил… Экие вы козлы. У вас одна извилина в мозгах и то прямая, а ещё про овец говорят, что мы безмозглые.

С к а л о л а з (уходя). Не пойму я этих овец – то волчонка прогоняют, то по нему же слёзы льют, да ещё меня упрекают? Нашли козла отпущенья.

Сцена шестая

Сумерки. Волки носят для костра ветки.

Явление первое

С к у д я (притворно кричит). Не надо в костёр, лучше в воду!

Б е л о е б р ю х о. Ты шпион и предатель волчьего рода. А шпионов и предателей мы поджариваем в костре.

(Вбивают в костёр с тлеющими углями кол, привязывают к нему Скудю, обкладывает Скудю ветками и дуют на угли, чтоб разгорелись. При этом Белое брюхо обжигает немного лапу. Трясёт лапой, прыгает, воет.)

П а л ё н а я ш к у р а. Что, лапу обжёг? Теперь ты у нас будешь не Белое брюхо, а «Палёная лапа». Ха-ха-ха.

Б е л о е б р ю х о. Посмейся мне, а то быстро сменишь имя и будут тебя называть не «Палёная шкура», а «Выдранный хвост» или «Откушенное ухо».

П а л ё н а я ш к у р а. Пошутить нельзя, сразу и драться. (Костёр разгорается.)

К о г т и с т а я л а п а. А ты, Палёная шкура, знай, как шутить. Шутки шуткам рознь. Над одними шутками смеются, а за другие и по зубам дают. А перед охотой, чтоб была удача споём нашу. Запевай, Белое брюхо. (Белое брюхо снимает гитару со спины, играет и поёт, волки подтягивают.)

Мы волки – следуем удаче;

Мы волки – любим есть и пить,

А не своруешь, как иначе?

А не своруешь, как ина-а-че?

Ну, надо же на свете жить.

На свете мы живём с оглядкой,

И своего не отдадим;

Со смертью мы играем в прятки,

Со смертью мы играем в пря-а-тки,

А волк – есть волк, хоть и один.

Волк в поле воин, хоть и одиночка;

Овец пускаем мы на шашлыки

И смерть нам выдаёт отсрочку,

И смерть нам выдаёт отсрочку-у,

Когда во рту горят клыки.

Л а р а (перебивает). Стоп, ребята! У меня идея. (Звучание гитары обрывается).

П а л ё н а я ш к у р а (недовольно). Обязательно тебе, Лара, надо песню испортить. Могла бы и подождать.

Л а р а. Идея не может ждать. Это песню мы можем допеть, а идея она (поднимает глубокомысленно лапу вверх) есть и-де-я-я,.., дурак.

К о г т и с т а я л а п а. Говори, Лара, толком. Сама знаешь – прерывать волчий гимн нельзя, это святое.

Л а р а. Давайте не будем ждать, когда овцы подойдут завтра к копне, а обвяжемся сеном, и сами подойдём к овечьему стаду, а там уж мы с ними посчитаемся.

К о г т и с т а я л а п а. Очень умное предложение. Ты слышишь Скудя? (обращается к привязанному волчонку, тот задыхается в дыму) Завтра от твоих овец останутся рожки да ножки. Они даже и не поймут, как это всё произошло. Ай, да Лара… (Громко.) Волки! Предложение Лары – стопроцентная удача. Ради такого предложения можно и гимн прервать. Давай, Белое брюхо, продолжай (Белое брюхо снова играет, волки поют с особым настроем, воодушевлённо.)

И вот погоня – всё слилось в едино,

Чему не миновать, тому и быть

И если сорвалась с зубов скотина

И если сорвалась с зубов скоти-и-на,

Нам хочется по-волчьи так завыть.

Завыть, чтоб дрожь пронзала тело

И стыла кровь от звуков ледяных;

Мы на одностволку идём смело,

Мы на одностволку идём смело-о,

Убьют ведь одного, а не двоих.

Своих подранков в поле не бросаем,

Укроют дебри нас наверняка,

А в дебрях раненых съедаем,

А в дебрях ранены-ы-х съедаем,

Чтоб выжить стае и наверняка.

Чтоб выжить стае и наверняка.

К о г т и с т а я л а п а (встаёт). Довольно… Завтра трудный день. Пошли, братцы. А ты жарься – овечий шпион. Мы жареное мясо, если ты не глиняный, тоже очень уважаем. Позавтракаем тобой и на охоту, овец драть (уходят).

С к у д я стоит среди пламени, мучается, пытается отвязаться от кола, но у него ничего не выходит.

С к у д я. Как же мне предупредить овец!? Ах, Даша… Даша… Как я устал. ( Обвисает на верёвке, склонив голову.)

Явление второе

Утро. К костру с почти сгоревшим колом и прогоревшими дровами подходит Скалолаз и овечка Даша. Пышет жаром от светящихся углей.

С к а л о л а з (показывает на костёр). Здесь волки привязали Скудю к вбитому колу и развели огонь. Видишь, кол почти сгорел, значит, сгорел и волчонок. Мы все виноваты, что не поверили Скуде, что он игрушка. У нас чёрствые сердца. Из-за нас он пошёл искать друзей среди волков, потому, что мы сказали, что раз ты волк и называешь себя волком, то иди и живи в стае. А он не волк, то есть волк, но в душе не волк.

Д а ш а (скорбным голосом). Прощай, мой друг… прощай, любимый. Ты был лучше всех на свете. Я никогда, никогда тебя не забуду (обращаясь к Скололазу). Давай соберём от костра пепел, положим в баночку и похороним то, что от него осталось.

С к а л о л а з. Мы это, милая Даша, обязательно сделаем, только не сегодня. Угли ещё очень раскалены. К обеду они догорят, остынут и уж тогда. Да и волки могут вернуться. Нам опасно здесь задерживаться…

Д а ш а (тихим голосом, слышатся всхлипы). Я останусь… Пусть они и меня съедят, как съел огонь моего Скудю.

С к а л о л а з. Так нельзя говорить. Пошли… пошли… посмотрела и хватит. А то ещё обожжёшься. Вот костёр остынет, и мы его похороним. (Берёт Дашу за руку и уводит. Идут медленно. Даша скорбным голосом поёт.)

Зачем я встретила тебя?

Твой голос был красив и звонок?

Жила б спокойно в стаде я

Ах, милый глиняный волчонок.

Волчонок, где же ты теперь?

Зачем оставил свою Дашу?

Не жить мне без тебя поверь,

Ведь не было тебя милей и краше.

Явление третье

После ухода Скололаза и Даши к костру подходит волчья стая.

П а л ё н а я ш к у р а. Интересно, хорошо ли зажарился овечий шпион?

Л а р а. Угли ещё очень горячие, можно обжечь лапы. Давайте сначала обвяжемся сеном и перебежками подберёмся к стаду. (Волки начинают маскироваться сеном, собираются в кучу, получилась живая копна).

К о г т и с т а я л а п а. Будем передвигаться короткими перебежками. Держаться кучнее. За мной, серые! (Волки, скучившись, в виде живой копны двигаются к овечьему стаду.)

Сцена седьмая

Явление первое

Овцы мирно пасутся, срывая травку.

Э м м а (обращаясь к Бяшке). Чудится мне что ли? Вроде копна с сеном дальше от нас стояла?

Б я ш к а. Конечно, чудится. Разве копны с сеном умеют ходить?

Э м м а. Конечно, не умеют. Только я смотрю, а она, вроде, опять ближе стала?

Б я ш к а. Долли, посмотри копна с сеном на том же месте стоит? а то Эмму что-то тревожит. (Овцы поднимают головы и смотрят на копну. Копна в это время не двигается.)

Явление второе

К о г т и с т а я л а п а (из копны). Ещё одна перебежка и мы у цели.

Л а р а. Эти вислоухие даже ни о чём не догадываются.

П а л ё н а я ш к у р а. Тише вы… Замерли… В нашу сторону смотрят.

Б е л о е б р ю х о. Как бы не догадались, давай, Когтистая лапа, подавай команду на абордаж. Первых, что ближе к нам, точно утащим.

П а л ё н а я ш к у р а. Я бы вон от той молоденькой овечки не отказался.

Б е л о е б р ю х о. Тут и постарше сойдут, лишь бы голод унять.

К о г т и с т а я л а п а. Помолчи, Брюхо. Надо всё стадо порезать. А вы делите шкуру не зарезанной овцы. Лучше подготовьтесь к последней перебежке. Как только овцы нагнут головы и станут рвать траву, сразу вперёд.

Л а р а. Молодая овечка, не нагибает голову и смотрит в нашу сторону, вот дрянь.

К о г т и с т а я л а п а. Главное не дать себя обнаружить раньше времени (смотрит пристально на Дашу). Ну, нагибайся же… кушай травку, кушай. Чего же ты не нагибаешься паршивка? Нагнись «милая», клыки тебе в брюхо…

Явление третье

Неожиданно к волкам сзади подбегает Скудя. В руках он держит горящую головню и сам цветом как раскалённые угли.

С к у д я (громко кричит размахивая головнёй). Овцы! Это я, Скудя! Копна – это не копна, а волки!

Овцы бросаются наутёк, а волки бросаются на Скудю, обжигают об него лапы, скулят, сено на них загорается, Скудя бьёт волков головнёй. Волки сбрасывают с себя горящее сено и убегают. Остаётся одна волчица Лара, которая не принимала участия в драке. Она не стала сбрасывать с себя маскировку, а просто легла на землю и притаилась.

(Скудя, думает, что он один.) Вот так, серые разбойники! Обожглись на игрушечном волчонке! Потому, что вы неучи и не знаете того, что глина от огня только крепче становится. Да и я этого не знал, пока в огонь не попал. (Садится на камень.)

Л а р а (вальяжно поднимается). Это ты палёных перехитрил, а не меня. Хе-хе-хе. Нет, дорогой, наши ожоги и бегство тебе дорого обойдутся. Теперь ты у нас поплаваешь. Прав был Когтистая лапа насчёт воды… Ты не волнуйся, мы тебя не глубоко утопим. (Трогает Скудю лапкой, не жжётся ли?) Кажется, ты уже достаточно остыл. (Связывает Скудю верёвкой и привязывает к его ногам камень.) Так надёжнее, в колодце совсем остынешь.

Толкает Скудю в колодец, потирает от удовольствия лапы. Оправившись от испуга, к Ларе подходят, поскуливая и зализывая ожоги, убежавшие волки.

Сцена восьмая

Овцы обсуждают случившееся.

С т а р ы й Р о г о. А этот игрушечный волчонок настоящий герой. Он спас наше стадо от истребления. Хитрую ловушку придумали серые разбойники.

Д а ш а. Хотелось бы это услышать не сейчас, а тогда… (Отворачивается, вытерает слёзы.) Теперь уже поздно его хвалить.

С т а р ы й Р о г о. Прости нас, Даша. Мы сильно перед ним и тобой виноваты.

Б я ш к а. Не грусти, милая Даша.

С т а р ы й Р о г о. У тебя, Даша, есть ещё жених, Курчавый. В стаде много и других молодых барашков.

Э м м а. И то, верно. Старый Рого тебе желает только добра и мы все тоже.

Д а ш а. Вот и выходите сами замуж за Курчавого, если он вам так нравится.

Э м м а. И непременно бы вышли, на твоём месте.

Д а ш а. Вот и выходите, а меня оставьте в покое. (Отворачивается, грустно поёт.)

Чего ко мне пристали вы?

Все в стаде мне добра желают.

Дают поесть молоденькой травы

И выдать за Курчавого мечтают.

Спасибо вам рогатая родня.

За доброту, за ласку, за заботу.

В чём виновата перед вами я?

Ах, лучше б дали нам свободу.

Сцена девятая

Явление первое

Волки подходят к колодцу, заглядывают в него.

П а л ё н а я ш к у р а (ехидно). Что, плаваешь? Тоже мне «я Саратовская игрушка… я Саратовская игрушка!»… удивил… Мы то здесь наверху, а ты там… И кому из нас смешнее?

Б е л о е б р ю х о. Не хвались, Палёная шкура. Было бы, чем хвалиться. Не твоя заслуга. Бежал от головни не тише нас. Лучше подёргай за верёвочку, должен уже от воды размокнуть. Вытяни верёвку, посмотрим на этого глиняного храбреца. (Палёная шкура тянет верёвку и вытаскивает мокрого, остывшего, но невредимого волчонка.)

К о г т и с т а я л а п а (удивлённо и зло). Опять осечка. Что же это такое?! Ни в огне не горит…ни в воде не размокает? Что же нам делать?

Л а р а (зло). Давайте его разгрызём. Никогда и ничего не могло устоять против волчьих зубов…

Б е л о е б р ю х о. И то верно, Лара. Даже самые крепкие кости дробят наши клыки.

К о г т и с т а я л а п а. Палёная шкура, ты среди нас всех моложе и зубы у тебя острее. Разгрызи этого глиняного нахала. Ведь тебе приходилось грызть нечто подобное.

П а л ё н а я ш к у р а. Да, вожак, мне приходилось разгрызать самую крепкую и толстую бедренную кость. Я с удовольствием поквитаюсь с этим шпионишкой. Ни у кого нет теперь никаких сомнений, что это овечий шпион? ведь он спас овечье стадо. Мы все слышали, как он кричал и предупреждал овец об опасности. (Раскрывает пасть и кусает Скудю. Раздаётся звук «Крак». Палёная шкура хватается за щёку и выплёвывает зуб.) Мой знаменитый клык. Вау-вау-у!

Л а р а (испуганно). Он точно не глиняная игрушка, а оборотень, потому, как его ни огонь не попаляет, ни вода не растворяет, ни клык не берёт.

Б е л о е б р ю х о. Братцы! Если его шкуру клыки не берут, то каковы же у него зубы?!! Бежим братцы, пока он нас не пошинковал как капусту. Верно, это хитрость, что он пока этого не сделал.

К о г т и с т а я л а п а. Бежим в Пензенские леса! И расскажем тамошним волкам, что в Саратовских лесах появился волчонок – монстр.

П а л ё н а я ш к у р а (на бегу). Может быть сразу в Тамбовские леса когти рвать! Пензенские недалеко, он до них быстро доберётся! (Убегают.)

Явление второе

Овцы ищут Скудю. На переднем плане Старый Рого, овечка Даша и Бяшка.

Д а ш а. Мне бы его хоть один разок увидеть, хоть живого, хоть мёртвого.

С т а р ы й Р о г о. Мы тоже, девочка, все его очень любим, ведь он хоть и волчонок, хоть и игрушечный, но настоящий герой.

Б я ш к а. Я знаю волчьи клыки, ничего не может устоять против них. Мне и бабушка об этом говорила.

Д а ш а. Не говорите… не говорите… не говорите. (Закрывает уши.) Волчьи клыки… волчьи клыки. Только и твердят про эти волчьи клыки. А он жив-жив. Я в это верю…

Б я ш к а. Хотелось бы и мне верить, дорогая племянница, только жизненный опыт мне говорит о другом.

С т а р ы й Р о г о. Я, кажется, чего-то нашёл интересненькое.

Поднимает что-то, рассматривает. К нему подходят Бяшка и Даша.

Д а ш а. Что это такое Рого?

Б я ш к а. Вот сразу видно, что ты очень молодая. Это самый настоящий волчий клык, редкая находка, он украсит наш овечий музей.

Д а ш а (обрадовано). Значит, Скудя им оказался не по зубам. Я же говорила… говорила… говорила!! Мы его обязательно найдём!!

Б я ш к а. Может быть Скудю опять волки бросили в костёр?

С к а л о л а з. Нет, они про воду что-то тогда говорили.

Д а ш а. Давайте поищем у колодца.

Идут, подходят к колодцу и видят связанного мокрого Скудю. Даша сразу бросается к нему, ощупывает, цел ли?

Любимый мой, ненаглядный. Я всю ночь не сомкнула глаз, думая о тебе. Как ты себя чувствуешь? Что ты здесь делаешь? Разве ты не сгорел?!

Б я ш к а (кричит). Овцы! Мы нашли глиняного волчонка!! Идите сюда-а!

С к у д я. Милая Даша. Я жив и почти здоров. Этот волчий сын Палёная шкура очень сильно сдавил меня своими клыками. (Весело.) Я даже думал, что расколюсь пополам.

Д а ш а. Я умерла бы со страха. Как же ты выдержал?

С к у д я. Милая моя Даша. Разве мог я погибнуть, когда у меня есть ты?

С т а р ы й Р о г о. Да развяжите вы его, глупые овцы.

Б я ш к а. И правда глупые. (Развязывают.) Ты такой мокрый, прямо пропитан водой?

С к у д я. Всё хорошо Даша. Мы вместе, опасности позади. (Гладит её по руке, поёт.)

Не будем вспоминать плохое,

Зачем нам в жизни этот негатив.

Ведь главное любимая – нас двое,

А волки это прошлого мотив.

Зачем нам думать о вчерашнем:

Про страх, голодный вой и суету,

Давай хранить очаг домашний

И в жизни воплощать свою мечту.

С о р о к а (подлетает, взмахивает крыльями и трещит). Я всё видела… я всё видела… я всё знаю. Тре-ке-ке… Он герой, он настоящий герой. И очень скромный… Его жгли – не сожгли, мочили в воде – не размочили, пробовали на зуб – поломали клыки. Я всё видела. Тре-ке-ке. Волки его называли «Овечьим шпионом» и от испуга дали дёру в Пензенские леса.

Б я ш к а. Ах, вот почему он мокрый – его опускали в колодец. Ну не мерзавцы же эти серые. (Скудю обступают овцы.)

Голоса. «Ему надо дать самой вкусной травки», «ему надо постелить самой мягкой шерсти, чтобы он на ней хорошо отдохнул и залечил свои раны», «Его надо напоить целебным козьим молоком».

С к у д я. Пожалуй я не откажусь только от козьего молока.

Д а ш а. Почему милый? Разве тебе не хочется полежать на мягкой тёплой шерсти?

С к у д я. Ты забываешь, что я, всё таки, самая настоящая глиняная игрушка, а глиняной игрушке мягкая постель не нужна.

С о р о к а. Игрушкам, которые побывают в огне, в игрушечном царстве присваивается титул – «Керамический». С этого дня, он не просто глиняная игрушка и не просто глиняный волк, а «керамический волк», звучит правда? И теперь он совсем-совсем не боится воды. После того, как Скудя побывал в огне, ему вода не страшна. Только вот баба Лена всегда игрушки, после изготовления, обливает молоком, после этого они становятся блестящими и не боятся пыли.

Д а ш а. У нас у овец пыли всегда хватает. Милый! Тебя, надо обязательно облить молоком. Я сейчас. (Собирается уходить.)

Б я ш к а. Не спеши, Даша, я о молоке уже позаботилась (показывает на бочонок). Скудю опускают в бочонок с молоком, затем вытаскивают. Скудя становится блестящим и ярким).

Д а ш а. Какой ты у меня стал интере-есный.

С к у д я. Как интересный?

Д а ш а. Такой важный. И эти на тебе штампиковые узоры раньше не так выделялись.

С к у д я. Они были мало заметны потому, что я не побывал в огне и закапанная в штампиковые углубления глина не стала от огня коричневой.

Э м м а (подходит). После молочной купели, цвета стали более сочными. Вы такие пригоженькие, что вас впору под венец (радостно улыбается). Какой же ты теперь Скудя? ты теперь не Скудя, а «ЗОЛОТКО», видишь какой у тебя цвет золотистый. Овцы! Давайте Скудю звать «Золотко»!

Д а ш а. (обращается к Скуде, с тревогой в голосе) Ты что так погрустнел?

С к у д я. Я вспомнил об игрушечнице бабе Лене? Она меня поставила сохнуть, а я сбежал без спроса, а это нехорошо. Мне стыдно за такой поступок. К ней надо пойти и попросить прощение. (Расстроен, прижимает платочек к глазам.) Она, наверное, меня ищет.

Э м м а (укоризненно). Разве герои плачут? (Обращается к стаду, с недоумением и иронией.)

С т а р ы й Р о г о (громко). От стыда, Эмма, все плачут. Потому, что это душа плачет. И только из самых чёрствых душ слезу не выдавить. Волк никогда не заплачет, потому что погрязла его душа в злобе и нет в ней сострадания ни к слабым, ни к убогим. Теперь я верю, что Скудя, самая настоящая глиняная игрушка, потому что он умеет переживать. Главное в игрушке, что она умеет сострадать и принимать боль и сердечную тяжесть на себя и не важно, взрослый это или ребёнок, этим она всем и мила.

Овцы уходят, остаётся Бяшка, Скудя и Даша.

Д а ш а (поёт).

Какой же ты хороший,

Какой же ты красивый

Совсем, на волка не похож.

Ты даже очень милый

И ты совсем не серый

Ты, попросту, ты попросту пригож.

Ведь я тебя не знала,

Ни разу не встречала,

Теперь, совсем наоборот.

Ты наш теперь спаситель,

От серых избавитель,

Ты слышишь, как ликует наш народ?

С к у д я (поёт).

Ах, милая барашка,

Любимая рогашка,

С тобою будем мы всегда.

Куда б мы не попали,

Чего б не увидали,

Мы не поссоримся нигде и никогда.

Вместе:

Мы не поссоримся нигде и никогда! (Смеются.)

С к у д я (восторженно). Знаешь Даша! Я самая счастливая глиняная игрушка на свете!

Д а ш а. Почему, милый?

С к у д я. Потому, что у меня есть ты.

С к у д я обнимает Дашу и прижимает к себе. Бяшка накидывает влюблённым на плечи свой платок. Скудя и Даша медленно уходят

Б я ш к а (провожая их взглядом). Я же всегда говорила, что настоящая любовь ничего не боится: ни воды, ни огня, ни клыков, ни каких других напастей! (К ней подходит Старый Рого.)

С т а р ы й Р о г о. Мы все в этом теперь убедились, дорогая Бяша.

Б я ш к а. Счастливые они,.. я рада за них. (Улыбается, глядя им вслед.)

С т а р ы й Р о г о. Я тоже очень рад. Только и мы с тобой, Бяша, ни несчастные. Ты же знаешь, что я одинок и ты тоже. Давай выходи за меня замуж. Хоть мы уже и пожилые, да вместе всё веселее.

Стоят, смотрят друг на друга и не говоря ни слова, поворачиваются и, взявшись под руку, уходят следом за Скудей и Дашей.

Явление заключительное

Выходит игрушечница баба Лена, за ней ковыляет сорока.

Б а б а Л е н а. Вот все и разошлись, чуть-чуть не успела, куда ж мне старой до молодых… ( Переводит дыхание.) Я вот о чём подумала, когда шла: «А не завести ли мне овечек? Это я раньше боялась, шалили в округе серые. Так, наверное, и сделаю». (Уходит негромко напевает песенку.)

Овцы по полю гуляли,

Берегли своих ягнят,

Волки в Пензу убежали

Не воротятся назад.

С о р о к а (в зал). И как это она о глине ничего не сказала? Просто удивительно. Такого раньше никогда не было.

Б а б а Л е н а (останавливается). Вот старая – голова дырявая, забыла сказать. (В зал.)

Я вам вот чего советую – обязательно лепите из глины. Она для всякого здоровья полезная. Ещё я вам по секрету скажу, эту пьесу для вас написал тоже игрушечник, а он толк в глине знает. (Уходит, напевая.

Волки в Пензу убежали,

Не воротятся назад.

С о р о к а. А я чего говорила… (Разводит крыльями.). Вот теперь всё в порядке. А что касается овец. Знаю, как она их заведёт. Сейчас придёт, замесит глины и слепит их десяток, другой саратовских, ямчатых. Малым деткам на радость, а старикам на утеху. Вот теперь конец. Тре-ке-ке-ке!

Глиняный денщик

(пьеска для школьниковпо сказке «Глиняный денщик»)

Воинам 32-й Саратовской

краснознамённой стрелковой

дивизии посвящается

Действующие лица

Русские:

П о л к о в н и к – командир 32-й саратовской дивизии

Ф ё д ор – ординарец полковника, рядовой

С е р ж а н т

С о л д а т

П е т у ш о к – символ саратовского края

Г а р м о ш к а – символ саратовского края

К а л а ч – символ саратовского края

Немцы:

Г е н е р а л Ф о г е л ь – Командир немецкой дивизии.

Б е к к е р – майор, начальник разведки дивизии

К у р т – денщик генерала, рядовой.

Т е л е ф о н и с т

П о с ы л ь н ы й о ф и ц е р

С о л д а т

П о л к о в н и к – командир полка

Полковник – командир полка

Полковник – командир полка

Пояснение: Ординарец и денщик – два разных названия, с примерно одинаковым содержанием в русской и немецкой армиях.

Сцена первая и последняя

Действие первое

Блиндаж. За столом сидит полковник и разговаривает с солдатом, который топит печку – буржуйку. В углу стоит красное знамя. На полке, у стены, разместились реликвии земли Саратовской: глиняная игрушка «Петушок» (мальчик), саратовская гармошка с колокольчиками (девочка) и калач (мальчик). Они весело болтают ногами, хихикают.

Ф ё д о р : Зачем вы их товарищ полковник с собой возите? (кивает на полку с реликвиями). Вам думать надо, а они хи-хи, да ха-ха. Их место в музее, а они на фронте…

П о л к о в н и к: (встаёт из-за стола, ходит по блиндажу) Говоришь, игрушку, гармошку и калач надо в музей отправить? Хихикают, думать мешают… Нет, Фёдор, не мешают они нам ни думать, ни воевать, а вот помогать – помогают. Да ещё как помогают. Когда я на них смотрю – у меня сердце кровью обливается от ненависти к фашистам. В нашей 32 саратовской стрелковой дивизии обязательно должны быть символы родного саратовского края. Мы – дивизия ополченцев. То есть, ополчился народ на врага, до сердешной боли и вышел на бой! Смотри (показывает) – этот калач, он давно высох, но не пропал, его испекла моя мама, а испечён он из нашей саратовской пшеницы; на этой гармошке (показывает) я сам играл на вечеринках. Тех девчат и ребят, которые под неё танцевали уже нет в живых, все погибли, защищая Родину; а этого глинянного петушка (гладит) – слепил мой отец и я вспоминаю, как в него играли мои дети. Эти изделия, Федя, побуждают на подвиг. Глядя на них, в воинах Саратовской дивизии появляется великая сила. А наши враги не понимают этого. Для них это ненужный хлам, который мешает воевать… и больше ничего.

[Пауза].

Ф ё д о р: Извините, товарищ полковник, не подумал.

П о л к о в н и к: (подходит к реликвиям, смотрит на них и спрашивает) Ну, что братцы? Припёр нас фашист своими танками, дальше некуда. А у нас и патроны и гранаты кончаются, что делать? Ума не приложу. Потери большие. Видно нам этот блиндаж не удержать, отступать придётся…

Г а р м о ш к а: А давайте, товарищ полковник, мы к солдатам в траншеи пойдём, поиграем, споём, дух поддержим…

П о л к о в н и к: Это вы хорошо придумали, молодцы. (символы убегают. Слышится игра саратовской гармошки с колокольчиками). Ведь в самое пекло пошли, там головы поднять нельзя, а они там играют и поют… Вот она душа нашего народа!!!

С е р ж а н т: (вбегает) Товарищ полковник!!! Политрука сильно ранило. Говорить ещё может, а трогать и переносить нельзя, умрёт. Вас подойти просит.

П о л к о в н и к: беда одна не идёт, она за собой ещё двух ведёт.

(Сержант и полковник быстро уходят).

Ф ё д о р: (ходит по блиндажу) Кому эта война нужна? Кроме этих фашистов больше никому. Сколько стран захватили, столько людей убили, и вот теперь политрука смертельно ранило… А такой хороший, сердешный человек…

С е р ж а н т: (вбегает и кричит) Танки прорвались!!! Отходим! Немцы здесь будут минута на минуту (убегает)!

Ф ё д о р: Боже ты мой! Танки прорвались… (сворачивает знамя) Хоть вещи полковника успеть взять (суетится, бегает по блиндажу и запихивает что-то в вещмешок. Раздаётся рядом с блиндажом сильный взрыв, Денщик падает, встаёт, хватает вещмешок, бежит к двери. Резко останавливается) Эх, а где же наши символы!? (следует ещё более сильный взрыв, падает посуда, сыпется земля. Фёдор, прижимая к себе знамя, убегает).

[Пауза]

В блиндаж входят запыхавшиеся петушок, гармошка и калач, они возбуждены.

П е т у ш о к: А здорово мы немчуру причесали!!! Когда в пулемётном расчёте бойца ранило, мы патроны подносили!!!

К а л а ч: Лихо получилось! Гармошка играет, пулемёт строчит – Тра-та-та (показывает руками).

П е т у ш о к: Калач бойца перевязывает (обводит глазами блиндаж). Послушайте, а где все? Полковника нет, дяди Феди тоже…

Г а р м о ш к а: Не боись, сейчас придут (усаживаются на свою полку).

К а л а ч: И знамя тоже нет (садится рядом).

П е т у ш о к: Интересно знать, что здесь произошло, пока нас не было?..

Действие второе

В блиндаж входит немецкий генерал Фогель, начальник разведки майор Беккер и денщик генерала. Генерал садится на стул, снимает фуражку). Адьютант: Ставит в угол знамя со свастикой.

Б е к к е р: (ходит по блиндажу, берёт некоторые вещи двумя пальцами и брезгливо бросает) Всё-таки блиндаж русского полковника мы взяли (смеётся). Эти русские бежали от нас только пятки сверкали.

Г е н е р а л: Не надо слишком преувеличивать майор. Это вам не на пользу. Лучше подумайте о том, почему русские так долго и упорно защищали этот клочок земли чуть ли не голыми руками. Об этом следует хорошо подумать. Если мы этого не поймём, то ничем хорошим для нас эта война не закончится (качает головой).

Б е к к е р: Здесь не о чем думать. Русские солдаты – слаборазвитые фанатики. А мы знаем, что ограниченные в своём развитии люди, всегда своенравны и упрямы, как ослы, потому так и сопротивлялись.

Г е н е р а л: Ваш ответ слишком прост, майор. Этому факту требуется более веское подтверждение.

Б е к к е р: (смотрит на полку, где жмутся друг к другу испуганные игрушка, гармошка и калач) А вот и подтверждение моим словам. Ха-ха-ха. Посмотрите генерал на эти музейные экспонаты. Это же отражение русской дикости. Ха-ха-ха! Русский Полковник таскается на фронте с этими побрякушками. Лучше б о гранатах да патронах позаботился. (Подходит к полке вплотную, размышляет). Кому нужна на фронте глиняная игрушка? (приподнимает петушка за гребешок и отпускает) Не понимаю. Детей здесь нет, играть некому (пожимает плечами). А гармошка? Где эти русские только откопали такое уродство (поворачивает гармошку вокруг) Ха-ха-ха! Это у русских называется музыкальным инструментом? У нас Вернер в первом батальоне играет на концертном аккардеоне. А это что? (рассматривает калач) Какой-то зачерствелый круглый хлеб.

К у р т: Этот высохший хлеб, господин майор, у них калачом называется.

Б е к к е р: Вот не знал. Впрочем, и хорошо, что не знал. Зачем знать майору вермахта, как называются бусы в племени Мумба-Юмба. Ха-ха-ха!

Т е л е ф о н и с т: (Входит, ставит на стол телефон, приветствует) Связь установлена, господин генерал.

Г е н е р а л: Соедините меня с командующим армией.

Т е л е ф о н и с т: (Говорит в телефонную трубку) Я Рейн – я Рейн – я Рейн… Как меня слышите? Приём. (Передаёт трубку генералу). Господин генерал! Командующий армией на проводе.

Г е н е р а л: Господин командующий, докладывает генерал Фогель. Высота, обороняемая 32-ой дивизией взята. Я нахожусь на командном пункте русских. Жду дальнейших распоряжений.

К о м а н д у ю щ и й: (Слышится из трубки) Молодец Фогель. Представляю вас к железному кресту. Скоро к вам прибудет мой ординарец с секретным пакетом. В этом пакете и будут мои указания. Вскрыть пакет завтра ровно в 5 утра. (Генерал положил трубку). Курт, завари чай. Мы с майором будем чай пить.

К у р т: Сейчас принесу дров и вскипячу (выходит за дверь. В блиндаж входит посыльный офицер с пакетом).

П о с ы л ь н ы й о ф и ц е р: (приветствие) пакет из штаба армии для генерала Фогеля!!! Вскрыть в 5,00 (вручает пакет, приветствует, уходит).

[Пауза].

Действие третье

На полке с реликвиями слышится тихий разговор.

Г а р м о ш к а: Слышали? Пакет с секретными документами доставили. Эх, если бы нам украсть эти документы и нашему полковнику отдать.

К а л а ч: Хорошо бы, только ничего не выйдет. Пакет в портфеле у генерала, а тот не отпускает его ни на минуту.

Г а р м о ш к а: А что если генерала усыпить?

П е т у ш о к: Точно. Насыпать им в чай сонной травы. Помните, её пил от бессонницы наш полковник. Они уснут, а дальше мы успеем украсть пакет.

[Пауза].

Б е к к е р: Куда-то запропастился денщик. Пойду посмотрю (выходит и тут же возвращается). Господин генерал. Денщик Курт погиб. Вот бедняга. Был солдат расторопный. Я сейчас сам заварю чай.

[Пауза].

П е т у ш о к: Идея хорошая. Тем более у них денщик погиб. Попробую выступить в роли их денщика и поухаживаю за генералом и его офицерами. (Приготавливается к прыжку).

Г а р м о ш к а: (пытается удержать петушка за крыло) Стой, торопыга… (Петушок прыгает с полки и приземляется рядом с генералом Фогелем.

Г е н е р а л: (Удивлён появлением петушка) Это что такое!? Русские игрушки, кажется, начинают оживать?! – и он вопросительно посмотрел на майора Беккера.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.