Наталья Букрина
Многогранники любви

Глава 1

Зимним вечером с высоты птичьего полета город напоминает переливающуюся всеми цветами радуги елочную гирлянду. Искрясь разноцветной россыпью рекламы, причудливыми бликами фонарей и огненными переливами автомобильных фар, новогодние улицы, как и спешащие по ним люди, переполнены томительным ожиданием праздничного застолья. Кто из нас в детстве, любуясь ярким одеянием разлапистых елей, не замирал от счастья в предчувствии грядущего волшебства? Феи прилавков всего за одну ночь превращали заурядные торговые залы в блистающее мишурой дивное царство. Вдыхая головокружительный аромат хвои, мы восторженно замирали у входа в эту колдовскую империю, подступы к которой были уставлены несметными горами подарков и золотисто-рыжих мандарин. Добровольно покинуть манкий игрушечный рай было невероятно сложно, и взрослым приходилось проявлять чудеса изобретательности, чтобы нейтрализовать своих зачарованных чад без видимых для семейного бюджета потерь. Став родителями, мы с легким сердцем впустили в этот ошеломительный мир собственную ребятню, стыдливо умолчав, что ожидание рождественской сказки и сегодня заставляет трепетать наши сердца едва ли не в большей степени, чем на заре туманной юности. В ожидании чуда нет-нет, да и замедлишь шаг у роскошных бутиков, мысленно аплодируя забавным па Санта Клаусов в их витринах…

Извивающаяся потешной змейкой вьюга хороводилась где-то под крышами многоэтажек, беззастенчиво заглядывая в разрисованные стужей окна, но, влекомая порывами легкомысленного ветра, стремительно упорхнула в объятия очередных приключений. Невесомые снежные хлопья плавно кружились в свете уличных фонарей, а из притихших квартир за их пленительным танцем с грустью наблюдали сияющие парадным убранством загадочные лесные красавицы, заполняя пространство вокруг благовонием хвои. В преддверии торжества лица сосредоточенных горожан были переполнены какой-то особой значимостью. Проказник-мороз, томясь от безделья, заигрывал с прохожими, автографом оставляя на их щеках фирменный румянец. Неизбежно приближаясь к полуночи, часы, казалось, ускоряли свой бесконечный бег.

Снег потешно щекотал нос. Настя смахнула его с лица и протянула вперед точеные ладошки, будто с неба летели не пушинки, а кристаллы из самоцветов. Глядя на нее, сгорбленный старичок мечтательно улыбнулся. Эта девушка в расписной дубленке с пушистыми волосами цвета переспелого льна, выбивающимися из-под повязанной поверх них алой накидки, сосредоточенно изучающая замысловатый узор снежинок, на мгновение вернула его в счастливую довоенную юность. А болтающиеся на резинках узорчатые варежки, безошибочно выдающие провинциальную принадлежность своей очаровательной хозяйки, напомнили его собственную возлюбленную. Во всей этой предпраздничной суете юная странница была, пожалуй, единственной, кто никуда не торопился. Поглощенная своим занятием барышня не сразу заметила, что ее плотным кольцом окружила компания молодых людей. Неброский с виду парень, приложив к губам палец, разом установил тишину и засмотрелся на таинственную незнакомку. В излишне суетливой Москве он впервые столкнулся со столь откровенной непосредственностью. «Чую, заарканит она нашего Ваньку, – вздохнул за спиной лидера вихрастый коротышка, но по-дружески протянул руку помощи: – Украсьте собою наш праздник, Снегурочка!» Иван в знак благодарности кивнул приятелю и перехватил инициативу: «Милая леди, а не встретить ли нам Новый год вместе?» Прелестницу огорошило подобное предложение, но, прочитав на лицах студенческой братии миролюбивый настрой, она кротко улыбнулась: «Благодарю за приглашение, джентльмены, но этот вечер уже обещан другим». Озадаченный отказом поклонник сник. «Другим», а не другому», – вернул его к жизни шепот одного из друзей. Подсказка возымела действие. Иван артистично расправил плечи и, пытаясь привлечь к себе внимание, перешел на язык пантомимы. Жестом распахнув куртку, он плавно «извлек» на всеобщее обозрение сердце. Едва не упорхнув, оно вдруг прониклось чувственной энергетикой хозяина и нежно затрепетало в его надежных руках. Чмокнув на прощание виртуальный пульсирующий комочек, юноша осторожно переложил его в озябшую ладошку заинтригованной собеседницы. В ее глазах мелькнуло неподдельное сострадание. Настя даже в шутку не могла позволить бесхозному органу замерзнуть вот так бесславно. Чуть стушевавшись, она тотчас же подключилась к игре. И вот уже реанимированное сердце отчаянно трепещет в нежном кулачке его смущенной обладательницы. Мило щурясь, свободной рукой девушка осторожно согревает его теплом своего дыхания, едва слышно нашептывая, вероятно, весьма значимые слова. Озорная молодежь, слегка озадаченная сентиментальным порывом лицедея, хором озвучивает трепетное биение невидимого для чужих глаз «мотора», приводя прохожих в недоумение и замешательство. «Не передумали насчет Нового года? – с надеждой уточнил «артист» и, склонив в поклоне голову, учтиво представился. – Иван». С хорошенького личика незнакомки исчезло подобие улыбки. Приятели сочувственно переглянулись и поочередно откланялись. Втайне полагая, что знакомство все же получит продолжение, Иван артистично вернул сердце на полагающееся ему место, но, не уловив даже намека на ответную симпатию, бросился вдогонку за друзьями. «С Новым вас годом, Снегурочка!» – прощаясь, выкрикнул он, растворяясь в сумраке переулка.

Настя не ответила и даже не обернулась. Ища глазами вход в метро, она безуспешно пыталась разминуться с коляской молодой мамаши, раненой птицей, мечущейся у входа в ресторан быстрого питания. Болезненный взгляд и скромная одежда женщины выдавали крайнюю нужду. Девушка хотела протянуть страдалице руку помощи, но та, словно загипнотизированная, прильнула к стеклу. Настя проследила за ее напряженным взглядом и оторопела. По залу, сканируя содержимое оставленных на столе подносов, бродила опрятная лет пяти девочка славянской внешности. Тоскливо рассматривая воздушные шары, игрушки и яркие упаковки для еды в руках сверстников, малышка сжимала в ладошке несколько пакетиков сахара и баночку соуса. Беззаботно жующая публика вела себя по-разному. Единицы из сострадания предлагали голодному ребенку угощение. Шепча в ответ слова благодарности, девчушка складывала дары в детскую сумочку и стремительно шла вперед. Основная же масса посетителей равнодушно жевала, не тяготясь присутствием побирушки. Заприметив на одном из столов недоеденную картошку и забытый пирожок, девочка жадно затолкала их в рот. Расфуфыренная девица брезгливо сморщилась и визгливо потребовала в зал менеджера. Предчувствуя финал, пожилой мужчина протянул девочке новенькую сторублевку и подтолкнул к выходу. Обескураженная Настя покосилась на мамашу. Та, глотая слезы, смотрела на дочь с нескрываемой болью. Испуг в ее глазах выдавал нешуточное горе. Светясь от радости, кроха вприпрыжку мчалась по улице, размахивая над головой похрустывающей на ветру купюрой. Благодарно прижав малышку к себе, мать захлебнулась в приступе кашля. Губы наблюдавшей за этой сценой Насти беспомощно задрожали. С трудом справившись с волнением, она лихорадочно нащупала в сумочке кошелек. Ни просить, ни получать милостыню кормящая мать не была готова и при виде подати стремительно ускорила шаг. Одной рукой она напористо толкала коляску, другой волочила за собой дочь, ножки которой от быстрой ходьбы вязли в снежном месиве.

Потрясенная до глубины души Настя долго не могла найти спуск в переход. Борясь с волнением, она беспомощно смотрела вслед стремительно удаляющейся троице. У самого входа в метро ее нагнал запыхавшийся Иван. Скользя по отполированному до блеска льду, он едва держался на ногах, хватаясь то за фонарный столб, то за девичий локоток. Полагая, что молодой человек продолжает дурачиться, барышня нахмурилась.

– Вижу, вы не только талантливый мим, но и клоун. Случаем, не из цирковых?

– Чистой воды технарь, – переведя дух, открестился тот, пропуская выходящих из подземки людей. – Но чудеса уважаю. Вернулся уточнить ваше имя.

– Стоит ли? – находясь в плену недавних впечатлений, усомнилась девушка.

– Уж не откажите в любезности, если это, конечно, не государственная тайна.

– И даже не секрет. Меня зовут Настя.

– Прямо как в сказке: Иван да Настенька.

Невесомые снежинки кружевной вязью роились над головой девушки, покрывая то и дело сползающую шаль замысловатыми узорами. Иван не сумел справиться с искушением и, не спрашивая на то позволения, поправил головной убор собеседницы, невзначай или намеренно коснувшись россыпи ее воздушных волос. Барышня густо покраснела и как-то по-детски отпрыгнула в сторону. Боясь, что она ускользнет так же внезапно, как и появилась, молодой человек интуитивно шагнул следом.

– Надеюсь, в вашем тридевятом царстве не препятствуют мобильной связи? Мы бы могли созвониться и встретиться, к примеру, завтра, часов эдак…

– Не тратьте понапрасну ваше драгоценное время, – сухо оборвала девушка.

Обескураженный столь резким отказом поклонник не сразу нашелся, что ответить. Пытаясь разминуться с ним, Настя шагнула в сторону. Внезапно за спиной Ивана материализовалась элегантная полупрозрачная Фея. Ее великолепную прическу скрывал капюшон роскошного мехового манто, под которым угадывалось восхитительное бальное платье. ««Крестная»», – с восторгом прошептала очарованная девушка. Укоризненно улыбнувшись, волшебница взмахнула серебристой палочкой с крошечной яркой звездочкой вместо наконечника и протянула Насте унизанную драгоценными перстнями ладонь, поверх которой из лунных бликов прямо на глазах изумленной барышни сложилась очаровательная хрустальная туфелька. Заинтригованная финалом подопечная интуитивно потянулась к нерукотворному чуду, но оно в мгновение ока обернулось изящным роем пушистых снежинок. Иван оглянулся, пытаясь определить, что или кто вызвал в его собеседнице столь живой интерес, но не заметил ничего примечательного. «С вами все в порядке?» – растерянно уточнил он. «Не могу вспомнить, откуда мне знакомо лицо этой прекрасной дамы», – задумчиво призналась Настя. Иван снова обернулся, но так никого и не заметил. Не желая расставаться, он предложил:

– Не можете завтра, давайте встретимся позже. Признаться, я и сам буду в отъезде.

– Вынуждена вас разочаровать – я в Москве проездом, всего на пару часов.

– Может, поделитесь номером своего мобильника?

– А мне это баловство без надобности!

Тотальное невезение едва не выбило почву под ногами Ивана. Собрав в кулак остаток воли, он попытался отшутиться:

– Сожалею, что ваша галактика пренебрегает данным видом связи, – и совсем уж от безысходности предложил: – Есть подкупающее своей новизной предложение: обменяться адресами! Мой космолет прибудет в любой уголок Вселенной за считанные часы.

– Мне милее сказочные гуси-лебеди или ковер-самолет, – выкрикнула барышня, растворяясь в плотном пассажиропотоке.

«Ва-ня! Ва-ня!» – нетерпеливо скандировали из-за угла приятели. Парень проводил беглянку прощальным взглядом и нехотя поплелся им навстречу. Внезапный порыв ледяного ветра едва не сбил его с ног. Втянув голову в плечи, молодой человек поднял воротник и сунул озябшие ладони в карманы. Искрящийся минутой назад мир разом погрузился во мрак: девушка его мечты – а Иван не сомневался, что Настя именно из этой категории – к его великому сожалению, не оставила ни малейшего шанса на удачное продолжение разговора. Впервые отважившись на уличное знакомство, он получил решительный отказ. Остатки настроения улетучились вместе с незнакомкой. Ну и о каком празднике теперь могла идти речь?!

Вопреки разгулявшейся непогоде город не унывал. Праздничное настроение витало в воздухе и стремительно набирало обороты. В витринах фешенебельных магазинов вокруг искусственных елок за компанию с отечественными зайками-мишками водили хороводы малообаятельные заграничные персонажи. Казалось, в нарастающей праздничной феерии мелькало и кружилось все живое и сущее. По тротуарам сновали люди, увешенные красочными новогодними пакетами. Бегущая строка огромного табло ослепительно сверкающей в свете неоновых реклам многоэтажки ежеминутно предупреждала, что до встречи Нового года осталось чуть меньше пяти часов.

Из автоматически отворяющихся дверей известного торгового центра статные молодцы в ярких комбинезонах бережно вынесли разнаряженную до умопомрачения ель, несколько десятков ярко упакованных свертков и ловко загрузили в безразмерный багажник дорогущего внедорожника, услужливо распахнув перед владельцем дверцу авто. С сияющими от распирающей их собственной значимости лицами бригада застыла в надежде на достойное вознаграждение и не ошиблась в своих ожиданиях – состоятельный гражданин, небрежно швырнув на сидение барсетку, отвалил щедрые чаевые. Выпорхнувшая из полутемной арки востроглазая старушка в старомодной шали поверх шапки-таблетки при виде внушительной пачки денежных купюр потеряла дар речи и спешно перекрестилась. Бизнесмен учтиво поприветствовал ее и с готовностью отстегнул пару новеньких пятисоток: «Прими, мамаша, от души! С Новым годом тебя». Сунув подаяние в изрядно потрепанную муфту, осчастливленная пенсионерка с разинутым от удивления ртом спешно засеменила к бакалее. Спустя несколько секунд она осторожно выглянула из дверей и, убедившись, что деньги у нее никто отнимать не собирается, выпалила на одном дыхании: «Благодарствуй, сынок! Дай бог тебе здоровья и достатка!» Осоловевший от собственного величия толстяк пробасил в ответ что-то вроде «…и тебе не хворать, старая!», ловко запрыгнул в авто, и величественно процедил водителю: «На Николину гору!»

Настя перебежала на противоположную сторону улицы и на мгновение застыла перед манекенами на витрине. Скользя пальцем по влажной глади стекла, она обводила силуэты новомодных изысков, с удивлением заметив, что те до неприличия безвкусны. Даже продавщицы бутика, по ее мнению, были одеты с куда большей фантазией и изяществом. Рядом с девушкой неуклюже топтался заметно подуставший мужчина в куцем колпаке и изрядно поношенной курточке Санта Клауса. Кивнув на соседний обувной салон, над входом в который серебристыми лампочками был выложен контур элегантной дамской туфельки, он попытался привлечь внимание прохожих подшофе:

Заходи скорей, народ,

Примеряй ботинки,

Покупай под Новый год

Обувь за полтинник.

Метнувшись к Насте, зазывала пригласил ее внутрь, но девушка решительно обогнула его, резко прибавив шаг. Заметив толпу зевак, мужчина бросился им навстречу, громко выкрикнув нехитрый слоган, но был остановлен грозным взглядом одного из прохожих. Затоварившаяся на дармовщинку старушенция выпорхнула из соседнего магазина с переполненным пакетом и связкой бубликов поверх видавшей виды шубейки и, вслушавшись в незамысловатые вирши Санта Клауса, с вызовом прокомментировала: «У вас за полтинник и шнурков-то не купишь, Дед Мороз хренов». Мужик не на шутку разобиделся и в запале наклонился к газонному сугробу, а когда выпрямился, был отброшен ударом снежного кома в лицо прямо к окнам своей торговой точки. Он взвыл от боли и досады, а бабка, отряхнув прохудившиеся рукавицы, подхватила увесистые пожитки и резво засеменила к подворотне. От неминуемой мести ее спасла притормозившая у магазина элегантная иномарка. С пассажирского сидения степенно шагнул статный мужчина лет тридцати в брендовом пальто нараспашку. Его густая цвета вороньего крыла шевелюра резко контрастировала с белоснежным, тончайшей работы атласным шарфом. Точеное лицо покупателя было до неприятия слащавым и демонически притягательным одновременно. Проводив взглядом пенсионерку, он бросил взгляд на взъерошенного зазывалу и ехидно прокомментировал:

– А бабуся-то еще тот снайпер.

– Карга она старая! Шапокляк проклятая! – с досадой выпалил лицедей, стряхивая с лица снег, но, спохватившись, вежливо пригласил: – Господин хороший, не проходите мимо! В нашем магазине вы найдете самый лучший подарок для своей возлюбленной!

– А если таковой нет?

– Как пить дать, появится! – с готовностью заверил Санта Клаус. – Сегодня ведь особенная ночь! Купите новинку сезона – туфельки для Золушки – и убедитесь, что без чудес не обойдется. К этой обуви девушка обязательно найдется! – удачно срифмовал он.

Незнакомец недоверчиво усмехнулся, но возражать не стал. Входные двери бутика плавно распахнулись перед ним, окатив стойким запахом натуральной кожи. Продавщицы в костюмах Снегурочек, профессиональным взглядом оценив достаток клиента, услужливо бросились к нему с дежурными словами приветствия.

– Заглянув к нам, Вы сделали правильный выбор! – кокетливо улыбнулась блондинка.

– Я пока ничего не выбрал, – остудил ее пыл гость, задерживая взгляд на оленьей упряжке, в санях которой были выставлены новинки сезона.

Девушки безмолвно двинулись следом, но потенциальный покупатель деловым жестом остановил их. Блондинка обиженно хмыкнула, вернувшись к кассовому аппарату. Брюнетка схватила кусок бархата и принялась нервно полировать попавшие под руку лакированные ботильоны. Из кармана посетителя донеслась популярная мелодия. Он небрежно извлек мобильник и упрекнул невидимого собеседника:

– Стас, только ведь расстались!

– Забыл шепнуть, дружище, что у Никуши на тебя особые планы. Кстати, ты где?

– Надо думать, в Лапландии, – любуясь собственным отражением в стеклянных глазах оленя, задумчиво произнес Вадим.

– Я серьезно.

– Я тоже.

– Короче, на карнавале жди сюрприза. С тебя презент.

– Кому из вас?

– Прекрасной незнакомке, – многозначительно хихикнул Стас и уже менторским тоном заметил. – Своим пристрастиям к виски я не изменяю. Как, впрочем, и женщинам.

Вадиму захотелось выдать в ответ что-нибудь колкое, но он вдруг заметил кружевную подушечку в центре саней и неожиданно для себя замер на полуслове. Переливаясь всеми цветами радуги, из небольшой бархатной коробочки выглядывала миниатюрная хрустальная туфелька. От захлестнувшей его волны нежности даже защипало в глазах: чудная вещица была точь-в-точь похожа на ту, из детства. Казалось, школьные годы давно канули в Лету, а память нет-нет, да и полыхнет пепелищем первой любви.

– Ты чего завис? – посетовали из трубки. – Э-эй, есть кто на связи?

– Дух Казановы! – огрызнулся Вадим.

– Надеюсь, она не блондинка? – настороженно предположил Стас.

– А хоть бы и так.

– Не наступай дважды на одни и те же грабли!

– Забей!

– Как обычно, 90-60-90?

– Скорее Дюймовочка, – с вызовом интриговал сердцеед.

– Вадик, это уже статья.

– Не парься – я о туфельке. Хрустальной.

– На кой она тебе? Золушки нынче не в моде.

Вадим сунул телефон в карман и потянулся к башмачку. Невзначай рукав его пальто коснулся бархатного постамента, на котором покоилось хрустальное совершенство. Туфелька слегка накренилась и медленно поползла вниз. Как и двадцать лет назад, эта коварная вещица упорно избегала его рук.

Глава 2

Окна трехэтажного здания банка с громким, у всех на слуху названием, красноречиво свидетельствующим об имперских замашках его влиятельного владельца, стремительно гасли одно за другим. Резные массивные двери то и дело выталкивали наружу очередную порцию поеживающихся от холода клерков. У запасного входа соседней конторы припарковалась «Газель» с логотипом одного из модных ресторанов. Из нее ловко выпрыгнули спорые парни в униформе и принялись за разгрузку многочисленных лотков и подносов. Наблюдая за слаженной работой грузчиков, Стас покосился на огромные настенные часы над входом, швырнул мобильник на стол и по привычке заглянул в экран монитора, отслеживая последние изменения биржевого курса. В уголках его губ вспыхнула удовлетворенная улыбка. Что ни говори, а этот год для него завершался более чем удачно. Заветная должность начальника отдела, занять которую некогда не позволила ставленница одного из учредителей банка, внезапно опустела – девица обаяла более щедрого покровителя и упорхнула в офис одной из его многочисленных нефтяных вотчин. За спиной Стаса никогда не было всемогущих или именитых предков, но знаний и честолюбия хватало на дюжину носителей звонких имен. Жизнь доказала, что школьная золотая медаль и красный диплом престижного вуза – далеко не веский аргумент даже в непринужденном споре. В мире, где все решают родственные связи и телефонное право, требовались иные протекции. Это везунчику Вадиму фортуна улыбнулась в момент рождения, послав папу-дипломата и мать-актрису. Ему, сыну наладчика и почтовой служащей, пришлось изрядно попотеть, прежде чем удача перестала поворачиваться к нему пресловутой пятой точкой.

За пять лет службы в банке компанейский и обаятельный Стас научился не только заводить деловые связи с нужными людьми, но и заручился поддержкой либерального крыла в руководстве. После пары-тройки профессионально проведенных операций он попал в поле зрения своих опытных коллег, а заодно узнал от пытавшихся переманить его конкурентов собственную цену, но в силу природного прагматизма в стан соперников не переметнулся. А тут как нельзя кстати подоспело знакомство с Вероникой. Этот, на первый взгляд, гадкий утенок звезд с неба не хватал и по поводу карьеры не заморачивался – прочно стоящий на ногах отец в свое время пристроил неказистое дитятко в штат к давнему приятелю. Довольно скоро симпатия девушки переросла в более серьезное чувство. Понимая, сколь крепки ее тылы, Стас приложил массу усилий, чтобы в максимально короткий срок окончательно вскружить коллеге голову. Рецепт – проще пареной репы: капельку внимания, чуток такта, пара-тройка походов в ночные клубы и кинотеатры, плюс цветы, сладости и немного тоски в прощальном взгляде – и вот уже доверчивая подруга не чает в нем души. Родители не стали чинить препятствий прозябающей в девицах кровиночке. Наведя необходимые справки и проговорив с потенциальным женихом пять часов кряду, не последний в своей звонкой фракции депутат Государственной Думы стал активно покровительствовать потенциальному зятю. Вероятнее всего, вспомнил себя в юности. Так в судьбе вчерашнего провинциала замаячила устойчивая столичная перспектива. Жизнь потихоньку налаживалась. Днем ранее была поставлена точка и в дате бракосочетания. Заметный оптимизм вселял так же размер жилплощади невесты, уверенно перешагнувший за сотню квадратных метров. Скромный штамп о прописке внутри Садового кольца резко повышал рейтинг престижности его счастливого обладателя. А когда будущее столь радужно, можно почить на лаврах. Но ни в коем случае – не расслабляться. Рождественский недельный тур в одну из экзотических стран на свой вкус выбрала Вероника. Стас не стал возражать. Его родители – мировые старики. Свое позднее и единственное чадо они всегда понимали с полуслова и длительное отсутствие в отчем доме оправдывали вечной занятостью. Тем более что вскоре сын обещал познакомить их со своей избранницей. При мысли о доме Стас зевнул и, отключив компьютер, перевел взгляд на раскрасневшуюся подругу. Почувствовав это, девушка положила косметичку на стол, скрестила пальцы в изящный замочек и игриво потянулась.

– Ну? – не оборачиваясь, томно промурлыкала она.

– Что угодно моей королеве? – уточнил Стас, массируя плечи невесты.

– Нашему высочеству угодно знать, как отреагировал Вадим? – прижавшись щекой к его гладкой ладони, нежно улыбнулась рыжеволосая пассия.

– Без энтузиазма, – откровенно признался кавалер. – Я и сам не в восторге от твоей затеи. Думаю, шансов у Лики – ноль целых, ноль десятых. Кстати, где ее черти носят?

– У стилиста. Хочет быть во всеоружии, чтобы Вадим забыл ее последний закидон.

– Насколько я в курсе, речь идет об официально зарегистрированном браке, – педантично поправил приятель. – Давай называть ее многоходовочки своими именами.

– Стасик! – девушка капризно надула губки. – Ты ничегошеньки не понимаешь в женской логике: Лика всего-навсего хотела подстегнуть Вадьку сделать ей предложение, но слегка переборщила. А лжесынок БАБа воспользовался ее неопытностью и обвел вокруг пальца. Наплел, что он первенец в студенческом браке папаши.

– Оказавшись запасным водителем его бывшего компаньона! – самодовольно подытожил приятель. – Я всегда знал, что Лика – никудышный аналитик. С ее-то хваткой и не просечь, что мифический отец отчего-то не обеспечил любимое чадо элитными апартаментами и навороченным авто? Где это видано: сын Березовского – на съемной квартире вместо особняка на Рублевке? И смех, и грех! – Стас присел в кресло напротив.

– В Аркашкином смартфоне фоток яхты и роскошной виллы было больше, чем контактов! А на какой тачке он колесил?! Таких пяток на всю столицу!

– То-то и оно. Чем строить из себя крутышку, вызубрила бы имена их владельцев! На кой сыну олигарха пускать пыль в глаза какими-то там фотками? Не проще ли щегольнуть самим имуществом? Короче, прокололась твоя Лика по всем статьям. Так и не научилась думать головой. Предпочитает делать это совсем другим местом. И при случае не упускает возможность шепнуть про своего могущественного «папашу»…

– Тише! – оглянулась на дверь барышня. – Она может услышать и обидится.

– А мне по чесноку. Эти двое стоят друг друга! Одна ставила силки на сына олигарха, другой охотился за дочкой министра! В итоге – оба в пролете.

– А я – в шоке. Так лопухнуться! Она ведь людей насквозь видит.

– Да у нее в глазах одна «зелень». Только в Аркашкином огороде бабла не настрижешь – гол, как сокол. Имей Лика в башке хоть пару извилин, давно бы просекла, с какого перепуга мил друг тихарит от нее свой особнячок и где тусуется с утра до ночи!

– Заливал про виллу на Ривьере. А в столичном пентхаусе, вроде как, вечный холостяцкий бардак. Мол-де, пашет, как вол, днюет и ночует в командировках!

– Балда твоя Лика! Много ты знаешь вкалывающих детей олигархов? В биографии БАБа сына отродясь не было. Он больше по девочкам специализировался.

– А фамилия? А отчество? – заупрямилась девица. – Лика, не будь дурой, первым делом проверила паспорт. Аркадий Борисович Березовский собственной персоной.

– А Интернет на что? В «Одноклассниках» лапшу на уши вешать? У самой Лики вон тоже соответствующие ФИО. Сегодня сменить фамилию – раз плюнуть. Запишут хоть Ротшильдом, хоть Бен Ладеном.

– Все равно он – подлец!

– Но каков гусь! Твоей Лике не мешало бы вместо гламурных журналов читать классику. Гоголевского «Ревизора» на худой конец. Курс школьной программы, кстати.

– Школу, к слову, она с золотой медалью закончила. И в универе была лучше других.

– Лучше всех она задом на Тверской вертела. Ее «неопытность» из области фантастики.

– Лика не такая! – возмутилась подруга.

– То есть не по вызову? – примиряюще уточнил Стас, посылая воздушный поцелуй. – И откуда только у папы-парламентария столь наивная дочь? Лисичка Лика в момент приняла правила столичной игры и в силу своей «начитанности» быстро переместилась в разряд элитных прости… – встретившись глазами с девушкой, он поумерил свой пыл. – Прости… за прямоту: тогда многие подрабатывали эскорт-услугами. Вадиму она, кстати, досталась в наследство от прежнего управляющего.

– А тебя он чем облагодетельствовал?! – вспыхнула Вероника.

– Не того полета я птица, чтобы меня замечать, – откровенно признался бойфренд.

– Бедненький мой, – чмокнула его в щеку девушка и обнадежила: – Отыграешься в два счета: папа считает, что очень скоро твоего расположения начнут искать многие коллеги.

В глазах Стаса вспыхнула искорка торжества. Он расправил плечи, ощутив за спиной едва ли не шелест крыльев, стремительно притянул девушку к себе, нежно посмотрел ей в глаза и страстно поцеловал. Ника чувственно облизала пухлые губы и достала помаду.

– К чертям собачьим стерву Лику! Обсудим лучше наши планы.

– У нас и так все в шоколаде, – подкрасив губы, покосилась пассия. – А вот Лику жалко – с годами часики тикают все быстрее.

– Хорошо, что твою Лику ушли из банка: как специалист, она – ноль. Твоей подруге надо быть скромнее в запросах и не гоняться за отпрысками миллиардеров. Синица в руках – многим надежнее журавля. Вот ты у меня это понимаешь.

– Мне казалось, босс был в восторге от работы Лики, – закинула удочку Вероника, незаметно направив зеркальце на лицо возлюбленного.

– Он был в восторге от длины ее ног, – небрежно отмахнулся Стас.

– А ты? – напряглась собеседница.

– А меня вполне устраивают твои ножки, – чмокнул ее в темечко жених. – Босс никогда не простит твоей подружке Вадьку – наш приятель ходит у него в любимчиках.

– Ты на что это намекаешь? – брови Вероники удивленно поползли вверх.

– Исключительно на деловые качества. Ориентация у «деда» традиционная.

– Лика только сейчас поняла, что ошиблась, – сочувственно вздохнула барышня. – Между прочим, все осознала и искренне хочет вернуться.

– В банк ей путь заказан. Однозначно! – отрезал избранник. – В моем аналитическом отделе вакансий для нее нет и не предвидится. А Вадим, на мой взгляд, давно перегорел.

– Ой ли? Такая любовь цепляет на всю жизнь!

– Хватит ждать! – вскочил Стас. – Если шеф объявил маскарад, значит, без костюмов нас никто не впустит. Через полчаса в прокатной конторе тоже сделают ноги – в конце концов, Новый год для всех. Мне оно надо – отдуваться за опоздание? Хватит последней бузы с вашей дурацкой библиотекой.

– Так и знала, что помянешь! – вспыхнула от обиды Вероника. – Вы с Вадиком сами затеяли эту чертову благотворительную акцию. В вашу Тмутаракань книг уже лет сто не завозили. Библиотека давно требовались приличные поступления.

– Ключевое слово – приличные. А что вы им навязали? Боевики и эротику!

– Ну, почему же, – нахмурила лоб пассия. – Там были и детективы, и стихи, и полезные советы. Даже справочная литература имелась.

– Инструкция по сборке самодельных взрывных устройств, к примеру. Так сказать, пособие для террористов. И словарь юных националистов в придачу.

– Да, я дура, что доверилась Гарику! А этот урод решил выручить родную тетку и впарил нам все ее залежи. Но ваша сумасшедшая тоже хороша! Нет бы – поблагодарить, примчалась с претензиями. Интеллигентка рафинированная! Провинциалка задрипанная!

– А с какой радости ей нас благодарить? Девушка работает в публичной библиотеке, а не в публичном доме. А это, как говорят в Одессе, две большие разницы.

– Ребята, не ссорьтесь. Я уже здесь! – звонко рассмеялась из коридора Лика.

Убирая в сумочку мобильник, в кабинет стремительно ворвалась очаровательная шатенка в плотно облегающем комбинезоне. Наимоднейшая вещица из натуральной змеиной кожи, подобно хамелеону, мимикрировала при каждом движении своей миниатюрной хозяйки, напоминая лунную дорожку на волнах ночного моря. Лика элегантно швырнула в кресло дорогую шубу и приземлилась прямо поверх нее. Роскошные волосы аккуратной косой обрамляли ее голову в виде кокошника. Хищное выражение лица дополнял соответствующий макияж.

– Прикольно! – только и смогла выдавить из себя ошарашенная подруга.

– Круто! – пикантно поправила ее модница, оборачиваясь к Стасу. – Зацени.

– Живенько, – криво усмехнулся тот. – Ну и кто мы на сей раз?

– Не тупи! – гостья забросила на стол ноги в изящных ботильонах. – Хозяйка медной горы. Современное прочтение! Работа Влада Лисовца! Впечатляет?

– Ценой? – язвительно уколол собеседник.

На лице Лики не дрогнул ни один мускул. Она игриво подвела губы темной помадой.

– Я знала, что вам понравится, – подмигнула она Веронике и уточнила: – Впечатляет?

– Снайперское попадание в дамский вариант Дракулы. Нет, вылитая хозяйка царства Аида! – вместо подруги отозвался Стас. – При виде тебя всех конкурентов банка вынесут замертво. Даже на киллеров тратиться не придется.

– Не хами, – беззлобно отмахнулась Лика.

Стас демонстративно подал шубу только своей даме и вытащил мобильник: «С наступающим вас, королевы проката! Узнали? Спасибо. Как там наш заказ? Славненько. А еще какие-нибудь костюмы остались? Берем. Уже в пути». Он выключил настольную лампу, погасил верхний свет и проверил состояние замка.

– Стасик, помоги даме одеться, – из темноты возмутилась гостья.

– Догоняй, – словно не расслышав просьбу, бросил он откуда-то снизу.

Нервно похрустев пальцами, Лика схватила шубу и обиженно устремилась к выходу. Вероника посторонилась, пропуская ее, и заперла дверь.

В машине долго ехали молча. Наконец, возмутительница спокойствия не выдержала:

– Стас, ты в курсе, кем будет Вадька?

– Котом в сапогах, – то ли в шутку, то ли всерьез огрызнулся тот, подыскивая место для парковки. – Для управляющего банка в самый раз!

– В этом он весь: «Чьи это поля?» – «Маркиза Карабаса!» – «Чьи это владения?» – «Маркиза Карабаса!» Клоун! – не преминула уколоть Лика.

– Вадику ближе образ Дарта Вейдера, – примиряюще вставила Вероника.

– Очередной голливудский красавчик? – кокетливо поинтересовалась подруга.

– Не догоняешь, – тормозя, ухмыльнулся Стас и резко обернулся. – А теперь слушай сюда! В змеином прикиде и без маски дуй прямиком в метро. По моим сведениям, босс не станет прыгать от радости при виде персоны non grata! Либо меняешь костюм, либо…

– Уймись – уел! – сжимая виски, выдавила Лика. – Пошли выбирать!

Многочисленные торговые точки по всей длине проспекта дружно прощались с последними посетителями. Бросая косые взгляды на циферблат над входом, продавщицы обувного салона напряженно буравили спину Вадима. Заплутав во времени, он вертел в руках хрустальную туфельку и, похоже, уходить не собирался. И кто сказал, что ностальгируют только экзальтированные неудачницы? Думы о былом в равной степени посещают и деловых женщин, и успешных мужчин. Вот только лучше бы запоздалые покупатели мечтали у себя дома. Блондинка многозначительно прокашлялась. Гость не среагировал. Угодив в западню из прошлого, он утратил связь с настоящим…

…Празднично украшенный город встречал Новый год бойкой уличной торговлей, которая сплотила в едином порыве толпы желающих разжиться дефицитом. Прилавки импровизированных уличных базаров ломились от давно исчезнувших из открытой продажи сырокопченых колбас, шампанского, пупырчатых апельсин и прочих деликатесов с довесками в виде консервированной морской капусты и яблочного повидла. По дворам вальяжно разгуливали не совсем трезвые Деды Морозы в сопровождении миловидных Снегурочек. За ними тучей роилась детвора, выпрашивающая сладости. Вокруг площади колесила тройка белоснежных лошадей, отчаянно погоняемая разудалым Кощеем, под маской которого легко угадывался самый тощий из сантехников местного ЖЭКа весельчак дядя Вася. Шумная ребятня вдохновенно мастерила ледяную крепость, то и дело срываясь на бесконечные снежные баталии. Мимо хоккейной коробки промчался высоченный гражданин с крохотной елкой под мышкой. Мальчишка из дворовой команды шутливо крикнул ему: «Дяденька, достань воробышка!» Не останавливаясь, прохожий миролюбиво подмигнул разрумянившимся спортсменам.

Особое оживление царило у входа школу. Ее фойе было украшено сверкающей мишурой и незатейливыми самодельными игрушками. По центру возвышалась статная ель. Над входом в гардероб во всю стену был натянут самодельный плакат:

ПРИГЛАШАЕМ ВСЕХ НА ПРЕМЬЕРУ

СКАЗКИ ШАРЛЯ ПЕРРО «ЗОЛУШКА»

Спектакль поставлен силами учащихся 3 «А» класса

Зрительный зал был забит до отказа. Желающие приобщиться к прекрасному толпились в проходах между стульями, теснились на подоконниках, каким-то образом умудрялись даже зависнуть вдоль стен, весьма эмоционально протестуя козням злой Мачехи и бездействию простоватого Лесничего. За кулисами в ужасной толчее возбужденно повторяли слова пьесы готовящиеся к выходу юные дарования. Исполнительница роли Золушки, очаровательная девочка с кукольным личиком, с умилением рассматривала хрустальную туфельку, покоящуюся на бархатной подушечке стула приспособленной под гримерку кладовой. Восхищенные глазки, слегка прищурившись, следили за сотней маленьких солнц, искрящихся внутри граненого чуда. Растроганный Вадик украдкой наблюдал за юной кокеткой сквозь щель в дверном проеме. Поймав влюбленный взгляд, прима мельком посмотрелась в зеркало и ловко взбила пепельные кудри. Восторженный поклонник послал ей воздушный поцелуй.

Тощая учительница сквозь прорезь в массивной шторе с волнением изучала реакцию зала. От бесконтрольного перемещения и бесконечного гомона желторотых талантов ее голова шла кругом. Пытаясь снять напряжение, дама откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Сосчитав до десяти, она оглянулась и, выцепив взглядом Золушку, ткнула пальцем в часы. Девочка гордой поступью двинулась к сцене. За ее спиной разразилась какая-то возня, но пронизанная собственной значимостью звездочка даже не обернулась. Молодая учительница в строгом черном костюме и с потешной гулькой на голове перегородила ей дорогу и в ужасе прошипела: «Вика, где туфелька?» Не понимая, чего от нее хотят, артистка удивленно округлила глаза. Педагог в изнеможении прислонилась к стене, с трудом сдерживая слезы. Старшеклассница подхватила ее под руку и подвела к стулу.

– Светлана Павловна, может, она у Принца? – шепотом предположила девочка.

– Он же все время на сцене!

Где-то совсем рядом прозвучали первые аккорды вальса.

– Вика, марш на бал! – опомнилась учительница. – Мы найдем туфельку и в нужный момент подбросим ее на лестницу, будто ты обронила. Или нет, после вальса, во время диалога Короля с Мачехой, подойди поближе к занавесу – я передам тебе башмачок.

Она схватила девочку за плечи и с силой вытолкнула в свет софитов. «Милая Золушка, разрешите пригласить вас на танец!» – заикаясь от волнения, протянул ей руку вспотевший от волнения Принц.

В это время за кулисами появился забавный дуэт – стройная, одетая с иголочки молодящаяся брюнетка – директор школы и низкорослый колобок-плотник – прихрамывающий старик в заношенном до дыр техническом халате. Не обращая внимания на суету, пара сосредоточенно обсуждала течь в потолке.

– Любовь Витальевна, беда! – едва не сбила с ног руководительницу юная коллега. – Спектакль под угрозой срыва – пропала туфелька.

– Я как в воду глядела! – схватилась за сердце директриса. – Вас же предупреждали: не спускайте глаз с этой не такой уж дешевой безделушки! Между прочим, – чешский хрусталь! Причем, собственность не кого-нибудь, а заведующей гороно! Что прикажете делать? В зале весь цвет народного образования и телевидение! У меня уже и интервью взяли. Представляете, если эта история получит огласку и дойдет до широкой общественности?! Господи, и куда только мог запропаститься этот дурацкий башмак?

– Понятия не имею! Только что был тут, – едва слышно пролепетала наставница, с надеждой заглядывая под стул. – Может, кто-то из детей спрятал?

– А если стащил?! Или не дай бог разбил?! – не на шутку испугалась начальница и, глядя на плотника, умоляюще скрестила руки: – Виктор Петрович, выручайте! Моя репутация в ваших руках!

Старик со знанием дела невозмутимо изучил женские ноги и степенно уточнил, у кого из присутствующих самый маленький размер обуви. Старшеклассница догадливо сняла небольшую туфельку и протянула ее умельцу.

– Делов-то! Оберну фольгой – и хоть в пляс! – заковылял к выходу Петрович.

– И что за наказание эти дети? – буравя взглядом потолок, взмолилась директриса, вслушиваясь в действие на сцене. – Вот и вальс уже закончился. Что делать-то? Кошмар!

Из-за шторы, приволакивая ногу, выплыл плотник с элегантной серебристой туфелькой в руках. Любовь Витальевна бросилась ему навстречу, любуясь рукотворным дивом, и на радостях перекрестилась. «Спасибо, Виктор Петрович! Такой башмачок все разглядят даже из последнего ряда. В который раз убеждаюсь, что вы у нас «палочка-выручалочка». Расчувствовавшись, она крепко обняла мужчину. Тот стыдливо попятился. Светлана Павловна буквально выхватила из директорских рук долгожданный реквизит и бросилась к занавесу, где ее уже поджидала перепуганная Золушка. Насильно втолкнув в ладошку девочки туфельку, она потребовала: «Вика, теряй эту – другой все равно не будет». Глаза юной исполнительницы наполнились слезами. Сердце наблюдающего за ней поклонника едва не выскочило из груди. Вадик хлопнул себя кулаком по лбу и сорвался с места. Примчавшись в класс, он заметил между стеной и партой притаившуюся толстушку. Сосредоточенно пыхтя, она что-то заталкивала в свой и без того переполненный ранец.

– Ковригина, верни башмак! – в волнении потребовал мальчуган.

– А это видел? – в запале девочка поднесла к лицу правозащитника кукиш и рванула рюкзачок на себя. – Я должна была играть Золушку, а не твоя Лаврикова! Я лучше!

– Нет, она лучше! – заартачился Вадим, пытаясь отобрать заветный трофей.

– Тили-тили тесто жених и невеста! – с вызовом завопила Ковригина. – Отпусти!

Завязалась борьба. Каждая из сторон, не желая уступать, тянула добычу на себя. Наконец, одна из лямок лопнула. Портфель рухнул на пол, из него вывалилась хрустальная туфелька и, грохнувшись о паркет, превратилась в груду осколков. Несколько секунд длилась немая сцена. Похитительница первой пришла в себя и испуганно ойкнула. Растирая по щекам слезы, ее визави опустился на колени и дрожащими руками принялся осторожно собирать стекляшки. Из актового зала донесся взрыв аплодисментов, прерываемый криками «Браво!» и «Бис!», после чего тишину коридора нарушил топот бегущих ног. Ковригина схватила свои пожитки и была такова. Юный заступник в растерянности застыл возле того, что еще мгновением назад было хрустальным чудом, и беззвучно зарыдал. В ту же минуту в класс ворвалась радостная труппа во главе с ликующей учительницей. Заметив остатки разбитой туфельки и замершего возле них одноклассника, они словно воды в рот набрали. Воцарилась зловещая тишина.

– Что ты наделал, Липатов?! – грозно призвала к совести «хулигана» педагог.

Из-за ее спины показалась голова Лавриковой, на густых ресницах которой повисли крупные слезинки. Губы девочки дрожали от обиды.

– Вадик, – тихо всхлипнула она, – ты – предатель…

– Вика, – попытался разъяснить ситуацию паренек, – я только хотел тебе помочь…

– Дурак! – заткнув уши, завопила разъяренная прима, гневно топая ногами.

Днем позже она вместе со Светланой Павловной дежурила у входа в больничную палату. Молодой врач, придержав учительницу за локоть, тактично напомнил:

– Не более пяти минут. У паренька сильный стресс. Он пока молчит, но, думаю, речевая функция в ближайшее время восстановится. Положительные эмоции ему не повредят, но о времени забывать не стоит. Кто пойдет? – уточнил он. – Вы или эта леди?

– Она, – кивнула на Вику классная руководительница.

– Ясно, – улыбнулся медик. – Дама сердца?

В знак согласия педагог кивнула. В волнении покусывая губы, Лаврикова осторожно заглянула в палату. Вадик лежал на кровати и безучастно смотрел в потолок. При виде одноклассницы он встрепенулся. На щеках больного заиграл румянец, появилось робкое подобие улыбки. Силясь что-то сказать, он с трудом приподнялся. Гостья приложила палец к своим очаровательным губкам, осторожно приблизилась к кровати и вложила в дрожащую ладонь мученика огромный апельсин.

– Угощайся, – примостилась на краешке матраса Вика, хлопая пушистыми ресницами. – Ты меня прости, пожалуйста. Я ведь ничего не знала про Ковригину.

Доблестный рыцарь светился от счастья, наслаждаясь каждым мгновением присутствия небожительницы. Лаврикова кокетливо опустила глаза и легонько сжала холодные пальцы воздыхателя. Тот зарделся от удовольствия.

– Спасибо тебе, Вадик, за помощь. Я не хотела тебя обидеть.

– Я подарю тебе другую туфельку, еще лучше, – хрипло пообещал он сквозь слезы.

– Заговорил! – обрадовано воскликнула подглядывающая в щель Светлана Павловна.

Врач недоверчиво прислушался и, улыбаясь, выставил вверх большой палец…

Вадим ловко поймал сползающий башмачок и чему-то улыбнулся. Нервно покусывая губы, продавщицы досадливо переглянулись. Брюнетка намеренно уронила на пол металлическую ложку для обуви. Вздрогнув от неожиданности, посетитель оглянулся. С его лица как ветром сдуло налет романтизма. В волнении он кашлянул и спешно водрузил туфельку на бархатный постамент.

– Мужчина, вы что-нибудь выбрали, а то мы закрываемся! – повысила голос блондинка. – В конце концов, праздник для всех, и нас тоже ждут дома.

– Да-да, – встрепенулся Вадим, переводя взгляд на ее напарницу.

– Вам помочь? – любезно откликнулась та.

– Пожалуйста, – широким жестом распахнул пальто покупатель. – Магазин, где я привык отовариваться, слишком далеко, а мне кажется, к этому костюму следует подобрать совершенно иную обувь. Где ее найти?

– Идемте за мной! – приветливо пригласила девушка.

Она придирчиво изучила наряд гостя, извлекла из-под прилавка коробку и пояснила:

– Рекомендую – из последней коллекции.

Туфли оказались впору и сидели на ногах, как влитые.

– Беру, – согласился Вадим. – Ухожу прямо в них.

Продавщица упаковала его старую обувь, положив сверху игрушечного поросенка.

– Спасибо за покупку. А это – подарок от салона, талисман Нового года. На счастье.

Мужчина смущенно посетовал, что ему нечем отблагодарить. Блондинка миролюбиво протянула дисконтную карту, предложив делать покупки исключительно в их салоне. Вадим напряженно улыбнулся, но преждевременных обещаний раздавать не стал. В дверях он неожиданно обернулся и, переведя взгляд на хрустальный башмачок, вежливо осведомился, нельзя ли приобрести и его.

– Мы не торгуем фирменным знаком, – извинилась брюнетка.

По лицу покупателя пробежала тень разочарования. Посторонившись, он пропустил внутрь продрогшего Санта Клауса и укоризненно напомнил:

– А ведь именно вы обещали мне туфельку для Золушки.

– Не понял? – перевернул табличку надписью «ЗАКРЫТО» тот, в ту же минуту позабыв о Вадиме. – Девчонки, пора закругляться, – он швырнул бутафорский колпак на прилавок и поднял над головой бутылку шампанского. – Ну, по стакану и «нах хаус»!

Брюнетка проворно извлекла из-под прилавка бокалы и распечатала коробку конфет. Первый раз выпили, не тостуя, забыв даже чокнуться. «С новым счастьем что ли?» – игриво улыбнулся блондинке зазывала. Девица пропустила его слова мимо ушей. Обреченно вздохнув, толстяк погасил верхний свет. Продавщица натянула сапоги и, с горечью признавшись, что ее никто не ждет, отправилась проверять сигнализацию. «А я готов ждать Люсю хоть всю жизнь», – то ли в шутку, то ли всерьез шепнул воздыхатель. «Раскатал губу! – вернула его с небес на землю брюнетка. – Милка грезит о каком-нибудь Прохорове или Абрамовиче. В крайнем случае, заинтересуется нашим последним покупателем. Короче, тем, чья кредитоспособность выше твоей раз в пятьсот». Оценив призрачность своих шансов, горе-ухажер, не прощаясь, удалился. В момент, когда Люся проверяла состояние входной двери, в стекло постучали. Девушка испуганно вздрогнула. С огромным букетом в руках на нее смотрел Вадим.

– Сигнализацию включать? – из глубины торгового зала уточнила напарница.

– Погоди! – отмахнулась подруга, услужливо впуская незнакомца.

– С наступающим вас! – протянул цветы мужчина.

– Благодарю, – Люся спрятала лицо в розы и замерла в предчувствии фортуны.

– У меня к вам не совсем обычное предложение… – замялся гость.

– Смелее, – окрылилась в своих предположениях хозяйка прилавка.

– Продайте мне вон ту туфельку. Хрустальную.

– Увы, это не в моей власти, – изменилась в лице красавица.

– Людмила, – вчитался в бейджик Вадим, старательно подбирая каждое слово, – это вопрос жизни и смерти. Выручайте! Я за ценой не постою!

– Думаете, все можно купить? – с горечью уточнила она.

– Надо позарез! – провел ребром ладони по горлу собеседник.

Понимая, что ее мечтам не суждено сбыться, продавщица заартачилась. Но в глазах Вадима было столько тоски и надежды, что барышня смилостивилась. Тщательно скрывая волнение, она в отчаянии улыбнулась и прошептала:

– Берите так. Скажу, что презентовала последнему в этом году покупателю.

– Но я готов заплатить… – выхватил бумажник Вадим.

– Не все в этом мире продается! – грустно улыбнулась Люся, решительно вытолкнув его за дверь. – Надеюсь, вашей Золушке повезет больше, чем мне!

В банк Вадим вернулся в приподнятом настроении. Проходя мимо банкетного зала, он заглянул внутрь. Из усилителей текла приятная музыка – новогодняя вечеринка стартовала модными треками. Кружева из гирлянд и шаров вкупе с изысканно сервированными столами и широким выбором спиртного радовали глаз собравшихся. Маскарадные костюмы поражали своей фантазией.

Сидя на подоконнике кабинета подруги, Лика жадно курила, с откровенной неприязнью изучая редких прохожих. Первое столичное десятилетие без сомнения придало ей лоска и уверенности в себе, но так и не сделало в этом городе своей. Приютив не один миллион приезжих, Москва не спешила делиться с ними своим благополучием. Вот и сейчас лодка ее жизни в который раз дала основательный крен, но в погоне за призрачным счастьем любительница острых ощущений не собиралась смиренно идти ко дну. Отца-дипломата или, что актуальнее, депутата в ее судьбе не случилось. О человеке, благодаря или вопреки которому она появилась на свет, не было известно ровным счетом ничего. Еще в отрочестве Лика усомнилась, существовал ли в реальности воин-интернационалист, которого юная лаборантка утешила перед отправкой в Афганистан. Вероятнее всего, он оказался плодом ее богатого воображения. Один лишь Создатель был в курсе, чей выцветший от времени портрет по сей день украшает скромное жилище матери. Слагая о мифическом возлюбленном романтические небылицы, женщина то и дело путалась в именах и деталях, что наталкивало на мысль о вероятной подтасовке фактов.

В борьбу за место под солнцем Лика включилась еще со школьной скамьи. Пока трудолюбивая мать-медичка с утра до вечера полоскала госпитальные пробирки, ее прилежная дочь постигала азы жизни в стенах прокуренной коммуналки. Ежедневный штурм кухни и мест общего пользования утвердил девочку в мысли, что в любых передрягах человеческий облик не теряют лишь немногочисленные интеллигентные соседи. И она сделала ставку на образование. Победы на всевозможных олимпиадах и откровенная симпатия добросердечной директрисы помогли перевестись в лучшую из гимназий. И не беда, что пришлось вставать на час раньше, а возвращаться ближе к полуночи. Зато появилось чувство защищенности и уверенность, что тебя больше не обложат по матушке и, нагло облапив, не затащат в подворотню. Оказалось, что учиться теперь – не «западло». Новоиспеченные ломоносовы и ковалевские уроки не срывали и не прогуливали, обходя стороной пивные ларьки и зловонные подвалы. Мажоры баловались импортными напитками, заграничным куревом и тусили на закрытых вечеринках. Лика так и не сблизилась ни с кем из обладателей элитного детства. Таинственное отшельничество, подогревавшее интерес к ее персоне, было заурядной маскировкой. Просто бедняжка всеми правдами и неправдами скрывала от навороченных школяров домашний адрес и социальное происхождение. Видя, что сверстников по утрам привозят родители, девочка утерла им нос персональным водителем. Прыщавые одноклассники и не подозревали, что престижный коттеджный поселок, куда Лику исправно доставлял обритый наголо качок, являлся всего лишь местом ее работы, а не жительства. По рекомендации все той же директрисы девочка день за днем втолковывала прописные истины малолетним недорослям из роскошных особняков, попутно ликвидируя чудовищную безграмотность их, мягко выражаясь, необразованных предков. Лихие девяностые разом вознесли полукриминальных дельцов на вершину благополучия. В нулевые желание захватить подобающую приобретенному статусу нишу заставило большинство из нуворишей лепить себя с чистого листа. Лика быстро усвоила правила этой нехитрой игры и вскоре успешно диктовала их хозяевам новой жизни. Карабкаясь в светлое будущее, она активно работала не только головой, но и локотками, и в отличие от прочих абитуриентов приехала покорять Москву, будучи обладательницей не только золотой медали, но и солидного банковского счета. Фамилия, отчество, место рождения и даже определенное внешнее сходство предприимчивой провинциалки удачно совпали с анкетными данными известного всей стране младореформатора, что позволило ей напустить тумана в вопрос о своем происхождении. Лика не ютилась в общежитии, а снимала хоть и малогабаритную, но отдельную квартиру с видом на МКАД. Прикупив по случаю подержанную иномарку, она с достоинством парковалась на пустующей служебной стоянке, поскольку педагоги с их скромным заработком не могли позволить себе даже не самое удачное из детищ отечественного автопрома. Модельная внешность, отменный вкус и приличный по тем временам достаток быстро возвели девушку в ранг безусловных лидеров. Дополнение в виде глубоких знаний и цепкой памяти лишь ускорило покорение университетского Олимпа. За умение заводить и поддерживать влиятельные знакомства сокурсники наградили Лику почетным титулом Мисс Интуиция. Мимоходом присовокупив к числу своих побед приз зрительских симпатий одного из конкурсов красоты, она с легкостью райской птички прописалась в среде состоятельных спонсоров, наивно полагая, что навсегда оседлала конька быстрокрылой удачи. Вскоре ее положению в обществе и экипировке завидовал весь факультетский бомонд, включая вечно нуждающийся преподавательский корпус. Впрочем, избежать столичных искушений девушке не удалось. Одними лишь эскорт-услугами дело не ограничилось, и довольно скоро от приличной репутации не осталось и следа. Вероятность удачного замужества свелась к нулю – модель многоразового использования не имела ничего общего со статусом спутницы жизни. Оставаясь украшением и желанной гостьей любой из светских тусовок, Лика, имея негласную черную метку, была вычеркнута из списка перспективных невест. С годами ее запросы росли, а возможности таяли. Еще недавно казавшееся вершиной благополучия уютное однокомнатное гнездышко на окраине так и не превратилось в апартаменты представительского класса в Центральном округе. Марка и год выпуска автомобиля тоже оставляли желать лучшего, а драгоценности и вовсе вышли из моды. Годы уже не шли, а мчались, и грезы о надежной пристани таяли подобно прошлогоднему снегу. В довершение ко всему плененный ее достоинствами и пристроивший на теплое местечко седовласый банковский управляющий, уйдя на повышение, сменил прописку, номер телефона, а заодно и саму протеже. После двух лет совместного проживания его преемник тоже не спешил узаконить связь с Ликой. Более того, Вадим пришел в ярость и разорвал всяческие отношения, едва любовница, желая связать его узами брака, затеяла на стороне роман с наследником мнимого олигарха.

Лика сделала последнюю затяжку и погасила сигарету прямо о стекло. Словно боясь, что ее мысли неожиданно станут достоянием гласности, она в панике оглянулась. Коридор по-прежнему был пуст. Сколько можно промахиваться?! Игра с лже-Березовским не стоила свеч – смазливый небожитель оказался банальным альфонсом и, не теряя времени даром, живо переметнулся в стан состоятельной вдовы. И хотя подводить итоги жизни было рано, чего уж греха таить, они виделись неутешительными. Авансы и реверансы остались в прошлом. Современность диктовала совсем иные реалии, вынуждая закатать рукава и начать все заново. Что ж, в поисках лучшей доли можно и попотеть. Это у Вероники тылы прикрыты папиной фамилией и безграничными ресурсами его многочисленных корпораций, а ей, безотцовщине и бесприданнице, в изнурительной и многомесячной гонке придется рассчитывать лишь на саму себя. И дай бог, чтобы не испарились остатки везения. Подмигнув собственному отражению, Лика послала очередной вызов судьбе, поставив на зеро свой главный козырь – безграничное обаяние. Беда заключалась в том, что ходить она умела лишь проторенным путем. А его финал со времен пушкинской старухи оставался неизменным – как ни крути, при любом раскладе остаешься у разбитого корыта. Но, кто не рискует, тот не пьет шампанское! Тем более что уныние – тяжкий грех, предаваться которому – удел неудачников. Она из другого теста, и, следуя угодившей в кувшин с молоком лягушке, непременно взобьет маслице и вскарабкается наверх! Благо, по-прежнему выглядит на все сто! Что уже само по себе – безусловный плюс. К тому же в девичьем арсенале полным-полно не менее соблазнительных бонусов. Ей ли пасовать перед трудностями?

Лика игриво улыбнулась своему отражению и направилась в дамскую комнату. Казалось, тончайшая змеиная кожа срослась с приютившим ее телом. Нервно пританцовывая, девушка распечатала карнавальный костюм. С трудом стянув с себя комбинезон, она облачилась в тончайшие шелка. Спору нет, новогодний наряд был безумно экстравагантен, но в отличие от ее эксклюзивного приобретения вызывал шок, а не зависть.

Глава 3

Приглашенные на корпоратив сотрудники банка степенно дефилировали друг перед другом в предвкушении застолья. Конфузясь под тяжестью непривычных для них маскарадных нарядов, они чинно раскланивались, придирчиво разглядывая и язвительно комментируя выбор коллег. К счастью, громкая музыка заглушала сарказм обоюдоострых реплик. Между накрытыми столами услужливо сновали пронырливые официанты. Стрелки огромных часов над массивной дверью показывали 22:35.

«Дамы и господа! Прошу всех занять свои места! – торжественно призвал конферансье. – Своим присутствием нас почтили король Франции Людовик Великолепный и его венценосная супруга». Гости спешно потянулись к своим столам. «Вот и прояснился вопрос наличия у хозяев виллы на Лазурном берегу», – с усмешкой шепнул миниатюрной «Вампирше» «граф Дракула».

Под виртуозное исполнение барабанной дроби из центральной двери появилась холеная супружеская чета. При беглом взгляде роскошная спутница выглядела многим моложе своего состоятельного супруга, но детальное рассмотрение выдавало ее глубоко бальзаковский возраст. Жена «величества», в далеком прошлом звезда столичных подиумов, профессионально демонстрировала собравшимся роскошный королевский наряд и изысканную дворцовую стать. Матовый блеск восхитительно тонкого бархата ее элегантного платья умело оттеняла нить черного жемчуга редчайшей красоты. На левой руке дивы искрился браслет из черных бриллиантов. Выглядела она умопомрачительно, чем изрядно подпортила настроение доморощенным модницам.

Приход руководства подобострастная свита встретила энергично-угодливыми аплодисментами. Чета номер один царственным жестом пригласила гостей к трапезе. Спустя несколько минут владелец банка взял в руки бокал. В зале воцарилась тишина. «Дамы и господа! В преддверии новогодних торжеств беру на себя смелость вкратце подытожить события года минувшего», – встав из-за стола, вкрадчиво улыбнулся собственник. Аудитория с пониманием кивнула. Самые догадливые вскочили следом за боссом, вскоре за ними подтянулась вся аудитория. На лице шестидесятилетнего хозяина появилась добродушная улыбка. Он степенно прокашлялся и продолжил:

– Друзья, мы с вами славно потрудились в этом году и добились устойчивых финансовых результатов. Наше с вами детище прорубило окно в Европу и вышло на международный уровень, его положение заметно упрочилось. Круг партнеров и клиентов неуклонно расширяется. В реестре банков России наш трудолюбивый и дружный коллектив поднялся сразу на семь позиций и прочно обосновался в десятке лучших. В деловых кругах нас рассматривают как стабильное, имеющее не просто надежную репутацию, но, что особенно важно, – многообещающую перспективу учреждение…

– Перечисление наших успехов – это надолго, – сожалея, вздохнула Вероника.

В костюме Снежной королевы она чувствовала себя не очень комфортно.

– Стиль шефа – умеренная краткость, – заверил Стас.

– Благодарю всех вместе и каждого в отдельности за кропотливый труд, за добросовестное и – главное – творческое отношение к работе, за терпение, понимание и корпоративную солидарность, – радостно вещал шеф. – Потому без пышных речей и лишних слов предлагаю проводить уходящий год благодарными словами и – само собой – подарками, которые приготовил для всех нас добрый Дедушка Мороз. Надеюсь, этот не облагаемый налогом дар, – он многозначительно улыбнулся подчиненным, – позволит исполнить какие-то из ваших желаний. Уважаемые коллеги, пьем за удачный год! Ура!

Зал громогласно поддержал призыв руководителя и взорвался дружными аплодисментами. Со всех сторон раздался звон бокалов. Гости выпили стоя и, шумно переговариваясь, расселись по местам. На радость коллективу первые минуты напряжения миновали успешно. Вскоре их сменил характерный диалог вилок и ножей. «Величество» с тоской осмотрело монотонно жующую публику. Похоже, веселья не предвиделось: разношерстный коллектив разбился на привычные междусобойчики – зажигать было некому. Банкет плавно перерастал в банальное застолье. «Надо было лететь на новую яхту Лисиных», – подлила масла в огонь супруга. В кармане банкира завибрировал мобильный телефон. Судя по реакции владельца, звонок был долгожданным. Хозяин загадочно улыбнулся, извинился и стремительно покинул зал.

Появление тучного Деда Мороза и длинноногой, модельной внешности Снегурочки зал встретил с прохладцей. Размахивая мешком, «старец» добродушно улыбался, а его очаровательная «внучка» с внушительно-призывным бюстом и коротенькой, на грани приличия шубке, щедро одаривала гостей томными взглядами. К досаде женской половины мужская часть аудитории выказывала раскосой красавице явные знаки внимания. Обратившись к гостям, прелестница кокетливо посетовала, что на елочке не горят гирлянды, и предложила немедленно исправить ситуацию. После троекратного хорового исполнения «Елочка, зажгись!» грузный представитель зимнего леса глухо постучал посохом о паркет. Раскидистые ветви ели озарились разноцветными огнями. Раскланявшись, национальный сказочный герой призывно потряс над головой увесистым мешком. «Дорогие ребятушки! Поздравляю вас с наступающим Новым годом! Согласно пожеланию вашего руководства и в виду особых заслуг перед отечественным банковским сектором мы с внучкой прибыли с благородной миссией: воздать вам сполна за проделанную работу. Кондитер, как известно, любит шоколад, спортсмен – медали, а банковские служащие… что? Правильно, молодой человек, – он покровительственно похлопал Стаса по плечу и развязал тесемки мешка, – дензнаки». Едва Дед Мороз извлек внушительную пачку именных конвертов, на потолке что-то затрещало и заискрилось – в зале разом погас свет. Темноту пронзил оглушительный женский вопль, за ним последовал шум борьбы. Под звон бьющегося стекла синхронно передернули затворы невидимого оружия. «Без паники! – отчетливо прогремел откуда-то сверху раскатистый бас. – Всем оставаться на своих местах! В случае неповиновения открываем огонь без предупреждения». В зале воцарилась гнетущая тишина. «Дамы и господа! – хрипло потребовал налетчик. – В целях безопасности советую всем не двигаться». В единый хор слились приглушенная возня, площадная брань, гул падающих стульев и торопливый топот удаляющихся ног. Вскоре неподалеку громко хлопнула дверь, и как-то разом стало неправдоподобно тихо.

Через мгновение так же неожиданно вспыхнул свет. Официанты первыми пришли в себя и бросились собирать осколки. Взъерошенный Дед Мороз валялся на полу со сдвинутой на ухо бородой. Окровавленными пальцами гарсон протянул ему оброненные усы и пустой мешок. У двери, пряча в ладонях почерневшее от расплывшейся косметики лицо, безудержно рыдала Снегурочка. Из-под ее распахнутой шубки выглядывали импозантные шортики. На лицах присутствующих читался откровенный испуг. Они старались не смотреть друг на друга, но делать это было невероятно сложно.

– Что это было? – прозвучал в тишине чей-то неуверенный баритон.

– Похоже на ограбление, – едва слышно предположила Вероника, но хорошая акустика разнесла ее слова по всему залу. – Господи, какой кошмар!

Оцепенение сменилось недоумением. Люди волновались, подобно бурлящему морю.

– Где мой муж? – истерично выкрикнула «королева». – Где Михаил Абрамович?!

На троне владельца банка валялись лишь скомканная мантия и кособокая корона. Гости онемели. Нервничая, Вадим выхватил мобильник и лихорадочно сделал вызов.

– Агент 007! Немедленно уберите телефон! – категорично объявили в микрофон.

Но взвинченный молодой человек в сбитом набок цилиндре уже кричал в трубку:

– Алло! Полиция? Ограбление! Срочно приезжайте по адресу…

– Вадим, немедленно отбейся! – миролюбиво приказал в микрофон владелец банка.

Распахнув дверь, он вихрем ворвался в зал с бокалом шампанского в порхающей от возбуждения руке и, приложив к сердцу ладонь, добродушно покаялся:

– Други мои, прошу прощение за испорченное настроение, но мне показалось, что нам не хватает драйва, – чистосердечно признался он. – Как-то уж все сухо и по-деловому. Захотелось вас растормошить, – хозяин дал знак человеку в камуфляже внести коробку. – Конверты никуда не пропали, вам их сейчас вручат. Прошу быть снисходительными к моей скромной персоне, если розыгрыш оказался неудачным!

По залу пронесся вздох облегчения, но на лицах гостей все еще бушевали весьма противоречивые эмоции. Откуда-то сверху полилась легкая мелодия.

– Коллеги! Мне искренне хочется, чтобы мы все дружно посмеялись над своими страхами, – призвал банкир. – Долой печали и обиды! Да здравствует музыка и смех! Спасибо вам и году уходящему, что в нашей жизни есть праздники! До дна!

– Виват король, виват! – пряча телефон, первым поднял бокал расторопный Стас.

Его поддержали коллеги. Музыканты заиграли что-то бодрое.

– Приступаем к раздаче подарков! – изображая веселье, выкрикнул все еще бледный Дед Мороз, едва обескураженная Снегурочка протянула ему стопку конвертов.

Настроение присутствующих постепенно возвращалось в прежнее русло, хотя говорить о веселье было преждевременно.

– Дамы и господа, – взял в свои руки инициативу распорядитель. – Прошу наполнить ваши бокалы и выпить за прекрасных дам. Посмотрите, сколько их на нашем празднике.

Вадим привел в порядок фрак и занял свое место. Вечер был безнадежно испорчен. Стас в костюме Гарри Поттера плеснул себе и ему немного виски.

– Вадька, забей! Прикольный старикан. Имеет полное право – хозяин.

Вероника поправила воротник плаща-накидки и незаметно осмотрелась. К их столику, пританцовывая от распирающей его гордости, стремительно приближался босс. «Осторожнее с комментариями: «дед» на подходе!» – успела шепнуть она. Михаил Абрамович, обогнув танцующих, едва кивнул ей и Стасу и приземлился на свободное место рядом с Вадимом. Пристально глядя ему в глаза, он хитро прищурился и хлопнул подчиненного по плечу:

– Прости уж старика – захотелось взбодрить нашу инертную публику.

– Вам это удалось, – выдавил из себя Вадим.

– Не ершись. Молодец, что не растерялся. Мир?

– Мы и не ссорились.

Сзади них с грохотом взорвалась хлопушка. Какая-то женщина истерично завизжала. Под аплодисменты гостей луч прожектора выхватил на импровизированной сцене популярный эстрадный дуэт. Нежно держась за руки, парни манерно извивались в танце.

– Дамы и господа, встречайте наших дорогих гостей! – выкрикнул конферансье.

– Я бы даже сказал, – неприлично дорогих, – хвастливо уточнил Михаил Абрамович. – Их сговорчивость обошлась мне по цене миланского шопинга незабвенной Беллочки.

Босс оглянулся на супругу и послал ей воздушный поцелуй. Едва эстрадные соловьи раскрыли рты, он отвел Вадима в сторону и, ловко лавируя между танцующими, сходу приступил к инструктажу:

– В канун Рождества десантируйся в запрудненский филиал – у них серьезные проблемы с отчетностью. Марго со своими архаровцами подстрахует: подскочит еще третьего, прощупает ситуацию, поработает с документами. Есть подозрение, что ребятишки заигрались. Пока не вошли во вкус, подрежем им крылышки. Только без фанатизма: Алекс хоть и изрядный свин, – единственный наследник моего старинного приятеля. А я многим обязан его «авторитетному» папаше. Не хотелось бы оставаться в долгу. Вникни, потолкуй с глазу на глаз. Если все путем, – поможем. А жульничает… – он жестом передал смысл задуманного, но, встретился взглядом с супругой и дипломатично улыбнулся. – Кстати, рекомендую – рядом с Беллочкой барышня из Запрудного.

– Из нашего филиала?

– Что-то в этом роде, – направился к своему столику банкир, раскланявшись с кем-то на ходу. – Идем, познакомлю тебя с нашей гостьей.

Поравнявшись с девушкой, шеф бодро представил:

– Это милое создание зовут Настя или просто Ася. Так можно? – уточнил мужчина.

Девушка кивнула в знак согласия. Единственная из всех присутствующих, она была без карнавального костюма. Одетая в стиле провинциальной учительницы – в блузу нюдового цвета с мудреным узором старинных крученых кружев и обтягивающую черную юбку из бархата времен прошлого века, слегка обнажавшую красивые колени, – она не выглядела простушкой. Пышные, слегка вьющиеся волосы крепились на затылке замысловатой заколкой. На умном и, что немаловажно, интеллигентном лице – самый мизер косметики, но огромные глаза, обрамленные густыми длинными ресницами, были столь выразительны, что не требовали стилистических дополнений. Миниатюрный золотой комплект выделялся строгостью и оригинальностью дизайна. Мимоходом поцеловав руку девушки, Вадим присел в стороне.

– Ася – моя персональная гостья, – благодушно пояснил босс, приземлившись рядом с супругой. – К сожалению, банк затянул решение ее вопроса, и это минус. Но плюс, несомненно, в том, что прекрасная барышня озарила своим присутствием наш карнавал.

Михаил Абрамович выдержал театральную паузу и тепло улыбнулся барышне:

– Асенька, тебе удалось прогуляться по в Москве?

– По любимым переулкам, – негромко уточнила девушка.

– Детка, дежурная машина у подъезда – распоряжайся ею по своему усмотрению. Водитель в курсе – отвезет, куда скажешь, – он улыбнулся и с хитрецой представил: – Сей молодой повеса – наш управляющий. Зовут его Вадим. Он толковый специалист, надежный партнер и главное – завидный холостяк.

– Ну, это далеко не главное, – выразительно подмигнула красавцу первая леди. – У этого молодого человека – масса прочих достоинств.

Вадим подчеркнуто вежливо склонил голову в благодарном поклоне.

– Беллочка, не заставляй меня ревновать, – игриво погрозил муж.

Оставив в покое колечко, Ася подняла глаза. Изящные пальчики, застенчиво теребящие накрахмаленную салфетку, выдавали небольшое волнение. Вадиму даже понравилось, что она не стала суетиться, как это обычно делают многие посетительницы банка, а непринужденно откинулась на спинку кресла, словно была из числа именитых VIP-персон. Было видно, что девушке не занимать умения держаться на людях. Способность, не мигая, смотреть в глаза собеседнику, уверенно храня при этом молчание, свидетельствовала в пользу того, что комплексом неполноценности провинциалка не страдает, да и за словом в карман вряд ли полезет.

За спиной хозяина незаметно вырос шеф охраны и что-то шепнул ему в самое ухо. «Вадим, оставляю дам на твоем попечении, – устремился в холл банкир, не забыв при этом нежно шепнуть супруге. – Дорогая, следующий сюрприз лично для тебя».

Вечер набирал обороты, неизменно повышая градус веселья. Конферансье тщетно призывал собравшихся следить за насыщенной культурной программой. Его слова тонули в хрустальном перезвоне, застольном чавканье, безмерных славословиях и звонкой россыпи смеха кокетничающих направо и налево дам. Надев на себя маску беспечности, славный представитель речевого жанра старательно отрабатывал свой гонорар.

Стас осмотрелся и наполнил бокал Вероники.

– Что-то твоя залихватская протеже задерживается. Не передумала, случаем?

– Похоже, что нет… – замерла на полуслове подруга, наблюдая реакцию зала.

Появление Лики произвело эффект если не разорвавшейся бомбы, то, как минимум, мины замедленного действия. Вальяжно лавируя вдоль столиков в излишне откровенном цвета морской волны костюме наложницы, она, подобно проказнику-Амуру, умело рассылала стрелы страсти в сердца банковских клерков. Объемная грудь коварной обольстительницы, с трудом удерживаемая лямками тончайшего лифа, ритмично двигалась в такт музыке, а сквозь прозрачные шаровары вызывающе проглядывали миниатюрные стринги. Лицо проказницы скрывала плотная вуаль, расшитая золотистыми монистами, очаровательно позвякивающими при каждом из ее томных движений. Длинный музыкальный проигрыш кокетка использовала с заметной для себя выгодой, изящно исполнив фантастически зажигательный танец живота. Пренебрегая законами приличия, мужчины сворачивали шеи, провожая обладательницу восхитительного тела взорами голодной стаи хищников. Женщины ревностно изучали безупречный загар и ладную фигуру длинноногой дивы, столь беззастенчиво обнажившей близкие к совершенству прелести. Тонкая прорезь для густо накрашенных глаз надежно скрывала от них торжествующий взгляд баловницы, в противном случае им довелось бы узнать о себе много нового. Чувствуя пристальное внимание окружающих, Лика эротично покачивала бедрами. Ее унизанные перстнями музыкальные пальцы с оригинальным по дизайну и исполнению маникюром пикантно пощелкивали от удовольствия. Именитые шоумены, упустив из вида, что звучащая фонограмма предполагает, по меньшей мере, движение губ, в оцепенении застыли с раскрытыми ртами, на время онемев от оглушительной красоты незнакомки. Ощущение того, что ее появление стало маленькой сенсацией карнавала, окрылило прелестницу еще больше, отчего она не просто двигалась, а словно бы парила. Обуздав порыв страсти, звездные исполнители, наконец, обрели дар речи и продолжили выступление. Вслед за ними ожила и слегка ошалевшая публика. Понимая, что миг удачи не может длиться вечно, Лика грациозно раскланялась и под дружные аплодисменты поклонников приземлилась рядом со Стасом. «Не парься и сделай проще лицо», – с издевкой прошипела она. Молодой человек проигнорировал ее выпад, отхлебнул виски и прошептал какую-то нежность невесте. Скрадывая неловкость ситуации, Вероника решила отвлечь подругу разговором:

– Главную фишку ты все же пропустила: «дед» оттянулся на все сто.

– Неужто разорился на стриптиз? – флиртуя с одноглазым Пиратом, уточнила Лика.

– Ограничился реалити-шоу с вооруженным налетом.

– Захват заложников был? – оживилась девица.

– Обошлось банальным ограблением.

– Сэкономил, хитрый Скрудж!

Вероника не стала возражать. В момент пробуждения в приятельнице охотничьего инстинкта спорить с ней было небезопасно – заводится с полуоборота. А поскольку чувство такта отсутствовало в Лике изначально, в состоянии возбуждения она легко переходила рамки дозволенного. Зная это, приходилось держать ухо востро и контролировать любые перепады ее зыбкого настроения. Вероника уже не раз пожалела, что пошла на поводу и ввязалась в аферу по вторичному укрощению Вадима. Попав в плен обаяния бывшей коллеги, она до сих пор пребывала в непонятной зависимости. Лика закурила и налила себе бокал шампанского. Наслаждаясь мужским вниманием, она не заметила возникшей паузы и послала глазеющему с соседнего столика Супермену воздушный поцелуй. Тот едва не выпрыгнул из штанов и практически сорвался с места. Стас покосился на провокаторшу с нескрываемым отвращением. Она это заметила и язвительно уточнила:

– Выходит, от моего нового прикида ты тоже не в восторге?

– Я никогда не был сторонником радикальных мер.

– Потому я и не с тобой, – щадя самолюбие Вероники, одними губами шепнула Лика.

– Потому ты снова – мимо кассы, – продолжил тот вслух пикировку и, поднимаясь, обратился к подруге. – Никуша, я ненадолго отлучусь.

– Бежишь с поля боя? – уколола его вслед соблазнительница.

Стас пропустил ее шпильку мимо ушей. Перебросившись парой фраз с кем-то из подчиненных, он растворился среди танцующих. С его уходом Лика быстро утратила интерес к мужчинам и переключила внимание на собеседницу.

– Где Вадька? А то как-то не хочется уподобляться «Авроре».

– Телеведущей или богине?

– Крейсеру.

– А что с ним не так? Вроде, оттрубил по полной.

– Вот только палил холостыми.

– В таком случае и ты мимо цели: «дед» умыкнул Вадима задолго до твоего выхода.

– Будем считать, им обоим крупно не повезло: именно мой танец стал хитом вечера, – усмехнулась Лика, наслаждаясь сигаретным дымом. – Как у нашего друга с настроением?

– По-моему, не ахти.

– Поднимем, – двусмысленно хохотнула красотка и закашлялась. – Во что он одет?

– В офигенный смокинг, шикарный цилиндр и ультрамодные темные очки.

– Я так и знала – Мистер Икс!

– Джеймс Бонд! Говорили же тебе: надень бальное платье, чтобы соответствовать.

– А разве брутальный герой Флеминга не ценил наложниц? – с вызовом парировала кокетка. – Уж кто-кто, а ты в курсе, что вариант скромной Золушки – не мое!

Вероника печально улыбнулась и прекратила бессмысленную дискуссию.

Вадим проводил взглядом стремительно исчезнувшего патрона и посмотрел на его супругу. Белла Марковна пригубила шампанское и театрально закатила глаза. Она даже не считала нужным хотя бы замаскировать свою любопытную бесцеремонность. Управляющий мысленно усмехнулся и взял паузу. Умение выразительно молчать передалось ему от матери-актрисы, которая много лет вела в их лицее театральный кружок. В этот и без того изрядно подпорченный праздничный вечер ему, вполне преуспевающему мужчине, меньше всего хотелось развлекать бог весть откуда свалившуюся на его голову провинциалку. Скрывая досаду, он смотрел сквозь нее с выражением вселенской печали на холеном лице, но, памятуя наказ босса, дипломатично изображал радушие. Безмолвие затянулось до неприличия. Однако барышня, похоже, не испытывала ни дискомфорта, ни беспокойства. Было заметно, что желанием общаться она явно не горела и проявляла искренний интерес лишь к забавным нарядам гостей. Делать нечего – пришлось Вадиму брать инициативу в свои руки. Поразмыслив, он пригласил гостью на танец. Ему почудилось, что в глазах Аси скользнуло снисхождение. Она не шелохнулась и, невинно улыбнувшись, внесла ясность: «Не стоит утруждать себя игрой в приличия». Смакующая послевкусие шампанского первая леди едва не поперхнулась от подобной дерзости и в ожидании развязки так и осталась сидеть с раскрытым ртом.

– Надо понимать, это отказ? – холодно поинтересовался Вадим.

– Скорее удобный для вас повод не изменять принципам. Мне, например, совершенно не хочется обременять вас своим присутствием.

– Вы гостья Михаила Абрамовича. А это лучшая из рекомендаций.

– Для заключения выгодной сделки? – иронично уточнила девушка.

Ее остроумное простодушие лишило молодого человека дара речи. Впервые за долгое время он не сразу подыскал нужный ответ. Пристальное внимание супруги «величества» уверенности в себе не добавляло. К счастью, объявили белый танец, и мадам упорхнула под руку с омерзительным Шреком. Проходя мимо и выразительно мурлыча под нос арию тореадора, дама напутственно похлопала негласного оппонента по плечу и со знанием дела шепнула: «К барьеру, сударь!» «Джеймсу Бонду» ничего не оставалось, как протянуть юной полемистке руку.

– Так вы составите мне пару? – скрипя от досады зубами, нервно уточнил он.

– Ну, если только в танце…

Ася грациозно встала и протянула ладошку московскому денди. На ее щечках вспыхнул очаровательный румянец. Усилием воли Вадим сдержал готовый сорваться с губ далеко не самый лестный комментарий в ее адрес. Не слишком ли увлеклась игрой эта провинциальная моль? Можно подумать, в очереди за ее благосклонностью толпится весь столичный бомонд! А ведь если бы не настоятельная просьба шефа, присутствие этой серой мышки так бы и осталось никем не замеченным. Он метнул в полемистку громы и молнии, но не получил ожидаемой сатисфакции: потешно щурясь, девушка пристально изучала группу людей, стоящих рядом с Михаилом Абрамовичем. При этом Настя ни разу не сбилась и двигалась на редкость легко и непринужденно, словно посещение всевозможных балов было для нее привычной работой. Вадим, в багаже которого сохранился целый арсенал постигнутых на заре юности танцевальных па, признаться, был немало удивлен. Какое-то время оба хранили молчание. Белла Марковна, умело манипулируя партнером, держалась в непосредственной близости от искрометного дуэта, жестами за спиной управляющего пытаясь привлечь внимание своенравной гостьи. Но девушка не реагировала. Ее пристальный интерес к тому, что происходило у входа, напрягал, прежде всего, самого Вадима. Он криво улыбнулся и вежливо продолжил светскую болтовню:

– Не вашу ли библиотеку мы укомплектовывали всем миром? Помнится, первая попытка оказалась не совсем удачной.

– В вопросах литературы сотрудники банка разбираться и не обязаны. Главное, чтобы дебит сходился с кредитом, а дивиденды радовали не только вас, но и акционеров.

Говоря, как о чем-то само собой разумеющемся, Ася не сводила глаз с окружения банкира. Собеседник уважительно посмотрел на нее сверху вниз. Похоже, и эрудиции провинциалке было не занимать. На мгновение появилось желание продолжить общение, но секундой позже от него не осталось и следа. Уловив накал страстей, Белла Марковна пошла на решительное столкновение. Едва удержавшись на ногах, Вадим поймал на себе ее призывный взгляд и нехотя продолжил беседу.

– Где же находится ваша библиотека, если это, конечно, не тайна?

– Наша работа абсолютно прозрачна для клиентов, – иронично заметила барышня. – Дом культуры в квартале от вашего филиала и соответственно в нескольких сотнях километров от МКАДа. Для автомобиля вашего класса – сущий пустяк.

– А какой вид транспорта предпочитаете вы?

– Сани, запряженные лошадьми.

– А из автоматических средств передвижения?

– Те, что с водителем.

– Марка производителя, надеюсь, имеет значение?

Настя задумалась всего на долю секунды и без затей призналась:

– Спору нет, навороченный «Мерседес» удобнее подержанного «Волжанина», – она выдержала паузу и иронично шепнула. – Вижу, марки рейсовых автобусов – не ваш конек.

Девушка улыбнулась так обезоруживающе, что у управляющего переклинило мозги.

– С маршрутки прямо на корпоратив? – прокашлявшись, невпопад уточнил он.

Ася посмотрела на собеседника с нескрываемой грустью:

– Ну, почему же – исчерпала весь туристический список: Храм Христа Спасителя, Третьяковка, прогулка по старому Арбату и соседствующим с ним бутикам.

Выставив вверх оба больших пальца, за спиной девушки выразительно подмигнула Белла Марковна. Вадиму не терпелось послать ее по широко известному в просторечье адресу, но от столь опрометчивого шага удержало желание сохранить место управляющего и добропорядочные отношения с патроном. Промолчав, он опустил глаза.

Венчая годовую круговерть, стрелки часов завершали суточный бег. В ожидании кульминации основная масса участников вечеринки сгруппировалась у импровизированной эстрады. Веронику пригласил на танец сослуживец. Молчание подруги ее утомило, и она с радостью согласилась. Захмелевшую Лику раздражал чрезмерный интерес мужчин за соседними столами. Она демонстративно пересела к ним спиной, продолжая оглядываться в поисках Вадима. Приблизившийся к ее столику Пират немедленно получил отставку. Молодой человек в костюме Щелкунчика счел это добрым для себя знаком и вознамерился занять пустующее рядом с красавицей место, но соседка по столу остудила его безрассудство колким комментарием. Прикрыв рот веером, она шепнула потерявшему голову коллеге имя искусительницы. Тот удивленно вскинул брови, моментально потеряв интерес к флирту в целом и заинтриговавшей его особе в частности. Подобная реакция означала, что инкогнито Лики разгадано. Впрочем, этот факт ее волновал меньше всего. В большей степени незадачливую охотницу тревожило затянувшееся отсутствие потенциальной жертвы. Музыка смолкла, за столик вернулась Вероника. Она мило щебетала, делясь впечатлениями, но подруга пропускала мимо ушей ее восторженный лепет, бросая нетерпеливый взгляд на настенные часы.

– «Уж полночь близится, а Германа все нет», – досадливо констатировала кокетка.

Привстав, она разглядела-таки цилиндр и ревниво усмехнулась.

– Кто бы мог подумать – как есть Золушка! Кто такая? Новая секретутка босса?

Вероника кончиками пальцев близоруко оттянула глаза и презрительно отмахнулась:

– Не бери в голову – одна сумасшедшая. Банк презентовал ее библиотеке книги. Так эту провинциальную фифу, видите ли, не устроила их тематика. Вот она и примчалась с демаршем. Между прочим, после встречи с ней шеф расщедрился по полной программе.

– Вот это меня и напрягает. Девица как-то мало похожа на простушку…

– Аутсайдер, – беззаботно отмахнулась Вероника. – Тебе уж точно не чета!

– Как знать, как знать, – потеребила подбородок Лика. – Стал бы Вадька нарезать возле этой цацы круги! Я слишком хорошо знаю гнусную натуру нашего барчука: за просто так он и шага не ступит. Стало быть, кой-какая выгода все же имеется…

– Дамы и господа! – радостно призвал в микрофон ведущий. – До встречи Нового года осталось чуть менее получаса, а призы обладателям лучших костюмов так и не вручены. Компетентная комиссия во главе с нашим дорогим Михаилом Абрамовичем готова подвести итоги. Полагаю, звездная гостья нашего карнавала в представлении не нуждается: давайте дружно поприветствуем народную артистку России, исполнительницу главной роли в самом популярном телесериале сезона, приму и наикрасивейшую женщину национального кинематографа – неподражаемую Наталью Соболевскую. Уважаемые претендентки, приглашаю вас на подиум для финального дефиле! Итак, ваш выход, очаровательная Снежная королева! Друзья, давайте своими аплодисментами поддержим красавиц нашего бала!

Барабанщик мастерски исполнил зажигательную дробь. Публика встретила Веронику весьма сдержанно. Следом за ней пронесла себя Лика, сорвав овации мужской половины зала. Михаил Абрамович внимательно изучил притягательные формы наложницы в импровизированный лорнет. «Не в курсе, кто бы это мог быть?» – тайком оглядываясь на супругу, поинтересовался он. Вадим рассеянно пожал плечами – парад соискательниц его не вдохновил. «Куда, кстати, подевалась твоя милая подопечная?» – с улыбкой уточнил шеф. Управляющий обернулся и спешно покинул толпу. Аси не было ни за столом босса, ни возле эстрады. В недоумении он распахнул дверь, ведущую в фойе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.