Завистливые Боги
Виктор Лугинин

© Виктор Лугинин, 2021

ISBN 978-5-0053-5056-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Марина не любила телепортацию.

Конечно же, она признавала несомненные плюсы. Чем плохо мгновенно перемещаться в любую точку мира? Никаких мучительно долгих путешествий, занимавших драгоценное время. Стоит зажмуриться, представить место, куда хочешь попасть и вуаля!

Так и сейчас. Вышла из портала, открыла глаза и присвистнула. Красная Площадь во всей красе. Алые стены Кремля, храм Василия Блаженного, Спасская Башня… Девушка ни разу не посещала Москву. Но конечно же знала это место как родное.

Прошла несколько метров по брусчатому покрытию дороги. Солнце садилось за Мавзолей, окрашивая место упокоения вождя в ещё более багровые тона. Откуда-то с севера, со стороны Казанского Собора, дул прохладный ветерок. Зря не надела куртку, зябко…

Да, телепортация – это вещь! Захотела на острова райского архипелага, где солнце круглый год и морская вода тёплая и солёная. Или в Париж, всегда мечтала побывать в этом городе, столице романтиков всего мира! Прыгнула на вершину Эйфелевой Башни и ощутила себя бесконечно свободной ото всех и ото всего.

Марину беспокоил дискомфорт при перемещении. Девушка чувствовала, как зудит кожа: мелкие иголки прокалывали эпидермис изнутри. Нанороботы кучковались вместе, собирая энергию в пучок. Как это происходит? Она понятия не имела. Распыляется на квантовом уровне в одном месте и воспроизводится в другом? Или просто тело входит в портал…

Но ощущения не из лучших, словно отлежала руку или ногу, а в данном случае каждый миллиметр кожи.

Размышления прервались внезапно, когда Марина сладко потянулась, рассматривая бесконечно голубое небо. Послышалось шипение, неприятное похрустывание, как будто где-то трещало масло на сковородке. Пурпурный сгусток плазмы, полупрозрачный с вкраплениями пузырьков обрушился сверху. Девушка среагировала мгновенно – подняла руки вверх, образуя защитный купол. Горячее дыхание смерти обожгло пальцы, но не причинило вреда.

Энергетический щит – лучшая защита в арсенале нанопанка. Но имеет несомненный минус. Драгоценная энергия, питавшая наниты, расходуется быстрее, чем пропущенная через сито вода.

Марина круто развернулась, вскидывая ладони вперёд. Даже не рассмотрела врага – просто накопила энергию, позволяя нанитам образовать очередную цепочку. Горячие лучи вырвались из пальцев, образуя огненные стрелы. Несколько угодило в грудь противника, прожигая того насквозь. Бедняга успел издать слабый визг, будто поросёнок, заметивший нож мясника слишком поздно.

Девушка отдышалась, позволяя защитным щитам скользнуть в область спины. Следует экономить силы, а глаз на затылке нет. Протерла пот со лба платочком, вытащенным из кармана коротких шортиков.

Усмехнулась. Это ж надо! Разоделась так раскрепощённо, будто героиня дешёвых боевиков. А ведь едва исполнилось шестнадцать лет…

Подошла к поверженному врагу. Мужчина средних лет, длинные волосы завязаны в конский хвост, уши проколоты. На правой руке татуировка в форме китайского дракона, а из одежды потёртые джинсы и рваная футболка.

Типичный нанопанк. Только воюет не на той стороне.

Корпорация «Нанотек» купила его с потрохами. К сожалению, для большинства нанопанков богатство и слава стоят превыше всего остального. Могущество, полученное с помощью взломанного кода, бывает недостаточным, людям всегда хочется большего. И что с того, что придётся формально пожертвовать свободой и стать пешкой в руках Корпорации? Главное, тебе дают лицензированные права мочить всех подряд, громить города и ничего тебе за это не будет. Ни преследований, ни полиции, ни тюрьмы.

Настоящие нанопанки не боятся правительств и корпораций. Не признают никакой власти и поступают так, как позволяет собственная совесть. Но они больше не грабят банки и не преступают закон ради выгоды. Они – это единственное, что стоит между жадной Корпорацией и свободным человечеством.

Марина поморщилась. Мерзкий пафос, но истина. Робин Гуд бы прослезился…

Девушка ощутила неуловимую вибрацию воздуха рядом. Открытие портала, никак иначе. Встала в боевую стойку, готовясь обрушиться на противника.

Фигура выплыла из воздуха, с каждой секундой приобретая очертания высокого парня в тёмных очках. Незнакомец оглянулся на Марину и помахал рукой. Можно расслабиться, свои.

– Я смотрю ты начала праздник без меня! – с немым укором протянул парень. – Совесть есть вообще?

– Отвали, Спенсер, – парировала девушка, осматриваясь по сторонам. – Я звала тебя ещё десять минут назад. Где шляешься?

– Имею я право позавтракать? – ответил Спенсер. – К тому же я ненадолго, нужно помочь предкам в магазине.

– Суббота же! – покачала головой Марина. – Вы американцы слишком привязаны к выполнению правил… Нет, чтобы нарушить хоть одно.

Парень скривился. Снял очки и аккуратно положил в верхний карман рубашки. Ничем не примечательный – светлые волосы, круглое лицо, покрытое прыщиками, куриный нос. Худой как спичка к тому же. Внешность обманчива? Не всё так просто. Марина выполняла операции с ним не первый день, неплохо дерётся и разрабатывает тактику. Но при первом же удобном случае спешит домой делать уроки и помогать мамочке.

В общем, обычный задрот захолустного городка в штате Огайо.

– Мишель почтит нас своим присутствием сегодня? – с иронией проговорила Марина.

– Француженки так же пунктуальны, как и все тёлки, – усмехнулся Спенсер. – Глядишь к концу явится, разнося вокруг запах дорогих духов…

– Ну я же пришла самая первая! – буркнула девушка. – Ладно, хватит болтовни. Миссия?

Спенсер протянул руку, на которой висели часы. Нажал на экран ногтем, активируя компьютер. Голографическая картинка поднялась вверх, увеличиваясь в размерах. Подробная карта Кремля и инструкции к заданию.

– Проникнуть внутрь дворца, – механически затараторил Спенсер. – Устранить охрану. Поговорить с президентом и рассказать правду о Корпорации. Честно говоря, сомневаюсь, что он нам поверит. Сама знаешь, эти сволочи умеют убеждать.

– Доберёмся – посмотрим! – не стала спорить Марина. – Ты хоть сам веришь в ловцов душ?

– Терпеть не могу подобную чушь с библейским уклоном, – буркнул парень. – По мне новая городская легенда. Чёрные глаза, высасывание души… Могли придумать, что покруче! Но ангелы и демоны тоже достали…

Марина хотела возразить, но услышала вой сирены. Жуткий, пронизывающий звук, отдающийся внутри груди. Солдаты выбежали из ниоткуда, занимая позиции возле красной кирпичной стены. Форма цвета хаки, бронежилеты, в руках новенькие автоматы, стрелявшие разрывными патронами. Обрушили огонь без предупреждения, но что ещё ожидать от кучки запрограммированных зомби?

Спенсер откинул руки, создавая огромную силовую волну. Марина чувствовала, как десятки пуль отскакивают от энергетического щита, барабаня, словно капли дождя по черепице дома. Огненные вспышки мелькали в глазах, не давая рассмотреть врага.

Девушка отпрыгнула в сторону, сделав изящный кувырок через голову. Краем глаза увидела, как кучку солдат разбросало в стороны, некоторых расплющило в лепёшку. Буквально. Спенсер мастерски владел приёмом «волны ужаса», когда энергия давила на любую материю, словно столп воды на километровых глубинах океана.

Марине осталось добивать оставшихся. Лихо подпрыгнув на ноги, стала выпускать энергетические нити из пальцев, словно паутиной обволакивая тела врагов. Рванула на себя – и солдаты подлетели в воздух, выбрасывая из рук оружие. Чувствовала себя дирижёром, только вместо палочки собственные пальцы. Несколько движений. Люди отлетали к кирпичной стене и падали замертво на брусчатку.

Последний солдат вскрикнул от смертельного ужаса, голос эхом отдавался в ушах девушки. Вытащил из-за пояса круглый предмет, напоминавший мячик и кинул в их сторону.

– Граната! – заорал Спенсер и побежал в неизвестном направлении.

Марина застыла на месте, мускулы сковал паралич. Молча наблюдала, как «лимонка» без чеки ударяется о правую ногу. Несколько секунд и рванёт, разрывая девушку на части.

Кто-то схватил её за руку, поднимая в воздух. Марина вскрикнула, наблюдая, как внизу происходит взрыв, поднимается оранжевый столб огня. Повернула голову, надеясь увидеть знакомое лицо.

Но это не он.

Это не Виктор.

– Заторможенная сучка ты! – крикнула Мишель, отпуская ладонь девушки.

Марина упала на площадь. Колено ударилось о брусчатку, раздирая кожу в кровь. Боль пробудила девушку от оцепенения. Наниты мгновенно затянули ранку, новый слой эпидермиса образовал белый налёт на загорелой ноге.

– Всегда пожалуйста! – буркнула француженка, опускаясь рядом. – Ты обкурилась что ли? Или гранаты нипочём стали?

– Тебе-то какое дело? – грубо бросила Марина. – Я спасать себя не просила! Ты где пропадала? Снова в салоне красоты застряла?

Мишель вытянула средний палец, показывая новый маникюр. До чего ж стервозная дамочка. Только закончила школу и готовилась к поступлению в Сорбонну. Родители богатые промышленники, живёт в настоящем французском замке на юге страны. Владеет огромным виноградником. А также сердцами и умами сотен парней в глобальной сети, выкладывая полуобнажённые снимки.

Хотя, что в ней такого? Личики симпатичное, пухлые губки, зелёные глаза… Волосы длинные и крашенные в отвратный пурпурный цвет. Фигуры ж никакой: узкие бёдра и маленькая грудь. Ну ладно, ножки от ушей и что?

– Спенсер! – крикнула француженка. – А ну выходи! Ты где прячешься, суслик несчастный?

– На себя посмотри, королева разбитых сердец, – буркнул парень, выходя из-за её спины. Явно телепортировался. – Когда наконец разведу тебя на бар?

– Разводить овец будешь, – парировала Мишель. – Пострижёшь и оттрахаешь, тебе сойдёт на первый раз…

– Какая же ты сук…

– Тихо!!!

Марина предостерегающе подняла руку. Где-то вдали слышался необычный шум, словно стрёкот и он приближался.

Мишель и Спенсер обменялись колкими взглядами. Парочка лопухов, честное слово! Марина сама себе удивлялась, что взяла их в команду. С другой стороны – выбирать особо не с кого.

Жаль, Виктора нет рядом. Когда узнала о его смерти, что-то внутри у неё оборвалось, затерялось в душевной пустоте. Вот кто был настоящим героем! Нанопанк не только спас Марину от идиотского суицида, но и дал направление в жизни. Честный и благородный, пожертвовавший жизнью ради истины. Только люди не захотели этого принять, иногда ложь выглядит сладким десертом на фоне горького блюда правды…

Враги появились внезапно.

Первый нанопанк вынырнул из воздуха, выкидывая десяток огненных шаров, размером с теннисный мячик. Несколько попало в Мишель, опаляя джинсы. Девушка взвизгнула от боли и негодования. Послышался запах палёной плоти.

Марина хлопнула в ладоши. Жуткий звук, напоминавший скрежет металла, вылетел в сторону противника. Бедняга зажал уши, из которых потекла густая кровь. Убивать звуком ювелирное занятие. Марина училась этому почти месяц. Нанороботы выделяют определённый резонанс, способный буквально взрывать мозг изнутри. И если неправильно подберёшь его, то убьёшь не только себя, но и всех в радиусе десяти метров.

Другой противник атаковал с неба, обрушивая настоящий град камней. Булыжники всех форм и размеров. Спенсера ударило в плечо, послышался смачный хруст. Сломанная рука бессильно повисла.

Марина расширила энергетический щит, ощущая, что выдыхается. Энергия кончалась, усталость сводила мышцы, а в голове помутилось. Камни с грохотом обрушивались на невидимую защиту. Долго не протянет, ещё чуть-чуть…

Мишель вступила в игру.

Даже пальцем не пошевелила. Всего лишь движение глаз, в которых зажглась ненависть, опаляющая и беспощадная. Нанопанк дико заорал. Невидимая сила разорвала его на части. Конечности и голова отлетели в разные стороны Красной Площади. Тело брякнулось за кирпичную стенку, разбрызгивая кровь.

Марина опустила щит и без сил упала на брусчатку. Рядом на горке камней сидел Спенсер, баюкая сломанную руку.

– Держи! – Мишель кинула девушке энергетический батончик. – Подкрепись. Суслик, ты как? Выбываешь?

– Заживёт в течение пяти минут, – ответил тот. – И прекрати называть меня сусликом!

– А то что? – усмехнулась девушка. – Я думала, здесь охрана будет покруче. А так я бы и одна справилась…

Марина фыркнула, поедая батончик. Поглядела на ногу компаньонки – зажила поразительно быстро, даже шрама от ожога не осталось. Зато джинсам хана, расплавились.

Стрёкот приближался.

Вертолёт выскочил из-за Спасской Башни, как раз в тот момент, когда часы стали пробивать девять часов вечера. Завис в воздухе – огромная чёрная машина смерти. Два крупнокалиберных пулемёта под крылом и несколько рядов ракет. Шум двойных винтов разносился вокруг, как и ветер, поднимавшийся оттуда.

Мишель присвистнула.

– Мы так не договаривались, – бросила она и растворилась в воздухе.

– Трусиха! – крикнул Спенсер. – Кинула нас, паршивка…

Марина ничего не ответила, а лихорадочно соображала. Никакие защитные щиты здесь не помогут. Пулемёты размолотят их в труху…

Но время не резиновое, особенно, когда имеешь дело с боевым вертолётом Корпорации.

Спенсер отреагировал быстрее. Вытянул здоровую руку и сделал хватательное движение. Раздался громкий треск. Один из куполов храма Василия Блаженного отваливался на глазах…

– Эй! – вскрикнула Марина. – Ты что творишь, американский полудурок, это же народное дос…

Пулемёт застрекотал, выбрасывая сотни пуль. Спенсера отбросило назад, превращая его в кровавое месиво. Марина успела отскочить в сторону, но красная вязкая жидкость облила её с ног до головы.

Ракета вылетела навстречу, выбрасывая клубы дыма.

Девушка сосредоточилась, нужно открывать портал…

Старая добрая мелодия «ABBA» прозвучала в голове, возвещая о входящем звонке. Марина прикусила губу, проклиная свою забывчивость. Нейрофон не выключила!

– Компьютер, пауза! – бросила она.

Ракета зависла в шаге от девушки, напоминая огромный металлический карандаш. Пространство заволокло серой пеленой, Красная Площадь исчезала на глазах…

Шлем виртуальной реальности реагировал на мысленные приказы пользователя. Марина сняла с головы окуляры, напоминавшие прибор ночного видения и кинула на кровать.

– Блин, чего надо? – буркнула она, отвечая на звонок. – Снова загубила уровень из-за тебя…

– Снова не в настроении? – Голос Геры Панкова казался встревоженным. – Знаешь, счас во Дворец Культуры приезжает цирк… А мы уже давно никуда не ходили.

– Тебе цирка в школе не хватает? – спросила девушка, беря с тумбочки тарелку с пирожными. – Сходили с тобой на дискотеку. Чуть не опозорил. Танцевать не умеешь? А предупредить нельзя было?

– Вообще-то, – ответил Гера. – Я как раз умею, но только вальс. Меня мама в танцевальный кружок отдала. А вот эти прыжки и тряска телом, словно в конвульсиях полная лажа…

– Да ладно? – Марина заглотила пирожное, облизывая крем с пальцев. – Кто-то у нас серьёзный мальчик…

– Я уже два билета купил, – перебил Гера. – Там дрессированные медведи и тигры…

– Что я там не видела, боже? Лучше бы в Москву сгоняли. Там столько крутых ночных клубов… не то, что у нас и сходить некуда. Деревня дураков!

– Ты же знаешь, меня мама одного в столицу не пустит… И я не хочу уезжать, оставлять её одну, у неё проблемы с сердцем.

– В таком случае, отстань. Поговорим в школе после выходных. Отбой.

– Но…

Марина отрубила связь прежде, чем услышала очередное нытьё парня. Боже, и как вообще она стала с ним встречаться? Настоящий хлюпик и ботаник, никакой тяги к приключениям.

Девушка доела пирожные и кинула тарелку на столик с проигрывателем. Ничего, потом помоет, время деньги. Нужно снова проходить уровень игры с начала. И вряд ли Спенсер и Мишель присоединятся, да и толку от них? Больше ругаются, чем играют в команде. Надо парочке срочно заняться виртуальным сексом, глядишь пар бы сняли…

За последний год в гостиной произошли небольшие перемены. Велотренажёр с весами исчезли, проданные в комиссионку. Старенький телевизор выброшен на свалку, зато теперь можно с удовольствием глядеть любимые передачи на голографическом экране.

Марина подошла к зеркалу, висящему над диваном. Перемазалась в креме, наверняка. Достала платочек, чтобы вытереть уголки губ.

Отражение в зеркале заставило её вскрикнуть. Сердце учащённо забилось, в ногах появилась предательская дрожь. Этого не может быть!

В зеркале поселился какой-то бегемот, не иначе. Лицо с пухлыми щеками и двойным подбородком, перемазанное в белом креме. Шеи не видно, как будто сливается с толстым телом. И глазки маленькие, заплывшие жиром, словно у поросёнка.

– Уйди! – бросила Марина, зажмурившись. – Один, два, три…

Девушка открыла глаза и вздохнула с облегчением. Просто галлюцинация. Переела сладкого, дурочка. Снова красотка, с идеальной фигурой. Нанороботы не дают сбоев, перерабатывая любой жир.

В голове промелькнула блестящая плеяда мыслей. Что это с ней стало? Неужели и вправду забыла о том, кто она? Всего лишь год назад была толстушкой, всеобщим посмешищем в школе, без друзей и парня. Презирала одноклассников, которые не ценили ничего, кроме тусовок и денег, выдаваемых богатыми родителями.

Сотрудник «Нанотек» отвёл её в Центр Обслуживания, где бесплатно ввёл наниты. И гадкий утёнок стал прекрасным лебедем, но что в итоге? Новые насмехательства и попытка уйти из жизни?

Если бы не Виктор, появившийся в самый опасный момент…

И Гера Панков, единственный настоящий друг, который втайне влюбился в неё, когда она не сбросила вес…

– Боже, да посмотри на себя! – прошептала Марина своему отражению. – Избалованная стерва…

«Каждый человек сам исполнитель своих желаний!» – прозвучал голос Виктора внутри девушки.

И это то, чего она желала всем сердцем?

Марина бросила взгляд на шлем виртуальной реальности. Подошла к компьютеру и нажала пальцем на сенсорный экран. Активировала игру с начала. Нужно отвлечься.

Пальцы схватились за шлем.

Раздался громкий треск изнутри квартиры. Входная дверь слетела с петель. Грохот ног, обутых в тяжёлые армейские ботинки.

Марина вскрикнула.

В гостиную ворвались несколько человек в масках и с автоматами наперевес. Надпись «ОМОН» красноречиво выдавала незнакомцев. Один из них схватил девушку за шею и кинул на диван. Грубые пальцы ощупывали Марину с ног до головы, в поисках оружия, но на деле останавливались на груди и ягодицах.

– Марина Соколова? – Голос не спрашивал, а утверждал. – Вы арестованы за незаконное хранение запрещённой продукции. Игра «Нанопанк» изъята и будет представлена как доказательство в суде.

Девушка ощутила, как железные браслеты защёлкиваются на запястьях. С трудом повернула шею, чтобы увидеть обидчиков.

Мужчина в разноцветном костюме держал в руках злосчастный диск. Девушка фыркнула. Зря не скачала с интернета. Нет, нужно заказывать настоящий древний «блюрэй», чтобы поставить на полочку.

– Владислав Долгов, Служба Безопасности Корпорации, – представился незнакомец. – В машину её! И будьте помягче, я не хочу потом исков от родителей за неправомерные действия…

– Я ничего не сделала! – закричала Марина, которую потащили из гостиной, продолжая лапать. – Это всего лишь игра…

– … распространяемая террористической организацией, – закончил за девушку Долгов. – Вы – пособница нанопанков!

Марина хотела ответить, но один из «омоновцев» всунул в рот кляп. Вытолкнули из квартиры в подъезд и повели вниз.

Настоящая игра начиналась…

Часть первая

Интерлюдия Один

Варшава, апрель 1943

Коридор напоминал внутренность грязной канализационной трубы. И воняло здесь также. Мерзкой тухлятиной. Пол выложен отсыревшими досками, скрипевшими при ходьбе. Стены в потёках, сально-коричневые, с облупившимися обоями. Освещался несколькими газовыми лампами на потолке. Электричества не провели.

Их было четверо.

Трое мужчин впереди и женщина, замыкавшая шествие. Впрочем, какие тут половые признаки? В лагерях смерти евреев лишали не только благ жизни, но понятия человечности. Они даже не звери, нечто худшее, паршивое, не имеющее право существовать вовсе. Как бактерии, вызывающие насморк, мерзкая слизь в носоглотке.

Конвоировало двое солдат. Густав горделиво вышагивал перед евреями, придерживая винтовку на груди. Ганс шёл за женщиной, ощущая приступ тошноты. Нет, к евреям он относился нормально, не понимая, отчего все вокруг их ненавидят. Так действовал запах, а ведь совсем недавно здесь находилась обычная школа. Пока несколько лет назад в здании не устроили зону карантина, куда свозили якобы «больных» евреев. На самом деле оборудовали морг, куда сваливали тела убитых жителей. Не всем повезло уехать в Треблинку, продлив жизнь на считанные дни или месяцы. Некоторых мучали до смерти ещё в Варшаве.

Пехотную роту Ганса перевели сюда недавно. До этого восемнадцатилетний ефрейтор служил в одном из гарнизонов Западной Польши. Подальше от фронта, в глубинке, где пострелять пришлось лишь однажды, преследуя оленя. Охотник с Ганса неважный, как и солдат. Мечты об учёбе в университете казались смехотворными. Война разгоралась с удвоенной силой, требуя новых резервов.

Лучшие дивизии отправлялись в Россию, где готовились к очередному контрнаступлению. Фюрер не иссякал энергией, выступая перед народом. Сталинградский позор признан отсрочкой неминуемой гибели Красной Армии. И не имеет значения гибель миллионов солдат Вермахта. Неутомимые русские медведи, способные не только выживать, но и сражаться в жестоких морозах внушали Гансу ужас. Слава богу, что он остался в тылу.

Задумавшись, он чуть не врезался в спину женщины, застывшей на месте. Густав громко закричал, тыча «маузер» в лицо еврея:

– Чего встал, рот разинул? Шевелись!

Но евреи не двигались с места.

Ганс прошёл вперёд, пытаясь рассмотреть, в чём причина заминки. Вздрогнул, едва не выронив винтовку. Возле двери, ведущей в западное крыло здания, натекла кровь. Рядом валялся кусок ткани, вырванная с одежды остроконечная звезда, которой помечались евреи.

– Вы ведёте нас на казнь? – спросила женщина. – Могли бы просто пристрелить. Зачем эти мучения?

Ганс прикусил губу. Осмотрел пленных – всех уже переодели в полосатые робы, пока без обозначений и номеров. Присвоят, когда вывезут в лагерь. Худые, измождённые лица: бледная кожа словно резиной натянута на лысые головы. Женщина казалась молодой, но долгое пребывание в гетто состарило её, измучило до невозможности. Морщинки покрывали некогда прекрасное лицо, под глазом светился свежий синяк. Какие у неё были волосы? Каштановые, светлые или тёмные? Поди угадай теперь.

Густав взвёл курок на винтовке. В глазах появился злобный огонёк. Размахнулся прикладом и ударил старого еврея в живот.

– Штандартенфюрер Копс ожидает ваши тушки прямо сейчас! – захлёбываясь слюной, заорал Густав. – Решайте – либо идёте добровольно, либо под пинками. Сечёшь, Авраам?..

– Изверги, – бросила женщина и плюнула на сапоги Ганса. – Вы все будете гореть…

– Лучше выполняй приказ, – прервал Ганс, чувствуя, как горят щёки. – Густав, а ты не переусердствуй!

– А ты мне кто? Командир? – вспыхнул солдат. – Или сочувствуешь жидам?

– Не твоё дело, – буркнул Ганс. – Топай, давай!

– Так и знал, – фыркнул Густав. – То-то рожа у тебя хитрая, евреи в роду, да? А если скажу штандартенфюреру?

Ганс сжал кулак и приподнял дуло винтовки.

– Свои теории абсурдные, держи при себе, – сказал он. – Эй, перекур окончен! Пошли!

Густав молча повернулся и открыл дверь.

Евреи последовали за ним, бросая на Ганса недоуменные взгляды. Не часто приходилось слышать от немцев защиту в свой адрес.

В западном крыле дышалось легче, за счёт распахнутых настежь окон. Весеннее солнце отбрасывало блики на множество дверей, ведущих в классы. Кровь разбрызгана и здесь – небольшие потёки, засохшие и чёрные. Ганс слышал, что трупы сваливали в подвале, где сжигали в доменной печи, обогревавшей школу зимой.

Они подошли к крайней двери, располагавшейся недалеко от лестницы. Густав постучал и вытянулся по струнке, ожидая ответа.

– Войдите! – громкий бас Копса разнёсся по коридору.

Густав схватился за ручку и рванул дверь на себя. Распахнул и вошёл, жестами приказывая евреям следовать за собой.

Женщина на миг обернулась, смерив Ганса взглядом, наполненным смесью мольбы и ненависти. Будто внутри шла какая-то борьба, где злоба к угнетателям смешивалась со страхом близкой смерти.

Ганс отрицательно покачал головой. Ничем он не поможет.

Кабинет штандартенфюрера располагался на месте старой учительской. Широкая комната, обставленная казённой и дешёвой мебелью: сосновый стол в углу возле книжного шкафа, несколько стульев с широкими спинками, пыльный диван у окна. Стены недавно обклеены новыми обоями, потолок выбелен, а пол устлан махровым ковром. По слухам, Копс не только принимал тут посетителей и допрашивал евреев, но и ночевал. Истинный спартанец, не терпящий лишних удобств.

Ганс прикрыл дверь и взглянул за плечи узников.

– Встать в шеренгу, живо! – крикнул Густав.

Евреи неохотно выполнили приказ. Копс встал из-за стола, где проверял какие-то документы. Явно новые указания из генерального штаба.

Штандартенфюрер выглядел как истинный ариец. Немолодой, лет тридцати пяти, с морщинками возле голубых глаз. Светлые волосы коротко отстрижены. Лицо гладко выбритое, на подбородке остался след от пореза бритвой.

Как и большинство старших чинов Вермахта, Копс носил строгую, но впечатляющую форму. Серый мундир, в талии его стягивал огромный ремень, с которого на бриджи свисала кобура с револьвером. Дубовые листья на петлицах. Красная нашивка со свастикой на плече. Завершающими штрихами являлись фуражка на голове и длинные чёрные сапоги по колено.

Ганс поёжился, никогда не хотел служить в армии, не то что, достигнуть карьерных высот. Хватает и серой стандартной формы с лычками ефрейтора…

– Только четверо? – спросил Копс, разглядывая узников. – Впрочем, не важно, рядовой. Оставьте нас и встаньте на стражу возле выхода.

Густав кивнул и отдал честь. Круто развернулся и пошёл к двери, чеканя шаг. Настолько ярого солдафона как он, Ганс ещё не встречал… образец для подражания.

– Вы тоже, ефрейтор, – сухо бросил штандартенфюрер.

Всего лишь на мгновение Ганс заглянул в глаза Копсу. И этого хватило, чтобы ощутить, как по спине пробегают мурашки, а ноги подкашиваются. Во взгляде командира читался ледяной холод, ни тени эмоций, словно внутри у Копса ничего нет. Абсолютная машина войны, пожинающая любого, кто осмелится встать у неё на пути. Иногда в голове Ганса возникал сумасбродный вопрос: а человек ли он вообще?

Ефрейтор вышел вслед за Густавом, стараясь не смотреть назад. Что Копс собирается делать с ними? Допрашивать? Угрожать оружием? Это не впервые, когда к штандартенфюреру приводят евреев. Обычно после этого их отправляют сразу в Треблинку.

Но не в этот раз. Ганс чувствовал, что что-то здесь не так.

Дверь закрылась и оба солдата встали на караул.

– Слышал про новый приказ из штаба? – шёпотом спросил Густав, словно угадывая мысли напарника. – Ходят слухи, что гетто прикроют!

– В смысле? – не понял Ганс, одним ухом прислушиваясь к тому, что происходит в кабинете. – Что это значит?

– Генерал Штропп прибыл сегодня не для инспекции, – продолжал Густав, на губах которого заиграла противная ухмылка. – Завтра он поведёт нас в гетто, чтобы депортировать оставшихся жидов. Сукины дети запаслись оружием и так просто не сдадутся. По мне давно надо было это сделать, освободить город.

– Но, если у них есть оружие… – растерянно забормотал Ганс.

– Что у них есть? Десяток ружей и пистолетов? – усмехнулся Густав. – Когда ты тискал деревенских простушек на западе, мы с ребятами вели бой с этой ордой. Зимой они устроили пальбу, пытаясь не дать нам загнать евреев в вагоны для отправки в лагерь. Сейчас готовится то же самое. Ты думаешь на кой чёрт мы привели этих четверых к Копсу? Их схватили, когда они пытались перевезти оружие в гетто. Евреи могут знать о приближающемся восстании.

Ганс ничего не ответил. В душе скребли кошки. Если всё так, как говорит Густав, утром начнётся настоящая резня. А что касается узников в кабинете…

– Ах, твою ж…

Густав поморщился и схватился за живот.

– Ганс, прикроешь? Я по-быстрому сгоняю в сортир, – затараторил он. – Счас навалю в штаны прямо здесь…

Ефрейтор сухо кивнул, погружённый в свои мысли. Густав побежал к лестнице, подпрыгивая как кенгуру. Не удивительно, столько съесть просроченных огурцов из банки…

Из кабинета доносились тихие голоса допрашиваемых евреев. Неожиданно раздался громкий женский крик и звук удара, словно что-то упало на пол.

Ганс приник к замочной скважине. Не самый лучший и почти детский поступок. Но любопытство и страх сильнее благоразумия.

Штандартенфюрера не видно. Проглядывается лишь край чёрных сапог, выступавший за коленопреклоненной женщиной. Еврейка склонилась над телом старика, лицо которого повернулось к двери. Ганс чуть не выронил «маузер», увидев остекленевшие глаза, в которых застыло выражение непомерного ужаса.

– Третий Рейх дал евреям право на жизнь, – раздался голос Копса, бесстрастный и металлический. – Четыре года жидов держали в городе, а ведь само ваше существование являлось пощёчиной Германии. Но теперь с этим покончено. Я повторяю – кто руководитель восстания? Где тайники с оружием? Численность отрядов?

– Ты… демон! – вскрикнула женщина. —Яхве покарает тебя…

– Твой бог здесь не поможет!

Копс вышел вперёд. Ганс увидел, как рука командира протянулась к женщине, словно моля о снисхождении. Но в этот миг пальцы оживились, делая странные хватательные движения. Женщина вскрикнула, на этот раз ещё громче и жалостнее.

– Какого… – зашептал ефрейтор.

Женщина затряслась на месте, словно в конвульсиях. Послышались вопли ужаса оставшихся евреев, но спасать её они не собирались, да и смогли бы?

Ганс не стал ждать. Схватился за ручку и распахнул дверь, не соображая, что подписывает себе смертный приговор.

Женщина бессильно поникла.

Копс сделал резкий рывок ладонью и изо рта узницы вырвался небольшой светящийся шарик, переливавшийся гаммой красок. Штандартенфюрер ловко поймал его и спрятал в руке.

Ганс перевёл взгляд на командира.

Лицо Копса превратилось в мрачную морщинистую маску. Вместо глаз – абсолютно чёрные провалы, ведущие во тьму. Ни следа белков и намёков на глазные яблоки.

Ефрейтор поднял винтовку, целясь в голову твари, занявшей место штандартенфюрера. Страх заполнял каждую клеточку тела, Ганс понимал, что сам наложит в штаны. Но иначе нельзя, этот монстр заберёт его душу…

– Я же сказал, – разочарованно произнёс Копс. – Ждать за дверью! Неужели так сложно выполнить простой приказ? Люди… ваш главный недостаток даже не в глупости. А в любопытстве, граничащим с идиотизмом. Опусти «маузер», сынок…

– Какой я тебе сынок, чудовище! – Палец дрогнул и Ганс выстрелил. – Сдохни…

Пуля вошла в грудь штандартенфюрера. Пятно крови расплылось по серому кителю, но Копс не дрогнул.

– А вот это ты зря… – произнёс Копс. – Это мой лучший мундир…

Тварь вытянула руку и заработала пальцами.

Ганс выронил винтовку и упал на колени, не в силах сопротивляться. Краем глаза видел, как двое оставшихся евреев скрываются за дверным проёмом. Но никому не убежать и не скрыться.

Они все обречены.

Они…

Глава первая

Поезд мчался как пуля.

Совсем не фигуральное выражение. Состав двигался с немыслимой скоростью, разрывая воздушное пространство. Стоит лишь взглянуть в окно – размытые картинки кавалькадой сменяют друг друга. Деревья, поля, дома… всё смешалось воедино. Рябит в глазах, лучше не смотреть или вообще затемнить стекло. Благо такая функция присутствует.

Никита отвернулся и осмотрелся по сторонам, стараясь не думать о скорости. Конечно, её и не ощущается, да и звуков никаких, словно в вакууме. Но всё равно неуютно, внутри копошились противные насекомые, именуемые страхом. Что если слетит в трассы? На такой скорости от парня и мокрого места не останется.

Остальных пассажиров подобные мысли не посещали.

Салон вагона представлял собой вытянутое помещение овальной формы, заполненное салатовыми креслами. По два ряда с каждой стороны, миниатюрные с высокой мягкой спинкой. Людей немного – человек десять, поэтому пустовавшие кресла сложены, скрывшиеся в полу. Удивительный механизм, экономивший свободное пространство. Большинство окон затемнено – любоваться скоростным видом не по душе не только Никите.

Стены и потолок облицованы лакированным деревом, на полу гладкий линолеум. Прямо дорогая квартира, а не вагон поезда на магнитной подушке. Даже удобства есть – розетки для зарядки гаджетов, длинная лента жидкокристаллического экрана под потолком, где показывался канал центрального телевидения. Впрочем, туда никто и не смотрел. Каждый занят своим делом.

Двое подростков оживлённо болтали, теребя пальцами по голографической картинке на коленях. Судя по переглядываниям, мальчишка и девчонка использовали нейрофоны. Несмотря на то, что находились в сантиметре друг от друга. Большего идиотизма представить сложно. Может новый писк моды?

Пожилая женщина играла в карты. Голограммы картонок настолько походили на настоящие, что казалось ими можно сложить домик.

Красивая блондинка лет двадцати пяти баловалась с косметикой. Нанороботы могли не только менять цвет волос, но и окрашивать губы, подводить брови, изменять тональность…

Никита фыркнул, разглядывая как пурпурные кудряшки становились огненно-красными или зелёными.

В дальнем конце вагона какой-то парень развалился на два кресла и потягивал сигару, выпуская колечки. Курить не воспрещалось, наниты отключали любой запах. С другой стороны, пялиться на дымовую завесу под потолком приятного мало.

– Поезд прибывает на конечную станцию. Магнитогорск в минуте пути.

Голос оказался женским, с приятным фальцетом. Обычный робот. С тех пор как поезда на магнитной подушке стали беспилотными, программа применяла любые возможные варианты. Бояться нечего – человеческий фактор отсутствовал, аварий не происходило. Безопаснее некуда.

Сами поезда использовали недавно. К сожалению, покрытие магнитными полосами вместо рельсов, происходило медленно и постепенно. Пригородные поезда всё ещё курсировали по железнодорожным маршрутам. Путь «Москва-Магнитогорск» провели всего пару месяцев назад.

Скорость невероятная. До пятисот километров в час. И это далеко не предел. Поезд буквально левитировал над магнитной полосой. При этом упасть с путей практически невозможно. Если только Всевышний не отрубит магнитное притяжение.

Да и время в пути бьёт рекорды. Пятнадцать минут назад Никита ещё стоял на Казанском Вокзале. Никаких остановок.

Поезд замедлялся. Вихрь красок в окне сходил на нет, торможение идеальное. Вскоре можно было рассмотреть отдельные дома, проплывающие рядом.

Никита встал и нажал на сенсорную кнопку. Кресло мгновенно сложилось вдвое и исчезло в полу. Закинул лямку рюкзака на плечо и двинулся к выходу.

Нетерпеливых не видно. Люди в вагоне продолжают страдать ерундой, загипнотизированные гаджетами. Лишь парень на другом конце вагона затушил сигару и выкинул в урну.

Поезд остановился. Никакой тряски, словно инерцию отключили.

Створки дверей отскочили в стороны, впуская в тамбур тёплый весенний ветерок.

Никита соскочил на перрон и позволил солнечным лучам обогреть кожу. Сзади раздался цокот каблуков, а вскоре и оклик:

– Молодой человек, дайте пройти!..

Парень отступил на пару шагов. Блондинка вышла из вагона, обдав Никиту сладким запахом духов. Короткое летнее платье, оголявшее стройные ноги развевалось на ветру.

– Ах ты моя маковка! – Звонкий крик разнёсся по окрестностям. – Иди сюда к своему папочке!

– Бобрик! – завопила девушка и ринулась вперёд.

Никита поморщился: огромный амбал, сплошная гора мышц, заключил в объятия блондинку.

– Страна дураков, – буркнул парень и двинулся в сторону здания.

Железнодорожный вокзал города Магнитогорска представлял собой широкое одноэтажное строение. Стены выкрашены белой краской, окна овальные и витражные, крыша покрыта красной черепицей. Над прозрачными дверями висят круглые часы. Остановились на цифрах «03.13». Наверное, с этим временем связано что-то невероятное, раз уж никому нет дела, чтобы починить.

Возле вокзала толпился народ. Большинство сидело на лавочках, греясь на солнышке и наблюдая за проплывавшими составами. Некоторые прогуливались взад-вперёд по перрону, с сумками или налегке, болтая сами с собой. Нейрофоны чудесная штука, но люди странно смотрятся со стороны. Никита вставил чип недавно, не ощущая особого дискомфорта.

Полицейский в зелёной форме и фуражке неторопливо прогуливался, осматриваясь по сторонам. Какой-то мужик на роликовых коньках выехал из дверей и чуть не сбил женщину с тяжеловесной сумкой. Страж закона мигом направился на место происшествия, но куда ему угнаться за конькобежцем…

Никита обошёл здание стороной, лавируя между кучкой детишек с мороженым, высыпавших на перрон. Стоянка автомобилей располагалась на той стороне, вместе с рядом киосков и ларьков. Непременный атрибут любого вокзала не собирался вымирать. Да и кому хочется сворачивать выгодный бизнес на злачном месте?

Вот и такси. Парень постучал в окошко новенького «ауди».

Стекло неторопливо опустилось. Бородатая физиономия водителя вылезла из отверстия.

– Куда? – буркнул он, со скукой изучая лицо Никиты.

– В гостиницу, – ответил тот, слыша гомон голосов за спиной. – И побыстрее, у меня мало времени.

– А у кого счас оно есть? – усмехнулся таксист. – Довезу за десять минут, если пробок не будет. Деньги вперёд.

– Сколько? – спросил Никита, доставая кошелёк.

– Триста, – ответил мужик. – И не смотри так, всё по – честному, сам видел, как взлетели цены на нанотопливо. Издевательство! С каких пор мы стали зависимы от этого? Прям вернулись старые времена, когда тряслись над каждым литром бензина. Начальник дерёт в три шкуры, не хочет входить в положение, так что ж мне за свой счёт покупать топливо? Сукин…

Никита молча сунул купюры в руку водителю. Слушать жалобы таксиста на жизнь в планы не входило. В Москве такси давно перешли на беспилотное управление.

– Блин, – буркнул Никита. – Шеф, подождёшь? Я в магазин сгоняю…

Таксист кивнул, продолжая беспрестанно бормотать.

Парень направился к небольшому зданию с овальной крышей и надписью: «По дороге в гости». Да, глупо бы вышло. Направился на кладбище, а водки не взял, чтобы помянуть.

Брат Никиты погиб ровно год назад. Подробности смерти Вадима Колоса скрывались за завесой тайны. Всё случилось неожиданно – позвонили, ошарашив вестью посреди лекции. Родители умерли, так что Никита оставался единственным родственником. Когда приехал в город, чтобы уладить дела с похоронами, узнал, что брату уже выделили место на кладбище. За счёт Корпорации.

Объяснения Никиту не удовлетворили. Мол в лаборатории случился несчастный случай, унёсший жизнь не только Вадима, но и его ассистентки. И что случилось? Взрыв? Распыление вредных веществ? Полная ахинея. Ещё и хотели всучить кучу денег, мол Вадим был застрахован. Хватило бы, чтобы оплатить обучение в университете и на съём квартиры в центре столицы. Но Никита послал «Нанотек» к чёрту. Они просто желали замять смерть сотрудников, пытаясь выплатить компенсацию семьям.

Но жизнь брата бесценна.

Хоть в последние годы они почти не общались, Никита гордился им. Лучший инженер, настоящий мастер своего дела. И такая глупая, непонятная смерть…

Парень подошёл к стеклянным дверям магазина и схватился за ручку. Из динамиков, установленных на стенах вокзала, лилась приятная музыка:

Оставим чудеса для тех
Кто ищет небеса для всех
Оставим чудеса для тех
Кто снится

Оставим чудеса для тех
Кто ищет небеса для всех
Оставим чудеса для тех
Кто птица

Из магазина выскочила девушка с ярко-зелёными волосами. Врезалась в парня и выронила пакет с булочками.

– Эй, осторожней надо! – буркнул Никита, потирая ушибленные рёбра. – Куда прём? Пожар?

– А сам лучше? Стоишь здесь как истукан с острова Пасхи! – парировала незнакомка, подбирая пакет. – О чём мечтаем?

– Ого! – усмехнулся Никита. – А мы начитанны… Не ушиблась?

– Если бы булочки рассыпались я бы тебе всыпала, – пробормотала девушка. – А так ничего, переживу…

Никита присмотрелся к лицу незнакомки. Симпатичная, даже очень. Глаза под цвет волос почти изумрудного оттенка, маленький носик, тонкие накрашенные губы. Разодета как типичный подросток: короткая футболка, обнажавшая идеальный животик, без следов пирсинга в пупке. Джинсовые шорты облегают стройные бёдра. Вместо босоножек… кеды? Что правда?

– Ладно, я спешу, – произнесла девушка, делая шаг в сторону. – А ты войдёшь? Или у тебя агорафобия?

– Чего у меня? – Парень раскрыл рот от изумления.

– Смертельный, неописуемый ужас перед посещением магазинов! Смотри штаны не намочи, взрослый мужик вроде…

Никита не смог вымолвить ни слова. Ещё ни одна девушка так с ним не разговаривала. Внутри словно запустился давно забытый механизм, сердце учащённо забилось.

– Тебя как звать? – наконец вымолвил он.

– Марта. – Девушка улыбнулась, обнажая жемчужные зубы. – И не спрашивай почему меня так назвали, умоляю. Все так и норовят узнать. Пока…

– Эй, погоди…

Но девушка уже исчезла в толпе, хлынувшей с перрона. Вдали виднелся только что прибывший пассажирский состав…

Никита со вздохом отвернулся.

Музыка прекратилась резко, будто отрубили электричество. Громадная голографическая картинка выплыла из-за вокзала, постепенно увеличиваясь в размерах. На фоне яркого голубого неба выделялась объёмом. Фигура лысого мужчины с длинной конусовидной бородкой. Широкая грудь и могучие плечи. Руки сложены на груди, остальную часть тела скрывает крыша вокзала.

– Слушайте! – Голос отдавался настоящим громом, буквально выпирая из динамиков. – Всех нас жестоко обманули! Корпорация находится под контролем алчных монстров, охотящихся за душами людей! Нанороботы – это не спасение ото всех болезней и не путь к бессмертию! С их помощью «Нанотек» возьмёт ваш разум под контроль!

Никита огляделся по сторонам. Десятки голов задрались вверх. Мужчины, женщины, дети… Переговаривались и тыкали пальцем в небо.

– Они хотят превратить нас в тупых рабов! Забрать наши души, а тела использовать как оболочки!

Картинка начала гаснуть. Фигура становилась прозрачной, пока полностью не исчезла.

Привокзальную площадь застлала огромная тень. Никита не слышал рёва двигателей или шума воздушных лопастей. Металлический треугольник завис над зданием вокзала абсолютно бесшумно. Никита видел челноки Корпорации в Москве много раз, но не настолько близко. Рассматривалась каждая щель на блестящей, выкрашенной чёрной краской, поверхности. Чем-то напоминал корабль инопланетян…

– Вокзал перекрыт! Никому ни с места! Террористы в здании!..

На этот раз вещали с челнока, да и голос казался механическим, с оттенком угрозы.

Люди бросились врассыпную.

Никита не стал тупить и дожидаться беды.

Выскочил на стоянку и чуть не попал под отъезжавший «форд». Ругнулся, потирая ушибленное колено.

Таксист был на месте.

– Да что тут у вас творится! – выкрикнул парень, бросаясь на заднее сидение. – Газуй!

– Первый раз? – усмехнулся водитель, закуривая сигарету. – Добро пожаловать в Магнитогорск!..

Сакраментальная фраза из уст таксиста привела Никиту в ещё большее замешательство.

Но на мысли не оставалось времени – машина рванула с места, объезжая припаркованные авто. Вскоре они уже неслись по шоссе, оставив челнок Корпорации далеко позади…

Глава вторая

Тарас выкатил автомобиль из гаража, продолжая слышать жуткий скрежет из-под капота. Да и салон неприятно вибрировал. Чудеса настоящие. Неужели в «джипе» завёлся гремлин?

Вылез из машины и с треском захлопнул дверцу.

– Да чтоб тебя! – бросил он и открыл капот.

Солнечные лучи освятили внутренности машины. Ничего необычного не наблюдалось. Мужчина достал из кармана заляпанных брюк пачку сигарет. Зажигалка осталась в гараже. Самовозгоравшимися папиросами не пользовался… ну их к чёрту.

– Сговорились вы что ли…

Тарас выкинул пачку в ближайшую грязную лужу. Ночью прошёл небольшой дождь, превратив дорогу возле автомастерской в настоящее болото. Асфальт положить никто не удосужился.

– Курить бросаешь? – произнёс голос за спиной механика. – Я вообще думал, ты за здоровый образ жизни и все дела…

Тарас обернулся. Ещё секунду назад там никого не было. Нанопанк совершил очередной прыжок через пространство. Лентяй, нет, чтобы доехать на машине.

– Алишер, снова прогуливаешь пары? – спросил Тарас, облокотившись на капот. – Как тебя до сих пор не выгнали? Откроешь секрет?

По губам парня скользнула улыбка. В раскосых глазах заплясали озорные огоньки. Разодет не для прогулок – чёрный строгий костюм с галстуком-бабочкой. Одна из лакированных туфель обрызгана грязью, явно не рассчитал, открывая портал.

– У нас с деканом полюбовное соглашение, – ответил Алишер. – Я ведь его дорогой племянник из Узбекистана. Поэтому имею право посещать лекции по своему усмотрению.

– Практикуешь навязывание мыслей? – фыркнул механик. – А потом спрашиваете, почему весь мир считает вас преступниками? Это паскудно, понимаешь?

– Ой, да ни к чему такому я его не принуждал, – раздражённо пробормотал парень. – Ты бы знал, чем эта сволочь занимается по ночам. Я прочёл его грязные мысли, захотелось треснуть по роже. Мало того, что взятки берёт, так ещё тратит бабло на шлюх. Причём на молоденьких, которые только со школы…

– Друг, оставь эти подробности при себе! – оборвал Тарас. – Честно говоря, у меня на это нет времени!

Механик развернулся и сделал вид, что изучает устройство двигателя, которое и так знал наизусть.

– Как поживаешь, как семья? – спросил Алишер, явно не понимая намёка. – Я слышал дочки в садик пошли уже…

– Да ладно? – с иронией произнёс Тарас. – Откуда слухи? Следите?

– За кого нас принимаешь? – фыркнул узбек. – Крысы мы что ли? Ты был одним из нас. Не упускали из виду вот и всё…

– Ага, – буркнул Тарас.

Волна ярости закипала, казалось ещё немного и из ушей повалит пар. Нет, он не такой человек, что выходит из себя из-за любой мелочи. Спокойный, педантичный, всегда держится достойно. Но если уж взрывается, пиши пропало.

Гаечного ключа под рукой не оказалось.

И слава богу.

Тарас круто развернулся и схватил студента за грудки. Пиджак натянулся, словно струна, несколько пуговиц отскочили на песок. Алишер не сопротивлялся, но в глазах появился недобрый огонь.

– Отпусти, – холодно произнёс узбек.

– Я же сказал, чтобы ваша шайка оставила меня в покое! – Голос Тараса срывался на крик. – Я в ваши игры не играю!

– А ты о детях подумал своих? – Алишер оставался невозмутимым. – О том, что с ними сотворит Корпорация через несколько лет? Или тебе плевать?

– Да я… – Тарас заколебался, ощущая, как поток гнева иссякает. – Да хрен с тобой…

Механик отпустил студента. Лицо стало пунцовым от прилившей крови. Действительно, сорвался из-за пустяка. Да и узбек прав, хотя бы частично. Только вот, где ему понять? Каково это быть отцом семейства?

– Ладно, я не в обиде, – сказал Алишер, поправляя пиджак. – Встреча жаркая, радушная, может и выпьем?

– Я на работе, – буркнул Тарас, отходя к гаражу. – И раз уж припёрся так помоги.

Механик забрал пластмассовый ящик с инструментами, ощущая привычную тяжесть в руке. Помедлил секунду, собираясь с мыслями. Сплюнул и крикнул:

– Аккумулятор потянешь?!

– Да как не фиг, – ответил студент, войдя в гараж. – Ну и вонище тут! Глаза режет…

– Да что ты понимаешь! – фыркнул Тарас. – Этот запах чудеснее, чем аромат любого одеколона, настоящий вкус автомобиля.

– Ага, блин, – пробормотал Алишер, пытаясь поднять небольшую коробку аккумулятора. – Да он чугунный что ли?

Тарас молча покачал головой. Вышел на солнечный свет, проворачивая в голове мириады мыслей. Припёрся, когда не звали, нанопанк недоделанный. Не могут просто оставить его в покое. Неужели гибель друзей ничему не научила?

Открутил аккумулятор быстро, достал из разъёма и бросил на землю. Уверенности, что дело в подсевшей батарее у механика не было. Но проверить стоит.

– Ты там застрял? – обернулся Тарас. – Тормозной жидкости принял?

Аккумулятор выплыл из гаража, вися в воздухе и подрагивая. Алишер вышел следом, демонстративно держа руки, сложенными на груди. Какой молодец, научился контролировать предметы даже не глядя.

– Лентяй! – махнул рукой Тарас. – Уронишь – прибью!

– Я нанопанк! – пафосно изрёк узбек. – И ты тоже таким был, пока не сдрейфил и…

Аккумулятор с грохотом обрушился в лужу, взметая фонтан грязных брызг. Алишер кашлянул и сделал вид, что поправляет галстук-бабочку.

– Да ты издеваешься! – взревел Тарас.

– Куплю десять новых! – пожал плечами студент. – Я пришёл не для того, чтобы помогать тебе с железом. Нам нужна помощь. Пора приступить к делу, а не торчать тут, дружище.

– Ответ знаешь, – бросил Тарас, с треском закрывая крышку капота. – Оставьте меня и мою семью в покое!

– Корпорация доберётся до вас, – сказал Алишер. – Не делай вид, что последний год жил нормальной жизнью. Не оборачивался по сторонам, ища преследователей. Не установил новую систему охраны в квартире. Да, мы всё знаем, и что с того? Мы пытаемся защитить от них, а что делаешь ты? Скрываешь свои таланты! Думаешь, что бездействием оградишь жену и дочек от беды?

– Ты не знаешь о чём говоришь, – отрезал Тарас. – И закроем эту тему!

– Ну уж нет! – повысил голос Алишер. – Знаешь, где я только что был? На званом обеде, посвящённом очередной победе «Нанотек» над террором. Богатеи не скупятся на дорогой алкоголь и закуски. В Москве разработали новую систему распознавания нанопанков, теперь в каждом здании Корпорации установят датчики, фиксирующие взломанные нанороботы. Мы не сможем подобраться к ним ближе, чем на десять метров. Это уже не шутки.

– И что? – фыркнул Тарас. – Я не удивлён, рано или поздно они нашли бы способ обнаружить нас. Вы наступаете Корпорации на пятки…

– А то, что это лишь первый этап, – ответил узбек. – Вскоре, благодаря всецелой поддержке правительства, они начнут устанавливать датчики повсеместно. Выдадут полиции специальные приборы. Начнут охоту на ведьм. И никто не сможет скрыться. Ты понимаешь, чем это грозит?

Механик кивнул. Так или иначе, но Корпорация найдёт его. Сам того не понимая, Тарас навлёк угрозу на семью.

– Да даже, если бы ты был обычным человеком, – продолжал Алишер, видя признаки слабости на лице мужчины. – «Нанотек» добрался бы до тебя. Этим тварям нужны наши души! Ты хочешь, чтобы твои дети отдали…

– Я понял! – крикнул Тарас. – Полагаю, у вас есть план?

Алишер поднял два больших пальца вверх.

– Бинго! – воскликнул он. – Мы собираемся нанести упреждающий удар по их компьютерной сети. Проблема в том, что взломать удалённо невозможно, придётся проникнуть в здание изнутри…

– Знаешь, приятель, у меня дежавю, – сказал Тарас. – В последний раз, когда мы штурмовали башню Корпорации, погибло три человека… причём бессмысленно. Слитой информации в сети никто не поверил.

– Все данные о новом проекте по поиску нанопанков хранятся на главном сервере, расположенном в Сибири. В Корпорации не любят использовать облачные технологии, опасаясь хакеров. Если заразим главный сервер вирусом и распространим его оттуда по остальным…

Тарас поднял ладонь вверх, останавливая словоизлияния узбека.

– А не проще ли взорвать там всё ко всем чертям? – спросил он.

– Грубо и неэффективно, – пожал плечами Алишер. – При угрозе взрыва все данные автоматически копируются в резервное хранилище. По-твоему, я просто так пил мартини в окружении сливок общества из Корпорации?

Механик ничего не ответил. Ситуация становилась на редкость абсурдной. Ещё утром он жарил блинчики, пытаясь унять дочек, которые хотели есть прямо со сковородки. Занимался сексом с женой в душе, под горячими струями воды. Любимое время дня…

А теперь обсуждает план нападения на самый защищённый объект в стране, прекрасно понимая, что может погибнуть в два счёта. Самое время передумать и отказаться. Вернуться домой. Незачем участвовать в операции, которая обречена на провал.

– Хочешь слиться? – спросил Алишер. – Нет, я не читаю мысли, вижу по физиономии. У нас мало людей, одни новички, а у тебя опыт и, что самое главное, мы тебе доверяем. Виктор бы согласился…

– Ты не знаешь, что хотел бы Виктор, – отрезал механик. – Он был слишком импульсивен и самонадеян. И к чему это его привело?

Жужжание с неба прервало спор.

Тарас задрал голову вверх, пытаясь определить источник звука. Солнце как раз скрылось за облаком, позволяя рассмотреть небольшой объект, летящий низко над землёй. Чем-то он напоминал вытянутый серп, из двух концов которого выпускался дымок. Скорость увеличивалась по мере снижения к гаражу.

– Беспилотник! – крикнул Алишер. – Тарас, нужно валить, счас же!

Из-под крыльев вылетели две миниатюрные ракеты. Дрон развернулся и улетел в обратном направлении.

Мысленный слепок, обозначавший место, промелькнул перед глазами механика. Алишер телепортировался мгновенно.

– Твою…

Тарас открыл портал за секунду перед тем, как автомобиль взорвался.

Они нашли его.

Прошлая жизнь кончена.

Глава третья

Город погрузился в сумерки. Тяжёлые свинцовые тучи налетели внезапно, поглощая голубизну неба. Ветер поднялся, прохладный и бодрящий, предвещая дождь. Весна выдалась на редкость мокрой.

Иван Крылов вышел из автобуса, едва не столкнувшись с толпой народа на остановке. Большинство возвращалось с работы, спеша поскорее укрыться за крышей домов. Мужчина с трудом пропихнулся, ощущая постоянные тычки. Стоило ускориться самому – забежать в магазин и бегом домой.

Торговые павильоны пестрели неоновыми вывесками. Около десятка, облюбовали первые этажи зданий, соседствуя друг с другом. Здесь тебе и продажа гаджетов по низкой цене; обувь, выбираемая по размеру и печатающаяся на 3D-принтере; салон нанотатуировки, безболезненной, меняющей цвет определённого участка кожи. Продуктовый магазин среднего пошиба ютился в середине, с едва заметной вывеской, обозначавшей время работы. Терялся на фоне лоска частных лавочек.

Иван дёрнул ручку прозрачной двери, бросая рассеянный взгляд на живую картинку на стекле. Реклама – двигатель прогресса. И не имеет значения, что подобные товары тебе на фиг не нужны. Ну кому сдались щётки, способные чистить не только зубы, но и язык и горло? А нет, девочка лет десяти улыбается, когда мамаша суёт ей щётку чуть ли не в пищевод…

Магазин представлял собой полупустое помещение с высоким сводчатым потолком. Окна зашторены, на мраморном полу гуляют отблески от светильников на стенах. Почти привычное зрелище – никаких витрин с продуктами, тяжёлых холодильников и шкафов. Всё хранится глубоко внутри, в складских помещениях, где дожидается своего часа.

Людей почти нет. Даже не верится, куда пропали длинные очереди? Обслуживание шло быстрее молнии и зависело от того, сколько покупатель будет придирчиво выбирать товар. Да и времена хождений по магазинам уходили в небытие. Заказал через интернет – спустя короткое время продукты дома, привезённые курьерской доставкой. Доплата минимальная.

Иван подошёл к длинному прозрачному столу, возле которого обслуживали дряхлого старичка в пальто. Улыбающаяся продавщица бережливо передавала пакет с хлебом. Дед промямлил что-то непонятное и удалился шаркающей походкой. Явный старожил, плевать хотевший на наниты. Таких становилось всё меньше…

Крылов нажал на панель, активируя встроенный компьютер.

Прозрачная поверхность осветилась: появилось удобное меню с выбором товаров. Управление чисто интуитивное, справился бы и тот дедок. Есть даже увеличение шрифта и подходящие картинки для слабовидящих (хотя, разве такие остались в век «Нанотека»? ). Пальцы заскользили по гладкому экрану, отмахиваясь от «Хлебобулочных изделий», «Молочных продуктов», «Мясного отдела», переходя в меню «Спиртные напитки». Вот и подходящие изображения винных бутылок. От самых дешёвых «чернил» до дорогущих напитков французского розлива. Иван беспечно выбрал «Каберне» со средним ценником и отметил галочкой.

Крылову хотелось устроить жене романтический ужин. Детей отправили к бабушке, а Оливия застряла в маникюрном салоне. Сделать сюрприз. Давно подобным не занимался, да и чувствовал мрачный оттенок вины. Пару недель назад сильно повздорили из-за отказа Ивана лететь в Лос-Анджелес к родителям жены. Брать вынужденный отпуск на работе не хотелось, так же, как и видеть лица американских родичей.

Сзади раздался громкий хохот. Молодой парнишка с взлохмаченными волосами подошёл к соседнему месту, активируя панель. Иван скосил глаза и оценил незнакомца профессиональным взглядом. Рваные джинсы, огромные кроссовки, свитер с вышитым изображением орла. Лицо прыщавое, улыбка мерзкая, а глазки воровато бегают. И что-то тихо бормочет под нос, разговаривая по нейрофону.

Крылов хмыкнул и продолжил работу с меню. Подозрительный тип, но ничего особенного. Возможно подвыпивший, с кем не бывает?

Оставалось выбрать коробку конфет. Оливия обожала трюфели. Шоколадные наборы поражали своими названиями – «Любимой пусе», «Сладостный стон» и наконец «Красный лифчик». Последнее название заставило Крылова прыснуть от смеха. Явно маркетологи на фабриках свихнулись. Правда отметки «Нанотек» говорили о том, что использовались наниты. Шоколад мог менять форму и размер в зависимости от предпочтения хозяина. Удавались не только геометрические фигуры, но и фигурки животных, техники, предметов быта. Мелочь, а приятно, почему бы не сделать из шоколадной плитки цветок розы?

Крылов выбрал коробку и нажал кнопку «готово». Поморщился при виде цены, но провёл карточкой по сенсорному столу, оплачивая заявку.

Рядом послышался очередной взрыв смеха. Парень проводил пальцами по поверхности, словно играл на рояле. Неожиданно повернул лицо и встретился взглядом с Иваном. Подмигнул и высунул язык, на котором торчал металлический шарик.

Крылов подавил приступ тошноты.

– Ваш заказ, пожалуйста, – произнёс тёплый женский голос.

Иван обернулся. Симпатичная продавщица с рыжими кудрями и родинкой над губой протягивала пластиковый пакет. Работали уверенно быстро, где-то там в глубине магазина десятки людей бегали по складам и отбирали нужные товары. В Японии этим давно уже занимались роботы, но в остальном мире старались сохранить рынок труда. Миллионы людей потеряли бы работу, если бы торговля перешла на автоматический формат.

– Спасибо! – произнёс Крылов, мельком рассматривая содержимое пакета. – А скидок у вас нет?

– Эй! – крикнул парень и ударил кулаком по столу. – Я сделал заказ уже! Тёлка, оглохла?

Девушка удивлённо уставилась на буйного клиента.

– Ваш заказ обрабатывается, – бросила она, не изменяя вежливого тона. – Одну минуту…

– Да пошла ты! – фыркнул тот. – Сам всё сделаю…

Иван переглянулся с продавщицей.

– Бывает, – произнесла она, скрываясь в подсобке.

– Эй, полегче на поворотах! – сказал Крылов. – Тут тебе общественное место, а не притон…

– Ты мне ещё указывать будешь? – Парень протянул левую руку с выставленным средним пальцем. – Вали пока цел, папаша…

Онемевший от такой дерзости, Иван едва не уронил пакет. Парень достал из кармана миниатюрный прибор, напоминавший компьютерную мышь. Прикрепил к сенсорной поверхности и нажал на кнопку у себя на браслете. Только вот это явно не часы.

Крылов скосил глаза на стол, где картинки стали расплываться под действием помех. Логика подсказывала, что происходит взлом кассы магазина, причём в наглую.

– Эй! – крикнул Иван. – Ты что творишь, полудурок? Клешни поднял!

Рука потянулась вниз, где должна висеть кобура с пистолетом. Но вместо этого нащупала лишь пряжку ремня. Рефлекс. Давно он не полицейский…

Последний год Крылов проработал охранником на станции техобслуживания. Платили сносно, скользящий график устраивал. Большую часть времени проводил с семьёй. Но в душе постоянно скребли кошки, не для этого становился полицейским. И из-за чего ушёл? Из-за давления со стороны начальства, заподозривавшего в его связи с террористами. Доказательств к причастности к взрыву в Башне Корпорации не было, лишь косвенные подозрения. Но этого хватило, чтобы Иван написал заявление об уходе. Хотя бы выбор дали, увольнять с позором из рядов органов – пятно на репутации.

– Ты псих? – спросил парень. – Где у тебя оружие? Пакетом в меня швырнёшь?

– Если понадобится, – ответил Иван и ринулся на грабителя, отталкивая в сторону.

Парень грохнулся на мрамор, падая лицом вниз. Крылов заломил руку, ощущая забытый адреналин. Связать бы чем, позвать продавщицу…

– Гнида! – заорал хакер, пытаясь вырваться. – Ты у меня счас получишь, кусок недоделанный…

– Эй! – раздался голос девушки. – Немедленно прекратите драку! Я вызову полицию!

– Он вор! – крикнул в ответ Иван. – Хотел взломать вашу кассу… гляньте на стол!

В этот момент Крылова отбросило в сторону. Невидимая сила, подобная ураганному порыву ветра, подхватила его и подняла в воздух. Мускулы сковало параличом, сердце учащённо бухало в груди, пытаясь восстановить кровообращение. Иван завис в полуметре над полом, с трудом фокусируя зрение.

Где-то слышался визг продавщицы. Парень поднялся с пола: лицо перекошено от ярости, руки раскинуты в стороны. Между пальцев текут оранжевые лепестки пламени, горящие капли падают на пол.

Нанопанк во всей красе.

– А сейчас… ты умрёшь!

Парень вскинул руку, готовясь обрушить на Ивана огненный шторм. Перед глазами бывшего полицейского стремительно пробежала жизнь, каждое мгновение, каждый вздох, неужели это конец?

Раздался выстрел.

В груди парня возникла отчётливая дыра, кровь залила вышитого орла на свитере. Иван свалился на пол с криком боли. Чуть не сломал кисть, повредил рёбра. Наниты справятся, зато гордость ущемлена к чертям…

– Полиция! – раздались крики вбежавших людей в форме. – Никому не двигаться! Девушка, бросьте оружие на пол!

Иван поднял голову – продавщица всё ещё держала дымящийся пистолет. И откуда у неё ствол? Неужели теперь в магазинах разрешено применять оружие в случае крайней необходимости?

Нанопанк растворился в воздухе, успев открыть портал. Зато оборудование забрать позабыл.

– Крылов? – раздался знакомый голос над головой. – Ты ли это?

– Здорово, сержант, – произнёс Иван, подымаясь на ноги. – А вы вовремя…

– Мы-то да, – проговорил сержант Карпухин, пряча оружие в кобуру. – А ты что здесь делаешь, лейтенант?

– В отставке, – поправил Иван, проверяя содержимое пакета. – Всё цело, слава богу…

Карпухин непонимающе уставился на бывшего начальника. Хороший парень, Крылов вытащил его из регулировщиков с улицы, видя огромный потенциал для оперативной работы. Двадцать два года, высоченный под два метра, с круглым одутловатым лицом. Верный до конца – до последних минут защищал лейтенанта, когда того выпирали из органов.

– Какого хрена тут происходит? – Громогласный рёв оглушал, эхом отскакивая от стен. – Крылов, это ты всё подстроил?

Полковник Назаренко вышел из-за спин подчинённых. Крупный мужчина с широкими плечами и небольшим брюшком. Лицом походил на ротвейлера – маленькие налитые злобой глазки, квадратная челюсть с выпуклым подбородком. Никогда не участвовал в выездах, отсиживался в кабинете. А тут во всём параде – бронежилет, пистолет на поясе. Похоже, за год многое изменилось.

– Я тут ни причём, – бросил Иван. – Можете спросить у девушки. Зашёл купить бутылку вина для жены. Мне больше интересно, откуда у продавщицы ствол…

Назаренко скосил глаза на девушку, которая молча кивнула.

– Она наш скрытый агент, – произнёс полковник. – Никто, кроме меня не знал об операции, мы выслеживали этого хакера последние полгода. И тут на тебе! Появился бывший мент, который решил поиграть в героя! Ты напортачил, Крылов, как и всегда. Даже без формы сущая катастрофа! И я не удивлюсь, если ты с этим панком заодно.

– Выбирайте слова, полковник! – Крылов нахмурился, сдерживая негодование. – Я по-вашему кто? Преступник?

– Да он просто хотел помочь, – вставил слово Карпухин. – Он же полицейский…

– Закрой рот, сержант, – гаркнул Назаренко. – Лучше допроси девушку. Составь протокол. И смотри не переборщи, это Лиза Никитина, майор МВД из Москвы.

– Ничего себе, приглашаете лучших специалистов, – сказал Крылов. – А я её не узнал в гриме. Это ведь она взяла банду наркоторговцев в Питере?

– Тебе-то какое дело? – фыркнул полковник. – Вали домой, охранник недоделанный. Завтра вызовем для дачи показаний. И если найдём улики, связывающие тебя…

– Там прибор для взлома на столе, – отрезал Иван. – На нём отпечатки того нанопанка. Лучше ищите.

Назаренко прикусил губу.

Крылов молча прошёл мимо, раздумывая выдержит ли каменная башка полковника удар бутылкой.

– Ты неудачник, – сказал Назаренко. – Слышал меня?

Иван ничего не ответил и выскочил на улицу. Ощутил, как первые капли дождя падают на лицо, охлаждая кожу и ярость внутри. В голове жужжал рой мыслей, хотелось разобраться во всём. Давно не общался со старыми друзьями, пора бы выйти на связь. Нанопанки перешли черту. И кто-то ответит за это.

Глава четвёртая

Тропическое солнце приятно обогревало кожу. Они расположились на раскладных стульях, в полутени широколистных пальм. В нескольких метрах плескались тёплые волны Тихого океана, накатывающиеся на берег. Золотистый песок приятно гармонировал с изумрудной водой и ярко-голубым небом.

– Настоящая мечта, – прошептала Женя, отпивая глоток из бокала. – А когда ты научился делать коктейли?

Виктор ухмыльнулся. Лицо покрылось красными пятнами от загара, кустистые брови поднялись вверх, а в глазах появились задорные искорки.

– Не зря листаю страницы в сети, – сказал он. – Там обучающих видео вагон и маленькая тележка. Или по-твоему я только порно увлекаюсь?

– Да ну тебя! – фыркнула девушка, прикрывая глаза. – Лучше скажи, ты доверяешь новой гувернантке? Стрёмная баба!

– Она полинезийка просто, – ответил парень. – Или ты в расистки записалась?

– Просто боюсь оставлять ребёнка с чужим человеком. Мало ли!

– Корпорация не найдёт нас здесь, – бросил Виктор. – Я отключил нанитов, отказался от способностей ради тебя и дочки. А денег, выкраденных со счетов «Нанотек», хватит до конца жизни…

Женя вздохнула.

Виктор соскочил со стула. Высокий, мускулистый, в одних семейных трусах и смешной соломенной шляпе. Наклонился над девушкой и слегка коснулся тёплых губ.

– Этот остров – просто сказка! – усмехнулась девушка, поглаживая парня по небритой щеке. – И главное – никто о нём не знает! Но…

Улыбка на лице девушки угасла

– Что с тобой, солнышко? – Виктор обеспокоенно схватил ладонь девушки. – Нехорошо? Может, солнечный удар?

– Мы же не сможем прятаться здесь вечно, – прошептала Женя. – Дочка будет расти одна, без сверстников?

– Не говори ерунды, – бросил парень. – Я что зря покупал яхту? До ближайшего острова два дня пути…

Женя покачала головой. Хотела возразить, как вдруг…

Детский крик разорвал мягкую тишину пляжа.

Девушка соскользнула со стула и упала на песок. Оглянулась назад – тропические джунгли вели к поместью, до которого не меньше трёхсот метров. Вскочила на ноги и приготовилась бежать сломя голову. Что-то не так с малышкой…

Крики перешли в настойчивый плач. Ребёнок в опасности, проклятая гувернантка, не иначе!

Сильные пальцы схватили девушку за локоть и сжали до боли. Женя вскрикнула и обернулась.

Виктор преобразился на глазах. Лицо стало бледным, щёки впали, соломенная шляпа соскользнула, обнажая лысый череп. Любимые глаза исчезли – пара бездонных чёрных колодцев пронизывали Женю насквозь. Девушка вскрикнула, пытаясь освободиться.

– Время пришло, лапушка, – проговорил Виктор, но голос не принадлежал парню. – Ну-ну… чего ты? Всё будет хорошо, просто мило поболтаем. О том, как приятно отдавать собственную душу за бесценок!

– Пошёл ты!

Детский плач усилился, вгрызаясь в мозг, не давая способности соображать. Внутри копошился страх, обволакивая последние очаги сопротивления. Это конец.

– Твоя дочка настоящее чудо, знаешь? – продолжал монстр. – Я чую запах… дивный аромат рождённой души. И скоро она будет у меня.

– НЕТ!!!

Женя очнулась, мокрая от пота, крик звенел в ушах. Откинула одеяло в сторону, пытаясь сфокусироваться. Никакого острова и в помине. Тёмная комната – сквозь окна напротив льётся лунный свет, отбрасывая блики на детскую кроватку. Голографические часы на потолке показывают половину третьего ночи.

Девушка приподнялась и уселась на постели. Мышцы ноги сковал лёгкий паралич – отлежала, пока спала. Сделала пару глубоких вдохов, прогоняя чувство страха внутри. Сердце замедлило ритм, а адреналин рассосался.

Сон. Один и тот же сон каждую ночь. Будто заезженная пластинка повторялась, не давая покоя, лишая нормального отдыха. Женя не выдерживала, словно оказалась в пекле, ведь известно, что ад – это бесконечное повторение.

Кошмары преследовали девушку после рождения дочери. Психолог в роддоме утверждал, что это временно, всего лишь чувство стресса и внутренней пустоты, образовавшейся после потери отца ребёнка. Матери-одиночки, оказавшиеся в сложном положении, не редко страдают от подобной хвори.

Но мучения не прекращались. Третий месяц один и тот же остров. Что это? Мечты о несбыточном будущем? Женя не знала ответа, зато прекрасно понимала, что концовку не изменить. Монстры находили девушку, отбирали ребёнка и…

Женя протянула руку и нащупала бутылку воды на тумбочке. Отпила несколько глотков, ощущая привкус газировки. Минералы не помешают, нужно восстановить силы.

Виктор погиб. Его больше нет.

Неужели так сложно примириться с неизбежным? Прошёл год, она осталась одна с ребёнком. И никто в целом мире не поможет, не повернёт колесо времени вспять, чтобы исправить ошибки прошлого. Корпорация раздавила их всех!

Смерть – это неизбежность, пугающая и неотвратимая. И лишь те, кто потерял дорогих людей, могут в полной мере осознать, что вера, надежда и любовь здесь не помогут. Остаются лишь воспоминания, которые нужно беречь, чувствуя, что умерший человек всё ещё рядом.

Девушка хлопнула себя по щеке, прогоняя мысли. Спрыгнула с кровати и подошла к колыбельке, где мирно спала дочка. Хотелось проверить, что всё в порядке, пусть кошмары остаются в голове, а не в реальности…

– Как там наша, красавица? – прошептала Женя, включая миниатюрный светильник над кроваткой. – Мама здесь…

Девушка проглотила последние слова. Чуть не поперхнулась, кислород перестал поступать в лёгкие.

Ребёнок исчез.

Пальцы Жени судорожно схватились за одеяльца, стали переворачивать всё вверх дном. Глупость какая – не спрятался же младенец в самом деле?

– Аля!!!

Крик сорвался с губ девушки, куда более громкий и реалистичный, чем в недавнем кошмаре. Девушка потеряла равновесие и едва не упала. Ноги дрожали, голова закружилась, а глаза заполонила мгла. Ещё чуть-чуть и окажется в обмороке.

Новая пощёчина от себя самой.

Слёзы выступили на глазах Жени. Зато рассудок вернулся, позволяя обдумать ситуацию. Младенец не мог никуда убежать или выбраться из кроватки. Кто-то вынес Алю из комнаты, пока она спала рядом, буквально под носом!

Где-то рядом загремела посуда.

От неожиданности Женя чуть не подпрыгнула. Схватила первое что попалось под руку – длинный зонт, стоявший в углу. И медленно вышла из комнаты, продвигаясь к кухне, где горел яркий свет.

Каждый шаг давался с трудом, девушка пыталась двигаться бесшумно, но половицы предательски скрипели. Девушка представила, что выглядит донельзя нелепо – полуголая, в ночнушке, держащая зонт остриём вверх. Но на кухне кто-то был, возможно похититель. Она слышала звуки возни и копошения.

Женя остановилась возле проёма и высунула голову.

Возле открытого холодильника стояла маленькая девочка. Махровый халат Жени висел на ней мешком, рукава закатаны, облегчая работу коротких ручек. В микроволновке что-то готовилось и судя по запаху —подогревалась курочка.

– Эй! – Женя вышла из тени. – Ты кто такая? Девочка, что ты тут делаешь…

Малышка круто обернулась. Ноги запутались в полах халата, и она едва не растянулась на полу. Но удержала равновесие и широко улыбнулась.

– Мама! – вскрикнула она. – Ты проснулась!

Зонт выпал из дрожащих рук девушки.

– Чего…

Женя не расслышала собственный голос. В горле пересохло. Она сфокусировала взгляд на лице девочки. Темноволосая, с голубыми глазками, маленький носик гордо вздёрнут.

Копия отца.

– Аля? – прошептала девушка. —Не может быть…

– А что молоко уже закончилось? – Дочка потрясла пустой бутылочкой. – А сок?

Женя прислонилась к облицованной кафелем стенке. С силой прикусила нижнюю губу. Хлопать себя по лицу в присутствии девочки не хотелось. Ощутила солоноватый привкус крови.

Нет, это не продолжение кошмара.

Всего за ночь двухмесячный младенец превратился в пятилетнего ребёнка.

– Мама? – Девочка прикоснулась к руке Жени тёплой ладошкой. – Тебе плохо?

– Нет, милая, всё хорошо, – проговорила девушка, прикасаясь к волосам Али. – Кушать хочешь? Сейчас найдём сок…

Женя улыбнулась дочери и ощутила, как комната плывёт перед глазами. В голове помутилось, и она потеряла сознание.

Интерлюдия Два

Лондон, ноябрь 1888

На Лондон опускался густой туман.

Лиза Мак-Кинли быстрым шагом пересекла мостовую, ощущая, как воздух становится холодным и пронизывающим до костей. Руки непроизвольно накинули платок на голову, завязывая узелок под шеей. Девушка не удивилась бы и кавалькаде снежинок, падавших с серого неба. Нынче зима наступала раньше обычного…

Часы на Биг-Бене пробили десять часов, когда она покинула Королевский Госпиталь. Смена закончилась раньше обычного, но Лиза жутко вымоталась. Спина отзывалась тупой болью, кожа на руках неприятно зудела. Работа прачки в больнице не самое привлекательное занятие для молодой леди. Но платили там сносно, кормили обедом в столовой, а иногда удавалось и переночевать в одной из незанятых палат.

Лиза не считала себя какой-нибудь бедной сироткой, вынужденной зарабатывать на жизнь чем придётся. Да, она осталась одна в шестнадцать лет, когда отец умер от чахотки. Семейное предприятие по починке обуви захилело ещё до болезни мистера Мак-Кинли, а уж после смерти вообще перестало приносить дивиденды. Оставалось одно – продать лавку за копейки.

Девушка не боялась трудностей, но была плохим купцом. Вырученных денег едва хватило на аренду комнаты и несколько месяцев Лиза сводила концы с концами. Пока знакомая её семьи не помогла устроиться прачкой.

«Могло быть и хуже» – промелькнула мысль в голове девушки, когда она спускалась по ступенькам госпиталя.

Как оказалось, Лиза горько ошибалась.

Она думала добраться до дома меньше, чем за двадцать минут, прекрасно зная короткий путь, лежавший через оживлённые улицы. Проблема в том, что он лежал через Уйатчепел.

Девушке не раз удавалось проскочить через это царство нищеты и порока, не вызвав никаких неприятностей. Трущобы напоминали мерзкий улей, где копошились сотни пчёл, но в отличие от царства насекомых, здесь нет и намёка на мёд. Воняло нечистотами, каменистую мостовую покрывала грязь, дома будто покосились от времени и смрада, в котором находились.

В этот вечер всё было по-другому.

Газовые фонари освещали мостовую, бросая жёлтые пятна света на дорогу, но из-за тумана, повисшего над домами, разобрать что-то дальше, чем на два ярда Лиза не могла. Даже звуки застывали в воздухе, доносились словно издалека. Девушка едва не столкнулась с каким-то оборванцем, лицо которого покрывали жуткие шрамы.

– Шиллинг! – закричал мужчина, открывая рот, наполненный гнилыми зубами. – Ну что же, мисс? Неужели у вас нет сострадания? Ну же…

Лиза подавали тошноту и оттолкнула от себя нищего. Пробежала несколько шагов, услышав позади жуткую ругань и надсадный кашель.

Мальчишки устроились возле витрины закрытого магазина и стучали в окно. Девушка видела огромный окорок, соблазнительно лежавший на витрине. Замешкалась на секунду, чувствуя, как в сердце щемит от сочувствия. Бедные дети…

– Отойди-ка в сторону, потаскушка, – процедил чей-то гнусавый и грубый голос над головой. – Не твоё добро, не зарься…

Лиза чуть не вскрикнула от испуга.

Огромный верзила, на котором мешком висело грязное поношенное пальто, прошёл мимо неё, угрожающе тряся дубиной. Размахнулся, отчего с головы упал котелок, а длинные сальные волосы заколыхались в воздухе, словно горстка змей.

Один миг – и витрина с дребезгом разбилась, острые стекляшки посыпались к ногам Лизы. Мальчишки отскочили в сторону, издавая радостные визги. Но великан замахнулся на них дубиной, явно не собираясь отдавать добычу без боя.

Девушка не стала дожидаться окончания сцены. Театр абсурда отталкивал её, пугал и заставлял бежать дальше.

Возле фонарей мёрзли полуодетые девицы. Одного взгляда хватило, чтобы понять кто они. Лиза видела их и раньше, но старалась обходить стороной. Бедные нищенки, готовые продать тело любому мерзавцу за несколько монет.

– Вали отсюда! – выкрикнула одна из них, рыжеволосая, с рассеченной губой. – Это наше место!

– Эй, Мэри, – усмехнулась другая, пытавшаяся закутаться в порванную шаль. – Погляди на это личико! Симпатичная, словно принцесса, а бёдра какие…

Лиза попыталась отойти в сторону, но проститутка ухватила её за локоть.

– Куда собралась? – бросила Мэри, сжимая руку девушки до боли. – Мы ещё не договорили…

– Да отстаньте от меня! – крикнула Лиза. – Я ничего вам не сделала!

– Ах, какие мы скромные…

Девушка вырвалась и побежала по мостовой, едва переводя дыхание. Облачка пара вырывались изо рта.

Спустя несколько секунд она свернула в переулок, который должен был вести прочь из Уайтчепела. Но в какой-то миг она поняла, что заблудилась. Проклятый туман не давал ориентиров, а панический страх застилал рассудок.

Лиза приостановилась возле мусорного бака, пытаясь справиться с колкой болью в боку. Воняло гнилью, но запах не смущал её. Нужно выбираться отсюда, да поскорее. Одинокая девушка лёгкая добыча. И в лучшем случае к ней пристанет какой-нибудь подонок.

Слухи о Джеке-Потрошителе донеслись до Лизы ещё пару месяцев назад. Поговаривали, что это чудовище режет глотки проституткам от уха до уха, а потом вскрывает животы. Достаточно слов, чтобы ночью снились кошмары.

А если он орудует этим вечером?

И почему, почему не осталась ночевать в госпитале?

Сзади раздались отчётливые шаги.

Лиза обернулась, но туман не давал шанса увидеть, кто там идёт. Да и звуки могут обманывать, возможно он находится очень далеко. А может совсем рядом…

Девушка уже собиралась рвануть вперёд, как увидела грузную фигуру в плаще. Незнакомец приближался, разгоняя клубы тумана.

Лиза устремилась по переулку, сердце учащённо бухало в груди. Старалась не оглядываться, но знала, что он её догоняет.

Выбежала на освящённую мостовую и увидела кэб, расположившийся у тротуара. Лошадь нетерпеливо цокала копытами, явно замерзая от долгой стоянки. Возница же дремал, укутавшись в тёплое шерстяное пальто.

– Помогите! – вскрикнула Лиза, добираясь до кабины повозки. – Меня преследуют…

Возница встряхнул головой и устремил взгляд на девушку. Свет от фонарей ослеплял Лизу, не давая рассмотреть лица.

– Залезайте, мисс, – проговорил он и махнул рукой в сторону кабины. – Негоже такой юной леди шляться одной по бандитскому району…

Девушка благодарно кивнула и открыла дверцу. Нащупала ступеньку и оказалась в тёплом и мягком кресле.

Кэб тут же тронулся, колёса застучали по камням. Лошадь буквально мчалась по тёмной улице, разгоняя застывшую от холода кровь.

Лиза откинула шторку и с облегчением увидела, что они покидают Уйатчепел. Это ж надо так вляпаться, чуть не погибла. Никогда больше не поступит настолько глупо и легкомысленно.

Усталость дала о себе знать и веки отяжелели. Лиза тщетно пыталась сладить с сонливостью, но задремала.

Неожиданно девушка очнулась от встряски, будто кэб резко остановился. Протерла глаза и едва не вскрикнула.

Она же не сказала вознице адреса! Где они и куда он её привёз?

Паника вновь завладела Лизой, дрожащие руки откинули шторку. Какой-то переулок, тёмная кирпичная стена и никаких звуков. Лишь где-то раздаётся фырканье уставшей лошади.

Вылезать из кабины совсем не хотелось. Но и оставаться верх глупости. Быть может кучер осознал, что везёт девушку неизвестно куда, остановился и посмотрел, что она спит. Решил не будить и…

«Дурочка, с каких пор возницы стали такими джентльменами?» – осадила себя Лиза и открыла дверцу.

Яркий свет ослепил девушку. Прикрыла глаза руками и попыталась спуститься. Нога предательски соскользнула с подножки кэба, и Лиза полетела вниз.

И непременно бы растянулась на ледяных камнях мостовой, если бы не оказалась в объятиях возницы.

– О боже, спасибо, – пролепетала Лиза, чувствуя, как крепкие мужские руки обхватывают талию. – Здесь так светло… ой, куда вы меня привезли?

Девушка оглянулась по сторонам. Газовый фонарь освещал пустынный переулок, безлюдный и тихий. Туман будто стал гуще, но она прекрасно видела стену старого кирпичного здания над головой.

– Я подумал, что леди укачало в дороге, – проговорил кучер, снимая платок с головы Лизы. – Люблю давать девушке то, что она хочет. Выспались?

Лиза как завороженная смотрела на незнакомца снизу-вверх – тот выше её почти на голову. Она видела это лицо и раньше. Почти каждый день пересекалась с ним в Королевском Госпитале. Правда тогда оно казалось милым и добродушным. Но здесь… Кожа выглядела бледной и вытянувшейся, мохнатые бакенбарды будто торчком стояли, а глаза… казались тёмными бездонными колодцами. Короткие седые волосы скрывал длинный цилиндр.

– Мистер Гудвин? – пролепетала девушка, пытаясь вырваться из цепких лап хирурга. – Что вы здесь делаете…

– Люблю проехаться по ночному Лондону, – усмехнулся тот. – Столько красивых девушек вокруг. Особенно вы, Лиза. Чистая, непорочная душа.

В голове девушки промелькнули заголовки газет, наводящие ужас подробности, а также фотографии с мест событий. Лиза вскрикнула, но её рот тут же зажала крепкая ладонь.

– Это ни к чему не приведёт, дорогуша, – прошептал Гудвин. – Мы выехали за пределы жилых районов. Никто тебя не услышит. Кроме меня, но я ненавижу женские визги. Давай сделаем это по-быстрому? Ты же умная девочка, в госпитале никогда не жаловалась на грязные простыни. Этим мне понравилась. Обычно я работаю со шлюхами, но можно ведь сделать и исключение?

Лиза попыталась вырваться, чувствуя, что больше не контролирует зверя паники, который сбежал из клетки. Она ведь так молода, столько планов на будущее…

– Понимаю, ты боишься, – пробормотал убийца. – Но я не собираюсь тебя резать. Неужели вправду веришь бульварным газетёнкам и уличным слухам?

– Тогда что вы хотите от меня? – спросила Лиза, когда Гудвин освободил рот. – Прошу вас, я никому не скажу, только отпустите…

– В этом ты права, милая, – прошептал маньяк. – Никому ничего не расскажешь. А теперь, поделись со мной своей молодостью, своей энергией…

Гудвин вытянул руку и раскрыл ладонь над лицом девушки. Лиза даже не вскрикнула, когда яркий светящийся шарик вырвался изо рта. Лишь побледнела, а в глазах застыло немое изумление, смешанное с ужасом.

Маньяк бережно положил тело девушки на камни. Несколько секунд любовался душой Лизы в руке. Подкинул на ладони, и он исчез из виду, будто растворился в воздухе.

Но Гудвин не был фокусником.

– Пора приступать к делу, – проговорил он и вытащил из кармана длинный скальпель. – Негоже оставлять тебя так, красавица. Без признаков насилия. Надо сохранять легенду.

Джек Потрошитель склонился над Лизой и взмахнул оружием.

Часы на Биг-Бене пробили полночь.

Глава пятая

Вечер плавно переходил в сумерки.

Наташа вышла из машины и хлопнула дверью. В мрачной тишине звук напомнил выстрел, эхом отражаясь от стен домов. Улица казалась пустынной – ни одного человека, даже собака не прошмыгнёт. Несколько новостроек, расположенных близко друг к другу, казались необитаемыми. Трудно поверить, что всего в полукилометре находится оживлённая трасса, по которой снуют автомобили.

Девушка поёжилась, но не от чувства одиночества, а от холодного ветра, поднявшегося с востока. Застегнула куртку и пошла к подъезду шестиэтажного здания. Возле металлической двери лежала перевёрнутая урна с мусором. Воняло гнилью.

Как бы это не казалось смешным, но дома строили для богатых семей Магнитогорска. Но что-то не заладилось с бюджетом и полностью законченным оказалось лишь это здание. Да и то никто так и не вселился, кроме напарника Наташи. Корпорация выделила целый этаж наверху, настоящий пентхаус.

Джекпот любил роскошь и наглый выпендрёж.

А соседей терпеть не мог, конченный мизантроп.

Наташа прислонила палец к кодовому замку. На небольшом экране пробежал ряд зелёных цифр. Сканер ДНК определил её принадлежность к Корпоративной Полиции и открыл дверь.

Девушка проскользнула в подъезд, перепрыгивая через горку мусора. Паршиво пахло и в самом здании – пришлось активировать нанороботов, которые моментально заблокировали чувство обоняния. Когда Наташа подошла к лифту, то услышала барабанный бой. Где-то вверху играла громкая музыка, жутко старая и выводящая из себя.

Девушка поморщилась и ударила кулаком по кнопке. Створки лифта не раскрылись. В этом доме вообще что-нибудь работает?

Она побежала по лестнице, ощущая нестерпимое желание свернуть напарнику шею. С каждой ступенькой музыка усиливала свой децибел, ударяя по мозгам. Когда Наташа наконец достигла шестого этажа, то едва не вытащила из-за пояса пистолет. Хотелось устроить пальбу и заставить Джекпота выключить колонки.

Девушка подошла к двери и схватилась за ручку. Потянула на себя и усмехнулась. Естественно, даже не закрывает. Чего бояться нанопанку? Позёр и нахал.

Прихожей не было – Наташа сразу же оказалась в огромной комнате, оформленной в декорированном стиле. По сравнению с грязным вонючим подъездом квартира напоминала другую Вселенную. Фотообои на стенах, лакированный паркет под ногами, натяжной потолок, под которым висела громадная люстра из тысячи стекляшек. Картины на стенах, репродукции Леонардо да Винчи и Пабло Пикассо. Мебель явно не из комиссионки – столы и стулья из красного дерева, диваны с позолоченными ножками и маленькими пуфиками.

А в центре комнаты, под оглушающую музыку, играющую из встроенных в стены колонок, танцевал Джекпот, подпрыгивая и иногда левитируя в воздухе.

Рядом с ним Наташа видела и других людей. Голограммы. Настоящий писк моды в этот год – вживаться в роль участника клипа. Смотреть видео на экране уже не то, подавай виртуальную реальность без всякого шлема.

– Ну как тебе, крошка?! – заорал парень, пытаясь перекричать поющую мулатку. – Песня «no limit» группа «2 unlimited» 1993 год! Обожаю ретро-данс!

– Чокнутый, – буркнула Наташа, вытаскивая ствол. – Вырубил эту дрянь! Иначе продырявлю башку Моны Лизы…

Музыка заглохла мигом. Голограммы растворились в воздухе, оставив Джекпота в гордом одиночестве и с раскрытым ртом.

– Угрожаешь? – фыркнул он. – Я отдал за репродукцию десять штук…

– По мне это никчёмный кусок дерьма, – ответила Наташа, опуская оружие. – Что оригинал, что фальшивка…

– Потому что ты робот, – перебил парень, присаживаясь на диван. – Помнишь своего сына? Бедный мальчонка умер в муках…

Девушка пропустила слова мимо ушей. На лице не дрогнул ни один мускул.

– Удивительная технология, – расхохотался Джекпот, беря со стеклянного столика бутылку виски. – Я могу сколько угодно напоминать тебе о прошлом, а ты ничего не поймёшь. Корпорации впору сделать зомби из всех людей…

– Что с твоим лицом? – Наташа облокотилась о спинку стула. – Загорел что ли так? Вылитый негр!

Джекпот отпил спиртное из горлышка. Посмотрел в отражение на стекле – некогда белая кожа приобрела шоколадный оттенок.

– Моя собственная разработка, – ответил он. – Наниты поддаются любой дрессировке, ты в курсе? Меняю пигментацию кожи по своему желанию. Допустим…

Парень зажмурился и встряхнул мокрыми от пота волосами.

Лицо приобрело ярко выраженный жёлтый оттенок. Даже разрез глаз поменялся, становясь раскосым.

– Вылитый китаец! – Наташа впервые ухмыльнулась. – Отличный способ маскировки. Но я пришла сюда не для этого. Пока ты тут развлекаешься и балду гоняешь, город превращается в центр бедствия!

– И что мне до того? – хмыкнул Джекпот. – Только умоляю, не начинай про то, что обязан наводить порядок, ведь я глава Корпоративной Полиции… Я на эту должность не напрашивался.

– Расскажешь об этом Грачёвой, – ответила девушка. – Она ждёт тебя через полчаса.

– Выпей лучше, – буркнул Джекпот, протягивая бутылку. – Сама в зеркало давно смотрелась? Бледная как смерть, морщин больше, чем у меня волос на заднице…

Наташа вздрогнула. Стул опрокинулся на пол, а дрожащая рука вновь подняла пистолет.

– Не доводи до греха, – проговорила она, целясь напарнику в голову. – Иначе палец соскользнёт с крючка. Мечтаю об этом с нашей первой встречи в казино…

– Во-первых, я выставил щит, а во-вторых, ты не выстрелишь, ведь я вам нужен. Так что не ломай комедию. И расскажи какого хрена Грачёвой нужно.

Девушка спрятала оружие за пояс. Вырвала виски из рук Джекпота и сделала несколько глотков. Кожа на лице тут же порозовела.

– Ты должен был найти всех бунтовщиков в течение месяца, – сказала она. – И ликвидировать людей Романова. Но что мы имеем? Ни одной зацепки, кто бы это мог быть. Они представляют реальную угрозу безопасности «Нанотек», в Берне считают, что наш город должен быть взят под контроль. А ты танцуешь и напиваешься в хлам…

– Я уже давно их нашёл, – отрезал парень. – Просто выдумывал идеальный план зачистки. В данный момент беспилотник атакует парочку главарей террористов. И сомневаюсь, что от них останется даже мокрое место.

– Ты должен был получить разрешение на полёт над городом!

– Да к чёрту бюрократов! Я здесь главный, не забыла? Если бы пострадал невинный горожанин, свалили бы на нанопанков, как обычно.

– Хорошо, допустим. А что насчёт распространителей виртуальной игры? Диски до сих пор продаются из-под полы.

– Диски – пережиток прошлого века! Мы задерживаем всех, кто скачивал или устанавливал игру, даже детей. Шпионская программа просматривает каждый компьютер в доме. Нанопанки думают, что смогут агитировать население с помощью дурацкой игрушки…

Наташа демонстративно захлопала в ладоши.

– Ты у нас прямо герой! – сказала она. – Грачёва будет в восторге!

– Иронизируем? – Джекпот одним движением пальца вырвал бутылку из рук девушки. – Тебе больше не наливать.

– А что насчёт распоясавшихся нанопанков, что грабят магазины? – спросила девушка. – Эти придурки даже не скрываются! Вчера банда разгромила фонтан в парке, едва не покалечив отдыхающих…

– Уже работаю над этим, дорогуша! Скоро выйду на главаря и предложу ему сделку. В отличие от людей Романова, эти просто отморозки и обычные бандиты. Идеальные кандидаты в мой личный отряд. За лишнюю пачку денег родную мать продадут…

Девушка промолчала. Глаза бегали в разные стороны, словно она что-то лихорадочно обдумывала.

– Одним словом – я снова выиграл! – рассмеялся Джекпот. – Никаких лимитов! Знаешь, хорошо, что Черкизов отправился к праотцам. Иначе бы я никогда не занял его место и не получил то, о чём так долго мечтал.

– Погибла лишь человеческая оболочка! – Голос Наташи изменился, становясь более твёрдым и басистым. – Нас невозможно уничтожить! Мы – Бессмертие в чистом виде! Мы – Легион!

– Чего? – растерялся парень. – Сучка, у тебя крыша поехала?

Глаза девушки перестали двигаться. Белки и зрачки растворились в чёрной субстанции, в которой отражались лучи фонарей, льющиеся из раскрытого окна.

– Не забывай, кто тебя нашёл и подобрал, – произнёс мужской голос изо рта девушки. – Если бы я захотел, то твою душу вырвали из глотки и скомкали в моей ладони, как кусок пластилина.

– Черкизов? – Джекпот свалился на пол, пытаясь сладить с ужасом, заполонившим сознание. – Но как…

– Приходится делить тело с рабыней, – покачал головой ловец душ. – Давно не проникал в красивое женское тело, но её душа цепляет меня, иногда всё зудит. Тесновато. Но не могу иначе, не хочу, чтобы кто-то знал, что я жив. К тому же душа Натальи мне ещё нужна.

– Чего ты от меня хочешь?

– Собирай манатки! Мы отправляемся к Грачёвой!

Протестовать не имело смысла.

Джекпот знал, когда стоит отступить и признать поражение.

Глава шестая

Тишина сводила Марину с ума.

Да и не только это. Сама камера, куда её грубо втолкнули, отобрав при этом все вещи, наводила на пагубные мысли. Стены, покрытые тошнотворной зелёной краской, смыкались над девушкой, словно пытаясь раздавить. Металлическая дверь с закрытым окошком дразнила, ведь казалось стоило слегка подтолкнуть, и та раскроется, выпуская на свободу.

В комнате почти ничего не было. Разве что койка, на которой сидела Марина, скрестив ноги. Опускать ступни на пол не хотелось – по холодному бетону ползали какие-то насекомые. Клопы?

Она не знала сколько прошло времени. Часы отобрали, даже «затычки», явно не собираясь давать девушке связаться с сетью через наноплеер. Это настоящее похищение, с учётом того, что её забрала Корпоративная Полиция. И в отличие от настоящих ментов, девушку могут держать здесь неделями, абсолютно не заботясь о том, что скажут близкие.

Марина вспомнила о маме и сердце сжалось. Придёт домой, увидит погром, что подумает? Как будет переживать, а если соседи расскажут, что её забрала группа захвата?

«Раньше надо было думать, дура, – промелькнула мысль в голове. – Кто тебя просил начинать играть? Знала же, что это запрещено, но нет… Запретный плод ведь так сладок!»

Ногти с болью впились в кожу. Марина застонала и с трудом удержала подступившие к горлу слёзы.

Нельзя сдаваться. Будь на её месте Виктор, чтобы он сделал?

Да свалил бы к чертям отсюда, прыгнул через пространство. Но она не нанопанк! Просто маленькая девочка, возомнившая себя бунтаркой. Ведь истинное наслаждение в нарушении правил и запретов, особенно, когда не могут словить на горячем.

Тишину прервали громкие шаги. Марина вжалась в стенку, ощущая грозную поступь в военных ботинках. Дверь с грохотом отворилась, впуская людей.

Первым вошёл здоровяк в камуфляже, настолько высокий, что пришлось пригнуться, чтобы войти. Лица не видно – маска скрывала всё, кроме глаз. В руках автомат Калашникова, с явной модификацией в виде лазерной пушки. Марина видела такие по телевидению, но понятия не имела, что их ввели в Корпорации.

Следом вошла худощавая женщина в брючном костюме. На груди прикреплён до боли знакомый значок в виде двух шпаг, скрещенных под треугольником. Наверняка высокая шишка в «Нанотек».

– Оставьте нас, – произнесла незнакомка строгим голосом. – Если что я вас позову.

Охранник кивнул и бросил на Марину испепеляющий взгляд, едва шевельнув автоматом в руках. Будто угрожал, хотя это просто смешно. Что шестнадцатилетний подросток может сотворить? Кинуться на женщину и придушить?

Когда дверь закрылась, сотрудница Корпорации присела на мягкий стул, который втащили заранее. Положила ногу на ногу и молча уставилась на девушку.

Марина с трудом выдержала взгляд женщины – тяжёлый, сверлящий, словно у хищной птицы. Она действительно напоминала какую-нибудь сову. Светло-русые волосы обрамляли бледный овал лица, испещрённого морщинами. Крючковатый нос и заострённый подбородок не прибавляли незнакомке красоты. Сколько ей лет? Сорок пять? И почему не использовала наниты, чтобы поддерживать молодость, исправить недостатки?

– Я вижу, что ты заинтересовалась мной, – неожиданно произнесла женщина, отвлекая Марину от мыслей. – Спешу развеять сомнения. Да, я не пользуюсь услугами маленьких проказников в крови. И знаешь, почему? Так произвожу большее впечатление на преступников.

– Но я не…

– Не смей прерывать меня, малявка! – крикнула женщина и подняла указательный палец. – Вопросы задаю здесь я. Ты всего лишь даёшь ответы, правдивые, без капли лжи. В противном случае, сделаю всё зависящее, чтобы ты проторчала в этой камере до своего совершеннолетия. А затем кину в колонию строгого режима. Где тебя ждут не дождутся, соскучившиеся по сексу маньячки.

Марина вздрогнула и опустила глаза. Нельзя сдаваться и показывать слабость, тем более расплакаться.

– Ну вот, когда мы друг друга поняли, – продолжала сотрудница Корпорации. – Позволь представиться. Старший следователь Корпоративной Полиции Агапия Медведева. Начнём?

– Допрос с пристрастием? – буркнула девушка. – Вы не имеете право. Я несовершеннолетняя. Только в присутствии родителей.

Агапия громко расхохоталась.

– Ты подумай! – сквозь смех пробормотала она. – Какой умный ребёнок! Милочка, ты решилась всяких прав в тот момент, как загрузила на свой компьютер запрещённую игру. Думала, что нарушать правила круто, ведь так? Вижу, вижу по наглым глазкам!

Марина покачала головой. От этой женщины веяло чем-то мерзким, отвратительным, от чего пробирала дрожь. Такой бы работать в гестапо во времена Гитлера.

– Марина Соколова, шестнадцать лет, учишься в Магнитогорской средней школе, – проговорила Агапия, читая текст с экрана планшета. – Уголовного прошлого не имеешь. Никаких пометок о тебе в полиции. Прямо золото, а не ребёнок! Только вот, мы ведь обе знаем, что это чушь собачья. Будь ты умной девочкой, то не полезла бы в игру. И не провела там… двести часов? Да ты фанатка!

– Я не сделала ничего плохого, – произнесла Марина, пытаясь придать голосу твёрдость. – К тому же, какие есть доказательства? На моём винчестере отсутствует эта игра. Думаю, что ваши спецы это проверили.

– Ты использовала облачный сервис, – фыркнула Агапия и погрозила девушке длинным накрашенным ногтем. – Да, Мариночка, ты далеко не дура. И коробка с игрой оказалась пустой. Перерыли всю квартиру, но не нашли дисков.

– Распечатала на 3D-принтере, – усмехнулась девушка. – Понравилась картинка с игрой в интернете. Подумала будет круто смотреться на полке. На кой ляд мне нарушать закон?

Агапия Медведева молча уставилась на Марину. Приоткрыла рот, обнажая ряд жёлтых от никотина зубов. Настоящая ведьма, способная на всё.

– Твой ник в игре marina2033, – сказала она и нажала на планшет. – Мы отслеживали активность в сети, пока не вычислили ай-пи адрес. Думаешь, как ещё ты оказалась здесь? Вот запись с последнего сеанса. Знакомое лицо?

Над планшетом возникла голограмма. Марина прикусила губу, понимая, что её песенка спета. Полупрозрачная картинка изобразила трёхмерную Красную Площадь и её сражающуюся с нанопанками.

– Подделка, – между тем продолжала гнуть своё девушка. – Кто-то использовал мою личность. Может одноклассник. Не думали?

– А ты хитрая бестия, – проговорила Агапия, отключая голограмму. – Не жалко одноклассников? Прикидываешься хорошенькой девочкой, а сама та ещё дрянь…

Марина густо покраснела и сжала кулаки.

– У вас нет доказательств, – сказала она. – И больше я ничего не скажу, пока не приведёте сюда мою мать.

– Условия вздумала мне ставить? – Женщина встала со стула и отложила планшет на сидение. – Давай проясню ситуацию для особо одарённых. Ты же у нас вундеркинд.

Марина не успела ответить. Агапия подошла к ней и ударила по лицу тыловой стороной ладони. Боль оказалась адской, а её швырнуло к стене. Девушка прикоснулась к вспухшей губе и увидела кровь. Наниты должны заживить всё за секунду, но ничего не происходило!

– Мы заморозили твоих маленьких дружков, – усмехнулась женщина, присаживаясь обратно. – Так что любой синяк или ранка будут заживать долго и мучительно. Нравится чувствовать себя уязвимой? О, нет! У нашей красавицы потекли слёзки! Дать платочек?

Марина вытерла мокрые глаза руками, пытаясь сладить с водопадом слёз. Страх и боль завладели каждой клеточкой тела, не оставляя шанса на сопротивление.

– Продолжаем разговор, – сказала Агапия. – Ты сотрудничаешь с нанопанками?

Девушка яростно покачала головой.

– Не делай из меня дуру, – бросила женщина и вновь прикоснулась к планшету. – Год назад тебя вне очереди привили. Причём сделал это печально известный сотрудник Корпорации, который участвовал в террористической атаке. Вадим Колос, помнишь такого?

Объёмное изображение лица старого приятеля Марины появилось в воздухе. Девушка отвела глаза в сторону, стараясь не показывать, что узнала его.

– Смотрю твои старые фотографии и не могу поверить, – продолжала Агапия. – Жирная свинья. Сколько весила? Сто пятьдесят? Небось любила покушать? Извини, но здесь тебе ничего не дадут, кроме чёрствого хлеба и воды из-под крана.

– Я не имею отношения к той атаке, – всхлипывая, сказала Марина. – У меня есть алиби. Я гуляла со своим парнем!

– Сейчас мы и до него доберёмся, – фыркнула женщина. – Гера Панков, явный заучка, идёт на золотую медаль? И что он нашёл в такой лживой дряни как ты? Явно бедняге не из чего выбирать. И что он скажет, когда узнает, что ты виновна в гибели десятка людей?

– Я НИЧЕГО НЕ ЗНАЮ!!! ОТСТАНЬТЕ ОТ МЕНЯ!!!

Агапия широко улыбнулась, выставив кончик языка изо рта. Выглядело это донельзя отвратительно.

– Истерика не поможет, – бросила она. – А если не прекратишь орать, наденем на тебя смирительную рубашку. Старое доброе средство.

Марина вздрогнула и сжалась.

– Ты можешь облегчить свою участь, если назовёшь имена и адреса, – проговорила женщина. – Кто делает игры?

– Я не знаю, – едва слышно произнесла девушка.

– Похоже, ты не понимаешь ситуацию, радость моя…

Агапия внезапно вскочила и схватила Марину за плечи. Встряхнула с такой силой, что голова девушки чуть не врезалась в стенку.

Дверь отворилась, впуская того самого здоровяка в камуфляже.

Агапия отпустила девушку и резко обернулась.

– В чём дело? – крикнула она.

– Директор вызывает к себе, – ответил мужчина. – Совещание. Дело не ждёт!

– Грачёва как всегда вовремя, – обречённо вздохнула Агапия. – Ладно, ещё договорим, детка.

Женщина пошла к двери. Остановилась возле солдата и произнесла:

– Не выпускать и не кормить. В туалет особенно. Пусть ощутит себя последней сукой…

Дверь закрылась прежде, чем Марина осознала слова Агапии. Самообладание окончательно покинуло её. Она кинулась к двери и стала стучать кулаками.

– Выпустите меня отсюда!

Ответом послужила лишь гулкая тишина. Всем плевать.

Глава седьмая

– Что будете заказывать?

Нелли взглянула на девушку поверх папки с меню. Симпатичная, лет двадцати, яркая шатенка с зелёными глазами. Несколько пуговок на белой блузке расстёгнуты, открывая загорелую шею. Бейдж с именем красноречиво указывал, что зовут её Грета.

– Кофе двойной и три ложки сахара, – ответила она.

– Могу предложить вам десерт. – Грета широко улыбнулась, обнажая ряд белоснежных зубов. – Клубничный пирог со сливками. Лучший в городе. Можете не верить, но ради него сюда захаживают члены Правительства…

Нелли хмыкнула. Ох уж это хвалённое швейцарское гостеприимство. Но официантка ей нравилась, сто процентов. Неплохо бы закрутить лёгкий роман, пока выполняет миссию.

– Давайте, умеете вы соблазнять, – кивнула она.

Грета записала заказ на бумажку. Одно мгновение – и Нелли проникла в голову девушки, вклиниваясь в бурный поток мыслей. Уловила кучу ярких картинок.

Разочарование. Официантка оказалась простушкой, задолжавшей месяц за жильё, и никак не способная выбрать между двумя парнями, с которыми спала.

Нелли проводила взглядом стройную фигуру Греты и поправила кругляшок переводчика в ухе. Жаль, наниты не умели работать с языками, а так нужно носить портативный гаджет, от которого болела голова. В городе разговаривали на нескольких языках, от чего приходилось постоянно подстраивать переводчик. К сожалению, позволить более современную версию девушка не могла – выход в интернет легко вычислил бы её местонахождение Корпорации.

Да и боль Нелли никогда не отключала. Хотела чувствовать себя живой, а не грёбаной машиной убийства, которую сделали из неё ловцы душ.

Кафе «Монблан» располагалось в центре Берна, возле набережной, откуда простирался поразительный вид на Старый Город. Река со смешным именем Аре огибала небольшой полуостров, где рядами стояли кирпичные дома, с красными черепичными крышами. Некоторым из них были сотни лет, а высоченный шпиль кафедрального собора возвышался на десятки метров, напоминая этакую древнюю башню Корпорации. Нелли видела его вблизи, и хоть туризм не входил в её планы, поразилась красоте архитектурного чуда. И поняла, что причиной почему «Нанотек» выбрал именно столицу Швейцарии для своей резиденции, стала не только нейтральность страны.

Над главным входом в собор висел поразительный барельеф, изображавший сцены Страшного Суда. На одной половине спасённые души улетали в рай, а на другой бедные грешники головой влетали в гиену огненную. А в центре ангел взвешивал человеческие грехи на чаше весов.

Ловцы душ открыто насмехались надо всеми. И не собирались отдавать ни одной души ни Богу, ни Дьяволу. Совсем скоро они устроят свой Страшный Суд миру, от которого никому не спастись.

Если Нелли их не остановит.

– Приятного аппетита, – произнесла Грета, ставя перед девушкой дымящийся кофе и тарелку с пирогом. – Первый раз в городе?

– Что так заметно? – спросила Нелли, отпивая глоток из чашки.

– Я научилась определять туристов по лицу, – усмехнулась официантка. – К тому же вы не сводите глаз со Старого Города. Я приехала сюда из Германии пару лет назад, чтобы поступить в Бернский Университет. Провалила экзамены… но так и осталась. Это чудесное место!

– Не спорю, – улыбнулась Нелли.

«Монблан» представлял собой открытую площадку со множеством столиков, где обедали респектабельные люди в дорогих костюмах. Конечно же, простых горожан и туристов хватало, но именно здесь каждый день в одно и то же время можно было застать сотрудника безопасности Бернской резиденции «Нанотек», на которого Нелли положила глаз неделю назад.

Погода выдалась удивительно тёплой, а небо безоблачным, так что девушка наслаждалась полуденной тишиной. Люди возле других столиков разговаривали негромко, а звуки автомобилей глушил приятный рокот реки.

Нелли попробовала клубничный пирог и насладилась вкусом свежих сливок. Воспоминание промелькнуло в голове, но она решительно подавило его. Да, её покойная подружка обожала клубнику, ну так и что? Это не вернёт Надю, не добавит Нелли сил и веры в лучшее. Лишь, когда она покончит с Корпорацией, отомстит, то почувствует облегчение. Но для этого придётся изрядно попотеть.

«Нанотек» проявил извращённую фантазию при строительстве главной резиденции. Собственно говоря, ловцы душ убили двух зайцев сразу – во-первых, показали этим почти феодальное могущество Корпорации, а во-вторых, подстроили здание под старинный классический стиль Берна.

Только вот смотрелось это жутковато.

Резиденция напоминала громадный средневековый замок, выполненный из серого монолитного камня. Десяток башенок и бойниц хаотично разбросаны по периметру здания, словно у архитектора разыгралось больное воображение. В центре возвышалась длинная и высоченная башня с острым шпилем, способная потягаться с Бернским Собором. Два флага – швейцарский красный с белым крестом и фиолетовый со шпагами гордо реяли над замком.

Нелли проходила мимо замка множество раз, осматривая высокий забор, с острыми кольями вверху, покрытый проволокой под напряжением. Конечно же, благодаря нанороботам, сменила внешность. Волосы становились то русыми, то тёмными, а то разноцветными. Тёмные очки и яркий макияж скрывали лицо, находившееся в розыске большинства цивилизованных стран.

Оставалось найти подходящего мужика, на которого легко подействуют её чары. В конце концов, в том, что её сделали шлюхой были и свои плюсы. Охмурить, заставив проникнуть на самый охраняемый объект в мире. Раз плюнуть.

– Можно присесть? – Детский голос оторвал девушку от обдумывания плана. – Все столики заняты, а у вас свободное место…

Нелли обернулась, и лёгкая улыбка тронула её губы.

Белобрысый мальчишка лет десяти, а то меньше, неловко переминался с ноги на ногу. Яркая россыпь веснушек на лице, большие голубые глаза, в которых застыло любопытство. Говорил по-французски, вставляя немецкие слова, истинный швейцарец.

– А где твоя мама? – спросила девушка, кивая на место, напротив. – Только не говори, что гуляешь по городу в одиночку…

– Я уже большой, – невозмутимо ответил мальчик, взбираясь на высокий стул. – Спасибо. Мама на работе, она реставратор в музее. Я жду здесь папу, должен прийти и отвезти меня к бабушке.

Нелли не стала читать мысли ребёнка. Не видела смысла, зачем ему врать? Зато заинтересовалась журналом, который он положил на стол.

– Я Кельвин, кстати, – буркнул мальчишка, не отрывая взгляда от обложки. – А вас как зовут, мадам?

– Какой вежливый, – хмыкнула девушка. – Нелли. А что это у тебя там?

– Где? – Кельвин удивлённо осмотрелся по сторонам.

– На носу бородавка, – рассмеялась Нелли. – Да я про журнал!

– А… вы об этом…

Мальчик протянул девушке тетрадь.

– Осторожно, совсем свежий, только что купил, – пробормотал Кельвин. – Пахнет краской…

– Комиксы? – присвистнула девушка. – Вот это да!

Нелли не преувеличила. В век «Нанотека», когда все дети пользовались электронными и голографическими приборами, забыв про бумажные книги, увидеть нечто подобное у ребёнка – просто чудо!

На красочной обложке изображалась полуголая девица, в кожаном костюме, слегка напоминавшая стриптизёршу. В руках она держала длинный зазубренный меч и огненное лассо. Рядом валялись искромсанные монстры, походившие на инопланетян.

– Это Чудо-Женщина! – В голосе мальчика слышался восторг. – Я каждый месяц покупаю новый выпуск. Не понимаю, что другие ребята находят в электронных комиксах, страницы не чувствуешь, когда переворачиваешь…

– Ты прав, – кивнула Нелли, с интересом просматривая журнал. – Она ведь супергероиня, да?

– Амазонка, дочь Зевса, – затараторил Кельвин. – У неё сила богов! Видите, лассо? Им она ловит врагов и заставляет говорить правду! Хотел бы я встретиться с такой…

– Почему?

– Она борется за справедливость, раскрывает тайные замыслы и спасает мир…

Нелли вздрогнула. Отложила комикс в сторону и бросила взгляд на Старый Город, стараясь не показывать пунцовые щёки мальчику. В голубом небе появилась чёрная точка, набиравшая скорость. Никакая не птица, а челнок Корпорации, везущий очередной груз в Резиденцию.

Кельвин прав, этому миру нужен супергерой. Но откуда ему знать, что настоящая Чудо-Женщина сидит с ним за одним столиком и кушает клубничный пирог?

Да и может ли Нелли называться ею? Ведь единственное, что управляет девушкой – это жажда мести, разрушения и смерти. Но уж никак не справедливости.

– Что с вами? – подал голос мальчик. – Я что-то не то сказал?

– Хочешь торт? – спросила девушка, пододвигая тарелку. – У меня пропал аппетит.

Кельвин несколько мгновений таращился на девушку, словно пытаясь прочесть мысли. Но какой с него нанопанк?

– С радостью, спасибо! – усмехнулся он и стал уплетать пирог.

– Я смотрю ты тут времени не теряешь, сынок! – неожиданно произнёс подошедший сзади мужчина в костюме. – Разводишь незнакомцев на сладости?

Нелли подняла взгляд и застыла с раскрытым ртом.

– Ну, пап, она сама предложила! – запричитал мальчик, у которого все губы перемазались в сливках. – Честно!

– Да, верю, я верю, – улыбнулся отец и протянул руку девушке. – Я Антони, а как вас зовут?

Нелли встряхнула головой и пожала грубую мужскую ладонь. С другой стороны, чему удивляться? Неужели правда считала, что охранники в «Нанотек» просто безвольные манекены, у которых нет ни дома, ни семьи?

Это оказался он. Тот самый Антони, которого девушка ждала, с намерением соблазнить и воспользоваться, чтобы проникнуть в Резиденцию. Красивый, мускулистый, с дурацкой козлиной бородкой, портящей всё впечатление. На груди значок Корпорации, блестевший на солнце.

– Нелли, я туристка, – проговорила девушка. – Мне понравился ваш сын, такой умный для своего возраста…

– Весь в маму, – усмехнулся охранник. – Извините, но нам нужно спешить. У меня смена через полчаса. А ещё нужно успеть закинуть этого мозгоеда к бабуле. Слава богу, что пробок нет. Я что-то вам должен? За пирог?

Нелли сглотнула слюну и покачала головой. Хотелось сказать, что конечно должен! Давай потрахаемся в мотеле, а затем сгоняем на работу, где я сверну тебе шею, когда приведёшь меня на место.

– Нет, ерунда! – пожала плечами девушка. – Кельвину не повредит сладкое с утра… ведь так?

Мальчик показал большой палец.

– Его мать с вами бы не согласилась, – кивнул Антони. – Она борется за здоровый образ жизни… Ну, ладно, пока!

– Пока! – крикнул мальчик, махая комиксом.

Нелли помахала в ответ, следя как они исчезают за столиками, явно направляясь в сторону парковки.

Что только что произошло? Как она могла упустить такой шанс?

Пожалела мальчишку… смешно.

– Чудо-Женщина, твою налево, – проворчала девушка, кусая губы. – И что теперь?

– Думаю, у меня есть ответ, – произнёс чей-то мужской баритон рядом. – Ты нисколько не меняешься, красотка.

Нелли обернулась, чувствуя, как потоки нанитов разогревают кровь, готовясь выпустить огненный удар по неизвестному врагу. Но мигом остыла, пытаясь сладить с немым изумлением, почти что шоком.

– Да ты издеваешься! – выкрикнула она и расхохоталась.

Глава восьмая

Быть счастливым в браке – сложное чудо, требующее невероятной изворотливости. Удержать на плаву отношения многие годы, не закладывая при этом усилий нереально. Нужно находить компромиссы, избегая лишних ссор, а что самое главное сохранять любовь.

Ивану Крылову всегда удавалось следовать подобному плану, ведь он любил жену до безумия. Обожал своих детей, без которых не представлял ни дня.

Но после увольнения из органов, всё стало лететь к чертям.

Кого винить в этом? Нанопанков? Корпорацию?

Крылов старался найти козла отпущения, но в итоге понял, что дело лишь в нём. Никто не просил его вступать в ряды защитников человечества, раскрывая жуткие библейские заговоры.

Оливия понимала своего мужа, его бурные мотивы к благородству, уважала за это. После того, как он перестал заниматься заговором вздохнула свободно, ведь теперь угроза для семьи миновала.

Только Иван не мог просто так выйти из дела. И стал много времени проводить вне дома, где общался с бывшими информаторами, снабжавшими сведениями о Корпорации.

А теперь вот это дело с хакером в магазине!

– Лив! – крикнул он, входя в квартиру и включая свет в коридоре. – Ты дома?

Ответом послужила гулкая тишина, прерываемая шумом холодильника на кухне. Иван поставил пакет с вином и конфетами на пол. Снял ботинки, массируя уставшие ноги.

Нужно продумать план действий на завтра. Полковник Назаренко вынесет мозг, пытаясь найти любую ниточку, чтобы задержать Ивана в камере. Ненавидит его со времён печальных событий год назад. Прислужник Корпорации.

Но самое главное, убедить Оливию в том, что всё в порядке. Нельзя раскрывать правду, иначе новый скандал. С другой стороны, что лучше? Подозрения о любовнице или о связи с нанопанками?

Губы Крылова тронула ироничная усмешка.

Нейрофон сработал, наигрывая иностранный шлягер. Номер не определён, что не могло не обеспокоить.

– Алло, – произнёс он, присаживаясь на табуретку возле вешалки с одеждой. – Кто это?

– Здорово, Ваня.

Голос Крылов узнал сразу. Давно не слышал, но без ошибки определил хрипловатые нотки Алишера.

– Я же просил не звонить мне, – проговорил Иван. – Корпорация может вычислить нас!

– Не волнуйся, я покопался в настройках сети, у нас есть пара минут.

– Порадовал. Какого чёрта тебе надо? Я же сказал, что отошёл от дел!

– Грубовато, чувак. Но врать никогда не умел! Мы в курсе, что ты до сих пор копаешь под «Нанотек».

– Я? Да с чего…

– Слушай! Времени мало! – отрезал Алишер. – Нам нужна твоя помощь. Несколько часов назад мастерскую Тараса разнёс беспилотник. Едва успели спастись. Они знают о нас. Значит скоро поймут и о тебе.

– Твою мать! И что вам нужно?

– Встретимся возле ресторана «Д’Артаньян» через полчаса. Там мы тебя заберём. Я не рискую телепортироваться прямо в квартиру, вдруг они следят за ней.

– А как же моя семья? Ты о ней подумал?

– Вряд ли им что-то грозит, пока они не докажут, что ты связан с нами. Ладно, время ушло. Ждём!

Нейрофон отключился.

Иван поморщился и с силой стукнул кулаком по стене. Боль от удара ничто по сравнению с тем, что творилось внутри него. Сколько бы ни старался уберечь семью от своей битвы, но скрыться невозможно. Поставил всё на карту год назад, когда присоединился к нанопанкам. И ничего уже не исправить, только идти вперёд.

Шаги за дверью заставили Крылова резко отойти назад. Прижаться к стене и выключить свет. Старый инстинкт срабатывал на ура. Если это пришли за ним, то так просто не сдастся. Жаль, табельное оружие забрали, когда вытурили из органов.

Дверь дёрнули. Какое-то время никто не входил, а затем в квартиру скользнула высокая фигура в капюшоне.

Иван набросился на незнакомца, заламывая руки за спиной. Раздался громкий женский визг, перешедший в ругательство.

– Да ты что сдурел что ли?! – закричала Оливия, отталкивая от себя мужа. – У меня чуть сердце не разорвалось!

Иван включил свет и охнул. Девушка резко сдёрнула капюшон, с которого капала вода. Светлые волосы облепили мокрое лицо, а глаза метали молнии. Лёгкая бледность от испуга покрывала кожу.

– Дождь начался? – будничным тоном, в котором сквозило недоумение произнёс Крылов. – А я и не заметил…

– Я тебе счас покажу дождь! – Оливия с грохотом закрыла дверь. – Ты что решил поиграть в грабителя? Наша сексуальная жизнь прекрасна и без того, чтобы устраивать дурацкие ролевые игры! Клоун!

Иван шагнул назад к кухне, стараясь найти оптимальный путь к отступлению. Запереться в туалете разве что. Отличный вариант для цирка шапито, жена права.

– Я не знал, что это ты, милая, – проронил он. – Думал, может это…

– Кто? Бог ты мой, кто? – Оливия скинула с себя плащ. – Крылов, ты уже не мент! Ну сколько раз в день это повторять!

Иван прикусил губу. Жена завела старую пластинку. Романтический вечер безнадёжно испорчен. С другой стороны, чего ожидал? Набрасываться на любимую женщину как псих.

– Отойди, – грубо буркнула девушка, открывая дверь в ванной. – Хочу принять душ. И не выслушивать идиотские оправдания, как и всегда. Я сегодня рассчитывала на большее. Ну куда уж тебе!

– Лив, давай поговорим, – бросил Иван. – У меня не было выбора. Мы в опасности.

– Чего? – Жена остановилась на пороге ванной. – Повтори! Мне послышалось?

– Нет. Всё очень серьёзно.

Оливия секунду замешкалась, словно принимала решение. Кинула мокрый плащ в ванную и закрыла дверь.

– Нет, не смей мне говорить этого, – проговорила она, прикасаясь указательным пальцем к губам. – Молчи!

– Нанопанки вышли на связь, – сказал Крылов. – Их вычислили и пытались устранить. Корпорация обо всём знает, Лив.

– Я знала! – вскрикнула девушка и хлопнула в ладоши. – Рано или поздно они бы всё о тебе проведали… Молодец!

– Но…

– Сколько раз говорила – мы должны покинуть страну! Переехать к моей семье в Калифорнию! Отец хотел купить нам дом на побережье!

– Я не собирался принимать его подачки! Я сам зарабатываю себе на жизнь!

– О ну конечно, Иван Крылов, благородный русский мужик!

Оливия замолчала и глубоко вздохнула. Опустила глаза, явно не собираясь развивать больную тему.

– Лив, дорогая! – Иван подошёл к жене и обхватил ладонями её руки. – Пойми, переезд ничего бы не решил. «Нанотек» вычислил бы наше местонахождение в любой точке мира. Они оплели паутиной каждый уголок планеты!

– Почему ты такой упрямый? – прошептала девушка, прижимаясь к мужу, дрожащая и требующая тепла. – Почему не мог просто не вмешиваться? Оставить всё как есть?

– Потому что я думаю о наших детях! – Иван поцеловал Оливию в губы. – Что будет, если Корпорация одержит верх? Их души…

– Я в курсе, – перебила девушка. – Но лучше бы мы об этом никогда не узнали. Так легче…

– Мне пора, любимая.

Иван мягко выпустил жену из объятий. Достал зонт из шкафа и подошёл к двери, пытаясь собраться с мыслями. Предстояла долгая прогулка под проливным дождём.

– Куда ты? – Оливия непонимающе уставилась на мужа. – Снова уходишь? Зачем?

– Как ты уже сказала, Лив, – ответил Иван. – Я такой какой есть, и я обязан помочь друзьям. Ложись спать без меня. Устроим романтический ужин в другой раз.

Оливия хотела возразить, но Иван выскочил прежде, чем успела проронить хоть слово. В душе парня бушевал пожар противоречий, разгораясь всё сильнее. Остаться с женой гораздо проще и лучше, чем искать приключений и рисковать жизнью. Но иначе нельзя, ведь от этого зависела не только судьба мира, но и судьба его семьи.

Она поймёт, пусть не сегодня, но поймёт. Любовь побеждает и не такое…

Глава девятая

Корпоративный челнок снижался над крышей, словно большая чёрная птица. Джону он напомнил бумеранг, с той разницей, что имел почти полностью треугольную форму. В задней части аппарат сужался, образуя небольшую впадину, откуда с тихим гулом вырывалось синее пламя.

Джон Рикс взглянул на часы. Браслет сработал мгновенно, реагируя на мысленный призыв. Огненные цифры зависли в воздухе, разгоняя утренний сумрак. Опоздал! На целых десять минут.

Мужчина тихо выругался, проклиная себя, что согласился использовать службу доставки «Нанотек». Лучше бы вылетел частным самолётом, как всегда делал. Старый добрый «Гольфстрим» доставил бы его на место вовремя, хоть и летел дольше. Да и потом, эти длинноногие стюардессы, готовые станцевать стриптиз по мановению руки.

Джон встряхнул головой, прогоняя соблазнительные мысли. Когда угодно, но не сейчас. Его вызвали в Берн не просто так. Разбудили в три часа ночи, будто солдата по тревоге. В каком-то роде так и есть. Он стал самым молодым начальником американского подразделения Корпорации не для того, чтобы отсиживать штаны.

Челнок совершил посадку. Аспидная поверхность словно завибрировала, поддёрнутая дымкой. Рикс знал, что так снимаются защитные экраны. Никто не проникнет в аппарат, пока не пройдёт проверку на ДНК. После того случая угона в России меры безопасности утроили.

Овальная дверца откинулась вверх. Из проёма высунулась голова пилота в шлеме. Рука в серой защитной перчатке поманила Джона.

Пальцы Рикса сжали ручку дипломата из крокодильей кожи. Он последний раз взглянул на город. Нью-Йорк с высоты птичьего полёта напоминал огромный пчелиный улей. Низкие тучи отбрасывали недостаточно света, но и его хватало, чтобы увидеть шпили небоскрёбов, огни автомобилей, пробиравшихся по забитым автострадам, деревья Центрального Парка ближе к линии горизонта. Город не просыпался, отнюдь.

Нью-Йорк никогда не спал. Он страдал капитальной бессонницей, вбирая в себя потуги своих жителей, их мечты, желания и грехи.

Возле челнока Джон остановился, кидая взгляд на фиолетовый символ на металлической поверхности. Никогда не понимал смысла в этом гербе, скорее тот подходил военной организации. Скрещенные шпаги? Ну конечно.

Пилот вытащил из-за пазухи планшет. Пальцы нажали на экран, активируя программу проверки личности. Рикс приложил большой палец к протянутому гаджету. Поморщился, ощутив едва заметный разряд тока на коже.

– Добро пожаловать на борт, директор, – произнёс лётчик механическим голосом.

Джон сухо кивнул и вошёл в челнок, пригибая голову. В нём было почти два метра ростом, что всегда приводило в буйный восторг его родителей, мечтавших, что сынок станет баскетболистом. Но карьера в НБА Рикса никогда не интересовала. Он грезил о том, как будет командовать многомиллиардной корпорацией, наподобие «Гугл» или «Эппл».

Дверца защёлкнулась со свистом. Джон оказался в небольшой, но уютно обставленной комнатке. Круглый стол в центре окружён стульями, диван возле иллюминаторов, холодильник в углу, возле проёма, ведущего к кабине пилота. Ничего лишнего.

Рикс опустил дипломат на пол, чувствуя мягкий ворс персидского ковра под ногами. Оглянулся и подошёл к зеркалу, висящему рядом. Неплохо выглядит, учитывая, что не выспался и едва успел побриться. Мешков под глазами почти не видно.

Джон не страдал нарциссизмом, но в глубине души гордился своей внешностью. Смуглый, с отточенными, словно у скульптуры Давида, чертами лица. Волосы всегда коротко отстрижены, покрыты гелем. Яркие голубые глаза взирают с холодным вызовом. На тонких губах играет презрительная ухмылка.

Под дорогим костюмом-тройкой, с галстуком и платочком в верхнем кармане, великолепное тело. Рикс создал его сам, проведя тысячи часов на изнурительных тренировках. Никаких фальшивых модификаций нанороботами.

– Сэр? – произнёс голос пилота сзади. – Взлетать?

– Что? – Рикс повернулся, не узнавая речь собеседника.

Не удивительно, что он не узнал голос. Лётчик снял шлем, который подавлял человеческие интонации.

Миловидная девушка с соломенными волосами глядела на директора со смесью интереса и нетерпения. Джон оглядел её фигуру в обтягивающем лётном комбинезоне. Пухленькая, с крупными бёдрами и высокой грудью. В самом соку, будто ягодка вишни, сорванная с дерева.

– Я конечно понимаю, – твёрдым, внушающем трепет голосом, произнёс Рикс, – что женщинам прилично приходить не вовремя. Но наше с вами свидание будет коротким.

Лётчица густо покраснела. Отвела глаза в сторону, стараясь не смотреть в лицо пассажира. Шлем в руках покачнулся, чудом не выпадая из дрожащих пальцев.

Джон ощутил знакомый прилив адреналина, смешанного с эндорфинами. Вот зачем он закончил Гарвард, поступил на службу в Корпорацию, продвинулся по карьерной лестнице, взбираясь по головам и отталкивая тела конкурентов. Внушать людям, что они всего лишь винтики в механизме, а он часовщик, самый главный, заводящий.

– Простите, сэр, – сказала девушка. – Меня задержали в аэропорту. Челнок не хотели отпускать без должной проверки. Всё-таки я перевожу не бродягу с улицы!

Последние слова она произнесла с нажимом. Подняла голову и сверкнула глазами, показывая, что не собирается так просто сдаваться. Явно налетала не одну тысячу часов.

– Как ваше имя? – спросил Джон, присаживаясь на диван и кладя ногу на ногу. – Держу пари Сандра… или Николь?

– Летиция, – ответила девушка. – Мы будем на месте через пару часов.

Лётчица круто развернулась. Рикс оглядел филейную часть Летиции и глубоко вздохнул, словно принимая ответственное решение.

– Полагаю, ваш самолёт может лететь на автопилоте? – спросил он.

– Так точно, – не оборачиваясь ответила девушка.

– Жду вас у себя через десять минут, – бросил Джон. – Думаю, окажетесь не против выпить со мной пару бокалов?

Девушка хмыкнула и скрылась за дверью кабины.

Рикс прекрасно знал женщин. Повыпендривается, но обязательно придёт. Скажет какую-нибудь чушь, что не пьёт на работе, но уже скоро скинет свой комбинезон, позволяя Джону выливать спиртное на её пышную грудь.

Джону всегда удавалось производить впечатление на девушек. Это он унаследовал от отца, потомственного латиноамериканца. Правда, с тех пор как тот встретил маму, жившую в Чикаго, то перестал спать со всеми подряд. В этом Рикс не мог его винить…

Родители гордились сыном, было о чём посудачить с соседями, показывая его выступления по телевидению. В тридцать лет стать у руля крупнейшей в мире Корпорации! Конечно, если бы они знали какой ценой Джону досталось это. Риксу пришлось доказать, что он способен принимать жёсткие решения.

А ведь с нанопанками по-другому нельзя.

Сукины дети возомнили себя богами, не иначе. Все как один преступники, словно вылезшие из канализации крысы, которых нужно прихлопнуть.

Джон сжал кулаки. Пресса пускала слухи, что он неспособен управлять Корпорацией, молоко на губах не обсохло. Зато как изменились их рожи, когда он накрыл банду нанопанков, грабивших банки по всей стране.

Рикс не церемонился и развязал Корпоративной Полиции руки. Никто не очутился в тюрьме. Всех перестреляли, накрыв адским огнём. Нанороботы бессильны против таких мер.

Выявить человека со взломанным программным обеспечением проще простого. Тысячи скрытых агентов с приборами растворились в толпе, проникнув в каждый штат. Не прошло и полугода, как задержали сотни потенциальных угроз. И не имело значения, нанопанки ли это, или просто дети, решившие поиграть в хакеров.

Конечно же, сперва люди оказались против таких мер. Но промывать мозги Рикс умел с изяществом греческих ораторов. Он выступал по телевидению, отчаянно жестикулируя и призывая к содействию. Угроза была слишком реальная, чтобы плюнуть на неё. И люди верили, смотря на него с рабской преданностью верной собачки.

Перед мысленным взором Джона промелькнула мигающая иконка в виде конверта. Раздался щелчок и нейрофон установил связь с компьютерным столом рядом.

Рикс хмыкнул и подошёл ближе. Изящные дубовые панели отодвинулись в стороны, открывая обзор на светящийся экран. Джон не стал активировать голограмму. Кто-то воспользовался зашифрованным каналом, чтобы связаться. Пальцы мужчины заскользили по дисплею, активируя протоколы безопасности, отсекая аппарат от корпоративной сети. Не хватало, чтобы чей-нибудь нос влез куда не следует.

Джон раскрыл письмо и скользнул взглядом по короткой фразе:

«Проект „Нексус“ достиг финальной стадии. Сэр, каковы будут распоряжения?»

Рикс несколько секунд барабанил пальцем по экрану. Затем быстро напечатал текст, стараясь не раздумывать попусту. Отступать некуда.

«Приступить к тестированию на подопытных. Я лечу в Берн. Никакой связи, пока я не вернусь!»

Рикс вздохнул и неожиданно испугался. Противное чувство страха, смешанного с панической атакой. Будто мальчишка, которого застукали за просмотром запретного фильма со спущенными штанами.

Что если начальство вызвало его не просто так?

Что если они узнали о «Нексус»?

Ему не оторвут голову, нет. Его расчленят на части и скормят аллигаторам. Корпорация запретила любые опыты со сверхлюдьми. А ведь это даже не ошибка, это идиотизм! Нужно бороться с нанопанками их же оружием. Наниты могут сделать любого идеальным солдатом. Осталось лишь наладить производство.

За спиной Джона послышался шорох.

Рикс отключил компьютер и медленно развернулся, стараясь унять дрожь. Лицо оставалось бесстрастным, но сердце продолжало отбивать барабанный бой африканских племён.

Девушка сбросила с себя лётный комбинезон. Осталась в одной маечке и коротких шёлковых трусиках. Что ж, стоило признать, что у пилотов тоже есть вкус.

– Ты потрясающе выглядишь, богиня! – не скрывая восхищения произнёс Джон, доставая шампанское из холодильника.

– Спасибо, – отвечала девушка, подходя к столу. – У нас есть час, я должна сесть за штурвал, чтобы начать снижение в атмосферу.

– Как жаль, что такая малость, – прошептал Джон.

Пробка вылетела из бутылки с громким хлопком. Густая пена разлилась по рукам мужчины, заливая ковёр.

Девушка опустилась на колени, и золотистая жидкость потекла ей в рот. Рикс опешил от подобной реакции, давно не встречался с таким буйным сексуальным темпераментом.

Он присел на диван, выпил остатки вина. Бросил бутылку в угол, в то время как Летиция залезла к нему на колени. Схватила его за затылок и с силой поцеловала. Шершавый язычок скользнул к нему в рот.

Рука скользнула в брюки, расстёгивая ремень. Нежные пальчики обхватили член и сделали несколько движений снизу-вверх.

Девушка сняла майку, открывая вид на большие, овальные груди. Рикс разглядел крупные розовые соски, мог сосчитать каждую пупырышку. Обхватил рукой одну из сисек, чувствуя упругую мягкость.

Заметил уродливый шрам, напоминавший христианский крест над грудью. Расширил глаза и вопросительно уставился на Летицию.

– Авария во время тренировочного полёта, – ответила она. – Ничего серьёзного. Что ж ты застыл? Так и будешь сидеть?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.