Керидо-2. Возвращение
Татьяна Богатова

© Татьяна Богатова, 2021

ISBN 978-5-0053-5063-3 (т. 2)

ISBN 978-5-0053-5064-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Керидо 2. Возвращение
Глава 1

Влад завтракал как обычно в восемь часов утра. Подрумянив в тостере пару тонких кусочков батона, он подцепил их кончиком ножа, выложил на квадратную белую тарелку и накрыл сырными ломтиками. Сыр приятно расплавился на горячем хлебе. К этому времени вода в электрочайнике достигла необходимой для заварки зелёного чая температуры в девяносто градусов. Влад с наслаждением откусил тост, сделал глоток чая. Задумчиво поставил широкую белую чашку на блюдце. Замер с тостом в руке, опираясь локтем на каменную светло-розовую гранитную столешницу. Рядом на столе белая квадратная тарелка с полдюжиной сырников была заботливо накрыта сверху блюдом. Влад приготовил их для Альбины.

«Надо бы накормить её, – подумал он. – Тёплые сырники вкуснее, чем разогретые в микроволновке. И в то же время, жалко будить. Почти всю ночь напролёт промаялись с Артёмкой. Угомонились, кажется, около пяти часов. Малыш даже утреннее кормление проспал. Что же у него с животиком? Куксится, хнычет, кряхтит. И лекарство не помогает».

Влад стремительно поднялся, отодвинув стул, цвета светлого дерева, на металлических ножках.

«Разбужу! Пусть Алька позавтракает, пока воробей дремлет. А то проснётся, и молока у неё не будет».

Решительно направившись к двери, всё же остановился на полпути и вернулся к столу.

«Ладно, пусть поспит. Тёмка одно кормление пропустил. Так что молока у Али должно хватить. Хорошо, что сегодня врач придёт. Нужно посоветоваться. Сынишке уже три месяца, а живот всё ещё беспокоит. Вдруг это грыжа. Пусть осмотрит как следует».

Влад снова присел на стул, проглотил оставшийся кусочек тоста, выпил глоток чая и вновь замер с чашкой в руке. Сегодня он испытывал необычайное беспокойство. И это не было связано с сыном. Температуры у Тёмки не было, диким плачем он не заливался. Бессонная ночь – обычное дело с маленьким ребёнком. Наконец Влад вспомнил: сегодня ровно год со дня смерти человека, считавшегося его отцом. Он умер от инсульта в больнице, в которую привёз вместе с Альбиной раненого сына. Влад рассказал Альбине об отце после того как оказался дома. Аля, неотлучно находившаяся возле едва выжившего Влада в больнице, не беспокоила его расспросами. Только лишь дома она как-то раз осторожно произнесла:

«Влад, ты можешь мне сказать, почему эти люди, связанные с твоим отцом, стреляли в тебя?»

Он помолчал, нахмурившись. Однако воспоминания давили тягостным грузом. Опустившись на диван, Влад мягко взял Альбину за руку и, потянув к себе, усадил рядом. Он не выпускал её ладонь на протяжении всего разговора, нуждаясь в близости как никогда ранее.

«Аля, я не называл этого человека отцом прошедшие шесть лет. С того самого дня, когда он ударил мать. Причиной стала брошенная в пылу ссоры фраза, что она всё бы отдала, чтобы он не был моим отцом. Перед этим она упрекнула его в многочисленных изменах. Как я успел понять, это произошло впервые, и явилось для него полной неожиданностью».

Альбина, не сдержавшись, шумно вздохнула. Крепче сжав её ладонь, Влад продолжал.

«Я оказался невольным свидетелем. С тринадцати лет я учился и жил в Великобритании, приезжая к родителям только на летние каникулы. Когда бывал дома, то время проводил в основном с матерью. Отец редко появлялся, перебрасываясь со мной лишь незначительными фразами. Мне казалось, что родители живут нормально, не лучше и не хуже других семей. Частому отсутствию отца находилось объяснение. Он содержал дом на окраине города, обеспечивал неработающую жену, оплачивал моё обучение и проживание в Англии. О том, что доходы для всего этого он получал от полукриминального бизнеса игровых автоматов, я узнал позднее. Так же как и о том, что он постоянно изменял маме».

Влад помолчал. Альбина не торопила его, понимая как ему тяжело. Он заговорил, слегка охрипнув от волнения.

«Сразу после скандала маму сразил скоротечный рак. Я не отходил от мамы в течение всего месяца, пока она болела. Похоронив её, уехал в Москву. Работу в салоне по продаже супердорогих иномарок „Сааб“ и „Вольво“ я нашёл сразу после возвращения из Лондона. Однокомнатную квартиру купил, – Влад споткнулся, обозначая в разговоре отца, – этот человек ещё при жизни матери и по её настоянию».

Прочистив наконец горло, Влад продолжил жёстко, отведя взгляд. Альбина, напротив, не сводила с него глаз.

«В тот злополучный день, когда я кинулся на него, он назвал меня сыном проститутки, стараясь ещё больше оскорбить мать. Я не смог его ударить, в глубине души всё ещё считая отцом. Он отшвырнул меня ударом в лицо. Больше всего меня поразило, что он остался при этом хладнокровным. И, выходя из комнаты, ещё и припечатал меня упрёком в том, что я поднял руку на отца, обеспечившего меня всем. Ну и потом я придумал, как вернуть ему деньги, которыми он меня попрекнул. Через некоторое время в нашем городе появился мужчина по вызову, услуги которого могли оплатить только самые состоятельные женщины. Его так и звали Керидо – дорогой. Деньги, заработанные под маской Керидо, я передавал с курьером этому человеку, каждый раз делая надпись на конверте «от сына проститутки».

Влад впервые за время разговора горько усмехнулся.

«Известный в городе предприниматель, он так сгорал от злобы, получая очередное послание с деньгами от скандального сына».

Альбина прервала его.

«А он знал, что Керидо это ты?»

«Ну конечно! Я сделал всё возможное, чтобы он узнал это как можно скорее. После встречи с тобой я, зная, что выплатил ему материальный долг с лихвой, решил вычеркнуть его из своей памяти. И думал, ничего не помешает нашему с тобой счастью. А он считал по-другому. И наконец получил возможность отомстить мне, пытаясь отобрать твой парикмахерский салон».

Оба помолчали. Первой тихо заговорила Альбина.

«Влад, мне кажется, что он раскаялся. Он же не мог быть до такой степени монстром, чтобы желать смерти собственному сыну. И к тому же…»

Она запнулась, Влад стремительно взглянул на неё.

«И к тому же, когда тебя забирали на „Скорой“, он попросил у тебя прощения».

Влад грустно, но неумолимо покачал головой:

«Это ничего не меняет».

«Но он же умер. Разве одно это не может быть причиной, чтобы простить?»

Нахмурившись, Влад сурово продолжил:

«Мама умерла. Но я точно знаю, что он не простил её. Он ни разу не зашёл к ней в комнату, пока она болела. Попытался сунуться только когда она умерла, но я выгнал его».

Альбина с ужасом посмотрела на Влада.

«И он не простился с ней?»

От нахлынувших воспоминаний Влад передёрнул плечами.

«На кладбище он подошёл к гробу. Я отчётливо помню, что у него на лице кривилась улыбка».

Альбина с жаром воскликнула:

«Влад, любимый, этого просто не может быть! Ты наверняка ошибаешься, ты был измучен бессонными ночами, ухаживая за мамой. Тебе показалось!»

«Аля, – он приблизил её ладонь к губам, бесстрастно поцеловал, – я рассказал тебе всё. Ничего не скрыл и не приукрасил. Пожалуйста, не смотри на меня так, словно я совершил убийство. Я не сделал ничего дурного. Я всего лишь не могу простить».

«Влад, если бы ты видел, как задрожали его руки и помертвело лицо, когда он увидел тебя…»

Он безжалостно перебил её:

«Аля, если бы ты видела как умирала моя мать, как она кричала от боли, ты бы тоже не смогла его простить. Давай закончим и больше никогда не будем возвращаться к разговору о нём и моём прощении».

Альбина, поднявшись, стремительно обняла Влада, склонилась, покрывая поцелуями его лицо.

«Прости меня! Мы не будем… конечно не будем… Я так тебя люблю!»

Он крепко сжал её, как всегда начиная терять разум от её близости.

«Алька, красавица моя! Я люблю тебя больше жизни!»

Глава 2

Водворив посуду после своего завтрака в моечную машину, Влад вышел из кухни и поднялся по деревянной пологой лестнице на второй этаж. Там было две комнаты. Одна из них – бывшая комната матери Влада – служила им с Альбиной спальней. Вся приобретённая новая мебель почти точь-в-точь повторяла бывшую при Анне обстановку. Альбина, не видевшая предыдущей мебели, выбрала вместе с Владом почти точно такую же. Бледно-розовый шкаф для одежды, широкая кровать и тумба-комод светлого дерева. Тут же стояла кроватка для сынишки, придвинутая почти вплотную к кровати родителей, обитый хлопковой тканью, небольшой стол для пеленания и высокое кресло из специального пористого материала, натянутого на цельную металлическую гнутую опору. Помещённый в кресло ребёнок фиксировался широкими мягкими ремнями, наподобие рюкзачных, вокруг талии и между ножек. Малыш находился в полулежачем положении. Кресло слегка покачивалось при малейшем движении ребёнка, тем самым успокаивая его и освобождая руки матери на какое-то время.

Напротив спальни располагалась бывшая комната Влада, в которой со времени его студенчества почти всё осталось без изменений. Только компьютер на рыжем столе сменил белоснежный ноутбук. В платяном шкафу, точно такого же цвета как и стол, Влад развесил свою одежду, чтобы собираясь утром на работу не беспокоить Альбину с Артёмкой. Нынешнее лето, как и прошлое, изнуряло зноем и духотой. Влад остановил свой выбор на светлых бежевых льняных брюках, лёгкой рубашке с короткими рукавами, цвета топлёного молока. Автоматически взял с полки в шкафу носки в тон брюкам. Одеваясь, мимоходом глянул на себя в зеркало на дверце шкафа. Внешность Влада напоминала героев рекламных роликов, представляющих атрибуты дорогой жизни: часы, автомобили, курорты. Высокий, широкоплечий, рельефно-мускулистый – он обращал на себя внимание. Подстриженные ёжиком русые волосы, слегка зачёсанные на левую сторону, с которой чёлка-хохолок едва прикрывая темную бровь слева, бросала лёгкую тень на огромные серые внимательные глаза. Ровный прямой нос, чувственные губы, на которые было приятно смотреть.

Поправляя воротник, Влад тепло улыбнулся своим мыслям. Альбина всегда тщательно выглаживала его рубашки. Обучаясь в Англии, будучи чистоплотным по своей натуре, Влад привык сам ухаживать за своей одеждой и обувью. Как только они начали жить вместе, Альбина сказала Владу, запротестовавшему было, когда она собралась погладить ему рубашку.

«Ты не можешь представить, как мне приятно. Я всегда делала это для брата Антоши, пока он не женился. Но Антон редко носил их, предпочитая футболки. Раньше мама всегда гладила папины рубашки. Помню, однажды, мне было лет семь, я как обычно крутилась рядом. Мама утюжила и приговаривала: «Вот, Лялька, когда вырастешь, будет у тебя сердечный друг, и тебе невыносимо захочется самой выгладить ему рубашку». Я конечно спрашивала: «Сердечный друг это муж? Да, мамочка?». А она при этом так таинственно улыбалась: «Может быть и муж. Ты почувствуешь, что это он, когда пожелаешь отдать ему всё своё сердечное тепло». Я скакала вокруг неё и гладильной доски: «Мам, а папа твой сердечный друг?» «Да, Лялечка! Мне очень приятно делать это для него».

«После того как родители разбились вместе на машине, у меня слёзы подступают при воспоминании об этом разговоре. Я прыгала на одной ножке, а мама улыбалась и продолжала: „Запоминай, Лялька! Сперва выглаживают воротник, затем правую полочку и рукав, после – левую полочку с рукавом и напоследок – спинку“ Словно предвидя свою раннюю гибель, мама старалась научить меня всему. И гладить, и шить, и готовить. Но я легкомысленно всё забывала. И только лишь её слова о сердечном друге накрепко запали в мою память. После того как мы остались с Антошей одни, я пожалела, что не стремилась готовить. Кое-что припоминала, конечно. Но в основном пришлось учиться заново».

Влад приблизился к Альбине, обнял сзади, не страшась движений горячего утюга и зарылся лицом в её волосы.

«Я люблю тебя, Аля!»

***

Закончив одеваться, Влад вышел из комнаты.

Год назад, после смерти отца, в больницу к едва начавшему поправляться после ранения Владу пришла женщина. Неотлучно находившаяся с ним Альбина, к его безграничному удивлению, встретила её, словно добрую знакомую, дружелюбной улыбкой. Влад сразу вспомнил женщину. Она почти не изменилась с тех пор, как он видел её шесть лет назад. Довольно высокая, полная, она обращала на себя внимание светлой кожей. Обычно румяное лицо было бледно. Весь её наряд, кроме белых босоножек на низкой сплошной подошве, говорил о том, что женщина в трауре. Чёрное, приталенное, чуть свободное, платье из плотного крепа, без рукавов. Поверх него – чёрная, ажурная накидка-жилет, со слегка удлинёнными плечами, чуть прикрывающими обнажённые руки. На голове – чёрный шифоновый шарф, завязанный сзади.

Альбина встала со стула ей навстречу, тепло ответив на её приветствие, с улыбкой повернулась к Владу.

– Это Валентина…

Он сдержанно произнёс:

– Я знаю. Здравствуйте.

Валентина работала участковым терапевтом в поликлинике. Она приходила к матери Влада во время её болезни. Однако то, что Альбина сказала следом, явилось для Влада полной неожиданностью.

– …жена твоего отца.

Побледневшее лицо Влада содрогнулось, он ответил еле слышно.

– Вот как… Не могу сказать, что мне приятно это слышать.

Альбина обеспокоенно шагнула к нему, Валентина мягко прикоснулась к её локтю.

– Аля, ты позволишь поговорить с твоим мужем?

Влад с удивлением отметил про себя обращение на ты, недоумевая, когда Альбина успела сблизиться с этой женщиной.

– Конечно, Валя, я выйду…

Валентина остановила её.

– Нет-нет, что ты! У меня нет никаких секретов. Я прошу разрешения потому, что Влад ещё слаб, и боюсь причинить беспокойство. Но мне необходимо поговорить с вами как можно скорее. Я постараюсь недолго. Влад, я могу поговорить с тобой?

– Пожалуйста, – прозвучал равнодушный ответ.

Альбина указала на стул возле кровати Влада, с которого только что поднялась. Сама встала у изножия кровати, опираясь на её спинку. Усаживаясь на стул, Валентина спросила Альбину:

– Влад знает?

– Нет, – произнесла Альбина, моментально сообразив о чём идёт речь.

Валентина слегка кивнула и спокойно произнесла:

– Влад, твой отец умер от инсульта девять дней назад.

Влад угрюмо молчал несколько минут, прикрыв глаза. Когда он заговорил, в его голосе слышались нотки сарказма.

– Что вы хотите от меня? Нужна помощь в организации похорон?

Валентина ответила грустно.

– Нет, Влад. Сергея похоронили. Я хотела поговорить совсем о другом. Прости меня, если ты нехорошо себя чувствуешь, я уйду.

Он приподнялся чуть выше на подушке. Альбина, ловившая каждое его движение, встревоженно потянулась к нему. Влад кивнув, остановил её, давая понять, что беспокоиться не стоит. Она осталась на месте. Влад ответил Валентине.

– Всё нормально. Я вас слушаю.

– Влад, я любила Сергея, – произнесла Валентина, почувствовав, что Владу неприятно, когда она называет умершего его отцом. – Эти шесть лет с ним были для меня самым счастливым временем в моей жизни.

Влад, не выражая более никаких эмоций, терпеливо слушал её.

– Я чувствовала в ответ его заботу и любовь, я впервые ощутила, что значит не иметь проблем. Конечно, для меня имел значение материальный комфорт, в котором мы жили. Но прежде всего… – Валентина впервые за время разговора разволновалась, на глазах выступили слёзы, которые она поспешила утереть пухлой ладонью, – мне было с ним так хорошо…

Она умолкла. Влад, видя её смятение, заговорил сам.

– Я не могу поверить, что мы с вами говорим об одном и том же человеке, что с ним кому-то могло быть хорошо.

Губы Влада искривила усмешка. Желая причинить женщине боль в отместку за тёплые слова в адрес его отца, он спросил:

– И вы мирились с его изменами?

Валентина вздохнула.

– Сергей не изменял мне. Я в этом уверена. Женщина, даже если не знает этого наверняка, не может не почувствовать…

– Ну значит, постарел, – Влад, отчего-то почувствовав жалость к Валентине, продолжал. – Если вы хотите убедить меня в том, каким он был хорошим человеком, то прошу вас, не стоит терять время.

– Нет-нет, Влад! Прости, что я тебя утомляю. Но поговорить я хотела совсем о другом. У меня никогда не было такой возможности, и боюсь, не останется и в дальнейшем. Единственное о чём я сожалела всё это время, было то, что Сергей не общался с тобой. Не знаю, что послужило тому причиной, и ты вероятно не захочешь мне рассказать. Просто если ты ненавидишь его за то, что он не ухаживал за твоей мамой во время её болезни…

Скулы Влада побелели от ярости, но он сдержался и ничего не сказал.

– Влад, могу сказать как врач, поверь, я имею на это право, что очень немногие люди способны, преодолев в себе страх перед болезнью, перед возможным уходом своих близких, быть рядом с ними до конца. Я всегда помнила, как ты ухаживал за мамой, и восхищалась тобой. Когда я заводила разговор о тебе с Сергеем, он обрывал меня и просил никогда больше не начинать. Но я видела, как он переживал разрыв с тобой.

Влад перебил её:

– Давайте всё же оставим попытки реабилитировать этого человека в моих глазах…

Валентина, разволновавшись, перебила его в ответ:

– Прости меня, пожалуйста! Влад, всем этим я хотела сказать всего лишь, что была с Сергеем не из-за того, что он богат. Мы считали себя мужем и женой, но брака не регистрировали. Я не имею права и не собираюсь претендовать ни на какую собственность Сергея. Но ты должен в течение полугода вступить в наследство. Есть дом, это дом твоих родителей, Влад. Не только отца, которого ты ненавидишь, но и матери.

Влад внезапно вспомнил о полукриминальном бизнесе Сергея, и подумав о том, что женщина не так проста, как кажется на первый взгляд, решил выяснить всё до конца.

– Есть ещё бизнес. Не регистрируя с вами брак, он тем не менее, вполне мог оформить на вас долю в бизнесе.

Валентина растерянно подняла на него взгляд своих серых глаз.

– Эти его интернет-кафе… Но Влад, зачем бы Сергей стал оформлять на меня бизнес. Я ничего в этом не понимаю. Я, к сожалению, даже не знаю, куда тебе следует обратиться, чтобы вступить в наследство на бизнес. Может, у Сергея остались дома какие-нибудь бумаги. Ты поправишься и посмотришь сам. Это все ключи от дома. Мне ничего там не принадлежит. Я возвращаюсь к себе. Вот, собственно, зачем я приходила. Прости меня, что я тебя побеспокоила.

Влад устало прикрыл глаза.

– Я всё понял.

Положив две связки ключей на тумбочку, Валентина встала.

– Всего тебе доброго, Влад! Поправляйся и будь счастлив.

Ласково улыбнулась следом.

– Мне очень понравилась твоя жена. Желаю счастья вам обоим!

– Прощайте, – произнёс Влад, напоследок удостоив женщину взглядом.

Альбина, проводив Валентину до двери, тепло простилась с ней. Тут же вернулась к Владу. Присела рядом на стул, с которого только что поднялась Валентина. Влад лежал, отвернувшись лицом к стене. Альбина притронулась тыльной стороной ладони к его щеке. Он тут же обхватил её ладонь своей рукой. Но не поцеловал, как делал обычно. Обернувшись к Альбине, внимательно взглянул на неё. Она поправила другой рукой простынь, которой он был прикрыт.

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. Скажи пожалуйста, Аля, когда ты сблизилась с этой женщиной?

– Влад, любимый мой, я бесконечно благодарна Валентине. Когда ты был в реанимации, я с ума сходила. Туда не пускали даже на время. А Валентине удалось договориться с врачом, чтобы мне разрешили постоянно там находиться, ухаживать за тобой. Она очень хороший человек. Правда!

– Мне всё равно, – Влад вновь закрыл глаза, целуя наконец руку Альбины.

– Отдыхай, – Альбина погладила его обнажённое плечо.

– Ты будешь здесь?

– Конечно, – улыбнулась она. – Может попозже выйду ненадолго. Надо купить фруктов. А то у нас не осталось.

– Не уходи, пожалуйста! – вскинул ресницы Влад, – Я ничего не хочу. Только будь рядом.

– Ну хорошо, никуда не пойду, – Альбина нежно улыбнулась, касаясь его лица, – Позвоню Маше, она принесёт.

Но Влад, успокоившись при первых её словах, уже крепко спал.

Глава 3

Влад не представлял себе, что сможет жить в родительском доме, предполагая в дальнейшем продать его. Однако, со временем, всё сложилось по-иному.

В тот самый день, когда приходила Валентина, Альбина сказала Владу:

– Совсем забыла сказать. Несколько дней назад я отвечала на звонок на твой сотовый. Прости, возможно, мне не следовало этого делать, но я увидела: вызывает Олег. Вспомнила, что это твой начальник, и решила ответить.

– Ну да, естественно, он в ярости. Неделю назад я должен был выйти на работу. Мне следовало самому позвонить, но я совершенно забыл, радуясь тому, что остался в живых. Что он сказал?

Альбина пожала плечами.

– Он не показался мне сердитым. Я объяснила, что ты тяжело болен. Он пожелал тебе выздоровления и попросил позвонить ему, как только ты сможешь.

– Аля, дай мне, пожалуйста, свой телефон. Номер Олега я помню. Нужно срочно ему позвонить.

Альбина нагнулась к тумбочке.

– Ты можешь позвонить со своего телефона. Он заряжен. Сейчас, только включу его.

Влад улыбнулся её заботливости.

– Так он здесь! Спасибо тебе.

Директор Влада ответил на первый же сигнал, словно ожидал звонка.

– Здравствуй, Влад! Рад тебя слышать. Поправляешься?

– Да, Олег, спасибо! Прости, что не сообщил! Так случилось, что заболел довольно серьёзно, был без сознания. А жена не знала, кому позвонить.

– Так ты женился?! Когда же ты всё успел? Кинул руководство со свадьбой.

– Не кинул. Пока что не было никакой свадьбы. Я нашёл единственную в своей жизни любимую женщину, и собираюсь вернуться вместе с ней. Конечно, если я ещё не уволен, и мне есть куда возвращаться.

– Успокойся, не уволен. А что касается твоего возвращения, то есть серьёзная тема, которую необходимо обсудить.

– Не по телефону?

– Отчего же, можно и по телефону. Просто хотел узнать, когда ты сможешь, так сказать, вернуться в строй.

– Олег, по всей вероятности, недели через три, самое раннее. Поздно? Что, намечается серьёзный контракт?

– Нет, Влад, совсем не поздно. Месяца полтора ещё есть в запасе.

– Ведёшь переговоры?

– Нет, договорённость уже есть. И намечается не контракт, а проект. Серьёзный долгосрочный проект. Я предлагаю тебе его возглавить.

– О чём идёт речь?

– А речь, Влад, идёт об открытии в вашем городе автосалона «Вольво».

Влад присвистнул.

– Ух ты! Солидные задумки. Только получится ли…

– Ну это тебе лучше знать. Ты же, насколько я знаю, не терял связи с родным городом. Представляешь примерно материальные возможности и запросы потенциальных покупателей.

Влад усмехнулся про себя. Возможности он, безусловно, представлял.

– Ну да, можно попробовать. Только необходимы хотя бы предварительные расчёты, бизнес-план.

– Молоток! Значит, я не ошибся, предлагая твою кандидатуру. Всё уже сделано, и расчёты, и бизнес-планы. Проект разработан при поддержке губернатора области. Площадка под строительство выделена за городом, но в его непосредственной близости, с юго-западной стороны, на въезде в город с федеральной трассы. Представляешь, где это?

– Конечно. Место удобное.

– Ну так как? Готов сменить своё место пребывания в столице на провинциальный городишко?

– Как я понимаю, у меня и выбора-то нет, – улыбнулся Влад. – Спасибо, Олег. Только опасаюсь не оправдать высокое доверие.

– Не дрейфь! Зря я тебя что-ли учил всему? По переговорам таскал. Ты уже ориентируешься в нашем деле. По сути, ты будешь наёмным менеджером, но должность твоя будет, фактически, директорской. Оплата возрастёт, по сравнению с нынешней, в несколько раз. Я надеюсь, по рукам, Влад?

– По рукам, Олег!

– Значит, договорились. Как только сможешь, приезжай. Подпишем с тобой контракт, и приступишь к исполнению. Строительство начнётся через два месяца.

– В сентябре?! И продолжится в зиму! Как-то неразумно.

Олег рассмеялся.

– Серьёзный подход. Какая зима, Влад?! С новейшими технологиями строительство завершится, самое позднее, в ноябре. Открытие салона должно состояться к новому году.

Через два месяца Влад вступил в должность директора автосалона. Он курировал его строительство, одновременно заключал контракты на поставку автомобилей, подбирал персонал.

В глубине души Альбина радовалась произошедшим изменениям, тому, что им не пришлось перебираться в Москву. Она продолжала заниматься своим парикмахерским салоном и чувствовала себя счастливой рядом с Владом. Кроме того, она ждала ребёнка.

Первое время, после того как Влад вышел из больницы, они жили в квартире у Альбины. К рождению ребёнка Влад собирался, продав родительский дом, приобрести новый. В собственность Влада коттедж мог перейти только через полгода после смерти отца. Как-то раз, в октябре, Влад поехал вместе с Альбиной осмотреть дом своих родителей. К этому времени Влад, возобновив автомобильные права, которые он получил три года назад, купил машину. Пока что, он не мог позволить себе Вольво, которыми собирался торговать. Антон, брат Альбины, порекомендовал ему «Мицубиши Аутлендер». Влад, с удовольствием воспользовавшись советом, вскоре пригнал из Москвы новый автомобиль золотистого цвета. На нём они и приехали с Альбиной в коттеджный посёлок на окраине города, между политехническим университетом и гаражным кооперативом.

Коттедж представлял собой двухэтажный дом из терракотового кирпича, под черепичной крышей, цвета тёмного шоколада. Прилегающий к нему миниатюрный участок земли, также как и у подобных двадцати строений, был огорожен низким деревянным штакетником. Крохотная клумба, слева от дома, разбитая заботливыми руками Валентины, сиротливо желтела засохшими летними цветами. Только лишь газонная травка ещё сохраняла свою слегка полинявшую зелень. Нигде не виднелось ни деревьев, ни кустов.

С замиранием сердца Влад отпер входную металлическую дверь дома, в котором не был шесть лет, с самых похорон матери. Он первым ступил в просторную прихожую, ведя Альбину за руку, словно маленькую девочку. Едва Влад оказался внутри, как его, вопреки ожиданиям, настигло необычайное умиротворение. Словно он вернулся из долгого путешествия туда, где его с радостью ждали. Он почувствовал, что не хочет продавать этот дом. Влад понял, что никакое жильё, до нынешнего времени, он не мог назвать настоящим домом. К маленьким комнатам в школе и в университете в Лондоне он привык, за неимением другого. Однокомнатную квартиру в Москве, где он только завтракал и ночевал, Влад обустроил с минимально необходимым для этого комфортом. Квартира Альбины согревала теплом, потому что там ожидала его любимая женщина. И только этот дом вызвал в нём стремление привести в него Альбину, быть хозяином. Влад страстно пожелал, чтобы дом понравился Альбине, чтобы она тоже не захотела его продавать.

Влад с волнением наблюдал за Альбиной, которая с радостным любопытством оглядывалась вокруг. Он невольно залюбовался ей. Стройная, высокая, несмотря на то, что с начала осени, она перестала носить обувь на каблуке, с начавшим округляться животом, она была очаровательна. Переваливший на вторую половину октябрь оставался на удивление тёплым. На Альбине был бежевый короткий плащ, который, едва войдя в дом, она тут же распахнула, под ним виднелась тёмно-рыжая водолазка и песочного цвета брюки, заправленные в сапоги из тонкой коричневой замши. Слегка осмотревшись, Альбина подбодрила Влада.

– Ну что, хозяин, показывай свои владения!

– С чего начнём? – улыбнулся он, обнимая её за плечи.

– Пожалуй, с кухни.

– Вот как?! Похоже, моя красавица успела проголодаться. А мы не захватили ничего перекусить. Сколько у нас остаётся времени?

– Полчасика смогу потерпеть, – рассмеялась Альбина.

– Ну что же, следует поспешить. Итак, кухня!

Они осмотрели первый этаж, на котором, слева от входной двери, располагалась кухня; с правой стороны: большая гардеробная и ванная комната; далее, напротив друг друга, спальня и гостиная. Наконец, настала очередь второго этажа. Альбина без усилий поднялась по пологой лестнице и, повинуясь какому-то неясному чувству, устремилась к комнате, в которой раньше жила мать Влада.

– Влад, – с сияющим лицом повернулась к нему Альбина, – мне так нравится эта комната, такая светлая, солнечная. Я хочу, чтобы здесь была наша спальня.

Едва ли нашлись бы слова, прозвучавшие теплее для Влада.

***

Влад осторожно вошёл в спальню. Бесшумно ступая по нагретому солнцем паркету, приблизился к кровати. Альбина, словно почувствовав его, распахнула глаза, встретив мужа ласковой улыбкой. Откинув простыню, которой накрывалась ночью, она лежала на боку, положив ладонь на животик своего сынишки. Трёхмесячный Артёмка, раскинув ручки по обеим сторонам от головы, тихо посапывал рядом. Нежно улыбнувшись Альбине, Влад поманил её к себе. Альбина приподняла ладонь, малыш не проснулся. Она осторожно встала и, оправляя на себе нежно розовую короткую сорочку на тонких бретелях, скользнула в объятия Влада. Он провёл губами по её щеке.

– Доброе утро, моя красавица! Спустись позавтракать, я побуду пока с Тёмой.

– Доброе утро, любимый! Я как будто ещё не проголодалась.

– Так, дорогая, куда подевался твой аппетит? Придётся мне, для его возобновления, поддерживать тебя в состоянии постоянной беременности.

Прильнувшая к Владу Альбина улыбнулась.

– Я буду толстой, и ты перестанешь называть меня «моя красавица».

Влад запустил пальцы обеих рук в её мягкие волосы.

– Не перестану. Просто буду называть «моя толстая красавица».

– Ну ты и вредина!

– Но ты меня любишь!

Оба тихо рассмеялись. Влад коснулся губами её виска.

– Аля, иди покушай, я здесь побуду. А то воробей скоро проснётся, и ты опять не успеешь.

– Иду, иду!

Альбина послушно вышла. Влад, бесшумно подойдя к кровати, уселся рядом с ней на ослепительно чистый пол. Альбина, невзирая на усталость, ежедневно протирала пол в спальне. Владу, который делал уборку в остальных комнатах, редко удавалось её опередить, потому что она старалась вымыть пол утром. Влад сидел неподвижно, любуясь сынишкой. Через некоторое время Артёмка, покряхтев, распахнул серые, точь-в-точь как у отца, глазки. Улыбнулся и ухватил Влада за указательный палец, которым тот собирался погладить его щёчку. Отец потянул палец к себе, малыш, крепче зажав его в кулачке и потянувшись следом, вмиг перевернулся на живот. Несколько секунд он лежал, открыв от восторга ротик и постукивая ножками. Затем, почувствовав, что проголодался, неожиданно громко расплакался.

Не успел Влад подхватить его на руки, как в дверях спальни показалась Альбина. Она присела на кровать, подняла и прижала к себе сынишку, спустив с плеча бретельку сорочки, дала Артёмке грудь. Обретя вожделенное, он моментально затих, поглощая обильно струившееся молоко. Альбина переводила взгляд огромных, серо-зелёных глаз, с сына на мужа. Её лицо сияло румянцем, чувственные яркие губы улыбались. Поддерживая одной рукой сынишку, она приподняла другую, отводя с лица назад прядь пепельно-русых волос, которые она умываясь, забрала в хвост.

Улыбаясь, Влад тихо проговорил:

– Ты только умылась, а сырников так и не попробовала?

– Я всё успела. И чаю с молоком выпила, и сырников почти не осталось. Спасибо тебе, очень вкусно!

– На здоровье, моя милая! Аля, я поехал. Сегодня в одиннадцать придёт врач. Пусть повнимательнее осмотрит Тёму, а то он в который раз беспокоится ночью. Вдруг грыжа или, может, питание неправильное, рано начали давать соки.

– Конечно, Влад! Я постараюсь всё выяснить. Поезжай.

– Звони мне, пожалуйста. Я не буду вас тревожить. Когда Артёмка снова уснёт, ты тоже приляг. Ночью совсем не спала. Так что, сама звони, хорошо?

Альбина кивнула, мягко улыбаясь его заботе.

Глава 4

Влад приехал в салон в десятом часу. Прошёл через демонстрационный зал, в котором было выставлено несколько моделей «Вольво», поприветствовав менеджеров. Сегодня их было двое.

Роман – высокий, худощавый юноша. Всегда аккуратно одетый: тёмные, полуспортивного стиля, узкие брюки, белая рубашка с короткими рукавами, галстук, лёгкие туфли. Белокурые волосы подстрижены пышной шапочкой, виски и затылок выбриты. Взгляд доброжелательный. Всегда наготове нейтральная широкая улыбка.

Виктория. У неё улыбка долгая, ищущая. Чего? Удачной партии, разумеется. А что? Имеет все основания. Девушка она, несомненно, эффектная. Рост почти сто семьдесят. Стройная, но не модельно-истощённая. Мышцы ног и попы регулярно поддерживаются фитнесом, грудь – бюстгальтером «пуш-ап». Волосы – платиновое каре. Умелый макияж в бежево-розово-коричневых тонах. Чёрное платье чуть выше колен. Если клиент просит её присесть за руль автомобиля, то платье само-собой оказывается намного выше. Красные туфли, каблук-шпилька. Украшения из красно-оранжевого сердолика в серебре – колье и браслет.

И Роман, и Виктория – выпускники политехнического университета. Роман закончил его месяц назад. А Виктория является дипломированным специалистом уже три года, но специализировалась всё это время в магазине женской одежды. Настолько дорогостоящей, что магазин чаще всего пустовал. Виктория отчаянно скучала. И вот наконец-то, шикарное место работы, практически неограниченные возможности выбора состоятельного кандидата, которого Виктория сможет осчастливить своим выбором.

Все менеджеры в салоне были рекомендованы Владу представителем администрации области. Такого рода договорённость между губернатором и генеральным директором Влада, он не имел права нарушать, да и не собирался. Влад по опыту знал, что работать можно с любым контингентом, а этот был далеко не самый плохой. Только секретаря, именуемого помощником директора, Влад выбрал сам.

***

Они с Альбиной зарегистрировали свой брак осенью прошлого года. Когда они подавали заявление, то совершенно случайно оказалось, что день регистрации попадает на десятое октября две тысячи десятого года.

– Вам необычайно повезло! – воскликнула служащая в ЗАГСЕ. – Однако времени на регистрацию в парадном зале уже не осталось.

– А есть какой-то другой зал? – улыбнулась Альбина, которая, как и Влад, не придавала значения ни дате, ни помещению, где должно было состояться бракосочетание.

– Конечно! Есть малый зал. По правде говоря, это просто обычный кабинет. Там регистрируются те, кто делает это не впервые, либо пожилые пары.

– А в какое время можно зарегистрироваться в этом кабинете?

– Сейчас я посмотрю… Да, практически, всё свободно, кроме полудня.

– Если возможно, запишите нас, пожалуйста, на пятнадцать часов, – Альбина повернулась к Владу. – Нам ведь подойдёт?

– Вполне, – пожал плечами Влад, – хорошее время.

– Я пометила: десятое октября, пятнадцать часов, малый зал. Распишитесь, вот здесь, пожалуйста!

В назначенный день, после регистрации, они поехали отметить свадьбу в небольшой уютный ресторан. Разделить вместе с ними торжество пригласили брата Альбины с женой. Антон с Машей тепло их поздравили. В середине вечера зашёл разговор об открытии автомобильного салона.

– Здорово получилось, Влад, – радостно пророкотал Антон, – что тебя назначили руководить салоном в нашем городе. Я бы скучал по Альке, если бы ты увёз её в Москву. Вроде и видимся редко. Но я знаю, что она рядом. Всегда позвонит. И к пацанам нашим приходит.

– Кстати, Антон, – улыбнулся Влад, – предлагаю тебе работать со мной в салоне. У тебя будет должность инженера-консультанта.

Обе молодые женщины разом глянули на Антона, ожидая его реакции. Антон ответил, не раздумывая.

– Спасибо, Влад! Но я опасаюсь не справиться. Там же, в этих автомобилях, сплошная компьютерная электроника. А я, всё-таки, больше жестянщик. Пока нас мой бизнес кормит, и неплохо. Так что, я откажусь, ты уж не обижайся.

– Ну что ты, Антон! Какие обиды! Уважаю твоё мужское решение. А кем, Маша, ты сейчас работаешь?

– Социальным работником, – улыбнулась жена Антона. – Мальчишки подросли. Старшему – десять, младшему – семь. Болеют, слава Богу, редко. Мама моя на пенсию пошла, встречает их из школы. Вот я и устроилась год назад на работу. Платят, правда, копейки.

– Социальный работник это хороший опыт. Наверняка, умеешь общаться с людьми. Как ты смотришь на то, чтобы работать у меня помощником, в приёмной. Обещаю платить достойную зарплату.

– Ух, Влад! – эмоциональная Маша чуть не задохнулась от восторга. – Я – помощником, в салоне?! Ты не шутишь?

– Маша, ну какие шутки? Мне будет очень приятно, если ты согласишься работать со мной. Антон, ты-то не против?

– Пока не против, – шутливо хрустнул сплетёнными пальцами Антон, – но если что… приятно тебе уже не будет.

– Серьёзное предупреждение, – Влад откинулся на стуле, разминая плечи, словно для ответного удара.

Вся кампания за столом оглушительно расхохоталась.

***

Влад поднялся по ступеньками из зала на второй этаж. Маша встретила его в приёмной радостной улыбкой.

– Маша, привет! Шикарно выглядишь! Это новая блузка или твоя ослепительная улыбка виновата?

– Привет, Влад! Спасибо! И то, и другое. Как твои?

– Да в общем, нормально. Тёмка, правда, почти всю ночь куролесил.

– Не заболел?

– Нет. Так что-то беспокоился.

– Чаю хочешь?

– Пока нет, спасибо, Маша! Позже попьём.

– Я шарлотку испекла. Мамуля яблоки привезла из сада.

– И шарлотку попробую. Только оставь мне. Смотри, не слопай всё сама!

– Ха-ха-ха! Влад, ну тебя! – Маша шутливо замахнулась на него, понарошку оглядываясь вокруг, чем бы потяжелее бросить.

Посмеиваясь над Машиной нарочитой яростью, Влад скрылся в кабинете. Маша с обожанием проводила его взглядом. Она прониклась к нему симпатией с самых первых минут знакомства, также как когда-то к Альбине, родной сестре своего мужа. Маша видела, с какой нескрываемой любовью Влад смотрит на свою жену, и просто боготворила его за это. Кроме того, с ним оказалось легко и приятно общаться.

Маша с удовольствием оправила новую блузку из бледно-синего шёлка, на которую обратил внимание Влад, глянув на себя в стеклянную дверцу большого шкафа напротив. Тёмное стекло придавало образу загадочность. Маша улыбнулась своему отражению. Неплохо для тридцати лет. Будучи с самого детства полненькой, к этому времени Маша немного похудела и стала казаться даже чуть выше ростом. Руки и ноги не утратили своей приятной округлости, располагающая фигурка чуть подтянулась: уплотнились округлые бёдра, талия стала немного тоньше. Тёплый матовый тон кожи оттенялся светлым каштаном слегка вьющихся волос. Короткую, стильную стрижку ей всегда делала Альбина. Огромные, серо-голубые глаза, выпуклые, хорошей формы, губы, почти всё время раскрытые в ясной улыбке.

В стремительно распахнувшейся двери приёмной показалась Виктория. Модельно переступая, шагнула к Машиному столу, опустившись на стул для посетителей, закинула ногу на ногу. Маша, улыбнувшись ей мимоходом, продолжала открывать почтовые конверты, которые утром доставил курьер. Виктория, положив локоть на белый широкий стол, покачивала красной туфелькой, неторопливо осматриваясь по сторонам.

«Приёмная оборудована стильно, ничего не скажешь, – размышляла она, – белая мебель с чёрными стёклами, белые стулья, мощная кофемашина. Да, я бы тут прекрасно смотрелась. Но работать секретарём – фи! Кстати, кофе хочется».

– Машенька, – вежливо-снисходительно произнесла Вика, – угости кофейком.

– Вика, – кивнула Маша в сторону кофемашины, – чашки чистые – наверху, кнопку нажать сумеешь. Угостись сама.

Виктория наполнила большую белую кофейную чашку ароматным эспрессо и помня, что Маша не разрешает ставить чашки прямо на стол, поместила её на блюдце. Вернулась на прежнее место.

– Шефа уже напоила?

– Вика, ты же знаешь, он не пьёт кофе. Это для посетителей.

– Ах, ну да, конечно! Как ты только, Маша, всё запоминаешь? Я бы не смогла работать секретарём!

– А зачем тебе? – дружелюбно улыбнулась Маша в ответ на Викину шпильку. – Ты же менеджер.

– Да тоже свои сложности. Постой-ка весь день на ногах в демонстрационном зале.

– Зачем же целый день стоять? Вы можете вставать только навстречу клиенту. А так у вас стулья есть, возле столов, за которыми вы договоры оформляете.

– Да, так было бы лучше. Но наш директор предпочитает, чтобы мы передвигались по залу, даже если нет клиентов.

– Вика, не мели ерунды! Владислав никогда такого не говорил.

– Не говорил…, – притворилась рассеянной Виктория. – Ну может, не сам. Кажется, мне Игорь сказал. Он, всё же, старший менеджер.

– Не выдумывай, пожалуйста! Игорь не мог вам такого сказать. Хочешь, достану инструкцию должностную, освежишь память.

– Не надо, – примирительно улыбнулась Виктория. – Значит, я что-то перепутала.

– Вот именно! Сам Игорь никогда бы такого не придумал, а Владислав, тем более, не стал бы давать такого дурацкого распоряжения.

– А какой он у нас красавчик, правда Маш?

– Игорь, что ли? – улыбнулась Маша, прекрасно понимая, что Виктория имеет в виду Влада.

– Маша, ну не прикидывайся, что не понимаешь! Какой Игорь?! Этот коротышка! Владислав, конечно. Только он почти никогда не улыбается. Всё время такой серьёзны.! Да?

Маша пожала плечами. Виктория продолжала разглагольствовать.

– Это он, должно быть, специально напускает на себя серьёзность, чтобы посолиднее и постарше выглядеть. Ему и так тридцатника ещё не исполнилось, а смотрится он и вовсе, лет на двадцать пять, самое большее.

Маша не собиралась обсуждать с Викторией своего шефа. Однако, прекрасно зная, что перевести разговор на другое ей не удастся, спросила:

– Вика, ничего, что ты из зала ушла?

– Ерунда, – взмахнула тонкой ладошкой Виктория. – С утра клиентов почти не бывает. Если что, там один Рома справится.

– А вдруг ты упустишь мужчину всей своей жизни? – улыбнулась Маша, зная об устремлениях Виктории.

– Ах, успею я в зал. Вон какого мужчину упустила, – кивнула Виктория на закрытую дверь в кабинет Влада. – Это просто моя мечта, идеал. Надо же было ему жениться перед самым открытием салона!

– Ага, не мог тебя дождаться! – хохотнула Маша.

– А что? Я ничем не хуже его жены. Видела, она как-то раз сюда приезжала. Она, на самом деле…

– Ну хватит! – рассердилась Маша. – Не собираюсь я слушать твои гадости про жену Владислава.

– Ой, ну ладно тебе, Маша! Она же тебе не родная, а всего лишь, сестра мужа. Не обращай внимания. Это я так, можно сказать, из зависти, что мне такой мужчина не достался. Хотя… Почему не достался? Собственно, ещё не вечер, всякое бывает.

– Вика, ты неисправима. Хватит болтать всякие глупости! Давай, шагай уже в зал. Рома наверное без тебя соскучился.

– Ничего, пусть поскучает. Бедный мальчик, мой верный рыцарь. Ладно, пойду. Спасибо, Машенька, за кофе!

– Пожалуйста!

Виктория ушла, предварительно вымыв чашку. Маша придирчиво осмотрела её после и, тщательно вытерев насухо тканевой салфеткой, поставила на горячую платформу кофемашины.

Глава 5

Лариса припарковалась возле автосалона «Вольво» во втором часу дня. Менеджер позвонил ей утром, сообщив о том, что выбранный ею автомобиль доставлен. Лариса приехала с намерением удостовериться, что машина полностью соответствует требованиям, которые она предварительно оговорила, и оплатить оставшуюся сумму. Дорогостоящий автомобиль был подарком мужа к двадцатилетию их свадьбы. Лариса пребывала в радостном, давно не испытываемом ею, возбуждении. Драгоценности она не любила, почитая за лучшую в мире драгоценность саму себя. И на себя, любимую, на исполнение своих желаний и прихотей она не жалела никаких средств, великодушно выделяемых мужем. Однако, в последнее время, всё это не приносило Лоре особой радости.

«Почему? – спросила себя Лариса. – Может это начало старости? Хм, старости! Выглядеть в сорок три года так, словно мне ещё далеко до тридцатилетнего возраста. До чего же я молодец, что начала делать ботокс и пластику, не дожидаясь того времени, когда в коже начнутся необратимые процессы старения».

«Путешествия по миру, – продолжала размышлять Лора, не покидая свой белоснежный „БМВ“, – роскошный дом, дочь-красавица – студентка самой лучшей в стране финансовой академии. В Европе учиться не пожелала. Ну и ладно. В Москве, может, замуж выйдет. Кого она заграницей найдёт?!».

«Кстати об этом. С сексом что-то совсем беда! Такое ощущение, что вокруг одни импотенты. Прежде всего, мой муж, импотент со стажем, который пытается компенсировать этот недостаток деньгами. Это, конечно, замечательно, что он щедр и, к тому же, не любопытен. А толку? Из моего окружения не с кем даже закрутить любовь. Глаза ни на кого не глядят. Был мальчик, Керидо, головокружительный любовник, баснословной цены. Год назад канул в безвестность. В этой дурацкой фирме досуга даже не могут сказать, куда он делся. Предлагают дешёвку какую-то».

От отвращения Лариса передёрнула плечами, не сдержавшись фыркнула, словно пума.

«Фр! Какого-то чёрта, с тоски, должно быть, в начале мая поддалась на их уговоры. Ну и что? Пришла на встречу в ресторан, глянула, и чуть не стошнило. Нет, конечно, чистенький, стройный, улыбчивый. Но приторный какой-то, извилистый, на педика похож. Деньги на стол ему бросила и бегом оттуда. Да уж, такую планку, как мой дорогой мальчик, никому не взять».

Встряхнувшись наконец, Лора покинула автомобиль и вскоре очутилась внутри грандиозного строения со стеклянными стенами. Роман, первым увидев свою клиентку, поспешил ей навстречу. Она приближалась с едва заметной глазу пластикой пантеры. Высокая. Ноги, бесконечной длины, в ослепительных, солнечно-рыжих, узких брюках и мокасинах змеиной кожи. Чёрная футболка, с блестящим треугольником на груди, расшитым кристаллами Сваровски. Это Роме в прошлый раз с восхищением поведала Вика, про Сваровски. Сам Рома сроду бы не догадался, даже внимания не обратил. Вика, конечно, классная! С самого первого дня, как только Роман увидел девушку впервые, месяц назад, он был очарован ею. Но эта клиентка затмила все сладкие мечты о Виктории. За все три раза, что Роман видел эту женщину, она казалась ему ровесницей двадцатипятилетней Виктории. И только однажды, когда она внимательно посмотрела на него своими огромными глазами, цвета тёмного шоколада, он, охваченный непонятной дрожью, увидел в ней женщину постарше.

Волнение Романа придало меньший официоз его улыбке.

– Здравствуйте!

– Здравствуйте, Роман! – всё тот же, приводящий его в смятение, взгляд.

– Прошу вас, давайте пройдём, осмотрим ваш автомобиль.

Приблизилась Виктория. При всём зазнайстве, её тоже проняло, настолько вокруг клиентки сиял ореол стиля, состояния, самодостаточности. Не успев опомниться, неожиданно для самой себя, Виктория предложила:

– Может быть, вы хотите кофе?

– Нет, благодарю вас.

Лариса не очень внимательно слушала Романа, она и так видела, что автомобиль оправдал её ожидания и, по всей вероятности, какое-то время послужит ей развлечением. Почтительно находившаяся неподалёку Виктория переводила взгляд с женщины на автомобиль. Как вдруг она заметила, что клиентка отвлеклась от машины и устремилась взглядом в зал. Внимание Ларисы привлёк высокой молодой человек. Светлая рубашка, цвета топлёного молока, бежевые брюки, светлые туфли, его силуэт показался Лоре невыносимо знакомым. Это был возвращавшийся после обеда Влад. Он всегда обедал дома. Сегодня Влад покинул салон даже немного раньше обычного, торопясь узнать у Альбины результат посещения детского врача. Доктор, исключив у малыша грыжу, назначил новый препарат, вместо того, который перестал действовать эффективно. После обеда Влад заехал за ним в аптеку и пожалел, что не сразу отвёз лекарство домой.

«Ну ничего, сейчас выясню у Маши, нет ли чего срочного, и уеду пораньше, побуду с Тёмкой. Аля после бессонной ночи уже с ног валится. Пусть хоть немного поспит».

Влад пересёк зал, мельком глянув на менеджеров с клиенткой, в отдалённом углу огромного зала, и поднялся в свой офис.

Сбросив с себя внезапное необъяснимое наваждение, Лариса с улыбкой обратилась к Виктории:

– У вас должна получиться красивая реклама.

Виктория слегка напряглась, переспрашивая:

– Простите, не поняла вас!

– Этот эффектный молодой человек, который только что проследовал через зал, наверняка, модель для рекламы вашего автосалона.

– Что вы!? – восхитилась её реакцией Виктория, – Это наш директор, Владислав Сергеевич.

– Вот как, – промолвила Лора, и у неё моментально созрела идея, как увидеть этого, показавшегося ей знакомым, директора. Она повернулась к Роману.

– Спасибо, Роман! Вы всё замечательно рассказали. Автомобиль в точности соответствует моим пожеланиям. За исключением одной детали. Салон автомобиля изнутри должен быть из альпака.

Роман от неожиданности покрылся испариной и румянцем.

– Прошу прощения, но это совершенно исключено! В договоре указано точно: салон из молочного цвета кожи.

– Я помню, – обворожительно улыбнулась Лариса. – А помните ли вы, Роман, что помимо письменной, у нас с вами была устная договорённость, что салон будет из альпака? Вы уверяли меня, что нет необходимости вносить изменения на бумаге, достаточно, нашего с вами соглашения.

Роману показалось, что на него обрушились разом все стеклянные стены автосалона.

– Простите…

– Нет уж, Роман, это вы простите, но мне нужно предъявить претензию вашему руководителю, чтобы в следующий раз он более тщательно контролировал заключение договоров со своими клиентами.

– Я вас прошу…

– Роман, – Лариса взяла серьёзный тон, – полагаю, это не в вашей компетенции, решить вопрос о компенсации за мой дискомфорт. Ждать следующей доставки автомобиля не представляется мне возможным. Я бы скорее отказалась от покупки, но всё зависит от суммы компенсации, определить которую, как вы сами понимаете, может только ваш руководитель. Выясните, пожалуйста, когда я смогу пройти к нему.

Ноги отказывались повиноваться Роману. Она была его первой клиенткой. В душе он уже ликовал и праздновал победу, надеясь на проценты от продажи. И тут, такая неудача. Неизвестно, чем это закончится, скорее всего, с него удержат сумму компенсации. Может быть, эта скандальная клиентка только строила из себя богатую, а на самом деле, не в состоянии заплатить полную сумму, и теперь решила таким образом вырвать себе скидку. В любом случае, пострадает он, Роман.

Первой опомнившись от неожиданности, Виктория пришла к нему на помощь. Она указала на стул возле стола для заключения договоров.

– Прошу вас, присядьте, пожалуйста. Я немедленно сообщу Владиславу Сергеевичу. И выясню, сможет ли он вас принять.

– Уж будьте любезны, – усмехнулась Лариса, продвигаясь следом за Викторией.

***

Виктория застала Влада в приёмной. Отвага, с которой она кинулась оповестить руководителя вместо Романа о настойчивой клиентке, внезапно оставила её. Порой она, обычно самоуверенная, робела перед Владом. Почему это происходило, Виктория не могла себе объяснить. Может быть, потому, что он никогда не отзывался на её улыбку. Внимательно выслушивал и отвечая на вопрос, всегда уточнял при этом, поняла ли она. Сейчас он, как обычно серьёзно, выжидательно смотрел на Викторию. Собравшись с духом, она выпалила без улыбки:

– Владислав, у Романа проблема с клиенткой. Она во что бы то ни стало намерена попасть к тебе на приём.

– Какого рода проблема?

– Утверждает, что салон заказанного ею автомобиля должен быть изготовлен из альпака.

– Что указано в договоре?

– Светлая кожа.

– А что при этом заявляет покупатель?

– Клиентка уверяет, что договорилась с Романом на словах. А он просто ошалел от её претензий.

– Мог забыть?

– Конечно нет!

– Ну да, у «Вольво» все салоны из кожи. Можно, конечно, сделать из чего угодно, но это индивидуальный заказ, баснословной цены. Какая цена по договору?

– Стандартная, не больше, чем обычно.

– Хм, что-то здесь не так. Не думаю, чтобы Роман взял на себя смелость принять устно индивидуальный заказ, да ещё забыть об этом.

– Не мог он забыть, Владислав! Я сама помогала ему оформлять договор. Он у него первый.

– Понял, спасибо. Приглашай клиентку, Виктория. И проводи её, пожалуйста, до приёмной. Хорошо?

– Я всё сделаю, Владислав.

Как только Влад увидел в дверях кабинета Ларису, то моментально понял, что об альпака не возникнет и речи. Так и получилось. Он поднялся ей навстречу, как делал всегда, если в кабинет входила женщина, а он при этом сидел. Своими манерами Влад, не переставая, удивлял и восхищал Викторию. Их в должной степени оценила и Лариса. Указав ей на белоснежное кресло возле стеклянного столика, в отдалении от своего рабочего места, Влад опустился следом за Ларисой на кресло по другую сторону стола. Внимательно, без улыбки, как и во время беседы с Викторией, глянул.

– Позволите предложить вам кофе?

Лариса, намереваясь сначала отказаться, согласилась. Она и предположить не могла, какое необычайное волнение вызовет у неё эта неожиданная встреча с Владом. Кофе послужит ей передышкой.

– Будь любезен.

Как только Лариса произнесла это, дверь распахнулась почти мгновенно. Вошла Маша, держа в руках небольшой поднос с двумя чашками кофе. У Влада с Машей была определённая договорённость: в первые минуты, после появления в офисе у Влада важного посетителя со стороны, предлагать кофе. В случае редкого отказа Маша просто уносила кофе обратно в приёмную. Лариса внимательно рассматривала Машу.

«Низкорослая, плотная, возраст не определить точно, однако не юная. Но какой-то шарм у неё определённо есть. Улыбается умело. Мне – вежливо, а ему прямо таки восторженно. Интересно, он с ней спит?»

Влад поднялся и занял своё место только после того как Маша расставила на стеклянной поверхности стола: две белые чашки на блюдцах, с ложечками и белую квадратную сахарницу.

– Спасибо, Маша, – кивнул Влад и повернулся к Ларисе. – Прошу!

– Благодарю!

Не взглянув на сахарницу, тонкими пальцами с французским маникюром Лариса приподняла блюдце и взяла с него чашку. Пригубила напиток, лаская взглядом мужчину напротив. Влад, не притрагиваясь к своей чашке, спокойно смотрел на Лору. Появление женщины из прошлой жизни было для него предпочтительнее, чем предполагаемая беседа с какой-либо невменяемой клиенткой.

– Прекрасный эспрессо!

– Спасибо, рад, что кофе пришёлся по вкусу.

– А я рада видеть тебя, querido. Скажу честно, Влад, мне тебя недоставало. Почему ты так неожиданно исчез?

– Я не исчезал, а всего лишь сменил работу.

– Вот как! И что же, новая работа понравилась тебе больше?

– Я не сравнивал её с прежней.

– По каким же критериям ты предпочёл её предыдущей?

– Исключительно материальным.

– Как прозаично, Влад! – усмехнулась Лариса.

– Если ты помнишь, я никогда не был поэтом, – он вернул ей смешок. – Удовольствие – деньги, вот и весь резон.

– Ну не скажи, – протянула Лариса. – Каждая встреча с тобой была, словно полная волшебства поэма.

– Благодарю! Лестно услышать, что оставил о себе приятные воспоминания.

– Они так и останутся воспоминаниями?

– То есть?

– Как ты смотришь на возможность возобновления наших отношений?

– Отрицательно.

– Почему?

– Это были не отношения, а работа. Сейчас работа другая.

– Отчего же не поработать, так сказать, по совместительству? Или возвести предыдущую работу в ранг отношений.

– Не вижу в этом смысла.

– А может быть, всё дело в том, что ты уже не в состоянии, – уколола его Лариса, не сдержавшись от досады, что своими ответами он в одночасье разрушил её надежду. Однако Влад остался невозмутимым.

– Лариса, ты можешь выбрать для себя любую причину и на этом успокоиться.

Она поняла, что её выпад не достиг своей цели. Да и опрометчиво было надеяться, что этот мужчина настолько примитивен, чтобы среагировать на её провокацию должным образом и со всех ног броситься доказывать свои сексуальные возможности. Лора решила сменить тактику.

– Влад, извини, пожалуйста! Очень больно впервые в жизни услышать, что меня не хотят, – Лариса собралась навернуть слёзы на глаза, но вовремя сообразила, что это будет чересчур. – Должно быть, я постарела.

Разговор наводил на Влада тоску. Хотелось домой, к Альке с сынишкой. Женщина, несмотря на всё своё очарование, не вызывала у него желания. Яркая, красивая, стильная, для своего возраста она выглядит умопомрачительно. Влад знал, что она на четырнадцать лет старше его. Однажды, слегка переборщив с алкоголем перед встречей с Владом, она сказала ему об этом. Помнится, тогда он был ошеломлён, хотя и не показал всю степень своего удивления. В своё время, она оказалась его первой клиенткой в прошлой двойной жизни, в которой его, дорогого мужчину по вызову, звали Керидо. А сейчас Влада поразило открытие, что он не хочет эту, несомненно, притягательную женщину. И не только её. За год, прошедший с его встречи с Альбиной, ни одна из женщин не вызывала в нём желания. Только с Алей он терял ощущение реальности, когда земля уходит из-под ног, когда стремительным калейдоскопом вращаются вокруг звёзды, повергая его в забытьё и вновь возрождая к жизни. Влад размышлял, как лучше завершить пустую, отнимающую время, беседу. Нагрубить невозможно. Всё же, Лора покупательница, и ему вовсе не улыбалась перспектива потерять в её лице клиента. Он взял паузу, молча глядя на Ларису. Его взгляд ничего не выражал, никаких эмоций: ни симпатии, ни неприязни, ни оценки, ни ожидания. Казалось, он мог бесконечно так смотреть. Ларисе вдруг стало не по себе от его холодного безразличия. Пытаясь совладать с охватившей её паникой, она засуетилась.

– Ну конечно, постарела. Ты молчишь, подтверждая мои догадки.

– Лариса, – вздохнул Влад, – я повторяю, выбирай любую причину, которую сочтёшь нужной. И забудем об этом. Может, принести ещё кофе?

Лариса поняла, что её вежливо выпроваживают.

– Нет, Влад, спасибо, – приподнялась она с грацией кобры. – Мне пора. Одна просьба.

– Слушаю тебя.

– Ты позволишь Роману отогнать мой новый автомобиль ко мне домой?

– Разумеется.

– Спасибо! На регистрацию в ГИБДД отправлюсь завтра, сегодня уже поздно. Кстати, в вашем салоне есть возможность принять оставшуюся сумму по карте?

– Да, конечно. Я провожу тебя в финотдел.

Покидая кабинет, Лариса окинула взглядом рабочий стол Влада. Она надеялась увидеть фотографию его семьи. Но кроме ноутбука и письменного прибора там ничего не оказалось. Однако, это ровным счётом ничего не значило. Скорее всего, он женат. Внезапно Лариса догадалась о причине его отстранённости. Красавчик наверняка отхватил счастливый билет – засидевшуюся в ожидании брака, дочь состоятельного отца. Иначе, откуда столь головокружительный взлёт от мужчины по вызову до директора автосалона. Ну теперь понятно, почему он опасается ответить на её призыв. Лариса улыбнулась про себя.

«Ну что же, пусть сегодня я потерпела фиаско. Самое главное, что мой дорогой мальчик, мой Керидо нашёлся. Он рядом. И будет моим. Это всего лишь вопрос времени».

***

Роман ожидал возвращения Ларисы, как приговорённый к смертной казни. Виктория наблюдала за ним издалека, не приближаясь, словно боясь заразиться опасной болезнью.

«Не повезло парню, – думала она. – Самая первая клиентка оказалась либо ненормальной, либо подлой. Влад, конечно, разрешит ситуацию, но не настолько, чтобы обошлось без последствий. Единственное, что он может сделать, это уговорить её снизить сумму компенсации. Да и то это вряд ли возможно, если она, на самом деле, больная на голову. На судебное разбирательство, несмотря на наличие заключённого договора, Влад, скорее всего, не пойдёт. В этом случае, она точно откажется от покупки. Так что, Влад, наверное, предпочтёт согласиться на компенсацию».

Внезапно на столе у Виктории зазвонил радиотелефон. В трубке она услышала голос Влада.

– Виктория.

– Слушаю, Владислав!

– Передай, пожалуйста трубку Роману.

– Да, сейчас передам. … Роман, – окликнула Виктория, – поговори, Владислав!

Роман с замиранием сердца ответил:

– Слушаю, Владислав Сергеевич!

– Роман, сейчас твоя клиентка рассчитается за покупку и обратится к тебе с просьбой доставить новый автомобиль к ней домой. Сможешь поехать?

– Д-да, конечно…

– Водительские права при тебе?

– Разумеется, они же могут понадобиться, если кто-то попросит о тест-драйве.

– Хорошо. Я просто уточнил. Бывает всякое, мог забыть.

– Нет-нет, они при мне!

– Значит, отправляйся.

– Конечно, Владислав Сергеевич! А как же будет с компенсацией? – не сдержавшись, выпалил Роман.

– С какой компенсацией?

– По поводу внутренней отделки салона.

– К тебе никаких претензий. Сделка стандартная, клиент удовлетворён, оплата внесена полностью, ты получаешь свой процент. Поздравляю тебя с первой удачно завершённой сделкой!

– Спасибо, Владислав Сергеевич! – проговорил растерянный Роман.

Влад отключился. А Роман всё ещё стоял с трубкой в руке, слушая короткие гудки. Виктория приблизилась к нему.

– Ну что, сколько тебе выплачивать?

– Нисколько, – выдохнул Роман. – Поздравил с первой сделкой и попросил доставить машину к ней домой.

– Вот это да! Ну Влад! Ну гений! Я думала, самое большее, что он сможет, это уменьшить сумму компенсации. Но чтобы так!

– Вика, ты что-нибудь понимаешь? Я – нет.

– Я понимаю только одно – Влад у нас гений!

– Вика, я тоже так хочу!

– Что ты хочешь?

– Научиться так работать, так разговаривать с людьми. Что он ей сказал?!

Виктория пожала плечами.

– Да какая разница?! Главное, что всё благополучно разрешилось.

Роман не успел ей возразить. К ним приближалась Лариса. Роман с готовностью, но без своей дежурной улыбки сделал шаг ей навстречу. Лариса подошла, из её глаз так и струилось тепло.

– Роман, я прошу вас, извините меня за недоразумение! Дело в том, что я одновременно приобретаю несколько автомобилей, и договорённость, о которой я вам напомнила, имела место в другом салоне, относительно другой машины. Вы простите меня за причинённое беспокойство?

– Да, конечно.

– Ну вот и славно! Роман, вы можете оказать мне любезность и доставить новый автомобиль ко мне домой?

– С удовольствием!

– Значит, договорились. Следуйте за моим «БМВ». Виктория, всего вам доброго! До свидания!

– Спасибо вам! Всего наилучшего! До свидания!

Глава 6

Когда они подъехали, друг за другом, на двух машинах к дому Ларисы, то Роман подумал, что они заблудились, и Лариса хочет спросить дорогу у кого-нибудь из работающих в этом комплексе. Ибо домом это нельзя было назвать. Огороженная кованой нарядной оградой огромная территория цветущего сада, с яркими клумбами, аккуратно подстриженными деревьями и кустарниками, алебастровыми скульптурами, одиночными белыми колоннами, искусственными водопадами, фонтанами, бассейнами, теннисным кортом, навесом над мангалом для шашлыка, беседками, качелями, гамаками, ошеломляла своим великолепием. Роман осторожно передвигался на автомобиле по плиточной дорожке к гаражам с восточной стороны дома. Роскошь увиденного поразила его. Он сам жил с родителями в центре города, в квартире, называемой элитным жильём, которое показалось ему жалкой лачугой, по сравнению с домом Ларисы. Огромный одноэтажный дом занимал почти четвёртую часть всей территории. Загнав автомобиль в гараж, Роман вышел, теряясь в догадках, как он будет выбираться из этого пригородного посёлка, застроенного сплошь роскошными домами.

«Вероятно, здесь и автобус не ходит, – подумал он. – Все добираются на своих машинах. Вот, угораздило меня!»

Лариса, оставив свой «БМВ» снаружи, подошла к Роману. Словно угадав мысли, она успокоила его.

– Вы не волнуйтесь, Роман, я отвезу вас в город. А пока позвольте предложить вам немного перекусить и освежиться прохладными напитками.

– Что вы, спасибо, не стоит!

– Не отказывайтесь, прошу вас, – обворожительно улыбнулась Лариса. – Считайте это небольшой компенсацией за доставленное вам беспокойство. И не держите на меня зла, не обижайтесь, пожалуйста.

– Я нисколько не обижаюсь! – простодушно воскликнул Роман.

– Вот и славно! Не отказывайтесь от угощения, Роман. Позвольте мне всё-таки заслужить ваше прощение.

Указав рукой направление, в котором нужно идти, Лариса отправилась к дому. Роману ничего не оставалось, как последовать за ней. Они вошли в одну из комнат, которая представляла собой застеклённую с трёх сторон оранжерею, примыкающую к дому, под общей с ним крышей. Множество диковинных растений в горшках на светлом деревянном полу, на металлических затейливых этажерках, радовали глаз. Плетёная мебель: столик, четыре кресла вокруг, тумбочка неподалёку и тахта из светлой бежевой рогожки в глубине комнаты создавали уют. Не останавливаясь, Лариса скрылась в доме. Не получивший знака идти следом Роман остался в комнате.

«Ничего себе, выдался денёк! – оглядывался он вокруг. – Сперва думал всё – нарвался на сумасшедшую клиентку, да ещё и на деньги попал. А теперь оказался в сказочном дворце, и не иначе как сама шамаханская царица пытается вымолить у меня прощение».

Парень чувствовал себя, по меньшей мере, падишахом, ожидающим наложницу, которая не заставила себя долго ждать. Лариса появилась среди радующей глаз зелени с подносом в руках. Едва глянув на Романа, тут же поняла его настроение и мгновенно подыграла.

– Прошу вас, мой повелитель! – расставляла она по столику угощение.

Роман не садился, наблюдая за ней. Он казался Лоре всё более симпатичным. Стильно подстриженные белокурые волосы; тёмные брови и ресницы; настороженные серо-голубые глаза; тонкий с небольшой горбинкой нос и чувственные, хорошей формы, губы производили приятное впечатление. На столе оказались: нарезанный ломтиками, брусочками и шариками сыр трёх видов; маслины невиданных размеров; жаренные в створках мидии; бутылка белого вина; лёд в прозрачном ведёрке и два бокала.

– Будь добр, открой, пожалуйста, вино, – опустилась в плетёное кресло Лариса, поместив поднос на тумбочку, и указывая Роману место напротив себя.

Роман огляделся в поисках штопора.

– Ах, извини, я забыла штопор! Посмотри в тумбочке, кажется, в первом ящике.

Потянув на себя ящичек, Роман увидел презервативы в нескольких пачках и пакет влажных салфеток. Его словно обдало жаром изнутри, в шее запульсировало.

– Здесь нет, – чуть осевшим голосом сказал он, не оглядываясь.

– Значит во втором, – спокойно отозвалась Лариса.

Вынув из второго ящика штопор, Роман вернулся к столу. Пока он чуть задрожавшими руками справлялся с бутылкой, Лариса проговорила:

– Кстати, ты не против, что я перешла на «ты», не дожидаясь банального ритуала «на брудершафт»?

– Конечно, нет, – ответил Роман, слегка с опозданием, не сразу расслышав её обращение. У него шум стоял в ушах, то ли от жары, после которой он оказался в прохладном пространстве волшебной комнаты, то ли от близости женщины напротив. Озадаченный про себя вопросом, состоится ли в таком случае ритуал или нет, Роман открыл вино. Решив блеснуть перед Ларисой своими манерами, он сначала плеснул немного вина в свой бокал, затем, приподнявшись, наполнил бокал Ларисы и только после этого свой. Она одобрительно улыбнулась. В бокалах ещё оставалось достаточно места и Лариса, проворно ухватив щипцами кусочки льда, добавила его к вину.

– Ну что же, предлагаю выпить за твой успех. За нашу с тобой удачно завершившуюся сделку! – взяла она со столика свой бокал.

– Лучше за вас! – вновь разволновался Роман, сбиваясь на «вы» и тут же поправляясь. – За тебя! За твою покупку!

– Меня зовут Лариса, – сладко улыбнулась она. – Ты не помнишь?

– За тебя, Лариса! – осмелел он и, позабыв о манерах, мигом осушил бокал, звякнув льдом.

– Спасибо, – притронулась к краю бокала Лариса.

Губы были заняты. Она улыбалась глазами. Огромными внимательными глазами, цвета шоколада, в которых сверкали насмешливые искорки. Рядом с белыми квадратными тарелками, которыми Лариса сервировала стол, лежало по три прибора. Роман не был в должной степени уверен в их назначении, и поэтому догадливо следовал за Ларисой: мидии, маслины, сыр. Внезапно Лариса поднялась.

– Ах, я забыла фрукты! Подожди минутку!

Проходя мимо Романа, она коснулась ладонью его плеча. Он вскочил, кресло с соломенным стуком опрокинулось на пол.

– Не надо фруктов! – охрип от волнения Роман, схватив Лору за плечи.

Увидев в глазах друг друга захлёстывающее их желание, они кинулись ему навстречу. Он целовался дерзко, слегка агрессивно. Это было именно то, чего Лоре сейчас хотелось. Она ловко освободила его от галстука, виртуозно расстегнула пуговицы рубашки, вытянув её из-под брюк, нырнула рукой под рубашку, проворно расстегнув ремень и ширинку. Роман почувствовал как стремительно раскрылась молния и крепкий ноготок скользнул сверху вниз по всей длине отвердевшего члена. За пару секунд скинув туфли, брюки и носки, гость остался в серых боксерах. Едва он поднял глаза, как не увидел перед собой женщины. Лора, в полном облачении, лежала навзничь на тахте. Настигнув её одним прыжком, Роман приник к ней. Поймав солнечный луч сквозь прозрачную стену, кристаллы, украшавшие чёрную футболку, заискрились и ослепили Романа. Обеими руками он провёл по телу Ларисы от талии вверх, стаскивая футболку. Она умело выгнулась, чуть приподнявшись, и наряд улетел прочь. Соскользнув вниз, он целовал её ступни, сбросив с них мокасины, затем вернулся к талии и в нетерпении сорвал вместе с трусиками рыжие брюки. Увидев, что на груди у Лоры уже нет бюстгальтера, Роман губами ухватил поочерёдно её соски, сжимая при этом руками умопомрачительно красивую грудь. Её лоно содрогнулось, истекая жаждой ощутить лингам внутри себя, оценить умение и силу, властвовать над ним и управлять движением сока внутри его ствола.

– Пора, – подбодрила Лора.

Несмотря на поплывший от вожделения мозг, Роман вспомнил о содержимом тумбочки.

– Воспользоваться? – прохрипел.

– Конечно, – прикрыла глаза Лора.

В силу своей молодости он был неутомим, но неизобретателен. Изголодавшаяся Лариса вдоволь насладилась силой его страсти, без разочарования оставив надежду на филигранные развлечения. Он был по-юношески пылок и смел. Роман без стеснения целовал её ступни, пальцы ног, но не касался губами лона, ласково проникая внутрь жаркого шёлкового средоточия отважными быстрыми пальцами, извлекая наружу вязкий сок её экстаза. Решительно прильнувшая к нему губами Лора, едва проделав несколько движений, почувствовала, что он вот-вот прольётся. Слегка сжав его стебель у основания, она отстранилась. Лежащий на спине Роман едва успел воспользоваться презервативом, как Лора, с кошачьей быстротой и ловкостью оседлав сверху, приняла в себя его содрогающийся ствол. Не останавливаясь после своего экстаза, он подбрасывал её вверх резкими сильными движениями бёдер до тех пор, пока она не кончила с хриплым вскриком.

Они провели вместе два часа. Сплетались, загораясь от восторженных криков друг друга, отдыхали, не размыкая объятий. По прошествии времени они лежали на широкой тахте. Роман на спине, Лора, раскинув чёрные волосы, затылком на его животе. Он нежно, без вожделения, погладил тыльной стороной ладони её грудь.

– Мне пора.

– Сейчас, я немного приведу себя в порядок и отвезу тебя.

– Не надо. Ты же пила вино. Сюда можно вызвать такси?

Лариса повернула к нему лицо, внимательно посмотрела без улыбки.

– Можно, конечно, можно. Ты такой милый! Заботливый!

– Ты очень красивая! – с жаром ответил он.

Проводив Романа, Лариса наполнила ванну и погрузилась в душистую пену.

«Да, это было недурно, но не более того. Мальчик, несомненно, хорош, и помог мне избавиться от напряжения. Но… как помнится, когда мы с Владом в первый раз переспали в поезде, он был примерно того же возраста, лет двадцати двух. Однако, по сравнению с Ромой, это небо и земля. Я просто обалдела тогда от его сноровки. Чуть сознание не потеряла. Даже не представляла, что такое бывает. Да уж, никто не сравнится с Керидо в способности доставлять наслаждение. Почему я не приглашала его чаще?! Полагая, что он всегда будет под рукой, стоит только позвать, считая его услуги дорогими. Господи, да сейчас я бы отдала в два раза больше, только бы он вернулся!»

И Лариса с ещё большей страстностью загорелась желанием заполучить в любовники Влада.

Глава 7

Едва проводив Ларису, Влад собрался домой. Но ему вновь пришлось задержаться. В кабинет вошла Маша, плотно прикрыв за собой дверь.

– Влад, к тебе снова посетитель.

– Клиент с претензиями?

– Не похоже, – пожала плечами Маша. – Он не пояснил, по какому вопросу. Сказал только: «Спросите пожалуйста, сможет ли ваш начальник меня принять. Меня зовут Геннадий Рыжов».

– Ну что же, приглашай, – Влад едва сдержал усмешку.

«Вот, разжигает их! – возмутился Влад. – Попёрли люди из прошлого. И, как нарочно, все в один день. Не иначе как покойник с того света старается!»

Фамилия посетителя была не «Рыжов». Это Генка иронично переиначил своё прозвище «Рыжий» в фамилию. Генка – совладелец той самой фирмы досуга, под щедро оплаченным покровительством которой, Влад оказывал услуги мужчины по вызову. Генка и Влад учились в одном классе, до тех пор, пока Влад не уехал в Великобританию. Влад узнал о фирме досуга, неожиданно встретив Генку в день похорон матери. И через несколько месяцев доходы фирмы возросли, благодаря появлению нового «сотрудника» в лице Влада. Генка был вне себя от ярости, когда больше года назад он прекратил оказание интимных услуг. Именно Генка сообщил отцу Влада все сведения об Альбине, на тот момент, возлюбленной Влада. О чём Влад, конечно, догадывался, но не знал наверняка. После чего, отец попытался отомстить Владу за его скандальную известность в городе, дерзко отбирая принадлежащий Альбине парикмахерский салон.

Своё прозвище Генка носил заслуженно и не обижался. Поредевшие, светло-рыжие волосы липли влажными, коротко стриженными концами к лицу. Белая с малиновыми прожилками дряблая кожа лица была сплошь покрыта коричневыми веснушками. Издалека создавалось впечатление, что вокруг, неожиданно ярких, буро-жёлтых глаз, у него нет ни бровей, ни ресниц, пока он не приближался настолько, что их можно было различить. Особенно выделялись на его лице выпуклые розовые губы, которые он имел привычку постоянно облизывать. Среднего роста, почти на голову ниже Влада, вялого телосложения, с равными по ширине плечами и талией. Передвигался вкрадчиво, осторожно, словно опасаясь наступить в лужу. Так же осмотрительно он вошёл в кабинет. Влад встретил его сидя, чуть откинувшись в кресле, за своим рабочим столом.

– Здравствуй, Владислав Сергеевич! – растянул улыбку Генка, намеренно упомянув отчество, зная как Влад ненавидит отца.

– Здравствуй, Гена! – бесстрастно ответил Влад, указывая на стул напротив.

Тот занял место, чуть сдвинув стул, и оказался по отношению к Владу вполоборота, опираясь локтем на его стол. Осматриваясь по сторонам, с усмешкой проговорил:

– Ты здесь неплохо устроился.

Не успел Влад ответить, как дверь отворилась, и вошла Маша с традиционным кофе. Ей показалось, что Влад не особенно рад видеть этого посетителя, но поскольку никаких специальных указаний со стороны Влада не поступило, она решила сделать как обычно. Влад встал, одобрительно кивнул Маше. Расставив чашки на столе, молодая женщина поспешила покинуть кабинет. Она впервые поняла, что имеют в виду, когда говорят «сальный взгляд». Именно таким взглядом осматривал её этот неприятный посетитель.

– О-о-о! – протянул Генка, с наслаждением отхлебнув напиток. – И секретарша у тебя мастерица готовить кофе. Хотя, за встречу можно было бы и коньяку добавить.

– За встречу кого, Гена? – подал наконец голос Влад.

– То есть как это, кого?

– Пьют обычно за встречу друзей или деловых партнёров.

– Так я же и есть деловой партнёр, хоть и бывший, – захихикал Генка.

– Вот именно, бывший. Без дальнейшей перспективы.

– Ну не знаю, Влад, не знаю… Земля-то она круглая, может так случиться, что я снова понадоблюсь.

– А вот если понадобишься, тогда и выпьем.

– Кстати, Влад, – по привычке облизнул губы Генка, – позволь тебе напомнить, что ещё не все взаиморасчёты между нами произведены.

– Ну, если ты что-то остался мне должен, то можешь считать себя свободным от обязательств.

– Что?! – фыркнул от неожиданности Генка. – Я, должен?! Влад, да это ты мне должен! Ты меня кинул прошлым летом, когда исчез. Бабьё тут моих операторов по телефону чуть в клочья не разорвало. Так что, будь добр раскошелиться за мой моральный ущерб. За каждый месяц. Можно растянуть до конца года, но не откажусь взять всё сразу.

– Гена, – невозмутимо ответил Влад, – я что-то не припоминаю, чтобы между нами существовала какая-то договорённость по поводу сроков оказания моих услуг.

– Хе-хе, – ехидно осклабился Генка, – понятно, что ты не хочешь вспоминать о своей осечке. Рано или поздно, такое происходит. Ресурсы мужского организма, так сказать, не бесконечны.

– Зато ресурсы твоей подлости, Гена, надо полагать, бесконечны. Не просветишь меня, с чьей это подачи, Пахомову вздумалось наложить лапу на салон «Альбина»?

– Без понятия, Влад! – честно округлил глаза Генка. – Честно тебе скажу, что я не в теме. Мне и недосуг было этим заниматься. После того, как ты пропал, надо было компенсировать отсутствие доходов, которые ты приносил. Всё же, здорово ты меня подставил! Конечно, Влад, договора мы с тобой не заключали. Но деловые партнёры, они же не кидают друг друга, не предупредив. А которые кидают, нарываются на неприятности.

– И какого же рода неприятности ты мне обещаешь?

– А такого, – посерьёзнел Генка, отчаиваясь поколебать спокойствие Влада, – появление вскользь на сайте и в местных газетках информации, что владелец автосалона «Вольво» в прошлом оказывал услуги определённого характера.

– Гена, – угрожающе понизил голос Влад, – замучаешься по судам ходить. И редакторам твоим придётся, после выплаты судебных издержек, свернуть свои сраные газетёнки с сайтами в придачу.

– Ух, Влад, ну ты говоришь прямо как твой отец, – уязвил его ошалевший от неприступности Влада Генка.

– Придержи свой поганый язык! – впервые вышел из себя Влад, побелев лицом и сжимая в кулак до этого свободно лежащую на столе руку.

Будучи по натуре трусливым, Генка вдруг испугался, что Влад его ударит и поспешил ретироваться.

– Да ладно тебе, Влад! Это я испытывал тебя на прочность, – заюлил Генка. – Вижу, характера ты не потерял.

– Давай закругляйся, испытатель! Если ты закончил, то всего наилучшего!

– Да я, собственно, чего пришёл, – заторопился Генка. – Автомобиль хочу купить, с хорошей скидкой, желательно наполовину. Скинешь по-дружески, Влад?

– Гена, это у тебя или всё же, у меня с памятью плохо? Если у меня, так ты поправь. Было такое, чтобы ты хоть раз не взял свои, прямо скажем, немалые проценты с моих услуг?

– Ну вот какой ты мелочный, Влад. Выбился в большие люди и теперь знать не хочешь старых знакомых.

– Гена, скажу честно, сперва ты меня немного развлёк, теперь – утомляешь. Если у тебя не осталось больше фантастических предложений ко мне, то был бы рад больше тебя не видеть.

Генка поднялся одновременно с Владом и ухмыльнулся на прощанье.

– Как говорится, они расстались, недовольные друг другом.

***

Едва за Генкой закрылась дверь, к Владу вновь вернулись воспоминания о произошедших год назад событиях. Маша заглянула в кабинет, чтобы убрать со стола посуду: пустую чашку посетителя и как обычно нетронутый кофе Влада. Он стоял возле окна, отодвинув жалюзи, и задумчиво смотрел на улицу. На Машу глянул буквально мельком. Она поняла, что Влада встревожило посещение этого неприятного ей гостя. Но спрашивать Маша не осмелилась. Порой у Влада бывал такой неприступно-отрешённый вид, что она не решалась подходить к нему с вопросами без крайней необходимости. Сейчас необходимости не было. Только лишь её любопытство и желание как-то успокоить, поддержать Влада. Однако Маша не была уверена, нуждается ли он в её утешении и поддержке.

Визит Генки напомнил Владу о телохранителях отца, которые стреляли в него. Он чувствовал, не зная наверняка, что Генка каким-то образом связан с ними. После ранения следователь появился в палате у Влада сразу после того, как его перевели из реанимации. Следователем оказалась худощавая женщина, лет сорока, с короткой стрижкой крашенных волос оттенка «баклажан». Бледная кожа лица, на котором почти не было косметики, за исключением бежевой помады на тонких губах, тёмные брови и ресницы, внимательный взгляд светло-карих глаз, неторопливые движения. Присаживаясь возле кровати Влада на стул, она представилась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.