Владимир Смирнов
Сайгонский блюз

Данные тексты являются общественным достоянием, т.е. могут свободно использоваться любым лицом.

При этом должно соблюдаться право авторства, право на имя и право на защиту репутации автора (личные неимущественные права автора).

Свободное использование подразумевает:

– использование произведений без согласия автора;

– без заключения с ним договора;

– без выплаты вознаграждения.

То же относится и к оформлению обложки – за что отдельная благодарность петербуржскому художнику Анатолию Кудрявцеву.

Хроники Трикстера

часть первая

1

В тесном коммунальном вигваме на северной окраине Города Воды жил Старик. Двадцать лет он не выходил из вигвама, только спал и часами смотрел в магический кристалл, а скво из собеса приносила ему еду и гуманитарный секонд-хенд. Но настал день, когда смотреть в кристалл стало совсем невмоготу, и Старика потянуло к людям.

И задавали ему люди вопросы, и дивились его лютой мудрости. А он дивился им, ибо ни грана мудрости не было ни в их вопросах, ни в его ответах.

Сам себя он в шутку называл Перворожденным; прочие же индейцы называли его Трикстером. Тоже в шутку.

2

Однажды индеец Крапленая Кость спросил Трикстера:

– Сегодня я пойду в Вигвам Дураков, дабы сорвать куш на рулетке. Скажи мне, на какое число надо поставить, чтобы не пожалеть потом?

– На какое ни ставь – все равно пожалеешь! – ответствовал Трикстер.

И отправился Крапленая Кость в Вигвам Дураков, и ставил на тройку, и ставил на семерку, и много еще ставил – но сама судьба была бессильна перед мудростью Трикстера. И понял это индеец, и устыдился, и не посещал боле сей вигвам.

А его скво ходила по товаркам и славила Трикстера на три квартала окрест.

3

И приступил к Трикстеру индеец Лысый Кришнаит, и спросил, пряча глаза:

– О, Трикстер, страшную силу ношу я в себе – великую энергию Кундалини. Ответь же мне, мудрейший, через какую чакру следует выпускать эту космическую Прану?

– Через какую выходит, через ту и выпускай! – заорал Трикстер, выталкивая просителя из вигвама.

Кришнаит же громко выпустил свою Прану и ушел счастливым, смеясь и славя мудрость Трикстера.

4

И приступила к Трикстеру рыдающая скво Целлюлито-Фобия:

– Как мне быть, о мудрейший? Годы идут, и мой мужчина все реже смотрит на меня, и все чаще – на молодых скво в магическом кристалле. Я уж и на диете сидела, и зарядку делала, и вокруг дома по утрам бегала – ничего не помогает! Еще немного – и он окончательно зароет топор любви!

– Побрей пелотку, скво! – прорычал Трикстер и громко захохотал. Ибо гласила древняя мудрость Перворожденных – если не знаешь, что сказать, говори первое, что придет в голову.

Но скво, похоже, ответ понравился. И ее мужчине тоже. Правда Трикстера она не славила. Молчала целыми днями и глупо улыбалась.

И только Трикстер знал ее тайну. А теперь и мы знаем.

5

И прирастала слава Трикстера ежечасно; и узнали о нем даже в Белом Вигваме. Тогда приступил к нему индеец-депутат Аграрный Коммунитарий, вопия и стеная:

– Ответь мне, о мудрый Трикстер, почему так не любит меня мой народ?! Почему так уничижительно называют меня Членом Совета Племени? Что надо изменить в Белом Вигваме, чтобы я стал Правой Рукой Совета? Или хотя бы Левой Ногой? Ты только намекни, Трикстер, а я уж проголосуну!

– Все может поменяться в Белом Вигваме, – ответствовал Трикстер. – Но кого бы ни назначил Главой наш Большой Лилипут, ты, Коммунитарий, как был Членом, так Членом и останешься!

И ушел депутат, вопия и вырывая власы, ибо беспощадна порой была мудрость Трикстера.

6

И приступили к Трикстеру двое пьяных индейцев-интеллигентов:

– Две вещи в этом мире не перестают нас изумлять: где соберется нас двое, тут же появляется и третий; и как только в разговоре помянем мы Москву и Питер – так тут же всплывает и Бологое!

– Мудрый не удивится, увидев трещину в расколотом. Ибо истинно говорю вам – географическая граница Европы проходит по Уралу, а культурная – через Бологое.

Так сказал Трикстер и стал третьим.

7

Белой ночью вышел Трикстер в инет, но и там ему не суждено было скрыться. И приступила к нему озабоченная скво христианской ориентации, и вопрошала:

– Развей мои сомнения, о мудрейший! Ответь мне, ИНН – он от лукавого? Или откуда надо?

– Откуда Янь, оттуда и ИНН, – уклончиво ответствовал Трикстер.

– Но ведь там число диавольское, 666! – напомнила беспокойная скво.

– Здесь мудрость. Кто имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое; число его 404.

Так говорил Трикстер.

8

Однажды глотнул Трикстер пивка, но не успел проглотить, как приступила к нему скво Автолюбительница:

– Странные вещи творятся в этом мире. Пять лет я ездила на синей шахе и слышала от мужчин только те слова, которых она достойна. А недавно пересела на красную бэху и будто лет на двадцать помолодела. Пылкие джигиты в салон заглядывают, телефончик спрашивают, прогуляться под луной приглашают. И на стоянке, и в пробке, и даже на светофоре пытаются познакомиться. А у меня дни! Я и отворачиваюсь, и головой мотаю, и даже кольцо обручальное им показываю – ничего не понимают, лезут и лезут! Ну как им еще объяснить, что я сегодня не могу?!

– Достаточно просто показать кольцо, – успокоил даму Трикстер, – но только в такие дни его лучше носить на среднем пальце. Так им будет понятнее.

Скво так и сделала и ушла довольная, на прощание показав Трикстеру кольцо.

9

Трикстер был божественно прост – плоть от плоти и кость от кости своего человечества. В те дни, когда он не геройствовал (а так было почти всегда), ему надо было от жизни совсем немного – выпить, пожрать да присунуть.

Но женщины Трикстера говорили, что все не так просто. Что жизнь Трикстера – высокая философия, а сам он – гедонист. И пиит, и жрец, и на дуде игрец.

10

И приступили к Трикстеру толпы страждущих:

– Яви нам чудо!

Но Трикстер был с бодуна и послал всех страждущих нах. И возроптали они; и говорили меж собой:

– Да бог ли он?

И услышал их Перворожденный, и горько сетовал:

– Род низколобый и жестоковыйный! Не ведомо вам то, что ведомо и самому ужратому из моих собутыльников:

Я – бог!

Но мне пох!

Так говорил Трикстер.

11

Темной осенней ночью мчался Трикстер на сейшн. В левом ряду, как и положено Трикстеру. Вдруг чья-то тень неслышно промелькнула перед капотом. На второй полосе ее уже ждали.

– Йопт! Какой-то идиот превзошел меня в распиздяйстве! – удивленно взревел Трикстер. И, проследив за полетом тела, добавил:

– Правда, ненадолго.

А через час, в обществе учеников и поклонниц, он принял на грудь и развил тему:

– Истинно говорю вам – превзойти Трикстера совсем нетрудно. Но пока никому не удалось сделать это дважды.

Так говорил Трикстер.

12

И приступил к Трикстеру индеец еврейской национальности:

– Хочу на историческую родину!

– А чем же тебе эта не нравится? – удивился Трикстер.

– Но здесь же ни Херута, ни кибуца…

– Чудак-человек, да где ж еще кибуцца, как ни здесь?! Да тут так кибуцца, что перья летят!

Индеец проникся и решил не возвращаться на историческую родину. А остаться на неисторической.

13

Сошлись как-то книжники в непримиримом споре – каким главным атрибутом явил себя человеку Великий Креатор. И говорили одни, что явил им Креатор свой божественный гнев; другие же отвечали, что явлена им его божественная любовь. И спорили они без устали; и не могли прийти к согласию. И убивали они ради гнева, и прощали ради любви. И убивали ради любви, и прощали ради гнева. И пролили реки крови ради любви и гнева. Когда же пошла кровь на убыль, взглянули они окрест и ужаснулись. И в ужасе приступили к Трикстеру, дабы разрешил он их давний спор.

– Я не видел всевышнего гнева, – ответствовал Трикстер, – и не чувствовал всевышней любви. Но глядя на мироустройство, я не устаю восхищаться чувством юмора создателя. Ибо оно совершенно.

Так говорил Трикстер.

14

Седьмого дня весеннего месяца апрель вечерял Трикстер с мужиками в пивной. Когда же схлынула первая волна, и стало накатывать бархатными глотками, приступили к нему мужики и вопрошали:

– Вот мы слушаем тебя и ржем, слушаем и ржем – а толку? Научил бы ты нас лучше жизни и истине.

Трикстер долго смеялся. Но потом все же ответил:

– Хотите истины? Есть у меня для вас истина, слушайте:

Учиться у меня можно. Но не нужно.

Таково мое слово.

Но если кто-то не согласен со мной – я буду его учить.

Мужики гордо молчали, постигая сказанное. И лишь Борода ничего не понял. Он хряпнул кружкой о стол и возмущенно рыгнул:

– Это что же получается? Выходит, учеником может стать лишь тот, кто не верит учителю? Но это же полная хуйня!

– Первый! – сказал Трикстер.

– Хуясе! – сказали мужики.

15

И приступил к Трикстеру индеец Супруг, и горько сетовал:

– Нет мира в моем вигваме. Тропа войны слилась с тропой любви, и два топора всегда в моих руках. Я ли в том виноват? Или моя скво? Или проблема в том, что мой сын не похож на меня?

– Умный, наверно, раз на тебя не похож? – предположил Трикстер. – Ибо только дурак может искать проблему в детях.

А проблемы у вас всего две.

Первая – ты не похож на ее отца.

И вторая – она похожа на свою мать.

– Так что же нам делать? – отчаялся Супруг.

– Простите это друг другу. Или добейте уже себя наконец.

Так говорил Трикстер.

16

Наутро же приступил к Трикстеру индеец Супруг, радостно вопия:

– Трикстер, ты не прав!!! Я выкурил трубку мира со своей скво, и у нас нет больше проблем! Я похож на ее отца! А она не похожа на свою мать!

– Свою-ж-мать… – машинально повторил Трикстер. А потом добавил:

– Принеси-ка и мне той травы, которой ты забиваешь трубку мира.

17

И был день, и было пекло. Когда же поутих полуденный жар, собрал Трикстер мужиков в тени старого каштана – ибо подошло время оттяга. Деловито и неспешно расстелили на траве газету, крупно порезали рыбку горячего копчения, разлили в пластиковые стаканы прохладную водку. Молча возлегли. Вздрогнули. Закурили.

Сама собой потекла неторопливая беседа. Внутри потеплело; жизнь налаживалась.

Трикстер лениво огляделся. Неподалеку на скамейке маялся потный Офисный Планктон с бутылкой теплого пива. Сомнений быть не могло – в июльский день пиджак и галстук однозначно указывали на клановую принадлежность. Планктону было жарко и тоскливо.

– Присоединяйся! – махнул ему Трикстер, пожалев несчастного.

Планктон оживился и радостно засеменил на зов.

– Падай! – широким жестом Трикстер указал на свободное место в круге.

– Благодарствую! – пискнул Планктон и аккуратно присел на корточки, предварительно одернув брюки на коленках.

– Бери закусь!

Планктон сглотнул и посмотрел на мужиков. Мужики ели рыбу руками, выплевывая кости и облизывая масляные пальцы.

– Спасибо, я сыт, – пропищал он, пряча глаза.

И в третий раз обратился к нему Трикстер, протягивая стакан:

– Держи!

И в третий раз Планктон вежливо отказался:

– Благодарю, я со своим.

Он допил пиво и несколько минут сидел молча, остро ощущая свою непричастность к этому миру, этому каштану и этим людям.

Затем неловко извинился, тяжело вздохнул и поплелся куда-то по своим мутным офисным делам.

– Вот же ж мудак! – возмущенно зашумели мужики.

– Хуй пойми кто, – уточнил Борода.

Все посмотрели на Трикстера, но тот был расслаблен и не склонен к затяжным поучениям.

– Хуй пойми кто, – коротко подтвердил Трикстер. Потом опрокинул очередной стакан и добавил:

– Истинно говорю вам – сеющий дресс-код пожнет капчу!

Так говорил Трикстер.

18

И приступили к Трикстеру ученики, и вопрошали:

– Мы ходим повсюду вместе, и пьем, и дуем одно и то ж. Почему же Борода стал твоим любимым учеником?

И Трикстер ответствовал:

– Вы слушали меня и не слышали, смотрели на меня и не видели. И только Борода понял главное – что Трикстер не стоит зависти. Ибо живет на краю и ходит по краю. Вы же, безумцы, мечтаете превзойти Трикстера. Но нельзя обогнать бегущего по краю, не сорвавшись за край.

Так говорил Трикстер.

19

И приступил к Трикстеру индеец Неофит, и начал методично выносить мозг, ибо реально высадился на умняк. Трикстер же молча пыхал, думая о своем, пока Неофит не вцепился в его рукав:

– Что мне сделать, чтобы быть услышанным?

Трикстер проводил взглядом рассыпавшуюся пяточку, вздохнул и ответил:

– Насмеши меня.

– Но как?

– Очень просто. Хочешь насмешить Трикстера – поделись с ним своим планом.

Так говорил Трикстер.

20

И возлегли ученики на траву, и расслабились, дабы неспешно постигнуть глубинную суть вещей. И когда эта суть была уже близка, приступил к ним индеец Супруг, весь в печали и тяжком подпитии.

– Налейте мне, мужики, – мрачно выдохнул он. – Нашла-таки моя скво заначку и выскребла все дочиста.

– Да, чистоту они любят, – подтвердил Борода, доставая стакан.

– Еще и базу под это подвела, – обиженно продолжал Супруг. – Я, грит, должна выглядеть презентабельно. А ты, грит, подавляешь мою женственную натуру. Кстати, а что значит презентабельно?

– Презентабельно – это от слова презент, сиречь подарок, – ответствовал Трикстер. – Выглядеть презентабельно значит выглядеть подарочно.

– То есть как блядь, – уточнил Борода.

– Я так и думал, – угрюмо пробурчал Супруг. – А что значит женственная натура?

– Это от слова женщина, сиречь скво, – ответствовал Трикстер. – То бишь скволочная натура.

– Давил и буду давить! – свирепо провозгласил Супруг, поднимая стакан.

За это и выпили.

21

Две недели город задыхался от жары – и наконец дождался дождя. Ученики блаженно вдыхали озон и потягивали пиво на крытой веранде. Жизнь была прекрасна и удивительна.

До тех пор, пока бармен не включил магический кристалл. Новости, Белый Вигвам, крупные планы. Ученики опустили глаза, но было поздно – лучший вечер сезона был непоправимо испорчен. Пиво загорчило, а сухарики наждаком ободрали нёбо.

– Скажи мне, учитель, – вполголоса спросил Водила, – а ты принимал участие в создании человека?

– Ну а як же! – улыбнулся Трикстер. – И неоднократно.

– Я вот чего не пойму, – продолжал Водила, – если Креатор делал этих людей по своему образу и подобию, он же должен быть настоящим уебищем.

– По образу и подобию в мир приходят дети, – ответил Трикстер, – а уже потом родители и учителя превращают их в срань господню.

– Но как такое возможно? – недоверчиво спросил Водила.

Трикстер пожал плечами.

– Сон разума рождает уебищ. В промышленных масштабах.

Так говорил Трикстер.

22

И затарились они, и решили возлечь прямо у магазина, чтобы потом далеко не бегать.

– А вот еще был случай в одном зеленогорском вигваме, – начал Трикстер, но Водила перебил его:

– Да сколько ж можно слушать твои байки! Другие учителя притчами изъясняются, а у тебя все приколы да смехуечки!

– Хотите притчу? – усмехнулся Трикстер. – Ну так слушайте.

Жил некогда в одной отдельно взятой стране индеец ГлавГей. И пресытили его услады тела, и возалкал он услад духа. И призвал он к себе представителей всех мировых религий, дабы узнать, как они относятся к геям, и выбрать свой духовный путь. И пришли к нему миссионеры, кипя и брызжа, ибо многое они желали высказать ГлавГею.

Когда же наступил час откровений, взошел на кафедру представитель РПЦ и грозно возвестил:

– После смерти все геи попадут в ад, где их будут нещадно жарить…

– Отлично! – возопил ГлавГей. – Всем спасибо, все свободны. Наш выбор сделан.

Вот с тех самых пор РПЦ и геи так неровно дышат друг к другу.

С минуту все молчали.

– Ну и в чем же тут смысл? – подозрительно спросил Водила.

– Что перебивающий учителя подобен пидору? – предположил Борода.

– Ну, почти, – улыбнулся Трикстер. – От перебивающего ускользает смысл сказанного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.