Анатолий Мусатов
Обреченные на грех

Глава 1

Игорь

Цокот каблучков приближался. Игорь вжался в тень стены. С замиранием сердца он ожидал появления девушки. Он давно заметил белое пятно ее платья. От предвкушения у него сводило судорогой ноги. «Черт, только бы никто не появился!».

Игорь успел разглядеть это воздушно-прелестное существо. Личико девушки поражало белизной и сиянием ореола волос вокруг удивительно хорошенькой головки. Игорь поначалу даже засомневался, откуда здесь, в разгар ночи, в районе, где и редкая собака пробежит в эту пору, взялось это создание. Но мысли его быстро испарились при воображении предстоящего наслаждения.

До его обоняния донеслись тонкий запах духов. «Все… вот… сейчас она покажется…». Тень изящного абриса фигурки девушки скользнула из-за угла по тротуару. Игорь, напрягшись всем телом, изготовился для броска. Инстинкт подсказал ему, когда нужно сделать бросок. Он прыгнул…

Вздрогнув всем телом, весь в горячей, липкой испарине, Игорь вскочил на кровати. Жена недовольно проворчала что-то спросонья, повернулась на другой бок и засопела. Игорь глянул на ее дебелую, напоминающую обтесанную колоду фигуру и скрипнул зубами.

Переждав, пока сердце придет в норму, он несколько раз глубоко вздохнул. Опустившись на подушку, Игорь даже и не пытался заснуть. В последние дни ему вообще не удавалось нормально выспаться. Красные веки и заторможенность вызывали у его сослуживцев иронические насмешки: «Что, Игорек, небось сниться, как муж любовницы по ночам тебе голову сворачивает?!». А то и откровенно хихикали: «Ты бы хоть сделал перерыв в любовных бдениях. Иногда, дорогой, надо высыпаться! Не то, чего доброго, полшестого тебе будет обеспечено наверняка!».

Добрые сослуживцы и его сострадательный, все понимающий дружок не знали, какие страхи измочалили нервы их всегда ровного и корректного в общении сослуживца. Случайное убийство, которым ему пришлось расплатиться за жажду запретного удовольствия, жгло сердце и рвало в клочья душу. Иногда он забывался, отвлекаясь на работе, в компании или за просматриванием расхожей видеопродукции. Но подлое наваждение, этот животный, затаившийся страх разоблачения начинал сверлить мозг, едва стоило ему остаться одному.

Усилием воли преодолевая атавистический инстинкт, он, крадучись за чьей-нибудь спиной, проходил мимо стенда, расположенного на территории какого-нибудь отделения ОВД. На нем, вперемешку с розыском пропавших, были изображены рисунки, сделанные роботом и фотографии разыскиваемых преступников – убийц, махровых рецидивистов и прочих разномастных нарушителей закона.

Игорь не мог себя заставить остановиться и просмотреть подробнее эти жуткие личины. Он иногда шмыгал по нескольку раз мимо, используя попутчиков, чтобы не очень обращать на себя внимание. Но все равно, бдительные стражи закона замечали некоего субъекта, беспокойно рыскающего вдоль стенда. Подходя, интересовались его документами и целью нахождения на территории отделения полиции.

Покрытый потом от постоянного напряжения, с бледным лицом, Игорь производил впечатление больного человека. Пользуясь своей физической слабостью, показывая паспорт, он говорил, что ждет жену, или брата, или друга. Но внезапно он почувствовал себя плохо, а потому сейчас же, не дожидаясь их появления, уходит домой. Отговорка срабатывала. Ему возвращали документ, желали поправиться и отпускали.

Игорь претерпевал такие муки для того, чтобы в очередной раз убедиться, что на стендах нет ни его фотографии, ни фоторобота. Хотя тот, кто мог описать приметы его внешности, никак не смог бы этого сделать, ибо мертвые не говорят. Изматывающее нервы и силы состояние раз от разу обрушивалось на него внезапными приступами идиосинкразии. Игорь знал об их происхождении. Давний случай из детства прорывался иногда бешеным желанием выплеснуть из себя остатки воспоминаний об ужасе надругательства над собой взрослых мужиков.

Пребывая в мутно-безнадежном сплине, он припомнил, с какими усилиями пытался избавиться от жуткого, навязчивого желания разорвать, уничтожить мужскую ипостась плоти. Стоило Игорю только почувствовать запах распаленной прели мужской пота, как он превращался в мизантропическое существо. В каждой клеточке тела пульсировала ненависть к окружавшему его легиону яйценосной рвани. Это иссушало душу и изматывало донельзя!

Игорь сопротивлялся этому наваждению как мог. Долгие года отрочества и юности пребывания в этой атмосфере ненависти сделали его нелюдимым и странным. Друзей у него не было. Мальчишки были его врагами. Только один из них смог расположить к себе Игоря. Он не навязывал свою дружбу. Он просто был рядом. И это сделало свое дело. Игорь подпустил его к себе. Через дружбу с Витьком Игорь смог приспособиться к мучительной необходимости общаться с мужской частью населения. Но загнанная в глубины червоточина ненависти скрытно подтачивала его душевное равновесие. И пока в Игоре повседневные дела, заботы и проблемы довлели над инстинктом, он вполне успешно добивался своих жизненных целей. Но иногда это чувство прорывалось до неуправляемого волей состояния. Эти выплески могли стать его роковым шагом в пропасть. А потому должен был быть выход, избавление от постоянной мысли уничтожения ненавистной плоти! И таким выходом, единственным средством, щитом и спасением от погибели, стало постоянное, нестерпимое желание женского тела. Познав в свое время женщину, Игорь безраздельно принял этот способ существования своего «Я». Ощущение, доводящее до сладострастной одури, зверское желание излиться в бесконечном оргазме, поглощало без остатка все существо Игоря.

И что было страшнее, − жгучие, непреодолимые позывы обладания женщиной, или уничтожение ее противоположности, − мерзкой мужской плоти, прикоснуться к которой для него было величайшим осквернением собственного «Я», он не знал! Вожделение женского рая стало для него своего рода платой за избавление от истребления мужских особей. Постепенно он превратился в голое олицетворение пароксизма желания. В нем постоянно бурлила чудовищная жажда совокупления. Она неумолимо понуждала его практически каждую ночь уходить на просторы городских улиц, чтобы любым способом добиться обладания первой попавшейся на пути женщиной.

Он ясно помнил, когда в нем пробудились самые первые его проблески зарождающейся мужской силы. Игорь мог часами смотреть на женщин. Воспоминания, ощущения, жажда женского тела преследовали его всю сознательную жизнь. Самым первым его ощущением разливающейся по телу сладкой волны был оставшийся в памяти след. Он, шестилетний, смотрит, как его дружок, чуть меньше его днями, лежит на своей четырехлетней сестре. Его стручок, не более мизинца взрослого человека, мерно входит в складки сестрички. Ошарашенный мальчонка ощутил вдруг в себе нечто другое, другого себя. Этот «Я» был совсем взрослым. Он восстал в нем снизу, напрягшись всеми мышцами тела. Это было пугающе, и одновременно настолько влекущим, что Игорек, сам того не желая, как завороженный, просил своего дружка: «Дай и мне… Дай и мне… Я хочу…». И вместе с тем Игорь боялся женщин. Он стеснялся и боролся с необузданным желанием их близости весь затянувшийся пубертатный возраст. И когда это случилось, Игорь принял этот дар природы, как подарок судьбы!

Игорь по инерции жил жизнью простого обывателя. Ходил на работу, проводил время в каких-то компаниях, тем самым снимая стресс безвременья в отсутствии жертв своей похоти. Доводя жену, третью по счету в его жизни, до состояния невменяемости постоянным принуждением к половому акту, он все время был начеку! Его воспаленное воображение рисовало картины совершенно фантастические: будто вот эта женщина, идущая ему навстречу, либо та, рассматривающая товар на прилавке, а, может, эта, выходящая из автобуса, подойдут и без слов, проведя рукой по воспаленному, жаркому торчищу, немедленно отдадутся, не обращая внимания ни на какие обстоятельства вокруг.

Игорю было странно осознавать, что те, с кем он общался в жизни, никак не хотели видеть чудовищные пертурбации в его поведении. Коллеги по работе, друзья и знакомые вели себя с ним так, будто обыденность и отстраненность от любых страстей, обуревающих в определенный период каждого мужчину либо женщину, для него существовали постольку-поскольку! Будто эмоциональная броня, как оболочка, хранила бушующее пламя страсти его истинной натуры.

Он припомнил самый последний случай, произошедший с ним недавно. Сидя в баре, в компании сослуживцев, устроивших маленький сабантуй по поводу чего-то там, Игорь никак не мог поймать волну веселого возбуждения, охватившей его друзей. Пиво, которым он тщетно пытался залить ощущение дикого напряжения, не оказывало никакого действия. Он был трезв, угрюм и молчалив. Виктор, его друг, знавший Игоря еще по дворовым забавам и годам, проведенных в Строгановке, бросал на него косые взгляды. Он недоумевал, что так озаботило его закадычного кореша.

Заметили настроение Игоря и остальные. Перемигнувшись, они в кружку, наполненную янтарным напитком, плеснули изрядную порцию допинга, составив известный рецепт «ерша». Инициатива дружков обернулась для Игоря взрывом опустошающей все тело нестерпимой жажды вонзить одеревенелый, горячий жезл в женское лоно.

Сидя напротив витринного, во всю стену окна, он смотрел темным взглядом на проходящих мимо пивного бара женщин, девушек, совсем еще девочек-подростков. Внезапно Игорь ощутил, как безумное состояние секс-зомби выбило его сознание в черный провал бешеной страсти. В его вспыхнувшем от возбуждения поле зрения появилось нечто − не сиди он на стуле, лежать бы ему на полу, корежась от мощного желания обладать этим телом.

Не медля ни мгновения, Игорь вскочил. Не слыша криков вслед, бросился к выходу. Интуиция подсказала, куда нужно идти. Завернув за угол стекляшки пивбара, Игорь увидел ее. И все сразу вокруг померкло, размылось, оставив лишь яркий фокус изумительной фигурки девушки. Она, казалось, плыла. Пышная юбка, танцующая вокруг осиной талии над точеными, в изящной окантовке туфелек, ножками, на которую прибоем накатывалась золотая волна волос, словно ударили его под дых. Игорь сглотнул, умерил шаг, и двинулся за девушкой. Лихорадочно прикидывая, где и как он может подойти к ней, не привлекая внимания, он осторожно стал приближаться.

Безотказных вариантов знакомства у Игоря имелось достаточно. Главное было выбрать самый подходящий из них. Он полностью зависел от того, как точно Игорю удастся определить характер девушки. До сих пор это ему удавалось почти стопроцентно. Но здесь инстинкт сработал мгновенно, заставив принять самое примитивное решение, без раздумий и анализов.

Девушка свернула в длинный проход между домами. Еще не видя, что находится за его пределами, Игорь почувствовал желанный импульс: «Вот оно!». Он предугадал точно. Проход закончился перед гаражными боксами. Узкая щель между ними и домом не оставила времени на размышления. Единым движением Игорь рванул тонкий стан девушки на себя и стремительно ввинтился в узкий проход.

Зажав ей рот, Игорь мгновенно расстегнул штаны. Девушка слабо сопротивлялась. Он чувствовал ее обмякшее тело. Жесткий напор ошеломил и подавил ее волю. Нагнув девушку, Игорь задрал платье. Тонкая полоска материи меж идеальных округлостей не доставила ему никаких проблем. Рванув ажурную нитку трусиков, Игорь попытался ввести член, но с отчаянием вдруг понял, что сделать это не в состоянии. Невероятное нервное напряжение сыграло с ним жестокую шутку. Он был перевозбужден. Его тело била крупная дрожь. Лихорадочно вдавливая ослабевшую плоть в тугую теснину промежности, Игорь зарычал от злобы и жгучей жажды оргазма.

Девушка вдруг сказала: «Не надо торопиться. Я подожду». Игорь оторопел. Он не ожидал такой реакции. Но девушка тихо засмеялась: «Ты не бойся. Я не буду кричать. Делай свое дело и уходи». Игорь перевел дух. Он с силой вонзил в упругое тело девушки свое распаленный, обретший силу и жар, член. За несколько минут он кончил три раза. Девушка нежно стонала и, упираясь в Игоря, двигала бедрами.

Сжимая ее груди, Игорь едва не терял сознание от волн оргазм. После третьего раза он в изнеможении навалился на спину девушки. Та, чувствуя его сердцебиение, стояла недвижно, давая Игорю прийти в себя. Он очнулся почти мгновенно. Отпихнув от себя девушку, Игорь развернул ее к себе.

Она стояла и смотрела расширенными от пережитого глазами на своего насильника. Но в них Игорь не видел ни ужаса, ни боли, ни еще чего-то подобного. Томная поволока ее огромных голубых глаз поразила его.

− Ну что же ты? Так и уйдешь, не поцеловав меня? – с улыбкой спросила она. – Как тебя зовут?

− Зачем? – машинально спросил Игорь. Он еще не отошел от необычности ситуации. Но почти сразу же наваждение растворилось в осознанной реальности. Он понял, что это может быть ловким ходом этой, по всему видать, бывалой девицы. Стоит ему расслабиться, и она тут же выдаст его. Он понимал, что это ее двор, полный знакомых мужиков. Поэтому он резко сказал:

− Не вздумай рыпнуться. У меня пистолет. Если кто пойдет за мной, получит пулю! Поняла!

Девушка торопливо кивнула. Игорь медленно отступил к выходу из проема. Боком дошел до прохода между домами и, резко развернувшись, бросился через улицу. Чуть отбежав, он остановил машину. Сумма, названная им водителю, сняла с того все размышления, подвозить или нет этого парня.

Всю дорогу Игорь молчал. Он никак не мог прийти в себя от случившегося. За многие годы с ним было всякое, но не случалось ничего подобного. Только однажды, соблазнившись на легкий фарт, он чуть было не попался в лапы разъяренным мужикам.

В тот день точившее его чувство немедленного соития, как сосущая тяжесть под ложечкой, постепенно превратилась в нестерпимый навал желания. Игорь, пока сидел на работе, настрадался от боли в своих «серебряных колокольчиках». Выбравшись на улицу из офиса, он потерял над собой так необходимый сейчас контроль. Непереносимая жажда совокупления тяжким молотом стучала в висках. С неимоверным трудом Игорь взял себя в руки. Иначе ни о каком удовлетворении можно было и не мечтать.

Удача подстерегала его всего в двух кварталах. Он заметил фигурку девушки, шедшей впереди. В голове тумкнуло: «Она». Интуиция подводила его редко. И сейчас все произошло быстро и ожидаемо. Девушка с первых же ее слов показалась ему простушкой. Игорь удовлетворенно выдохнул: «Есть!». Не особо задумываясь, Игорь развернул перед ней свой обычный сценарий обольщения.

Пока они шли, девушка с интересом слушала его «завлекалки». Игорь был в ударе. Представившись главным менеджером известного Дома моды, он расписывал перед молоденькой девчушкой прелести ее будущей карьеры. Известность, наряды, деньги и красивая жизнь, как сладкая наживка, калейдоскопом эмоций отражалась на ее обыкновенном личике. Зардевшиеся щеки и расширенные зрачки от необыкновенной возможности вырваться из бедности и известных только ей несбыточных желаний, дали понять Игорю, что он захомутал ее окончательно.

Выбрав момент, он сказал, безапелляционно и строго:

− Я очень тороплюсь. Но, чтобы я смог оформить на тебя заявку в отдел кадров, я должен осмотреть твои физические данные.

Девушка, ошалело моргая глазами, истово закивала:

− Конечно, я согласна, согласна! Можете осматривать меня хоть сейчас! Только мне до дома очень далеко…

− Ничего. Мы сейчас зайдем в подъезд. Там я смогу провести предварительный осмотр.

У ближайшего дома они, улучив момент, когда в подъезд вошел мужчина, проследовали за жильцом. Выждав, пока мужчина зайдет в лифт, Игорь сказал:

− Пойдем. Поднимемся наверх, чтобы нам не мешали.

Пропустив девушку вперед, Игорь осматривал ее, предвкушая желанный миг соития. Игоря не волновала ее фигура. Одного сознания, что сейчас он будет обладать этой девушкой, напрягала его ноги. Он чувствовал свой одеревеневший инструмент наслаждения, и сладкая волна желания выдавливала на его лбу испарину. На третьем этаже, заметив, что в тамбуре, ведущий к квартирам, установлена дверь, он сказал:

− Здесь можно остановиться.

Девушка с готовностью закивала:

− Что мне нужно делать?

− Сначала подними платье. До пояса. И прогнись на перила. Мне нужно проверить твою гибкость.

Девушка, чуть поколебавшись, задрала платье, обнажив худенькие, стройные ноги. Игорь, присев, наклонился к низу ее живота. Плотно облегавшие лобок черные трусики, придавали особую пикантность. Выпрямившись, Игорь сказал:

− Ты понимаешь, для того, чтобы я мог представлять тебя перед отборочной комиссией, я должен быть серьезно и сильно заинтересован. Я, наверное, не открою тебе тайны, что в мире большой моды существуют особые отношения между моделями и их менеджерами. Что это за отношения, ты знаешь.

Девушка недоуменно повела головой:

− Нет, но если надо, вы мне скажите, что делать!

Игорь улыбнулся:

− Скажи, у тебя есть отношения с каким-нибудь парнем?

Девушка, замявшись, кивнула:

− Я встречаюсь с одним мальчиком. Но мы только целовались, − испуганно добавила она.

Игорь понимающе усмехнулся.

− А ты знаешь, что бывает в таких отношениях?

Девушка смущенно поджала губки:

− Наверное.

− Давай прямо будем говорить: ты девственница?

Девушка зарделась:

− Да.

Скачок сердца сбил дыхание. Игорь сглотнул:

− Так вот! Между тобой и мной должно произойти самое близкое отношение, какое бывает между мужчиной и девушкой. Это необходимо для твоей успешной карьеры. Я, как главный менеджер, должен быть заинтересован в тебе. А самым прочным интересом будет наше соединение. Это должно произойти прямо сейчас. Комиссия состоится сегодня вечером. Претенденток много, так что мне придется потрудиться над пробиванием твоей кандидатуры.

Опустив голову, девушка некоторое время молчала. Затем, глянув в глаза Игорю, сказала:

− Делайте со мной что хотите… Раз надо…

− Повернись ко мне спиной и сними трусики.

Девушка медлила. Игорь, распаленный желанием, нетерпеливо, почти грубо, развернул ее и жестко нагнул. Он понимал, что промедление в действиях сорвет все. Главное, не дать ей опомниться.

Сдернув трусики, Игорь раздвинул ее ноги. Короткий удар в промежность девушки заставил ее звонко и протяжно вскрикнуть. Игорь, прижав ладонью ее рот, бешено заработал бедрами, ускоряя фрикции до предела. Девушка билась под его напором, как игрушечная кукла на веревочках. Ее тело обмякло и, казалось, она потеряла сознание.

Игорь, не выходя из девушки, кончил несколько раз. Не выпуская девушку из рук, он обессиленно привалился к перилам. Сердце безумно колотилось, будто хотело выпрыгнуть через горло. Почувствовав шевеление девушки, Игорь привел в порядок штаны. Он не стал вытирать ее кровь на себе. Игорь знал, что иногда в таких ситуациях девушек шокирует вид члена. Особенно, если на нем они видят кровь. Поспешив надеть на нее трусики и одернув платье, он, повернул к себе девушку:

− Ты молодец! Так здорово и правильно себя проявила. Я уверен, что наше сотрудничество будет на самом высоком уровне.

И, не давая ей опомниться, добавил:

− Теперь мне нужны твой телефон, место жительства, и где ты учишься.

Девушка тихо пробормотала:

− Мне было очень больно!

− Так бывает со всеми. Тебе разве подруги не рассказывали об этом.

− Говорили… но я не думала, что это так… неприятно.

− Только первый раз. В следующий ты поймешь, что такое неземное блаженство. Давай-ка, займемся теперь делом! – строго добавил он. – Диктуй, я запишу.

Записав все, что ему нужно было, Игорь заставил девушку написать маленькую расписку на другом листе блокнота:

«Я, такая-то, такая-то, даю свое согласие на все действия и предложения, которые меня попросит исполнить такой-то, такой-то. Число, подпись».

Игорь предусмотрительно заставил девушку написать расписку. В любом случае, она будет весомым оправданием и доказательством его невиновности. По крайней мере, он тешил себя этой надеждой. Игорь понимал, что если его поймают, то эта цидулька всего лишь смягчит наказание. Но он хотел верить в благополучный исход своих секс-игрищ. Эта вера тогда сыграла с ним злую каверзу, которая запомнилась ему навсегда. Он решил, что эта девица уже не соскочит с крючка. А посему ее можно попробовать еще раз. Он видел ее страстное желание попасть в мир грез и сказок. Но, на всякий случай, девушку нужно довести до полной кондиции.

Выйдя из подъезда, Игорь сказал:

− Я тебе позвоню насчет результата. Когда и куда тебе нужно будет подъехать. Но у меня к тебе серьезная просьба. Никому и ничего не говорить о нашей встрече. Во-первых, если ты по какой-то причине не пройдешь отборочный тур, чего я не допускаю в принципе, то о тебе будут говорить, как о болтушке и фантазерке. Это в самом мягком случае. Ситуации бывают разные, так что ни подругам, ни родителям ни слова. Ты поняла меня?

Девушка вздохнула и коротко кивнула:

− Поняла.

Но, чуть помедлив, с тревожной ноткой в голосе спросила:

− А вы точно позвоните?

Игорь приобнял ее и улыбнулся:

− Да что ты? Какие сомнения! Я скажу тебе одну профессиональную вещь. От того, сколько мы сможем провести кандидаток на конкурс моделей-манекенщиц, зависит наша зарплата. Ты понимаешь? Так что я за тебя буду драться, как за себя. Давай на этом закончим. Я должен спешить. Да, вот еще что: постарайся прийти на конкурсный отбор в наилучшем виде. Приоденься повыигрышнее. Ну, ты понимаешь?

− Хорошо! Конечно, я одену самое лучшее! – посветлев лицом, воскликнула девушка.

− Тогда у меня все. Беги домой. Я позвоню тебе завтра, как только составят списки кандидаток. Сиди у телефона. И помни, – никому ни слова…

Едва дождавшись следующего дня, полный сладкой истомы при мысли о близком совокуплении, Игорь позвонил девушке. На звонок ответили мгновенно. Он не обратил внимания на ее голос. В нем была некоторая заторможенность, как будто девушка, отвечая на его вопросы, обдумывала свой ответ. В любое другое время он бы подумал, что ей кто-то подсказывает, что отвечать. Но, ослепленный нестерпимым желанием, Игорь не обратил на это странное обстоятельство никакого внимания.

Приехав на обговоренное место встречи, Игорь впился глазами в поток людей, выходящих из метро. Что-то подсказывало ему, что, находясь здесь, на видном месте, его с легкостью можно опознать. Игорь с каждой минутой чувствовал возможную опасность. Девушка могла проговориться и тогда ее наверняка будут сопровождать. И вполне возможно, что этими провожатыми будут следаки из полиции.

Игорь, медленно фланируя и зорко оглядываясь вокруг, переместился за щиты объявлений. В случае чего, оттуда можно с легкостью затеряться в декоративном кустарнике. С этого места вход был виден превосходно.

Ожидать появления девушки пришлось недолго. Игорь не сразу узнал ее. Метаморфоза была разительна. На девушке была коротенькая, вразлет, юбочка. Кофточка с рюшиками на груди и воротничок воланчиком изменили ее совершенно. Но эти нюансы в ее облике не позволили Игорю забыть о главном: проверить, нет ли хвоста за ней.

Девушка подошла к условленной скамейке и закрутила головой. Не увидев Игоря, она уселась и раскрыла сумочку. Вынув зеркальце, девушка придирчиво осмотрела себя, что-то поправив в волосах. Сложив руки на коленях, она застыла маленьким истуканчиком, только ее преобразившаяся хорошенькая головка, беспокойно поворачивалась по сторонам.

Игорь настороженно всматривался в находившихся поблизости мужчин. Никто из проходящих мимо, либо курящих в ожидании встречи, не походили на спутников девицы. Конечно, они могли остаться в вестибюле метро и оттуда наблюдать за ней. Но Игорь продумал и этот вариант.

Придав лицу деловой вид, он, будто запыхавшись, подбежал к девушке.

− Извини! Запарка со временем! Быстренько давай за мной. К сожалению, машину мне сегодня взять не удалось. Поедем троллейбусом, тут всего две остановки до главного офиса.

И не давая девушке опомниться, чуть ли не бегом потащил ее к остановке. Эти пятнадцать-двадцать метров Игорь шарил взглядом по толпе, пытаясь определить возможного преследователя. Но, вроде, за ними никто так целенаправленно не бежал.

Вскочив в автобус, они остались стоять на задней площадке. Игорь протиснулся к окну и, осторожно прижав к себе девушку, спросил:

− У нас все в порядке?

Девушка кивнула:

− Я все сделала так, как вы говорили мне. Мама спрашивала, куда я так нарядилась. Я сказала, что иду к Ленке на день рождения. И все.

Она еще что-то рассказывала. Слушая ее щебетанье, Игорь все теснее прижимался к тоненькой фигурке девушки. Его восставшая плоть упиралась ей в живот, но он намеренно не отодвигался, чтобы девушка поняла, каким будет окончание их деловой поездки. Любуясь ее преобразившимся личиком, ставшим вдруг кукольно-детским, Игорь старался унять сердцебиение.

Не показывая вида, он расплылся в улыбке, пропуская девушку вперед. От него не ускользнул долгий обмен взглядами между ней и еще одним мужиком, стоявшим поодаль. Продолжая живо обсуждать с девушкой ее перспективы, Игорь заметил, что оба мужика, сойдя с автобуса, чуть приотстали. Но это его не обмануло. В сердце уже сидела острая игла опасности.

Через несколько минут объявили его остановку. Это место Игорь выбрал намеренно. Предвидя разные варианты ситуаций, он всегда просчитывал самые экстремальные. А потому, там, куда он вел девушку, находилось несколько домов с проходными подъездами. Несколько нырков по этим лабиринтам гарантировали отрыв от любого преследования.

Что руководило Игорем в выборе этого варианта, он не мог себе объяснить. Чувство опасности заметно засосало под ложечкой. Игорь не ошибся. Когда он спросил у мужчины, стоявшего на выходе из автобуса: «Вы выходите?», в ответ получил бешеный зырк его взгляда. Скользнув по нему глазами, мужчина отвернулся. По его скулам заходили желваки. Игорь почувствовал резкий толчок сердца, отозвавшийся острым импульсом в голове: «Линяй, пока не поздно!».

Чуть отойдя, Игорь бросил взгляд назад. Оба мужика шли за ними. Решение пришло мгновенно. Подойдя к дому с проходными подъездами, Игорь остановился:

− Ты подожди меня здесь. Я поднимусь в офис. Спрошу об очереди, по которой идти нам. Там жутко душно, народу набилось, как в бочке. Чего мучиться в духоте. Мы подождем здесь. Я сейчас вернусь. Жди…

Игорь подошел к подъезду и отворил дверь. Перед тем, как скрыться, незаметно бросил взгляд назад. Он увидел, что мужики вдруг ускорили шаг, припустив чуть ли не бегом. Игорь усмехнулся: «Ловите пескарика, щурята! Дрочилка еще не выросла меня обдурить!».

Мгновенно проскочив через подъезд на другую сторону дома, он рванул двери соседнего и проделал такой же маневр назад. Перед тем, как выйти из подъезда, он внимательно осмотрел двор. Девушки там не было. Чтобы не потерять фору во времени, он выглянул во двор. Путь был свободен. Но Игорь решил подстраховаться. Вбежав в следующий подъезд, он подскочил к противоположной двери. Глянув в дверное окно, Игорь увидел, как мужики рванули вдоль по улице к соседним домам.

Он перевел дух. Все. Можно спокойно выбираться в противоположном направлении. Через час, попивая пиво в баре, Игорь обдумывал случившуюся ситуацию. Он чуть было не лоханулся. В конце концов, все обошлось. Но с тех пор он зарекся от повторных встреч с обихоженными девицами.

Глава 2

Анжела

Анжела возвращалась домой в мечтательном настроении. Все шло по плану. Несколько дней она подговаривала подругу познакомить ее с Борисом. Этот парень был великолепен. Красив, умен, с телом Аполлона. Когда они возвращались из бассейна, Анжела не смогла скрыть, насколько ее впечатлил этот образец мужского идеала. Виолетта несколько раз даже переспрашивала ее о самочувствии. Рассеянность Анжелы, ее ответы невпопад, ясно дали понять подруге, что происходит.

Борис, изредка поглядывая на Анжелу, усмехался. Для него ничего необычного в ее поведении не было. Он знал причину этого. Так было со всеми особями женского пола, независимо от возраста и положения. Девушки помоложе тушевались, теряя дар речи. Дамы постарше, нарочито прикасаясь к его рукам, либо к колену, как бы ненароком, под любым предлогом, назначали встречу.

Завтра они идут на презентацию нового альбома группы «Кризис секса». Этот случай нельзя упустить. Анжела припоминала все свои приемы обольщения, чтобы Борис принял ее реакцию за нужную ей. Анжела подошла к зеркалу. В нем отразилось удивительно хорошенькое личико молодой женщины. В свои двадцать три года Анжела могла запросто оказаться среди шестнадцатилетних мальчиков, у которых и мысли бы не возникло по поводу ее возраста.

Анжела умело пользовалась своим преимуществом. Подруги в ее компании смотрелись старшими сестрами, взявших в свою компанию девочку-недозрелку. Но эти впечатления были обманчивы. Ее внешность милой куколки не шла ни в какое сравнение с накопленным опытом, больше подходящим для сорокалетней женщины. Она уже знала толк в интимных играх. Ее поведение в компании Бориса было именно таким плодом холодного расчета.

Другая, параллельная жизнь Анжелы, о которой никто и не подозревал, началась в десять лет. Ее, уже начавшуюся формироваться девочку, изнасиловал тренер по художественной гимнастике. Анжела даже не поняла, что с ней произошло. Тренер знал свое дело. Когда произошло совокупление, Анжела уже знала от него, что этот особый прием тренировки внутренней мышцы нужен для лучшей координации.

Анжела не очень поняла, зачем тренер щупает ее живот и попу, пальцем раздвигая складочки между ног. Но прием этот ей почему-то понравился. Перед тем, как она почувствовала в себе что-то большое и скользкое, тренер долго массировал ее между ног. И почти сразу же, как только пальцы тренера начали мять ее крутой лобок, на нее накатила волна сладкой истомы. Анжела обмякла, задышала часто и неровно. Тренер приподнял ее, раздвинул ноги и сказал: «Сейчас ты почувствуешь в себе предмет, которым я промассирую твою внутреннюю мышцу. Тебе может быть немного щекотно, но так надо». Анжела стерпела короткий импульс боли, но приняла это как нужный элемент тренировки. Родители не узнали об этом. Каким-то наитием она, десятилетний ребенок, поняла, что случившееся с ней касается только ее одной. И никто не должен знать о ее тайне…

Потом Анжела поняла, что ее раннее чувственное развитие не грех и не стыд, а дар природы. Благодаря ему она познала так много приятного, с чем ничего в жизни не может сравниться. Было много парней, мужчин, убеленных сединой, крепких качков и неуверенных в себе студентиков-первокурсников, но Анжела точно знала цену своих возможностей. От каждого она брала больше, чем могли бы дать любые любовные страсти и чувства. Такие отношения между мужчиной и женщиной для нее не существовали.

Конечно, она не пренебрегала длительными связами с какой-нибудь особью мужской рода. Они были даже чем-то полезны в плане междувременья. Пока не появлялся обеспеченный, обезумевший от любовной страсти «папик», Анжела милостиво разрешала содержать себя очередному подвернувшемуся под руку недотепе, обирая несчастного воздыхателя до нитки. Свою жертву она бросала без размышлений, едва финансовый поток для удовлетворения ее потребностей иссякал.

Так продолжалось ровно до того момента, когда с ней случилось самое экстремальное событие − изнасилование. До этого были разные ситуации в ее сексуальной жизни. Анжела прекрасно была осведомлена о многообразии сексуальных утех. Она была одержима сексуальными фантазиями. Она мечтала об экстремальных ситуациях в секс-играх. Но все они укладывались в рамки дозволенных способов общения. Даже садистские, мазохистские и некоторые другие грани общения с мужчинами воспринимались ею всего лишь как искусственное разнообразие одного и того же действа.

Но одна сторона половой «Вселенной» была для нее недоступна и поэтому особенно желанна. Анжела часто воображала, как ее нежное, стройное, изумительных форм тело будет жестоко истерзано грубыми руками обезумевшего от страсти самца. Такие воображаемые ситуации, многократно разыгрываемые в ролевых играх с партнерами, не приносили ей желанного удовлетворения. Она не могла обмануть свою натуру. Ей требовалась настоящая, не поддельная реальность.

Она часто вспоминала парня, который ее изнасиловал. Анжела не могла забыть его бешеный, первобытный напор, его красивое лицо, искажённое в судорогах оргазма. Изнасилование стало для нее спусковым крючком. Она как бы перешла на новый уровень физического познания своей природы. Если до сих пор Анжела жила как бы за стеной, ограждающей ее от истинной природы секса, то этот парень открыл запретную дверь в беспредельный мир вседозволенности полового инстинкта.

Она с трудом сдерживала свою чувственность и жажду совокупления. Везде, где только было возможно, Анжела домогалась удовлетворения от любых, готовых на случку самцов. Она кадрила мужчин в ресторанах, на презентациях, любого рода тусовках, и просто нагло предлагая встречным мужчинам, откровенный взгляд которых она ловила на себе, провести пару приятных минут в соседнем подъезде.

Иногда мужчины, которым посчастливилось познать объятия «гурии», настойчиво просили ее о продолжении отношений. Она умело избегала таких ситуаций, снисходительно объясняя несчастным о губительности просьб для их репутации, семейных отношений, положения в обществе, карьеры и неизбежной финансовой проблеме. Многие сникали, отступались, смиряясь с доводами Анжелы. Но наиболее настойчивые получали шанс в полной мере насладиться перечисленными проблемами в их жизни.

Анжеле они были уже неинтересны. Она искала максимальной выгоды от любой связи. Ее артистизм в достижении поставленной цели развился до высот непревзойденных. Анжеле нравилось играть на чувствах мужчин, как музыкант-виртуоз на своем инструменте. Любой гений в любой области, − будь то шахматное искусство, исполнительское мастерство в музыке, шедевры, изображенные на холсте − без колебаний смог бы назвать ее равной себе в богоизбранности. А потому, добиваясь близости с Борисом, Анжела с тихим удовольствием предвкушала, как обкорнает этого самовлюбленного «нарцисса».

Ее отношения с Борисом были для нее очередной попыткой узнать еще одну грань высокой сексуальной игры. Но она ошиблась. Великолепные физические кондиции Бориса оказались фальшивым фасадом, за которым скрывался примитивный качок из заурядного спортклуба. Анжела обманулась в своих ожиданиях, предполагая за его многозначительными намеками мощь и силу самца, сообразно его рельефному торсу. Требуя от Анжелы всевозможных услуг, этот «нарцисс» ничего не мог дать ей взамен. Он оказался «инертным, бессильным киселем».

Устав от его бесконечных требований минета, облизываний и глотания скудной семенной жидкости, с превеликим трудом добываемой из чресел этой пустой горы мышц, Анжела резко и бесповоротно бросила его. Случай определил ее решение. Не будь этой судьбоносной встречи, она может проваландалась бы с ожившим образцом пластмассового манекена еще какое-то время. Но с ней произошло событие, которое определило все ее жизненные приоритеты.

Она встретила Игоря. Того самого. Насильника.

Как-то Виолетта, затащила Анжелу на выставку-вернисаж. Один из художников, участников этой перспективной выставки в Манеже, каким-то образом попал на крючок Виолетты. Маленькая толстушка, с личиком-блинчиком и пышной выставкой нагрудных прелестей, умудрилась запудрить мозги модному художнику. Тот, не мудрствуя лукаво, за неимением времени, какового никогда не хватает фанатику своего дела, решил: пусть это существо мотается рядом. Все теплее холодными ночами в постели в нетопленной огромной мастерской. Утренние завтраки тоже пришлись кстати. В общем, обосновалась Виолетта в его студии основательно. К тому же, в качестве уникальной натурщицы и музы она устраивала своего кумира-авангардиста-абстракциониста-ещекакоготоиста в полной мере.

Умирая от безделья, Анжела согласилась сопровождать свою подругу на условии, что это не займет много времени. В этот день Анжеле предстояло свидание с одним из кандидатов на ее руку и сердце. Народу на вернисаже было не много. Виолетта сразу же потащила ее к стендам с работами «непревзойденного гения живописи». Так она обозвала своего кумира. Маленький, худосочного вида человечек, годами за сорок лет, в распашонке, с нелепой тюбетейкой на голове, которую он, видимо, считал беретом, церемонно раскланялся, почеломкал ручку и представился.

Анжела едва сдержала смех. Это было уморительное зрелище. Пышка-колобок рядом с тупо заточенным «карандашом» в тюбетейке смотрелись, как ожившая пародия на размещенные здесь экспонаты натурных изделий. Чуть постояв около шедевров «маленького маляра от живописи», они медленно направились вдоль прохода.

Анжела уже скучала смертельно. Еще несколько минут, и она бы грубо, без преамбул, высказала все об этом месте. Едва она намерилась открыть рот, как сердце застряло в длинной паузе между ударами. По проходу, навстречу ей шел тот самый парень, который стал знаком судьбы. Анжела закрыла глаза. Пытаясь унять стремительно заколотившееся сердце, она платочком вытерла бисеринки пота, проступившие на верхней губке. Через мгновение она смогла сбросить с себя этот внезапный эмоциональный удар.

− Ба! Кого я вижу! – возопил хахаль Виолетты. – Ты ли это, привидение вернисажей?! В кои веки мы узрели будущее светило наликом!

− Чего тебя так разобрало, Олег? – хмыкнул подошедший Игорь. – Выпить, что ли, приспичило?

− Да ты что! Тебя увидеть здесь, можно и умирать от перепоя! Погнали в буфет. Девочки с нами, надеюсь, разделят удовольствие от нашей встречи?

Виолетта радостно захлопала в ладоши:

− Я за!

Игорь внимательно посмотрел на Анжелу. После короткой паузы, поинтересовался:

− А ваша подруга тоже не курит и не пьет?

Анжела хмыкнула и едко бросила:

− Смотря с кем и зачем!

− Понятно. Девушки вообще любят роскошь. У меня предложение. Зачем размениваться на буфет и портить впечатление от нашей встречи. Может, знакомство закрепим в хорошей кафешке? Я знаю неподалеку одно такое.

Виолетта опять восторженно зааплодировала. Но Анжела, холодно глянув на Игоря, усмехнулась:

− Хорошее знакомство не разменивают на кафешки. Хотя, если налика кот наплакал, то и кафешка сойдет.

− Анжелка! Кончай вредничать!

Виолетта подхватила ее под руку и сказала:

− Мальчики, ведите нас! Мы согласны!

За столиком Игорь был не особо разговорчив. Слушая болтовню Виолетты, изредка отвечая на рассуждения ее хахаля, он, поглядывая на Анжелу, сводил брови в напряженном размышлении. Что-то неуловимо знакомое чудилось ему в облике сидящей напротив изумительной красоты девушке. Все это время у него не пропадало ощущение того, что он видел когда-то эту точеную фигурку. Роясь в памяти, он лихорадочно выдергивал из нее мало-мальски знакомые образы девушек. Но, скраденные их множеством, они размывались в одно чувственно-желанное пятно.

И что его напрягало больше всего, так это короткие, выразительные взгляды Анжелы. Он не мог ошибиться! По крайней мере, она знала его раньше! Так смотреть могут только те, которым нужно, чтобы их вспомнили. Что за наваждение, черт побери! Блин! Она знает его точно! И, наверное, встреча их произошла при известных обстоятельствах! Хреново это!

Одна мысль утешала: то, что она не хочет раскрыть свое знакомство, это дает надежду, что она не в претензии к нему за сексуальный обман. Это нужно использовать. С самого первого взгляда она пробудила в нем звериный инстинкт обладания этой самкой. Девушку такой красоты и чувственной сексуальности ему редко приходилось встречать…

− Ты чего молчишь, Игорь? Не хочешь отвечать?

− А? – очнулся он, видя обращенные на него глаза Анжелы. Легкая усмешка затаилась в их глубине.

− Прошу прощения, задумался! Так о чем разговор?

− Какой разговор! Нашим девочкам пора по домам, − хохотнул его приятель. – Ты, как твоя последняя работа: по ней, как и по твоему лицу не скажешь ничего конкретного. Полная абстракция! Поступило предложение разойтись! Виолетта разохалась, что Анжелу нужно проводить! Так ты как?

− Зачем спрашиваешь, кацо? Настоящий мужчина знает свое дело! – засмеялся Игорь. – Я завсегда готов проводить маленьких, беззащитных девочек до дома.

Выйдя из кафе, Виолетта, махнув ручкой Игорю и чмокнув Анжелу, утащила свое сокровище. Проводив взглядом эту парочку, Игорь сказал:

− Есть два варианта продолжения приятного знакомства. Едем ко мне, или туда, куда прикажет моя прекрасная спутница.

Анжела подняла брови и усмехнулась:

− Не слишком ли конкретно ты обозначил свой интерес?

Игорь перебил ее:

− Я не представляю себе никого из мужчин, кто не захотел продолжить знакомство с тобой. Это нонсенс.

− Так, так! Значит, мой выбор решит все?

Анжела сделала вид, что раздумывает. Глянув на Игоря равнодушным взглядом, она продолжила:

− Ну, что ж, пусть будет по-твоему. Едем к тебе. Мне моя квартирка надоела. Хочется посмотреть, как живет этот наглый парень, так прямо, с ходу закадривший очередную девицу!

− Анжела, ты меня не так поняла! Просто я хотел показать дорожку к моей обители. Если вдруг ты заскучаешь, то будешь знать, где найти самого лучшего друга!

− Понятно. Я никогда бы не поехала вот так, сразу. Но я обожаю новые впечатления. Особенно такие, которые мне могут дать только новые друзья.

Войдя в комнату, Анжела обозрела все и задумчиво сказала:

− Чувствуется, что гнездышко совсем недавно было разорено.

− Ты угадала. Полгода назад я развелся. Моя бывшая вымела все подчистую, когда уходила. Но я не в обиде. За свободу можно отдать любое барахло.

− Интересная философия. Значит, ты теперь свободный художник? − заметив мольберт и прочие атрибуты художественного ремесла, спросила Анжела. – Ты не покажешь мне свои картины?

Она кивнула в угол, заставленный подрамниками, свертками холстов и картинами.

− Обязательно! Но сначала мы снимем лишнее напряжение. У меня есть отличное средство для этого.

Игорь метнулся к высокой стойке. Распахнув ее, он достал с полки бутылку:

− Это марочный, особый коньяк! Мне подарили его на презентации. Покупатель, француз, расщедрился. Его зацепил мой триптих «Три ночи секса».

− Любопытно! – протянула Анжела. – Что же на них такого было, что даже француз нашел завлекательным!

− Ничего особенного! Там были сцены… но это потом! Прошу за стол. Лимоны, шоколад, персики, конфеты, − сойдет?

− Может быть.

− Чем богаты! Начнем?

Игорь наполнил рюмки.

− За встречу!

Анжела не ответила на тост. Пригубив, она отставила рюмку:

− Скажи, ты со всеми такой?

− Какой?

− Такой! У тебя, как нарочно, имеется джентльменский набор, − коньяк, фрукты, конфетки и даже сигареты дамские.

− Знаешь, Анжела, я не большой охотник до хозяйственных хлопот. Питаться предпочитаю в кафешке. Если что-то срочно, − заказываю пиццу.

− Мгм! Понятно.

Игорь прикоснулся к руке Анжелы:

− Сознаюсь, приглашая тебя к себе домой, я имел… определенный интерес. Вдруг ты согласишься мне позировать. Это было бы фантастически интересно, – заторопился Игорь. − Поверь, эти работы имели бы оглушительный успех. В нашем деле натура определяет большую часть, которое зовется вдохновением. А такая муза, как ты…

− Интересное предложение, – перебила его Анжела. − Я девушка современная. Зацикленной на чем-то никогда не была. – Анжела оценивающе глянула на Игоря. – У меня есть встречное предложение. Мы можем начать твои эксперименты со мной прямо сейчас. Чего терять время. Ты, я смотрю, мальчик настойчивый и от тебя, как колобку от лисы, теперь мне не так-то просто уйти! Знаешь такую сказку?

− Хорошая сказка, − улыбнулся Игорь. – Только мне сдается, что лиса из сказки – это ты! Я попался, как пескарик на крючок! Ты сама это прекрасно знаешь!

Анжела пыхнула сигареткой и, прищурившись, молча глядела на сидевшего напротив парня. Она просчитала всю ситуацию наперед еще в Манеже. Ей хотелось только одного: пережить с этим парнем еще раз то, что превратило ее когда-то в полноценную королеву секса.

Полчаса им хватило, чтобы накоротке закончить свое знакомство. Допив до конца свою рюмку, Анжела пристально глянула на Игоря:

− Ну как? Может, займемся делом. Ты что-то все тянешь. Что, передумал? Так ты не бойся, я не кусаюсь. Что нужно делать?

Игорь вскочил:

− Ничего особенного! Я сейчас подготовлю кое-какие причиндалы и начнем.

− Отлично. А я пока пройдусь до известного места.

За пять минут, пока Анжела отсутствовала, Игорь соорудил из пары стульев, накрытых покрывалом, подобие подиума. Мольберт с готовым холстом и тумбочка, на которой россыпью лежали тюбики, дополнили антураж рабочей обстановки. Игорь, стараясь унять перебои с дыханием, опрокинул залпом полстакана коньяка. Его почти трясло от возбуждения и опасения, что Анжела закапризничает и откажется от позирования. Но ее появление чуть было не сбило его с ног. Когда в комнату отворилась дверь, Игорь от неожиданности ошарашенно застыл истуканом.

То, что он увидел, было сверхъестественным видением. На появившейся в дверях Анжеле не было ничего, кроме ниточки стрингов. Ее пушистые волосы золотистой окантовкой обрисовывали идеальной красоты лицо. На точеной фигурке розоватыми тенями чуть колыхались великолепной формы груди. Ожившая квинтэссенция женской красоты и прелестей предстала перед ним в реальности.

Игорь остолбенело смотрел на Анжелу. Она была той самой девушкой из снов, о которой он мечтал всей силой своего естества. Сколько раз он подкарауливал ее в снах, но она недостижимой мечтой ускользала от него, словно насмехаясь над его надеждой обладать совершенством.

Игорь сглотнул, задышал и поднялся. Его вид заторчавшего в изумлении существа вызвал улыбку Анжелы:

− Ты чего, так и будешь стоять?

Игорь сдвинулся с места, сделав шаг навстречу, но тут же остановился:

− Извини… что-то в горле запершило, − хрипло пробормотал он.

− Выпей чего-нибудь, а то голос потеряешь, − засмеялась Анжела. Она прошла из дверей в комнату, перекинула одежду, которую держала в руках, через спинку кресла.

− Мне не предложишь выпить с тобой за компанию? − чуть кокетничая спросила она. – Я чуть-чуть замерзла.

Игорь бросился к столику. Разлив коньяк по рюмкам, он поднес ее Анжеле:

− Вот, возьми…

Его глубокие, черные провалы зрачков смотрели на Анжелу демоническим взглядом. Она понимала, что с этим парнем сейчас что-то происходит. Анжела знала, как действует на мужчин ее красота, но здесь было что-то другое, более глубокое состояние.

Анжела не взяла рюмку. Наклонив головку, она тихо сказала:

− Я не могу пить холодный коньяк. Ты не мог бы подогреть его?

− Как это? – недоуменно спросил Игорь.

− Есть только один способ это сделать. Набери коньяк в рот, чуть подержи там, и подойди ко мне. Понял?

Игорь мотнул головой. У него не было сил озвучить свой ответ. От возбуждения его трясло. Анжела видела его чуть подрагивающие губы, полные, чувственные, за которыми находился теперь уже вдвойне опьяняющий напиток. Поднимающаяся волна истинного возбуждения, которое так давно не ощущалась ею, ускорило предчувствие близкого наслаждения.

Она обвила шею Игоря, приблизила его голову к себе. Приоткрыв рот, накрыла им губы парня. Анжела даже не поняла, что последовало дальше. Вслед за горячей жидкостью, ее будто жаркой волной накрыла мощная, невероятного напора волна мужского желания. Она было настолько ощутима, что Анжела, обездвиженная судорогой страсти, едва могла дышать, глотая материализовавшуюся в коньяке силу обладания мужчины.

Слившись друг с другом, они медленно перемещались к обширному дивану. Игорь, сорвав с себя рубашку, вжимался в упругие груди Анжелы. Ее тело, словно гибкая змея, скользила по его торсу, лишая Игоря последних остатков сознания. Как личность, как человек разумный, он исчез, пропал в океане сладострастно-безумного желания.

Руки Игоря, двигаясь по изгибам девичьего тела, ощущали все новые волны блаженства. Инстинкт, который до этого был его самым страшным врагом, стал полновластным владетелем его тела. Слушая нежные стоны Анжелы, ощущая ее дыхание, Игорь чувствовал, как неизъяснимый запах волос, ее тела, одуряющими ароматами проникает в его мозг. В совершенном забытьи Игорь ласкал губами ее шею.

Анжела, не отстраняясь от истовых ласк Игоря, стала опускаться, покрывая поцелуями его обнаженный торс. Там, где мощная крепь члена чуть ли не рвала от желания пространство вокруг себя, Игорь вдруг почувствовал, как божественная прохлада нежными прикосновениями начала снимать этот нестерпимый напряг. Ему не надо было видеть, что происходит там внизу. Он узнал этот живой трепет язычка Анжелы, который минутой раньше ласкал его пересохший рот.

Ее язык без устали взмахивал его «хрустальные бубенцы», его огромный ствол первородного орудия, все ускоряясь и ускоряясь. И, наконец, когда Игорь изогнулся судорожной дугой, его член оказался во влажной, тесной пещере страсти. Ротик Анжелы не был приспособлен для ласк такого чудовища, которым обладал Игорь. Но она, превозмогая боль и удушье, принимала Игоря все глубже. Наслаждение стало нестерпимым. Издав звук, не похожий ни на что, он излился долгим потоком жаркой струи.

Анжела на мгновение застыла, но тут же резко отпрянула. Из ее ротика густой жемчужной лавой истекала овеществленная страсть ее любовника. Силы покинули их. Рухнув на диван единой плотью, они стискивали друг друга, как два врага в последний миг смертельной схватки.

Игорь уже не разбирал, что делает. Его пальцы, судорожно стискивающие груди Анжелы, доставляли ей боль. Но она не убирала их, лишь отзывалась на особенно сильное стискивание короткими вскриками. Игорь сжимал ее тело так, словно хотел впитать его в себя. Животный инстинкт обладания заставлял Игоря терзать тело девушки с яростью озверевшего садиста.

Плачь Анжелы, крики боли и попытки вырваться из его лап только распаляли его. Но черту, за которой наступала травма, Игорь не переходил. Он чувствовал предел возможностей этой самки. Ее красота, чувственность, формы тела и сладострастно-страдальческие вскрики не давали перейти черту. Игорь умерил свои атаки. Дав чуть передохнуть Анжеле, он перешел на другой способ получения удовольствия.

Сжав руки Анжелы, которые он завел ей за спину, Игорь впился губами в ее живот. Он продвигался все ниже и ниже, туда, к средоточию райского блаженства, откуда тонкой, чуть терпкой влажностью изливался запах миндаля и свежего сена.

Достигнув низа живота, Игорь отстранился, глядя на запретную зону естества. Широко распахнутые ноги Анжелы предоставили для обзора всю ее женскую прелесть. Он увидел ее лоно, обозначенное тонкой щелью, которое разделило его на совершенно гладкие смыкания, без признаков включения чего-то постороннего между ними.

Игорь навидался женских промежностей, но здесь перед ним предстало некое совершенное творение природы. На крутом лобке не было даже пушка, столь обычного на таких местах. Гладкое, без намека на что-то подобное, ее влагалище будто было вырезано искусным скульптором из полупрозрачного каррарского мрамора. Все тело Анжелы было таким произведением искусства природы.

Зарывшись в эти складки лицом, Игорь отправил свой язык в глубину вожделенного рая. Он чувствовал, как Анжела приняла его настойчивое проникновение. Содрогания, импульсы конвульсий, стоны-всхлипывания сказали Игорю: «Пора!». Он вошел в нее сразу, на всю длину штыка своего оружия. Безумный вскрик, судорога и… Они слились в единую плоть!

Немыслимой силы разряды оргазмов перетекали друг в друга без пауз. Конвульсии тел перекручивали их в немыслимые позы. Вжимаясь друг в друга напряженными животами они уже не разбирали, где и что кому принадлежит. Вместо мужчины и женщины, вместо их тел, на ложе любви рычало, стонало и плакало телесное воплощение бога любви!

Не стало Игоря. Вместо него восстал Зверь плоти! Он рвал, терзал, безжалостно пронзая слабое, податливое тело девушки могучим жезлом любви. И ее тело не сопротивлялось. Оно просило, молило: «Возьми! Возьми!» Стонало небо… Мир умер для них…

Глава 3

Он и Она

Игорь лежал тихо, не желая обнаружить свое пробуждение. Он смотрел на Анжелу, совершенно не понимая, что произошло. Игорь сравнивал произошедшее с ними безумство с тем, что он всегда называл сексом. Он лежал и думал. Мысли его были одновременно и просты, и неопределенны. Почему так все произошло? Может, потому, что, наконец-то, его воображаемый идеал женщины совпал с самой совершенной плотью? Вот она, рядом, эта девушка. Она стала для него рубиконом. Весь прошлый опыт был отсечен. Возврат к нему, Игорь чувствовал это всем существом, был уже невозможен. Секс с этого дня стал для него религией, а Анжела пророком, явившейся в прекрасном образе царицы этого необъятного океана чувственной страсти.

Бледные тени плотского удовольствия, которыми он пробавлялся до сих пор, были уничтожены чувственно-монолитным образом Анжелы. Игорь с разочарованием подумал, сколько усилий и времени было потрачено на суррогаты в поисках истинного воплощения идеала секса. Только сейчас он понял, что искал его всю жизнь. Но эту сияющую вершину страсти обрел только сегодня.

− Ты проснулся?

Игорь повернул голову. Анжела, с легкой улыбкой смотрела на него.

− Я не хотел тебя будить.

− Напрасно. Я только что видела во сне тебя, поэтому не хотела просыпаться. А ты?

− Если честно, то я выжат, как последний тюбик с краской.

Анжела засмеялась:

− Я тоже. К тому же у меня появился зверский аппетит. Хочу есть!

Она потянулась к Игорю. Опершись на его грудь подбородком Анжела заглянула ему в глаза:

− Ты доволен?

− Нет!

− Почему? – подняла брови Анжела.

− Я разочарован тем, что все у нас так быстро кончилось. Это просто подлость, что сексом невозможно заниматься до бесконечности. А еще лучше умереть от этой сладкой муки.

− Ты романтик! Здорово! Я тоже бы хотела оставаться в твоих объятиях вечно. Но я припоминаю еще один такой случай, который меня превратил в настоящую женщину. Знаешь, когда это было?

− Когда?

− Когда один безумно озабоченный парень чуть не убил меня, насилуя. Не припоминаешь, кто это был?

Игорь долгим поцелуем закрыл ее рот. Через минуту задохнувшаяся девушка вырвалась из его объятий:

− Сумасшедший! Ты меня чуть не задушил!

− Вряд ли… Я знаю, что ты могла тогда закричать, позвать на помощь, и вообще, заложить меня, но ты этого не сделала. Почему?

− А ты сам подумай.

− Понял. Значит, ты сама хотела, чтобы тебя кто-то изнасиловал?

− Ты угадал. Но где было взять такого буйного сексомана? Пришлось ждать случая, − игриво закончила Анжела. − Кстати, а где твой пистолет?

− Какой пистолет?

− Тот, которым ты тогда грозился перестрелять всех, кто за тобой пойдет!

Игорь засмеялся:

− Я пошутил.

Он взял руку Анжелы и потянул вниз. Ткнув ее пальчики в еще не утративший возбуждения член, спросил:

− Чем тебя не устраивает вот такой пистолет?

Анжела потянулась, прижалась губами к его уху и страстно шепнула:

− Этот устраивает. Убей меня еще много, много раз…

Игорь повернулся к ней. Нежно сжимая ладонями упругие груди Анжелы, он повернул ее на спину. Девушка податливо отозвалась. Она смотрела, как губы Игоря захватили грудь у ее основания. Сильными, сосущими толчками его губы продвигались вверх, к ярко-розовому соску. И когда Игорь впился в него, по телу Анжелы прошла волна сладкой истомы. Она будто окунулась в невыразимо-приятное тепло. С силой прижав голову Игоря к груди, Анжела издала звук, какой издает львица, почувствовавшая зубы своего самца-повелителя на загривке. Она с силой прижала голову парня к груди. Едва не задохнувшись, Игорь с усилием вырвался из этих любовных тисков.

Анжела запрокинула голову. Игорь, уже не сдерживаясь, как безумный набросился на груди, покрывая их поцелуями, покусывая соски и сжимая нетерпеливыми от страсти, пальцами. Извиваясь не то от боли, не то от судорог, пронизывающих ее тело, Анжела была не силах удержать крики наслаждения. Первобытная музыка этих гортанных звуков пробудила в Игоре самое древнее чувство – инстинкт обладания самкой.

Он жаждал еще одной любострастной утехи. Желание этого действа стремительно нарастало с каждым криком Анжелы. Он страстно хотел, чтобы то отверстие, которое трубным гласом пробуждает в нем зверя, усладило его изнемогший от напряжения член.

Игорь резко перевернулся на спину. Преодолевая жгучее желание насадить со всей силой ротик девушки на разбухший орган любви, он медленно приблизил ее голову к члену. Анжела расширенными глазами смотрела на это изуверское орудие любовной пытки. Она понимала, что будет. Ей стало страшно. Но зов инстинкта оказался непреодолим.

Анжела осторожно надвинула губки на член. Она медленно смаковала каждый миллиметр этого символа наслаждения. Анжела чувствовала, как пульсирует жаркая кровь по его мощному стволу. Продвигаясь глубже, она все сильнее сжимала колечко губ. И когда стало совсем невыносимым ощущение ее плотной близости, Игорь застонал, протяжно и долго. Он оттолкнул Анжелу. Его член стремительно выбросил протуберанец тяжелой, матово-белой субстанции. Она падала на грудь и лицо Анжелы длинными тяжами, оставаясь на них большими полупрозрачными островами.

Рыкнув, Игорь подтащил девушку. Впившись в ее алые, пухлые губки, он неистово всасывал эти лепестки желания, только что давшие ему возможность пролететь над райскими кущами. Анжела отвечала Игорю тем же. Теребя пальчиками, она ласкала восставший до пределов могучий жезл его члена.

Спазм страсти молнией пронизал его тело сверху донизу. Его корчили конвульсии желания. Он изо всех сил сопротивлялся позыву самца истерзать лежащее рядом нежное, трепетное девичье тело. Его одолевало желание ворваться в распростертое перед ним тело со всей мощью первобытного инстинкта. Рвать, ломать и изгибать в сексуальном экстазе слабую девичью плоть. Услаждать слух стонами и воплями о пощаде и не поддаваться им: выпить сладость этой плоти до дна, до последних проблесков жизни…

Игорь вошел в нее медленно, смакуя каждое ощущение продвижения в теснине девичьего влагалища. Он неотрывно глядел в расширяющиеся зрачки Анжелы. Ее глаза говорили о ее состоянии лучше всех стонов и всхлипываний. Они усиливались с каждым мгновение погружения в Анжелу. Вся полномерная протяженность члена, даруемого природой только избранным любовникам, вдвинулась в лоно девушки. Игорь ясно чувствовал, как отодвигается неподатливое жерло матки, уходя куда-то вглубь, уступая мощному напору члена. Горло Анжелы уже было неспособно издавать звуки. Вырывающийся из него хрип, дал понять Игорю, что он достиг предела соединения.

И едва ощутив всю глубину женского естества, Игорь остановился. Все, что было отпущено природой для слияния двух половин любовного целого, было осуществлено. Они оба свершили таинство причащения райскому блаженству. Игорь выдохнул, отпустил тело девушки и замер. Выдвигая член из влагалища, он как будто готовился к разбегу. На самом краю плоти царства любви Анжелы Игорь остановился. Разбухшая головка члена едва помещалась меж упругих половых губ. Удерживаясь с трудом на этой грани врат наслаждения, Игорь начал постепенно входить во влагалище Анжелы. Он не стал погружаться до конца. Остановившись, Игорь снова вернулся назад. Так началось медленное, размеренное раскачивание молота любви. С каждым разом он проходил все дальше и дальше по плотному, влажному ущелью влагалища девушки. Движения ускорялись, их размах рос. С каждым мгновением удары о лобок Анжелы становились резче и сильнее.

Анжела принимала этого зверя с обреченностью женщины, готовой на муки. Чувствуя в себе огромную плоть члена, Анжела с каждым его проникновением все чаще проваливалась в беспамятство. Она ощущала эти удары, как вспарывание ее нежного, упругого живота. Мельком, в просветах сознания, она видела, как под ударами желанного орудия сладостной пытки вздымается кожа у пупка. Игорь все сильнее раздвигая ее ножки, вдруг запрокинул их к голове Анжелы. Вся совокупность ощущений разом обрушилась на страдающее тело девушки. Боль, экстаз, оргазмические импульсы и наслаждение, − все смешалось в едином потоке.

Анжела не чувствовал ни времени, ни своего тела. Было только неземное парение в каком-то пространстве блаженства и страсти. Даже боль превратилась в особую чувственную приправу. Анжела выпорхнула из этого мира. Осталась лишь неутолимая жажда бесконечной сладкой истомы…

Это походило на безумство. Они насыщались друг другом без перерыва, час за часом. Впадая во временное забытье и снова пробуждаясь, они овладевали друг другом так, как хотел каждый из них. Совокупление даже не стояло в главном приоритете. Все тело было источником наслаждения. Эти двое убивали себя желанием пресытиться и не могли достичь его. Изнеможённые, полубессознательные, их тела представляли собой чистый идеал единой плоти. Они стали древними богами любви и страсти. Венерой и Эросом…

Сумерки чуть прикрыли наготу любовников. Анжела очнулась первой. Едва поведя рукой, она наткнулась на бесчувственное тело Игоря. Анжела попыталась его растолкать, но это было бесполезно. Все равно, что пытаться пробудить каменное изваяние.

Она слезла с постели. Шатаясь, добрела до кухни. Открыв холодильник, Анжела взяла первое, что попалось под руку, − кусок холодного мяса и банку пива. Опустившись без сил около холодильника, даже не закрыв его, Анжела вгрызлась в застывшую, безвкусную свинину. Откусив кусок, она сдернула крышку с банки и, припав к горлышку, без остановки выпила почти половину. Откинувшись на холодный металл корпуса холодильника, Анжела перевела дух.

Придя в себя, она поднялась, пошарила на полках в холодильнике. Обнаружив там бутерброды с колбасой, она взяла еще одну банку пива и вернулась в комнату. Она посмотрела на кровать. Игорь все еще лежал в той же позе. Анжела положила бутерброды и банки с пивом на столик. Прыгнув на кровать, она затормошила Игоря:

− Вставай, соня! Хватит притворяться, что валяешься без памяти!

Игорь пошевелился. Приоткрыв глаза, он страдальчески простонал:

− Нет, я не встану… Бросьте меня здесь…

− Ну вот еще! Пойдем, перекусим! Уже вечер, а во рту не было ни крошки. Там пиво и бутерброды! Вставай, вставай!

Анжела схватила Игоря за руку и потащила. Игорь застонал:

− И откуда в тебе столько сил! Ты прямо ведьма! Выпила из меня всю энергию и вытянула все жилы…

Анжела засмеялась:

− Сам хорош! Измочалил меня, как бык-производитель!

− Конечно! А кто орал: «Еще, еще, еще…!». Я чуть концы не отдал, чтобы ты успокоилась! Вампир энергетический!

Накинув пледы, они уселись за столик. Анжела протянула Игорю бутерброды. Торопливо глотая их и запивая длинными глотками пива, оба любовника ели молча. Иногда, в перерывах между жеванием и глотанием они обменивались улыбками, взглядами, полных нескрываемого желания. В их взглядах не было того, что касалось бы чувства любви, нежности, признательности. Ничего, кроме плотской страсти обладания. Они желали друг друга как животные, подчиняясь зову инстинкта плоти. Подступавшая ночь обещала быть жаркой, изматывающей, беспощадной битвой. И ставкой для каждого из них в этой ночи было божественное наслаждение. Ничего, кроме наслаждения.

И был вечер… И была ночь… В полусумраке ночника на обширном подиуме страсти, блестя влажными округлостями, извивалось нечто женско-мужское. Прихотливые позы перетекали из одного немыслимого положения в другое, такое же невозможное для человеческой конструкции. Казалось, от пароксизма страсти стонал и раскалился воздух. То вздымаясь вверх, то ломаясь под напором телесной силы, они отдавались делу совокупления с такой истовой энергией, как будто им было отпущена последняя ночь в их жизни.

Анжела в последних искрах сознания отмечала места проникновения в нее всплесками боли. После буйного взламывания гигантской машиной парня ее изнурённого влагалища, наступила очередь другой узкой, тесной тропинки любви. Игорь, рыча от переполнявшего его предела возбуждения, ломился в непроходимое отверстие анала с беспощадной силой дикого зверя.

Отпихивая от себя закаменевшее от напряжения тело парня, Анжела плакала от разрывающей ее боли. Игорь был невменяем. Он не замечал ни ее плача, ни ее тонких, изящных рук, изо всех сил упирающихся в его бедра. Протискивая головку члена в едва видную точку меж плотного ущелья ягодиц, он словно тисками сжимал бедра Анжелы. Насаживая ее на член, все глубже входивший в запрещенное природой отверстие, Игорь хрипел от усилия напряжения.

Тело Анжелы восприняло его произвол как лишение девственности. Оно отозвалось диким вскриком, дернувшись в судороге женского отчаяния и безнадежного испуга. И, вместе с тем, испустив несколько капель крови, это девственное место пропустило в себя извечное мужское начало, − член ослепленного страстью самца.

Ночь торопливо покидала это место невероятной битвы, будто не в силах выдержать его жара. И только к утру, когда засеревшее за окном небо впустило робкие струйки света, поразительная химера человеческой субстанции распалась на две половинки. Спасительное беспамятство дало им возможность пару часов на то, чтобы вновь обрести индивидуальность. Они снова стали Анжелой и Игорем…

Очнувшись от забытья, Анжела некоторое время смотрела на спящего любовника. Его профиль едва вырисовывался на фоне стены. Но даже в таком свете она различала его красивое, медальной чеканки, лицо. Она прикоснулась пальчиком к его переносице и провела им по носу. Игорь наморщил нос и чихнул. Потерев ладонью нос, он открыл глаза:

− Ты уже не спишь?

− Как видишь.

− Ага. Нашла забаву, − будить человека изуверским способом.

− Тебя только так можно разбудить!

− Сколько времени?

− Я думаю, пора вставать. У тебя есть кофе?

− Поищи там, на кухне. На полке металлическая коробка. Растворимый еще остался.

− Отлично!

Анжела спорхнула с дивана легким мотыльком. Игорь, глядя ей вслед, будто разглядывал ее впервые. Прошедшая ночь не оставила в памяти ничего зримого. Только чувственные ощущения тела подсказали ему, что с ним приключилось нечто божественно-чудесное. Игорь не мог даже соотнести это ощущение с сексом. Его тело было напитано такой густой аурой блаженства, что пошевелиться и упустить хоть ее миг, было бы непоправимой потерей. Его тело уплывало куда-то в волнах мистической неги. Он закрыл глаза. Не было сил встать, даже думать об этом…

− Ты еще валяешься, лежебока! – раздался голос Анжелы. – Быстро вставай и в ванную! Не то кофе застынет!

Игорь со сладким стоном откинул голову на подушку и томно проговорил:

− Ну ты прямо как моя бывшая! Делай то, делай это… Ну-ка, иди сюда, я тебе покажу, как будить мужчину!

− Ага, разбежалась! У меня нет времени на такие глупости!

Игорь со стоном перевалился на бок и сполз с дивана. Сделав вид, что хочет поймать Анжелу, он довольно усмехнулся, когда она с визгом умчалась на кухню.

− Ты хоть бы оделась, гурия небесная! Глядя на тебя весь аппетит пропадает! – бросил Игорь, исчезая в ванной.

Когда он появился на кухне, Анжела была уже одета. Покончив с завтраком, они засобирались на выход. Игорь, прижав к себе девушку, спросил:

− Вечером встретимся?

Анжела вздохнула:

− Никак не получиться. Ты же знаешь, у меня скоро свадьба.

− Ну и что? Одно другому не мешает. Разве тебе было плохо? Почему тебе надо выходить за того урода? Плюнь на него!

− Нет, мой сладкий. Это жизнь. Секс, даже невозможно чудесный, не заменит реалий действительности.

− Я не могу понять, на что ты размениваешься! Деньги, какие угодно, не наполнят жизнь чувствами. Суррогатами можно, но они быстро надоедят. Я знаю только один вид отношений, которыми невозможно пресытиться, − это настоящий, не купленный секс. Твой перезрелый урод никогда не даст тебе того, что было между нами и на полпроцента! Только свобода в желаниях! Это единственная стоящая вещь в жизни!

− Я это знаю! Но есть еще одна вещь, которая меня все время мучает. Пока у меня есть то, что прельщает мужчин, я хочу использовать по максимуму! Быть и богатой, и независимой! Я хочу, чтобы ты меня понял…

Игорь хмуро слушал ее. Он даже не представлял себе, насколько Анжела практична и рассудительна. В ее двадцать три года понятия Анжелы о жизни равнялись опыту пожившей мудрой женщины. Он иронично хмыкнул и сказал с нескрываемой желчью:

− Понятно! Первое ты уже получишь, а со второй твоей половиной представления о жизни еще проще. Любовников можно найти на каждом углу. Это для тебя не проблема! Так что наши отношения скоро станут историей!

Анжела засмеялась:

− Глупенький! В наших отношениях это ничего не меняет. Мы будем встречаться, когда это будет надо. Я тебя не оставлю. Даю слово. Ты мне очень нужен. Сегодня ночью я это поняла. Такого, как ты, мне не приходилось встречать никогда. Что-то говорит мне о сходстве наших характеров и отношения ко всему житейскому. Так что не стоит хмуриться.

– Ладно, проехали. – засмеялся Игорь. – Пойдем, я тебя провожу. Прогуляемся немного. Мне надо в художественный салон, прикупить кое-что из красок.

Выйдя из метро «Парк Культуры» они, перебрасываясь пустяками, медленно поднимались к Садовому кольцу. Не доходя до художественного салона, Анжела увидела роскошный бутик.

– Игоречек, миленький, я заскочу сюда. Ты иди, я догоню тебя у художественного салона. Ну очень хочется зайти сюда. Девочки говорили о нем как раз вчера.

– Да иди же, чего ты у меня спрашиваешь, как будто я тебе муж или жених. Ты девочка самостоятельная, так что вперед. Найдешь меня в салоне.

Анжела упорхнула в бутик. Едва Игорь сделал шаг, как почувствовал, что его трогают за руку. Около него стояла цыганка. Из-под платка выбивались седые пряди, а ее руки, высохшие до пергаментной кожи на косточках пальцев, теребили рукав водолазки Игоря.

Глядя вслед Анжеле, она попятилась назад с изменившимся лицом, как будто увидела перед собой не молодую красивую девушку, а хладный труп мертвеца, забормотала:

– Подожди, молодой, красивый, дай сказать-погадать. Скажу всю правду, что было и что с тобой будет. Тайну скажу, тебе жизнь спасет. Уходи от нее. Погубит она тебя. Вижу смерть рядом с тобой, красивую и молодую. Пришьет, ненасытная, тебя к себе неразрывной силой. Погубит тебя ее сила. Никого ты не сможешь до себя допустить. Высосет она твою мужскую силу, заберет на утеху себе, а ты еще будешь благодарен ей… Беги, парень, пока можешь.

Игорь засмеялся:

– Ох, как страшно! Смотри, упаду в обморок, загребут тебя менты. Вон, патруль едет на тачке. Хотя за труды держи.

Игорь протянул полтинник старухе. Та молча взяла, бросила исподлобья короткий взгляд. Что-то невнятно пробормотав, цыганка быстро засеменила прочь. На мгновение Игорю показалось, что свет померк. Плотная, тяжелая тьма сдавила голову. Свистящий гул пронзил виски. Игорь с силой сжал веки. Мотнув головой, он несколько раз вдохнул воздух. Но наваждение так же быстро исчезло, как и старая цыганка: «Вот черт, колдунья хренова! Гипноз в чистом виде! Странно только, что он подействовал на меня…».

На работе Игорь был замкнут и молчалив. Виктор участливо спрашивал: «Трудная ночка выдалась?». Но Игорь не реагировал на его подначки. Он обдумывал варианты встреч с Анжелой. Что-то заставляло его все время думать о ней. Такое с ним случилось впервые. Он не думал, что это любовь. Он чувствовал, что его ощущения и чувства намного глубже, чем любовные ахи и охи. Его чувство рождалось в глубине самой натуры, в ее корнях. Такое Игорь не мог отстранить, не мог унять, избавиться. Оно сидело в его клетках всего тела, в глубине мозга, как потребность жить. Это было похоже на колдовство…

Пару следующих дней Игорь изнывал от желания увидеть Анжелу. Он накручивал себя, что не смог взять номер мобильника Анжелы. Она категорически отказалась давать свой номер. «Родители нервничают, когда звонит мужчина!». – было ее объяснением. Он поверил этой глупой отговорке. А теперь вечерами, изнывая от любовной тоски, ходил по квартире, как больная собака на поводке. Ни работать, ни заняться чем-либо еще он был не в состоянии.

Стоило ли слушать ее, тем более, что свадьба Анжелы сильно усложнила бы их любовные утехи. Мысль о том, что в тот момент, когда они могли бы лежать в объятиях друг друга, тот хмырь будет целовать пальчики на ножках его Анжелы, доводила его до исступления. Она со смехом говорила, что ее мешок с деньгами женится на ней, чтобы иметь вывеску в дополнение к своим миллионам.

Бизнесмен был годами еще не стар, но уже потерял все качества нормального мужчины. Видимо, случилось это с ним в тюрьме, о чем мельком слышала Анжела. Его нетрадиционная ориентация имела свои корни из тех шальных времен. Это утешало их обоих – каждого по своей причине.

Другим странным свойством ее будущего толстого банковского счета было пристрастие к своей драгоценной матушке. Увидев ее в первый раз, Анжела чуть было не расхохоталась. Перед ней стояло нечто усатое, длинноносое, в чепчике и невообразимого цвета балахоне. Когда ее будущий муженек представлял своей мамаше, та гулким басом прогудела: «Этой цыпе хватит и крошек. Молодец сынуля». Разменяв шестой десяток, ее единственный отпрыск так и не женился ни разу. Оттого у него не было ни прямых наследников, в виде братьев, сестер, двоюродных или троюродных племянников, ни любых других претендентов на баснословное состояние.

Сквозь смурное настроение пробился истошный дверной звонок. Игорь подскочил к двери и распахнул ее. Перед ним стояла Анжела. Ее вид поверг Игоря в изумление. Он не мог себе даже вообразить, насколько может исказить личико ангела кипящая на нем злость, ярость и отчаяние.

Ни слова не говоря, Анжела проскочила в комнату. Бросившись с рыданиями на диван, она залилась потоками слез. Минут десять ее сотрясала нервная дрожь. Игорь метался вокруг нее, пытаясь успокоить бьющуюся в истерике девушку. Наконец, она подняла на Игоря искаженное гневом и злобой лицо:

− Этот… гадина, он… он! Сволочь, тварь мерзкая! Как он смеет!..

− Да скажи ты толком, кто это? О ком ты?

Не ответив, Анжела уткнулась лицом в подушку и запричитала:

− Нельзя, нельзя, чтобы Ефим узнал! Игорь, родненький, помоги! Мне больше не к кому обратиться! Он все испортит, сволочь, сволочь!..

Оторвав лицо от подушки, снова залилась слезами.

Игорь схватил ее за плечи и заорал:

− Кончай истерику! Анжела, я ничего не понял! Кто сволочь? Ты можешь мне внятно все рассказать?

Анжела, раскрыв сумочку, достала зеркальце. Глянув в него, она поднялась и прошла в ванную. Игорь в сплошном недоумении размышлял, что такое могло эту «железную» девчонку так раскочегарить. Ее перезрелый «папик» послал на три буквы? Или бортанул какой-нибудь ханурик в делах? Быть этого не может! Анжела эти ситуации держала под полным контролем. У нее все ходили по струнке. Даже девочки в ее салоне слова не смели пикнуть!

Анжела появилась умытая, подкрашенная. На ее лице застыло суровое выражение. Игорь молча ожидал, что она скажет. Усевшись рядом, Анжела коротко выдохнула:

− У меня проблема.

− Ну, излагай.

− У меня был один знакомый тип. Нас познакомила Виолетта. Я ничего насчет него ничего на планировала. Так, потусить немного. Но этот качок вообразил, что я его собственность. Приставал, выслеживал, надоел до чертиков.

Анжела помолчала. Потом, приподняв платье, показал на бедрах внушительных размеров синяки и ссадины.

− Вчера он подкараулил меня вечером у моего дома. С ним был его дружок, такой же дебил, как и Борис. Они затащили меня в его тачку и привезли на квартиру Бориса. Там он предъявил мне свои требования. Если я не стану его постоянной любовницей, он расскажет моему «папику», что я собой представляю. А в задаток того, что я буду паинькой, сейчас же обслужить их по полной программе. Они сидели и ухмылялись. Я отказалась. Мне пришлось отбиваться от них. Не знаю, как я догадалась крикнуть, что напишу заявление в полицию, что они меня изнасиловали. Добавив, что за групповуху дадут им по максимуму. Качки, хоть и здоровые на вид, струхнули. Когда я уходила, Борис, эта мерзятина, обнадежил меня, что я могу распрощаться со своим бизнесменом… Все пропало. Я знаю этого дебила. Я столько вложила сил и времени на этот вариант, что лучше мне не жить. Такое подворачивается раз в жизни. Девочки вон говорят, что мне судьба сделала подарок! И так глупо его упустить…

Анжела понуро опустила голову. В течении всего ее рассказа Игорь наливался тяжелой злобой. В нем разгоралась прежняя нервическая идиосинкразия. Мужское тело имело для него абсолютное значение неприкасаемости. При встрече с кем-либо из мужиков, Игорь старался не здороваться за руку, настолько ему было неприятны такие прикосновения. Он понимал, что его природа породила в его натуре абсолютные полюса чувственности. От отвращения к голой мужской плоти до умопомрачительной страсти к женскому телу.

С Анжелой все было понятно. В ней сошлись все его идеалы. К тому же, ее будущий муж не вызывал в нем такого отторжения, как остальные мужики. Он прекрасно понимал, что удержать Анжелу с его возможностями можно только на сексуальном фронте. Тут он был ее повелителем. Но во всем остальном он не представлял для Анжелы интереса. Зная ее жизненное кредо, Игорь вынужден был смириться с таким положением. И теперь, понимая, что какой-то отброс может все порушить, привело его в состояние бешенства. Надо было что-то срочно придумать.

− Вот что, Анжелка! Сделай так: позвони этому ублюдку сейчас же. Скажи, что все обдумала и согласна на отношения с ним. Но попроси пару дней подождать, придумай что-нибудь. Я за это время все устрою.

− Что придумать? Я не знаю…

− Слушай… что-нибудь по-женски, ну, вроде менструации. Как раз пару дней мы будем иметь для дела.

Анжела, просветлев лицом, согласно кивнула. Игорь подошел к шкафу и достал оттуда мобильник.

− Звони. Этот мобильник для разных экстремальных случаев. Я с него никогда не звоню. Если что, симку я выбрасываю и дело с концом.

Анжела взяла телефон. Ее руки заметно подрагивали, когда она набирала номер. Ей ответили сразу. Анжела тихо сказала:

− Борис, это я… Прости, что наговорила всякого. Я согласна на отношения. Только без твоих дружков… − поспешно добавила она.

Игорь слышал довольное рокотание баритончика. Он долго распотекался в нравоучениях. Наконец, что-то спросил. Анжела торопливо ответила:

− Борис, извини, у меня сейчас женские дни. Я их переношу болезненно и приходиться глотать таблетки. Через два дня я приду в норму. И сразу же приеду к тебе…

Недовольный голос Бориса что-то проворчал в трубке. Анжела поспешила успокоить его:

− Я помню твои предупреждения. Не сомневайся. Я обязательно приду…

Анжела положила мобильник.

− Все. Он сказал, что будет следить за мной.

− Отлично… Пока ты говорила, я кое-что придумал. Проблему решать надо в корне. Этот мудила просто так не отстанет. Его надо нейтрализовать. Совсем.

− Ты… как это, о чем говоришь?

− Я думаю, ты понимаешь, о чем я…

Игорь привлек к себе Анжелу. Сжав ее грудь, он впился в ее губы жадным, долгим поцелуем. Анжела прервала его намерения продолжить близость с ней торопливым извинением:

− Прости, Игорь, я сейчас не в состоянии чем-нибудь заниматься. Меня колотит и трясет. Прости, милый…

− Ладно, успокойся, отставим это дело.

Поцеловав ее, Игорь отстранил от себя и, серьезно глядя в глаза, сказал:

− Тебе надо сделать вот что. Найти в интернете на сайтах сдачи внаем квартиры какую-нибудь, по любой цене. Главное, чтобы она находилась в спальном районе. Подальше от центра. До завтра это надо будет сделать обязательно. Как только найдешь подходящую, немедленно приезжай ко мне. Я займусь остальными делами…

Проводив Анжелу, Игорь заметался по квартире. Из особых потайных углов он доставал особые принадлежности. Разложив на столе все необходимое, он включил подсветку под огромной, на штативе, лупой. Достав паспорт, Игорь внимательно рассмотрел страницу, на которой находились данные о его личности. Ламинированная поверхность страницы не давала возможности четко просмотреть на просвет водяные знаки. Это было кстати. Для его целей этого было достаточно.

Игорь не заметил, как пролетела ночь. Работа над исправлением паспорта требовала ювелирной усидчивости. Закончив последние штрихи, Игорь устало потянулся. До прихода Анжелы еще оставалось время. Он быстро собрал все со стола. Спрятав паспорт, Игорь прошел на кухню. Соорудив себе завтрак из пары яиц, бутерброда с колбасой и чашки кофе, он проглотил его в один присест.

Ожидая Анжелу, Игорь еще раз прокрутил всю цепочку действий. Все было просто. Снять квартиру по подложному паспорту и заманить туда Бориса. Игорь не сомневался, что у него хватит духа, чтобы прикончить эту мерзкую падаль. Они с Анжелой полностью вечером обговорили все детали. Ничего не должно дать сбоя. Анжела со своей стороны заставит Бориса поиграть в ролевую игру.

Стоя перед ней с повязкой на глазах и связанными руками, он во время совокупления будет разыгрывать что-нибудь из экстремального секса. Когда Борис войдет в азарт, Анжела стискивает его ногами и обхватывает руками изо всех сил. Игорь незаметно появится из укрытия и сзади набросит удавку. Анжела предупреждала, что Борис силен как бык. «Посмотрим, какой он бык…» − со спокойным озлоблением подумал Игорь.

Анжела появилась с небольшим опозданием. Влетев в квартиру, она, ничего не объясняя, раскрыла сумочку.

− Вот.

Анжела протянула Игорю конверт. Раскрыв его, он увидел пачку купюр.

− Сколько здесь?

− На задаток и первый месяц оплаты хватит.

− Где квартира?

− В Мытищах. Там в новостройке. Еще не весь дом заселен. Так что нам будет спокойно.

Игорь достал мобильник.

− Говори номер.

Дождавшись ответа, он деловито осведомился о нужных данных. Договорившись с хозяйкой квартиры о времени встречи, Игорь спросил:

− Девочка моя, у нас все в порядке?

− Не волнуйся. Я сделаю все как надо.

− Так, у нас есть время. Я хочу тебя. Немедленно. Всю…

Они, не раздеваясь, распластались на диване. Войдя в Анжелу, скорее всадив во влагалище мгновенно вставший член, Игорь опять ощутил ее тело, как будто произошло это с ним впервые. Анжела подняла бедра навстречу взявшей ее неукротимой силе. Было что-то сатанинское в их слиянии. Удары тел, стоны и рык, − все звуки сливались в единую симфонию, порожденную взрывом природного инстинкта. Игорь, наслаждаясь жадными губами ее полной грудью, одновременно пронзая Анжелу снизу, будто стремился слиться изнутри единым кольцом своей плоти в девичьем теле.

Анжела принимала Игоря, раскрывшись всем телом. Ей уже было безразлично, что с ней происходит. Экстаз оргазмов захлестывал ее долгими приступами наслаждения. Эти двое познавали сейчас райское блаженство, которое простым смертным было обещано лишь после кончины…

Глава 4

Игорь

Анемичная тетка вяло пролистала паспорт Игоря. Подняв на него глаза, сказала:

− Мои условия знаете. Задаток и оплата вперед.

− Хорошо.

Игорь протянул конверт. Тетка не глядя бросила его на столик.

− Можете заселяться. Предупреждаю − никаких гулек и музыки.

− Не беспокойтесь. Я человек тихий. Жены у меня нет, детей тоже.

В глазах дамочки мелькнуло что-то вроде интереса.

− Неужели? И что так? Мужчина вы видный.

− Работой занят, − коротко бросил Игорь. – Некогда, знаете ли.

− Нехорошо, − укоризненно покачала головой тетка. – Мужчинам нужен уход, забота. Так и быть, я заеду к вам вечерком и помогу по хозяйству. Не возражаете?

− Ради бога, − сухо бросил Игорь. – Только позвоните перед этим.

− Конечно, − расплылась в любезной улыбке тетка.

Выйдя на улицу, Игорь поискал глазами Анжелу. Та сидела неподалеку на скамейке. Увидев Игоря, Анжела быстро вскочила.

− Ну, что?

− Все в порядке. Сегодня позвонишь этому качку и назначишь встречу назавтра. Сейчас едем на хату. Надо все приготовить и распланировать. Тачку надо поймать.

Игорь прошел к обочине и поднял руку.

− Когда ты свою машину возьмешь из ремонта?

− Там надолго. Приятель уделал ее всмятку! Дал ему сгонять на дачу, вот он и сгонял… нажрался самогону и на обратном пути не вписался в поворот. Хорошо еще, что жив остался. Меня за него в ГИБДД затаскали: зачем давал, почему без доверенности, и еще куча тому подобного. Нагрел он меня на приличные бабки. Ну, ремонт за его счет, а вот вся подмазка и отмазка обошлись мне в кругленькую сумму…

Около них тормознуло такси. Игорь усадил Анжелу, сел впереди и назвал адрес. Водитель вяло среагировал на информацию:

− Эти новостройки, как грибы вылазят. Там черт ногу сломит. Навигатор там не фурычит. Пока найдешь адрес, − бензина сожжешь немерено. Сколько дашь, командир?

− Два счетчика устроит?

Водила, не говоря ни слова, вырулил в левый ряд и дал газу.

К полудню они привели все в квартире в порядок. Игорь инструктировал Анжелу, заставляя ее повторять по нескольку раз, что она должна делать. Анжелу это раздражало. Ей и так было понятно, чем для нее все кончится в случае неудачи.

Игорь видел, что его подруга нервничает. Но он намеренно подогревал ее состояние своими вопросами и наставлениями. Анжела должна была не только их понять. Она должна была все задержать в голове. Только так можно иметь шанс на успех.

После часа разговоров они успокоились. Анжела несколько порозовела после такой нервотрепки. Они оба прекрасно понимали, что ей придется делать. Секс с Борисом, которому от нее надо было все, не позволял Анжеле как-то халтурить. Чтобы он ничего не заподозрил, Анжеле придется выкладываться по полной. Она при одной мысли, что ею будет овладевать ненавистная мразь, вызывала у нее мелкий озноб.

Игорь, напротив, был сосредоточен и деловит. Он тоже понимал, что его Анжелу при нем будет трахать непотребная тварь. Эти мысли рождали в нем бесповоротную решимость.

Время поджимало. Как ни хотели оба оказаться в объятиях друг друга, пришлось задавить в себе это нестерпимое желание. Игорю пора было показаться на работе. Под предлогом разговора с заказчиком рекламы, он выиграл себе с утра пару часов. Анжеле тоже нужно было в салон. «Не то моя кодла профилонит работу». – пояснила она, имея в виду девочек-маникюрш и парикмахерш.

Сняв с себя накладной парик, усы и бородку, он завернул их в пакет. Туда же бросил темные очки и защечные вставки. В этом гриме Игоря трудно было узнать. Весь этот реквизит он использовал в мастерской для создания неких характерных персонажей, которыми заполнял свои холсты. Осталось сделать главное. Игорь протянул Анжеле запасной мобильник.

− Звони. Договаривайся на завтра вечером…

Игорь намеренно заставлял Анжелу звонить при нем. Он хотел полностью контролировать ситуацию. Если что пойдет не так, можно тут же переиграть на другой вариант. После короткого проигрыша Анжеле ответили.

− Привет, Борис. Это я… Ну да, вот звоню. У меня уже все в порядке. Завтра мы сможем встретиться… Что? У меня, вечером, часов в девять. Нет, раньше не смогу… Запиши адрес. Я живу в новой квартире. Мне мой «папик» купил двухкомнатную квартирку. Это в новостройке в Мытищах. Не удивляйся, я только что въехала, так что из мебели только диван и кое-что еще. Ну, да… нет, резинки у меня есть…

Анжела продиктовала адрес. Игорь слышал весь разговор по громкой связи. Борис, пуская слюни, уже заранее смаковал предстоящий секс. Пересыпая сочными подробностями как он будет трахать Анжелу, еще минуты три предавался своему распаленному воображению. Анжела, глядя на Игоря, стискивая зубы, все больше бледнела. Игорь показал знаком: «Пора кончать». Уловив паузу в потоке сладострастной брехни Анжела сказала:

− Ну, все, Боря. Договорились. Не опаздывай. Жду тебя с нетерпением.

Выключив мобильник, Анжела отбросила его на диван.

− Ничего, девочка моя! Он свое получит. Не сомневайся и не бойся. А теперь пошли…

Сидя в душном шкафу Игорь обливался потом. Парень, которого Анжела звала Борисом, пришел вовремя. Он был почти одного роста с Игорем, но мощнее торсом. На нем рельефно перекатывались мышцы, особенно когда он поднимал Анжелу. С размаху насаживая ее на член, он взревывал от переполнявшего его возбуждения. Анжела молча терпела. Как и было условлено, Борис сначала получил полную свободу действий.

Иногда зажмуривая глаза, чтобы не сорваться, Игорь отчаянно пересиливал свою натуру. Ему безумно хотелось выскочить и рвать голыми руками мерзейшее тело потного мужика. В голове стучало так, что ему казалось, что этот стук слышен на всю квартиру. Красное марево, − индикатор градуса злобы и отвращения, − застлало глаза. Через приоткрытую дверцу шкафа Игорь видел мелкую, невзрачную принадлежность Бориса, какую и членом назвать было стыдно. Борис со сладострастной злобой запихивал все, что имел, в рот Анжеле. Анжела молча давилась этим огрызком с парой волосатых яичек.

Насладившись минетом, Борис вознамерился продолжить траханье. Анжела остановила его:

− Боря, я очень хочу поиграть в ролевую игру. Тебе это понравиться.

− Да? И что ты хочешь?

− Давай я завяжу тебе глаза и руки за спиной. Как будто ты пленник, а я царица. Увидишь, это будет здорово. Я лягу на диван, а ты подойдешь, станешь на колени. Когда ты войдешь в меня, я буду кричать, извиваться. А ты представишь, что даже в таком положении, как пленник, трахаешь царицу, как хочешь.

− А че? Ништяк! Ну-ка, давай, организуй!

Анжела быстро достала приготовленную повязку на глаза и прочный пластиковый хомутик. Затянув хомутиком заведенные назад руки Бориса, она начала завязывать ему глаза.

− Че у тебя руки дрожат? – со смешком спросил Борис. – Возбудилась, что ли?

− Конечно? Это так прикольно!

Игорь видел, с каким трудом даются Анжеле эти минуты. Но она продолжала делать все как надо. Борис, расположившись на коленях, скомандовал:

− Ну, давай, ложись. Сейчас отъ…бу эту царицу по-полной!

Анжела легла. Борис расположился меж ее широко раздвинутых ножек. Анжела взяла его член и ввела во влагалище. Рыкнув от предвкушаемого удовольствия, Борис с силой начал фрикции. Игорь понял: «Пора».

Приготовив удавку, он, бесшумно выбрался из шкафа. Потная, мощная шея Бориса манила сжать ее, сломать хребет и давить так, чтобы этот ублюдок изошел хрипом, пуская пузыри. Увидев Игоря, Анжела закрыла глаза. Игорь набросил удавку.

Борис сипло вскрикнул. Он рванулся всем телом. Игорь из последних сил удерживал его. Сомкнув сзади ноги в замок на туловище Бориса и обхватив его руками, Анжела повисла на нем. Борис бился, как огромная гора мышц, но ничего поделать не мог. Игорь, накачанный лютой ненавистью, превратился в стальной капкан.

Все кончилось быстро. Гора мышц затихла и осела. Игорь для верности удерживал удавкой тело Бориса еще с полминуты. Затем отпустил. Тело медленно завалилось набок. Тяжело дыша, Игорь смотрел на Анжелу. Он не мог понять, почему она улыбается. Его трясло от напряжения. Отбросив удавку, Игорь осмотрел руки. На правой руке из-под ногтей показалась кровь. Он выдохнул и глянул на Анжелу:

− Ну, что, дело сделано. Иди ко мне.

Но Анжела, ни слова не говоря, поднялась и быстро скрылась в ванной. Игорь стащил с дивана покрывало и накрыл тело Бориса. Отойдя к столу, он без сил опустился на стул. К горлу подступал тяжелый комок. Он сглотнул. Только теперь Игорь ощутил, как его бьет колотун. Он перевел дух. Глядя на появившуюся из ванной Анжелу, Игорь еще раз подивился ее самообладанию. На ней было обернутое вокруг тела полотенце. Не глядя на прикрытое тряпкой тело Бориса, Анжела подошла и уселась рядом.

− Намучился? – с необычной нежностью спросила она.

Игорь вдруг ощутил подступившую слабость. Он растерянно кивнул и показал пальцы:

− Силен был бычок… Аж до крови пришлось держать…

− Ничего. Дай мне пальчики.

Анжела наклонилась и взяла их в рот. Игорь чувствовал ее язычок. Он нежно касался ноющих от боли пальцев. Чуть спустя Анжела выпустила пальцы.

− Полегчало?

Игорь кивнул:

− Полегчало.

− Прекрасно. Давай хряпнем по рюмке коньяка.

Анжела потянулась и взяла бутылку. Налив, она протянула рюмку Игорю.

− Как ты сказал: «Дело сделано». За это выпьем.

Они чокнулись и разом опрокинули рюмки. Анжела тут же, не говоря ни слова, наполнила рюмки еще раз и уже без слов они повторили то же самое. Некоторое время они сидели молча, глядя друг на друга. Потом, не сговариваясь, встали. Подойдя к дивану оба не торопясь, легли. Анжела раздела Игоря и, притянув его к себе, шепнула:

− Милый, родненький, сними с меня скверну…

Совокуплялись они медленно, наслаждаясь самим процессом, близостью и возможностью обладать друг другом без спешки, дикого напряжения чувств и желаний. Они делали дело. Оно было главным в их жизни. И совсем неважным был для них лежащий рядом труп врага. Он только усиливал это спокойствие, обнажая понимание того, что их теперь связывает нечто большее, чем простой инстинкт.

В десятом часу они засобирались. Игорь придирчиво осмотрел Анжелу. Она должна была выглядеть маленькой, скромной девочкой. Он попросил повязать голову платком. Никто из встреченных в доме не должен запомнить ее лица.

− Уходить будем по одному. На пару обратят внимание. А так, проскочила и все. Никто не запомнит. Голову держи ниже. Воротник плаща подними.

Игорь прижал Анжелу, страстно задержался на ее губах в поцелуе. Открыв дверь, он проверил лестничные пролет. Все было тихо. Анжела выскользнула, и мышкой шмыгнула до лифта.

Закрыв за ней дверь, Игорь не стал задерживаться. Нужно было уходить. Черт знает эту перезрелую тетку-хозяйку! С нее станется! Припрется, кобыла озабоченная, как пить дать! Терпелка у нее уже тогда была на пределе! Все, ходу!

Игорь так и не узнал, что было потом в этой квартире. Наверняка хозяйка обнаружила красавца-парня в своих апартаментах. Классный для нее сюрпризик образовался в виде окоченевшего трупа! На всю жизнь память!

Думая так, Игорь ни мгновения не сожалел о сделанном. В нем сработал высший инстинкт самца, убирающего со своего пути конкурентов. Он всегда был максималистом в главном стержне своей натуры. Женщина должна принадлежать только ему. Никто не смеет прикоснуться к ней без последствий.

Считанные дни пролетели чадным маревом. Игорь мучился и не находил себе места. Он знал, где будет проходить бракосочетание Анжелы с ее «денежным мешком». По настоянию Анжелы регистрация должна состоятся в Москве. Как ни уговаривал «папик» Анжелу провести торжественное событие где-нибудь в Лас-Вегасе в совокупности с медовым месяцем, ему в конце концов пришлось уступить непременному условию своей очаровательной невесты. Никто не мог понять ее упрямства. Даже Виолетта, покрутив пальцем у виска, махнула на дурынду-подругу рукой.

С каждым часом желание оказаться там, все сильнее обуревало Игоря. Преобразив себя в фантом с помощью полного грима, он в назначенное время свадебной церемонии оказался у старинного здания «грибоедовского» ЗАГС’а. К зданию было не протолкнутся. Толпы приглашенных теснились в веселом возбуждении. Такая толкучка была как нельзя кстати. Игорь без помех прошел мимо охраны в зал регистрации.

Зал был поделен надвое. Стена цветов отделяла молодых от приглашенных. Вдоль стены на расстоянии полутора метров друг от друга стояли крепкие, жилистые парни. За ними, висящие на цветочной стене большие телеэкраны показывали помещение регистрации. Игорь увидел на одном из них, сидящую на белом диване Анжелу. Поначалу он не узнал ее. Она была как один большой изысканный букет орхидей. Только лицо ее выделялось из обрамления цветочного орнамента. Оно было спокойно, даже несколько расслаблено-мечтательно. Анжела глядела перед собой, ничуть не обращая внимания на сидящего чуть поодаль лысого, маленького, свиноподобного коротышку. Игорь обратил внимание на его руки. «Папик», таращась в упор на Анжелу, плотоядно потискивал толстыми, как сардельки, пальцами подлокотник кресла.

«Папик» встал. Что-то негромко сказал. Тут же появилась регистраторша, вся в бордово-малиновом облачении. Расцветая улыбкой, она подлетела к Анжеле. Подав руку, регистраторша помогла Анжеле встать. Они проследовали к столу. Чуть сзади, увиваясь роем, суетились фотографы и операторы с телекамерами на треногах. «Папик», выставив вперед приличного размера «трудовую мозоль», раздуваясь от собственной значимости, встал рядом.

Юркнув за стол, регистраторша быстро проговорила положенные ритуальные речевки. «Папик» сделал жест. Подскочивший сбоку амбал протянул ему коробочку. «Папик» открыл ее. Не обращая внимания на регистраторшу, пытавшуюся что-то сказать, он надел на руку Анжелы в белой перчатке, перстень. Бликуя разноцветными искрами во вспышках, перстень во всем своем блеске показал щедрость и любовь избранника Анжелы. Она взяла из коробочки другой перстень. Надев его на палец «папика», Анжела приподняла голову и улыбнулась. «Папик» ринулся к ней с поцелуем. Анжела, почти наголову выше своего недомерка, не соизволила опустить подбородок. Поцелуй вышел комичным и суетливым. «Папик», подпрыгивая пытался сорвать алую вишенку губ своей жены, но все было напрасно. Анжела смилостивилась на несчастным. Наклонившись, она поцеловала вновь испеченного муженька прямо в потную, блестевшую в ярком свете люстр, лысину. Видевшие на экранах приглашенные гости заулыбались, кое-кто робко хихикнул.

Игорь отстоял всю процедуру. Когда новобрачные вышли к гостям, толпище загудело, зарукоплескало и рассыпалось в восторженных поздравительных кликах. Новоиспеченный муж, благосклонно улыбаясь, поднялся на богато украшенный подиум. Распростершаяся над ним арка из светящихся звезд с расходящимися лучами, на концах которых блестели рубиновые капли, придали ему статус небожителя. Его маленькая фигурка, возвысившись над гостями, сразу приобрела значимость и величие. А стоящая рядом Анжела и вовсе превратилась в олицетворение живого ангела.

К ним с поздравлениями потянулась вереница гостей. Папик снисходительно улыбался. Он милостиво протягивал каждому подошедшему руку и, не задерживая, протягивал ее следующему. Очередь шла быстро. Игорь с каменным лицом подвигался к подиуму. Его горящий темный взгляд пронизывал Анжелу. Она не могла не заметить его. И все же ее реакция была непонятной.

Подойдя, Игорь, глядя в упор на Анжелу, сказал:

− Мои поздравления, восхитительная мадонна! Вы прекрасны! Вашему мужу можно только завидовать.

Анжела не подала виду. Ничуть не смутившись, Анжела повернула голову к мужу:

− Фима, познакомься, это один из очень перспективных художников. Он очень талантлив. Мы с Виолеттой видели его картины на вернисажах. Мне так они понравились. Милый, я хочу, чтобы ты купил одну из его картин.

Фима, с хитрым прищуром глядя на Игоря, ответил не сразу. Вымерив его своими маленькими, обрамленных жиденькими поросячьими ресницами глазками, он вяло процедил:

− Дома поговорим на эту тему.

Анжела одарила его ангельской улыбкой. Повернувшись к Игорю, она холодно сказала:

− Я вам позвоню по поводу приобретения ваших картин.

Ее зеленые глаза затуманились. Переведя взгляд на стоящих сзади гостей, она будто забыло о нем.

Игорь вышел на улицу. Черт его дернул припереться на этот чужой сабантуй. У него было ощущение, что его обманули, бессовестно бросив на одиночество. То, что Анжела сегодня была с ним холодна, официальна до чертиков, выбило его из равновесия напрочь.

Возвращался Игорь домой в подавленном и унылом настроении. Растравливая в себе обиду и злость, он брел по пустынному проспекту, не задумываясь куда и зачем. Погруженный в мрачные раздумья, Игорь не обращал внимания ни на что…

− Эй, парень, у тебя не найдется закурить?

Игорь поднял голову. Перед ним стояла худенькая, маленького роста девушка. На ней было коротенькое платье, стрижка делала из нее совсем юную, пятнадцатилетнюю девчонку.

Игорь, глядя на нее исподлобья, хмуро спросил:

− Может, тебе еще и стакан водки налить? Нет у меня курева.

Девушка вздохнула и поджала губы:

− Да я так спросила, для разговора. Скучно…

− Так ты что, всю ночь собираешься скучать?

− А что делать? Моя электричка ушла. Денег на машину нет. Вот и хожу, время убиваю.

− Ну, что ж… Я тоже… убиваю. – Игорь усмехнулся. − Предлагаю провести это мероприятие вместе. Я живу на Кутузовском. Если составишь компанию, то завтра утром отправлю тебя на тачке до твоей электрички. Сойдет?

Девушка наморщила лоб. Глянув испытующе на Игоря, спросила:

− А ты как, сам в порядке? Не маньяк какой-нибудь? Мне говорили, что в Москве их на каждом шагу полно. Только рот разинь!

Игорю вдруг надоела вся эта бодяга. Он положил девушке руку на плечо:

− Тебе не повезло. Ты как раз попала на одного такого. Сейчас затащу тебя в подъезд и отожру что-нибудь, дура набитая! Иди, гуляй!

− Ну я так сказала, от испуга! Извини, что наговорила ерунды.

Игорь не стал слушать ее извинения. Было ясно, что это за птичка, − из молодых, да ранних. И все ее сказки про электричку пустой треп. Тормознув такси, он запихнул на заднее сиденье пигалицу. Сев спереди, он назвал водителю адрес. Подъехав к дому, Игорь расплатился с водителем и приказал девице:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.