Иван Преображенский
Пепельный восход

Глава I. Великий город.

***********

Все началось в Сильторе – великой башне Манарифа, издревле взиравшей на город с края мира Эорот. На закате синие стены твердыни, сливаясь со скалой, на которой она стоит, темным монолитом прорубали бескрайний океан. Связанная с единым материком Эорота лишь длинным узким мостом, она была вечным оплотом власти Кайнаров Империи Азул. Но ныне это символ увядания.

Не увидеть теперь ни ее красы, ни ее важности. Пред взором предстает один лишь купол синий, покрывший башню целиком до самых низших ее точек и сокрушивший мост – единственный источник жизни Башни. Таков каприз безумного Кайнара.

************

Хазар – великое имя. Ас Эльтур – принадлежность великому дому. Соло Манариф- рождение в великом городе. Благозвучие, достойное не менее великого титула КайнАра Империи Азул. Наверняка было сложно превратить эту гармонию звуков в ругательство, но нынешний хозяин Сильтора прекрасно справился с этой задачей.

Любовь в молодости и ненависть в зрелости, а причина банальна – война. Легион за легионом, планета за планетой – все уходило в топку безнадежной кампании. Из года в год лишь одно стремление подчиняло помыслы владыки и пожирало Империю. И бывшие друзья стали врагами. А те, кто прежде верил и любил, теперь клялись убить его при первой же возможности. Таков был результат стремления Кайнара. Таков итог его судьбы.

************

Лишь одно его творение еще не утратило уважения – маленькая дочь Талиса, или просто Тала. Впрочем, не такая уж и маленькая. Она проживает последний цикл перед своим совершеннолетием. Еще 7 месяцев, и ей исполнится двадцать пять.

Черные, как смоль, волосы матери и изумрудные глаза деда. Умное и волевое лицо отца с благородно-прекрасными чертами. В любом другом случае невообразимая популярность в обществе ей была бы обеспечена, но Кайнар решил иначе. Избрав путь затворничества для себя, он навязал его и дочери. Его темница – Башня, ее – собственный дом. Он – Башнир, она – Домовенок.

Друзей ей заменили слуги и гвардейцы, а детское ребячество пало жертвой одинокой реальности. С возрастом ей стали доступны прогулки, но не по воле любящего папы, а лишь благодаря допущению нового командующего ее личных телохранителей. А что же отец? С каждым годом он становился все холоднее и холоднее к собственной дочери.

Как это часто бывает, ребенок считает себя виновным в таком отношении родителя и всячески пытается угодить ему. В детстве Тала часто пыталась проникнуть в Башню, чтобы увидеться с Кайнаром, показать, чему научилась, и доказать, что она достойна его. Надо отдать должное страже – ей редко это удавалось. С возрастом девушка начала понимать, что вина лежит не на ней. Во всяком случае, она так говорила.

Многие с сожалением думали о судьбе девушки. Рано или поздно кто-нибудь из протекторов захочет больше власти. Как известно, Кайнаров не выбирают, а вот убивают их с завидной регулярностью. Но смерть правителя – не повод к власти проходимца. Трон по праву отойдет его юной наследнице и … ее супругу.

Разве кого-то будут волновать детали свадьбы и целые кости у невесты под платьем? Конечно нет. Они лишь пожалеют бедняжку и пойдут пить зановогоКайнара. А через пару недель они же выпьют за ее упокой. Все знали, что это произойдет и произойдет очень скоро. В том числе и Тала, и даже Кайнар. Разумеется, он не мог смириться. Не мог просто сидеть и ждать своей смерти.

***********

Осколок Кара – венец коллекции Хазара – небольшой камушек размером с яблоко, переливающийся всеми оттенками синевы. Великий артефакт, созданный руками этернэла Кара из того же камня, что и эта Башня. Но не имеет значение материал, а имеет значение власть, что Кар вложил в него. Великое защитное заклятие скрывалось в этойбезделушке. Равно великое своей силой и простотой. Любой смертный мог использовать его. Достаточно лишь взять артефакт в руку и пожелать. А Кайнар желал этого.

Вряд ли кто-нибудь из присутствующих в тронном зале до конца осознавал, что происходит и чем это закончится. В центре залы поставили стол, на который возложили Осколок. Хазар взял его в руку и гордо произнес: "Никто не войдет – никто не выйдет".

Всех ослепила синяя вспышка. Из камня повалили сгустки магии. Они просочились сквозь стены Башни и сплелись в сплошной непроницаемый купол, накрывший весь Сильтор. Ныне и впредь Башня отрезана от столицы щитом, пробить который не суждено даже этернал.

Всех жителей Башни разогнали по их комнатам и заперли. Они больше не гости, тонущие в почете. Теперь они простые заложники в лапах тирана. Разменная монета, не иначе. Лишь избранным оставлена свобода. А сам Хазар воссел на трон и ни на секунду не сводил взгляд со своего сокровища. Лишь один раз в день он брал камень в руки и открывал в барьере брешь. Все- таки даже безумцам нужна еда. Затем стена смыкалась вновь.

Так Хазар, желая спастись, убил себя в тот же миг. Теперь под вопросом оставался лишь способ расправы над ним.

***********

Манариф – великий город, столица Империи Азул и самый большой город Эорота. Как давно он построен, не скажет никто, но с уверенностью можно заявлять, что это дело рук самих Азул, когда еще шло их Время. потом Фанис решили, что на календарях не хватает места и пора обнулять отсчет, и началось Время Фаниси, затем были Кулы, Монтул и много кто еще. Сейчас же шел 3764 цикл Времени Эльтур и, по мнению многих, настала пора обновлять календарь.

Сам же будет стоять вечно. Во всем Мироздании не найти другой столицы, что не менялась на протяжении всей истории страны. Он такой один. Стоящий у самого океана и вмещающий свыше двух сотен миллионов жителей всех рас. Огромный город, соединивший в себе все достоинства Империи и все ее пороки.

По своему обустройству столица делилась на три части: старый город, кольца и пригород.

Первый примыкал к океану и Сильтору. Раньше его окружали каменные стены, но под давление времени они пали. Теперь же отличительной чертой этого района являлись низкие дома, не более чем в три этажа, малое количество дорог для машин и брусчатка под ногами. Здесь могли жить лишь избранные. Раньше такое право даровало влияние, теперь же деньги…огромные деньги.

Второй район – кольца. Вернее, их пять. Первое – пристанище элиты, пятое – прибежище сброда. Свое название они получили за то, что окольцовывали старый город. Здесь мог жить кто угодно. Ни деньги, ни профессия, ни убеждения, ни раса не ограничивали вход.

Последний из районов – пригород. Изначально это были лишь дачи городских жителей, но когда Кайнар Герис издал указ об ограничении расширения Манарифа, то здешние домики с легкостью переросли в жилье для всех, кому не нашлось места. Ну и дачи там все еще остались.

**********

–Вам стоит отправиться в машине.

–Зачем?! Здесь идти буквально пять минут. Всякие идиоты, шляющиеся по улице и считающие, что я причина их бед, мне не помеха.

Принцесса вышла в холл, Дарот, командующий ее телохранителями, последовал за ней. Там сидело пятеро гвардейцев в ожидании отправления.

–Никто не лишит меня утренней прогулки, особенно бараны, считающие, будто Кайнар пляшет под мою дудку, – она проговорила это громко и отчетливо, очевидно, думая произвести максимально грозное впечатление на трёх новеньких стражей, назначенных ей в личные телохранители сегодня утром. Ей было свойственно принимать всех стражей и слуг, что направил отец, самым холодным из возможных приемов. Впрочем, подобное обращение ни капли не мешало ей в дальнейшем сближаться с ними и считать их своими друзьями. Также было и с Даротом. Когда около пяти циклов назад ей назначили этого немолодого стража, отличившегося в какой-то там далекой войне, в качестве командующего ее личной гвардией, она забаррикадировала двери, переломав при этом половину мебели, и не пускала его в дом целый день. Тогда она была ребенком, сейчас уже взрослой девушкой, близкой к совершеннолетию. Вместе с ней повзрослели и пути противодействия новичкам. Холод и высокомерие – вот чем она встречала новоприбывших. Таков был ее протест Кайнару, жаль только, что ему на это было совершенно наплевать.

Трое гвардейцев встали и поклонились Тале, в ответ им последовала заготовленная и отрепетированная фраза:

– Я не нуждаюсь в этих глупых помпезностях. Лишь Башнирлюбит, когда ему вылизывают ботинки, а меня от этого тошнит. В следующий раз за такое я вас немедленно выкину из своей гвардии.

Двое стражей опешили от такой реакции принцессы, чем доставили ей явное удовольствие, немедленно выпрямились и синхронно ответили:

– Ваша Воля, миледи! – третий невозмутимо стоял в той же позе уважительного поклона. К этому оказалась не готова сама Тала.

– Я отдала приказ прекратить!

Ответом было лишь молчание.

– Какого черта? Ты планируешь стать новой мебелью в этой комнате? Что ж, я не стану этому мешать.

Тала сделала несколько показных шагов к выходу, открыла дверь. Страж оставался неподвижен. Хлопок закрывающейся двери, и принцесса вновь оказалась перед этим наглецом. Что ей делать? Уйти или вышвырнуть его за неуважение и неподчинение? Но ведь она только что заявляла, что уважение ей не нужно. Тала почувствовала на себе взгляды всех присутствующих и поняла, что проигрывает схватку этому выскочке. Она вновь обиженный ребенок в приступе растерянности.И в конце концов, что ему вообще надо?!

Тяжелый шаг Дарота, и два слова на ухо: "Ответный поклон". И тут в голове резко всплывает этот глупый обряд, заимствованный у Этэрнал, будь они прокляты.

*Любой страж становится личным гвардейцем только после ответного поклона его нового Владыки* – Кодекс чести стражей Империи Азул Глава 13 часть 7 строка 18.

"Вот ответ! Надо лишь поклониться, и потом он будет не гвардейцем, а поломойкой!"– за этой мыслью последовал быстрый поклон, и страж выпрямился. – "Стоп! Я что, поклонилась ему!?"

Он молниеносно снял правой рукой свой меч с пояса, вытянул его вперед и отчетливо произнес:

– Я, Амирис ас Арат соло Терут, клянусь своей честью, своим правом и своим именем защищать Талису ас Эльтур соло Манариф до последней капли крови и в этой жизни, и вследующей. Я в Вашей Власти, миледи.

Принцесса дослушала клятву и решительно с криком "Все за мной!" вырвалась из холла на улицу.

**********

В тот день прохожие наблюдали занимательную картину: семь человек рвались против течения толпы.

Первой с неимоверной скоростью мчалась принцесса, что-то бухтя себе под нос, за ней широкими шагами маршировал Дарот ас Клиф, а позади шли пятеро гвардейцев.

– Держи копье ровнее! Не позорь меня, Астир! – выкрикнул мужчина, стоящий в толпе на другой стороне дороги. Несмотря на огромное количество машин на обоих уровнях дороги, его грозные слова услышали все вокруг. Он был одет в доспехи командующего городской охраной и окружен эскортом втрое большим, чем у принцессы.Мужчина строго смотрел на гвардейца, идущего сразу за Даротом.

Ваша Воля, отец, – послышался ответ. Юный страж моментально выпрямился и пошел, как на парадном марше, следом за Талой.

Толпа расступалась перед натиском принцессы. Половина смотрела на нее с презрением, вторая половина с искренним сочувствием. Оба варианта в обычные дни раздражали Талу, но сейчас у нее была куда более важная цель для ненависти.

"Как он посмел со мной спорить!? Да еще и унизить меня перед остальными!?" – в ее голове пылала злость на стража, на Дарота, который дал ей такую ужасную подсказку, и на саму себя.

Тем временем путь протяженностью минимум в двадцать минут был пройден всего за восемь. А вот и цель путешествия – дом личного мастера клинков Талы.

Это здание ярко давалопонять, кто в нем живет. Гора вывесок, выполненных руками как технократов, так и магических ремесленников, красовалась на фасаде, вызывая некоторое раздражение у прохожих.На всех были воины с мечами и копьями, сокрушающие различных врагов, но выделялись из общей массы только две.

На той, которая висела прямо над входом, показывалась голограмма полуторного меча, лежащего на каменном постаменте. Рыцарь в доспехах торжественно поднимал клинок и выписывал им несколько пируэтов.

Вторая являлась иллюзорным камнем, стоящим на земле справа от входа и принадлежащим руке известного мага-ремесленника Ардиса. Сама иллюзия выглядела следующим образом: из синеватого тумана выскакивал боевой маг в синем одеянии и начинал неистово рубить возникающих из ниоткуда солдат Таур. Когда же с рядовыми было покончено, то прямо перед магом возникал великий полководец Гор Разрубленный. И вскоре после небольшой схватки маг разрубал (кто бы мог подумать) Разрубленного Гора.

По окончании обоих представлений в правом нижнем углу высвечивался лозунг «У Свена всегда острей».

Единственная причина, почему Свен смог позволить себе такие дорогие вывески, – удачная встреча на соревнованиях, проходивших два цикла назад, с одной юной девушкой. Вернее, на пирушке, следовавшей за этим мероприятием.

Свен, выпив половину бочки спиртного, произнес подряд две свои коронные шутки. Первая оскорбила одну половину залы, а вторая – другую. Сразу после его бенефиса весь цвет общества, собравшийся на этом турнире, с доблестными лозунгами: «Ах ты ублюдок!» – бросился доказывать рыцарю, что он не прав, используя самые красноречивые предметы интерьера, а позднее и собственные мечи. Свен смог разбросать почти всех как в кулачном бою, так и в бою на мечах, и проиграл дуэль лишь подлой луже на полу, поскользнувшись на которой он пал на этот самый пол. Отзаслуженной расправы его спасли та самая девушка и пара гвардейцев за ее спиной.

Этот пьяница был одним сплошным протестом Кодексу Чести и всему благочестивому обществу, но при этом он доказал всем, что не хуже этого общества, по крайней мере, в бою. Данный факт польстил принцессе. Она заплатила за оскорбления и разрушения, нанесенные дебоширом, и обязала рыцаря выплатить долг, преподав ей уроки мастерства владения клинком. Впрочем, очень скоро про долг было забыто, и мастер стал получать приличную плату за тренировки, а кроме того, и превосходную рекламу.

Сегодня Талу ждала очередная тренировка по использованию Власти клинка. Она уже давно в совершенстве овладела всеми видами традиционного оружия, но никак не могла научиться заряжать их Властью. Взмахи, блок, кульбиты и пируэты любой сложности были пустяками для нее, но как только дело доходило до духовных приемов, она оказывалась в ступоре, не продвинувшись в учениини на шаг за полгода. Это сильно ее ранило.

***********

– Давай я тебе еще подолью, а то сил не хватит службу нести. Вкусно, ребятки?

– Благодарю. Суп просто прекрасен, – перед Мендером вновь стояла полная тарелка, которую он только что опустошил. Суп и впрямь был изумительным, но ведь стоило оставить место и для вторых блюд. Хотя, глядя на этого гвардейца размером с порядочного быка, легко можно было поверить, что в него влезет вся еда, что есть в доме. Он был старше принцессы на семь циклов и половину из этого срока нес службу в качестве ее телохранителя. В личную гвардию он попал сразу после одного из неудачных походов Кайнара, где весь его легион был разгромлен.

– А ты чего носповесил,Астир?

– Ничего серьезного, тетя Мэш.

– Опять этот мужлан тебя отчитал? Да вижу же, что отчитал. Он просто старый дурак, который завидует тебе. Ты уже его переплюнул, став гвардейцем. И пусть подавится своей желчью, а ты ешь давай, а то сил не останется и дальше ему нос утирать

– Спасибо,– Астир был куда меньших размеров нежели его брат по оружию. Черные волосы, благородные черты лица и знатное происхождение сближали его с Талисой. Он состоял в гвардии чуть меньше двух циклов и, очевидно, получил этот пост благодаря связям матери.

– А вот с вами, ребятки, я еще не знакома, и мне кажется, есть тут одна трухля военная, которая сему виной.

В этот момент Дарот решил залпом опустошить свою тарелку и был застигнут врасплох этой издевкой. Он довершил начатое и, церемониально поставив тарелку на стол, встал со стула и громко произнес:

– Я приношу свои искренние извинения достопочтенной хозяйке этого прекрасного дома миледи МешИрэл ас Эрэс соло Манариф. И спешу исправить…

На лицах "старых гвардейцев" растянулись улыбки.

– А ну-ка, хватит паясничать! Если не хочешь, то я и сама справлюсь. Язык у меня еще не отвалился.

Дарот тяжело плюхнулся на стул с едва заметной улыбкой. Он знал, что именно повода самой расспросить новичков от него ждала хозяйка дома.

– Давайте, мальчики, знакомиться. Меня зовут тетя Мэш. Я мать того олуха, что сейчас пытает вашу миледи, а вы?

Первым представился страж, сидевший напротив нее. На вид он был старше всех новичков и имел несколько шрамов насмуглом лице, приятно дополняемом небольшой бородкой. В его доспехах присутствовали элементы черного цвета и охлаждающие подкладки – яркое свидетельство принадлежности к легионам, базирующимся в жарких местностях.

– Ультар ас Крайф соло Мират. В Вашей Власти. Польщен оказанной мне честью.

–Мират – чудесный город, но мне там жарковато. А Вы как переносите наши холода?

– Мой народ научился жить на вулканах. Рано или поздно я привыкну и к холоду.

Тетя Мэш кивнула и устремила взгляд на другого гвардейца. Юноша, сидевший рядом с Астиром, встал и представился. Он был весел,и глаза его пылали радостью. Непохоже, что он хоть раз бывал в бою. На его доспехах знак так называемого бублика – принадлежность к семье протектора Виеры. Похоже, это один из его сыновей. Как он попал в гвардию?

– А я Зари! Вернее,Зарнир ас Виера соло Кирдат. В Вашей Власти. А есть еще супчик?

– Конечно есть! Прости мое любопытство, но как сын протектора стал личным телохранителем принцессы?

Зари замялся и отвел взгляд. С его лица слетела улыбка, но все же он ответил:

–Отец сказал мне, что настоящий мужчина должен служить своей Империи. Он хотел отправить меня в настоящий легион, но мать настояла на службе в Столице. Через дядю меня устроили в гвардию, а на распределении отправили к принцессе. И вот я здесь.

Только что мрачное лицо юноши вновь озарилось улыбкой.

Тетя Мэш подлила супа мальчонке и посмотрела на последнего незнакомца. Он сидел рядом с опустошенной тарелкой по левую руку от хозяйки. Все его движения и мимика выражали глубочайшее смирение. Можно было предположить, что он на пару циклов старше принцессы, но в глазах его читался куда больший возраст. Белые доспехи. Без капли другого цвета. Принадлежность к элитному легиону Чести – лучшему в Империи, не раз доказавшему свой статус.Кайнар, очевидно, решил, что они способны буквально на все. Он ошибался. Месяц назад город оплакивал свой лучший легион.Из двух миллионов выжило несколько сотен.

– Амирис ас Арат соло Терут. В Вашей Власти.

– Польщена знакомством.

Неловкую паузу прервала сама хозяйка дома.

– Что ж. Похоже, пора нести горячее.

Когда тетя Мэшоткрыла дверь в коридор, сквозь открытое окно с тренировочной площадки донеслись звуки тяжёлых ударов по дереву.

************

Непостижимость ведет к ненависти. Если человек что-то не понимает, то в скором времени он начнет это ненавидеть. Произошедшее с принцессой не стало исключением.

Бедный манекен из последних сил держался под ударами Талы. Рядом лежали четверо его павших братьев. Но вот не выдержал и он. Сильный треск – и трупов уже пять. Принцесса была красной от ярости и усталости, пожиравших ее. Сегодня она выбрала самый тяжелый двуручный меч и выплеснула всю злобу на несчастных. Но толку от этого никакого. Злость лишь переросла в отчаяние.

Свен молча отправил в бой еще одного беднягу.

– Если хочешь стать прекрасным мастером по дереву, то иди к Агру и хватит гробить моих Балерин. Зачем ты машешь им так быстро? Думаешь, усталость добавит тебе концентрации?

Ответа не последовало. Тала была слишком расстроена, чтобы что-то говорить.

– Что? Прокисла? Быть может, ты наконец перестанешь верить в свою исключительность и попробуешь поучиться хоть чему-то? Встань в стойку.

Тала поставила ноги на ширину плеч, закрыла глаза. Подняла клинок прямо перед собой вертикально вверх так, что он делил ее лицо пополам.

– Почувствуй все величие твоего окружения. Почувствуй Власть всех стихий вокруг. Познай Власть в клинке и пламя внутри него. Смири свой разум, ибо чистое пламя – это не ярость, а абсолютный покой. Ты должна договориться с мечом и нанести удар, высвобождая его, а не твое, пламя. Если ты не объединишься с клинком, не поймешь, что он равен тебе, то ничего не выйдет.

Тала глубоко вздохнула исосредоточилась. Она почувствовала, как дует ветер, как шумит город, как плещется море, как поют птицы и как тетя Мэш в компании слуг несет горячие блюда в зал. Вся сила перетекла в руки. Взмах, удар и … тысячи осколков на площадке. Клинок ее не принял, и Власть ушла из него.

Шок одолел принцессу. Она вдруг ощутила разрушение всех надежд. Ощутила, что, быть может, ее отец прав и она недостойна? Ответом на это была лишь ярость.

– Ни капли смирения. Ты ударила магическим мечом как куском железа, и он оскорбился. Если хочешь заплакать, то у тебя 5 минут, а затем продолжим.

– Не собираюсь я плакать. Но и махать мечом больше не хочу.

– Ты и не будешь. Достаточно меня уже разорила. Эрос считают, что нельзя увидеть клинок, который ковал не ты. Многие Маги, Эфериал и Этернал придерживаются того же мнения.

Ярость подкатила к горлу принцессы и уже собиралась вырваться наружу, но Свен опередил ее.

– Не ищи в этом оправдания! Многие, но не все! К тому же, они владеют Властью и могут сами наполнить выкованный клинок, а ты нет. Твои неудачи связаны с отсутствием смирения в душе, а не с тем, что мои мечи ковались не тобой, – Свен пронзил ее грозным взглядом. – Весь мир против тебя! Так ты считаешь и бунтуешь на каждом шагу. Талиса,… пора повзрослеть и избавиться от этого максимализма. Власть – часть Мироздания, его суть. И она тебе не враг. Пока не поймешь, ничего не выйдет…

Словно ребенок, Тала пропустила весь урок. Все, что ее интересовало, – это новый меч. Оружие, выкованное ее руками, которое точно подчинится. Она не спорила, лишь молча смотрела на своего учителя.

– Ладно. Пора есть. Ты привела с собой новые рты? Надеюсь, они менее прожорливы, чем Мендер? А то я устал покупать новые тарелки.

– Не говори глупости, не надкусывает он твои тарелки. Сам наверняка посреди ночи портишь собственный сервиз.

Этот диалог сопровождался искренними улыбками обоих. Удивительно, как сильно Свен менялся на тренировках.

Есть небольшая легенда про пьяного мастера, где главный герой всегда пил, предавался блуду и распущенности, но при этом был мастером, которого никто не мог одолеть. Эта сказка так и останется сказкой, ибо только в них возможно быть лучшим без усердия. И Свен был настоящим тому доказательством. Его считали пьяницей и разгильдяем, которого судьба наградила незаслуженным даром. Но этого мнения придерживались лишь те, кто не видел его на тренировках. Всегда улыбчивый Свен мигом становился серьезным и упражнялся до изнеможения. Он мог бросить колкость, но никогда не превращал занятия в балаган. Его талант был не даром судьбы, а вымученным десятками циклов войн и тренировок навыков.

А в остальное время он и впрямь был тем еще разгильдяем, за что и получал всегда нагоняй от матушки и сравнения с младшим братом, живущим в Брете. Тала знала эту особенность и на площадке относилась к своему учителю с огромным почтением. А в жизни часто над ним подшучивала.

***********

Следующим утром Тала проснулась со спорными чувствами. Прошедший день принес ей не только множество разочарований, но и надежду вперемешку с любопытством. Ей сразу вспомнился вчерашний разговор: после обеда тетя Мэш решила утолить свое любопытство и поговорить с принцессой наедине.

–Мало того, что твой новый телохранитель – выживший из легиона Чести, так он еще и Белый Страж. Как ты выбила себе его?

А увидев явное непонимание в глазах Талы, добавила:

–Похоже, лучше об этом стоит спросить у Дарота. Я права?

Через пять минут бедняга был доставлен на допрос, но ничего интересного сообщить следствию не смог. Сказал лишь то, что его старый друг теперь сидит в командовании распределителя, и то ли Амирис провалил какие- то тесты на психику, то ли сам изъявил желание поступить на более-менее мирную службу, то ли кто-то из внешней свиты Кайнара сам избрал его. В общем, толку от Дарота было немного, в связи с чем он был отправлен героически командовать гвардией в бою с великолепным рагу и пирогом. А расстроенные дамы принялись выдвигать следственные версии.

Теперь же после на удивление спокойной ночи эти версии казались совершенной чушью. Однако информация о ее новом гвардейце заставила Талу иначе к нему относиться. Проявить больше уважения. И что греха таить, глубоко в душе закралась мысль, что такой прекрасный воин может дать ей несколько уроков.

Потом она вспомнила свое фиаско на тренировке, и все ее раздумья переключились на новый клинок. Она хотела сразу начать ковать его, но Свен не только отправился обедать, но еще и назначил следующую тренировку лишь через три дня. Ждать так долго? Это ведь невыносимо! В конечном счете она ведь может начать и сама, а потом презентует свои успехи Свену. Но для этого ей нужен хоть какой- то учитель.

Мастерская лучшегомагическогокузнецанаходиласьвовтором кольце, рядом с космопортом. Идти туда Тале совсем не хотелось. Во-первых, пришлось бы выйти из старого города и отправиться в "Кольца", а это далеко. Во-вторых,Принцесса была искренним приверженцем магнистики, утверждающей, что Власть и Дух выше науки, поэтому всякие чисто технологические предметы и строения ее раздражали, а в "Кольцах" они были повсюду. Небоскребы, дроны, экзоскелеты, люди с откровенно механизированными частями тела плюс огромные толпы различного рода инопланетян, а кроме того, близость мастерской к планетарной пристани и вечному жужжанию транспортников различного размера( это, конечно, не межпланетарные крейсеры, но приятного мало) отбивали всякое желание идти к лучшему кузнецу.

Второй кандидат был куда доступнее. Его мастерская располагалась в паре кварталов от дома семьи Ранор – родителей Астира, в самом начале светского района. Разумеется, юноша был знаком с этим мастером и мог позаботиться, чтобы этот заказ не придали огласке.

Хотя Тала и пыталась убедить себя в том, что не делает ничего предосудительного, но в душе она чувствовала, что предает Свена. Ей казалось, что, добившись результата, признаться будет проще, а если он узнает обо всем раньше, то разочаруется в ней. По этой причине Тала решила взять с собой только Астира, мотивируя это походом к главе городской охраны.

Остальные же получили день отдыха и могли им распорядиться по своему усмотрению. Разумеется, все сочли этот повод весьма сомнительным, но что ж поделать. Ведь с приказом не спорят?

***********

Более всех отданному приказу сопротивлялся Дарот. В такое время идти почти без охраны и впрямь не слишком благоразумно. Разумеется, Тала настояла на своем. В качестве компромисса она нацепила на себя собственные доспехи и вооружилась подаренным самим Даротом мечом, на котором было выгравировано ее имя, и небольшим кинжалом – даром ее дедушки.

В таком обмундировании она вышла в зал, за что была награждена несколькими улыбками.

– Пора.

Астир и Мендер сидели на диване и смотрели какую-то чушь по сети.

– Да, хорошо.

С этими словами юноша встал и поднял свое оружие. Сегодня он был одет безукоризненно. Его экипировка сияла чистотой, и не зря. Так или иначе впереди ждала встреча с отцом. Не трудно заметить, что эта проблема была общей для принцессы и ее телохранителя. Благодаря этому они почти сразу наладили хорошие отношения.

– И все же я против. Ты подвергаешь себя глупому риску. Время неспокойное, а ты ....

– Как давно ты проводил время с семьей? Твои племянники хоть помнят, как выглядит их дядя? Иди и напомни им. Считай, что это приказ.

На Дарота это подействовало. Семейство Клиф насчитывало пятеро детей и уже десятеро внуков. Командующий был старшим из детей и единственным, кто все еще не обзавелся даже женой. Это сильно его задевало. По меркам Манарифа, он был весьма красив и успешен, да и возраст только- только перевалил за средний, что никак не мешало тете Мэш называть его не иначе как трухлей военной. Причина этому весьма прозаична – война. Ужасы, пережитые в походах, добавили ранней седины и усталости в глазах. Случайный прохожий и впрямь мог принять его за старика. Так он проживал 57 цикл своего существования, изредка предаваясь небольшой меланхолии, но большую часть времени держался как истинный боец, которым он и являлся по сути.

Принцесса со своим телохранителем вышла из дома, села в машину и тут же умчалась вдаль. Оставшиеся гвардейцы принялись обдумывать свой выходной.

Дарот отправился домой повидаться с близкими. Мендер сразу же схватил Ультара в охапку и потащил в бар. Он пытался взять и остальных новичков, чтобы познакомиться, но те отказались.

Зари захотел повидаться с дядей, который как бывший посол имел право жить рядом с Тримваром – вратами, оберегающими единственный путь к мосту, ведущему в Белую Башню. Вернее, раньше он вел туда, а теперь упирался в сине-фиолетовую стену, разрубившую его пополам.

Амирис же не стал посвящать никого в свои планы и молча вышел на улицу.

************

Зари быстро добрался до дома дяди.

Отсюда открывался прекрасный вид на врата и все их защитные укрепления: множество турелей, башен и пушек. А венчали их два огромных планетарных орудия по обе стороны от ворот.

Именно в Тримваре находилась вся внешняя свита Кайнара, и отсюда в Башню передавалась еда и прочие припасы.

Каждый вечер в десять часов системой зеркал и голограмм проецировалось изображение огромного факела. Появление этой иллюзии сопровождалось громким звуком, похожим одновременно и на удар колокола, и на рев пожарной сирены. Тогда Кайнар открывал небольшую брешь в барьере на мосту, и происходила смена стражи: внутрь проходили воины с едой, а наружу выходили бойцы, уже отстоявшие караул.

Для безопасности каждый из воинов был оснащен датчиками, проверяющими его биологические показатели. Кроме того, рядовой гвардеец Кайнара должен был знать полное имя любого своего сослуживца, а также все его приметы и родословную.

Резкое изменение пульса, сильное потоотделение, опьянение, голод, сонливость, дрожь в руках или легкое изменение внешности – все это вело к немедленной замене стража в текущем карауле и его проверке на подлинность личности. Если же приборы показывали смерть стража, то немедленно включалась тревога и к Тримвару выдвигалась вся городская охрана. Одновременно с этим сигнал бедствия передавался во все легионыМанарифа, которых после недавних событий осталось лишь четыре.

Несколько подобных нашествий столица уже могла лицезреть: датчики барахлили, и вполне живой и здоровый гвардеец оказывался мертвым. Легионы успевали получить приказ об отмене тревоги, а вот от мата всей городской охраны содрогались стены самогоСильтора.

Впрочем, это допустимая погрешность.В остальном же Кайнар на славу позаботился о своей безопасности. Многие искренне считали, что проникнуть в Башню невозможно.

Войдя в парадную дверь, Зари сразу же поднялся по лестнице и вошел в огромный зал.

– Привет, племяш.

– Привет, дядя.

Они крепко обнялись.

– Я рад, что мы увиделись, но к чему такая спешка?

– Не я тебя звал, Зари.

Дядя указал в дальний угол. Там сидел человек в плаще с капюшоном, закрывающим его лицо. Когда же фигура поднялась и стал различим шрам на подбородке, Зари сразу узнал отца, быстро подошел к нему и обнял так же, как и дядю.

–Я рад встрече. Но что-то случилось? Почему ты прилетел?

–У меня здесь есть некоторые дела. А ты как поживаешь, сынок? Достойно тебя встретила столица?

– Вполне достойно. Удобная квартира, огромное жалование, и это, не считая тех крейсеров с деньгами, что ты присылаешь. Серьезно, зачем так много? Думаешь, я наполню комнату ими и буду туда нырять? Так шею сломать можно.

– Расскажи мне лучше, что я еще не слышал из твоих звонков. Твой дядя сказал, что ты стал телохранителем принцессы. Ну и как она тебе?

– Ничего экстраординарного. Девушка как девушка. Со своими тараканами в голове.

– Ясно. Надеюсь, наш секрет не раскрылся?

Услышав эти слова, Зари изменился в лице. Детская улыбчивость и непосредственность, которую подметила тетя Мэш, мигом сменилась серьезностью. Черты его все еще выражали доброжелательность, но стали более вдумчивыми и сосредоточенными. Было ясно, что он начинает понимать суть происходящего.

– Нет, все в порядке. Я сказал, что это ты меня сюда сплавил. Поверить не могу, что это сработало.

– Сынок, иногда самые странные решения оказываются самыми верными. В конечном счете наша семья всегда славилась своей непредсказуемостью, – все трое засмеялись, но, быстро успокоившись, вернулись к делу. -Кстати, эта побрякушка не подводит? Сними ее, хочу посмотреть в глаза своему сыну.

– Работает отлично. Сказал, что это оберег – подарок мамы. Хорошо, что с наследником Виеры никто не стал спорить и проверять ее при досмотре.

Зари медленно снял ожерелье, висевшее на шее, и его черты немного изменились: добавилась пара небольших морщин – свидетельство бОльшего возраста, незначительно расширился лоб и втянулись щеки, но в целом это был все тот же Зари, и даже некоторые родственники не заметили бы изменений. А вот детектор лиц и дотошные журналисты заметили бы.

– А как там поживает мой младший братец? Еще не устал прятаться в крепости, пока я тут веселюсь под его именем?

– Устал, это мягко сказано. Он делает все для блага семьи, поэтому не жалуется, но… Давай лучше поговорим о чем-нибудь более веселом. Тала ведь просто красавица, правда? Не хотел бы себе такую жену?

– Значит, ты все же решился.

– Боюсь, что у нас нет другого пути.

– Перестань. Путей миллионы. Просто этот – самый выгодный для нас. И я не сказал, что против него, вот только… В последнее время меня не покидают мысли об этом парне, Ривризе, кажется. Он занял мое место в Башне – в этой клетке с бешеным зверем, и, когда начнется штурм, он умрет за меня, не имея ни единого шанса спастись. Так же, как и остальные наследники протекторов. Будь проклят Хазар и его идиотский приказ. И еще черт знает сколько людей. Пусть они и стражи Кайнара, но все же…

– Хазар, конечно, тот еще ублюдок, но не идиот. Первенцы протекторов – его заложники. Он верит, что мы не ослушаемся его, пока там наши дети. И я бы не ослушался. Поэтому, слава Богам, наша авантюра сработала, и ты здесь в безопасности.

– Да, но … мы точно готовы к ненависти, что на нас обрушится со стороны как протекторов, так и простых людей?

– Возможно, ее и не будет. Наши люди нашли один занятный артефакт. Он позволит ненадолго зафиксировать брешь в барьере помимо Кайнара. Мы забросим внутрь боевой отряд, который зачистит Башню и сделает все возможное, чтобы не допустить гибели заложников и дальнейших жертв. Артефакт действует на большой дистанции, так что даже к мосту подходить не придется.

– Но все равно придется молниеносно перебить всю гвардию Кайнара по обе стороны моста, а также вступить в бой с городской охранойи, вероятно, подоспевшими на помощь легионами Манарифа.

– Гвардия и охрана, возможно, но легионы… Кайнар по собственной глупости потерял Легион Чести, а вмести с ним и остатки уважения народа. Теперь даже самый последний нищий желает ему скорой гибели. Что уж говорить о солдатах. Легионы Крови и Веры отправлены к Арузе подавлять готовящееся восстание, а два оставшихся находятся на своих базах. На реагирование им понадобится примерно полчаса, но… они придут позже. Настолько позже, что над городом будут развиваться уже наши знамена.

– Как ты их уговорил?

–Это было проще, чем тебе кажется, Заэрис. Ты недооцениваешь силу братствасредилегионеров и их нынешнюю ненависть к своему правителю.

– Все звучит так гладко, но на деле наверняка возникнут проблемы и появятся жертвы среди заложников, а это…

– Тогда мы докажем всем недовольным чего стоим. Даже если это придется делать с помощью оружия.

–Чтож… ладно. Как далеко наш флот?

– У планеты Рива. Помогают поддерживать порядок. Будут в столице через 5 минут после сигнала.

– От меня что-то требуется?

– Используй артефакт. Впусти штурмовой отряд и по возможности займи трон, когда барьер падет. Но я тебя прошу: не лезь в бой. Ты молод и горяч, я понимаю. Но будь благоразумен. Ты получишь лучших бойцов. Они справятся.

– Понятно… И давай закончим этот разговор. Лучше пойдем выпьем. Дядя, ты с нами?

– Разумеется. У меня есть прекрасная настойка из Вириты.

– Я так и знал, что это ты ее спер с моей свадьбы, братец.

Звук захлопывающихся дверей сопровождался стуком начинающегося дождя по крыше дома и звуком сирены. В Тримваре сменялся караул.

***********

Многие не любят дождь, и это неудивительно, ведь он несет холод, грязь, расстройство планов и прочие проблемы. Лишь немногие видят в нем что-то хорошее, например, очищение. Вся пыль, что витала в округе, осядет и смоется в водосток. За ней последуют и остатки изнуряющей жары. А на смену им придут свежесть и чистота – как мира, так и мыслей.

– О-о-о какой полил, ну что ж,господа, похоже, уйти у нас не выйдет. Продолжаем веселье! – протянул Мендер, отходя от окнас присущей ему доброй ухмылкой. Он стоял посреди вип-комнаты одного из лучших баров старогогорода. Напротив него Ультар играл в бильярд с Мином – их новым знакомым, которого они встретили уже здесь и взяли с собой. Еще двое новых знакомцев весело соревновались в лазерном тире. Они установили режим охоты на уток и пошлую озвучку, так что при каждом попадании по утке издавался громкий женский стон, что невероятно веселило Дага и Хрунта. Последний сидел за большим столом в углу комнаты иел какую- то закуску. Все уже изрядно выпили и были в добром расположении духа.

Мендер широкими шагами направился к столу и обратился к сидевшему за ним мужчине:

– Ну что,Харальф, еще по одной?

Предлагать дважды не пришлось, и две рюмки тут же опустошились.

– Хорошо сидим, господа! А может …

Слова Мендера прервали громкий треск и взрыв за окном. Молнии цвета аметиста одна за другой били в громоотвод на башне прямо напротив бара. Каждый удар сопровождался мощным магическим взрывом. Через пару минут все стихло. Это была первая вспышка в этом цикле – верное предзнаменование скорой Бури, что продлится не меньше месяца. Через несколько недель такие разряды станут повседневностью.

Многие люди уже очнулись и начали готовиться к грядущему. Самые зажиточные собрали вещи и уехали подальше от Манарифа. Кто победнее проверял свои громоотводы, защитные щиты на домах и на крайний случай системы тушения пожаров. Самые бедные усиленно молились всем, кому только можно.

– Мать твою! – Ультар явно испугался взрывов. Ему, конечно, рассказывали о подобном, но увидеть все самому – совершенно другое дело. – Вот у вас тут световые шоу!

–Это еще что. Скоро начнутся такие салюты! Тебе понравится, – Мендер громко засмеялся.

Разряд всех отвлек от их занятий и подтолкнул к опустошению еще пары бутылок.

– А я вот думаю, что все-таки это происки магов из этой чертовой Белой Башни. Может, и не зря мы с ними воюем. Сжечь нас захотели, твари! – заявил Хрунт.

– Да что ты несешь! За Кайнара может еще заступишься!? Говорили же, что Буря усилилась из-за каких- то волнений в Вериси, а этот псих… к черту его! Маги говорят, что во времена наших детей уже точно будут обычные бури как раньше, – парировал Харальф.

– Маги, маги. Ну с чего вдруг этой Вериси волноваться? Глядишь, они сами и напустили в нее чего-нибудь. А если они так уж на нашей стороне, то рассказали бы, как делают громоотводы, и наши технократы уже какое-нибудь приспособление придумали бы и раздали бы в массы. А то нет же, дерут втридорога, что нормальным людям ни за что не купить. И горят каждую зиму тысячи. Зато воздух у богачей почище будет, мать их.

– Ты со своейтехнократикой не перебарщивай. Технократов в святые записал? Хрен они нам чего раздадут. И цены оставят такими же.

– А на мой взгляд, Кайнар должен нам все раздавать! – вмешался Мин. – А то сам деньги на всякие барьеры находит, а на людей плевать хотел.

– Ну ты не перебарщивай. Правители такими добрыми бывают только в сказках, – вставил свое слово Ультар.

– Защищаешь его что ли? Еще бы гвардеец его дочурки не защищал ублюдка. Каково это приносить клятвы против своего народа? – выпалил Даг.

– ЧТО ТЫ СКАЗАЛ! – взревел Ультар и рванулся в сторону своего оппонента.

– Тихо, тихо, тихо! – Харальф бросился их разнимать. – Даг, выйди, пожалуйста, и умойся.

Даг повиновался и вышел из комнаты. По виду он был самым старшим из новых знакомых и явно продолжительное время находился в запое.

– Не злись на него, друг. У него сын был Легионером Чести. Гордость семьи…даже тела не вернули. Уже месяц он не просыхает. Жалко мужика. И поделать ничего не можем. Если не будем давать пить, то он улизнет и со всякой швалью станет горе заливать.

Ультар быстро остыл и сел на диван. Мендер плюхнулся рядом с ним.

– Падение Легиона для всех нас горе. Для всей империи! А принцесса и сама терпеть не может отца. Так что не защищаем мы его, просто не стоит витать в облаках и надеяться на уродов с шикарными плащами, самим надо справляться, – подытожилМендер. – Ну да ладно. Пора нам уже. Завтра на службу.

– Да куда же вы пойдете? А если молния ударит?

– Посмотри на них, наверняка у каждого личный щит.

– У всех гвардейцев они есть. Выдают на службе.

*********

Ужин в доме командующего городской охраной явно не должен был настолько затянуться. Мать семейства была прекрасной женщиной, а брат Астира знал много историй и, что немаловажно, умел их рассказывать. Мигом за окнами стемнело, и тут явился глава семьи.

Командующий городской охраной Талиф ас Ранор соло Манариф был весьма сложным человеком. В молодости, достойно проявив себя на войне, он стал протеже генерала своего легиона. Тот устроил его на мелкую руководящую должность в городскую охрану. Однако сидеть на этой должности амбициозному и полному энергии легионеру не хотелось. Он тратил все свое время на службу, и надо заметить: у него весьма неплохо это получалось. Карьера пошла в гору, и, на удивление, личная жизнь также не отставала. Чудная жена и двое не менее чудных сыновей: старший – Астир и младший – Конол – радовали отца семейства.

Дослужившись до серьезной должности руководителя отдела, Талиф переключился на семью. Он проводил с сыновьями столько времени, сколько мог, и слыл прекрасным отцом. После получения должности командующего на его плечи взвалилось множество новых обязанностей, однако он все еще держался со свойственной ему выдержкой.

Лишь инфаркт внес свои коррективы в мышление Талифа. Он ожесточился, но только по отношению к своему старшему сыну. Начал его муштровать и воспитывать особо жестко. Намерение Астира поступить в графический институт были вырваны с корнем, и его отправили обучаться в военное училище, а позднее он был распределен в гвардию принцессы.

Всех членов семьи и близких знакомых смущала такая резкость в отношении старшего сына, особенно учитывая, что младшего это совершенно не коснулось. Все пытались узнать причину или хотя бы изменить поведение отца, но тот был непоколебим.

С тех пор отношения в семье стали натянутыми. Когда приходил Астир, всегда разгорался скандал, и некогда счастливый дом наполнялся руганью. Чувствуя это, Астир бывал у родных все реже и реже. Сегодня было первое посещение за два месяца и то не по его воле.

Появление главы семейства резко охладило всеобщее веселье. Мама Астира отправилась встречать его. А остальные приготовились к конфликту. Лишь Тала не до конца осознавала, что грядет. Несмотря на то что ее отношения с отцом были примерно такими же, но они никогда не ссорились. Он ее игнорировал – вот и вся ругань.

Когда в комнату вошел командующий, всех удивило его необычное состояние. Он был задумчив и, казалось, слегка растерян. При взгляде на Астира его губы сложились в улыбку, которую он быстро скрыл, но все еще оставался в крайне необычном настроении.

– Мое почтение, принцесса. Как здоровье, сынок? – этот вопрос прозвучал как гром среди ясного неба. Произнесенный весьма ласково и по тону, и по содержанию, он ввел всех в ступор.

Неуверенно Астир все же ответил:

– Хорошо. Спасибо, что поинтересовался.

Очень тяжело и со скрипом разговор продолжился и через полчаса уже походил на семейную беседу. Никто не знал, в чем причина такой перемены, но им и не было интересно. Главное – этот счастливый миг.

Только Тала ощущала себя не в своей тарелке. Чувство, что она лишняя и мешает семейной идиллии, не покидало ее и подталкивало к не очень разумному решению. Когда все члены семьи переходили в общий зал, принцесса вышла через заднюю дверь и отправилась к кузнецу. Одна.

Непростительная ошибка.

**********

На улице ее встретили капли дождя и яркая вспышка молнии, ударившей в ближайший громоотвод. Принцесса настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что это событие ничуть не привлекло ее внимания. От звуков машин девушку тошнило, и она избрала пешеходную дорогу.

Ранний вечер был чернее ночи из-за туч, порожденных бурей. Из-за них же на улице виднелись лишь редкие фигуры богачей, которые могли позволить себе персональную защиту от молний.

Один шел со светящимся амулетом, второй с браслетами, у кого- то сияли запонки – разные формы, но суть одна.

Опустив взор на свой пояс, принцесса пришла в ужас – он не сиял! Выйдя из дома командующего, она не включила щит и была прекрасной мишенью для молнии. Дело в том, что артефакты, дарующие защиту от Бури, одновременно делали носящего и прекрасной мишенью для нее. Руны, наложенные на предмет, и Власть, сокрытая в нем, притягивали к себе Бурю, в десятки раз повышая шансы удара молнии.

Невольно руки Талы начали трястись, мешая ей включить бляшку ремня, и, прежде чем она справилась с задачей, аметистовоесияние озарило улицу. За ним последовали типичный треск и взрыв.

Молния ударила в громоотвод прямо над головой Талы. Разумеется, принцессе ничего не навредило, ведь удар пришелся по шпилю, но ужас уже пронзил сердце девушки.

Несмотря на то, что бляшка уже светилась ярко- синим светом, Талу разрывала паника. Она изо всех сил старалась держать себя в руках, но это ей не удавалось. Последней каплей стала тень, завернувшая за угол в паре домов от принцессы.

Тала не попыталась окликнуть ее или разглядеть кто там. Она просто побежала по направлению к кузнецу. Затем справа до нее раздался звук сирены Тримвара. В голове сразу же мелькнуло представление о гвардейцах, готовых ее защитить, и она свернула с большой дороги направо в ближайшую подворотню.

И это была вторая непростительная ошибка.

**********

Эти мелкие улочки – отголосок давних времен. Скорее лабиринт, нежели короткая дорога. Сколько несчастных отдали здесь свои жизни, наткнувшись на грабителей, насильников и тому подобный сброд. И сколько еще отдадут?

Поворот за поворотом в полутьме. Стук по брусчатке и треск в небесах гнали ее в беспамятстве вперед.Сзади слышались шаги… или спереди? Или это не шаги, а капли дождя? Бежала ли она все еще в нужном направлении? Вряд ли. Она бежала так, как вышло. А вышло все весьма печально.

Избежать столкновения вряд ли бы удалось. Быстрота бега, угол, перекрывающий вид, и мокрая дорога не оставили шансов. И вот уже двое на земле. У одной стены Тала, у другой – незнакомец. Рядом – с десяток его друзей с ошарашенными лицами. Ему помогают встать. На нее косо смотрят.Талиса с легкостью поняла, что это недавние посетители какого-нибудь клуба, и на алкоголь они явно не скупились. А может, и не только на него.

Тала встала сама и дрожащим голосом попыталась извиниться, но юноша обладал явно бОльшим ораторским искусством, так что сквозь шквал мата и оскорблений девушке пробиться не удалось. И тут в ней взыграло чувство, с которым она всегда пыталась бороться. Как смеет он оскорблять принцессу!?

Дальнейшие события всплывали в ее памяти кусками и были окутаны туманом. Она помнила, как ее узнали. Как оскорбления перемешались с пошлыми шутками и угрозами насилия. Как он пошел на нее, а она достала клинок и нанесла удар. Как яркими искрами разлетелся ее меч и как она оказалась на земле. Помнилаи то, как голова незнакомца неожиданно отлетела за угол, а тело рухнуло на нее, заливая свежей кровью.

Крики, скрежет металла и яркие огненные вспышки. Большинство насильников были безоружны и начали пятиться. Трое достали кинжалы и бросились на белую фигуру, пожалев об этом в тот же миг.

Первый был разрублен пополам в районе живота, и на дорожку вывалились кишки. Второй лишился рук и упал на брусчатку. Третий потерял ногу, а затем и голову.

Меч белой фигуры двигался быстро и четко, каждый раз перед ударом вспыхивая пламенем и пробивая щиты его жертв.

Оставшиеся насильники забились в угол и кричали каждый на свой лад. Кто-то угрожал связями, кто-то молил о пощаде, кто-то молча таращился на трупы. Всех ждала одна участь. Никакой пощады. Этот угол вдоволь напился крови и криков.

Последним выжившим был парень без рук. Он лежал на земле и, похоже, звал мать. Даже у таких выродков есть родители. Он явно бредил от боли и потерянной крови.

– Я дарую тебе искупление.

С этими словами белая фигура опустилась на одно колено, правой рукой опираясь на меч, который уже пронзил парня.

Завершив ритуал, фигура поднялась и убрала меч в ножны. Затем откинула тело, лежавшее на принцессе, и взяла ее на руки. Тала пыталась отбиваться, но сил было немного.

– Довольно! Я отнесу Вас в безопасное место.

Тала мигом успокоилась и смирилась со своим положением. А фигура понесла ее улочками в другую сторону от Тримвара, прямиком на священный холм Илос.

**********

Одинокая лавка и чудный вид напротив. Весь старый город как на ладони. Все портит стена небоскребов первого кольца и отблески молний, постоянно бьющих куда-то вдаль. Попадают ли они в громоотводы или бьют по улицам и зданиям, забирая жизни неудачливых смертных.?

Сверху доносится звук вечерней службы главного храма города. Наверняка там сейчас не протолкнуться. Многие вспоминают о Богах, когда беда уже постучалась в дверь.

Амирис донес принцессу до скамьи и аккуратно посадил ее. Только сейчас она окончательно пришла в себя.

–Это ты!? Откуда!?

– Я ваш телохранитель, миледи. Это вопрос моей Чести.

– Но я тебя отпустила. Велела идти куда хочешь. А ты следил за мной!?

– Я не давал клятву слуги. Я дал Вам клятву телохранителя. Вопрос моей Чести – защитить Вас, даже если Вы желаете иного.

– Ты не подчинился, – до этого момента голос Талы был жестким и громким, но теперь он смягчился и стал тише. – За это я могу приказать казнить тебя.

– Можете. И уверен, Ваш приказ будет исполнен, хоть он и противоречит Кодексу.

– Противоречит?! Неповиновение карается смертью.

– Мои действия обусловлены моей клятвой. Кодекс ставит честь Стража выше капризов его командира. Жаль, что Вы об этом забыли.

– Но....

– Когда Вы испытываете замешательство или стеснение, то начинаете разыгрывать из себя властного и сильного командира. Мне хватило суток, чтобы понять это. Спрашивайте лишь о том, о чем действительно хотите спросить.Это и будет истинным воплощением вашей Силы и Власти.

Тала замялась и опустила взгляд. Потом почти шепотом произнесла:

– Ты их убил. Всех… Даже безоружных.

– Они это заслужили. У них не было Чести, а значит, их жизни ничего не стоили.

– Но....их всех бы не казнили. Дали бы шанс исправиться.

– Не дали бы. Знатные ублюдки знатных родителей. Их бы откупили, не дав шанса на искупление. Я даровал им этот шанс.

– Я принцесса, никто бы…

– Посмели бы. С тех пор как Ваш отец создал барьер, Вы либо средство достижения власти, либо бельмо на глазу. Вы демонстративно пытаетесь изображать неприятие своего титула, но в высшей степени зависите от него.

– Неправда! Ты ничего не знаешь.

– Возможно. Я могу лишь предполагать. И только от Вас зависит, окажусь ли я прав. Но пока я вижу ребенка, до безумия нуждающегося в отцовской любви.

– Ты ничего не знаешь! – принцесса замолчала. – Какая же я никчемная. Даже защитить себя не смогла. А мой меч …

– Вы переполнены сомнением и неуверенностью. В этом причина неудач. Власть не терпит сомнения.

Яркая молния, минуя все громоотводы, ударила по улице вдалеке. Прогремел взрыв, и начался пожар. За ним последовали пожарные сирены. Там точно не обошлось без жертв. В последние две сотни циклов для Эорота это стало обыденностью. Взрывы, сирены и похоронные процессии – вот современный быт Манарифа, столицы величайшей из Империй.

– Раз я могу спрашивать, то… как ты оказался в моей гвардии? Ты ведь белый страж.

– Меня так распределили.

– После бойни?

– Да

– Что там было? Здесь никто ничего толком не знает. Только слухи. Одни безумнее других.

– Каприз Кайнара убил моих братьев. Вот и все, что можно сказать.

– Капризы Кайнара забрали много жизней. Вас ведь отправили в тыл к магам. Удар в спину! Такой был план?

– Плана не было. Генералы лишь талантливо изображали, будто он есть. Нас заметили почти сразу. Окружение и бойня. Ни шагу назад! До последней капли крови! – глаза Амириса наполнились неимоверной грустью. – Стоять насмерть! Любой из нас знал, что это самоубийство, но мы исполнили приказ. Умереть за свою страну – величайшая из почестей, а вот отправить своих бойцов на смерть – ужаснейшее из бесчестий. Я был офицером 13 звена 2 отделения Легиона Чести. И я отправил своих бойцов на смерть. Я клялся защищать Родину, а не губить ее лучших бойцов.

Казалось, Амирис забыл о существовании принцессы и говорил с кем-то другим. Пробуждение стало для него шоком:

– Простите. Я был несдержан…

– Нет! Это я не должна была спрашивать. Простите, – принцесса сильно смутилась и опустила взгляд. Ей было стыдно за свою дерзость и наглость. Минутное молчание прервали слова девушки:

– Спасибо, что спас меня.

Впервые Тала посмотрела ему в глаза. Ее взгляд выражал одно очевидное чувство. Юные девушки часто влюбляются в своих спасителей.

– Пора домой. Я донесу Вас.

– Нет. Я сама.

Девушка встала и двинулась вниз по склону. Гвардеец последовал за ней. Внезапно всю округу озарило пение священников из Храма. Оно было грустным, но вселяло надежду на лучшее. Традиционные мелодии. Так знаменовался приход Бури.

********

Другим путем они вышли к дороге, по которой Тала еще недавно проходила.Или, быть может, это было давно. Сложно сказать. Сейчас же на улице было заметно небольшое изменение – сотни служащих городской охраны обыскивали каждый угол. Отец Астира поднял на поиски всех, кого смог. Желал ли он спасти Талу или своего сына от бесчестия, неизвестно, но так или иначе каждая крыса в старом городе знала о пропаже девушки. О ее чудесном возвращении все узнавали бы намного позже. Еще бы, ведь теперь у Кайнара нет наследника.

Разумеется, их доставили к самому командующему. Были найдены и трупы, а догадаться, кто так мастерски разделался с ними, не составило особого труда. Обвинение против Амириса не заставило бы себя долго ждать. Действия гвардейца строго соответствовали Кодексу, но разве безутешным родителям стало бы от этого легче? Разве избавились бы они от мысли расправиться с убийцей собственных детей. И всем сразу станет безразлично, что при жизни плевать они хотели насобственных отпрысков, что сейчас в них говорит скорее личное оскорбление, нежели горе по погибшим. Нет! На Амириса спустят всех собак, и общество поддержит расправу, ведь он убийца безобидных детишек. А где общественное мнение, там и вердикт трибунала.

Командующий Талиф велел принцессе и ее телохранителю отправиться домой и обещал что-нибудь придумать. На следующее утро он принес Тале плохую весть.

Замять расследование не удалось. Все канцелярии государственных органов были завалены жалобами, а их приемные не могли вместить армию юристов, стремящихся лично побеседовать с тем, кто руководит расследованием.

Местные СМИ поддержали общую волну негодования и заполонили сеть призывами к справедливости. На Командующего охраной давили со всех сторон, требуя задержать убийцу.

Оставалась всего пара вариантов развития событий. Самым простым выходом, конечно, было отдать гвардейца на суд общества. Возможно, титул Белого Стража и спас бы Амириса от казни, но бесчестия и заключения ему не избежать. Пожалуй, первое для гвардейца была намного хуже, второго. Собственно, поэтому он и не сбежит.

Талу не устраивали оба варианта. Она поставила себе цель отблагодарить своего спасителя, и полумеры ее не устраивали. Но собственных сил ей не хватит ни на что. Пришло время дочурке поговорить сдрожайшим отцом.

*************

Кайнар имел всего двух доверенных лиц в Башне, которые сохранили свободу: командующего гвардией и послаМанарифа.

Оба были его старыми знакомыми. Оба имели детей, которых не видели с момента создания барьера. Оба неистово желали вернуться домой.

Они перепробовали уже все способы убеждения своего правителя, но ничего не сработало. На очереди были варианты куда менее благочестивые.

Оба с радостью зацепились за призрачную соломинку в виде дочери Кайнара. Быть может, родная кровь сможет его переубедить. Никто не задумывался, насколько смешон этот шанс. В тайне от Башнира ее и Амириса должны были провести сквозь барьер во время смены караула, а дальше все надеялись лишь на чудо.

***********

Как и было обещано, гвардейцы Тримвара встали на стражу так, чтобы дать дорогу Талеи Амирису. В свете СинегоСтира, ночной звезды Манарифа, они вступили на мост. За десять минут до положенной смены караула в барьере появилась неразличимая с Тримварских бастионов щель.

Курт – посол уже ждал их внутри. Но первым их встретил не он, а Сириг. Вернее, его изображение на гигантских воротах Сильтора. Он стоял в полный рост на небольшой скале и осыпал молниями целое море безоружных Таур, окруживших его. Глаза Сирига горели зловещим золотым огнем, а весь его лик полнился ненавистью. Эта картина демонстрировала совершенный им геноцид, произошедший меньше двух сотен циклов назад.

Внутри было необычайно холодно и темно. В воздухе ощущалась обреченность этого места и его пустота.

– Мы пройдем каким-нибудь тайным путем? – спросила Тала.

– Незачем, – отозвался посол, – здесь не так много стражи. Армию он оставил снаружи, а нас здесь запер подыхать почти в одиночестве.

Три фигуры прошли мимо лифта и вступили на лестницу, ведущую вверх.

– С тех пор как нас накрыл этот проклятый барьер, энергосеть вырубило, как и все средства связи. Поговорить с семьями мы можем только изредка, когда в барьере раскрывается брешь. А мои… Они давно не отвечают. Талиса, прошу тебя, убеди его снять барьер. Ты – моя последняя надежда.

– Что? – Талиса удивилась этой просьбе, – он меня не послушает… Мы ведь…

– Прошу… Хотя бы попробуй! – посол был в явном отчаянии. Переживания о семье, похоже, сводили его с ума. По лицу старика можно было предположить, что он не спал уже несколько суток. Присмотревшись, Амирис заметил в складках его мантии кинжал. Талиса и впрямь последний шанс посла… перед решительными действиями. – Ах, простите. Я всю дорогу думал и все равно забыл выразить Вам свои соболезнования: потеря Легиона Чести и Ваших братьев – ужасная трагедия для нас. Даже для него, наверное. Как Вы держитесь?

Только в этот момент Тала осознала, что ведет одного из немногих выживших прямо к человеку, виновному в смерти его братьев, и волнение охватило ее.

– Я справлюсь, – ответил Амирис на вопрос посла, но взгляд его был обращен на принцессу.

Вот и она, большая дверь в тронный зал. За ней на своем троне целыми днями сидит Башнир. Посол отворил дверь и пропустил вперед Талу.

На полу залы лежало безжизненное тело командующего гвардией. Его роль была куда опаснее, чем у посла. Выманить Кайнара и открыть брешь. Он справился. В руках Кайнара виднелся окровавленный меч. Расплата за незваных гостей. Вокруг стояли четверо растерянных стражников.

– А! ВОТ И ЕЩЕ ОДИН ПРЕДАТЕЛЬ! Я ВЫНОШУ ТЕБЕ СМЕРТНЫЙ ПРИГОВОР ЗА ИЗМЕНУ! СХВАТИТЬ ЕГО! СХВАТИТЬ ИХ ВСЕХ!

Кайнар продолжал сыпать ругательства. Посол же смотрел на тело, и душу его переполняла ненависть, а рука потянулась в карман за припасенным оружием. Его ярость найдет свой итог в бессмысленной гибели от рук стражи, но выхода все равно не было.

Что может произойти за секунду, такой ничтожный промежуток времени? Казалось бы, немного, но на самом деле … за секунду может пасть целая Империя. Крик Кайнара прервался на полуслове. Его голова отлетела в дальний угол, а тело упало рядом с другим мертвецом. Следом за ним отправились и гвардейцы. Одних испепелила стена черного пламени, других поразил разряд молнии.

Вспышка тьмы рядом с принцессой обескуражила ее. Спустя мгновение она уже видела, как обезглавили отца. Еще пара вспышек – и стражи больше нет. Над их останками стоял Амирис с обнаженным мечомипылающей рукой. Он смотрел на принцессу, и та не узнавала его глаза. Даже в тусклом освещении зала было видно, что в его глазницах одна лишь тьма.

Амирис вновь посмотрел на девушку, и его окружил сгусток тьмы, сопровождаемый ужасными скрежещуще-глухими криками тысяч душ. Еще секунда, и на том месте уже стояла фигура, не имевшая ничего общего с предыдущей. Тёмно-бурый плащ с накинутым на голову капюшоном, легкие доспехи под ним и окровавленный меч в руке – вот все, что могла различить принцесса. Лица же Тала теперь разглядеть не могла. Под капюшоном была лишь непроглядная чернота.

Широкий взмах и ярко-синий взрыв. Осколка Кара больше нет. Барьер пал в тот же миг, и весь город узнал о свержении правителя.

Амирис же нагнулся над телом Башнира и промокнул в его крови небольшой лоскут ткани. Потом он встал.

– Мое почтение, миледи.

Вновь сгусток тьмы окружил его. С тем же жутким звуком он выбил окно вместе с частью стены и умчался в темноту ночи, оставляя Талу наедине с собой.

Глава II. Дар искупления.

В этот раз не было сообщения о сбое в датчиках, не было отмены тревоги, а городская охрана материлась по-новому.

Ни для кого уже не оставалось тайной, что планы Кайнара рухнули вместе с его барьером. Большая часть стражи Тримвара и жителей домов, близких к Башне видели, как развеялось синее свечение и стена тронной залы разлетелась на куски под натиском сгустка тьмы. Эту же картину наблюдали и оставшиеся телохранители принцессы.

Не прошло и получаса, с тех пор как Дарот в паре кварталов от Тримвара отпустил Талу в Сильтор, умоляя ее быть благоразумной и осторожной. С самого утра его терзало плохое предчувствие, и сейчас он лицезрел то, как оно сбывается. Вместе с оставшимися гвардейцами командующий бросился к воротам, ведущим на мост.

В суматохе Дарот не заметил, как Зари отдалился от группы и исчез в ближайшем закоулке.

Тем временем Тримвар перешел в полную боевую готовность. Гвардейцы вооружились, активировали турели, выдвинули на позиции технику и дроны и даже зарядили планетарные орудия. В Сильтор была отправлена экстренная группа, а все стражи, находящиеся внутри, немедленно устремились в тронную залу на помощь своему правителю. Все знали, что спешить им уже некуда, но с честью исполняли свой долг.

************

Подоспевшие гвардейцы нашли Талу, стоящую все на том же месте, и посла, склонившегося над телом бывшего командира стражи.

– Что здесь произошло?!

– Один убийца покарал другого.

– Вам придется пройти с нами, посол.

Обоих подозреваемых вели по мосту в тот момент, когда в небе началась мешанина ярких вспышек: в город прибывали боевые межпланетарные крейсеры.

– ПРЕДАТЕЛИ!

С тяжелым треском выстрелили оба планетарных орудия, поразив шиты одного из крейсеров и не нанеся никакого вреда ему самому.

Видно было, как в небо от них разлетается рой черных точек – истребителей. Через считанные минуты они ударят по обороне города.

Из Колец по крейсерам открыли огонь основные планетарные батареи города. Фокусированные залпы смогли истощить щит одного из крейсеров. Пара снарядов угодила в обшивку и с легкостью пробила ее. Корабль начало кренить на бок.

Конвой бегом продолжил свой путь, и, когда уже входил в Тримвар, по двум венчавшим его орудиям открыли огонь. Щит истощился всего за пару секунд, и оборонительные укрепления начали разлетаться от десятков попаданий. Всё здание тряслось и рушилось. Через мгновение одно из орудий взорвалось, забирая с собой своего соседа. Взрыв, казалось, прогремел на половину планеты.

Тала не заметила, как идущих позади стражей убило взрывом. Она с невероятным трудом понимала, что происходит и просто следовала за послом.

– Останьтесь здесь! – прокричал страж. – Я скоро вернусь.

Посол и принцесса остались одни в коридоре, по которому ежесекундно пробегали солдаты. Сложно было сказать, действуют ли они по инструкциям или просто носятся из угла в угол в не меньшем шоке, чем и принцесса.

–Это безумие! Оставаться здесь – самоубийство! Нам нужно бежать! Миледи! Миледи! За мной!

Посол потащил Талу за собой по коридорам. Они постоянно сталкивались со стражами и спотыкались о трупы. Со всех сторон доносились звуки взрывов и крики. Некоторые комнаты заполнил огонь, и дым разносился по всему Тримвару. В этой суматохе они наткнулись на Дарота.

– О Боги! Миледи, Вы в порядке?

– Она в порядке, но нам нужно уходить, немедленно!

– Хорошо. За мной!

Через минуту они уже выскочили на улицу и отбежали на пару кварталов.

– Что, мать вашу, происходит? – завопил Мендер.

– Кайнар мертв. Убит вашим гвардейцем. И вряд ли этикрейсеры – простое совпадение. Вы ведь командующий ее телохранителями? Позаботьтесь о ней, а я должен бежать к своей семье.

После этих слов посол рванул по одной из улиц со скоростью, достойной молодого гепарда, а не мужчины в возрасте.

Дарот взвалил принцессу на плечи и помчался в другую сторону, по направлению к дому Талы. Во всей этой неразберихе он только сейчас заметил, что рядом нет Зари.

– Где Виериц?!

– Без понятия, мессир, – отозвался Мендер.

– А! Черт! Нельзя останавливаться. Да помогут ему Боги!

Они бежали по уже полыхавшим улицам. В небесах над ними сражались боевые самолеты. Истребители нападавших явно доминировали. То и дело в вышине загорался неудачливый пилот, и его машина падала на город, порождая пламя и смерть.

И вот уже дом. Пара сотен метров, и они внутри.

– Быстро собрать вещи первой необходимости! Не медлить ни секунды! Ты – туда, а ты – туда! Подготовьте машину! Быстро!

Гвардейцы совместно с прислугой начали собирать все необходимое. Их занятие прервал жуткий грохот. В одну из комнат, пробив крышу и второй этаж, упал подбитый истребитель, похоронив почти всех слуг в доме и чудом не задевший Ультара с Мендером. Оба они уставились на борт самолета. Там красовался легкоузнаваемый герб протектора.

– Тариси! Вот ублюдки, – процедил Мендер.

– Вы совсем идиоты? Он сейчас взорвется! Все бегом из дома! – прокричал Дарот.

– Как он мог? – прозвучал нетвердый вопрос Талы. – Как он мог, Дарот?

– Не время сейчас! Нужно бежать! – он опять взвалил ее на плечо и поволок в гараж.

Из трех машин на месте была лишь одна. По открытым воротам можно было догадаться, что на одной наверняка уехал водитель, а вторую позаимствовал еще кто-нибудь из слуг. Но это уже и неважно. Места на всех хватит и в оставшейся. Пока все грузились, Астир вышел на улицу.

– Как они могли? Проклятые предатели! – его слова сопровождались очередной мешаниной вспышек, и вовсе не от залпов бортовых орудий. К городу перемещались новые крейсеры. Уже в других цветах. Если темно-красную раскраску Тариси можно было спутать с другими протекторатами, то сине-белые цвета флота Виеры не оставляли сомнений. Так же, как и золото обшивки Кайнарских кораблей, которые явились почти одновременно с Виерой.

Теперь небо кишело крейсерами и истребителями сразу трех сторон, а на землю полил стальной дождь из капсул с десантом. В неразберихе боя все палили куда вздумается, нередко поражая своих братьев по оружию. Флотилии оказались слишком близко друг к другу. Корабли сталкивались и взрывались, порождая гору обломков, падающих на город.

Все это действо сопровождалось тысячами разрядов молний. Буря не знала ни своих, ни чужих – она была одинаково жестока ко всем. Вдали, над Кольцами, падал почти целый крейсер. Ему повредило двигатель, и мощности не хватало, чтоб удержаться в воздухе. Через пару минут он упал на город. А еще через секунду взорвалось питающее его ядро, забрав несчетное количество жизней и уничтожив половину Первого Кольца.

Десятки миллионов смертных не увидели рассвета.

***********

Из Манарифа можно было уехать или улететь.

Первый вариант был проще, но вел лишь на другую часть планеты, которая наверняка в скором времени также окажется небезопасной, особенно для законной наследницы трона.

Второй вариант требовал корабля, способного к быстрому перемещению. Не особая редкость, но учитывая обстоятельства… К тому же, подобные корабли должны были храниться в ангарах космопристани, а там располагалась основная батарея планетарной обороны, которую разнесли в первые минуты боя.

Дарот понимал, что везти туда принцессу будет очень опасно и нет никакой уверенности в том, что получится улететь. За чертой города, примерно в ста километрах, находился второй космопорт. Там шансы убраться с планеты были намного выше. Туда и направился отряд во главе с Даротом.

Проехать сквозь город было тем еще испытанием. На многих улицах шли перестрелки, на других полыхали пожары. Машина принцессы перемещалась на магнитной основе, что позволяло ей парить в полуметре над землей. Это позволяло преодолевать завалы и пробиваться сквозь стену огня, но ощущения, испытываемые в эти моменты гвардейцами, сложно передать. Щит автомобиля держался из последних сил, но защитил своих пассажиров до выезда из города, где царили бесконечные пробки.

Каждый, у кого была машина или любой другой транспорт, пытался спастись бегством из города. Те, у кого были машина подороже с магнитными двигателями, при первой же возможности сворачивали с дороги на обочину, перераставшую в поле, и мчались по нему со всей возможной скоростью. Многие не жалели собственных машин, и на пути уже встречался заглохший от перегрева транспорт. Теперь его хозяевам оставалось лишь надеяться на чудо и добрых попутчиков.

К машинам подороже относился и транспорт принцессы. Дарот был опытным водителем. Он также свернул с дороги на обочину, но не издевался над автомобилем, что позволило им без препятствий и весьма быстро добраться до порта Аурии всего за полчаса. Отсюда они надеялись улететь как можно скорее, еще до прибытия основных масс беженцев.

***********

Приближаясь к самой воздушной гавани, все могли лицезреть обломки гражданских крейсеров. Неизвестно, кем, неизвестно, специально ли, но два больших крейсера, пытавшихся отбыть с планеты, были сбиты на верхней орбите выстрелами со стороны города.

Это давало понять, что большие корабли уже не полетят, а в мелких мест на всех может не хватить. Так и получилось. Дошедших до касс встречали неутешительные вывески – билетов нет. Можно улететь лишь на более поздних рейсах, но неизвестно, будет ли еще возможность отправиться.

Дарот был готов к такому развитию событий. По правде говоря, он и не рассчитывал улететь на легальном транспорте. Вместо этого командующий сразу бросился к частным ангарам, где вовсю продавались места на корабли-кочевники – своего рода межпланетарное такси, действовавшее безо всяких разрешений, но дающее огромные взятки директорату порта, так что их не трогали.

Найти пять мест все еще было трудно, но возможно. Разумеется, цены с начала конфликта взлетели до небес. Зато не было никакой идентификации личности, что играло на руку в сложившихся условиях.

Эти корабли не отличались ни новизной, ни красотой, ни удобством. Часто представляя собой монстра Франкенштейна, собранного из мусора. Нередко они не долетали до пункта назначения.

Небольшая ошибка навигации, и корабль сходил соскоростных путей, назначая себе интимную встречу с каким-нибудь астероидом. Кроме того, корабль сам мог не выдержать перегрузки и развалитьсяпрямо во время полета. Или пилот мог ценить богатство выше чести, поэтому после отправления всех пассажиров ждала участь быть оглушенными, ограбленными и впоследствии либо убитыми, либо, что намного хуже, проданными в рабство за границей Империи.

На одном из таких рейсов Тала покинула свою родину. Неизвестно, увидит ли она свой дом вновь. Эта мысль тяготила сердце девушки, пока транспорт выходил в космос. Еще больше удручала картина города: он весь пылал. Даже с орбиты было видно зарево.

Прозвучало требование пристегнуть ремни, и через секунду корабль ушел в скоростной прыжок.

***********

Угрюмая, крохотная и почти безжизненная планета была ярким примером поговорки, что любить нужно не за внешность, а за внутренний мир. А внутренний мир у Дирклифа был самым прекрасным: драгоценности и ценнейшие ископаемые переполняли недра, превратив его в одну огромную частную шахту.

Сейчас планета принадлежала корпорации «Остлиф», которая извлекала из нее максимум пользы, создав один из самых больших частных портов в Мироздании.

Здесь сочетались огонь и вода, жесткие порядки добывающих производств и вседозволенность порта. Тут можно было купить товары из самых дальних уголков Вселенной, как разрешенные, так и чистую контрабанду. Кроме того, свою продукцию представляли и проходимцы всех мастей: бандиты, убийцы, иногда даже работорговцы. Тем не менее все они действовали в рамках «приличий». Все-такиДирклиф не притон, и хоть какая-то власть здесь есть. Продажная, беспринципная, но власть.

Разумеется,Кайнар знал о положении дел, однако двадцатизначные переводы позволяли ему забывать на время о существовании этого парящего в космосе куска камня.

Именно сюда прилетела Тала со своими телохранителями. Они сняли весьма достойный номер в отеле недалеко от порта.

Сразу по прибытии принцесса провалилась в забытье. Она проспала почти сутки. Тем временем гвардейцы продумывали дальнейшие действия.

Новости пестрели различными заголовками: о кровопролитных боях, о полном уничтожении Манарифа, об уничтожении Кайнарской армии, о прибытии новых флотилий с каждой стороны. Некоторые даже заявляли о начале гражданской войны. Сложно было сказать, насколько это правдивые сведения, но одно оставалось очевидным – этот конфликт просто так не прекратится.

Хотя персона Талы теперь не играла важной роли, но угроза для нее все еще сохранялась. Она была законной наследницей и могла предать легитимности стремлениям протекторов к власти. Дарот прекрасно это понимал и для защиты девушки хотел скрыться по крайней мере до конца боев. Первые шаги в этом направлении уже сделаны, но их все еще можно было отследить. В конечном счете даже хозяева Дирклифа могут придумать, как использовать принцессу.

И Дарот нашел разумный выход: он хотел попросить политического убежища у «рас высокой чести»: Альянса Эрос и Империи Андор. Также, ни на что не надеясь, он решил обратиться и в Белую Башню за покровительством Этернэл.

Ему еще не было известно, что Тала видела в корне иной путь.

**********

Очнувшись ото сна, она вновь была полна сил как физических, так и духовных. Юный максимализм определил для нее цель, которой Тала готова была посвятить всю жизнь. И первым шагом к ней была прогулка по рынку.

Только Дарот вернулся после отправки запросов убежища из центра сетевой связи, как на него набросилась принцесса.

– Дарот, нам нужен рынок, ну или что тут вместо него?

– Что!? Я рад, что ты очнулась, Тала, но зачем нам…

– Мне нужно кое-что купить и срочно.

– Что купить?

– Узнаешь, когда купим. И я не хочу это обсуждать! Идем!

– Миледи, при всем моем уважении, Вам не стоит сейчас выходить на улицу.

– Я пойду с вами или без вас.

– Ох. Как прикажешь, Тала.

– Ну перестань. Мне и впрямь очень надо идти.

– Я и не отказываю, но хотя бы накинь плащ.

За перепалкой наблюдали все гвардейцы. Пожалуй, все понимали, что в итоге все равно придется идти, поэтому Мендер уже начал собираться. Они покинули уютный номер, выйдя в жуткий муравейник Талуна – самого большого города Дирклифа.

Как только Тала вышла за порог, ей в лицо ударили тошнотворный запах и дикий гул улицы. Лишь сейчас она поняла, где оказалась. Все то, что раздражало ее в «Кругах», здесь было помножено на сотню. Люди или хотя бы человекоподобные живущие встречались крайне редко. Большинство прохожих – адский коктейль из всевозможных рас Империи. Когти, крылья, щупальца, чешуя, механизмы, были даже газообразные существа.

Прохожих было неимоверно много, и все отличались друг от друга. И это еще не говоря о различной технике! Повсюду мельтешили дроны, а на дорогах транспорт представлял, пожалуй, все эры развития машиностроения за последнюю пару тысяч циклов. Куча хлама, ездящаятолько на матной тяге владельца, соседствовала с новейшими экземплярами, которые даже в Манарифе было не встретить.

Кроме того, на Дирклифе не действовал запрет воздушных перемещений над городами, и небо было затянуто несметным количеством транспорта и кораблей, двигающихся в абсолютном хаосе.

Но больше всего Талу терзали прохожие с протезами. Казалось, каждый на этой планете считает своим долгом вставить в себя какую-нибудь железку. Новые конечности, киберглаза, вживленные пушки и клинки – вот далеко не полный перечень местных изысков. Причем, все указывало на то, что операции проводились в ближайшей подворотне, по крайней мере большинство. Протезы были плохо прикреплены. Торчали и гноились куски мяса, и нередко подобный «робот» падал на улице рядом с пьяницами и шлюхами, лежащими в своих же испражнениях. Многие из них уже не вставали. На улицах «поцентральнее и побогаче» тела убирали каждый день, а на остальных они могли гнить неделями и месяцами.

Рассматривая все эти местные "достопримечательности", Талиса подобралась к цели своей прогулки – главному рынку. Он представлял из себя паутину кварталов, первые этажи которых были усеяны сотнями прилавков и магазинов с разнообразным товаром. Большинство запрещенных вещей можно с легкостью найти здесь: наркотики, оружие, магические артефакты. Нелицензированная продукция всех сортов просто сочилась с прилавков. Однако товары из списка строжайших запретов все же добыть тут было сложно. Но вам всегда могли подсказать, куда за этим лучше обратиться.

Прогулка по рынку была сложным занятием. Огромные толпы народа не давали продохнуть и заставляли прижимать кошель ближе к сердцу. В каждой подворотне поджидали свою добычу грабители.И можете быть уверены: никто из толпы не бросится на помощь.

На все вопросы по дороге Тала отвечала многозначительным молчанием, что заставляло остальных изрядно нервничать и злиться. Дарот и Мендершли впереди, расталкивая толпу. Астир и Ультар прикрывали спину. Двигался отряд быстро и привлекал порядочную дозу внимания.

Через пару кварталов намерения принцессы стали более отчетливыми. Первым магазином, куда она зашла, стал оружейный прилавок. Дарот изнывал от негодования, хоть и не подавал виду на публике.

–Талиса, нам здесь ничего не нужно.

–Ошибаешься. Если ты забыл, то осколки моего меча остались на трупах тех уродов.

– Тебе он и не нужен. Мы защитим тебя.

– Нет. Не защитите. От всего можно защититься только самому.

Тала отправилась разглядывать товар. Впрочем, в этом магазине ей ничего не приглянулось, хотя и были куплены пять штурмовых винтовок и комплект брони для Талы. Следующие пять прилавков тоже не представили чего-либо интересного. А вот шестой….

Этот магазин оказался намного меньше предыдущих, однако товар тут был слегка иного происхождения. Раньше оружие представляло собой хоть и явно незаконные, но вполне стандартные результаты работы кузнеца или оружейника. Иными словами, безликие штамповки. Этот же магазин продавал уникальные экземпляры. Естественно, все они были либо сняты с трупов, либо украдены, либо добыты еще каким-то преступным путем. Дарот еле сдерживался, а Тале было все равно. Здесь она и нашла то, что хотела.

Продавец не был особо любезен, однако он отвечал на все вопросы быстро, четко и вполне исчерпывающе. «Двуостраясабля, работаЭрит, стихия огня, 4600 имперскихфалькцион; Длинный меч, работа Эфериал, мультистихия, 12 000 имперскихфалькцион; Короткий меч, работу не знаю, мультистихия, крайне легкий, руны для устрашения, 25 000 имперскихфалькцион.»

Последний меч впал в руку Тале как влитой. Он и впрямь ничего не весил и казался хрупким. Прямая гарда, как и сам клинок, были испещрены рунами – декоративной чушью, которая позволила взвинтить цену. Многим светящиеся рисунки на мече вселяли уверенность в принадлежности к касте магов, хотя на практике никакой пользы не несли.

Но девушке меч очень приглянулся. И несмотря на протесты Дарота о непомерной дороговизне, он был куплен.

Тала взяла свой новый меч,пристально осмотрела его и почти шепотом произнесла:

– Я дарую тебе искупление.

**********

По возвращении ссоры было не избежать, и все это понимали. Морально каждый гвардеецподдерживал Дарота, однако вряд ли решился бы ввязаться в конфликт. Хотя, судя по командующему, помощь ему была не нужна. Он разгневался и еле сдерживался по дороге домой. Тала же, напротив, сохраняла полное спокойствие. Она все решила, и ее убеждения никто не пошатнет. Единственное, что ее тяготило, – уверенность в неизбежности расставания с друзьями.

– Ну и зачем он тебе?! Жалкая игрушка! А деньги нам жизненно необходимы! Как мы будем выбираться!?

–У нас достаточно средств.

– Да!? И откуда такая уверенность?! Ты знаешь, сколько осталось?! Знаешь, сколько стоят билеты на крейсеры, идущие через границу?!

– Через границу? Зачем нам крейсер через границу?

– А куда мы, по-твоему, летим?! Нам нужно убежище, и мы вряд ли его найдем здесь! Расы высокой чести примут…

– Об этом не может быть и речи. Я не отправлюсь просить милостыню.

– И каков план?! Пойти к протекторам?! Они либо запрут тебя в клетке на будущее, либо сразу продадут Виерам или Тариси.

– А что же сделают благородные Эрос или Андор? Также оставят меня гнить для сохранения в какой-нибудь башне. Нет! Никогда! Я лучше умру, чем буду ползать на коленях, умоляя о спасении. Скоро обо мне все и так забудут.

– Забудут!? Не будь наивна. За тобой будут охотиться даже после окончания войны!

– Пусть охотятся. Если найдут, то я погибну с мечом в руках, а не как крыса!

– Но…

– Довольно, Дарот! Я освобождаю тебя от должности. Освобождаю вас всех от ваших клятв, вашей службы и ваших обязанностей.

– Мы поклялись защищать тебя независимо от твоих капризов и …

– Последний, кто так говорил, предал меня, убил моего отца и развязал войну, так что не продолжай.

– Его предательство не обесценивает наши клятвы, и я буду защищать тебя до последнего вздоха, как и поклялся. Остальные вправе сами решить, как поступать.

– До последнего вздоха! – проревел Мендер.

– До последнего вздоха! – отозвался Ультар.

Все посмотрели на Астира. Было видно, что он замешкался, но быстро взял себя в руки и ответил:

– До последнего вздоха!

– Хорошо. И чего же желает наша принцесса? У нее есть план?

– Только месть. Ничего, кроме нее. И я советую вам еще раз обдумать свое решение. Защищать меня в текущей ситуации – почти самоубийство, а я еще и сама бегу на пули.

– Невероятная глупость! Ты ведь даже не знаешь, где теперь найти Амириса!

–Это был не Амирис. После убийства его окутала тьма, и выглядеть он стал иначе.

– Магия или маскировка?

– Но учитывая, что он параллельно швырялся огнем и молниями, то скорее всего магия.

– Дело дрянь. Даже если мы найдем его, то одолеть мага-убийцу?

– Погодите, а где же Амирис? – спросил Астир.

– Скорее всего, остался на поле боя вместе со своим легионом. Многие тела не нашли. А в город уже прибыл наемник под иллюзией. Да это и неважно теперь, – ответил Дарот. – Ты сможешь описать убийцу? Хотя бы внешне?

– Лицо его было чем-то скрыто, а внешне ничего необычного. Темно- бурый плащ, под ним такого же цвета накидка. В правой руке был длинный меч с прямой гардой, весь в светящихся рунах. А! Еще, когда он убил мага, я увидела под накидкой маленькие метательные ножи. Их было много. Тоже беловатого цвета. И глаза его. Они сияли сквозь тьму. Хотя, наверное, мне показалось. Чепуха. Это все.

– Ну и как мы будем его искать? – вскинув руки, спросил Мендер.

–Это будет проще, чем ты думаешь. Наемники любят бравировать своими "трудовыми успехами", повышая цену будущих заказов, а убийство Кайнара – крайне солидное достижение. Думаю, слухи о нем разлетятся довольно быстро. А разлетятся они наверняка с Кравира – самой крупной ближайшей базы наемников, убийц и прочего сброда. А значит, нам надо лететь туда, – ответил командующий.

– Но ведь Кравир полностью под властью головорезов, и их там столько… Даже Кайнар не решался нападать на них, – заметилУльтар.

– Да. Худшего места в округе не найти. Ты уверена, что хочешь этого?

– Уверена, и я повторяю, что не тащу вас за собой. Я осознаю риски, но без этого жить не смогу.

– Тогда завтра мы отправимся наТортофу, а оттуда в Кравир. И да помогут нам Боги.

**********

Выбраться с Дирклифа было куда проще, чем из осажденного Манарифа. Только в ближайшем порту свои услуги предлагали больше сотни перевозчиков разной степени паршивости.

Дарот разумно избрал местную компанию, предлагавшую в своих рейсах помимо всего прочего одну весьма полезную услугу – полную анонимность, за дополнительную плату, разумеется. Теперь документы показывать не придется, однако от предъявления багажа для досмотра никто не освобождал. Таким путем вся пятерка оказалась в длиннейшей очереди к огромной багажной стойке.

Можно было насчитать не меньше пары сотен живущих в каждой нестройной линии, ведущей от входа к заветной цели. Наиболее состоятельные граждане оставляли вместо себя дронов, как собственных, так и взятых на прокат у ближайшего барыги. Неплохой бизнес, кстати.

Тала с компанией находилась уже в середине очереди. Позади было полтора часа ожиданий, впереди еще столько же. Принцесса уже могла рассмотреть серую стойку и непонятных инопланетян за ней.

Высокие и очень стройные, если не сказать тощие, со светло-коричневым цветом кожи. Волос на них не было, а все формы тела выглядели крайне обтекаемыми.

Сначала Талиса бросила быстрый взгляд на одного из них и отвернулась, не найдя ничего интересного в данном зрелище. Рядом веселились ее гвардейцы, периодически подшучивая друг над другом. Принцесса явно не могла влиться в это веселье, и все, что ей оставалось, это рассматривать окружение, которое было в высшей степени унылым. Единственное зрелище перед глазами – толпа и небольшой кусок стойки, поэтому она вновь посмотрела на инопланетянина.

Он мельтешил и очень странно говорил. До Талы долетели лишь отголоски его слов: -Г-Р-У-З- -Н-О-М-Е-Р- -О-Д-И-Н- -Д-Е-В-Я-Т-Ь- -С-Е-М-Ь .... шум толпы не дал девушке расслышать его дальнейшие слова, и она зевнула от однообразия. Когда ее взор вернулся к стойке, за ней никого уже не было. "Хм, шустрый". Она моргнула, и на том месте вновь оказался тот же инопланетянин.

– Под стойку что ли лазил? Зачем? – прошептала Тала в пустоту, однако Ультар услышал ее.

– Нет. Он унес багаж.

– Там так близко?

– Да ты что! Там огромный склад, а на электронике они явно экономят. Думаю, эти парни сами носят весь багаж.

– Да они бы все были мыльные и уставшие.

Ультар усмехнулся:

– Это жмаргиры, бегать – это их существование.

– Маргиры? Никогда не слышала.

– Я, кстати, тоже, – отозвался Мендер.

– Интересные создания, родина которых демонстрирует все минусы глобализации.

– Ну не затягивай, – сказал Астир.

– А нам разве есть куда спешить? – поинтересовался Мендер.

– Ну так вот! Происходят они из мира Марг в западном протекторате. По своей природе невероятно быстрые, засранцы. Просто как молнии. Секунду здесь, а еще через секунду в километре от тебя. Поэтому так и выглядят. Ни волос, ни острых углов, и тощие они. А ноги то – титанически мощные, да и в остальном они посильнее человека. Ну и раз ты так шустро бегаешь, то и кушать должен соответственно. Травоядные по своей природе, на родной планете они питались фруктами, содержащими невероятное количество углеводов, что им и позволяло выживать. Но, когда великая Империя Азул принесла им свое просвещение в виде торговли и выхода в космос, их фруктики многие оценили и стали вывозить с планеты в огромном количестве. Маргиры же стали голодать и как следствие – умирать. Поднимали восстания всякие, некоторые, к слову, были успешны, хоть и недолго. Кайнар, ясное дело, умыл руки и совершил гениальную вещь: продал Марг со всеми потрохами в частные руки. При этом торжественно объявив, что все маргиры – граждане Империи и это лишь необходимая мера для поддержания порядка. Корпорации же почувствовали вкус наживы, и плевать они хотели на то, сколько нищих наемников подохнет в боях с местным населением. Обирать сады Марга стали подчистую.

–Вот гады. Неужели нельзя просто взять семена и развести плантации? – спросил Астир.

– Ну они так и сделали. Множество плантаций построили. Только вот спрос все рос. А строить плантации дорого и долго. Пришлось маргирам покидать свой дом и как гражданам империи побираться в других мирах. Таланты у них, конечно, весьма полезные, но и обычной еды им требуются вагоны. Поэтому большинство, как, например эти, работают, считай, за еду. Кто-то поумнее нашел и более выгодное занятие.

– Воровство, надо полагать? – спросил Мендер.

– Не без этого. Хотя им сложнее, чем кажется. В сам момент кражи все-таки надо остановиться, а неожиданно материализовавшийся в толпемаргир привлекает внимание. Есть, конечно, и особые профи, которые не останавливаются, но это целое искусство, достичь которого не каждому дано. Я сам видел, как этому учились. Маргир, не остановившись, попробовал вырвать сумку у одной женщины, да что-то не срослось. И ей вместе с сумкой чуть руку не вырвал, и сам с маршрута сбился и на всей скорости улетел в стену. Итога я дожидаться не стал, но наверняка обоим не поздоровилось. К слову, несмотря на все это, за ними все равно ходит слава воровской расы.

– А почему они так говорят? – поинтересовалась Тала.

– Они даже говорят настолько быстро, что большинство живущих неспособно понять. Вот и приходится по одной букве за раз. Как по мне, понятнее не стало.

История закончилась, а стойка была еще далеко. Лишь спустя три часа они смогли оформить багаж и покинуть планету.

************

Кравир – иссохшая планета. Ни растений, ни животных, ни воды. Лишь бескрайняя пустошь. Даже его недра не могли предложить ничего стоящего. Но у этого мира был свой козырь в рукаве, сделавший его желанным сначала для Кайнара, а после него и для сборища отбросов, которым нигде не нашлось места.

Со всех сторон планету окружалаВериси – главная загадка Мироздания. Даже этернал не знают природы этого моря аметистовых сгустков, просто парящих в открытом космосе. Она не жива и не мертва. Ее тайны будоражат умы отважных авантюристов и амбициозных ученых. Рождаются тысячи гипотез, ни одна из которых не нашла своего подтверждения до сих пор.

По всей Империи можно насчитать с сотню отголосков Вериси разных размеров. Внутри них в безжизненной бесконечности тлеют десятки тысяч планет, бывших когда-то живыми. Одним из них должен был стать и Кравир, но что-то пошло не так. Сгустки окружили его, но не пожрали. Они стали стеной этого мира, уберегающей его от любых армий захватчиков. Лишь на пару часов в сутки Вериси рассеивалась настолько, что ее можно было преодолеть и оказаться в этом оазисе покоя.

За свою жизнь Талиса не раз слышала об этом проклятом море, но никогда не видела его сама. Однако кое-что Тала могла предвосхитить, ведь Буря, что ей посчастливилось наблюдать каждую зиму, была, как говорят, плодом Вериси. Впрочем, другие называли ее колдовством этернал. Кому из них верить, она так и не решила. Впрочем, это и не важно, ведь куда интереснее ей всегда казались байки путешественников.

Они рассказывали ужасные и потрясающие истории о том, с какой храбростью входили внутрь Вериси и с какими богатствами возвращались. Как вмиг менялась вся их жизнь. Как, пожираемые аметистовыми нитями, они встречали богов, и те называли их избранными. Все эти россказни – ложь, ведь любой, кто входит в Нее, возвращается уже иным. Проклятые Вериси не несут с собой сокровища, они несут лишь безумие.

**********

– Значит так! Идем тихо. Ни на кого не смотрим. Заходим в бар и сразу к стойке. Делаем заказ на протектора и смотрим, кого он нам порекомендует.

– Что?! В плащах с опущенными головами? Давайте лучше голыми пойдем и то привлечем меньше внимания!

– Не ёрничай, Мендер. Ты даже не представляешь, что будет, если нас заметят.

– Я и не хочу представлять. Поэтому и предлагаю не играть в шпионов, а быть обычными прохожими.

– При всем моем уважении, командующий, я считаю, что Мендер прав. Мне доводилось бывать в таких местах, и местные с легкостью замечают таких ненормальных прохожих.

– Ненормальных?! А что здесь вообще нормально? Мы прошли всего два квартала до этого чертового … отеля!? Борделя!? В общем, досюда, а по пути я видел два трупа, один из которых жрала какая-то тварь! И это я не говорю о драках и том, что все эти инопланетяне предпочитают спариваться прямо на улице!

– Астир, не ной! Я ваш командующий и …

– Вообще-то нас всех освободили от должностей, так что…

Громкий стук в дверь прервал спор. Снаружи послышался то ли женский, то ли мужской голос:

– Не желаете развлечься? У нас есть рабы на любой вкус…

– НЕТ! – последовал единогласный ответ гвардейцев.

– О, простите. Вам там и так весело.

–Что значит нам весело?!! – возмутился Мендер, но стучавший уже явно утратил интерес к этой комнате.

– Наплюй на нее или на не… в общем на то, что стучало. Мы еще не обсудили как поступим.

– Да сколько можно! – Тала схватила плащ и вышла из комнаты. Все гвардейцы поспешили за ней.

Первым еще до выхода ее догнал Дарот и почти шепотом начал спорить. Тала же, напротив, отвечала в полный голос, не боясь, что ее услышат.

– Что ты творишь. Мы ведь еще не обсудили.

– Нечего тут обсуждать. Идем и делаем!

– Ты подумала, что будет, если…

– Не о чем здесь думать. Тут нет ни порядка, ни правил, ни законов. Делай то, что хочешь и как хочешь, а потом рассчитывай только на свои силы. Как бы ты себя ни вел, шанс не дойти до дома одинаков, и не о чем здесь думать.

Пройдя рядом с каморкой администрации, она громко крикнула:

– Мы еще вернемся! – и вышла на улицу.

Здесь царили грязь и гниль. Когда в одном месте собираются представители тысяч цивилизаций, нормы морали, законы и т.п. противоречат друг другу. Поэтому на Кравире было принято волевое решение отказаться от них вовсе. Что можно, а что нельзя, решалось лишь по принципу, хватит ли тебе сил сделать это и спасти свою шкуру после. Не было никакого порядка ни в улицах, ни в домах. Все строили то, что хотели и где хотели.

Планета находилась под полным контролем банды «Последняя насмешка», и на улице повсюду встречались отряды с нашивками в виде улыбающегося человечка. Этот «город» был «столицей», т.к. именно здесь заседали главарь банды и большая часть его приближенных. Заседали, разумеется, в лучшем баре «Кусок сыра». Туда и направлялась Тала.

– Ультар, почему “ Последняя насмешка”?

– Создатель банды, перед тем как убить свою жертву, срезал с нее кусок кожи в виде улыбающейся рожи: круга, двух глаз и подобия улыбки.Но он давал несчастным шанс на спасение. Ему можно было «дать подарок». За время, пока этот маньяк вырезал свой знак, жертва могла откусить собственный язык и отдать своему мучителю. Тогда вместо смерти живущему отрубали руку или ногу и отпускали. Ясное дело, мало кто после такого выживал, но шанс был. Так к банде приросло название “Последняя насмешка”, а к их главарю кличка Языкофил.

– Ясно. А почему бар, куда мы идем, называется “ Кусок сыра”?

– Точно не знаю, но у меня есть предположение. Ты слышала про систему Гари? Ту, что называют системой тюрем.

– Лучше напомни. И говори громче. Я тебя еле слышу.

– Изначально все тюрьмы там построили сами гарийцы. Ты наверняка знаешь, что эти твари крайне склонны к жестокости, поэтому мест в этих заведениях всегда не хватало. Из-за этого там постоянно проводились казни. Ну и была у них одна традиция старинная: перед смертью съедать кусок сыра. Руководство тюрем традиции следовало. Это уже потом систему захватил Кайнар и решил сплавлять туда всех преступников Империи. Рас там стало куда больше, но традиция сохранилась. Отсюда, кстати, и словосочетание «Висельный сыр».

– И как с этим связан бар? Мы очень далеко от системы Гари.

– Ошибаешься. Большинство членов банды – беглецы из гарийских тюрем. И многие из местных, отправляясь в рейд, веселятся как в последний раз, посещая различные увеселительные заведения. Они знают, что вернуться повезет далеко не всем. Ну а вообще, это лишь мое предположение. Причина может быть любая. Но точно мы знаем то, что это самый влиятельный и крутой бар на этой планете. Если где и можно оставить заказ на Кайнара, то это там.

*************

"Кусок сыра" был явно не тем, чего ожидала Тала. Вместо небольшого помещения, похожего на остальные неказистые строения, встреченные девушкой по дороге сюда, она увидела почти замок безнравственности и порока.

Этот бар занимал целый квартал. По периметру располагались пятиэтажные дома без входов, но с окнами, большинство из которых было закрашено. Единственным входом внутрь являлась огромная арка по центру с многочисленной охраной. Бар предоставлял своим посетителям любые услуги: рабов, азартные игры, гладиаторские бои, наркотики и, конечно же, море выпивки.

На стенах висели прибитые и корчившиеся в агонии невольники. Все они были изувечены – вероятно, это явилось последствием бурной вечеринки какой-нибудь шайки извращенцев или, быть может, сектантов. В любом случае хозяин заведения хотел выжать из них последнюю пользу: многим подобные украшения нравились.

В дальнем углу располагался местный живой уголок с различным экзотическим зверьем, а вверху под большим натянутым тентом в клетках танцевали обнаженные рабыни. В их интересах было избавиться от малейшего стеснения и чувства собственного достоинства иначе … зверюшкам тоже надо есть, а толпа любит кровь.

Справа у стены располагалась арена для гладиаторов. Обычно там бились невольники пострашнее и покрепче, но сейчас там виднелись настоящие бойцы. Очевидно, кто-то из посетителей решил померяться силой. Слева же занимались вполне безобидными вещами: сексом, наркотиками, азартными играми, выпивкой и танцами.

Периодически можно было принять участие в старинном народном развлечении – мордобое. Мало кто знал, что здешняя мебель сделана исключительно из «драгоценных металлов», и штраф, который возлагал на участников побоища хозяин заведения, некоторые не могли погасить до конца жизни (весьма недолгой жизни, так что ничего удивительного).

Помимо всего прочего этот бар был самой большой биржей труда для местных наемников и убийц. Хозяинзнал всех, кто ищет работу, и мог предложить самые подходящие кандидатуры любому желающему.

*************

Войдя внутрь, гвардейцы занервничали и старались не смотреть по сторонам. Дарот шел рядом с Талой и готовился защищать ее до конца. Принцесса шла впереди и, борясь с чувством омерзения, бушевавшим у нее внутри, осматривалась. Они быстро преодолели внутренний двор и вошли в главное здание бара.

Как только закрылась дверь, весь внешний гул стих. Здесь все еще было весьма шумно, однако это место выглядело куда благороднее остальной части бара. Чистота, полное отсутствие грязных и вонючих рабов и самое изысканное меню с винной картой – вот что могла предложить местная ВИП-зона.

Прямо перед стойкой Дарот обогнал Талу и уже открыл рот, чтобы выпалить заученную речь, но бармен его опередил.

– Чем я могу быть полезен прекрасной Талисе ас Эльтур соло Манариф?

Оцепенение одолело принцессу на секунду, но быстро отступило.

– Я ищу того, кто убил моего отца.

–А-а-а-а. Откровенность всегда в цене. На твое счастье, здесь ты его не найдешь.

– Откровенность или убийцу? – не поняв ответ, уточнила принцесса.

– И то, и другое.

– А где найду?

– Хм. Зачем вообще тебе это искать, мила-а-ашка?

– Хочу его голову повесить над камином. Вот моя цель.

– Не очень разумная цель, если ты, конечно, не самоубийца. Но ежели все-таки да, то не трать лишние силы. Мы и сами сможем удовлетворить твое желание. У нас в "Куске сыра" любой каприз за ваши деньги.

Тала осмотрела бармена. Он был либо человеком, либо андорцем. Ростом меньше двух метров, но очень коренастый, из-за чего казался просто огромным. Лет ему было явно больше среднего, и седина уже пробивала как его рыжеватые волосы,так и бороду с усами. На лице красовалось несколько шрамов в комплекте с белоснежной улыбкой. На контрасте с его почти красной кожей она сияла еще сильнее.

Тала не могла понять почему, но этот тип – хозяин этого мерзкого места – показался ей весьма хорошим человеком.Но он уклонялся от ответа, и это ее бесило. Стиснув зубы, она прошипела:

– Я спрошу последний раз: где тот, кто убил моего отца?

– Последний раз? – бармен разразился громогласным хохотом.

– ХВАТИТ РЖАТЬ, ТУПОРЫЛАЯ СВИНЬЯ!

– Ааааааррррггхххх. Не девка, а огонь. Здесь таких любят … ставить на место.

Оглядевшись, Тала увидела, что за ними наблюдают все посетители. Некоторые уже достали оружие. Это же не скрылось и от Дарота. Он уже хотел отдать приказ к бою, но принцесса сжала его руку и отрицательно покачала головой.

– Разумно. Твои гвардейцы здесь не помогут… Твоего отца прикончил Жнец. И это, к слову, не тайна. Хех. С тем же успехом ты могла все узнать у первого встречного. И не пришлось бы заявляться ко мне, милашка.

– Жнец?

– Да, – бармен развел руки и максимально помпезно произнес, – Лучший убийца в Мироздании. Для твоего отца и тебя это большая честь. Девушка сжала кулаки и собралась что-то возразить, но бармен не дал ей это сделать:

– Ну-ну, не горячись. Твои боги тебя явно берегут. Пусть их старания не пропадут.

– Я сама себя берегу.

– Правда,что ль? А мне кажется все-таки боги. Вот смотри: ты пришла в тот момент, когда у меня хорошее настроение – раз; тебя не убили по дороге сюда, хотя могли, точно могли, – два; Жнеца здесь нет и быть не может – три. Разве нужны еще доказательства?

– Его здесь нет? А где же он?

– Даже не представляю… Послушай, милаха,он берет только самые серьезные контракты, которые появляются здесь раз в сотню циклов, что для тебя тоже несравненная удача, потому что, когда он появится здесь в следующий раз, ты, может, уже проживешь счастливую жизнь и будешь тихо- мирно гнить в земле.

– ДА ЧТО ТЫ С НЕЙ БРАТАЕШЬСЯ! В ОГОНЬ ИМПЕРСКУЮ ШЛЮХУ! – с этим криком от ближайшего стола отделилось несколько головорезов. Прежде чем среагировали гвардейцы, за них это сделал бармен.

– ОГНЯ ЗАХОТЕЛ!? В МОЕМ БАРЕ?! – все сосуды на его лице наполнились цветом раскалённого металла, а из глаз вырвалось пламя. Он развел руками и породил огненную волну, вмиг пожравшую бандитов вместе со столом и стеной за ними. Умирающие кричали, а бармен отвечал им еще более громогласным воплем, приводившим в оцепенение всех вокруг:

– ВОТ ТЕБЕ ОГОНЬ! ВОТ ТЕБЕ ПЛАМЯ!

Через минуту все уже закончилось.

Внешнее веселье прервалось. Все смотрели на образовавшуюся дыру в главном здании. А хозяин заведения, не обращая на них никакого внимания, махнул рукой, и стена собралась из пепла. Затем восстановилось и внутреннее убранство.

– Так о чем это я..? – вопрос был адресован Тале, но вместо ответа последовал встречный вопрос:

– Почему ты не убил меня так же, как их?

–А кто они такие? Тупорылые отморозки, все достояние которых заключалось в паре пошлых анекдотов. Ты, милашка, – совсем другое дело. Твои похождения могут стать прекрасной историей, за рассказами о которой можно провести пару вечеров. Ради таких историй я и живу…

–Значит, ты расскажешь, как найти Жнеца?

– Нет заказа – нет его.

– Тогда я хочу сделать заказ.

Вновь приступ громогласного хохота одолел бармена, но сейчас Тала осталась равнодушна.

– Хорошо. Минимальная ставка – кусок Киэриса весом в 50 киар.

– О Боги. На это можно купить целую планету! – не выдержал Астир.

– Предоставь ставку и поговорим о цели.

– У меня столько нет.

– Конечно нет. Ты очень забавная девочка и принесешь мне в коллекцию свою историю. Поражение или победа? Скорее первое. Но влюбомслучае это будет занятно. А теперь проваливай… – с этими словами неведомая сила подхватила Талу с гвардейцами и вытолкнула их за дверь. Следом вышел и сам хозяин:

– ВСЕ СЛУШАЙТЕ МЕНЯ, ГНИЛЫЕ УБЛЮДКИ, – весь гул утих и взор каждого посетителя устремился на бармена, – Значит так! Эта девчонка под моей защитой на Кравире. Если хоть одна тварь ее тронет, то лучше заготовьте сразу речь, с которой будете молить меня о быстрой смерти, – закончив фразу, он развернулся и возвратился за стойку, а дверь с громким хлопком сама за ним затворилась.

***********

Эта планета почти не знала ночи. 50 часов света в противовес 2 часам тьмы. Три местных звезды трудились на славу, освещая каждый уголок мира. Иногда все светила погружались в Вериси и порождали свет зловещего аметистового оттенка. В эти мгновения боль пронизывала голову, а сердце пожирал страх. В такие моменты даже самый заблудший глупец искал себе убежище.

Несмотря на все это, а также на громкие обсуждения гвардейцев по поводу дальнейших действий, вернувшись в отель, Тала сразу же заснула.

Ей снился старый дом в Манарифе, где она когда-то жила.

Ее мама мурчала себе под нос простенькую песенку и сама готовила обед. Она всегда так делала, ожидая гостей. В этот раз должен был прийти дедушка. Тала ждала его и, что греха таить, его подарки. Наверняка будет куча сладостей и игрушек.

Принцесса вертелась в ногах у прислуги, накрывавшей на стол. И тут ее внезапно, без объявления огня, схватили и взяли на руки. Она развернулась, чтобы посмотреть на агрессора, но тут же получила еще один неожиданный, слюнявый и чмокающий удар в щеку.

– Не мешай накрывать на стол, дорогая, пойдем лучше встретим дедушку, – папа поудобнее усадил ее у себя на руках и понес в холл.

На полпути им встретилась мама.

– Идете встречать? Какие вы молодцы, – она тоже поцеловала девочку и пошла отдавать распоряжения слугам о том, куда ставить блюда. Как обычно лично приготовленные блюда она ставила в центр: не могла отказать себе в этом маленьком приступе тщеславия.

Дедушка уже был в холле с огромными сумками подарков, которые заносили слуги. Увидев встречающих, он нанес третий удар принцессе в ту же щеку.

Усевшись за переполненный блюдами стол, все весело общались до ночи.

Тала тоже сидела за столом и ловко орудовала вилкой и ножом. Но в тот момент, когда она захотела разрезать кусок только что поданного мяса, столовые приборы начали издавать елеуловимый треск. Он все усиливался и усиливался.

Неожиданно между зубцами вилки начали бить малюсенькие молнии. Они били все чаще и чаще. Внезапная боль пронзила руки девочки. Она больше не видела ничего вокруг. Перед глазами было только аметистовое свечение.

Затем все окутала тьма. Когда Тала посмотрела под ноги, она увидела выжженную и потрескавшуюся землю, а вокруг клубился необычный дым. Он был непроглядно черным и, казалось, … живым.

– Интересный порыв.

Тьма развеялась, и Тала увидела перед собой ту же фигуру, что стояла над телом ее отца. Гнев наполнил сердце девушки, и с голыми руками она бросилась на врага. Толку от этого не было: фигура оказалась таким же сгустком тьмы, как и окружавшая их завеса. Принцесса просто пробежала сквозь нее и, споткнувшись, упала с другой стороны. Под капюшоном на миг мелькнула ухмылка.

– Стоп. Это лишь сон. Лишь глупый сон, – подытожила Тала.

– Может и так, а может и нет.

– Что? Нет. Это точно сон.

– Значит так оно и есть.

Эти пространные фразы сильно злили девушку и подогревали желание проснуться.

– Многие меня искали, но ребенок впервые, – голос фигуры был иным нежели в Сильторе. Тихий и хриплый, но выражающий огромную силу и уверенность. – В любом случае всех ждал один конец. Ты исключением не станешь

– И всем являлась добрая волшебница во сне с предупреждением, что так делать не надо? – Тала, уверенная в том, что это все порождение лишь ее фантазии, чувствовала себя очень комфортно.

Она не могла проснуться и решила повеселиться. Но эта насмешка породила реакцию, на которую девушка не рассчитывала. Фигура засмеялась. Сначала смех был очень тихим и далеким, но через секунду он эхом раздался во тьме вокруг и в душе самой Талы. Леденящий страх пронзил принцессу, и осознание подступило к горлу: это не сон!

– Тебе решать, что это.

– ЭТО НЕ СОН! И ТЫ УБИЛ МОЕГО ОТЦА!

Убийца пронзительно смотрел в глаза девушки:

– Отступись или умри. Иного не дано, – с каждым словом фигура все отдалялась, а окружение растягивалось. Когда между ними было уже не меньше сотни метров, все вокруг начало закручиваться и Тала проснулась в холодном поту.

************

Принцесса явно проспала не один час. Гвардейцы уже давно присоединились к ней и участвовали в соревновании по громкости храпа. Кроме того, у них явно был плотный ужин, остатки которого лежали на столе вокруг отдельной порции для Талы.

Проигнорировав пищу, девушка подошла к окну. Там все еще было светло, а по улицам бродили толпы инопланетян. Гнев и отчаяние пожирали ее душу, порождая ненависть. Ненависть к убийце, бармену, не сказавшему, где его искать, к отцу, который бросил ее и выжил из ума, к самой себе, из-за собственной беспомощности, и наконец, к гвардейцам. Если бы они тогда бросили ее, то сейчас она бы не чувствовала ответственности за их жизни, не чувствовала бы вины перед ними и могла бы делать то, что считает нужным, невзирая на последствия. А что ей мешает сделать это сейчас? Они сами пошли. Значит, сами и виноваты.

Девушка схватила плащ и вышла из номера незамеченной.

"Кусок сыра" был все такой же шумный и омерзительный, а главное здание тихим. За стойкой стоял тот же бармен.

– С возвращением, принцесса. Чем обязан?

– Мне нужны деньги, а ты наверняка знаешь, как их достать.

– Ну это легкий вопрос. Ты ведь принцесса – возьми из казны.

– Тупая шутка.

– А это вовсе и не шутка. Заработать такую сумму невозможно, поэтому твой единственный вариант – воспользоваться происхождением. Иначе не выйдет.

– Если я заявлю свои права на наследование, то не проживу и пары дней.

– Свои права? Идет война, милашка. Сейчас действует только право силы, а у тебя ее нет. Ни армии, ни последователей. Все твои права – это четверо гвардейцев, которых ты, очевидно, не посвятила в свои планы, раз их здесь нет. Все, что ты можешь на данный момент, это удачно себя продать. Выбери сторону конфликта и надейся, что они победят.

– Продать себя!? Стать домашней зверюшкой протектора!? Лучше умереть!

–Это всегда запросто! – бармен засмеялся. – А вообще, с таким подходом дела твои дрянь.

– Я пришла сюда не спрашивать твое мнение, а узнать, нет ли работы?

– Работы? – удивленно произнес великан. – Посмотри вокруг. Дорогой алкоголь, элитные рабы, огромные ставки на арене. Думаешь, они позволяют себе такое, потому что грабитель или наемник – престижнаяработа? Как бы не так! За один день в моем баре они тратят все. ВСЕ! Им незачем копить. Незачем планировать расходы. Другого шанса потратить заработанное может и не быть. Вчера они сбежали с каторги, сегодня закатили пир, а завтра их глаза съедят какие-нибудь падальщики на краю Мироздания. Вот и вся жизнь. Ни богатства, ни семьи, ни почестей. Ты этого хочешь?

– Я хочу не быть прикроватной тумбочкой какого-нибудь богатея. Я хочу не пресмыкаться перед ряжеными дегенератами с громкими именами. Я хочу видеть мир, а не четыре стены, в которых меня запрут мои «благодетели». Я хочу найти и убить того, кто посягнул на мою семью. И я сделаю это в этой жизни или в следующей.

– Громко. Складно. Тупо… Что ж. Так тому и быть. Как я уже сказал, здесь два вида трудяг: первые грабят все, что движется, а вторые получают плату за то, чтобы у первых ничего не вышло. Что ты предпочитаешь?

– Второе.

– Кто бы сомневался. Я уже говорил, что тебя хранят боги? Так скажу еще раз… Сейчас у меня гостят представители одной очень интересной компании. Им нужны люди для охраны их перевозок и, возможно, на месте при разгрузке. Для соискателей вакансии всего одно профессиональное требование: не уметь говорить, … в особенности о том, что конкретно вы охраняете. Насчет всего остального, в том числе и боевой подготовки, они заверили, что сами со всем разберутся. Так что даже такую милашку научат драться.

– Я умею драться!

– Правда? – изумленно переспросил бармен. – Все, все умеешь?..Неееет…

Талиса слегка зажалась, придумывая что ответить:

– Ты очень много обо мне знаешь.

– Знать много весьма полезно. Сдохнешь чуть позже.

– Так где мне найти этого представителя?

– Я сам ему все передам. Вот тебе коммутатор, –бармен положил на стойку довольно большой и совершенно устаревший металлический браслет. На нем виднелся экран и пара десятков кнопок для настройки. Тала надела его на левую руку и включила. Табло сразу же показало несколько сотен непрочитанных сообщений с каким-то спамом от компании. – На него придет сообщение о времени и месте отправления ближайшего корабля с новобранцами.

– Ближайшего?

– Да. Они отправляют их каждый день, когда Вериси немного рассеивается. А теперь проваливай.

– Спасибо, – неуверенно произнесла девушка. Ответом на благодарность был громогласный смех, под звук которого она и вышла из бара.

*************

Как быстро несут ноги по пути к чему-то желанному, и как сильно они вязнут в грязи при отвращении к пункту назначения.

Тале казалось, что каждый прохожий разглядывает ее. Из-за этого она опустила глаза и смотрела лишь себе под ноги. Ее тяжкие мысли нуждались в уединении.

Предстоящий разговор с Даротом тяготил ее сердце. Она была готова продать душу, лишь бы избежать этого. В голове девушки пролетали детские оправдания, одно нелепее другого. Откинув мысль о бегстве, Тала начала обретать уверенность. Чтобы спорить, ей самой нужно быть твердой в собственном решении. А об этом пока оставалась лишь мечтать:

«В конечном счете это моя жизнь. Я не должна быть на побегушках ни у кого, в том числе и у Дарота. Решила, значит решила. Он не смеет мне указывать! Или …. А может, он прав. Он знает, что такое война и кто такие наемники. Может, мне и впрямь помогут андор или другие? В конечном счете чего я добьюсь, пойдя на эту службу? Я ведь даже с обычными отморозками не справилась без помощи этого ублюдка. Убьют меня в первой же стычке, и что я этим докажу? О боги! Как понять, правильно ли я … НЕТ! Хватит сомнений. Я сделаю то, что решила, и ни перед кем не буду отчитываться. Я есть моя воля! Что! О нет, нет,нет! Я не должна. Я не могу быть такой же, как отец. Это гимн его семьи, а не мой. Его уверенность, его упертость нас всех погубили! Из-за него я здесь! С чего он взял?С чего он взял, что сможет справиться с этернал – они ведь почти боги? С чего он взял, что это они наводят Бурю!? ВЫЖИВШИЙ ИЗ УМА ИДИОТ!" – ярость затмила душу Талисы, и на пыльную дорогу стали падать слезы. – Столько жертв, и ни одной даже маленькой победы. Вот к чему привела его упертость. А теперь я поступаю ровно так же. Ладно! Я должна сделать так, как скажет Дарот. Вот что правильно. Я ведь всегда это знала.»

Подняв глаза, Талиса увидела входную дверь отеля. Один шаг, и она поступит правильно. Но разве кто-то поступал правильно в таких ситуациях? Всегда найдется причина, которая внезапно окажется «знаком судьбы» и позволит поступить ровно наоборот. Всегда найдется повод.

«1-я космопристань, 19 отсек, 7 часов второй трети. Обратный отсчет: 1:57:34. » – а вот и причина – знак судьбы. Это сообщение пришло Тале на коммутатор от корпорации "Натурел" и вмиг перебило всю правильность. Она развернулась и помчалась по маршруту, который подготовил браслет.

***********

На первый взгляд, Кравир был во власти полной анархии и хаоса, но это ошибка. Безусловно, власть тут являлась весьма условным фактором. Однако основой города была старая база Империи, а уж ее-то создатели знали толк в порядке. Основал свой "Перевалочный пункт в будущее" Кайнар Ферис больше четырех сотен циклов назад. Под его личным надзором построили всю инфраструктуру планеты.Разумеется, венцом имперского строительства был местный космопорт. Он предназначался для обеспечения обширного торгового пути сквозь отголосок Вериси прямиком к мирам Эрос. 30 космопристаней по 100 отсеков в каждой, и все снаряжены самым передовым оборудованием для быстрого приема и ремонта кораблей. Ныне почти все разграблены, но две все еще функционируют.

Насколько бы тупыми и беспринципными не были эти бандиты, им явно не нравилось после прохождения адской Вериси попадать в место, где нет возможности починить свое корыто. Так что Языкофил распорядился запретить разграбление и даже выделил работников для обслуживания. Тала оказалась в самом центре огромной толпыживущих всевозможных рас. Все они шныряли из стороны в сторону и что-то делали с кораблями. Тут же был развернут рынок запчастей и рабов, а также забегаловки для перекуса во время работы, из которых несло как из помойки.

Найти нужный отсек было легко. Огромные голограммы с номерами висели прямо над ангарами.Подойдя ближе, девушка услышала объявление: «Корабль отправится через 20 минут. Всю необходимую информацию вам сообщат по прибытии".

Принцесса встала в очередь, которая двигалась весьма быстро.

Вскоре под ее ногами застучал трап, и девушка оказалась прямо перед входом на корабль. Оглянувшись, она на секунду представила, что видит дом своего детства. Во всех окнах горел свет и бегали слуги, а на пороге стояли двое машущих ей и любимых ею людей. Но, присмотревшись, она увидела лишь блики света и сморщенную морду какого-то живущего, стоявшего прямо за ней. Он недовольно хрюкнул и собрался что-то сказать, но Тала не дала ему шанса, пройдя внутрь корабля.

Глава III. Синебородый капитан.

– Что ты ей сказал?

– Вот так сразу? Даже не поздороваешься, брат?

Ультар молча покачал головой.

– Невежливо. Ну да хрен с тобой. Какими судьбами к нам?

– Не придуривайся. Что ты сказал принцессе?

– Ничего особенного. Она спросила – я ответил.

– Что именно ты ответил?

– Что наемников собирают в 1-ой космопристани.

– Да чтоб тебя! Давно она здесь была?

– Достаточно, чтобы уже пройти сквозь Вериси.

– Куда конкретно они летят?

– Это тебе придется узнать самому, брат.

– Говори, – сквозь зубы выдавил Ультар. От его руки, лежащей на столе, начали исходить молнии.

– Ты собираешься драться со мной!? За какую-то девчонку!? Я понимаю, каждый развлекается как может. И я не осуждаю! Правда! Но чтобы давать клятвы людям, да еще и лезть в драку с одним изсвоих ради нее! Вспомни Кодекс! И представь, что с тобой за это сделает Совет, если узнает.

– Ты бесчестен! Твоя жизнь ничего не стоит!

– Бесчестен!? Нет. Я лишь ответил на ее вопрос.

– А сборище этих ублюдков у тебя во дворе? И рабы, которых ты продаешь, как семечки?

– Эти ублюдки не признаны ублюдками ни одним из судей Белой Башни, а значит, я могу с ними сотрудничать как посчитаю нужным. Что же касается рабов, то их продаю не я, а Гурт. Гурт, помаши гостю ручкой ( в дальнем углу комнаты встал огромный живущий с зеленой кожей и многочисленными каменными наростами на теле). Он медленно махнул рукой и сел. –Он всего лишь платит мне налог за бизнес на моей территории, а остальное меня не касается.

– Думаешь, можешь так отговориться? Пустота пожрет тебя за эти грехи. Так же, как и Жнеца, благодаря которому тебя не трогают. Передавай ему мой поклон и скажи, что милость Патриарха не безгранична.

– Обязательно. Где тебя можно будетнайти, чтоб передать его ответ, дружище?

– Разгребающим дерьмо, что вы намешали.

– Очень "конкретный" адрес. Нашелся тут… ангел. Помяни мои слова, святоша: милосердие бывает опасным.

***********

–Она записалась в наемники и улетела с кораблем рекрутов на тренировочный пункт компании «Натурел». Я не знаю, как давно, но думаю, они уже преодолели Вериси. Куда конкретно, я тоже не знаю. У компании три официальных тренировочных базы и черт знает сколько подпольных.

– Откуда ты это все взял?

– Я заглянул в «Кусок сыра». Тала обратилась к нему за помощью, и он «помог».

– Будь он проклят! И что же нам теперь делать?

– Отставить панику, Мендер! – рявкнулДарот и встал со стула– Она всего лишь ребенок и нуждается в нашей помощи. Ближайшая к нам база на Сингуре. Я прав, Ультар?

– Верно.

– Значит, сейчас же пойдем в порт и отправимся туда.

– А мы потянем? – задумался Мендер. – До Сингура прямого маршрута наверняка не будет, а сама база занимает сразу всю систему. Даже если мы туда долетим, то как будем ее искать? Что, если она не там? Тогда лететь на другую базу. Я даже не знаю куда.

– На Туруф, – ответил Ультар.

– На Туруф?! Это же другой край галактики, и, думаю, размеры там немаленькие. И не забывайте, что идет война, черт возьми. Кроме того, не стоит забывать, что нас могут вообще не допустить на территорию базы, так как мы нет никто для них. Ну и на десерт: насколько я знаю, третья база находится в соседней, мать ее, галактике. Отсюда у меня всего пара вопросов ко всем здесь присутствующим: хватит ли нам денег, хватит ли нам нервов и не грохнут ли нас по дороге? Я не говорю, что мы должны ее бросить, но нужно все обдумать и, возможно, заручиться помощью.

Мендер выжимал из себя всю суровость, что мог, дабы отрезвить Дарота. И у него получилось. Вначале Дарот закипел, но вскоре успокоился. Возможно, его убедило осознание правдивости высказанных доводов. И он лишь ответил:

– За свою жизнь я приносил множество клятв и ни одной не нарушил. А Талу я клялся защищать трижды. И пусть мне придется пройти сквозь ад, но я уберегу ее ото всех смертных и бессмертных вместе взятых. От живущих и от давно подохших. Будет это нищий, страж, маг, да хоть сам этернэл. Мне плевать! А вы как хотите. Я отправляюсь в порт и надеюсь вас там встретить.

**********

Никто не отказался от собственного долга.

Ближайшим с Кравира отправлялся крошечный грузовой корабль. Примерно на таком же они прибыли сюда сутки назад. Но Ультар настоял на другом рейсе. Огромный грузовой крейсер, выбранный им, прибыл на Кравир с очевидной контрабандой. Корабль принадлежал странноватому старику-капитану с синеватой бородой. Он направлялся в Аргу и счел возможным подобрать попутчиков.

Выбор Ультара удивил остальных гвардейцев, но под его напором они сдались и молча погрузились на борт. Пассажиров размещали в одном из складских отделений. Сидячих мест здесь не было, зато валялись ящики, на которых все и расселись.

Все четверо гвардейцев сидели молча, ожидая скорую турбулентность от прохода сквозь Вериси. Астир расположился рядом с небольшим иллюминатором и внимательно в него смотрел. В его воображении никак не могло сложиться четкого представления о Вериси. Каждый в его окружении хотя бы раз упоминал это явление, но не считал необходимым обьяснить, что это. Юноша помнил школьные уроки и поданую вскользь тему, которую он так и не понял. Прошлый же полет юноша проспал, о чем еще долго сокрушался. Сейчас же Астир надеялся своими глазами все увидеть.

Ради этого места он даже вступил в неравную схватку с толстой и совершенно лысой теткой неизвестной расы. Кожа ее отдавала розовыми оттенками, и повсюду пробивались бородавки. Неизвестно, какой ужасной магией, каким обманом и угрозами он смог одолеть ее, ибо, видят боги, даже этэрнал потерпели бы поражение в этой схватке. Но Астир очень сильно хотел место у окошка.

И вот его ожидания начали оправдываться. В бесконечно-синей пустоте начали пробиваться аметистовыесгустки.

Она растекалась словно сироп в молоке, словно бензин в луже, словно капля крови в утренней росе. Начинаясь небольшими лоскутками в бесконечной глубине космоса, скоро Она пожрала все видимое пространство и как будто собиралась сделать то же самое с самим кораблем. Ее длинные нити, похожие на корни растений, окутали иллюминаторы.

Поддаваясь любопытству, Астир плотно прижался к стеклу, рассматривая каждый нерв этой великой системы. Он прожигал взглядом каждый миллиметр субстанции, видимой в окне, как вдруг аметистовоеполотнозагорелось алым огнем и по кораблю начало что-то бить.

Капитаны называли это турбулентностью, но в реальности это было чем-то иным. Вериси желала что-то с ними сделать. Уничтожить? Пожрать? Подчинить своей воле? В голове Астира всплыли страшилки, рассказанные ему матерью. Про живущих, чей разум попал во власть Вериси. Про проклятых и тварей, плодящихся в Ее недрах. Про богов, прячущихся где-то в глубинах этой бесконечной фиолетовой каши и совершенно обезумевших. Про секты, прячущиеся вместе со своими повелителями или нашедшие собственные островки жизни в этом безжизненном краю. Эти мысли вселили страх в душу мальчика. Он крепко ухватился за ящик, на котором сидел. В волнении нащупав какой-то символ на его правом верхнем углу, Астир стал водить пальцем по его граням.

Разумеется, от остальных страх парня не укрылся. Они и сами чувствовали себя неуютно и желали как можно скорее выбраться отсюда. К счастью, до этого оставалось недолго. Часы "отлива" Вериси делали ее почти прозрачной, что позволяло работать всей навигации. Этими моментами и пользовались тамошние капитаны, чтобы максимально безопасно вернуться в Империю. Получалось не всегда. Из-за все еще почти нулевой видимости можно было наткнуться на небольшой астероид, укрывшийся от сканеров, и тогда вам помогут лишь ваши боги.

Сидевший рядом с АстиромМендер ухватил того за плечо и, немного сдавив, сказал:

– Хорош паниковать. Сейчас уже вылетим.

– А я и не паникую.

– Ну да, конечно. Всем нам не по себе. Что уж тут скрывать. Странная эта хрень, Вериси. Вроде просто какой-то космический туман, а столько проблем из-за нее. Фанатики, еретики, маньяки, бандиты, проклятые, а теперь вон еще и Буря в Эороте усилилась из-за нее. И главное, никто ведь толком не знает, что это за хрень.

– Ну почему не знает, – вмешался Ультар. – Многие расы уверены, что это живой организм. Просто слегка иной формы, непривычной для нас. Они ей поклоняются и ратуют за то, чтобы запретить любые перемещения сквозь нее. Им кажется, что это причиняет ей боль. Отсюда и ее попытки защититься путем уничтожения источника боли.

– Ну да, а церковь говорит, что это остатки наших богов. Мол, из добрых родилась наша нормальная реальность, а из злых вышло Вериси. Они ее представляют источником всего зла, – парировал Мендер.

– Многие в империи считают, что Вериси создали маги во главе с этэрнал, и усиление Бури туда же скидывают, – присоединился к обсуждению Дарот. – Как по мне, это лишний повод свалить всю вину на тех, чье существование мы не понимаем.

– А у самих магов есть учение, согласно которому Вериси – это порождение общей власти Мироздания. Они считают, что когда существование приносит что-то достойное, то как остаточный материал появляется Вериси, – продолжил Ультар. Но видя непонимание в глазах гвардейцев, он добавил:

– Иными словами, представьте, что вы берете кусок дерева и вырезаете из него фигурку. После этого остаются опилки. Они не хорошие и не плохие. Они просто остались. И то, что с ними будет, зависит лишь от вас.

– Папа в детстве рассказывал, –вступил со своим словом Астир, – что Эрос считают наш мир единой идеей. Наши миры – это хорошие мысли, а Вериси – это плохие мысли. И так как плохих вещей становится больше, то и Вериси разрастается и скоро пожрет нас всех. Поэтому нужно стремится к хорошим мыслям.

– Еще бы эти Эрос считали иначе, – вмешался Мендер. – Вы знаете, что они все телепаты, просто поголовно: каждый может читать мысли другого. Это же кошмар! Захотел поесть, поспать, посрать наконец, и все об этом знают. А если засмотрелся на понравившуюся девушку? Думаю, у меня щеки бы внутрь вросли от постоянных пощечин.

Трое из четверых засмеялись, а вот Ультар был настроен явно скептически:

– Во-первых, это не телепатия, а что-то вроде духовногоинтернета. Они просто мысленно связаны друг с другом. Во-вторых, это чисто расовое явление, и твои мысли они читать не смогут. Ну конечно, если эрос не будет магом, но это справедливо вообще для любой расы. В-третьих, в основноммысли являются достоянием окружающих только у детей, чиновников и полных идиотов, а любой адекватный эрос защищает свои мысли, и это считается нормальным. И в-четвертых, просто к сведению, эта связь упрощает огромное количество вопросов: выбора лидеров, личного доверия, количество преступлений там минимально и так далее. Поэтому Альянс Эроса считается расой высокой чести и является…

– Зануда, – прервал монолог Мендер, – все равно это хрень какая-то.

– Они просто другие, – вмешался Астир, – не такие, как мы, вот и все.

– Андортакие же, как мы, но их считают высокой расой, а мы вроде как левые, хотя разницы нет. Поставь человека и Андора рядом и ни в жизнь не найдешь отличий, – обиженно пронудел громила.

– Это не так, – вступился командующий. – Точнее, внешне и впрямь не разберешь, выше немного и все, но вот если поговорить, то все станет ясно. Андораты сильнее нас. Они быстрее соображают. Я видел, как один из них запоем прочел книгу в пять сотен страниц за час, и это для них норма.

– Еще они куда более расположены к магии. Примерно в два раза сильнее, чем люди. Поэтому вместо церквей у них магические башни, – подытожил Ультар.

– Ну и черт с ними, – продолжал Мендер. – Хотя вынужден признать, что девушки там огого. Высокие, белокожие, стройные, умные. Эх, мечта. Не то что другие. Страшилища! Шипы, бородавки, щупальца, лишние глаза, конечности, пальцы, крылья. Брррр. Ужас. А ведь есть еще и не явные мерзости. Вот посмотришь на нее – умница, красавица, а внутри просто жесть. Вон Астир знает не понаслышке. Правда же?

Громила еще раз потрепал мальчишку за плечо, а тот покраснел.

– Не надо об этом.

– Да ладно тебе. Все свои. А Ультар вон не знает. Да и нет в этом ничего зазорного. Я вон вначале тоже за ней ухлестывал.

– Ну вы либо рассказывайте, либо прекращайте интриговать.

– Не спеши, Ультар. Сейчас все узнаешь. Но для началалучше скажи: у тебя ведь были амурные неудачи?

–Ха, бывало, – по лицу бородача пробежала улыбка, – только немного сложнее. У нас в Мирате слегка специфичные традиции.

–Ну-ка. Специфичные традиции я люблю, – с любопытством сказал громила.

– Ты смотрел когда-нибудь мюзиклы?

– Бывало.

– Ну вот так у нас проходят все праздники. Особенно главный, который называется День счастья. Включают музыку, вывешивают украшения. Ну и все танцуют и … говорят стихами.

– Да ладно, – не поверил Мендер и слегка засмеялся.

– Да. Все так и есть. Весь день, а он у нас подлиннее чем в Манарифе, каждый человек либо веселится на улице, читая стихи собственного сочинения, либо сидит дома, дожирая пятую коробку с мороженым и пялясь в монитор. Я, к сожалению, принадлежал ко вторым. Ну так это к чему… Большинство наших девушек предпочитали, чтобы ухаживали за ними также в стихах. А я как … В общем такой себе из меня поэт. Однако лохом я был прогрессивным и точно знал, что стихосложение во флирте – это уже устаревшее явление. Ну и мной было принято волевое решение уведомить о данном факте девушку моей мечты. Как итог: вас когда-нибудь посылали на хрен поэмой на три страницы? Меня, да!

Вот теперь смех был громким и всеобщим.

– А девушка твоей мечты… Какой она была? – поинтересовался Мендер.

– Ничего интересного. Девушка как девушка. Моя одноклассница. С высоты прожитых лет могу уверенно сказать, что она была пустышкой, – с грустью ответил Ультар.

– Наверняка очень красивая пустышка – заметил Дарот.

– Еще бы!

– Любим мы, мужики, за красивыми стекляшками бегать, – выдал Дарот.

– Ну не знаю. Мне нравятся умные. Чтоб мозг мне вправила, если что. А то я иногда перебарщиваю в чем-то, – заявил Мендер.

– Ха! Каблук! – неожиданно подкольнул командующий.

– С чего это вдруг? Вот что может дать пустышка в браке? Кровать погреть? Купите подогрев. Хотите, чтоб готовили вам ужин? Купите умную кухню. И для других потребностей гаджет найдется. Зачем бабу-то приводить? Женщина должна быть хорошим собеседником в первую очередь, – оборонялся Мендер.

– Да я и не против. Только где такую найти? Так и проживешь всю жизнь один как сыч, – парировал Дарот.

– Это сложно. Никто и не спорит. Но размениваться на мелочевки – точно не выход.

– Молодой ты еще. А в моем возрасте уже хочется тепла рядом, и никакая техника это не заменит.

– Не спорьте. На вкус и цвет, как говорится. Ну так что?Я свою историю рассказал. Ваша очередь.

Мендер растянул улыбку до ушей и начал рассказывать:

– Астир тогда только поступил на службу к Тале. И в первый же день ему на глаза попалась служанка. Красавица, умница, в общем, все дела. Ну он и не растерялся, молодец. Начал обхаживать. Правда, дружище?

– Да отстань ты, Мендер.

– Прааавда, – громила поворошил руками волосы парня, –она, кстати, отвечала взаимностью. Ну вот и ходили они ворковали. А потом он как-то узнал ее небольшой секрет. Как узнал-то, кстати?

Астир посмотрел на окружающих и с некоторым стеснением подхватил роль рассказчика:

– Мы сидели в парке. Болтали ни о чем. Она смеялась. И я спросил о еесемье. Мне почему-то казалось, что она родом из какого-то Кольца Манарифа. Но Шира ответила, что они живут на Озире. Я удивился, что ее семья оказалась на нечеловеческой планете, и поинтересовался, каково это: жить бок о бок с трехполымиозирцами. А она ответила, что сама является озирцем. Сказала, что является вторым полом из трех. Вот и все. И ни хрена это не смешно!

–Конечно, не смешно, если так рассказывать. Это же жесть. Баба, которая не баба. Афера века, – попытался придать веселья моменту Мендер, но, увидев, что остальные не разделяют его оптимизма, зажался и добавил, – вот для этого мне и нужна умная девушка. Чтоб взяла меня за яйца, и я заткнула.

– Вот это у тебя фантазии, – усмехнулся Дарот.

Фантазии как фантазии. Черт, Астир, да что ты там натираешь все время?

Юноша как будто очнулся ото сна, в который погрузился из-за воспоминаний.

– Что, прости?

– Чего ты натираешь?

– Ммм, не знаю. Эмблема какая-то.

– Дай-ка посмотреть, а то вдруг мы сидим на грузе для сексшопа, – Мендер нагнулся к ящику. Из-за своего размера он просто впечатал Астира в окно и даже задел Ультара с Даротом, сидящих напротив. – Эммм, Дарот, ну-ка взгляни. Может, у меня из-за Вериси крыша поехала. Это ведь символ как раз той базы, на которую мы направляемся?

– Да, точно! Дьявол! Если этот груз идет на Сингур, то мы значительно упростим себе жизнь, – задумчиво проговорил командующий. – Нужно осмотреть другие ящики. Возможно, он здесь один.

На остальных ящиках красовался тот же символ. Два глаза и исходящие вертикально вверх брови. Эмблема тиранов – элитных наемников корпорации "Натурел", базирующихся на Сингуре-1.

–Это ничего не значит. Не забывай, откуда мы летим. Наверняка это просто остатки награбленного, что не реализовали сразу. Везут еще куда-нибудь, чтоб избавиться, – рассудил Мендер.

– Думаю, ты прав, – согласился Ультар. – С другой стороны, спросить у капитана, не подбросит ли он нас до Сингура, нам ничего не мешает. Кроме того, не забывайте, что компания пользуется протекцией хозяина «Куска сыра» и Языкофила. Вряд ли на Кравире можно свободно реализовать такой товар.

– Ничего не мешает. Ага. Конечно. Прирежут, чтоб нос никуда не совали, да и делов то, – проворчал Мендер.

– Ты трусишь что ли? – усмехнулся Ультар.

– Я никогда не трушу, и ты это знаешь. Идем.

– Не кипятись. Ты сам говорил, что у нас мало денег и времени, а тут такой шанс.

– Идем!

Все четверо побрели искать капитана. Заходя за угол, Астир обернулся, желая еще раз взглянуть в иллюминатор. В ответ получил два пылающих ненавистью глаза на омерзительном-розовом лице с сотней бородавок. Место уже облюбовала та самая толстая тетка с толпой сородичей. Тем не менее сквозь розовое обрамление Астирразглядел иллюминатор, а за ним вновь пробивающийся сквозь Вериси бесконечный космос. Он улыбнулся и пошел догонять остальных.

***********

Первым найденным членом экипажа оказалось карликовое создание с бурой кожей. Руки его были короткими и изогнутыми, а из спины торчала еще одна конечность, напоминающая клешню из старых автоматов с игрушками, где за небольшую плату давали удивительный шанс попробовать вытащить плюшевый подарок. Впрочем, из-за крайнего неудобства клешни доставать удавалось довольно редко. Однако это создание мастерски ими управляло.

Минут пятнадцать ушло на выяснение того, кто они и что они. А затем еще столько же на понимание того, зачем им капитан. Задача гвардейцев осложнялась невероятной тупостью существа и плохим пониманием имперского языка, на котором ему все объясняли. Несколько раз гвардейцы порывались уйти, но их останавливало крайне малое количество членов экипажа, что подметил каждый, и перспектива искать нового собеседника в пустынных коридорах крейсера.

Как это бывает, каждый раз они говорили себе, что нельзя уходить, пара минут – и он все поймет, и застревали еще на десять. Мендер же постоянно добавлял, что этот гад все понимает и просто над ними издевается. Он настаивал на крайне пристрастном решении вопроса, чему яро противились Дарот и Ультар. А Астир же просто все время таращился на это существо, размышляя над тем, какое оно несуразное и жалкое, а также пытаясь понять, какого оно пола.

В конце концов всеми правдами и неправдами отряд был доставлен к капитанскому мостику. Создание открыло дверь и первым зашло внутрь. За ним протиснулись и гвардейцы. В комнате было трое.

Громила охранник, выше двух метров роста, с серой кожей и черными бездонными глазами, в остальном похожий на человека.

Капитан, которого гвардейцы видели при посадке и который и впрямь был человеком весьма странного вида. Низкого роста, худощавый, с длинными седыми волосами и такой же длинной синей бородой. Один глаз у него был карий, а другой такого же цвета, как и борода.

Последним был не менее высокий, чем охранник, но совершенно худой мужчина в плаще. С красной кожей, разбавленной коричневатыми пятнами. Изо лба с левой стороны у него торчал рог, а небольшое количество белоснежных волос было плотно зачесано назад.

Капитан сидел за столом, стоящим посередине, справа от него стоял мужчина в плаще, а охранник прислонился к стене слева. Все трое обратили свой взор на вошедших. Отсутствие стука явно способствовало неожиданности момента и резкому ухудшению настроения капитана.

Создание вышло на середину комнаты и на чистом имперском без запинки произнесло:

– Капитан, к тебе тут четверо каких- то лохов пожаловали. При деньгах и с оружием, так что я их привел, – после этих слов он поклонился и направился к выходу.

Капитан, очевидно, хотел отчитать подчиненного за внезапный вход, но ему помешал Мендер:

– Я говорил! Говорил! Эта тварь просто издевалась над нами!

– Поори еще, верзила, и лишишься причиндалов, – внезапно клешня создания вытянулась, а на ее конце выросли явно острые, как бритва, когти. Она сомкнулась в нескольких сантиметрах от Мендера, что заставило гвардейца даже подпрыгнуть от неожиданности.

– Пошел вон! – проревел капитан. – И если еще раз войдешь без стука, утоплю в дерьме и смою в космос.А вы какого хуя здесь забыли?

Дарот сделал шаг вперед и церемониально поклонился, в ответ на что получил неодобрительный взгляд капитана.

– Дарот ас Клиф в Вашей власти. Я пришел просить об услуге.

– Дугрут без рода и племени. И ни в чьей власти я не хожу, – голос старика был хриплый, но бойкий, с огромной дозой пренебрежения. – Что тебе от меня надо?

– Мы держим путь на Сингур и готовы хорошо заплатить за прямой рейс.

– До Арги доставлю, как и обещал. А дальше идите куда хотите. А теперь вон! – капитан грациозно махнул рукой, символизируя отсутствие желания продолжать разговор.

– Но … – повторный взмах рукой заставил охранника отделиться от стены и грозно двинуться в сторону бестактных гостей. Все четверо попятились, но не спешили уходить. Мендер даже обдумывал шансы в предстоящей драке. Первым решил что-либо предпринять Астир. Он оббежал гиганта и гордо прокричал:

– Каждый капитан имперского крейсера обязан любой ценой защищать своего Кайнара и членов…

– Кайнар мертв!

– Но его дочь жи.. – на этом слове гигант охранник схватил парня одной рукой и сильно сдавил его в груди. Увидев это, Мендер набросился на агрессора сзади, проводя удушающий прием. Однако, вопреки предположению гвардейца, что противник тут же упадет назад, тот устоял, хотя и отпустил Астира. Охранник с легкостью схватил Мендера за шкирку и перебросил его вперед так, что тот чуть не сбил краснолицего в плаще. Воспользовавшись передышкой, Астир продолжил:

– Мы гвардейцы-телохранители принцессы Талисы ас Эльтур соло Манариф, единственной законной наследницы титула Кайнара, и вы обязаны помочь нам!

Закончив свою тираду Астир обернулся и обомлел. В паре сантиметров от его лица застыл кулак охранника. А на его шее висели Дарот и Ультар, пытавшиеся спасти парня от молниеносного отправления в нокаут. Гвардейцы выглядели нелепо и явно были неспособны помешать такому грандиозному сопернику, а остановил его жест капитана.

– Девчонка тоже мертва.

– Она жива и нуждается в нас.

– Какие у тебя есть доказательства, мальчишка?

– Эммм, – этот вопрос заставил Астира задуматься. – Их нет. Только перстни гвардейцев и наше слово чести. И, пожалуй, никчемная гарантия.

– Гарантия?

– Если мы лжем, то вы всегда можете прикончить нас и забрать все, что у нас есть. Хоть небольшое удовлетворение, но вы получите.

– По-твоему, я жалкий головорез? Вор, возможно, а кто сейчас не вор, но убийца… Нет!

– Тогда чем мы можем гарантировать свою честность? – вмешался наконец Дарот.

– Кем был дед принцессы? – неожиданно спросил капитан.

– Ундар ас Айр соло Кириат. Третий великий адмирал имперского флота, командующий западными оборонительными редутами, – ответил Дарот.

– Да… – капитан смотрел на свой стол, и взгляд его был неимоверно задумчивым. – На седьмой день рождения принцессы он ей кое-что подарил. Что это было?

– Гравированный кинжал работы Эрос. Надпись гласила: “Моей дорогой и единственной внученьке от любящего дедушки”.

– Да… Выйдите в коридор. Дайте мне пару минут. Я вас позову.

Не прошло и секунды после закрытия двери, как Астир неожиданно получил подзатыльник от Дарота.

– Ты рехнулся!? Они могли тут же нас прикончить!

– Но не убили же.

– ДА! И он, наверное, единственный человек с Кравира, который так не сделал. Ото всех остальных ты бы мигом поймал пулю в голову. Пойми, парень! Гвардейцев не любят в таких местах. Особенно когда Кайнар уже мертв. Это чудо, что он нас не убил и выслушал.

– Да ладно тебе, Дарот, – вступился за мальчишку Ультар. – Все кончилось довольно хорошо.

– С чего ты это взял? Мы еще не знаем, какое решение он примет.

– Думаю, нам повезет.

– Повезет? Сомневаюсь. С чего вдруг ты вообще решил лететь именно на этом крейсере. Был ведь и другой рейс, а ты сказал…

Дарот не смог закончить фразу из-за открывшейся вновь двери. Охранник пригласил гвардейцев войти.

– Пассажиров я не возьму, но… Несколько моих уродов из охраны нашли таких же уродов на Кравире и повздорили с ними. В итоге уродов в этом мире стало меньше, так же, как и моих охранников. А вы, гвардейцы при оружии, полностью мне подходите. Жратвой и койками я вас обеспечу. Плату с вас не возьму, но и сам вам платить не стану, раз уж я вас подвожу. Согласны?

Дарот осмотрел остальных, а те в ответ слегка кивнули.

– Мы согласны.

–Хорошо. Лурм покажет ваши новые каюты.

Гигант первым вышел из комнаты. Гвардейцы последовали за ним.

**********

Слушая предложение капитана, ни один из гвардейцев не понимал, что на «Тире», а именно такое название носил этот крейсер, должность охранника совмещается с должностью уборщика, грузчика, кладовщика и многими другими. Так что все четверо приняли самое активное участие в выпроваживании пассажиров на Арге и загрузке крейсера новым грузом. После следовала долгая инвентаризация и нумерация секторов, ибо стены из ящиков возвышались до самого потолка и представляли собой настоящий лабиринт. Во время этой процедурыновые члены экипажа вдоволь прочувствовали, как в грузовых крейсерах много полов. Они там повсюду. И это как бы логично, но их ведь все надо надраить. И вряд ли крейсер развалился бы в дороге, если бы хоть один коридор остался немытым в течение недели, но капитан, очевидно, придерживался иного мнения.

Не прошло и недели крейсерского времени, а гвардейцы уже знали наизусть каждый уголок "Тира" и успели возненавидеть его всей душой. Они познакомились почти со всеми сослуживцами, большинство из которых и впрямь оказались редкостными уродами.Все-таки капитан отвечал за свои слова. Таким образом, все четверо общались только друг с другом, с некоторыми начальниками отделов крейсера и, пожалуй, с тем существом, приведшим компанию к капитану.

Его звали Нург. Он принадлежал к расе кигов с какой-то окраины соседней галактики. По его словам, даже в рамках собственного народа он был редкостным красавцем. Кроме того, он обладал превосходным чувством юмора, опять-таки с его слов. Однако Мендер, похоже, разделял его мнение и, несмотря на весьма специфическое знакомство, довольно хорошо общался с Нургом. Постоянный стеб друг над другом скрашивал обоим время в полете. А лететь придется долго. Грузовые крейсеры не такие быстрые, как пассажирские, и пути для них открыты совсем другие.

Тем не менееНург пытался выжать из положения максимум пользы. В конце каждой своей смены он устраивалразличные азартные соревнования с весьма весомыми ставками. Мендер в строжайшей тайне от Дарота пару раз посетил это мероприятие и даже каким-то чудом смог удвоить сумму, чем несказанно гордился и чем, к его огромному сожалению, не мог похвастаться.

Последней яркой чертой Нурга был его абсолютный пофигизм. Он не боялся ни гнева капитана, ни гнева других членов экипажа, ни смерти. На удивление, даже разорение не вызывало у него дрожи в коленях. Мендер никак не мог понять почему. Ему казалось, что каждый должен чем-то дорожить, но чем больше он общался с Нургом, тем больше убеждался в наличии исключений из этого правила.

Что же касается места размещения гвардейцев, то в каюте было четыре койки, четыре тумбочки, один шкаф и один стол с компьютером. Все это гармонично и эргономично было встроено в стены.

В отличие от МендераДарот не позволял себе тратить свое свободное время на шатание по крейсеру. Вместо этого сразу после окончания смены он отправлялся в каюту и полностью предавался размышлениям.

«Почему же капитан нам помог? С чего бы вдруг нам так везет – первый же крейсер, на который мы сели, летит туда, куда нужно? А ведь сесть на него предложил Ультар. С чего он взял, что грузовой крейсер надежней того мелкого пассажирского? И ведь не прогадал, везучий засранец. Да какая разница в конце концов. Летим туда, куда надо, и слава богам. Да вот только что делать будем, когда прилетим? Никто не скажет нам, не припрятана ли у них принцесса в чулане. Да и она, поди, не дура и выдумала другое имя», – об этом он думал долго и мучительно, но на самом деле это была лишь попытка отвлечься от стола с компьютером и выходом в сеть.

Он боялся смотреть новостные выпуски, как и остальные гвардейцы. Идет война, а началась она у них дома. Командующий знал, что, выйдя в сеть, сразу наткнется на сообщения о падшем Манарифе и несчетном количестве жертв. А ведь сражения могли пожрать и другие города, миры и системы Империи.

Он никогда не мог запоминать лица. Даже своих родных. Он вспоминал мать и брата, даже погибшего отца. Он помнил, кто они, но воображение не могло нарисовать их лица. Командующий винил себя за это и очень тяготился тем, что может их больше не увидеть. А его жалкая память даже их лиц не сохранит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.