Анна Филин
Ментал: Начало поисков

===1===

Вицинна закончила собирать в причёску длинные волнистые волосы и косо посмотрела в окно. Среди прохожих она пыталась разглядеть почтальона с ответным письмом об её устройстве на работу, но пока тщетно. В толпе выделялись лишь современные нарядные модницы.

«Эта огромная клетка под юбкой ужасней смешного турнюра на попе, – критиковала она популярный среди женских нарядов кринолин. – Соломенные шляпки, шёлковые ленточки – ещё куда ни шло, но если они обяжут носить каждую волшебницу такую, то лучше уеду жить в деревню. Променяю шёлковые платья на сарафаны, а туфли на лапти. Зато не буду задыхаться в корсете».

Вицинна тихонько зевнула в ладонь и ещё раз посмотрела на себя в зеркало. «Наряди меня хоть в мешок, худощавую фигуру не скроешь», – бережно поправила лазуритовую брошку, которая висела на платье не совсем ровно.

Эта брошь досталась ей от матери. Сложно представить порядочного волшебника или ментала без такого важного атрибута их силы. Магия в этом мире имеет свои ограничения. И если первое из них – время действия самого колдовства, то второе – это наличие инструмента, а именно драгоценного камня, которого во время заклинаний волшебник должен касаться. Магические артефакты из самоцветов могут быть самыми разнообразными: начиная от браслетов, заканчивая посохами. Боевые маги и вовсе предпочитают встраивать камни в кольца – так во время схватки у них освобождаются обе руки. Но самой распространённой среди обычных волшебников была всё же брошь.

В спальню без стука зашёл старший брат. Хоть они и жили по соседству, но виделись крайне редко. Комната, которую на время сняла Вицинна, находилась в таверне «Волчий клык», в небольшом прибрежном городе на северо-западе Континента с холодным названием «Сотвунд».

Вицинна всегда шутила над упитанной фигурой брата, но не скрывала гордости за его респектабельный вид. Щетина сбрита, тёмные волосы подстрижены и зачёсаны. Видать, уже успел сходить к брадобрею.

– Доброе утро, – улыбнулся с хитрецой старший брат. – Танцуй, тебе письмо пришло, – и поддразнил красивым белоснежным конвертом, как кота вкусной рыбкой.

Вицинна в полудрёме потянулась за ним.

– А, нет! Танцуй. – Он спрятал письмо за спину.

– Вандук, ну перестань, не маленький, – Вицинна, ещё не отойдя от сна, попыталась отнять у него конверт. Но брат уклонялся, а его заигранно насмешливая ухмылка всё больше побуждала Вицинну прекратить над собой издевательство. И так между ними завязалась шуточная борьба.

Они начали пихать друг друга и заодно всю мебель вокруг. Кто-то задел шкаф, толкнул стул, уронил другого. Письмо переходило из рук в руки, но в итоге Вицинна всё же вырвала у брата конверт и убежала за другой край стола.

– Ну вот, из-за тебя конверт помялся, – обиженно пожаловалась она брату и коснулась левой рукой лазуритовой броши, висевшей у неё на платье. Конверт удивительным образом начал сам собой разглаживаться и принимать первоначальный вид. Вицинна бережно вскрыла его и зачитала себе под нос.

– Что там пишут? – Присел за стол Вандук, осмотрев приготовленные к чаепитию угощения.

– Меня приняли! – не верила собственному счастью Вицинна. – Моё заявление на работу в школу приняли!

– Ну всё, теперь зазнаешься, – иронично подразнил её брат и с хрустом разломал в кулаке баранку. – И когда ты туда поедешь?

– Не знаю. – Вицинна ещё раз взглянула на ажурную подпись в документе и отложила бумаги в сторону. – Дай мне для начала проснуться нормально. – Она пододвинула к себе на столе два белых блюдца с чашками, чтобы насыпать в них сахар и разлить свежезаваренный чай.

Их спокойный завтрак нарушили громкие выкрики под окном.

– Проклятые маги! – за этим последовали командирские свистки полицмейстеров. Толпа озлобленных деревенских мужиков в очередной раз пришла драться с волшебниками и выбрала для этого отнюдь не самое лучшее место. Волшебники накинулись на людей, пытаясь защитить свою честь. Стражи порядка в оранжевой форме то и дело мелькали среди них, пытаясь разнять и угомонить конфликтующих. Кто-то дрался врукопашную, кто-то применял магию, и, в конце концов, образовалась куча-мала из мелькающих в ней голов, кулаков и палок.

Амбициозность волшебников и жадность людей всегда порождали между этими двумя народами новые конфликты. Удивительно, как на протяжении полторы тысяч лет все мирно соседствовали друг с другом: люди, волшебники, менталы. Они честно делили между собой земли на города и деревни, где каждый занимался своим промыслом: кто пашней, кто наукой, а кто управлением. Менталы были мудрыми и сильными волшебниками. Разборки их никогда не касались, но справедливости ради они не оставались в стороне и разрешали ссоры, обеспечивая спокойствие и порядок на Континенте.

Пятнадцать лет назад менталы исчезли, и люди с волшебниками вспомнили о своей вражде. Без доказательств обвиняли друг друга в исчезновении мудрого и сильного народа. В городах начала зарождаться анархия, полыхать революции и восстания. Первые пять лет объединением народов занимался князь. Но бунты продолжалась до тех пор, пока не появилась загадочная девушка из рода менталов. Она назвала себя Тэ-лакен. Сёла и города, в которых она появлялась, ненадолго забывали о вражде, ведь ментал спасала их и учила жить в мире. Правда, даже она не могла следить за всем Континентом сразу, и такие стычки, как в Сотвунде, случались постоянно.

– Им как будто это нравится, – с презрением шепнула Вицинна, поставив перед братом чай. – Вот бы кто-нибудь раз и навсегда их усмирил.

– А как же Тэ-лакен? Забыла уже, как при её появлении все замирают в разгаре битвы? Наверное, это всё, потому что она штаны носит, – пошутил Вандук, получив от Вицинны взгляд, полный упрека. В обществе принято считать штаны предметом гардероба исключительно мужского наряда. И пускай Тэ-лакен девушка, подобную выходку ей прощали исключительно как последнему представителю рода менталов. Вицинну оскорблял подобный акцент на гардероб. Она не считала это поводом даже в шутливой манере упрекать девушку-война. – А я ничего против не имею. Наоборот. Даже Фандару до такой репутации никогда не подняться. А ведь он князь. Тут даже отсутствие штанов не поможет.

– Ему положено быть выше всех, он прекрасный политик, а Тэ-лакен – воин. Разница в том, что у Фандара в каждом городе есть министр, обязанность которого – контролировать порядок, а Тэ-лакен одна на весь Континент. – Вицинна присела за стол и задумчиво сделала глоток бодрящего чая. – Так что тут даже сравнивать нечего. Один ментал тут беспомощен.

– Если бы Тэ-лакен вовсе не было, всё бы оказалось намного хуже, – настойчиво добавил брат. – Вспомни, скольких она одна, – с акцентом выделил последнее слово, – разбойников пересажала, а скольких несчастных спасла? Тэ-лакен любят. Её слушают.

– Её боятся. Как и твоих волков, – угрюмо понизила голос Вицинна.

– Может, и так, но за ней не страх, а правда, – Вандук с хрустом разломил в кулаке ещё одну баранку. – Не искала бы ты остальных, на Охотника нарваться можешь. А он в последнее время притих, видать, тоже про пятёрку разнюхивает.

– Притих?! Да его лет пятнадцать никто не видел! Нашёл чем пугать. А вот менталы ещё могут оказаться реальностью, – она запнулась, с тревогой посмотрев на брата.

Менталы считались сильнейшими волшебниками и при этом самым смиренным народом из всех. И, несмотря на своё величие, они чаще работали советниками. Помогали министрам решать экономические проблемы, люди не стеснялись просить у их помощи с разными бытовыми просьбами, даже сам князь обращался к ним, когда вопрос касался политической важности или вызывал у него сомнения. Но, мудрые и добрые менталы не были наивными простецами. Справедливо наказывали преступников, не давали в обиду слабых, рассудительно действовали в опасных ситуациях. Это единственный народ, у которого была своя отдельная столица на востоке Континента под названием «Прэциоза». Менталы возвели вокруг неё высокую белокаменную стену и никому не разрешали проходить, кроме своего народа. Но в один из осенних дней все менталы разом исчезли. Пропали без следа, оставив Прэциозу зловеще опустошённой, а мир – в неведении и страхе.

В народе поговаривали, что как раз в те времена появился некий Охотник – кровожадный головорез, на счету которого немало убийств и похищений исключительно менталов. Охотника давно не видели, но некоторые считали, что он продолжает тихо наблюдать за героизмом Тэ-лакен, ожидая подходящего момента, чтобы исполнить своё обещание и покончить с родом могучих менталов навсегда.

– Я не хочу тебя оставлять, Вандук. А вдруг эти стычки и тебя коснутся. – Вицинна обняла двумя ладонями чашку.

– Будь спокойна. Я же Вандук! Со мной тоже не всякий захочет связываться. – Брат подкинул в потолок кусочек баранки и поймал его ртом. – И знаешь, тебе лучше приехать в школу заранее. Пока там освоишься, познакомишься, туда-сюда, глядишь, и проще в работу вольёшься. Новое место, новые знакомые. А тут тебе делать нечего.

Неожиданно мимо их окна пролетел свирепого вида дядька с взъерошенными грязными волосами и подожжённой бородой. Он с диким криком упал обратно в толпу, после чего ругательства стали ещё громче, свистки надрывистыми, и к драке присоединились зрители:

– Бей этого бездаря! Побольше грязи, больше, – кричали люди. – Проучи этого мага! Руки, выверни руки! Тупой люд! Бездарные маги!

– Мне это всё надоело, – с отчаянием сжала кулаки Вицинна.

– Так выйди и разгони их, – лихо предложил Вандук, допивая чай.

– Да бесполезно разгонять, их примирять нужно, – Вицинна в задумчивости опустила взгляд и случайно обратила внимание на полноту Вандука. Он не так давно прибавил в весе, из-за чего это стало частой темой для шуток, которые позволялись только ей. Не хотелось упускать такой шанс сделать ответный жест за штаны Тэ-лакен. – Мудрецы говорят, что смех не только сближать, но и мирить народы умеет, а ты у нас в этом деле мастер. Представляю, как ты сейчас к ним выйдешь с гордой осанкой и глазки на своём слоёным животике над пупком нарисуешь. И как выскажет твоё пузо мнение, от смеха повалятся все, о любой войне позабудут. Так ступай же! Пускай пузо объединит народ Анталарский! – и после героически серьёзного тона закатилась безудержным смехом от уморительной физиономии брата. Шутка не была смешной, но выражение лица Вандука стоило того, когда он в начале слушал её сосредоточено, внимательно, а потом осознал иронию.

Вандук тоже решил пошутить. Сжал в кулаке свой сапфировый кулон, а другой начал щекотать воздух. Вицинна от этого расхохоталась ещё громче, ощутив непрекращаемую щекотку на своём животе. И как бы она ни старалась отвернуться, колдовство её не щадило.

В дверь постучали.

– Вандук, тебя там посетитель спрашивает, – крикнул молодой помощник за дверью.

– Сейчас спущусь, – строго ответил Вандук и продолжил ехидно щекотать Вицинну.

– Всё, всё, перестань. А то умру от смеха, кто детей ботанике учить будет?

Вандук остановился, и под окном резко взорвали хлопушку. Забастовщики схлестнулись с новой силой. Встав из-за стола, Вандук поменялся в лице. Гневно посмотрел на улицу сквозь ажурную занавеску и сказал:

– Собирай вещи. Уедешь в школу сегодня же, и это не обсуждается. – Вандук пошёл в сторону двери, по пути пододвинув свой стул к столу.

– Мог бы любимой сестре больше времени уделить, – с наигранной обидой высказала ему вслед Вицинна. – За три дня мы общались с тобой меньше, чем ты с одним своим посетителем. Не стыдно?

– Нет, – гордо заявил Вандук. – Потому что на них я зарабатываю, – ехидно высказал он в полголоса и закрыл за собой дверь с той стороны.

Вицинна устало выдохнула и продолжила смотреть в окно, где разгневанные волшебники колдовали чары против озлобленных, не менее свирепых, избитых и грязных людей.

«Неужели я еду к их детям? На что я вообще согласилась? – с ужасом подумала про себя Вицинна и услышала волчий вой. Забастовщики в ужасе замерли и тоже прислушались. Как только вой стих, все, не раздумывая, бросились врассыпную, позабыв о драке, словно её и вовсе не было. – Вот она, сила страха», – с пониманием кивнула Вицинна и пошла собираться.

Через час она спустилась на первый этаж, в таверну.

В дальнем, единственном тёмном углу скромно разыгрывался молодой скрипач, а первые прибывшие посетители подшучивали над неуклюжестью и робостью нового официанта и настоятельно просили его подсесть к ним за стол и послушать увлекательные истории из жизни рыбаков про океанических монстров. Но официант добропорядочно отнекивался.

– Так! Не отвлекайте моих парней от работы, – навёл порядок одной строгой фразой Вандук, стоя за барной стойкой и протирая чистые пивные кружки. Наверное, отпустил настоящего бармена на перекур.

Вандук здесь – начальник. Несмотря на его молодой возраст и строгость, его уважают как посетители, так и работники. Еда вкусная, музыканты весёлые, беседы задушевные – прекрасное место для отдыха. Одно но – над таким шумом невозможно жить, поэтому он и не сдаёт комнаты, там селятся только работники таверны. Вицинна стала исключением: после увольнения ей некуда было идти, да и с братом хотелось провести побольше времени, прежде чем она отправится искать новое место. И сейчас им пора снова расставаться.

На улице беспорядки больше не затевались. Оно и к лучшему.

– Заказал экипаж? – подошла к брату Вицинна.

– Да, уже ждёт тебя у дверей. Завтракать будешь?

– Нет, спасибо, воздержусь перед поездкой по избитым дорогам. Поможешь чемоданы спустить?

– Ну как откажешь таким глазкам? – улыбнулся брат и пошёл с ней на второй этаж.

Когда они остались наедине, Вандук незаметно шепнул:

– Ты уверена, что они там будут? Может, всё же не поедешь именно туда?

– Я должна, меня уже там ждут. Но как только узнаю, что менталов там нет, тут же вернусь, обещаю.

– А почему со школы-то? Есть же и другие варианты.

– Какие другие варианты? Тэ-лакен за столько лет до сих пор никто не выследил, а ты о вариантах предлагаешь размышлять? У меня даже ни малейшего понятия, как ментала от обычного мага-то отличить, а в школе великие умы работают. Может, от них чего узнаю или книги какие прочту. В любом случае там я что-то найду. И раз менталы – это те же волшебники, то ехать в школу, где учатся исключительно маги – верный подход к поискам. С приютов начинать тяжелей, сам понимаешь.

– Ну хорошо. – Брат рывком поднял два её небольших чемодана и посмотрел Вицинне в глаза. – Главное, успей их найти раньше Охотника, а то спасать уже будет некого. – И вышел из комнаты. Вицинна закрыла за собой дверь и отправилась вслед за братом.

Он помог поставить чемоданы в карету, дал ямщику золотой червонец и попросил:

– Езжай осторожно. Ценный груз везёшь, – и затем Вандук обратился к Вицинне: – Будь осторожна. И не забывай писать письма. – Он заботливо подал ей руку, чтобы помочь забраться в карету.

– Хорошо, и ты береги себя, – с улыбкой попрощалась она.

Вандук закрыл за ней дверь и пару раз стукнул ладонью по карете. Ямщик услышал его сигнал, хлестнул вожжами и тронулся в путь.

Заведение, в которое ехала Вицинна, имело самый почётный статус научной школы-интерната. В нём обучали только волшебников, а все учителя были заслуженными кандидатами наук. Вицинна – тоже учёный, но ещё не такого высокого уровня, как её будущие коллеги. Раньше она занималась ботаникой, изучением свойств растений и, в частности, поиском их применения. Это непростая наука, к тому же она только сейчас начала развиваться. Крупицы знания в духе «если больно, приложи подорожник» приходилось собирать почти с нуля. Ученых-ботаников пока мало, неизведанных вопросов – много.

Ко всему прибавлялись ещё и знахари, которые не принимали науку о растениях всерьёз. Но у Вицинны всегда хватало смелости идти по непростому пути. За спиной её недолюбливали коллеги, так как она, вопреки вражде, советовалась с мудрыми знахарями, а потом превращала мысль о необъяснимой магии в толковый научный ответ и лекарство. Несмотря на свой юный возраст, Вицинна за четыре года успела сделать немало важных и полезных открытий: узнала о веществе, исцеляющем слабоумие у стариков, нашла пищевой загуститель, указала применение шипов Дратоксила в знахарстве, а также вывела антидот против мышиного яда, пять раз выступила перед знатными персонами научного общества, получила три награды за открытие и всемирную славу в мире науки.

Однако такая популярность имеет и свои недостатки: у неё воровали идеи, лезли в личную жизнь и даже угрожали расправой. Но это уже в прошлом. Терпению Вицинны пришёл конец, когда один молодой человек влился к ней в доверие, а потом предал самым отвратительным способом только из-за того, что она волшебница, а он – нет. Ни в работе не повезло, ни в любви, хотя бы с поисками всё должно получиться.

Уличные неурядицы и вражда между волшебниками и людьми тоже добавили масло в огонь. Эти стычки в последнее время происходили всё чаще. Вицинна не могла спокойно на такое смотреть, но бежать от вечных стычек некуда. Такое творилось везде, во всех городах, на всём Континенте. Мысли о том, что эти ссоры могут прекратить великие и могучие менталы, никогда не покидали Вицинну. К сожалению, их давно никто не видел. Только Тэ-лакен не боится общественных беспорядков, хоть и скрывает своё лицо за белой маской из папье-маше. Образ Тэ-лакен внушал надежду тем, кто устал от разборок и драк. Она всеми способами помогала народам: останавливала разбои, сажала за решётки преступников, усмиряла гордыню и зависть отдельных людей. С ней становилось спокойней, но ненадолго.

Континент большой, если ментал помогает в одном месте, то остальные всё равно поглощены пороком. К тому же всем казалось, что Тэ-лакен одна, а слухи о менталах – не больше чем бабкины сплетни. Но Вицинна отказывалась в это верить и потому направилась в школу, мечтая найти ниточку к менталам.

«Школа имени академика Григория» звучит солидно, – подумала Вицинна. – Путь туда не близкий. Как мне говорили ямщики, она находится в северном заповедном крае, и, чтобы туда добраться, нужно целый день гнать на всех порах скакунов до Вершинга, а потом спокойно полчаса объезжать лес и остановиться у кованого забора. Надеюсь, кто-нибудь меня там встретит. Сейчас только конец июля, школа может быть ещё пуста, и директор, возможно, находится в отъезде. Интересно, а как он вообще выглядит? Я столько хорошего слышала о нём. Велиус Дрогсвер – так он подписался в письме. Ну что ж, приеду, познакомлюсь. Интересно, а какой у меня там будет класс? Хотя бы пять цветочков выделят, надеюсь», – и пока она развлекала себя фантазиями о новой работе, лихой кучер уже гнал лошадей за границами Сотвунда.

***

Карета подъехала к школе имени академика Григория к полудню. Вицинна вышла осмотреться. Пока лакей с большим усердием вытаскивал её небольшие, но тяжёлые чемоданы, за чугунными прутьями высокого забора Вицинна рассмотрела саму школу. На улице тишина, никого не было, ветрено. В окнах школы суетливо мелькали силуэты, кто-то мыл окна, вытряхивал половики и прочее. Им явно не до неё, гостей они так скоро не ждали.

Перед входом располагалась огромная деревянная статуя.

Лакей уронил второй чемодан на землю. «Всего хорошего, мисс», – попрощался он и запрыгнул обратно на своё место. Кучер хлестнул вожжами и погнал лошадей восвояси.

«Надеюсь, не закрыто», – Вицинна легонько толкнула калитку. Оказалось, открыто. Тогда она с лёгкостью взяла два своих чемодана и пошла к школе. Деревянная статуя герцога в центре двора снисходительно смотрела на нового преподавателя, словно он ожидал её приезда за мудрым советом.

«Очень воодушевляющее», – подумала Вицинна.

Она подошла к школе, поставила чемоданы на широком крыльце и вежливо постучалась в парадные двери. Никто не открыл, но слышно множество шагов. Девушка тихонько вошла в эпицентр головокружительной суматохи, которая творилась внутри. Все сновали, что-то носили, мыли, чистили. В вестибюле шум и гам. Горничные, учителя – все что-то делали, обсуждали, искали, спорили. Вицинна решила подойти к ближайшей деловой даме и спросила:

– Извините, а где я могу найти кабинет директора?

Деловая женщина с очень большим безобразным носом не обратила на неё никакого внимания. К ним подлетела горничная, сказала что-то про койко-место, и та женщина начала ругаться. В итоге они обе убежали на лестницу, не заметив Вицинну.

«Ладно. Ещё попытка», – Вицинна вежливо обратилась к мужчине рядом, который назначал горничным обязанности.

– Простите, не подскажете, где мне найти директора?

Погружённый в свои записи и бесчисленный список дел мужчина отмахнулся:

– Да подожди ты, – заметил кого-то вдали и устремился в коридор.

– Девочка, отойди! – вежливо попросили Вицинну со спины.

– Мне бы Директора най… – попыталась она.

– Посторонись! – попросил её картавый профессор с очками на носу. Его лицо было наполовину скрыто горой скрученного в рулоны ватмана, которые он нёс из последних сил. За ним следом шла рыженькая девушка и тоже несла рулоны бумаги.

– Извините, – отошла от них в сторону Вицинна. – А не подскажете, где мне… – она не успела договорить, как тут же пришлось увернуться от пролетающих над головой пыльных ветошей, протирающих потолок по приказу горничных с лестницы. – Ой, простите. – Вицинна нечаянно наступила на ногу седого мужчины, задумчиво читающего свои документы.

«Никто меня не замечает, никому я не нужна. Да что же это такое? – плакалась про себя Вицинна. – Где бы я ни встала – везде мешаю. Ну хотя бы махнули рукой, куда идти», – она стояла по центру вестибюля и растерянно оглядывалась. Наконец увидела неспешного молодого человека в синем парчовом жилете и с удивительным тёмно-русым оттенком волос. Он гордо нёс вверх по лестнице открытый деревянный ящик и не смотрел по сторонам.

Вицинна догнала его, хотела спросить про директора, но до омерзения противный сладкий запах перебил всё желание подходить ближе. Из ящика пыталась выползти огромная улитка-альбинос, и похоже, что пахло как раз от ахатины, что удивительно. Преподаватель переложил улитку со стенки на дно ящика и продолжил уверенно подниматься по лестнице.

«Какой противный, – подумала о нём Вицинна, зажав нос. – И откуда такие манеры? Идёт гордо, будто не улитку несёт, а врагу смертный приговор выносит. Ой, да ну его. Пойду ещё к кому-нибудь обращусь».

Одна очень активная колоритная барышня, контролирующая весь несуразный хаос, металась по главному вестибюлю, как заведённая, от одного к другому. А увидев новенькую, не менее суетливую Вицинну, которая жалостливо лезла и приставала к каждому, женщина подошла к ней и спросила:

– Дорогая, ты чего здесь раньше времени делаешь? Тебя ждут в сентябре, а не в июле.

– Извините, – смущённо обрадовалась Вицинна, что её наконец-то заметили.

– Иди, ещё месяцочек погуляй и приезжай к учёбе ближе, – ответила женщина и повела Вицинну на выход.

– Хельга! – крикнула ей с восточного крыла лестницы горничная, на воротничке платья которой красовалась огромная изумрудная брошь. – Иди сюда! Без тебя никак.

– Сейчас, только ученицу провожу, – крикнула в ответ женщина, которая разговаривала с Вицинной.

– Да не ученица я, а учитель, – скромно поправила её Вицинна и достала из кармашка платья своё приглашение. – Я сюда на работу устраиваться приехала.

Хельга взяла у неё письмо и начала читать:

– И впрямь учительница! – удивилась Хельга. – Да чего ж ты сразу не сказала!? Я уж подумала, что ты из тех, в ком поздно просыпается магия. Такие переростки иногда приезжают… Пошли к директору, – она повела Вицинну за собой на второй этаж. – Позже, Изольда! Сейчас к директору провожу и вернусь, – крикнула ожидавшей её горничной.

Хельга подвела Вицинну к кабинету, постучала в дверь и заглянула внутрь. Похоже, никого.

– Подожди меня здесь, – оставила её Хельга одну возле кабинета и ушла искать директора.

Вокруг все продолжали суетиться: и горничные, и преподаватели. Столько народу, такая суматоха.

«Здесь красиво», – огляделась Вицинна. Старик, на которого она ранее наступила, снова пронёсся мимо неё с документами, зачитавшись каким-то договором. Он занёс их в тот кабинет, куда заглядывала ранее Хельга, затем вышел и замер недалеко от Вицинны. На листке, куда тот пристально смотрел, чернила сами вырисовывали слова под диктовку:

«…считаю недостоверными. Прошу явиться на комиссию повторно, с копиями свидетельства об образовании и паспортной книжкой», – успела услышать от него Вицинна, как мужчина очнулся и прошёл мимо, устремившись вверх по лестнице.

Казалось, все ждут очень важного гостя с проверкой, но на самом деле – обычная подготовка к приезду детей. До учёбы ещё целый месяц, но школу и документы приводили в порядок заранее. Вицинна продолжила осматриваться, и выглянула в окно: чистенький внутренний школьный двор с очень красивым зелёным газончиком, скамейками и деревом в центре казался любимым местом уединения какого-нибудь министра. С этажа выше неожиданно выпал ящик и разлетелся в щепки по всему газону. А не этот ли ящик нёс мужчина в синем жилете? Слизняка там нет, но всё равно загадка. Что же произошло?

Вниз по лестнице пробежал профессор в белом костюме.

– Ну Флеган, ну поганец. Подожди у меня, – ругался бегун.

«А тут весело», – Вицинна удивлённо подняла брови. Наконец вернулась Хельга, с тем самым мужчиной, на которого Вицинна ранее случайно наступила:

– Вот, директор школы, – представила его Хельга. – А это новая учительница по вашему приглашению.

«Я вообще не так его себе представляла, – Вицинна старалась скрыть удивление, а затем и стыд. Никто другой, по её мнению, не мог в первый же день наступить на ногу своему работодателю, кроме как Вицинны Роотлес. – Какие восемьдесят, ему на вид лет пятьдесят? Скромный костюм, седая короткая борода, неприметный скромный преподаватель», – рассуждала Вицинна.

– Приятно познакомиться, я Вицинна Роотлес, – любезно протянула она руку.

– И мне очень приятно. Честно, не признал в вас ту самую Вицинну, о которой мне говорили. Вы слишком молоды для учёного, сделавшего столько замечательных открытий. Я рад, что вы решили работать у нас, – вежливо пожал её руку директор, когда из коридора послышалась несуразная брань.

Тот самый брюнет в светлом костюме уже поднимался по лестнице с огромной тарой неизвестной синей жидкости, в которой плавали маленькие одноглазые осьминоги. Он пыхтел и приговаривал:

– Ну, Флеган, ну берегись!

– Хельга, угомони их, пока мне тут всю школу не угробили, – с ироничным смехом попросил её директор, стараясь сгладить непристойное поведение профессоров перед Вицинной. И, когда Хельга убежала вслед за бунтарём, начальник предложил пройти к нему в кабинет для разговора. – Прошу, – он вежливо придержал перед Вицинной дверь и пропустил в озарённую солнечным светом комнату.

Весь внутренний простор озарял солнечный свет через широкие окна, что были занавешены лёгкими белоснежными гардинами, колышущимися от любого порыва ветерка, и обрамлены тяжёлыми бархатными портьерами, гармонично добавляя строгости помещению своим благородным багровым цветом.

Во всю левую стену располагалась библиотека в дубовом громоздком шкафу. Напротив входа – три окна с рабочим столом, возле которого расположен держатель с посохом, где на верхушке красуется гранёный магический кристалл удивительного красно-малинового цвета. Директор не носил ни кулона, ни броши. Наверняка у него единственного в школе был посох. А ведь это очень редкий артефакт, им даже не каждый волшебник способен пользоваться.

По левую руку висели портреты серьёзных мужчин, стоял стеллаж и зеркало в ажурной оправе, накрытое тёмным покрывалом.

Вицинна бегло осмотрелась, стеснительно прошла с директором к столу и присела напротив него в кресло.

Они не спеша обсудили условия работы, Вицинна подписала все необходимые бумаги о приёме на должность учителя. И не успела осознать, насладиться всем торжеством момента, как в кабинет бесцеремонно ворвался тот самый мужчина в светлом костюме и подбежал с перепуганным видом к директору. Вицинна мимолётом успела заметить: «Уложенные тёмные волосы, лицо – эталон красоты, и аромат знакомый».

Конечно, ведь именно так пахла улитка – только в десять раз сильнее. На мизинце правой руки у него красовался рубиновый перстень-печатка, а идеально выглаженный светлый костюм сидел как под заказ шитый. Да, белый цвет – это стиль.

«А может, он под Тэ-лакен косит?»

– Директор, там чьи-то чемоданы при входе стоят! К нам кто-то приехал, но я так нигде и не нашёл прибывшего, – паниковал красавец, разводя руки в стороны.

– А ты ещё больше с Флеганом ругайся, – в мягкой манере сделал ему замечание директор. – Знакомься, наша новая учительница по флористике. Мадам Вицинна Роотлес. А это Аморэн Сморд, мой заместитель.

Вицинна скромно поздоровалась, кивнув головой.

– Очень приятно. – Аморэн поменялся в лице, заинтересованно улыбнулся, взял её руку и учтиво поцеловал в знак приветствия. – А я-то думаю, зачем Хельга пошла ключ от жилой комнаты искать. – Он не спешил её отпускать и пристально смотреть в глаза, завораживая своей широкой доброжелательной улыбка. – Я провожу вас. Давайте помогу донести чемоданы до комнаты, если вы не против.

Даже не верится, что этот человек еще недавно шёл войной на обидчика из-за какого-то вонючего слизняка.

– Спасибо, они не тяжёлые, – Вицинна скромно отвернулась и рывком убрала от него руку.

– Что ж, всё самое главное мы обсудили. Вам действительно нужно отдохнуть с дороги, – заключил директор, обращаясь к Вицинне. – Если появятся вопросы, обращайтесь. А сейчас извините, меня ждут дела, да и Хельга вас наверняка заждалась. – Он взял верхний конверт со стопки бумаг, что незаметно располагалась по левую от него руку. Ловко вскрыл сургучную печать, развернул письмо и приступил к чтению.

Вицинна кивнула ему на прощание и вышла вместе с Аморэном из кабинета. Школьная суета в коридорах стихла, почти исчезла. Похоже, наступил обеденный перерыв для персонала.

Пока они шли на первый этаж за вещами, Аморэн решил заполнить время разговором:

– Откуда вы приехали?

– Из Сотвунда, – любезно ответила Вицинна. – Раньше в ботаническом саду при институте работала, решила немного сменить род деятельности.

– Вы большая молодец! А мне только вчера сон о молодой красавице снился, а уже сегодня вы приехали. Может, намёки судьбы, что мы с вами подружимся?

– Наверно. – Вицинна невольно раскраснелась, считая назойливые манеры собеседника не к добру.

– У вас очень милые ямочки на щёчках, – продолжил проявлять к ней симпатию Аморэн, чем вызвал ещё большее смущение. – Вам к лицу румянец. А ещё платье. Оно очень красиво сочетается с вашими глазами. Вам оно очень идёт.

Вицинне уже хотелось уйти, убежать или спрятаться куда-нибудь подальше от бесстыдного обольстителя.

«Он, конечно, очень красив и галантен, но такое количество комплиментов уже начинает походить на домогательство», – волновалась Вицинна.

Когда вышли на улицу, она тут же потянулась к своим вещам, но Аморэн благородно попросил доверить эту задачу ему. Он схватился за ручки чемоданов, приготовился встать, но единственная попытка показаться мужественным увенчалась провалом. Его сил еле-еле хватило, чтобы оторвать тяжёлый груз от земли. Тогда он коснулся их по очереди рукой с рубиновым перстнем, и те словно ожили и сами собой побрели в школу, переваливаясь с грани на грань.

– После вас, – Аморэн вежливо придержал открытую дверь перед Вицинной и её самошагающими чемоданами.

Её будущая комната находилась рядом с учебным классом на первом этаже западного коридора. Аморэн указал на дверь учебной аудитории по ботанике, которая была украшена очаровательной резьбой с изображением самых разнообразных цветов, но открывать не стал. Для этого нужен ключ.

– Не каждая девушка решится работать в школе, особенно в интернате, – а вот и очередной комплимент. – Наверное, вы очень смелая.

– Ну что вы, не больше, чем кто-то либо, – вновь засмущалась Вицинна.

– А ещё скромная. Да вы принцесса, а не учитель.

Вицинна никогда прежде так сильно не смущалась от банальных комплиментов. За какие-то десять минут она услышала их больше, чем за всю жизнь. Но, несмотря на свою наивность, доверять соблазнителю ей с каждой минутой хотелось всё меньше и меньше. Она уже планировала притвориться растеряхой и пойти искать что-то, лишь бы отойти от него. Вицинну выручила суетливая Хельга: она неожиданно подбежала со связкой ключей:

– Извините, меня задержали. – Быстро нашла подходящий ключ, отворила дверь и вошла в комнату. Хельга бдительно осмотрела помещение и единожды провела по столу рукой, проверив его на запылённость. Комната была в идеальном состоянии. Всё оказалось чистым и готовым к заселению. Хельга бросила взволнованный взгляд на громко тикающие часы, схватилась за свою магическую брошь и указала на маятник, который стал значительно тише щёлкать. – Комнатка маленькая, но уютная. Располагайся, золотце, отдыхай. Ты голодна? Хочешь кушать?

– Не отказалась бы. – Робко прошла за ней в комнату Вицинна.

– Хорошо. Тогда вот тебе ключи. Запирай каждый раз, когда выходишь. Всё. Переодевайся, располагайся, скоро вернусь. – Хельга уже собралась закрыть дверь, как вдруг увидела в коридоре чемоданы, которые Аморэн не додумался занести в комнату. Подумать только, он до сих пор продолжает смотреть на Вицинну, не отрывая взгляда. Тогда Хельга сама заволокла в комнату сначала один чемодан, потом второй. Хоть она и выглядела упитанно, но справилась с чемоданами гораздо легче, чем Аморэн. – Отдыхай, дорогая. – И захлопнула дверь.

Вицинна даже не знала, что сказать. Поморгав пару секунд, оглянулась в тишине и оценила масштаб своего комфорта. В небольшой тёмной, но уютной комнатушке стояла самая обыкновенная мебель первой необходимости: софа, стол, шкаф, часы с маятниковым механизмом, действующие, но не издающие ни звука. Потом заметила дверь в ванную комнату и посмотрела на скучный вид из окна. На рабочем столе обнаружила невзрачный бронзовый канделябр без свечей, держатель под книги и подставку для чернильницы. В выдвижной полке стола оказались совершенно новые восковые свечи и набор из десяти металлических перьев для письма. Под потолком натянуты верёвки для сушки. В узком шкафу – пустые полки, зеркало – на внутренней стороне дверцы, а рядом – небольшой сундук для вещей. Вицинна наконец присела на диван, выпрямила уставшие ноги и представила, что бы сказал Вандук:

«Это есть, уже неплохо».

Вицинна заметила на стенах огромные камни-лампочки: от касания они либо начинают ярко светиться, либо гаснут. Часто применяются только волшебниками и намного удобней привычных свечей. Канделябр здесь тоже не просто так. Он считается переносным источником света, но проблема в том, что в основном им пользуется только люд. Руководство школы не знало, кто приедет, и приготовилось к встрече любого кандидата. Но многим не нравится иметь в своём обиходе вещь, которой они не умеют или им не положено пользоваться. Вицинне было всё равно. Она не из тех, кто закатывает скандалы из-за прихоти.

«Нужно переодеваться, а то Хельга скоро вернётся», – сказала она про себя и пошла к чемодану доставать платье. Перед тем, как начать переодеваться, девушка вынула из потайного кармашка серебряный аграф – единственную вещь, доставшуюся ей на память от отца. Волшебная брошь из лазурита, которой она пользуется для магии, была передана ей от мамы за пару минут до их с отцом смерти.

«Будь сильной, дочка», – услышала она напоследок от матери и всегда вспоминала эти слова, когда сталкивалась с трудностями.

Воспоминания о любимых родителях теплы, но также полны горечи разлуки. Вицинне было девять лет, когда на её семью посреди ночи напал разбойник. Она чудом выжила, но осталась сиротой. После Вицинна воспитывалась в детском приюте Сотвунда, где и встретилась с Вандуком. Они подружились и стали друг для друга как настоящие брат и сестра. Вицинне с Вандуком, как и другим воспитанникам, приписывали одинаковую фамилию – Роотлес, что стало ещё одним поводом считать себя семьёй. У них на двоих была нелёгкая жизнь, полная приключений и опасностей, но они всё преодолевали вместе, как настоящая семья.

В комнату к Вицинне постучались. Это оказалась Хельга. Она позвала её с собой в столовую на поздний обед. Вицинна попросила минутку и быстро переоделась за дверцей шкафа.

Хельга провела Вицинну в главный зал в восточной части здания. Большие двери отделяли его от главного вестибюля. Там широкие просторные окна, камни-лампочки между ними, длинные столы с очень простенькой неброской скатертью и обычные лавки, накрытые бордовыми полавочниками. Самая красивая столовая, которую она когда-либо видела.

Сейчас в ней никого. Хельга проводила Вицинну до главного учительского стола, который находился в центре, и указала на стул:

– Вот, запомни, это только твоё место. Ты же не против, если мы будем рядом сидеть? Кстати, я Хельга Артисуфс. Извини, меня совсем закружили с той уборкой, даже представиться забыла. Так, значит, чтобы появилась еда, нужно положить руки на стол. Да, знаю, что неприлично, но иначе самобранка не сработает. Единственное, о чём могу предупредить, чая у неё не проси. Он противный и без сахара. А узнает, что он тебе не понравится, неделю будешь одну манку есть.

«Тряпка с характером? Что-то новенькое», – удивилась Вицинна.

– А почему никого нет? Когда прибудут ученики?

– Так ещё только конец июля. Я даже не представляла, что ты так рано приедешь. И, кстати, расскажи о себе. Откуда ты? Чем увлекаешься?

– Я в травах хорошо разбираюсь, особенно в чайных. А приехала из Сотвунда.

– Да ты что? – охнула от ужаса Хельга. – Там же сейчас такие ужасы происходят! Я в газете читала. Хорошо, что приехала. Хотя и тут этих проблем хватает. Не стану скрывать, но нам предстоит ужасный год. Я и сама боялась сюда приезжать. Всю дорогу думала: как бы тут у нас кого не покалечили. Всё-таки это же дети магов, которые тот самый ужас в городах и устраивают. Понаберутся от родителей всякого, а мы огребаем. Ну а что делать? Нужно продолжать работать. Слушай, а, может, у тебя успокаивающий чаёк найдётся? У меня от переживаний даже сон нарушился. То уснуть не могу, то проснуться.

– Конечно, найдётся, – обрадовалась своей пользе Вицинна. Похоже, Хельга тоже интересуется политикой и непрекращающимися стычками. Может, она что-то о менталах сумеет рассказать? – А допустим, кто, по-твоему, мог бы остановить эти войны?

– Кто хотел, тот уже не может, а кто может – не хочет. Так что, думаю, вся надежда только на несчастную Тэ-лакен.

– Думаешь, какие-нибудь менталы, кроме неё, остались?

– С такими не знакома. Но если бы я их встретила, то не удержалась от вопроса: куда они исчезли и почему.

– А что ты о них знаешь?

– Хоть я и учитель истории, мне – стыдно признаться – о них совершенно ничего неизвестно. Да и остальные вряд ли в курсе. Ведь всё, что касалось их народа, менталы держали в строгом секрете. Известно только об их кодексе Ноли-ноцет с понятиями того, что может навредить, а что нет, с их нравственными ценностями, нормами поведения, мировоззрением.

«Если даже она не знает, где их искать, может, мне пойти паковать чемоданы обратно к Вандуку? – усомнилась Вицинна. – Ладно, узнаю про кодекс, может, там ответ найду?»

– Очень интересно! А расскажешь поподробней?

– Конечно. Только давай вечерком, сейчас хлопот полно, да и тебе кушать пора. С тебя чай, с меня история. Договорились? Давай, колдуй, – Хельга кивнула в сторону стола. – И не скромничай. Тут еда бесплатная.

Вицинна посмотрела на простенькую с первого взгляда скатерть и положила руки на стол. Перед ней тут же появились три керамических тарелки с настоящим съедобным содержимым: супница с наваристыми щами, посыпанными сверху укропом, рядом на отдельной тарелочке – три кусочка тёмного хлеба и пара блинчиков на сверхосыток. Под руками оказались также ложка и вилка, а рядом – чашка с напитком, похожим на сладкий компот. Такой прелестный артефакт не у каждого дворянина найдётся. А тут правильно, всю школу накормить вдали от города позволяет. Просто прелесть!

Вицинна не верила своим глазам: такая прекрасная еда! От одного только вида на кулинарное творение аппетит просыпается. Настоящее чудо. Просто волшебство!

– Нравится? – улыбнулась Хельга, посмотрев на неописуемый восторг Вицинны. – Она сама определяет, чего ты хочешь, на что у тебя аллергия, с чем несварение. А как покушаешь, тарелки сами собой исчезнут. Не наешься, добавка также появится, только пожелай. А сейчас извини, дорогая, мне бежать нужно. Я зайду за тобой перед ужином, хорошо? – Хельга мягонько похлопала её по плечу и встала с места. – Приятного аппетита! – и ушла.

Вицинна не спеша насладилась самым вкусным в её жизни обедом и ради интереса подсчитала количество стульев за столом. «Двенадцать. Не так уж и много». – Аккуратно вытерла губы салфеткой и посмотрела на исчезновение пустой посуды. Потом пошла в свою новую комнату и потерялась во вновь появившейся суматохе. Хорошо, что на этот раз она знала, куда идти.

Пока Вицинна обустроила уют в своей комнате, развесила в шкафу платья, разложила вещи по ящикам и зачиталась единственной привезённой из Сотвунда книгой, так и не заметила, как стемнело.

Настало время ужина. Хельга вежливо постучалась, как в прошлый раз, и позвала Вицинну с собой. Сейчас за учительским столом в полном составе сидел весь преподавательский коллектив. Похоже, это школьные профессора. Столько людей, и со всеми хочется познакомиться!

Как только Вицинна с Хельгой появились в зале, директор встал с места:

– Попрошу минуточку внимания, коллеги, – начал он. – У нас появился новый преподаватель по флористике и лекарственным растениям, Вицинна Роотлес. Прошу любить и жаловать.

Вицинна вежливо всем улыбнулась и скромно кивнула в знак приветствия.

– Потом познакомитесь, – сказала Хельга, легонько направила её за плечи к столу и усадила на стул. – Всем приятного аппетита.

Вицинна поблагодарила директора добрым взглядом и приступила к ужину. Блюда были так же прекрасны, как и в обед.

«Просто вершина кулинарии!» – хвалила она в мыслях скатерть-самобранку.

Пока все ели, Вицинна ненавязчиво начала разглядывать преподавателей. Знакомый Аморэн сидел напротив директора, тоже во главе стола, и постоянно косился на неё. Вицинне было неприятно кушать под таким бдительным взглядом, и она решила осмотреть остальных в другой стороне стола. А вот и солидный профессор в красивом жилете напротив. Он, похоже, хорошо дружит с носатой деловой дамой. Наверняка они характерами схожи. А вон там директор, тоже с кем-то тихонько беседует. Чувствуется приятная дружеская обстановка в коллективе.

Но в какой-то момент Вицинна поймала себя на тоскливой мысли, что этот ужин ничем не отличается от обеда, на котором она сидела одна, и вместо тишины сейчас слушает едва уловимый звон ножей и вилок в зале с приглушенными разговорами.

– А чаёчка после десертика всё же не хватает, – вытиралась салфеткой Хельга. – Поела? Пошли, – позвала Вицинну, и они пошли к Вицинне в комнату.

***

– И как я тебя с ученицей спутать смогла? – усмехалась Хельга и зашла в комнату следом за Вицинной. – Тебе вообще сколько лет? – Плюхнулась она на диван.

– Двадцать четыре, – вежливо ответила Вицинна, скромно присев рядом. – Я никогда без своего куратора на доклады не ездила. Не пускали, не верили, что я учёный.

– Я их прекрасно понимаю, – хихикнула Хельга. – И не жалко тебе свою молодость на работу тратить? А как же семья? Жених?

– Жениха нет, из семьи только старший брат. Насчёт работы – ну не знаю. Наука для меня в радость, так что пока я не против тратить на любимое дело время. А у тебя? Сложно от семьи на девять месяцев в году уезжать?

– Со временем привыкаешь, – чуть заметно взгрустнула Хельга. – У меня так двое детей с мужем уже пять лет сидят. Только вот… были бы мои ребятки волшебниками, в разы легче было бы, – даже скрывать свою грусть не стала.

Для волшебства нужно было не просто родиться магом, но и стать им. Когда у волшебников появлялся ребёнок, родители должны были внимательно за ним наблюдать и ожидать первые признаки под названием «рассвет магии», при котором у детей начинали болеть ладони. У кого-то это случалось в пять лет, у других магия могла обнаружиться и в двенадцать. Тогда родители давали им в руки большой магический камень, чтобы проявились зачатки магии. Если же этого не сделать, то ребёнок навсегда оставался людом и с сожалением вспоминал о болях в ладошках – единственном шансе стать волшебником. Менталы и люди подобного выбора были лишены. Их дети уже рождались такими же, как и их родители.

– Мы с мужем-то… не успели… Ну ничего, зато они у меня умницы! – заметно засияла она. – Не уезжала бы от них, но зарабатывать кому-то нужно. Поверь, год пролетит, не заметишь. Так и всю жизнь пропустить можно, а молодость-то не вернуть. Ты ж ботаник, – задорно подмигнула Хельга. – Может, пару молодильных яблочек подгонишь?

– Да ты и так красавица. Моя ровесница, не иначе.

– А ты никак у Аморэна льстить научилась? – Хельга с хитрым прищуром посмотрела на Вицинну. – Ну ладно, не яблочками, тогда хоть чаем угости. А то чего сидим просто так?

Вицинна подошла к столу, открыла большую шкатулку с множеством ящичков и начала комбинировать из них высушенные цветы и травы в чайничек. Сжала одной рукой лазуритовую брошь, а другой прикоснулась ладошкой к чайнику, и он сам собой наполнился чистой родниковой водой. Потом она повернула его носиком от себя и приложила ладошку к другому краю, заставив воду кипятиться. А пока заваривался чай, Хельга рассказывала забавные школьные истории и шутила на тему своего возраста. Вицинна только сейчас рассмотрела на её платье аккуратную ониксовую брошь в винтажном стиле. Говорят, каждый камень имеет своё значение и переносит его на своего владельца, даже если перешёл из рук в руки по наследству. Но Вицинне и без него понятно, что Хельга искренняя, сильная духом женщина с характерным чувством проницательности. Иначе трудно объяснить тот факт, что она одна заметила в утренней толпе растерянную Вицинну.

Аромат свежезаваренных трав постепенно заполнял всю маленькую комнатку. Вицинна разлила горячий напиток по чашкам и подала его на блюдце Хельге. Лёгкий шалфей со щепоткой омелы придавал завершению летнего дня спокойствие, а после первого глотка ощущался терпкий вкус пряного чабреца и чарующей цветочной композиции, состав которой Вицинна отказалась рассказывать. Хельга приятно удивилась такому насыщенному аромату обыкновенного чая:

– А ты мастер своего дела! – похвалила Хельга. – И не скромничай, это действительно самый вкусный чай, который я когда-либо пробовала. – Сделала ещё глоток. – Где такому училась?

– Считай, что так выглядит желание сохранить воспоминания о родных. Мама травницей была, с детства научила целебные растения отличать, чаи заваривать, специи комбинировать. Я по ней часто скучаю. До сих пор тот домашний аромат пряных трав помню. И в ботанику я по той же причине пошла, чтоб помнить.

– Понятно. Ну-с, я вроде обещала тебе про кодекс рассказать, – Хельга резко сменила грустную тему разговора. – Начну с того, что менталы не только искусными политиками и лекарями были, но и безупречными воинами. С учётом того, что они также колдовали с магическими самоцветами, их способности были могущественными, а магия – вечной. Ну, про магию ты у Бегемии лучше спроси, а я тебе про этику расскажу. Так вот, для чего нужен был этикет, менталы могли воздействовать не только на предметы, но и на живых людей тоже. Это очень забавно! Считай, взмахнул рукой, тебя на высоту птичьего полёта закинули. Или, наоборот, застыл в воздухе, только глазами вертишь и ничего сделать не можешь. Точно так же Тэ-лакен разбойников ловит: рукой навела – и застыл воришка на месте. Эти способности можно применять как во зло, так и во благо. Но внутри их общины подобных конфликтов не происходит: от природы у менталов есть аура неприкосновенности, то есть ментал на ментала повлиять своей магией не может, а на остальных – легко. Поэтому был написан кодекс Ноли-ноцет, где основная идея такова: «Не вреди ни себе, ни другим, ни природе, ибо к тебе же вред вернётся. Магия для них не была чем-то плохим, а, наоборот, считалась даром. А плохие поступки – выбором личности, мол, делать добро или зло – каждый сам решает. Ментал менталу считался братом, а другие народы – детьми, которых нужно защищать, оберегать и направлять на путь мира без войны. Знания они также считали оружием, и поэтому у них по каждому поводу собирался совет. Там решали, давать новые знания другим народам, рассказывать о чём-то их детям в школах или нет. А своим детям они всё рассказывали, обучали, воспитывали до совершеннолетия строго в своей столице, а потом разрешали путешествовать и жить, где захотят. Бракосочетание у них тоже имело ограничения: они уважали чистокровность, но не имели ничего против брака по любви с теми же людьми или волшебниками. Всё было хорошо, ничего не предвещало беды. А потом – пух! – и они все исчезли. Так сказать, ушли, не оставив записки. – Хельга отпила немного чаю на сухое горло.

– Но ведь Тэ-лакен осталась. Как думаешь почему?

– Да она вся сплошная загадка. Начиная от лица, которого под маской не видно, заканчивая причиной, по которой осталась. Я ничего не могу тебе на это ответить. Но если тебе будет интересно ещё чего про менталов узнать, загляни в библиотеку. Она за школой. Увидишь. Там в домике на втором этаже. – Хельга мельком взглянула на часы. – Ой, засиделась я у тебя, спать давно пора, а я тут всё болтаю и болтаю. – Она допила до дна одним глотком напиток. – Завтра ещё увидимся. Спасибо за прекрасный чаёк. Спокойной ночи, дорогая. Приятных снов. – И ушла, тихонько прикрыв за собою дверь.

Вицинна приятно улыбнулась: «Когда я ещё так с кем-то душевно сидела? Да, весёлый предстоит год. Ну ничего. Главное, чтобы у меня всё получилось». Убрала, помыла чашки и пошла принимать ванну, готовясь ко сну.

===2===

Утром следующего дня Вицинна решила пойти познакомиться с Бегемией, учительницей магии, о которой вчера упоминала Хельга. Но была одна сложность: Вицинна не знала, как она выглядит. А если что-то неясно, нужно спросить у знающего человека, в её случае – у Хельги.

– А где Бегемия сидит? – шёпотом спросила её Вицинна во время совместного завтрака.

– Напротив меня златовласую видишь? – кивнула Хельга в сторону молодой профессорши, чей огромный нос казался компенсацией за самые уникальные в мире волосы. – Это одна из наших профессоров по магии, но выпендривается – мама не горюй! С ней лучше не спорь. Кстати, у меня для тебя на сегодня задание есть. Сейчас поедим, и я тебя в оранжерею отведу.

«Оранжерею! Настоящую! Мою!» – Вицинне уже не терпелось её увидеть, оценить класс, коллекцию цветов, учебников и все остальные возможности заниматься с детьми наукой. Её переполняла радость, но нужно сдерживаться. И каждый раз, когда Вицинна думала об этом, невольно начинала тайком улыбаться и опускать голову, чтобы не показаться перед всеми дурочкой. Она была готова спорить на что угодно, что сейчас Аморэн считает её счастливое выражение заслугой своих шуток за столом.

Пока Хельга шла с ключами от класса ботаники, по дороге решила рассказать Вицинне о школьных порядках, правилах дисциплины и обязательных назначениях дежурств в оранжерее.

Потом они вошли в ботанический класс, который располагался также на первом этаже западного коридора, но только чуть ближе к вестибюлю. Вицинна на мгновенье замерла от восторга, увидев свой класс: широкие просторные окна, длинные парты, две смежные стены усыпаны полками с цветочными горшками и всевозможными саженцами лечебных растений. На потолке – камни-лампочки, позади учительского стола – обычная меловая доска. Очень яркий просторный кабинет, в котором в радость и учиться, и работать.

– Это ещё не всё, – позвала её за собой Хельга, открывая ключом потайную дверь класса. – Отсюда ты можешь быстро проходить с учениками к оранжерее. – Вышла на улицу и показала рукой на подобие одноэтажного хрустального замка. Это была цветочная оранжерея. Внутри, как и в классе, очень светло, просторно, а главное, очень много цветов и растений.

Первая мысль, которая возникла у Вицинны: «Лучше и представить невозможно!»

– Фронт работы до обеда, – протянула ей Хельга скрученный список заданий. – С инвентаризацией знакома?

Вицинна кивнула.

– Умница! Вот, занимайся спокойно, осваивайся, – похлопала её по плечу и вручила связку ключей. – Мне пора бежать. Будут вопросы, обращайся. – И пошла по своим делам.

Поначалу Вицинна налюбоваться всей той красотой не могла. Потом развернула список и постепенно начала отмечать все виды имеющихся здесь растений. Спустя час к ней в оранжерею с посохом в руках зашёл директор:

– Здравствуйте, как ваши успехи? – любезно поинтересовался он у Вицинны.

– Хорошо, вот знакомлюсь, – ответила она ему с сияющей улыбкой.

– Замечательно. Извините, что до сих пор не провёл вам экскурсию по школе. Такая суматоха перед приездом учеников. Не желаете прогуляться сейчас?

Вицинна с огромной радостью согласилась и пошла с ним на передний двор. Их экскурсия началась с деревянной статуи перед школой. Сразу видно, очень важная для школы персона. Одной рукой фигура опирается на трость, а другая, укрытая плащом, повернута ладонью к школе, словно человек намерен защитить её от обидчиков. Директор начал рассказывать:

– Это мой прадед, основатель школы, Григорий. Он был магом, так сказать, с непростым, очень твёрдым характером. Когда его жена родила первенца, Григорий заложил фундамент этой школы. При рождении второго посадил дерево, которое растёт в центре школьного двора. А после третьего – закончилось строительство здания, но его жена умерла от неизлечимой в те времена болезни. С того момента его начали навещать всевозможные дальние и близкие родственники, которые рассчитывали жить в этом богатом поместье и в лучшем случае надеялись на его наследство. А Григорий взял и отослал их со словами: «Я это для детей строил». Родственники ушлыми оказались. Оставили ему своих детей и уехали. Григорий ребятишек на улице не бросил, но и сладкую жизнь решил не устраивать. Нанял им академиков, выделил комнаты под классы, и дети стали обучаться. Каждое лето ученики себе каникулы устраивали, уезжали обратно к своим родителям, а каждую осень возвращались. Ему очень понравилась эта идея, и после своей смерти Григорий завещал родным детям перевести поместье в полноценную школу. Его старший сын директором стал, средний в науку пошёл и учителем здесь устроился, а младший – братьям помогал.

– А вон те скульптуры тоже к Григорию как-то относятся? – Вицинна с любопытством указала на многочисленные деревянные скульптуры животных вдоль забора.

– Нет, это наш плотник мастерит. Хобби у него такое. А вот и он сам. Пойдёмте, я вас познакомлю.

Они пошли навстречу щуплому горбатому старику в простецкой одежде, кожаном фартуке и с ящиком инструментов в руках. Черты его лица остры: скулы, нос, подбородок. Но что-то выдавало в нём скрытую за непривлекательной внешностью душевную доброту.

– Доброе утро, Марк. Вижу, уже закончил ремонт шкафов в классе Хельги?

Плотник скромно кивнул, и директор продолжил:

– Знакомься, наша новая учительница по ботанике, мадам Вицинна Роотлес. Вицинна, это Марк, тоже, кстати, Роотлес.

– Очень приятно познакомиться, – протянул ей руку с добродушной улыбкой старичок.

– У вас чудесные скульптуры, – похвалила его работы Вицинна, пожимая руку. – Какое заклинание используете?

– Заклинание? – посмеялся старик. – Не, я не волшебник. Вот этими руками всё, без вашей хвалёной магии. Директор разрешил мне работы напоказ ученикам выставлять, ребятам всякие подделки мастерю, вы тоже можете обращаться, если чего потребуется.

Вицинна вежливо поблагодарила резчика, но разговор долго не продлился, и экскурсия с директором продолжилась. Он проводил её по школе, показал классы, комнаты ребят, но на шестой этаж не повёл:

– Там ничего интересного, склад да пыльные кабинеты. Туда ходить запрещается, полы хлипкие. Пройдёмте лучше в сад.

Вицинна отметила: в этом месте очень уютная атмосфера, словно не школа, а настоящее поместье дворянина. Все люди здесь не работники, а знатные гости. Приятная обстановка. Такую красоту не в каждом доме увидишь, не то что в школах. На потолках – лепнина, на стенах каждый камень-лампочка в индивидуальной ажурной оправе, на дверях учебных классов искусно высечены атрибуты того предмета, который за ней изучается. Всё очень красиво, уникально, изящно. Они спустились в сад, в центре которого красовалось ветвистое тонкое дерево. Они прошли между трёхэтажных колонн в стене школы, и Вицинна увидела тот самый скромный домик, в котором находились кабинеты лекаря, почтальона и библиотека. На третьем этаже жилые комнаты, а рядом пристройка в виде сарая, где работает Марк.

– А как я могу отправить письмо? – поинтересовалась Вицинна, и директор позвал Финти: жизнерадостную рыженькую молодую почтальоншу в комбинезоне с пушистыми кучеряшками на голове и веснушками около носа.

– Это Финти. Она отправит ваше письмо в любой момент, – Директор познакомил девушек друг с другом и после закончил экскурсию, проводив Вицинну обратно в оранжерею.

Вечером этого дня Вицинна собрала в маленький мешочек чайный сбор и пошла знакомиться с Бегемией. Она нашла светленькую профессоршу на втором этаже, пока та проводила инвентаризацию магических артефактов в своём классе. Элегантная леди в шляпке, очень серьёзная, экстравагантная творческая личность – именно такой при первой встрече показалась ей Бегемия. Несмотря на безобразный нос и золотые уложенные волосы, Бегемия была не привлекательной, но уважаемым профессором по своему предмету. С левой стороны её платья на груди висело украшение из золотистого топаза в золотой оправе, а на руке переливались перламутровые бусины дорогого браслета.

Сейчас Бегемия смотрела на полки открытого шкафа, в руках держала длинный список и постепенно отмечала в нём что-то галочками. Вицинна постучалась:

– Здравствуйте. Я Вицинна Роотлес, новая учительница по ботанике, – приветливо ей улыбнулась.

– Приятно познакомиться. Я Бегемия Гартис, кандидат магических наук, – сдержанно, но с гордостью за своё звание представилась ей златовласая женщина.

– А у меня для вас подарок. Не знала, какой вы чай любите, поэтому принесла золотой Гувулужский. У него пряный оттенок чабреца, немного розы и прохладная мятная нотка. Если захотите, я соберу любые комбинации вкусов по вашему желанию, – Вицинна протянула мешочек с презентом.

– Спасибо большое, – забрала подарок и понесла его к своему столу Бегемия. Вицинна решила оглядеться.

– Извините, а что это за артефакт? – указала на двухметровое копьё с обоюдоострым наконечником за стеклом одного из шкафа.

– Рогатина менталов. Выкупила на аукционе, – похвасталась леди. – Как волшебный посох, только без магического камня и сделан из благородного дерева Гургусс. С помощью неё менталы могли создавать торнадо, наводить туман на армию врагов и колдовать молнии.

– Да, полезная в бою вещь. Только почему она хранится в школе, где полно детей?

– Не переживай. Она защищена моими чарами, а я, между прочим, потомственная волшебница в десятом поколении. Мои чары больше года держаться могут. Детям такую защиту не пробить, – вновь похвасталась Бегемия.

– Восхитительно! А, получается, менталам любая палка для волшебства сгодится?

– Нет, только Гургусс. Не зря только из него все посохи делают. Особый вид древесины. Менталы, кстати, его же и обнаружили, как и многое другое.

– Ну, теперь нам остаётся всё самим открывать. А что ты о них вообще думаешь?

– Говоря между нами, я никогда не понимала суматохи вокруг их исчезновения. Пропали и пропали. Значит, волшебники теперь самые сильные. Подумаешь, вещи без волшебства перетаскивать могли, тоже мне великий дар, – с сарказмом сказала Бегемия. – Совершенно не сочувствую Тэ-лакен. Если верить слухам о пятёрке последних менталов, плевать я на них с высокой колокольни хотела.

«Зато честно», – отметила Вицинна.

Последние пятнадцать лет единственные упоминания о менталах служили лишь поводом для начала развязывания крупной драки. Но неожиданно два месяца назад стало известно о пятёрке выживших последних молодых менталов. Все снова начали соперничать друг с другом и пытаться быстрее разыскать их на всём Континенте. Вицинна тоже загорелась идеей отыскать кого-то из пятёрки. Но Тэ-лакен выступала против. Она запретила искать своих собратьев, приравнивая подобное к манерам Охотника. Но единственному менталу оказалось не под силу остановить гордых волшебников и упрямых людей. Она ушла в тень, чтобы переждать бурю волнений и массовой охоты на себя и соплеменников.

В кабинет с букетом полевых цветов ворвался Аморэн и резко замер, неожиданно увидев Вицинну. Растерялся, засуетился, спрятал за спину букет и долго думал, что же сказать. Его суетливость выглядела очень милой, несмотря на храбрый для комплиментов нрав.

– Я тут вообще мимо шёл, дай, думаю, загляну, – единственное, что он додумался выдавить из себя.

К ним заглянула Хельга: поинтересоваться, как прошла инвентаризация, и Аморэн поспешно всучил букетик ей и ушёл. Хельга с Вицинной озадаченно переглянулись и посмеялись.

– Я же говорила, что ты ровесница. А ещё яблочки требовала, – шутила над вознаграждением Хельги Вицинна.

Бегемия расстроилась и с поникшим взглядом продолжила отмечать что-то в списке. Вицинна попросила у Хельги букетик и внимательно рассмотрела его:

– Нежная голубая гамма цветов говорит о скрытой нежности к человеку и застенчивости. Полевые цветы намекают о незаметном тайном свидании и надеждах воздыхателя, что ему ответит взаимной симпатией давно знакомый человек, – Вицинна медленно подошла к девушке, интригующе вчитываясь в композицию букета. А когда остановилась перед ней на расстоянии вытянутой руки, с надеждой улыбнулась Бегемии и ответила: – Их явно хотели подарить тебе. Такие цветы только пять дней в году цветут, – обернулась, – Можно я из букетика три таких же сделаю?

Хельга одобрительно кивнула, и Вицинна сжала одной рукой свою лазуритовую брошь, а в другой тот самый букетик. Она превратила его в три таких же, и каждой девушке по справедливости досталось по букетику. Правда, два из них вскоре завянут или того хуже – исчезнут. Кому достался настоящий – Вицинна не запомнила.

«Знакомство с Бегемией можно считать успешным», – подумала про себя Вицинна, глядя на сверкнувшие радостью глаза учительницы по магии.

===3===

Вицинна решила сегодня заглянуть в библиотеку. Только вышла из комнаты и услышала Хельгу:

– Стоять! До приезда учеников мне нужно тебя научить вести документацию. Пошли!

Хельга отвела её в учительскую на втором этаже рядом с кабинетом директора. Показала шкаф с документами и начала рассказывать все правила их заполнения. Но когда разговор зашёл о личных делах учеников, Вицинна поинтересовалась:

– А расскажи про отличников.

Всем известно, что менталы – самые умные и талантливые волшебники. Вицинна решила начать с них.

– У нас удивительный год. В каждом классе по отличнику! Самые знаменитые восьмиклассники – близнецы Карина и Михаил Мортисы, те ещё негодники. Представляешь, однажды они тайком вырыли из теплицы какой-то там цветок, подарили Бегемии. А у неё аллергия на него оказалась. С ног до головы сыпью покрылась, криков было, ты себе представить не можешь! То они птичек у Аморэна своруют, то обложки учебников поменяют. А про потоп в моём классе я вообще молчу. Так что будь с ними начеку. Ой, как же я рада, что у нас последний с ними год! Как рада!

В учительскую заглянула низенькая пышная гувернантка:

– Хельга, помоги со светом, пожалуйста. Мне не дотянуться.

Хельга отзывчиво пошла на помощь, оставив Вицинну наедине с документами.

«Пока появилась возможность, нужно быстро составить список всех учеников», – Вицинна пролила на пергамент побольше чернил и, придерживая одной рукой брошь, а другой уголок бумаги, заставила расплываться чернила так, чтобы они разом написали фамилии учеников, которые она читала с документов.

Кто-то резко отворил ногой дверь в учительскую, напугав своим неожиданным появлением Вицинну. Это был спокойный и молчаливый незнакомец с русыми волосами и в отглаженном синем жилете. Он положил большую стопку документов на соседний стол и вышел, словно нарочно не заметил единственную во всей комнате Вицинну.

«И почему не здоровается? Может, у него какие-то проблемы? – она пожала плечами и продолжила колдовать список. Потом также неожиданно вернулась Хельга, Вицинна вновь подскочила: Да что ж все пугают?»

Пришлось тайком спрятать список и продолжить слушать скучные правила мудрой наставницы.

И так они провели время в учительской до обеда. А потом ещё столько же до ужина. К вечеру Вицинна уже не хотела никуда идти. Она не ожидала, что работа учителя вне уроков такая сложная. Пришла в свою комнату и без сил упала на диван:

«Ничего страшного. Завтра в библиотеку схожу», – представила с оптимизмом следующий день, но и завтра у неё не оказалось на это времени. Хельга посадила её писать учебный план. Под чутким руководством своего куратора Вицинна быстро с этим справилась, но после обеда вновь была без сил. Работа с бумагами утомляет.

– Кому-то не мешало бы взбодриться, – пыталась развеселить её на обеде Хельга.

В зал вошёл лучезарный Аморэн. Сегодня на нём был костюм кремового цвета и душистый, отторгающий любой аппетит дорогой одеколон. Вицинна почувствовала его сразу же, как только он подсел к Бегемии не на своё место.

«С чего бы вдруг такая самоуверенность? – скрывая изумление, подумала про себя Вицинна. – Верни того приятного на внешность мужчину! Он хотя бы так бдительно, как ты, за каждым моим движением не наблюдал. А ещё этот тяжёлый запах… Ужас. И как Бегемия согласилась с тобой рядом сидеть? Да ещё так улыбается, любуется, что-то ласково рассказывает. Я её понимаю, любоваться действительно есть чем, но не при таком аромате. Прошу, Аморэн, уйди, сядь подальше. Ты вообще Бегемию слушаешь? Она тебе как бы о чём-то рассказывает. Нет? Я, молча хлебающая суп, интересней?»

– Не смотри на него, – шепнула Хельга. – Это он только на первый взгляд кажется принцем, но на самом деле тот ещё…

– Аморэн! – резко зашёл в зал рассерженный профессор в испачканном стиральным порошком жилете и с взъерошенными, перемазанными чем-то зелёным и липким русыми волосами. Он уничтожающе смотрел на Аморэна, который сидел на его месте, и тихо раздражённо произнёс:

– Твои мыши снова разлетелись по всему этажу. Иди и загони их обратно.

– Извини, но я ем, – решил спрятаться за такой неуместной отговоркой Аморэн, разведя в стороны руки с ножом и хлебом. – По расписанию у меня обед.

– Они набрасываются на горничных, уже испачкали весь коридор и устроили погром в моём классе! Иди и усмири их, – настойчиво продолжал грязный и злой учитель, пройдя поближе к столу.

– Ну вот ещё! Кто их выпустил, тот пускай и ловит, – лихо ответил Аморэн, намазывая на ещё тёплый кусочек булочки сливочное масло ножом.

Тут даже Хельга не выдержала:

– Аморэн, ты ж заместитель директора! А вместо того, чтобы решать срочные проблемы, ты прямо перед моим носом внаглую сидишь и маслице, етить твою, на хлеб намазываешь, – начала ругаться Хельга и в порыве возмущения не заметила, как начала яростно размахивать своей столовой ложкой. Вицинна поспешила немного отодвинуться, чтобы случайно не попасть под горячую руку лихой женщины. Остальные профессора за столом тоже перепугались и замерли в ожидании чего-то страшного. – Горничные только сегодня там идеальную чистоту навели, всё отдраили, почистили. Посмотри на Флегана, что твои звери с ним натворили! Помяни моё слово, если я там хоть одну мышиную зловонию увижу, ты у меня сам по всей школе порхать будешь, всё вплоть до потолков драить. Ни директор, никакие отговорки тебя от уборки не спасут. Ты меня понял?!

– Как будто он их специально выпустил, – заступилась за него Бегемия. – Может, Флеган его подставил?

– Ну не в ущерб же самому себе, – рассудительно ответил грязнуля, который по щелчку пальцев о фаланговое кольцо наколдовал себе в руку влажное полотенце и принялся вытирать грязные волосы.

Аморэн ощутил на себе уничтожающий взгляд Хельги. Так обычно смотрят злые мамаши, рассерженные выходками своих детей. Хельга словно говорила ему: не пойдёшь сейчас же убирать последствия своих зверушек, это будет последний в твоей жизни обед.

– Извините, – застенчиво попрощался со всеми Аморэн, положил на стол нож с булкой и вместе с профессором поспешил выйти за дверь.

«Недолго он сидел на чужом месте. Надеюсь, что больше такого не повторится», – вздохнула Вицинна и ощутила аромат чистящего порошка, который принёс на себе русоволосый.

– Это Флеган, полная противоположность Аморэна. Ребята их за глаза кнутом и пряником называют, потому что один ответственный, а другой – ну сама понимаешь, Аморэн, – прокомментировала Вицинне остывшая от возмущения Хельга. – Они на одном этаже работают. Вечно как два сведенца. А разнимает их кто? Конечно же, я! Всё жду не дождусь, когда наконец повзрослеют. Уже по тридцать с лишним лет обоим. Представляешь, недавно Аморэн что-то стащил из класса Флегана, настойку какую-то. А тот в ответ всех его слизняков в вонючей жидкости искупал. Вот засранцы, – усмехнулась над их выходками Хельга, зачерпнув ложкой суп. – Преподаёт он химию, а специализируется на лекарствах. Аморэн часто его хреневаром обзывает. Ну ничего, доиграется наш красавец, тумаков-то ему Флеган однажды надаёт – будь здоров.

Бегемия раздражённо бросила столовый прибор в свою тарелку и захотела возразить Хельге. Но вместо этого молча отвернулась, обиженно задрав большой нос. Скатерть всё перед ней убрала и предоставила горячий напиток с десертом.

– Она к нему неровно дышит, – чуть слышно шепнула Вицинне Хельга. – Видишь, как заступается. Давай лучше сменим тему.

– Хорошо. А тебе ещё моя помощь понадобится? А то я в библиотеку хотела заглянуть.

– Нет, иди спокойно, милая. Только наберись терпения.

– Почему?

– Сама узнаешь, – зачерпнула ложкой суп.

Вицинна не совсем поняла данный посыл и после обеда смогла-таки попасть в библиотеку. Это оказалось огромным хранилищем знаний на втором этаже скромного домика позади школы. Там работала очень милая бабулька-библиотекарша с шерстяным платком на плечах, пучком на макушке и огромными толстыми линзами в очках.

– Здравствуйте, не подскажете, где мне найти книги про менталов? – вежливо спросила у неё Вицинна.

– Про кого, внучка? – не расслышала бабушка.

– Менталов, – сказала погромче Вицинна.

– Кого, милая? – приложила к своему уху ладонь старушка.

– Про менталов, бабушка, – крикнула ей в ухо Вицинна.

– Я не слышу, говори громче!

«Может, её не мучить и написать записку? С такими-то очками она наверняка должна увидеть», – пожалела её слух Вицинна.

– Спасибо, мне ничего не нужно, – вежливо вполголоса попрощалась Вицинна.

– Хорошо. Если что, обращайся, доченька, – также негромко ответила хитрая бабушка и засеменила к двери.

Вицинна озадаченно посмотрела ей вслед. Бабулька, оказывается, всё слышит, а помогать не хочет. Но делать нечего, придётся искать книги самой. Исследовать всю библиотеку сложно. На эти поиски может уйти целый год или два. Книг тут больше, чем просто много.

«Теперь понятно, о чём говорила мне Хельга. Похоже, что бабка тут часто всех игнорирует. Интересно, чем таким она решила заняться вместо работы? Не видать её чего-то. Нет, я, конечно, понимаю, что к пожилым нужно относиться с уважением. Но, извините, с уважением нужно относиться к каждому, в том числе и к молодым», – возмущалась про себя Вицинна, проглядывая надписи с корешков книг.

Через какое-то время она случайно посмотрела на центральный стол, за которым должен сидеть ответственный библиотекарь. Старушка как раз вернулась с маленьким чайником-заваркой с обугленным низом. Из изогнутого носика шёл горячий пар. Наверное, она кипятила его не с помощью магии, а на Анталарском угле – единственном вечным источником тепла у тех, кто не владеет магией.

«Из-за того, что старушка захотела попить чайку, я вынуждена понапрасну тратить своё время на поиски книг, которых, может быть, здесь даже нет. Но и обижаться нечестно – у каждого есть право на чашечку чая». – Вицинна продолжала за ней следить, переворачивая страницы книги. Старушка достала чашку с блюдцем, сахарницу и очень красивую коробочку с нарисованными красными розами, открыв которую, начала высыпать содержимое в чайник. Из коробочки выпало только три чаинки. Старушка потрясла коробку над чайником, огорчилась и убрала всё обратно, а горячую воду пошла выливать в окно.

Вицинна лукаво улыбнулась. У неё появилась маленькая идея: «Может, если старушка действительно так хочет чай, то удастся обменять его на книги?»

Вицинна вернулась в свою комнату, открыла шкатулку, скомбинировала высушенные лепестки чайной розы с удивительно редким сбором с солнечных плантаций. Насыпала всё в небольшой мешочек, перевязала красивым бантиком и понесла в библиотеку.

– Это вам! – радостно протянула скромный подарок старушке. – Чай с Кортуланской плантации с розой. Очень сладкий и полезный для слуха и зрения.

– Ой, спасибо внучка, – радостно забрала у неё мешочек бабушка. – Мой чаёк как раз закончился. А ты, случаем, не волшебница? – Указала несгибающимся пальцем на голубую магическую брошь Вицинны. – Тебе несложно будет вскипятить мне чайничек? А то так пить охота.

– С радостью! – сказала Вицинна и пошла с бабушкой к столу.

Библиотекарша вновь принесла чайник, Вицинна насыпала туда столовой ложкой сбор, наполнила водой и вскипятила одним касанием. Библиотекарша спросила:

– Дочка, а зачем тебе менталы понадобились?

– Мне интересно почитать их труды, перенять опыт. Они же первоклассными травниками были! Я везде искала про них книги, но так ничего не нашла. Весь мир словно решил о них позабыть. Думала, может, здесь чего узнать смогу. Хотя бы сказочку или страничку какую. Ну не верится, что от них ничего не осталось. Просто невозможно! Такие знания утеряны. Просто ужасно, – чересчур эмоционально поведала о своей тоске Вицинна, села на стул и чуть не заплакала.

– Ну не расстраивайся, дочка, – начала утешать её бабушка. – Найду я тебе интересные книжки. Подожди, золотая, сейчас приду, – и ушла мелькать между стеллажами. Побегала, пособирала по всей библиотеке разные книги и вернулась с полным собранием. – Вот, всё, что есть о менталах. Здесь сказки, пара учебников. Вот, смотри, здесь даже печать их библиотеки стоит. Читай на здоровье, только из школы не выноси.

– Спасибо вам огромное! – Вицинна в порыве безграничного счастья обняла бабушку и покружила её вокруг себя над полом. Потом опустила и с интересом начала листать книги.

– Можешь почитать их в своей комнате, всё равно они никому, кроме тебя, не нужны, – разрешила библиотекарша, как только поправила слетевшие набок очки. Вицинна снова потянулась к ней с объятьями, но старушка защитилась, взяв в руки горячий чайник. Тогда Вицинна с ней попрощалась и поспешила унести драгоценные источники знаний в свою комнату.

«Не зря чай привезла, пригодился-таки. Подумать только, в моих руках настоящие книги самих менталов! За всю жизнь только пару сказок нашла и то в разорванном виде, а тут… по-моему, тут всё, что только можно найти! Трудно в такое поверить», – Вицинна улыбалась от безграничного трепета счастья в груди. Книги по велению магии летели следом за ней.

Сейчас бы с головой погрузиться в чтение, забыть обо всём и только читать, читать, читать… Узнать что-то новое, интересное. Это же такая уникальная возможность познать их историю, мировоззрение, литературу! Может, даже удастся разгадать тайну их исчезновения. Или найти отличия менталов от волшебников. Ей пригодится такое умение, а откуда его взять – трудно представить.

Пройдя через запасную дверь своего класса, вдоль парт, Вицинна вышла в коридор и пошла в сторону спальни. Оставались пара шагов до комнаты, когда кто-то резко положил руку ей на плечо. Вицинна дрогнула, со страха отпустила брошь, книги попадали. Она обернулась на вопль и увидела Аморэна, кривляющегося от боли: самая тяжёлая книга отдавила ему все пальцы на ноге.

– Извините, я не хотела, я случайно, – начала тараторить рассеянная Вицинна, пытаясь собрать книги.

– Да ничего. Я сам виноват, – стараясь мужественно стерпеть боль, прошипел Аморэн сквозь стиснутые зубы. Взмахнул рукой с кольцом, и все книжки собрались аккуратной тяжёлой стопкой прямо ему в руки. – Ух ты, детские сказки, – прочитал обложку верхней маленькой книги. – Позвольте помочь. Я занесу ваши книги в комнату?

Вицинна уже хотела согласиться, но вспомнила слова Хельги, что лучше остерегаться его попыток к ней приставать.

– Извините, это, конечно, очень мило с вашей стороны, но я сама, – Вицинна потянулась к книгам, но Аморэн категорично мотнул головой.

– Постойте, мне нужно у вас попросить кое-что очень важное. Вы ведь не откажете мне в помощи?

Она посмотрела в его несчастные лукавые глаза и с предчувствием чего-то недоброго согласилась на свой страх и риск. «Ну как я могу отказать кому-то?».

Он проводил её до комнаты, аккуратно занёс книги и поставил на стол. Вицинна прикрыла дверь.

– Слушайте, – начал Аморэн. – Я узнал, что вы здорово умеете собирать нужную комбинацию чайных трав. А можете собрать такой, чтобы сразу уснуть?

– Усыпить можно разными способами, а чай только расслабляет или успокаивает.

– Да, мне именно успокоиться нужно, – нервно произнёс Аморэн.

«Помогите не засмеяться», – подумала про себя Вицинна и пошла к своему столу. Открыла сундучок со шкатулками и начала комбинировать чайные травы.

– Это всё из-за Флегана? – ненавязчиво спросила она.

– Конечно! Этот придирчивый, заносчивый, самовлюблённый полудурок всегда придирается ко мне! Неблагодарный. Ни дня без его упрёка не обходится. Как пройдёт мимо, так обязательно плюнет в спину. Фигурально, конечно же. С ним совершенно невозможно работать. Не то что вы, скромная, умная, голубоглазая юная принцесса с очаровательными каштановыми волосами и притягательным ароматом цветов из чудной оранжереи, – Аморэн начал медленно подходить к ней со спины, понижая голос. Вицинна даже не успела заметить, как начала прислушиваться к его шёпоту прямо над своим ухом.

Резко завязав мешочек, она обернулась:

– Вот, держите свой чай, – испуганно всучила ему мешочек и пошла открывать дверь, чтобы побыстрей выпроводить нахального гостя. – А сейчас извините, меня ждут важные дела! – объявила ему Вицинна. Она ожидала от него любой подлости, но не наглости. Одно дело – ругаться с хамом, а другое – противостоять комплиментам. Нет, Вицинна такого терпеть не намерена.

«Подумать только, я решила, что этот пижон скажет мне что-то важное. Может, он что-то заподозрил? Неужели мои планы выведать решил? Вот негодяй!»

Аморэн не собирался так быстро уходить. Неспешно оглянулся и с ухмылкой кинул взгляд на полевые цветы, которые стояли аккуратным букетиком в маленькой вазе на столе. Они уже слегка поникли.

– Вы настолько умная, что нашли в них смысл. Придётся тщательней собирать вам такой же. Что ж, не буду вас больше смущать, – неохотно направился к двери. – Если вам что-то понадобится, можете обращаться ко мне в любое время.

– Непременно, – кратко ответила ему Вицинна и захлопнула перед его носом дверь.

«У меня другие планы», – тяжело выдохнула своё напряжение и пошла к столу. Бесценные книги и дорогие знания вновь привлекали её своим особым шармом загадочности. Она с интересом села разбираться: «Что же мне дала эта старушка?» – И разложила перед собой все книги. Среди них оказались сказки, учебники и даже тот самый кодекс Ноли-ноцет. Вицинна так увлеклась чтением, что напрочь позабыла об ужине. Заботливая Хельга зашла за ней в половине пятого. А после Вицинна поспешила вернуться к изучению книг и так не смогла уснуть, погрузившись с головой в чтение.

===4===

Прошло две недели с тех пор, как Вицинна приехала в школу. Сегодня на завтраке Хельга впервые была вне себя от волнения:

– Понимаешь, – нервничала Хельга. – К приезду детей у нас всё должно быть готово для заселения. Они вот-вот прибудут, особенно первоклашки. Уже середина августа, как-никак.

– Всё будет хорошо, – успокаивала её Вицинна. – Ты зря переживаешь. Вон, посмотри, даже Аморэн спокоен, как удав, а ведь он зам директора, – кивнула в его сторону.

– Да он только о дамах и думает. А всё остальное его не заботит, – не скрывала свою придирчивость Хельга. – Не понимаю, как директор согласился его в заместители взять. Ой! Знаешь, мне сейчас понадобится твоя помощь. Когда приедут первоклассники, нужно будет их встретить, провести экскурсию, познакомиться. Сейчас покушаем и пойдём, – не успела Хельга договорить, как в зал забежала главная школьная гувернантка Изольда и сообщила, что приехала семья с первоклассником. Подружки всё тут же побросали, наспех вытерлись и поспешили в холл.

– Здравствуйте, рады вас видеть! – кинулась с рукопожатием к гостям радушная Хельга. – Я учитель истории и этики, профессор Хельга Артисуфс, – она поздоровалась с родителями стеснительного первоклассника. – Извините, вы подождёте меня немного? Я принесу бумаги для подписи, а вы пока познакомьтесь с нашим новым учителем, – спешно показала на Вицинну и убежала на лестницу.

Вицинна уловила застенчивую паузу, но затем дружелюбно протянула руку родителям юного волшебника:

– Здравствуйте, я Вицинна Роотлес, учитель по флоре и лекарственным растениям.

Но с ней никто не поздоровался. Судя по осуждающему выражению лица мужчины, что-то его смутило: то ли подобный жест, то ли фамилия Роотлес. Он сделал полшага назад и перевёл взгляд на лестницу. А его утончённая жена, брезгливо рассмотрев Вицинну, решила уделить своему ненаглядному сыну внимание и начала поправлять его волосы и стряхивать пылинки с плеч.

Вицинне пришлось неловко опустить руку и даже задуматься: «Нужно привыкать, что сюда только солидные люди приезжают. Знатные волшебники с замашками величия. И что их во мне не устроило? Хельга вроде всё так же делала».

С лестницы уже слышались торопливые стуки каблуков.

– Вот, принесла, – прибежала Хельга и протянула родителям на подпись договор с перьевой ручкой. – Подпишите здесь и здесь, что мы вас встретили, претензий у вас к нам никаких нет и что…

– Как это нет? Есть! – с деловым тоном возразила мать ученика. – Почему вы устраиваете на работу всякий люд?

– В каком смысле? Я волшебница, Вицинна – волшебница… – недоумевала Хельга.

– Но у неё же нет камня, – возразил глава семейства, показывая на Вицинну, словно на что-то непристойное.

– Извините, я ношу брошь. Утром её чистила и случайно забыла прицепить обратно, – тактично ответила Вицинна, но родители мальчика продолжали смотреть на неё негодующим взглядом, как на провинившуюся служанку. – Вам что, принести доказать? – неуверенно поинтересовалась у них Вицинна.

Родители неохотно, но всё же поверили ей на слово. Широко расписались в бумагах, сдержанно попрощались и ушли, оставив сына с чемоданом на попечение учителям.

– Привет, милок! Как тебя зовут? – присела к замкнутому мальчику Хельга. – Ты не голоден? Нет. А хочешь, твою новую комнату покажу? Пошли, посмотришь, как у нас здесь здорово. – Она заставила чемоданы взлететь и взяла за ручку скромного ученика.

Они пошли на пятый этаж, где находились жилые комнаты для мальчиков. Хельга рассказывала ему про весёлые будни, дружелюбных учеников и увлекательную учёбу. Вицинна шла за ними следом и слушала. После небольшой экскурсии и знакомства с учительницами мальчик немного раскрепостился и начал поддерживать разговор. Он был первым из учеников, кто приехал, и, чтобы немного скрасить временную скуку в одиночестве, Хельга решила его отвести к Аморэну, который занял досуг первоклассника знакомством с забавными зверушками в своем классе.

Пока подруги спускались на первый этаж, Хельга спросила:

– Вицинн, я надеюсь, ты не сильно на них обиделась?

– Меня сложно подобным обидеть, скорее удивили. У меня высшее образование, три открытия, награды высшего уровня. Я могу дать их сыну академические знания, а они нос воротят только потому, что я без какой-то там броши.

– Понимаю, милая, но ничего не могу с этим поделать. Как бы грубо от учителя этики это ни звучало, но нас окружают одни дураки. Не все понимают, что не вещь украшает человека, а человек вещь, вот они и обижают хорошего мага понапрасну. Я думаю, лучше бы тебе носить магическую брошь. По одёжке встречают, так сказать. Да и им спокойней будет, и тебе. Хорошо?

В вестибюле первого этажа они попрощались. Хельга убежала в зал искать директора, а Вицинна собралась пойти в свою оранжерею. В этот самый момент через главные школьные двери вошла компания учеников старшеклассников с чемоданами. Все такие разные, весёлые, громкие. Вицинна решила с ними поздороваться, подошла и протянула руку:

– Здравствуйте, я новая учительница по… – и увидела точно такую же реакцию, как и от родителей того ученика. Ребята начали осматривать её с ног до головы, искать магические атрибуты. Ничего не заметив, молча кивнули и прошли дальше.

Вицинна аж закипела от злости: «Просто не верится! Я что, мусор, по их мнению, без камушка? Всё настроение испортили. Тэ-лакен на них не хватает». – И пошла в свою оранжерею.

Все последующие встречи она проводила только с магической брошью на платье. Отношение к ней сразу же поменялось: все стали вежливыми, дружелюбными, общительными. Словно фокус какой-то дурацкий.

Оставалось пару дней до начала учёбы, а ученики всё продолжали приезжать. Аморэн на удивление стал очень ответственно вести список присутствующих и также вместе с Хельгой и Вицинной встречать первоклашек. Наверное, пытался произвести впечатление ответственного заместителя.

Но однажды Аморэн очень подозрительно дожидался кого-то в учительской и постоянно поглядывал в сторону Вицинны, выполняющей очередное поручение Хельги. Когда кабинет покинул последний учитель – Флеган, Аморэн подсел поближе к Вицинне и сказал:

– Завтра приветственный ужин. Волнуетесь?

– Немного, – равнодушно ответила Вицинна, пытаясь не ошибиться в заполнении документа.

– А хотите, вас на крышу свожу?

– На крышу?! – загорелась идеей Вицинна.

– Ага. Только тихо, чтобы ученики про лестницу не узнали.

Вицинна с подозрением на него покосилась. С одной стороны, ей хотелось бы взглянуть на школу с высоты. С другой, это Аморэн! От него чего угодно ожидать можно.

– Приставать не буду, – тут же пообещал Аморэн.

Всё казалось очень подозрительным, но Вицинна всё равно согласилась. Он повёл её к секретной винтообразной лестнице, ведущей с третьего этажа на крышу, и придержал дверь, галантно пропустив Вицинну вперёд.

– Ух ты, как тут красиво! – восторженно воскликнула Вицинна и побежала к краю террасы.

– Осторожно! – испугался Аморэн, но остановить её не успел.

Вицинна бесстрашно облокотилась на широчайшую балюстраду и повернулась навстречу прохладному ветерку. Она вдохнула полной грудью, ощущая долгожданную свободу и прилив жизненных сил. Насладившись секундами блаженной тишины, она открыла глаза и увидела перед собой необъятный простор до самого горизонта. Взгляд не оторвать, как красиво вокруг.

– Восхитительно! – призналась она с придыханием.

– Отойдите от края, пожалуйста. Вы нам ещё нужны, – насторожился Аморэн, аккуратно подкрадываясь к балюстраде.

– Не переживайте. Я с детства обожаю панорамные виды с крыш. Смотрите! Невероятная красота. Правда? А вон там озеро видно! А там лес. А за ним часовую башню Вершинга. Какой широкий простор, какая красота! Внизу моя оранжерея. Мы над западным крылом, да? – повернулась к своему собеседнику и увидела на лице Аморэна тонкую счастливую улыбку. Эта не было похоже на предыдущие ухмылки. Ему словно нравилось делиться радостью такого открытия вместе с Вицинной. Он молчал, а потом вспомнил, что ему задали вопрос, и кивнул.

– Успокаивающий чай помогает? – деликатно поинтересовалась Вицинна.

– Да, конечно, ведь иначе и быть не может! Это же ваш чай. Только боюсь, мне ещё понадобится. Впереди целый год работы с этим индюком.

– Вы про Флегана? По-моему, вы слишком грубы.

– Всему есть причина. – Облокотился на балюстраду Аморэн. – Вот он с вами поздоровался? Хоть раз за всё время, что вы здесь.

Вицинна задумалась. А ведь правда, Флеган с самой первой встречи так и не проявил к ней никакого внимания. Остальные хоть парой фраз обменялись, а он продолжал гордо сидеть напротив неё, не знакомился, не замечал. Молчаливый какой-то.

– Трус он. Боится с такой красавицей, как вы… – завёл свою обольстительную шарманку Аморэн.

– Стойте! – Вицинна решила пресечь его лесть раньше, чем щёки выдадут стыдливое смущение. – Лучше расскажите о себе. Как заместителем директора стали? Как ваш предмет называется, чем увлекаетесь?

– Я праправнук основателя Григория, – спокойно пояснил Аморэн. – Директор вам наверняка рассказывал историю школы, но не уточнял про один важный пункт в завещании основателя. Все руководящие должности в этой школе должны занимать только его родные потомки, обучаемые здесь же. Я тут учился, а после меня попросили стать замом, и я согласился. Преподаю зверологию, специализируюсь на брюхоногих моллюсках. Если хотите, могу экскурсию по своему классу провести. У меня там всё настолько гармонично расставлено, что сам удивляюсь своей гениальности.

Вицинну рассмешила такая самовлюблённость:

– Пожалуйста, следите внимательней за своими слизняками, а то все мои цветы обглодают, если до класса доберутся.

– Не переживайте, всё под контролем. – Ловким движением руки Аморэн поправил свою изумительную причёску, и на его плече показалась крохотная зелёная лягушка.

– Скажите, а опасных особей у вас в террариумах нет? Скажем, маленькие пучеглазые лягушки не ядовиты? – насторожилась Вицинна.

– Маленькие… Вы про лапкодёров? Нет, что вы. Они только квакать да бегать умеют.

– Бегать?

– А как вы думаете, за что их лапкодёрами называют? – улыбчиво посмотрел на неё заместитель. – Потому что они удирать умеют. Определённые мышцы для такого развиты, вот и носятся как угорелые по болотам, да так, что не поймаешь.

«Понятно, значит, не ускачет», – подумала Вицинна и аккуратно потянулась к его плечу за лягушкой:

– Не шевелитесь, – приказала красавцу и без проблем поймала лягушку.

– Что там? – дрогнул Аморэн.

Вицинна раскрыла ладошки, где на выпрямленных лапках уже стояла очень деловая маленькая очаровательная лягушка лапкодёрка. Так и хочется ей сказать: «Сэр, вы пойманы», – Вицинна похихикала над этим, аккуратно закрыла ладошки и отдала земноводное Аморэну:

– Пойдёмте, а то вдруг у вас ещё кто-то убежал.

Как только они спустились на третий этаж, Аморэн поспешил отнести ненавистную лягушку в террариум, а Вицинна отправилась в учительскую, чтобы продолжать заполнять документы. Но Бегемия перегородила ей дорогу на лестнице со словами:

– И что вы вдвоём на крыше делали?! – повысила на Вицинну тон элегантная леди. Не желая выслушивать оправдание, крикнула: – Ещё раз увижу, как ты к нему пристаёшь, лысину тебе наколдую. Я волшебница в десятом поколении, не заставляй меня злиться.

– Да это не я! Он сам позвал меня. Он пригла… – начала чистосердечно признаваться Вицинна, искренне не понимая, за что на неё ругаются.

– Я тебя предупредила. И чтобы я тебя рядом с ним больше не видела! Безродная Роотлес.

А вот сейчас стало по-настоящему обидно. Неужели и здесь к её фамилии будут ассоциации строить? Вицинна сыта этим отношением по горло ещё с детства, но решила не портить отношения с коллегой раньше учебного года и спокойно ответила:

– Да, я выросла без родителей. А может быть, я волшебница в двенадцатом поколении? Тебе-то откуда знать?

Бегемия рассмеялась:

– Не завидуй мне, Роотлес. Кто ты, а кто я. Смех, да и только.

– Да, ты права. – Ловко прошмыгнула мимо носатой Вицинна и пошла в учительскую. Бегемия важно хмыкнула и тоже отправилась по своим делам в другом направлении.

«Она за него волосы собралась вырывать, а он на других заглядывается. Не хорошо так. Не дружба это и не любовь, а ерунда. Больная ревность, от которой я совсем не хочу страдать, а значит, нужно держаться от Аморэна подальше», – рассуждала Вицинна.

***

Через два дня уже большая честь учеников приехала в школу. Вицинна стала замечать от них в свою сторону пристальные косые взгляды, словно они были чем-то оскорблены и недовольны. Никто к ней не подходил, не разговаривал. В коридоре все замолкали, когда она проходила мимо, за спиной шептались, косились. Вицинну это стало настораживать.

– Хельга, а чего они на меня так пялятся? – поинтересовалась у неё шёпотом на обеде.

– Так не знакомы, вот и пялятся. Кстати, а где твоя магическая брошь? Почему ты её снова не носишь?

– А надо? Мы же вроде всех встретили.

– Обязательно! Не забывай, эти ребята приехали из городов, где недолюбливают всех людей. С Марком знакома? Вот посмотришь, как с ним дети обращаются, брошку даже во время сна снимать перестанешь. Надень её, всем спокойней будет.

«Зачем все эти таблички: маг, люд? Здесь есть учитель и ученик, остальное пускай остаётся за калиткой. – Продолжила кушать свой суп Вицинна. – И куда их родители смотрят? А, забыла, они ж разборками заняты. Когда они наконец одумаются и поймут, что дети важнее амбиций?» – Вицинна всё ещё чувствовала эти подозрительные взгляды детей со стороны, со спины, отовсюду. Такое внимание начинало раздражать не меньше пристального взгляда Аморэна. Раньше ей одного такого наблюдателя хватало, а теперь вся школа вздумала так издеваться. Она не вытерпела, встала и ушла, не доев свою порцию. Только вышла из столовой – и увидела, как группа старших ребят специально подставила подножку пожилому ремесленнику Марку. Ящик упал из его рук, всё рассыпалось, потом хулиганы начали раскидывать все его инструменты по вестибюлю и соревноваться друг с другом, кто дальше зашвырнет.

– Спорим, я дальше твоего молотка рубанок пну!? – похвастался паренёк и ударил по рубанку с такой силой, что тот лихо пронёсся мимо молотка и попал Вицинне прямо в ногу. Она решила им во всеуслышание замечание, но неожиданно кто-то опередил её.– А ну перестаньте! – пригрозил им молодой картавый профессор. Он тоже вышел из столовой, обогнал Вицинну и поспешил на помощь резчику. – С тобой всё в порядке? – спросил он у Марка.

– Не переживайте за него, – выступил в перёд один из тех дерзких мальчишек. – Он видел, куда шёл.

– Не-не, – перебил его такой же друг. – Это он решил на жалость надавить. Добренький профессор Рашенье всегда прибегает, когда больно, – дразнился наглый мальчишка.

– Довольно! – ругнулся профессор. – Идите по своим комнатам!

– Ага. Ещё чего. – Сунул руки в карманы брюк мальчишка. – Какой-то человечишка решил тут нами командовать? А если я своему папе расскажу? Чего ты мне сделаешь, бездарность?

Профессор стерпел обидные слова в свой адрес, сжав гулаки, и посмотрел в глаза бессовестному ученику.

– Ты нам никто. Ясно? Бездарность, – абсолютно бесстрашно сказал профессору на прощание второй мальчишка и пошёл вслед за своими друзьями наверх, но явно не в комнаты, а потому что им скучно здесь стало.

Вицинна подошла к Марку и на глазах остальных удивлённых ребят начала помогать собирать раскиданные инструменты.

– Это было слишком грубо с их стороны, – сочувственно сказала она грустному профессору. – Если вы пойдёте к директору, я могу выступить в качестве свидетеля.

Профессор молча продолжил собирать инструменты, словно и не слышал её. Может, ему было стыдно. А может обиду на всех волшебников затаил. Конечно, Вицинна понимала, каково это, когда тебя у всех на глазах унижают, а ты молчишь в ответ из-за скромности или неуверенности. А тут конфликт между невоспитанным ребёнком и взрослым человеком. Это очень грустно.

Марк тихонечко подошёл к Вицинне и прошептал:

– Они всегда так, из-за того, что мы с ним обыкновенные люди. Гувернанток я не слышал, чтоб они обижали, а нас…

– Но почему сразу бездарностью обзываться? – смутилась вполголоса Вицинна.

– Потому что мы без дара к магии. Между прочим, очень обидное прозвище, – пояснил Марк.

– Но у него же есть брошь. Вон, висит, – Вицинна посмотрела на профессора ещё раз.

– Это просто брошка. Может, младших бы это остановило, но старшие ученики уже выучили, кто здесь волшебник, а кто – нет. Он люд, – тихо успел договорить Марк, и профессор подошёл, чтобы положить в его ящик инструменты. – Спасибо.

Учитель понимающе кивнул ему, и Марк сочувственно ответил тем же. Между ними словно было молчаливое взаимопонимание: два обычных человека, осознающих и испытывающих гнетущую несправедливость и предвзятость со стороны окружающих, но у профессора хватает смелости противостоять такому. Вицинна только пару дней испытывает на себе это презрение, а люди – больше десяти лет. Страшно представить, как проходят уроки профессора, раз дети с ним так обращаются.

– Здравствуйте, мы не знакомы. Я Вицинна Роотлес учительница по ботанике, – она вежливо протянула профессору руку.

– Я Рашенье. Граф Рашенье Гэтерже, – скромно пожал её руку в ответ профессор. – Преподаю математику с изомерным черчением.

– Ого, настоящий граф! Даже не верится, – она заулыбалась, чем немного смутила неуверенного в себе Рашенье. Ведь графы – это люди, чья семья работает министрами в больших деревнях и посёлках. Министры – маги, а графы – люди.

– Да, только эта приставка уже не имеет никакого смысла, – огорчённо проговорил Рашенье. – Извините за личный вопрос, а вы волшебница?

– Волшебница. Но я пока не ношу свою брошь.

– Лучше носите. Дети могут вас ложно посчитать неспособной к магии, а для первого времени работы это важно. Извините, мне пора идти.

Вицинна увидела на его лице тоску, словно ему было неловко с ней разговаривать из-за статуса мага.

– И не слушайте глупые высказывания в свой адрес! – крикнула ему вслед Вицинна на весь коридор. – Вы очень хороший человек!

Рашенье улыбнулся:

– Вы тоже хорошая волшебница, – с благодарностью ответил он ей и пошёл по ступенькам дальше.

Многие ребята смотрели на них с непониманием и странным удивлением. Этим несчастным детям внушили, что люд – никто, а волшебники – владыки мира, а тут волшебница похвалила человека не просто так, а за храбрость, что для них было чуждо.

Родительская неприязнь передавалась детям и становилась причиной многих бед. И кто знает, к чему приведёт подросших на ненависти к простым людям детей. Сейчас всё в руках учителей: перевоспитать их и научить проявлять уважение ко всем, даже к не-волшебникам. Вицинна до этого момента не задумывалась, что ей придётся не только учить ребят травологии, но и прививать банальную вежливость. На своём примере, как учитель, она только что показала им проявление доброты и уважения. Не убирая светлой улыбки со своего радостного лица, девушка пошла к себе в комнату, гордо осознав себя наставницей.

***

Через пару дней все были в сборе. Аморэн всех пересчитал, проверил списки, отчитался перед директором и Хельгой.

Почтальонша Финти зашла после обеда в учительскую и вручила всем, кого там встретила, письма и газеты. На удивление у неё нашлось одно письмо и для Вицинны:

– Это вам. Просили передать строго в руки, – заявила оптимистичная Финти, протягивая белый конверт.

– Спасибо. – Вицинна забрала у неё конверт и прочитала: «Отправитель: В. Р.» – Финти, а как он выглядел? Отправитель, – тревожно поинтересовалась Вицинна.

«Неужели он решил сам в кои-то веки сходить на почту и даже не стал скрывать свои инициалы?» – тревожно подумала она о брате.

– Не знаю, – пожала плечами Финти. – Меня только забрать конверты вызывают, а с отправителями другие работают.

– Понятно, спасибо, – вежливо ответила Вицинна и спокойно выдохнула.

– Ну вы только гляньте, – ударила о раскрытую газету Хельга. – На первой же полосе: раздробление южных земель на феодальные владения. И чего нам теперь ожидать? Что каждый город отдельной столицей считаться будет? Давайте ещё правителей своих назначим и воевать начнём! Слушайте, а чем князь там занимается? Так там ещё, оказывается, и разбой! Тысячи пострадавших, сотни жертв, миллионы обездоленных. У Тэ-лакен явно дел поприбавилось. Но там пока наездник на тиршарах дела решает. – Перевернула страницу и быстро прочитала взглядом пару предложений. – Мать честная, да наш дуэт разругался! Тэ-лакен, оказывается, против Вандука армию молодых бойцов собирает. Ужас!

– Да какой там разлад. Ты сама посмотри, им ругаться некогда, – лукаво улыбнулась Вицинна. – Да и какой здравомыслящий человек пойдёт за тем, лица которого даже не знает?

– Да пойдут, ещё и друзей позовут, – отмахнулась Хельга. – А тебе кто написал? Тайный поклонник? Молодой воздыхатель?

– Был бы воздыхатель, а то брат. – Вицинна сложила все школьные журналы на полку. – Газету потом дашь почитать?

Хельга снова уткнулась читать новости, прослушав вопрос, а Вицинна ушла из кабинета в свою комнату. В тишине, наедине сама с собой она вскрыла письмо и начала читать:

«Дорогая сестра, ты бессовестная и безответственная девка! Почему не написала по приезду письмо: как твои дела, как коллектив? Тебя зачем грамматике учили? Неужели так трудно отправить два слова «Всё хорошо»?

Поругал, а теперь по делу. До меня дошли слухи о тайных и опасных разработках людей в одном из восточных городов. Как только решил съездить разузнать, так тут же в южных столицах начали полыхать конфликты, новые свирепые стычки, куча жертв. Я узнал, что к ним как-то причастен Охотник, могу предположить, он натравил всех магов против людей и в конфликте выслеживал менталов. Помимо этого повсюду стали пропадать дети, при том только мальчики. У меня в одиночку не хватает рук со всем этим разбираться. Мне нужна помощь Тэ-лакен. Заканчивай там свои поиски и возвращайся. С любовью, брат».

«И месяц не прошёл, как попрощались, а уже катастрофы начались, – тяжело вздохнула Вицинна. – Тэ-лакен всем нужна, только, увы, я не могу раздвоиться. Помнишь, как ещё в приюте мы с тобой пообещали быть рядом друг с другом до конца, никогда не расставаться и идти по жизни плечом к плечу? Но времена меняются, как и человек, – Вицинна посмотрела в окно и предалась воспоминаниям. – Мы познакомились с братом в первый же день моего приезда в Сотвундский приют и сразу почувствовали родственные души. Мы всегда были вместе и оберегали друг друга. До сих пор помню тот испуг, когда пришли удочерять девочку и показали пальцем на меня, а Вандука в это время рядом не было. Ну и истерику же я там устроила. Без него уходить не хотела. Меня и уговаривали, и подкупали, даже заколдовать хотели. Но я уже тогда сильной не по годам была, не сдалась без боя. В итоге не забрали. После этого Вандук предложил не приходить на эти беседы, и мы каждый раз убегали с ним гулять на весь день в город. Во время прогулок Вандук жалел каждую бездомную собачку, хотел накормить каждого котёнка, но ни еды, ни денег у нас не было. И тогда мы решили начать зарабатывать. Но какую работу могут дать десятилетним беспризорным детям? Мы в подмастерья напрашивались, за садами ухаживать просились, поделки мастерили. Везде нам отказывали. Проходя мимо рынка, мы решили начать торговать. Только фруктов с овощами у нас не было. Помню, шли как-то вечером по обратной дороге и увидели в саду министра зелёный малум: зрелый, сочный, уже попадал весь с дерева, а никто его не собирает, никому он и даром не нужен. Лежит, гниёт. Следующим утром мы вернулись, вежливо попросили у министра собрать немного малума, а он в ответ натравил на нас заколдованные тяжёлые ботинки, которые погнали нас до самой площади пинками по одному месту. Мы ушли, но сдаваться не стали. Нашли мешки и в полночь перелезли через забор, набрали, сколько смогли того малума и пошли к забору обратно. Но в этот момент из окна дома министр в нас молнией жахнул. Хорошо, косой оказался, промахнулся. В ту ночь я от страха впервые воспользовалась своей магией: взмахнула рукой – и министра того от окна отбросила, взмахнула другой – и Вандука через забор аккуратно с мешками перекинула, а сама настолько худая была, что между прутьями пролезла. Бежали прочь, как ужаленные.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.