Валентин Красногоров
Пьесы для четырех актеров

Об авторе

Имя Валентина Красногорова хорошо известно любителям театра России и многих зарубежных стран. Его пьесы «Комната невесты», «Собака», «Рыцарские страсти», «Прелести измены», «Любовь до потери памяти», «У каждого своя звезда», «Сегодня или никогда», «Давай займемся сексом!», «Свидания по средам», «Его донжуанский список», «Жестокий урок», «Легкое знакомство», «Три красавицы» и другие, поставленные более чем в 400 театрах, тепло встречены критикой и зрителями. Постановки более чем в 700 любительских театрах свидетельствует о большой популярности драматурга. Книга писателя “Четыре стены и одна страсть“ о сущности драмы как рода литературы заслужила высокую оценку деятелей театра. Над постановками его пьес работали такие выдающиеся режиссеры, как Георгий Товстоногов, Лев Додин, Роман Виктюк.

Валентин Красногоров – доктор технических наук, автор монографий и статей по своей специальности. И если при этом он занимается драматургией, то это свидетельствует о том, что ему есть что сказать своими пьесами. С равным мастерством он создает многоактные и одноактные пьесы самых разных жанров – комедии, драмы, трагедии. Напряжение и конфликты его пьес разрешаются посредством живого диалога и стремительного действия. Автор использует парадоксальные ситуации и необычные сюжеты, чтобы вовлечь читателей и зрителей в миры, созданные его воображением. Острая сатира, тонкое чувство юмора, гротеск, абсурд, лиризм, глубокое проникновение в человеческую натуру – вот главные черты произведений Красногорова.

Пьесы драматурга прочно удерживаются в репертуаре театров, выдерживая сотни представлений. Критики отмечают, что «пьесы Красногорова легко пересекают границы» и что они «принадлежат к лучшим современным пьесам». Многие из них переведены на иностранные языки, поставлены в театрах, на радио и по телевидению различных стран (Австралии, Албании, Англии, Болгарии, Германии, Индии, Кипра, Монголии, Польши, Румынии, Словакии, США, Турции, Финляндии, Черногории, Чехии), получили призы на зарубежных театральных фестивалях, в том числе «Приз за лучшую драматургию» и «Приз зрителей». Красногоров выступает также как прозаик и публицист, автор статей о театре и драматургии, повестей, рассказов и эссе, опубликованных в различных изданиях.

Валентин Красногоров – член Союза писателей и Союза театральных деятелей России, лауреат премии им. А. Володина. Им основана Гильдия драматургов Петербурга. Один из основателей Гильдии драматургов России. Его биография включена в престижные справочники мира: «Who's Who in the World» (США), «International Who's Who in the Intellectuals» (Англия, Кембридж) и др.

Контакты:

WhatsApp/Telegram +7-951-689-3-689

Сегодня или никогда

Попытка найти смешное в грустном

с одним перерывом для размышлений

«Если вы не боитесь зеркала, торопитесь в него посмотреть!»

(Предисловие Александра Ширвиндта к публикации пьесы в журнале «Современная драматургия»)

Я с удовольствием представляю читателю остроумную пьесу Валентина Красногорова «Сегодня или никогда».

Театральная биография этого интересного драматурга началась в те же годы, когда на афишах появились имена его друзей – Александра Галина, Семена Злотникова, Сергея Коковкина, Аллы Соколовой. Творчество этого нового поколения драматургов характеризовали внимание к человеческой личности, театральная новизна и решительное несогласие с казенными установками.

Первая пьеса Валентина Красногорова – "Настоящий мужчина" – была поставлена в 1976 г. в его родном городе – Ленинграде, и сразу стало ясно, что в полку драматургов появился новый мастер комедии – этого наиболее любимого у зрителей и наименее популярного у критиков и у предержащих властей жанра. Затем последовали пьесы «Кто-то должен уйти» (поставлена в 40 театрах под разными названиями), «Прелести измены» (БДТ, Малый театр под руководством Л. Додина в Петербурге), «У каждого своя звезда», «Рыцарские страсти», «Собака», «Этот слабый, нежный пол» и другие

Жизненные обстоятельства сложились так, что связь Валентина Красногорова с российским театром была прервана на 15 лет. И вот теперь он вернулся к нашей публике с громким успехом спектаклей по своим пьесам в Москве.

За право первой постановки пьес Красногорова сражаются режиссеры столичных театров, используя подчас для этой высокой цели "непарламентские" методы борьбы. Так произошло с острой комедией "Давай займемся сексом!", когда режиссер Роман Виктюк буквально вырвал у меня это произведение, чтобы немедленно поставить в своем театре. Бог ему судья!

Создать хорошую сатирическую комедию так же заманчиво, как и трудно. «Сегодня или никогда» – блестящий пример удачного решения этой задачи. Тему пьесы не назовешь необычной: кризис брака. Однако автор рассматривает ее как важное социальное явление, не сводя ее к анекдоту или душещипательной мелодраме. Он вовсе не использует сюжетное действие с традиционной завязкой, кризисом и развязкой, но открывает нашим глазам концентрированную ежедневность. Это очень веселая, но в то же время поучительная пьеса. Хорошо продуманный сюжет и искрящийся ироничный диалог делают ее привлекательной и для актеров, и для зрителя. Я уверен, что чуть ли ни каждый, кто прочитает пьесу или увидит поставленный по ней спектакль, узнает в ее героях себя. Если вы не боитесь зеркала, торопитесь в него посмотреть!

Александр Ширвиндт

«Сегодня или никогда» в Театре Болгарской армии (София),

Краткие отрывки из рецензий

«Блестящий по форме остроумный фарс известного русского драматурга Красногорова заставляет зрителя задуматься над серьезными проблемами семейной жизни».

«Точно. Ясно. Кратко. Прямо в зрителя. БРАВО!»

«Спектакль имеет все элементы для потенциального хита: смешной текст и великолепных актеров. За комедийным фасадом пьесы, однако, лежат очень типично жизненные ситуации, в которых многие, вероятно, узнают самих себя».

«Пьеса – настоящий хит Театра Болгарской армии. «Сегодня или никогда» – точное попадание в десятку. Это не дешевая бульварная комедия. Она очень смешна, но и серьезна, это история о человеческих взаимоотношениях.

Актеры обмениваются остроумными репликами, как выпадами на дуэли. Аплодисменты и смех сопровождают каждый жест и фразу. Удовольствие от игры получают не только зрители, но и артисты».

«Сегодня или никогда» является ярким примером свежего и интеллектуального подхода к одной из как бы банальных в театре тем – брака, семьи и развода. Заслуга, конечно, в первую очередь, автора Валентина Красногорова. Он считает тему комедии очень серьезной.»

«Есть комедия, есть фарс, но ничего, что выводит за пределы концептуальной основы, ничего лишнего, ничего того, что отвлекает от истории, которая постепенно приводит зрителя к тому, чтобы идентифицировать себя с персонажами.»

«Лучший комедийный хит сезона 2013»

«Спектакль «Сегодня или никогда» Театра Болгарской армии удостоился выдающейся награды – премии «Чудомир» а. Комедия В. Красногорова смело и категорически выиграла приз на XII театральном фестивале «Комедийный хит сезона» в г. Казанлык. Жюри и зрители единогласно присудили первое место также мастерскому исполнению Стефки Яноровой, Красимира Ранкова, Ярославы Павловой и Веселина Ранкова. Под бурные аплодисменты и не стихающий смех актерский квартет умело, с легкостью и большим чувством юмора воссоздал семейные проблемы двух супружеских пар, уставших от подводных рифов семейной жизни.

Атеры Театра Болгарской армии очаровали зрителей своей ослепительной игрой. Они не только оправдали ожидания организаторов фестиваля и публики, но и внесли в фестиваль праздник и театральный стиль. «Сегодня или никогда» взорвала фестивальный зал в Международный день театра. Зрители поставили пьесе наивысшую оценку.

Примечание: Спектакль поставлен Красимиром и Веселином Ранковыми. Названные в информации артисты – популярные звезды болгарского театра и телевидения.

Предисловие автора

Пьеса «Сегодня или никогда» может показаться при первом чтении легковесной комедией положений. Впрочем, положения не так уж смешны (для героев), интрига не столь запутана, а действие не столь стремительно, как этого требует подобный жанр. Пьеса никого не обличает и ничего не утверждает. Потому и тема ее может показаться мелкой. Почему же тогда она ставится в разных странах? И почему при этом она пользуется таким успехом?

Тема пьесы на деле очень важна: брак и семья. Что может быть важнее счастья в каждом доме, под каждой крышей? А личного счастья как раз людям катастрофически не хватает. Прежде чем взяться за сочинение пьесы, автор основательно изучил труды по социологии семьи. Выяснилось, что счастливых браков очень мало, а разводов слишком много. Супруги расстаются, чтобы найти счастье в следующем браке, но неумолимая статистика показывает, что повторные браки еще неудачнее первых. Конфликтующим супругам развод кажется желанным выходом из положения. Но, оказывается, и развод и связанное с ним одиночество не приносит счастья, и у разведенных есть свои проблемы…

Статистика определила причины распада браков, но вовсе не устранила их. В школе нас учат алгебре с тригонометрией, которые мы забываем на другой день после окончания, но никто не учит культуре отношений, никто не готовит молодых людей к их будущей роли мужа или жены.

Вот обо всем этом и написана пьеса. Но, поскольку она не социологический трактат, ей, естественно, была дана форма веселой, но и горькой комедии. Разъяв гармонию алгеброй, нужно снова была вернуться к гармонии, забыть про социологию и статистику и создать живую пьесу.

Распад брака приводит на какой-то стадии к образованию треугольников: у одного из супругов (или у них обоих) появляется связь на стороне. При этом любовница мужа может быть как свободной, так и замужней или разведенной женщиной, что определяет характер отношений и ассортимент проблем в возникшем треугольнике. То же относится и к стороннему партнеру жены. Для исследования характера отношений и проблем, возникающих в типичном не очень благополучном браке, в пьесе должны были бы действовать по меньшей мере 12 персонажей, выполняющих каждый свою функцию: муж, жена, свободная любовница, замужняя любовница, одинокий любовник, женатый любовник, разведенный мужчина, разведенная женщина, друг мужа, подруга жены и так далее. Поскольку чрезмерная многонаселенность пьесе явно бы повредила, все функции сконцентрированы в четырех персонажах. Такая концентрация придает комедии насыщенность и усиливает ее комизм, ставя в то же время перед артистами сложные задачи. Например, Муж одновременно несет функции и мужа, и друга, и женатого любовника, Жена – функции жены, замужней любовницы и подруги и т.д. Это делает работу над ролями для артистов более трудной, но и более интересной. Каждая реплика какого-либо из героев имеет для каждого из трех остальных персонажей разный смысл, а для публики – тройной смысл.

Осоебнно хочется предостеречь постановщиков, чтобы во втором акте не игралась пьяная вечеринка. Это грубый и надоевший штамп. Надо играть характер и судьбу персонажей, а не смешить публику дешевыми приемами изображения выпивки. Если алкоголь как-то b влияет на поведение героев, то только в том, что они становятся более разговорчивы и откровенны.

Персонажи пьесы – обыкновенные люди с их слабостями, колебаниями, сомнениями и изрядной долей эгоизма (потому-то зрители и узнают в них себя или видят в них какие-то черты своего характера). Однако я отношусь к ним с сочувствием. Они несчастливы, но страстно хотят счастья и стремятся его достичь. Пусть эта погоня за счастьем – бег на месте, пусть это шествие по кругу, пусть оно закончится тем, с чего и началось – не нам бросать в них камень.

Критики России, Польши, Болгарии и Чехии отметили «глубокий смысл и остроумие этой веселой, но мудрой и предостерегающей пьесы», ее «великолепную конструкцию и сверкающий диалог».

Действующие лица:

МУЖ

Его ДРУГ

ЖЕНА

Ее ПОДРУГА

Часть первая

Сцена представляет собой показанную в разрезе квартиру Мужа и Жены – столовую, спальню и кухню. Жизнь семьи видна здесь как на ладони. Среди предметов обстановки столовой – огромный кактус в кадке. В спальне – широкая двуспальная кровать, большой платяной шкаф и настенное зеркало. Кухня обставлена хорошей мебелью.

В начале действия кухня и спальня пусты. В столовой Друг хладнокровно слушает возбужденную и сбивчивую речь Мужа. Муж нервно шагает по комнате, то и дело натыкаясь на кактус.

МУЖ. В-третьих: характер у нее совершенно невозможный.

ДРУГ. У тебя, положим, характерец тоже не сахар.

МУЖ. Ты всегда на ее стороне. В-четвертых….

ДРУГ. Может, запишем, чтобы запомнить?

МУЖ. Не надо. У меня это отпечаталось знаешь как? (Загибает четыре пальца.) В-четвертых и главное… Нет, не главное, о главном потом, но очень важное: она совсем не живет моими интересами. Я ей вчера говорю: у меня неприятности на работе, а она мне – не могу подобрать зеленые пуговицы на платье. Вот так и живем. У нас с ней только и есть общего, что мы разного пола.

ДРУГ. Ты кончил?

МУЖ. Только начал! В-пятых: она совершенно не умеет воспитывать ребенка. Все тю-тю-тю да сю-сю-сю. И, думаешь, по природной мягкости души? Черта-с-два!

ДРУГ. Чего ты хочешь, мать есть мать.

МУЖ. Не мать, а наседка. Лишь бы впихнуть в ребенка побольше кашки да потеплее закутать. То ли дело у Ермишкина…

ДРУГ. Какого Ермишкина?

МУЖ. Ты что, не знаешь Ермишкина?!

ДРУГ. Первый раз слышу.

МУЖ. Ну как же, старик, – не знать Ермишкина! Но ничего, я вас познакомлю. У него жена так воспитывает ребенка – просто приятно посмотреть! Вот, скажем…

ДРУГ. Про Ермишкина потом.

МУЖ. Хорошо. В-шестых… Черт возьми!..

ДРУГ. Что с тобой?

МУЖ. О кактус укололся… (Остервенело пинает кадку.)

ДРУГ. Ты меньше маши руками.

МУЖ. На чем я остановился? Ах да, в-шестых…

ДРУГ. В-седьмых.

МУЖ. В-шестых.

ДРУГ. Черт с тобой, пусть будет в-шестых.

МУЖ. В-шестых и главное… Нет, не главное, но очень важное… Не догадываешься?.. Ее родня.

ДРУГ. Теща, что ли?

МУЖ. О теще я уж не говорю – это испытание дано каждому. Но у жены еще тьма родственников, и все учат меня жить. Выходного дня свободного нет – обязательно именины у какой-нибудь тети Моти. И вдобавок еще всякие подруги и мужья этих подруг. Женишься вроде бы на одной жене, а жить приходится с целой ордой. Все равно что берешь в гостинице номер на двоих, а попадаешь в казарму на сорок человек. Только не на одни сутки, а на всю жизнь.

ДРУГ. У тебя, положим, родни тоже хватает.

МУЖ. Сравнил – ее родня и моя. (Вздохнув.) Вот Ермишкин – у него из жениной родни одна теща, и та только раз в год неизвестно откуда поздравительные открытки присылает… (Шагает по комнате, старательно обходя кактус.)

ДРУГ. Все? (Повеселев.) Может, откроем пока бутылочку?

МУЖ. Неудобно. Подождем.

ДРУГ. (Вздохнув.) Ну что ж, подождем… Что в-седьмых?

МУЖ. В-седьмых… Может, действительно запишем?

ДРУГ. Неужели ты помнишь все по пунктам?

МУЖ. Еще бы! Повторить?

ДРУГ. Не надо.

МУЖ. Я могу. (Вдохновенно.) Во-первых…

ДРУГ. Не надо. Давай лучше «в-седьмых».

МУЖ. Хорошо. В-седьмых и главное – на этот раз действительно самое главное: она меня не любит. Вот мы все болтаем: долг, ответственность, терпимость, компромисс, идеальных людей, дескать, нет, жизнь надо принимать, как она есть, и все такое, а вот, коли вдуматься – если мы живем с ней не любя, разве мы не подонки? (Снова натыкается на кактус, со злостью пинает его ногой.)

ДРУГ. Но, милый, при чем тут любовь? Даже странно тебя слушать. Любовь – это дело двоих, а брак – понятие общественное.

МУЖ. (Помолчав.) Я так не могу. Вот, видишь кактус? Зачем ей этот колючий урод? (Истерично.) Зачем? Нет, ты скажи, зачем?!

ДРУГ. Успокойся.

МУЖ. Нет! (Решительно.) Все! Развожусь!

ДРУГ. Не горячись.

МУЖ. С меня хватит.

ДРУГ. Вы поссорились, что ли?

МУЖ. С чего ты взял? Ну так… Немножко.

ДРУГ. В такой-то день? Ведь у вас праздник.

МУЖ. Супруги больше всего ссорятся как раз по праздникам да выходным. А мы с ней еще и по будням. Но теперь этому конец!

ДРУГ. Постой, не распаляйся. Ты ведь и в прошлом году собирался разводиться, но дал задний ход.

МУЖ. На этот раз железно. И не думай отговаривать.

ДРУГ. Да я и не собираюсь. Раз уж другого выхода нет…

МУЖ. Именно, что нет. Я потому и просил тебя прийти пораньше, чтобы посоветоваться.

ДРУГ. О чем?

МУЖ. Ну… Расходиться мне с ней или нет.

ДРУГ. Чего тут советоваться? Ты ведь уже решил?

МУЖ. Железно.

ДРУГ. Раз железно решил, так разводись.

МУЖ. А ребенок? Оставить этой мещанке, чтобы она воспитала его по своему образу и подобию?

ДРУГ. Тогда не разводись.

МУЖ. (Горько.) «Не разводись»… Ребенок – ребенком, но и я хочу счастья. Или не имею права?

ДРУГ. Имеешь.

МУЖ. Ты, конечно, скажешь, что ребенку нужен отец.

ДРУГ. Скажу.

МУЖ. А я тебе отвечу – если я не вырвусь из этого кошмара, то получу инфаркт или кончу жизнь в канаве. А какой ребенку нужен отец – живой или мертвый?

ДРУГ. Пожалуй, живой.

МУЖ. И что хуже для ребенка – видеть родителей врозь или жить в вечном скандале?

ДРУГ. (Подумав.) Ну что ж, тогда разводись.

МУЖ. Развестись проще всего. А жить где? Только, вроде бы, устроился, квартиру купил… Кстати, как тебе квартира? Приобрела вид, правда?

ДРУГ. Хата что надо.

МУЖ. Видишь, в стенке бар соорудил. (Демонстрирует бар.) Откроешь дверцу – лампочка зажигается. Нажмешь кнопку – бутылка выдвигается.

ДРУГ. Ловко. (Хочет взять бутылку, но Муж закрывает бар.)

МУЖ.) Не везет мне, старик. Более или менее обставился, скарбом оброс, а теперь что? Углы снимать? Мне же не двадцать лет, чтобы все с начала начинать.

ДРУГ. Не разводись.

МУЖ. Значит, всю жизнь мучиться? (Задумавшись.) Повешусь! Прямо тут же, не сходя с места. Есть веревка?

ДРУГ. Есть. (Достает из портфеля моток веревки и вручает ее Мужу. Тот с интересом рассматривает ее и пробует на крепость.)

МУЖ. Отличная веревка. Где купил?

ДРУГ. Здесь, в лавке напротив.

МУЖ. Надо и нам такую же купить, белье сушить не на чем. (Спохватившись.) Черт возьми, о чем я говорю? Пусть сама теперь думает о белье и веревках.

ДРУГ. Тогда разводись.

МУЖ. И разведусь. Одно только плохо – люди начнут судить да судачить. Что ни говори, а есть в разводе нечто постыдное. Да что тебе объяснять – ты же сам разведенный.

ДРУГ. Да, брат, с этим не поздравляют.

МУЖ. Интересно, почему.

ДРУГ. Чего ты хочешь? Семья – ячейка общества. Разрушая семью, ты разрушаешь общество. Вот оно и смотрит неодобрительно. К тому же, всякий развод – это моральное крушение, признание личного поражения. Потому и не поздравляют.

МУЖ. Ты не представляешь, какая поднимется катавасия! Вся ее родня сбежится. Да и моя тоже.

ДРУГ. Это всегда так. Как помочь, так никого, а как помешать – всем есть дело.

МУЖ. (Закатывая глаза и пародируя чужой голос.) «Боже мой, – (своим голосом.) скажет тещина тетка, – (голосом «тетки») вы ведь так хорошо жили!» (Своим голосом.) А если бы она знала, сколько сил уходит на поддержание видимости! Я тебе вот что скажу: счастливый брак – это оптический обман. Со стороны кажется, что он есть, а внутри его нет. И быть не может. Просто одни лучше скрывают свои контры, а другие хуже. (Доверительно.) Если на меня вся шайка-лейка навалится с уговорами помириться, я не выдержу. Я человек слабый.

ДРУГ. Тогда не разводись.

МУЖ. Хороши советы – то «разводись», то «не разводись». Ты сам-то что считаешь?

ДРУГ. Честно?

МУЖ. А как же еще.

ДРУГ. Не разводись.

МУЖ. Почему?

ДРУГ. По многим причинам. Самое главное, ты еще не созрел.

МУЖ. Что значит «не созрел»?

ДРУГ. Раз ты на эту тему советуешься, значит, еще рано.

МУЖ. Ты думаешь?

ДРУГ. Представь, к примеру, что у тебя пожар. Что ты тогда будешь делать – бежать без оглядки, или советоваться с друзьями? «С одной стороны, надо бы спасаться, а с другой – чайный сервиз жалко.» Раз ты не чувствуешь, что горишь, задыхаешься, гибнешь, то терпи.

МУЖ. А если я не хочу, не могу терпеть?

ДРУГ. Чего ты распетушился? Каждый взрослый человек либо разводился, либо хотел разводиться, либо захочет в будущем. Так что не воображай, что ты один в мире такой несчастный. У всех то же самое. Только у них не семь пунктов, а семьдесят.

МУЖ. А у меня семьсот! Хочешь, чтобы я все тебе перечислил?

ДРУГ. Не надо.

МУЖ. Нет, я скажу. (Загибает пальцы.)

ДРУГ. Не стоит.

МУЖ. В-восьмых…

ДРУГ. Хватит!

МУЖ. Одним словом, я твердо решил. Вот сейчас она придет, и я все ей выложу.

ДРУГ. Стоит ли портить праздник?

ДРУГ. Это не праздник, а годовщина траура. Вот я и поставлю крест.

МУЖ. Потом раскаешься.

ДРУГ. Вот ты говоришь – пожар и все такое. Так я, знаешь, почему терплю? Потому что я уже не человек, я обугленный труп. Я – целое кладбище. Все мои мечты, планы, надежды – все похоронено. Мне уже все равно. (Все больше возбуждаясь.) Вот она войдет…

Входит ЖЕНА – красивая молодая женщина. В руках у нее пакеты, свертки, коробки и пара боксерских перчаток. Друзья в смущении умолкают.

ЖЕНА. (Целуя Мужа.) Поздравляю, дорогой. Это тебе. (Вручает ему перчатки.)

МУЖ. Зачем мне боксерские перчатки?

ЖЕНА. В такой день хотелось подарить тебе что-нибудь мужское. Приятно чувствовать возле себя настоящего мужчину. По крайней мере, так говорят подруги.

МУЖ. Я же не занимаюсь боксом.

ЖЕНА. Да? Ты так много о нем говоришь… Я решила, ты занимаешься. (Протягивая руку Другу.) Здравствуй.

ДРУГ. Поздравляю. (Достает из портфеля цветы и вручает их Жене.)

ЖЕНА. Спасибо. Ты очень внимателен. (Покосившись на Мужа.) Не то что некоторые.

МУЖ. (Другу, громко.) Ты, кажется, собирался покурить.

ДРУГ. Я?! Ах да…(Тихо Мужу.) Хочешь с ней объясниться? Зачем торопиться?

МУЖ. (Громко.) Возьми пепельницу.

ДРУГ. (Тихо.) Не разводись, пожалеешь.

МУЖ. (Громко.) Зажигалку дать?

ДРУГ. Спасибо, не надо. (Выходит.)

МУЖ. (После долгих колебаний.) Мне надо с тобой поговорить.

ЖЕНА. Мне с тобой тоже. (Ставит цветы в вазу.)

МУЖ. Дело в том, что…

ЖЕНА. Ты купил водку?

МУЖ. Нет.

ЖЕНА. Но я же тебя просила!

МУЖ. Мне было некогда.

ЖЕНА. Интересно, чем ты был так занят.

МУЖ. Искал тебе подарок.

ЖЕНА. Нашел?

МУЖ. Нашел. Но не об этом речь. Видишь ли, я долго думал…

ЖЕНА. (Прерывая.) Я вот тоже думаю – что ты мне купил? Духи?

МУЖ. Нет, не духи.

ЖЕНА. А что же? Часы?

МУЖ. И не часы. Ты мне что-то мужское, а я тебе нечто женское.

ЖЕНА. Кастрюлю, что ли?

МУЖ. Потом увидишь. А сейчас речь не об этом. Я долго размышлял и пришел к выводу…

ЖЕНА. Дорогой, давай отложим выводы на завтра. Сегодня некогда.

МУЖ. Но надо же когда-нибудь…

ЖЕНА. Надо. Обязательно надо. Но не сейчас. Покажи лучше подарок.

МУЖ. (Нехотя достает сверток.) Ничего особенного.

ЖЕНА. (Разворачивает сверток и обнаруживает в нем комбинацию.) Какая прелесть! Мой любимый цвет. Можно, я сразу примерю? (Скидывает платье и белье.)

МУЖ. И все-таки ты меня выслушай. Мое решение не будет для тебя новостью, потому что уже давно так или иначе…

ЖЕНА. (В новой комбинации.) Ну как?

МУЖ. Очень неплохо.

ЖЕНА. Я тебе в ней нравлюсь?

МУЖ. (Все еще с перчатками в руках, равнодушно.) Нравишься.

ЖЕНА. (Обнимает и целует Мужа.) Спасибо.

МУЖ. (В объятиях Жены.) Не за что. Я хочу сказать…

ЖЕНА. (Закрывает ему рот поцелуем.) Не надо ничего говорить. (Крепко обнимает Мужа. Он роняет перчатки и невольно обнимает ее в ответ.)

МУЖ. А тебе и вправду идет.

ЖЕНА. Не коротко?

МУЖ. В самый раз. (Привлекает ее к себе и обнимает крепче.) Дверь закрыта?

ЖЕНА. Нет.

МУЖ. Может, закроем?

ЖЕНА. А гости?

МУЖ. Подождут.

ЖЕНА. Неудобно.

МУЖ. Плевать.

ЖЕНА. Ты хотел со мной поговорить.

МУЖ. Потом.

ЖЕНА. А то поговорим?

МУЖ. Не сейчас.

ЖЕНА. Стучат.

МУЖ. Послышалось.

ЖЕНА. Идут.

МУЖ. Показалось.

Входит Друг.

ДРУГ. Э-э… Я не помешал?

ЖЕНА. (Спокойно приводя себя в порядок.) Нисколько.

МУЖ. Ты же свой человек.

ЖЕНА. Я через пять минут буду готова. (Мужу.) Не забудь про водку. (Выходит в спальню и одевается, внимательно глядя на себя в зеркало. Муж надевает перчатки и, избегая глядеть на Друга, начинает боксировать, нанося в воздухе удары воображаемому противнику).

ДРУГ. Ну?

Муж продолжает боксировать.

ДРУГ. Ну как?

МУЖ. Ты о чем?

ДРУГ. Поговорил?

МУЖ. Не успел.

ДРУГ. Струсил?

МУЖ. Я струсил?! Плохо ты меня знаешь. Просто она хитрая, как змея.

ДРУГ. Что она тебе сказала?

МУЖ. Ничего.

ДРУГ. А ты ей?

МУЖ. Тоже ничего. Да и зачем? И так все ясно. Лучше сразу все бросить и уйти. (Скидывает тапочки и надевает туфли.)

ДРУГ. (Обеспокоенно.) Ты что, всерьез?

МУЖ. (Натягивая плащ.) А ты думал, я шутки шучу? (Берет чемоданчик.)

ДРУГ. Ты куда?!

МУЖ. За водкой. Она просила. Скоро вернусь. (Уходит.)

Из спальни в столовую возвращается Жена. Пауза.

ЖЕНА. Ну?

ДРУГ. (Неуверенно.) Что «ну»?

ЖЕНА. О чем вы говорили перед моим приходом?

ДРУГ. (Уклончиво.) О разном.

ЖЕНА. Не виляй. Я же знаю, он опять распространялся о разводе.

ДРУГ. А раз знаешь, так зачем спрашивать?

ЖЕНА. О чем болтал он, мне совершенно неинтересно. Но очень любопытно, что отвечал ему ты.

Друг молчит.

Разумеется, отговаривал. Так?

Друг делает неопределенный жест.

Я тебя спрашиваю – так?

ДРУГ. В общем, да чертах.

ЖЕНА. Попробуй после этого сказать, что у тебя есть совесть.

ДРУГ. Послушай…

ЖЕНА. (Молча достает скатерть.) Помоги.

ДРУГ. (Помогая накрыть скатертью стол.) А что мне оставалось делать? Ты же знаешь, как он заводится.

ЖЕНА. Вот и надо было уговорить его развестись. Сам по себе он никогда не решится.

ДРУГ. Не мог же я…

ЖЕНА. (Сует ему в руки фужеры.) Расставляй.

ДРУГ. Сколько нас будет?

ЖЕНА. Четверо.

ДРУГ. Почему так мало?

ЖЕНА. Годовщина некруглая, да и денег нет. Придвинь стулья.

ДРУГ. Кактус будет мешать. Может, унести его?

ЖЕНА. Пусть стоит, где стоит. (Заботливо смахивает щеткой с кактуса пыль.)

ДРУГ. (Расставляя фужеры.) Кто будет четвертым?

ЖЕНА. Подруга.

ДРУГ. Я с ней знаком?

ЖЕНА. Нет. Но она тебе понравится. Можешь поухаживать.

ДРУГ. Разрешаешь?

ЖЕНА. Это лучше, чем давать моему мужу идиотские советы.

ДРУГ. Почему «идиотские»?

ЖЕНА. В этой истории ты ведешь себя подло и низко.

ДРУГ. Ты все-таки давай полегче.

ЖЕНА. Что, задело?

ДРУГ. Нисколько.

ЖЕНА. Неправда. Я попала в самое яблочко, вот ты и взвился.

ДРУГ. Имею же я право желать ему добра.

ЖЕНА. А мне?

ДРУГ. Тебе тоже. Но с ним я учился в одном классе.

ЖЕНА. А со мной?

ДРУГ. С тобой тоже. Но он все-таки мне друг.

ЖЕНА. А я? Кто я тебе?

ДРУГ. Ты?… Как бы тебе сказать… Сама знаешь.

ЖЕНА. Ну, а все-таки? Говори, не стесняйся. Это слово не ругательное.

ДРУГ. Ну… Подруга.

ЖЕНА. Ах, как деликатно.

ДРУГ. Послушай… (Хочет ее обнять.)

ЖЕНА. (Сует ему в руки тарелки.) Держи.

ДРУГ. Зачем?

ЖЕНА. Чтобы держать.

ДРУГ. По-твоему, когда он крыл тебя почем зря, я должен был соглашаться?

ЖЕНА. При наших с тобой отношениях ты должен хотя бы притворяться, что хочешь видеть меня свободной. А ты пуще всего боишься, что я вдруг стану незамужней.

ДРУГ. (Вяло возражая.) Нет, почему же…

ЖЕНА. (Жестко.) А потому, что замужняя «подруга» удобнее. Она не мешает, не пристает, не отнимает времени, не лишает покоя, не лезет в ваши дела и не посягает на вашу драгоценную свободу. Она просто делает, что требуется, и исчезает до следующего свидания. Удобно, не правда ли? А главное…

ДРУГ. Успокойся.

ЖЕНА. …А главное, можно делать вид, что ты бы с ней навеки вместе, да вот, к несчастью, она несвободна.

ДРУГ. Перестань.

ЖЕНА. Ведь я знаю, что больше всего на свете ты боишься жениться.

ДРУГ. У меня горький опыт.

ЖЕНА. Отговорка.

ДРУГ. Ты не знаешь, сколько я хлебнул с бывшей женой.

ЖЕНА. Слова. Тебе нельзя верить.

ДРУГ. А тебе можно? Я же видел, чем вы тут с ним занимались.

ЖЕНА. Боже мой, какое преступление! Меня застали с собственным мужем!

ДРУГ. А уверяла, что у вас с ним ничего нет.

ЖЕНА. Ты, кажется, делаешь вид, что ревнуешь?

ДРУГ. Я не делаю вид, я в самом деле ревную.

ЖЕНА. Правда?

ДРУГ. Правда.

ЖЕНА. Хочешь, я уйду от него по первому твоему слову?

ДРУГ. (Неуверенно.) М-м… Понимаешь…

ЖЕНА. Испугался?

ДРУГ. Ты не думай, что я отказываюсь. Просто надо немного подождать.

ЖЕНА. Чего ждать-то?

ДРУГ. Все это должно как-то устояться, созреть… А там, глядишь, само собой и образуется.

ЖЕНА. Ну что ж, давай так и договоримся. Если у тебя сегодня ничего не устоится и не образуется, считай, что между нами все кончено. Ты меня понял? Сегодня.

МУЖ. (Входя.) Что «сегодня»?

ДРУГ. Годовщина. (Сует Мужу тарелки.) Держи.

МУЖ. Зачем?

ДРУГ. Чтобы держать. (Выходит, доставая сигареты.)

МУЖ. Что с ним?

ЖЕНА. (Раздраженно.) Где водка?

МУЖ. (Виновато.) Нету.

ЖЕНА. Не купил, что ли?

МУЖ. Наш магазин почему-то закрыт, а в дальний уже не успеть.

ЖЕНА. Даже этого сделать не можешь. (Презрительно.) Мужчина…

МУЖ молча расставляет тарелки.

Хоть бы галстук надел… Как-никак – дата.

МУЖ. Зачем? Гостей-то почти не будет.

ЖЕНА. (Раздраженно.) Да не ради гостей. Ради меня.

Недовольное молчание. Входит ДРУГ.

ДРУГ. (Чувствуя, что произошла размолвка.) Я, собственно, хочу вручить вам к вашей дате нечто большое и светлое. (Достает из портфеля бутыль.)

МУЖ. (Обрадованно.) Никак водка?

ЖЕНА. Что вовремя, то вовремя. (Мужу.) Бери пример.

МУЖ. (С чувством.) Спасибо, старик, выручил. Как ты догадался ее принести?

ДРУГ. А у меня это всегда с собой. На всякий случай.

ЖЕНА. Ну ладно. Пойду займусь печеньем.

МУЖ. Тебе помочь?

ЖЕНА. (Смерив его взглядом.) Не надо. Откройте лучше бутылки. (Уходит на кухню и начинает заниматься приготовлением печенья. По ее резким движениям легко угадать дурное настроение.)

ДРУГ. Опять поцапались?

МУЖ. Что ни день, то заруба.

ДРУГ. (Осторожно.) О разводе речь не заводил?

МУЖ. Пока нет. (Достает галстук.)

ДРУГ. (Убежденно.) И не стоит.

МУЖ. (Горячо.) А если я хочу глотнуть хотя бы немножко свободы?

ДРУГ. Давай лучше глотнем водки.

МУЖ. Не хочу.

ДРУГ. Немножко.

МУЖ. Ты же знаешь, я не любитель.

ДРУГ. Чуть-чуть.

МУЖ. Нет. Мне не до того. Хоть в петлю лезь. (Затягивает галстук.)

ДРУГ. Никуда ты не вырвешься. Просто из одной камеры попадешь в другую. Все мечтают уйти на свободу, а уходят к другой женщине.

МУЖ. По-твоему, вариантов нет?

ДРУГ. Увы! Можно избавиться от того или иного партнера, но от самого брака – никогда. А вся беда не в партнере, а в самом браке.

МУЖ. Ты думаешь?

ДРУГ. Точно знаю. Один ученый с помощью термодинамики доказал, что нормальный исход брака – конфликт и развод. Вот ты мучишься, переживаешь, считаешь, что именно тебе не повезло, а на самом деле это закон. Тут уж ничего не поделаешь.

МУЖ. Какое отношение женитьба имеет к термодинамике?

ДРУГ. Представь, что на столе стоит чайник. Может ли он сам по себе нагреваться?

МУЖ. Нет, конечно.

ДРУГ. Так вот, брак – это тот же чайник. Он может только остывать. Закон природы. Вопрос времени. Тот ученый и цифры привел: больше половины браков кончается разводом. А из оставшихся счастлива только треть. Пока счастлива.

МУЖ. Не может быть!

ДРУГ. Статистика. А тебе казалось, один ты такой мученик?

МУЖ. Зачем же тогда люди женятся?

ДРУГ. Каждый считает себя исключением. (Помолчав.) Музыка-то будет?

МУЖ. Сейчас поставлю что-нибудь. (Подбирает диск и включает проигрыватель. Звучит тихая музыка.)

Знаешь, независимо от твоего ученого мне те же мысли в голову лезли. Увижу, бывает, на улице женщину – юную, солнечную, красивую – смотрю на нее, таю, конечно, от восхищения, а сам думаю: неужели и она кому-то надоела?

ДРУГ. Закон природы. Вопрос времени.

МУЖ. Сколько народу, наверное, вот так незаметно мается у себя по домам. Миллионы… А ведь это так важно – счастье под каждой крышей!

ДРУГ. Уж кто-кто, а я давно это понял.

МУЖ. Тебе самому не страшно было разводиться?

ДРУГ. Конечно, страшно.

МУЖ. Как же ты решился?

ДРУГ. Жена допекла.

МУЖ. Неужели была хуже моей?

ДРУГ. Сравнил тоже. Таких, как твоя, надо еще поискать. Просто у вас то, что называется несовместимость.

МУЖ. «Несовместимость»… Ерунда. Вот Ермишкин, тот и слова-то такого не знает. А почему? Потому что жена у него – королева. Ради него мотоцикл водить научилась.

ДРУГ. А твоя чем плоха?

МУЖ. Возможно, она и не плоха. Во всяком случае, пока я на ней не женился, она мне даже нравилась. Быть может, она и сейчас кому-то нравится.

ДРУГ. Так всегда. Вот, к примеру, ты купил новую машину. Сначала ты от нее оторваться не можешь, влезаешь в нее по всякому поводу, приятно за руль взяться. Но проходит год, и она становится просто машиной, которую надо содержать и ремонтировать, которая стоит тебе уйму денег и забот… И начинаешь замечать, что у людей есть машины получше, и уже хочется новую…

МУЖ. Это правда.

ДРУГ. Жена- как луна. Она всегда повернута к тебе одним боком. С другого бока она, быть может, и привлекательна, но ты его не видишь.

МУЖ Что верно, то верно.

ДРУГ. Когда самый мелкий недостаток повторяется десять тысяч раз, он становится невыносимым. Я сам в свое время клюнул на пестренькую блузку – до сих пор в глазах рябит.

МУЖ. Характер хоть у нее был ничего?

ДРУГ. Не приведи бог.

МУЖ. А темперамент?

ДРУГ. Как у мороженой трески.

МУЖ. Чего же ты на ней женился?

ДРУГ. С чего все женятся – по глупости.

МУЖ. Не все по глупости. Некоторые (вздыхает) по необходимости.

ДРУГ. Это тоже глупость. И вообще, не я на ней женился, а она на мне.

МУЖ. Инициативу-то, положим, мужчины проявляют.

ДРУГ. Когда нужно подцепить на вечерок – на два, тогда, конечно, предприимчивее мужчины, а на всю жизнь – безусловно, женщины.

МУЖ. Жаль, что ты жену в другом городе завел. Я так с ней и не познакомился.

ДРУГ. Ничего не потерял.

МУЖ. Значит, с тех пор ты женоненавистник.

ДРУГ. Жен я не люблю, но против женщин ничего не имею.

МУЖ. Присмотрел, небось, какую-нибудь одинокую красотку?

ДРУГ. Почему именно одинокую?

МУЖ. Разве не ясно? Всегда свободна, всегда для тебя, никаких комплексов…

ДРУГ. Одинокие, брат, замуж хотят. Вот и будет «всегда для тебя».

МУЖ. (Помрачнев.) Это верно. Уж очень эти свободные любят упрекать да жаловаться. Почему, дескать, ты с ней ни в театр, ни в гости… И что тебе от нее будто только одно и надо…

ДРУГ. (Подхватывая.) …И что не нужно ей ворованного, и надоели огрызки, остатки и украдки… И что она хочет, как все…

МУЖ. Все верно, слово в слово. Я тебе говорил, что ли?

ДРУГ. О чем?

МУЖ. (Смутившись.) Ну… вообще.

ДРУГ. Постой-постой. Ты с кем-нибудь встречаешься, что ли?

МУЖ. Ни с кем, с чего ты взял.

ДРУГ. Давно?

МУЖ. (Смущенно.) Не очень.

ДРУГ. Так вот почему ты зашевелился с разводом… Говоришь, она незамужняя?

МУЖ. В основном, да.

ДРУГ. И ты, конечно, в нее по уши?

МУЖ. По уши – не по уши, но в какой-то мере… И, в общем, отчасти даже довольно сильно.

ДРУГ. И, конечно, собираешься на ней жениться?

МУЖ. Что я, с ума сошел? (Виновато.) А, в общем, собираюсь.

ДРУГ. Ну и дурак. Одного ярма тебе мало?

МУЖ. Но ты же ее совсем не знаешь! Хочешь, познакомлю?

ДРУГ. Зачем? Благословения не дам, не надейся.

МУЖ. Все равно ты ее сейчас увидишь.

ДРУГ. Где?

МУЖ. Здесь.

ДРУГ. Здесь? Но ведь твоя жена сказала, что никого не ждет, кроме подруги.

МУЖ. Так она и есть ее подруга.

ДРУГ. (Оторопев.) Понятно.

МУЖ. Да, брат, такие дела… Она переехала к нам в город недавно. Работает вместе с женой.

ДРУГ. Понятно.

Входит молодая женщина.

МУЖ. (Радостно.) Вот и она!

Муж берет ее под руку и подводит к Другу. Тот медленно поднимается ей навстречу. Молча они смотрят друг на друга долгим взглядом.

Это мой друг…

ПОДРУГА. (Перебивая.) Можете не продолжать. (Протягивая Другу руку.) Очень рада. Я слышала о вас столько хорошего…

ДРУГ. (Пожимая руку, принужденно.) Очень приятно.

ПОДРУГА. Я почему-то представляла вас другим.

ДРУГ. Вы разочарованы?

ПОДРУГА. Приятно удивлена.

МУЖ. Пойду скажу жене, что все собрались.

Муж выходит в кухню и сообщает Жене о приходе Подруги. Жена наскоро приводит себя в порядок. В столовой царит долгая пауза.

ДРУГ. (Неприязненно.) Ты откуда взялась?

ПОДРУГА. Переехала.

ДРУГ. Я спрашиваю, откуда ты взялась в этом доме?

ПОДРУГА. А что, нельзя?

ДРУГ. Оставь парня в покое. Он заслуживает лучшей доли.

ПОДРУГА. Его доля тебя не касается.

ДРУГ. Ничего, я раскрою ему глаза.

ПОДРУГА. Я тоже.

ДРУГ. Ты на что намекаешь?

ПОДРУГА. Его жена кое-чем со мной делилась. Только я не знала, что это ты. (Насмешливо.) «Друг семьи»…

ДРУГ. Ты еще и шантажистка.

Пауза.

ПОДРУГА. Итак, мы встретились в первый раз. Ты ничего не знаешь, я ничего не знаю. Договорились?

В столовую входят Муж и Жена.

ЖЕНА. (Целуясь с Подругой.) Ну, наконец-то!

ПОДРУГА. Какое на тебе чудное платье… Невеста, да и только.

ЖЕНА. Ничего особенного. Прошу сразу к столу.

ПОДРУГА. Покажи хотя бы сначала квартиру. Я ведь у вас еще не была.

ЖЕНА. Чего тут смотреть… Мы ведь тут недавно, еще не обжились.

ПОДРУГА. Тем более интересно. Этот стеллаж покупной или по заказу?

ЖЕНА. Муж сам сделал проект. (Снисходительно.) Он у меня хозяйственный.

ПОДРУГА.(Кисло улбывшись.) Покажи мне спальню.

МУЖ. Не надо. Что там смотреть?

ЖЕНА. Нет, почему же. Покажу все. Начнем с детской. Осторожно, не задень кактус. (Уводит Подругу.)

МУЖ. Ну, как она тебе?

Друг делает неопределенный жест.

Правда, мила?

ДРУГ. Угу.

МУЖ. Я так и знал, что вы подружитесь. Она не может не понравиться, правда?

ДРУГ. Угу.

МУЖ. Характер – чудо. И ко всему – красавица. Жена ей в подметки не годится, правда?

ДРУГ. Угу.

МУЖ. И, в отличие от жены, всегда весела, всегда жизнерадостна. А между тем, ей пришлось испытать такое…

ДРУГ. А что же такое ей пришлось испытать?

МУЖ. Замужество.

ДРУГ. Ну, эта беда приключается со многими женщинами.

МУЖ. Но не всем достается такой муж, какой был у нее.

ДРУГ. (Протягивая руку к бутылке.) Ты извини, но я все же выпью рюмочку.

МУЖ. Давай-давай. Теперь можно.

ДРУГ. (Наполняя рюмку.) Так что у нее был за муж?

МУЖ. Подонок, законченный дурак, эгоист… К тому же, неизлечимый алкоголик.

Друг, который поднес было рюмку к губам, ставит ее на место.

ДРУГ. Можно подумать, ты его видел.

МУЖ. Нет, бог избавил. Но представляю этого хама так ясно, что если встречу его на улице, тут же узнаю.

ДРУГ. А может, он с горя пил, с тоски.

МУЖ. Все алкаши так говорят. Чего ты рюмку-то поставил?

Жена и Подруга возвращаются из детской.

ЖЕНА. Теперь пройдем в спальню. Осторожно, кактус!

Уходят в спальню и продолжают там разговор.

ПОДРУГА. (Мрачно оглядывая комнату.) Очень уютно. Кровать – так прямо роскошная.

ЖЕНА. Муж сам в магазине выбирал.

ПОДРУГА. (Раскрывая шкаф.) Этот шкаф купили готовый?

ЖЕНА. Нет, муж начертил и заказал под размер комнаты.

ПОДРУГА. (Вздохнув.) Мне бы тоже такой хотелось.

ЖЕНА. Пойдем, посмотришь кухню.

Женщины переходят в кухню.

Нравится?

ПОДРУГА. (Завистливо.) Блеск.

ЖЕНА. Муж тут сделал кучу приспособлений… Полочки, крючочки…

ПОДРУГА. Он у тебя мастер на все руки, а ты недовольна.

ЖЕНА. Пилить да сверлить он умеет… Но разве в этом счастье?

ПОДРУГА. В ваших отношениях все без перемен?

ЖЕНА. Только к худшему.

ПОДРУГА. Что-нибудь предпринимаешь в смысле развода?

ЖЕНА. Кое-что.

ПОДРУГА. А он?

ЖЕНА. (Желчно.) По-прежнему дергается. Делает много движений, которые ничего не дают. Единственный, кто что-то получает от его конвульсий – это он сам.

ПОДРУГА. Что именно?

ЖЕНА. Сознание, что он что-то делает. Не разрешает себе стоять на месте.

ПОДРУГА. (Взглянув на плиту.) Вкусным пахнет.

ЖЕНА. Печенье пеку. Ой, извини, я же должна еще доделать салат. (Надевает фартук.)

ПОДРУГА. Тебе помочь?

ЖЕНА. Если нетрудно, нарежь овощи.

ПОДРУГА. Тебе хорошо, он по крайней мере не пьет.

ЖЕНА. Может и рад выпить, да не на что. Ведь зарабатывает столько, что в микроскоп не разглядишь. И честолюбия нет ни на грош.

ПОДРУГА. Честолюбие людей только портит.

ЖЕНА. Не скажи. Мужчина должен уметь делать карьеру. А моего на какую зарплату взяли, с тем и на пенсию проводят.

ПОДРУГА. А может, ему больше и не надо.

ЖЕНА. Ему-то точно не надо, не он же хозяйство ведет. Но ведь у него семья. Я бьюсь, как рыба об лед, а ему хоть бы что.

ПОДРУГА. Не в деньгах счастье.

ЖЕНА. Да, конечно. Когда они есть. А если их нет? Ты же знаешь, я к деньгам равнодушна, но есть же, в конце концов, какой-то предел. Я и так хожу буквально босая и раздетая. А тут еще его родня. Не квартира, а постоялый двор.

ПОДРУГА. Все слушаю и не могу понять – чем он тебя так раздражает?

ЖЕНА. Тем, что он чужой. Неужели непонятно? Ведь он глухой и слепой. Смотрит на меня в упор – и не видит. Слушает – и не слышит. Сидит как будто рядом – а сам бесконечно далеко. Говорит мне что-то – но сам немой, потому что все разговоры наши пустые.

ПОДРУГА. Как же вы до этого дошли?

ЖЕНА. Сама не понимаю. Ведь были же мы когда-то совсем молоды, бродили, счастливые, ночи напролет и твердо знали, просто совершенно были уверены, что у нас будет все не так, как у других, все будет чище, красивее, а главное – навсегда. А кончилось тем, что мы живем, как все, даже хуже, чем все. Просто плакать хочется. Ведь жизнь-то идет, а у меня уже ничего – ни любви, ни надежды. То ли наши чувства были ненастоящие, то ли мы не сумели их сберечь – теперь это уже не имеет значения… Ладно, хватит плакаться, пора за стол садиться, а то мужчины заждались…

Вытирает заплаканные глаза и подкрашивает ресницы. Подруга берет блюдо с салатом и направляется в столовую.

ПОДРУГА. (Мужчинам.) Не помешаю?

МУЖ. Нисколько. Мы как раз беседуем о тебе. Ты ему очень понравилась. (Другу.) Правда?

ДРУГ. Угу.

ПОДРУГА. (Ослепительно улыбаясь.) Я очень рада. (Другу.) Вы мне тоже очень понравились.

ДРУГ. Спасибо. (Пауза.) Пойду покурю. (Выходит.)

МУЖ. Отличный парень, правда?

ПОДРУГА. (Сухо.) Вероятно. Нам с тобой надо поговорить.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ

Часть вторая

Действие продолжается без перерыва. Муж и Подруга стоят друг против друга.

ПОДРУГА. Нам с тобой надо поговорить.

МУЖ. Сюда каждую минуту могут войти.

ПОДРУГА. Мне нужно задать тебе всего один вопрос.

МУЖ. (Уходя от темы.) О чем вы с женой-то беседовали?

ПОДРУГА. Ни о чем. Показала мне ваше гнездышко. Теперь я хоть знаю, как ты живешь. Очень уютно, ничего не скажешь.

МУЖ. (Неуверенно.) Я очень рад.

ПОДРУГА. Я тоже. Особенно мне понравилось, как в вашей спаленке красуется сделанная тобою пуховая кроватка, а на ней рядышком две подушечки.

МУЖ. (Смущенно.) Ты напрасно ревнуешь. Я же сто раз объяснял: мы с ней не живем.

ПОДРУГА. Только спите.

МУЖ. А что же, мне на полу спать, что ли?

Подруга молчит.

Я готов дать тебе тысячу честных слов …

ПОДРУГА. Оставь их при себе. Мне говоришь, что собираешься уходить, а сам увешал всю квартиру полочками да крючочками.

МУЖ. Это я от тоски мастерю, как ты не понимаешь? Заполняю пустоту в отношениях.

ПОДРУГА. Не будем терять времени. Скажи, чем закончилось ваше объяснение?

Муж молчит.

Ну? Что она сказала?

МУЖ. (Упавшим голосом.) Кто?

ПОДРУГА. (Нетерпеливо.) Твоя жена.

МУЖ. О чем?

ПОДРУГА. Разве вы еще не объяснились?

МУЖ. Понимаешь, как-то не получилось. Надо было срочно слетать за водкой.

ПОДРУГА. Боже мой, ну при чем тут водка?

МУЖ. Абсолютно ни при чем. Но, понимаешь, я не смог. Такой день, понимаешь? Хоть не круглая, но все же дата.

ПОДРУГА. (Вспылив.) Да какое мне дело до ваших дат! (Взяв себя в руки.) Извини, но я на пределе. И сама извелась, и тебя жалко.

МУЖ. Я поговорю.

ПОДРУГА. Как на прошлой неделе?

МУЖ. На этот раз железно.

ПОДРУГА. Ты при ней боишься рот открыть.

МУЖ. Кстати, она просила открыть бутылки. (Роется в ящике в поисках штопора.)

ПОДРУГА. Ты надо мной издеваешься, что ли?

МУЖ. Чего ты вдруг?

ПОДРУГА. А того! Надоело по углам встречаться.

МУЖ. Думаешь, мне легче? Ты хоть живешь сама по себе, а мне все время нужно в притворяшки играть.

ПОДРУГА. Возьми да перестань.

МУЖ. И перестану. Сегодня же поговорю.

ПОДРУГА. Сегодня?

МУЖ. Сегодня. Честное слово.

ПОДРУГА. Учти, я на пределе.

Входит Жена с дымящимся блюдом в руках.

МУЖ. (Светским тоном.) Я с вами согласен. Актеры всегда должны играть на пределе своих возможностей.

ПОДРУГА. (Едко.) Особенно мне не нравятся в этом спектакле мужские роли.

ЖЕНА. О чем вы беседуете?

ПОДРУГА. О пьесе Красногорова «Сегодня или никогда».

ЖЕНА. Нашла с кем говорить о театре. Из всех видов искусства он любит только футбол.

МУЖ. Дался тебе этот футбол. Я и смотрю-то его раз в год. Дадут ли нам когда-нибудь поесть?

ДРУГ. (Появляясь.) И выпить.

ЖЕНА. Все готово.

МУЖ. С ума сойти, как долго.

ЖЕНА. (Не удостаивая Мужа ответом.) Садитесь за стол, все стынет.

Все усаживаются, кладут себе закуску и т.д.

МУЖ. (Другу.) За тобой тост.

ДРУГ. Почему именно за мной?

ПОДРУГА. (Сладким голосом.) Ведь вы же, кажется, старый друг дома.

ДРУГ. (Поднимаясь с рюмкой в руках.) Ну что ж, друзья. Время бежит. Давно ли я гулял у вас на свадьбе, и вот… Хоть дата и не круглая, но, как говорится… Одним словом, любовь вам да совет, живите так же дружно, как до сих пор… то есть будьте для всех примером.

ЖЕНА и МУЖ. Спасибо.

Все чокаются, пьют, закусывают.

ПОДРУГА. Позвольте и мне сказать. (Жене.) Я хочу выпить отдельно за тебя.

МУЖ. Почему это ей такая привилегия?

ПОДРУГА. (Стоя, с бокалом.) Во-первых, потому, что она моя подруга. Во-вторых, потому, что женщина – центр семьи. Организовывать семейную жизнь, регулировать ее, приносить, если надо, для этого в жертву свои интересы – вот женское дело. А если ты этого не можешь, какая ты, к черту, жена?.. Что-то я не то говорю… В общем, за тебя! (Целует Жену.)

ДРУГ. Охотно присоединяюсь. За эту чудесную пару!

ЖЕНА. Спасибо. (Другу.) Я не удивлюсь, если ты закричишь «горько!»

ПОДРУГА. А действительно, что же это мы забыли? Горько!

ДРУГ. Горько!

ПОДРУГА. Горько!

Муж и Жена обмениваются коротким поцелуем. Друг и Подруга следят за ними, опустив вилки.

ДРУГ. Что так мало?

ЖЕНА. А дольше мы будем потом, когда останемся одни. Ешьте, пейте, что вы остановились?

Звяканье ножей и вилок возобновляется.

МУЖ. (Другу, тихо.) Слушай, а может, мне тихонько встать, выйти незаметно из комнаты и смыться на край света?

ДРУГ. Сиди.

МУЖ. Разве у тебя не бывает такого настроения, что хочется бросить все к чертовой матери и уйти куда глаза глядят?

ДРУГ. Бывает. Все бывает. Сиди, куда ты денешься?

ЖЕНА. (Подруге.) Почему у тебя пустая тарелка? (Мужу.) Что же ты не ухаживаешь за гостями?

МУЖ. Вам положить салату? Или, может быть, курицу в майонезе?

ЖЕНА. (Мужу.) Что это ты все «вы» да «вы»?

МУЖ. (Скромно.) Мы ведь на брудершафт еще не пили.

ЖЕНА. Так кто мешает?

ПОДРУГА. (Скромно.) Мы еще не настолько знакомы…

ЖЕНА. Пустяки.

МУЖ. (Наполняя рюмки.) Итак, на брудершафт?

Муж и Подруга пьют и целуются.

ЖЕНА. Давно бы так.

МУЖ. Идея! (Другу.) Выпей и ты с ней на брудершафт. Мы здесь все свои, а вы как-то казенно друг с другом держитесь.

ЖЕНА. Правильно. (Другу.) Выпей. И я хочу, чтобы вы подружились.

ДРУГ. Мм…

МУЖ. В общем, на брудершафт!

Подруга и Друг пьют и целуются.

ЖЕНА. Почему вы держитесь, как деревянные?

ПОДРУГА. Тебе кажется. Нормально держимся.

Все молча едят.

МУЖ. Что это мы замолчали?

ЖЕНА. О чем говорить?

МУЖ. Может, потанцуем? А то что-то скучновато становится.

ПОДРУГА. Мне и так не скучно.

МУЖ. Надо было больше народу назвать, я же говорил.

ЖЕНА. Помню, в день свадьбы тебе все гости лишними казались.

ДРУГ. Ты хочешь, чтобы мы и теперь казались лишними?

ЖЕНА. Теперь я ничего не хочу.

ДРУГ. Может, в самом деле потанцуем?

ЖЕНА. (Пожав плечами, Мужу.) Поставь что-нибудь.

Звучит медленное танго. Муж хочет пригласить Подругу.

ПОДРУГА. Первый танец по традиции невеста дарит жениху.

Муж нехотя приглашает Жену и танцует с ней. Друг и Подруга остаются сидеть.

ЖЕНА. А вы чего?

ПОДРУГА. Не приглашают.

ДРУГ. Я еще не разошелся.

МУЖ. (Другу.) Давай, давай, нечего стесняться.

Все четверо танцуют.

ПОДРУГА. (Другу.) Послушай, а ведь это наше танго! Узнаешь?

ДРУГ. Да. Смешно немножко.

ПОДРУГА. У тебя седина появилась.

ДРУГ. А ты не меняешься.

ПОДРУГА. Спасибо. Как тебе живется-то?

ДРУГ. Если честно, то не слишком весело. А как ты?

ПОДРУГА. Тебе не кажется иногда, что мы совершили глупость?

ДРУГ. Даже две. Первую – что поженились, вторую – что разошлись.

ПОДРУГА. Интересно, что бы получилось, сойдись мы снова.

ДРУГ. Это была бы третья глупость.

Музыка умолкает.

ЖЕНА. (Мужу.) Поставь что-нибудь повеселее, чтоб не так тошно было.

Звучит музыка в быстром темпе, с резким изломанным ритмом. Все четверо танцуют в отчаянном самозабвении.

ПОДРУГА. (Споткнувшись.) Ой!

МУЖ. Что случилось?

ПОДРУГА. Каблук сломался.

ЖЕНА. Не беда. (Мужу.) Сможешь починить?

МУЖ. (Вертя в руках туфлю.) Попробую. (Идет за инструментом.)

ЖЕНА. Пойдем, наденешь пока что-нибудь мое.

Жена и Подруга уходят в спальню. Жена достает из шкафа туфли, Подруга их примеряет. Муж возвращается с инструментом.

МУЖ. Держи.

Друг держит туфлю, Муж начинает прибивать каблук.

МУЖ. Надо бы сейчас все-таки поговорить с женой.

ДРУГ. Почему «надо»?

МУЖ. Слово дал.

ДРУГ. Кому?

МУЖ. (Оглянувшись на дверь спальни.) Себе.

ДРУГ. Все-таки решил с ней расстаться?

В спальне.

ПОДРУГА. А почему бы вам с ним не расстаться?

ЖЕНА. Ты думаешь, я об этом не думаю?

ПОДРУГА. Я думаю, ты об этом думаешь.

ЖЕНА. Скажу тебе больше – я только об этом и думаю.

ПОДРУГА. А может, тебе перестать, наконец, об этом думать и сделать решительный шаг?

ЖЕНА. И остаться одинокой?

ПОДРУГА. Сама же говоришь, что он тебе не нужен.

ЖЕНА. Мне-то он не нужен…(Протягивает другие туфли.) Вот, попробуй эти.

ПОДРУГА. Спасибо.

ЖЕНА. Понимаешь, в глазах людей женщина без мужа – это…

ПОДРУГА. Чушь.

ЖЕНА. Согласна. Но сколько ты меня ни убеждай, у одинокой женщины всегда комплекс неполноценности.

ПОДРУГА. У моей бабушки и то не такие допотопные взгляды.

ЖЕНА. Может, когда я стану бабушкой, и я буду посовременнее. А в нашем возрасте, согласись, быть замужней как-то вернее. (Кивая на туфли.) Жмут, что ли?

ПОДРУГА. (У зеркала.) Немножко.

ЖЕНА. Может, наденешь эти, что на мне?

ПОДРУГА. Давай.

ЖЕНА. Честно говоря, и его немножко жаль. Совершенно неприспособленный. Куда он денется?

ПОДРУГА. Не бойся, без твоего печенья он не зачахнет.

ЖЕНА. Я все думаю, не пора ли ставить чай?

ПОДРУГА. Оставь. А насчет моей неполноценности я тебе вот что скажу: полноценная женщина – это свободная женщина, а не та, которая, чтобы выглядеть в глазах людей, нанимается в бесплатные кухарки. (Тычет пальцем в сторону столовой и кухни.)

ЖЕНА. Ты вообще против брака, что ли?

ПОДРУГА. Смотря какого. Может, брак – это пережиток.

ЖЕНА. Взамен пока ничего лучшего не придумали.

В столовой Муж орудует молотком.

ДРУГ. Ловко у тебя получается.

МУЖ. Каук ы пакаакуу око, а ы ыака ыаа ыау.

ДРУГ. Чего ты там бормочешь?

МУЖ. Мым-мым-мо.

ДРУГ. Чего?

МУЖ. (Выплюнув зажатые в губах гвозди.) Видишь ведь, что рот полон гвоздей, а лезешь с разговорами.

ДРУГ. Что ты бормотал?

МУЖ. Что каблук я приколачиваю ловко, а из-под каблука выбраться не могу. Тебе-то хорошо, ты свободный.

ДРУГ. Ну и что? Думаешь, сладко?

МУЖ. Все лучше, чем мне.

ДРУГ. Кое-какие плюсы, конечно, есть…

МУЖ. Еще бы! Что хочешь, делай. Куда хочешь, иди. Ни перед кем не отчитываешься, от чужого настроения не зависишь, никто на шее не висит и в душу не лезет.

ДРУГ. Ты просто не замечаешь удобств семейной жизни. Одному и топиться идти скучно. Я уж сколько времени не ел по-человечески. Не то что у тебя: вон, весь стол заставлен.

МУЖ. Не ради же щей люди женятся.

ДРУГ. Красота приглядится, а щи не прихлебаются. Холостяцкая жизнь – это что? Кабак. Изредка, конечно, приятно, а все время – тошно. Нужен какой-то якорь, пристань нужна, гавань, что ли.

МУЖ. Послушай меня, не торопись с женитьбой. Держись!

ДРУГ. Я держусь. Но когда-то ведь все равно надо определиться. Не вить же гнездышко в шестьдесят лет.

МУЖ. Ну, до шестидесяти тебе, положим, не близко.

ДРУГ. И от восемнадцати, скажем, далековато. Веришь ли, вечерами страшно в пустую квартиру заходить.

МУЖ. Тогда женись.

ДРУГ. Связать себя с женщиной, которая полгода будет казаться лучше всех, а остальную жизнь – хуже всех?

МУЖ. Тогда не женись.

ДРУГ. И так сохнуть, пока не превратишься в старый пень?

МУЖ. Чего же ты хочешь?

ДРУГ. Если бы я знал…

В спальне.

ЖЕНА. Кто-нибудь знает, что вы встречаетесь?

ПОДРУГА. Пока нет.

ЖЕНА. Но мне-то ты его покажешь?

ПОДРУГА. (Уклончиво.) Ну конечно.

ЖЕНА. Интересный?

ПОДРУГА. Увидишь.

ЖЕНА. Разводиться собирается?

ПОДРУГА. Трудно понять.

ЖЕНА. Что говорит?

ПОДРУГА. Как все. Спекулирует на жене и ребенке.

ЖЕНА. А эта курица?

ПОДРУГА. Какая курица?

ЖЕНА. Ну, жена. Она его любит?

ПОДРУГА. Конечно нет.

ЖЕНА. (Надевая туфли.) Знаю я таких. Любой ценой держатся за мужа, лишь бы быть замужем. (С удовольствием смотрится в зеркало.) Смотреть на них противно.

ПОДРУГА. (Тоже стоя у зеркала.) Туфли отличные, но на мне как-то не смотрятся.

ЖЕНА. А ты в них походи, привыкни.

ПОДРУГА. Платье, что ли, не то? Он, в сущности, хороший парень, но она его так затюкала…

ЖЕНА. А что из себя представляет эта выдра?

ПОДРУГА. Какая выдра? Жена?

ЖЕНА. Ну да. Неприятная особа?

ПОДРУГА. Дело не в том, какая она. Я вообще ненавижу жен.

ЖЕНА. А сама хочешь замуж. Правда?

ПОДРУГА. Ну и что? Она его не любит, не заботится, изменяет – и все равно она на первом плане, у нее все права. И хотя он отдает мне душу и тело, а ей – грязное белье и зарплату, все равно она на коне, а я – пешка. (Очень серьезно.) Иногда мне бывает так тоскливо…

ЖЕНА. Я понимаю.

ПОДРУГА. Нет, ты не понимаешь. Вот, представь, что ты всегда одна. Дома, на улице, в гостях. Все при ком-то, а ты одна. Ни опоры, ни будущего. И детей нет. Страшнее не придумать.

ЖЕНА. Жалеешь, что развелась?

ПОДРУГА. Мы так друга измучили, что выхода другого не было.

Муж, кончив чинить туфлю, стучится в дверь спальни и заходит к женщинам.

МУЖ. (Протягивая туфлю Подруге.) До дома дотянет, но танцевать в ней не стоит.

ПОДРУГА. Спасибо.

ЖЕНА. Ну ладно, иди.

МУЖ. Что значит «иди»? Мы так и просидим весь вечер одни?

ЖЕНА. Иди, иди, у нас свои дела.

Муж нехотя возвращается в столовую.

Ты права: платье с этими туфлями не смотрится. Давай я к ним что-нибудь подберу. (Вынимает из шкафа гору одежды. Подруга с удовольствием примеряет одно платье за другим.)

В столовой.

МУЖ. Если тебе так тошно, почему ты ни с кем не встречаешься?

ДРУГ. А кто сказал, что не встречаюсь?

МУЖ. Что ж ты до сих пор молчал!

ДРУГ. О некоторых вещах не болтают.

МУЖ. Замужняя, что ли?

ДРУГ. В этом все дело.

МУЖ. Но мне-то можно было довериться!

ДРУГ. Тебе? Можно.

МУЖ. Симпатичная?

ДРУГ. Ничего.

МУЖ. А темперамент?

ДРУГ. Очень.

МУЖ. (Завистливо.) Счастливец. Муж не догадывается?

ДРУГ. Вроде нет.

МУЖ. Должно быть, лопух порядочный. (Смеется.)

ДРУГ. Он добрый парень. Меня даже совесть иногда мучает.

МУЖ. Нашел, из-за чего страдать. Может, он ее и не любит.

ДРУГ. Мужья ревнуют, даже если не любят.

МУЖ. Какой смысл?

ДРУГ. Вот ты, например, ревновал бы, если бы узнал, что жена тебе изменяет?

МУЖ. Она – изменяет? Не смеши. Она на это не способна.

ДРУГ. Все мужья так думают. А по статистике, более 40% жен хоть раз да изменяют мужу.

МУЖ Но не моя. Она же холодна, как снежная баба.

ДРУГ. А ты все-таки предположи…

МУЖ. А тут и предполагать нечего. Ей мужчина вообще не нужен, можешь мне поверить. Ты лучше вот что скажи…

ДРУГ. (Стараясь уйти от разговора.) Что там женщины делают?

МУЖ. По-моему, тряпки примеряют.

ДРУГ. Эй, девочки! Вы скоро?

ЖЕНА. (Из спальни.) Сейчас!

В спальне Подруга перед зеркалом прикладывает по очереди к плечам платья Жены.

ПОДРУГА. Очень миленький костюмчик. А говоришь, носить нечего. Так, значит, ты и дальше намерена тянуть лямку?

ЖЕНА. Трудно уйти в пустоту, ни к кому.

ПОДРУГА. Но тебе же есть, к кому. Это я, дура, с семейным связалась.

ЖЕНА. Ты просто своего счастья не понимаешь. Он всегда будет хранить тебе верность.

ПОДРУГА. А жена?

ЖЕНА. Жена не в счет. Это просто вид службы.

ПОДРУГА. На моем месте ты бы иначе заговорила. Нет ничего более жалкого, чем чужой муж. Вечно он какой-то пришибленный, замороженный и несчастный. Даже в постели смотрит только на часы. И при этом так торопится, как будто хочет досрочно выполнить задание начальства.

ЖЕНА. В какой-то мере я его понимаю.

ПОДРУГА. Я не смею вылезать из подполья. Для его друзей и родственников я вообще не существую.

ЖЕНА. К чему тебе его родственники?

ПОДРУГА. Ни к чему, а все равно обидно. Сделаешь ему подарок, так он его домой забрать боится. Подержи, говорит, пока у себя, а я его потом возьму. Вот и собрала целую коллекцию.

ЖЕНА. А он тебе что-нибудь дарит?

ПОДРУГА. Может, и рад бы, да перед женой надо отчитываться, куда деньги делись. Купил мне недавно комбинацию, вот и все.

В столовой.

МУЖ. Больше всего они любят выяснять отношения.

ДРУГ. Это точно. Все отношения сводятся к их выяснению.

МУЖ. И еще они любят вздыхать про неизбежность конца и что все равно нет будущего. Каждое свидание превращают в трагедию.

ДРУГ. Это они умеют.

В спальне.

ПОДРУГА. Нерешительность – главная черта мужчин. Они ждут, что все образуется само собой. Жена растворится, дети растают, сложности исчезнут. А в ожидании этого царствия небесного и заикаться не смей, как его ускорить.

ЖЕНА. И ты его этим попрекаешь?

ПОДРУГА. Бывает. Знаю, что нельзя, но не могу удержаться.

ЖЕНА. Вот и зря. Во всех случаях ты должна его только хвалить. Слышишь – только хвалить! И повторять, что ты его понимаешь. Именно ты именно его понимаешь. А главное – никогда не ругай эту корову.

ПОДРУГА. Его жену?

ЖЕНА. Ну да.

ПОДРУГА. По-твоему, я должна ее хвалить?

ЖЕНА. Внушай ему, что у вас все будет не так, как с ней.

В столовой.

ДРУГ. Не успеешь познакомиться, а она уже рвется тебе белье стирать. Неверный шаг – и ты в капкане.

МУЖ. Вот, кстати… На тему капкана…

ДРУГ. Ну.

МУЖ. Как тебе нравится подруга?

ДРУГ. По-моему, идеала не бывает.

МУЖ. Так я тебе скажу – она идеал. Почти идеал. У нее только один недостаток.

ДРУГ. Ага, все же есть.

МУЖ. Очень маленький. Она хочет, чтобы после развода я сразу на ней женился.

ДРУГ. А ты?

МУЖ. Я готов ради нее застрелиться, броситься в огонь, пойти в филармонию даже… Но ей нужно только жениться. Сегодня поставила вопрос ребром.

ДРУГ. А ты?

МУЖ. Я в принципе не против. Но не сразу. Сразу нельзя.

ДРУГ. Правильно.

МУЖ. Нужен антрактик, отпускочек такой небольшой. Мне в себя надо прийти. Видишь, во что я превратился.

ДРУГ. Еще бы не видеть.

МУЖ. А каким я был, помнишь? Песни пел, танцевал лучше всех на курсе. (Затягивает было песню и пускается в пляс, но, махнув рукой, садится.) Беда в том, что я очень женат. Если бы я был женат хоть чуть-чуть поменьше… Но я женат каждый день, понимаешь? Вот Ермишкин, например – тот как-то не очень женат. Ему жена дает выходной. Каждый понедельник – его день. Делай, что хочешь. Никаких расспросов. Ей однажды стукнули, что видели мужа с какой-то кисой. А она отвечает: если в понедельник, это меня не касается. Вот какие жены бывают.

В спальне.

ПОДРУГА. Ты знаешь, больше всего мне нравится платье, которое на тебе.

ЖЕНА. А мне нравится твое.

ПОДРУГА. Может, поменяемся?

ЖЕНА. Давай.

Женщины снимают платья.

ПОДРУГА. Гляди – у нас одинаковые комбинации!

ЖЕНА. Действительно… Где ты ее купила?

ПОДРУГА. Мне ее подарил… ну… он. Я же тебе говорила.

ЖЕНА. А мне – муж.

ПОДРУГА. Да?

ЖЕНА. Наверное, они в одном магазине покупали. Смешно, правда?

ПОДРУГА. Очень. Хочешь, я тебе ее отдам? (Хочет снять комбинацию.)

ЖЕНА. Не надо. Зачем мне две одинаковых?

ПОДРУГА. Пусть будут.

ЖЕНА. Не надо. Терпеть не могу этот цвет.

ПОДРУГА. Я тоже. Да и вообще, кто теперь носит комбинации?

Женщины, все еще в комбинациях, рассматривают себя в зеркале.

ЖЕНА. Гляди, мы друг на друга похожи. И размеры одни и те же.

ПОДРУГА. Действительно.

ЖЕНА. Когда мы одинаково одеты, это особенно заметно. Вот если тебе еще прическу чуть изменить… (Подправляет Подруге прическу.) Видишь? Как от одной мамы.

ПОДРУГА. Вот уж никогда бы не подумала.

Жена надевает платье Подруги, Подруга – платье жены.

ЖЕНА. Тебе жутко идет. Так и останемся, ладно?

ПОДРУГА. Давай. Всё какое-то разнообразие.

ЖЕНА. Пойдем, а то они там без нас киснут. Честно говоря, идти–то к ним не хочется. С тобой так тепло… Кстати, как тебе мой друг? Нравится?

ПОДРУГА. Еще не пригляделась.

ЖЕНА. Сказать тебе правду? Только с ним я женщиной себя и чувствую.

ПОДРУГА. Неужели тебе с ним хорошо?

ЖЕНА. Конечно. Не то, что с мужем.

ПОДРУГА. Постой… А ты разве с мужем… Ну…

ЖЕНА. (Разводит руками.) Супруг. Четверть часа в неделю приходится терпеть. Иначе начнутся обиды, подозрения… А сложностей у нас и так хоть отбавляй.

Женщины переходят в кухню. Слегка захмелевшие мужчины продолжают задушевный разговор в столовой.

МУЖ. Вот говорят – женщины, женщины… Где они, эти женщины? Как подумаю, сколько их на свете, таких разных-разных: ласковых, бойких, застенчивых, естественных, кокетливых, стройных, огневых, бывалых, невинных, интеллектуальных, непосредственных… И все они не для меня. Для меня только одна жена, а своя жена разве женщина?

ДРУГ. А кто же?

МУЖ. Льдина, манекен, крокодил – кто угодно, только не женщина. Скажу тебе, как мужчина мужчине: хуже, чем с ней, не бывает. Белое безмолвие. Это в-восьмых. Теперь в-девятых…

ДРУГ. Постой-постой. А разве вы с ней…

МУЖ. Куда ж от этого денешься, старик?

ДРУГ. Кто же тебя неволит?

МУЖ. А что делать? Начни я манкировать, она сразу смекнет, что у меня кто-то есть. И тогда начнется. А я терять ее не хочу.

ДРУГ. Кого? Жену?

МУЖ. Да нет… Подругу.

ДРУГ. (Оторопело.) Понятно. (Машинально берет с тарелки косточку и начинает глодать.)

МУЖ. Отдай. (Отнимает у удивленного Друга кость и бережно заворачивает ее в бумажку.)

ДРУГ. Зачем тебе кость?

МУЖ. У меня собака во дворе есть.

ДРУГ. У тебя?

МУЖ. Соседская. Такая славная дворняга. С глазами. Хозяин ее голодом морит, а я к ней привязался, понимаешь? Глажу ее, ласкаю, слова всякие говорю…

ДРУГ. А она?

МУЖ. И она меня любит. Но все же не так, как хозяина. Нет справедливости.

ДРУГ. Ты бы свою завел.

МУЖ. Не дают. А жаль. Представляешь, прихожу домой, а она бросается ко мне навстречу, такая радостная… (Вздыхает.)

ДРУГ. А я в земле копаться люблю. Хотел садик завести, цветы выращивать. Только для кого?

В кухне.

ПОДРУГА. (Смотрит, как Жена укладывает на блюдо печенье.) Я бы тоже хотела готовить… Только для кого?

ЖЕНА. Может, поставить сразу греть чайник?

МУЖ. (В столовой.) Значит, остывает чайник?

ДРУГ. Какой чайник?

МУЖ. В смысле чувств. На тему термодинамики.

ДРУГ. А… Остывает.

МУЖ. А если чайник присоединить к розетке и включить?

ДРУГ. Если затрачивать энергию, он, ясное дело, будет нагреваться.

МУЖ. Выходит, неправ твой ученый. Конечно, если двоих замкнуть друг на друга, они быстро друг другу осточертеют. Но ведь кругом-то жизнь кипит – может, это и есть подвод тепла? И ведь в совместной жизни мы не только теряем, но и приобретаем что-то?

ДРУГ. Пожалуй.

МУЖ. Значит, вовсе не обязательно брак должен остывать. Отношения все время строить надо. Затрачивать на это энергию. Тогда все будет хорошо. Вот тебе и вся термодинамика.

ДРУГ. К чему ты ведешь?

МУЖ. Скажу тебе правду. Я устал. Часто сам не понимаю причины наших ссор. Иногда хочется просто обнять ее и сказать: «Чего мы все делим? Зачем друг друга мучаем? Неужели нельзя начать все заново?»

ДРУГ. Чудес не бывает. Вот ты перечислял свои «во-первых», «во-вторых», и все время «она», «она»… А ты кто? Красавец? Миллионер? Гений?

Муж молчит.

Средний мужчина, каких, ты меня извини, много, а требуешь к себе необыкновенного, идеального отношения.

МУЖ. А что, по-твоему, я должен требовать?

ДРУГ. Может, надо не требовать, а давать? Может, надо себя менять, а не жен?

МУЖ. Гляди, как заговорил.

ДРУГ. После пятой рюмки.

Входят Жена и Подруга. Друзья ошалело смотрят на них.

ДРУГ. Вас и не узнать. Не поймешь, кто есть кто.

ЖЕНА. Кто из нас больше похорошел?

ДРУГ. Обе. Честное слово.

ЖЕНА. Что вы тут делаете?

ДРУГ. Сидим без вас и скучаем.

ЖЕНА. Сейчас мы вас расшевелим. Ставь музыку.

ДРУГ. (Включив проигрыватель.) Приглашают дамы!

Жена приглашает Друга, Подруга – Мужа.

ПОДРУГА. (Тихо.) Поговорил?

МУЖ. Когда же я мог? Вы ведь не выходили из спальни.

ПОДРУГА. Комбинации дарить так время находишь.

МУЖ. При чем тут комбинации?

ЖЕНА. (Другу.) Ну, ты решил?

Друг молча продолжает танцевать.

ПОДРУГА. (Мужу.) Если б ты знал, как я от всего этого устала.

МУЖ. Я с ней поговорю, вот увидишь.

ПОДРУГА. Когда? Через год?

МУЖ. Прямо сейчас. Вот посидим еще минут пять…

ЖЕНА. (Другу.) Так что ты мне скажешь?

Музыка кончается.

ДРУГ. Пожалуй, по домам пора.

ПОДРУГА. Да, мы вам, наверное, уже надоели.

МУЖ. (Поспешно, удерживая Друга.) Не говорите ерунды, никуда мы вас не отпустим.

ЖЕНА. (Поспешно, удерживая Подругу.) Конечно, не отпустим. Ведь мы еще даже чаю не пили. Садитесь. (Мужу.) Налей всем вина.

Жена подает чай, печенье. Все молчаливо едят. Муж пытается завязать разговор.

МУЖ. Что нового?

ЖЕНА. (После паузы.) Это ты меня спрашиваешь?

МУЖ. Вообще.

ЖЕНА. Если меня, то ничего. Разве что Ермишкина недавно встретила…

МУЖ. Ну и как он?

ЖЕНА. Хорошо. С женой развелся.

МУЖ. Ермишкин?! Не может быть!

ЖЕНА. Уже и суд был.

МУЖ. Но это же… Это… (Не найдя слов, умолкает.)

ДРУГ. Не горюй. Выпей лучше.

МУЖ. (Трагически.) Не хочу.

ЖЕНА. Можно подумать, наступил конец света.

ПОДРУГА. (Мужу.) Разве ты не понимаешь, что иногда развод – лучший выход?

МУЖ. Понимаю. Еще как понимаю Но Ермишкины… Нет, не верю! У них был брак по любви.

ЖЕНА. Подумаешь, любовь! Девятнадцатилетняя идиотка влюбляется в парня, к примеру, только потому, что он танцует лучше всех на курсе.

ПОДРУГА. А главным образом, потому, что возраст такой – влюбляться.

МУЖ. Но не все же такие дураки и дуры!

ПОДРУГА. Что мы понимаем в молодости?

МУЖ. Надо запретить вступать в брак до двадцати пяти лет.

ПОДРУГА. (Иронически.) До тридцати.

ЖЕНА. До сорока трех.

ДРУГ. Надо вообще запретить вступать в брак. По крайней мере, мужчинам. Женщины – те пускай выходят замуж сколько угодно, но мужчинам – запретить!

ПОДРУГА. Какой ты, однако, решительный.

ЖЕНА. (Едко.) Он вообще у нас пессимист. Больше всего на свете боится семейной жизни.

ПОДРУГА. Это не пессимизм, это – трусость.

МУЖ. Все дело в том, что ему в жизни не повезло. Женила его на себе одна стерва. Парень он хороший, преданный, вот и подловила его какая-то су…

ДРУГ. (Прерывая.) Давай лучше выпьем и все забудем.

ПОДРУГА. Нет, пусть доскажет. (Мужу.) Откуда ты знаешь, что она стерва? Ты с ней знаком?

МУЖ. Нет, но он мне все о ней рассказал. Это было страшнее, чем страшный сон. Она…

ДРУГ. Остановись. Мою биографию я опубликую сам, когда придет время.

МУЖ. (Другу.) Да ты не волнуйся. Она знает, что такое неудачный брак, и тебя поймет. (Подруге.) С тех пор, как он так обжегся, всё один и мается.

ПОДРУГА. Бедный.

МУЖ. Бедный, но не совсем. Между нами, девочками, есть у него одна сочувствующая.

ЖЕНА. (С ревнивым интересом.) Вот как?

ДРУГ. Ты перестанешь наконец чесать языком?

ЖЕНА. (Ревниво, Другу.) Сочувствующая, говоришь? Что ж ты ее сюда не привел? Познакомились бы.

МУЖ. Не мог. Не мог он ее привести.

ЖЕНА. Почему?

МУЖ. Весь фокус в том, что она замужем. Мужа она, правда, не любит…

ЖЕНА. (Другу.) А муж ее?

МУЖ. Тоже нет.

ЖЕНА. (Другу.) Что же их тогда связывает?

МУЖ. Их-то? (Озадаченно, Другу.) Слушай, а чего они, действительно, не разводятся?

ДРУГ. (Мрачно.) Я у них спрошу.

МУЖ. (Жене.) Вот видишь, он тоже не знает. Но, понимаешь, брак – чертовски устойчивая штука. Все вроде бы уже развалилось, а он одним своим названием держится, причем крепко держится.

ЖЕНА. (Другу, начиная понимать, о ком идет речь.) А почему бы тебе не забрать ее к себе?

МУЖ. А зачем? Ему и так хорошо. Все, что от нее нужно, он имеет, нечего на себя хомут вешать.

ЖЕНА. (Холодно.) Разумно.

МУЖ. А она спит и видит, как бы его заполучить. Липнет к нему, как липучка, проходу не дает…

ДРУГ. (В отчаянии.) Слушай, ну что ты все плетешь?

МУЖ. Ты расскажи, как она поставила ультиматум, чтобы ты на ней женился. Пусть люди посмеются.

ЖЕНА. Ха-ха-ха.

МУЖ. Чуть ли не сегодня он должен дать ответ.

ПОДРУГА. А муж? Неужели муж ничего-ничего не замечает?

МУЖ. (Радостно.) Ни-че-го.

ПОДРУГА. Куда же он смотрит?

ЖЕНА. Известно, куда смотрят мужья – в телевизор.

ПОДРУГА. (Метнув взгляд на Друга.) Или в пивную кружку.

ДРУГ. (Отвечая взглядом.) Или на других баб.

МУЖ. Слушайте, давайте выпьем!

ДРУГ. И все забудем.

ЖЕНА. Зачем же забывать? (Другу.) Расскажи, как она к тебе липнет?

ПОДРУГА. (Ядовито.) И, главное – за что?

МУЖ. Сейчас я вам все подробно опишу.

ДРУГ. Да закрой же ты наконец поддувало! Ты пьян, что ли?

МУЖ. Действительно, голова кружится. А ведь выпил всего четыре крошечные рюмки. Ста грамм не будет.

ДРУГ. Ты непьющий, вот с непривычки и ударило. Пойди, облейся холодной водой.

МУЖ. Нет. (Храбро и многозначительно.) Сначала я должен поговорить с женой.

Пауза.

ДРУГ. Тогда, пожалуй, мы пойдем по домам. (Встает.)

ЖЕНА. (Удерживая.) Никуда вы не пойдете. Оставайтесь ночевать.

ПОДРУГА. Здесь?

ЖЕНА. Почему нет? Ребенок у бабушки, места много. (Другу.) Принеси раскладушки.

Друг выходит. Подруга собирает чашки и, бросив выразительный взгляд на Мужа, выходит на кухню. Жена продолжает сидеть за столом.

Я тебя слушаю.

МУЖ. Я хочу тебе сказать… (Умолкает, ходит по комнате, потом включает проигрыватель. Звучит тихая музыка.)

ЖЕНА. (Устало.) Ну?

МУЖ. (Неожиданно для себя.) Чего мы все делим? Зачем друг друга мучим? Неужели мы не можем жить дружно и весело? Как когда-то?

ЖЕНА. (Она поражена.) Ты что это вдруг?

МУЖ. Почему «вдруг»? Я думаю об этом все время, просто сил больше нет. Разве ты не хочешь, чтобы у нас было все по-другому?

ЖЕНА. Это зависит не только от меня.

МУЖ. Я готов ради этого на что угодно. Так хочется нормальной жизни!

ЖЕНА. Если ты серьезно… (Задумывается, встает, подходит к Мужу.) Может, действительно попытаться?

МУЖ. (Обнимая Жену.) Мир?

ЖЕНА. Мир.

МУЖ. Навсегда?

ЖЕНА. Навсегда.

МУЖ. (Радостно.) Ну, прямо гора с плеч! (Целует Жену.)

ЖЕНА. Тебя просто не узнать.

МУЖ. Тебя тоже. Такая нарядная и похорошевшая.

ЖЕНА. Это оттого, что я не в своем платье.

МУЖ. При чем тут платье? (Хочет еще раз поцеловать Жену, при этом опрокидывает кактус.)

ЖЕНА. (Расстроенная.) Ну вот…

МУЖ. (Бодро.) Ничего страшного. Купим новый, еще больше этого.

ЖЕНА. Я растила его столько лет, а ты – «ничего страшного».

МУЖ. Стоит ли огорчаться из-за пустяка? Ведь мы решили начать новую жизнь.

ЖЕНА. Пока мои огорчения ты считаешь пустяком, жизни у нас не будет.

МУЖ. Зачем нам этот бестолковый, уродливый кактус? Он же заслонял нас друг от друга.

ЖЕНА. Ты просто ненавидишь все, что связано со мной.

Входит Друг с двумя раскладушками в руках.

МУЖ. А ты ненавидишь самого меня.

ЖЕНА. Значит, есть за что. (Порывисто уходит.)

ДРУГ. (Растерянно.) Куда их ставить?

МУЖ. Куда хочешь.

ДРУГ. Я что-то не пойму, кто где будет спать. Ты, понятное дело, в одной комнате с женой.

МУЖ. (Рассеянно.) Да, конечно.

ДРУГ. А я с подругой, что ли?

МУЖ. (Поспешно.) Нет!

ДРУГ. А как же тогда?

МУЖ. Потом разберемся.

Подруга в кухне нервно стучит посудой, Жена плачет в спальне, уткнувшись лицом в подушку.

ДРУГ. (Ставя раскладушки и поднимая кактус.) Ты что, опять не в себе? Снова сцепились?

МУЖ. Не в этом дело… Вот сейчас поговорю с ней и расставлю все точки над i.

ДРУГ. Мне тоже предстоит объяснение. Что ей сказать?

МУЖ. Уж я-то знаю, что. Ведь жить с нею совершенно невозможно. Во-первых, она никудышная хозяйка. Все забывает, ничего не успевает, дома не прибрано, обед не сварен, белье не стирано… Суетится без толку и при этом еще изображает себя загнанной лошадью.

ДРУГ. Конечно, правильней всего ей было бы уйти ко мне. Но при этом возникнет куча проблем…

МУЖ. Во-вторых… Что во-вторых? Ах да – деньги. Вечно ей их недостает. Что мне, воровать их, что ли?

ДРУГ. Возможно, я просто боюсь. Но, раз боюсь, значит, есть чего бояться?

МУЖ. В-третьих и главное… Нет, о главном потом, а сейчас просто: в-третьих…

Действие останавливается. Сначала исчезает звук и продолжается лишь немой диалог с жестикуляцией, потом застывают и фигуры, и, наконец, гаснет свет. Этим стоп-кадром и заканчивается очередной круг в шествии наших героев по жизни.

КОНЕЦ

Жестокий урок

Пьеса в двух действиях

Действующие лица:

КОЛЬЦОВ- профессор психологии

АЛИСА – его ассистентка

МИХАИЛ – студент

КИРА – студентка

Действие происходит в одном из университетов в наши дни. Мотивом для создания пьесы послужил реальный психологический эксперимент, получивший широкий резонанс в мировой печати.

Аннотация

Драма о социальных и психологических корнях жестокости, о тонкой грани, отделяющей нравственные поступки от аморальных. Мотивом для создания пьесы послужил психологический эксперимент, получивший широкий международный резонанс. Двое студентов под руководством профессора в научных целях истязают женщину. Участие в эксперименте серьезно отражается на личных отношениях персонажей. Острый сюжет держит аудиторию в постоянном напряжении. Пьеса имеет особенный успех среди молодежи. В наши дни, когда насилие становится частью обыденной жизни, эта пьеса приобретает особую актуальность. имела огромный успех. 2 мужских роли, 2 женских, интерьер.

Из рецензий:

Идея спектакля действительно сильная. Оказывается, каждый человек потенциально жесток, иногда способен на убийство. Но что им движет? Что запускает механизм жестокости? Распутывая непростой психологический клубок, зритель вместе с героями заглядывает далеко не в самые приятные уголки человеческой души, невольно примеряет происходящее на себя. Похоже, урок удается.

Концовка удивляет, дает выход эмоциональной напряженности, сдавливавшей действующих лиц на протяжении спектакля. Спектакль идет на одном дыхании.

Юлия Климавичюте, критик

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Лаборатория профессора Кольцова. Стол, несколько стульев и кресел, ширма, материалы для психологических тестов: таблицы, рисунки и т. п. Среди предметов обстановки – кресло и, рядом с ним, компьютер с экраном, обращенным к зрительному залу. Кресло снабжено электрической проводкой.

Входят Кира и Михаил – студенты университета. Интерьер лаборатории не вызывает у них никакого интереса – чувствуется, что они здесь не впервые.

КИРА. А где же Кольцов?

МИХАИЛ. Вероятно, где-нибудь здесь. Лаборатория не заперта.

КИРА. Какое он назначил время?

МИХАИЛ. Два часа.

КИРА. Значит, через пятнадцать минут он придет.

МИХАИЛ. Если не опоздает.

КИРА. Профессор никогда не опаздывает.

Пауза. Кира разглядывает кресло с проводами.

Этого кресла раньше здесь не было.

МИХАИЛ. Я тоже его не помню. Похоже на зубоврачебное кресло.

КИРА. Скорее на электрический стул.

МИХАИЛ. На то и другое. Перестань бродить по комнате. Сядь.

Кира садится на один из стульев.

Нет, лучше сюда. Тут тебе будет удобнее.

Заботливо пересаживает Киру в мягкое удобное кресло и располагается рядом.

КИРА. Интересно, что за эксперимент Кольцов затеял на этот раз?

МИХАИЛ. (Добродушно.) В последнее время ты что-то чересчур увлеклась психологией.

КИРА. (С едва заметным вызовом.) Да, я люблю свою специальность. Это плохо?

МИХАИЛ. Нет, это прекрасно.

КИРА. Для тебя изучение психологии – развлечение, а я буду этим зарабатывать на жизнь. На другой капитал, кроме собственных знаний, я рассчитывать не могу.

МИХАИЛ. Опять ты меня упрекаешь. Я не виноват, что мой папаша загребает много бабок. (Улыбаясь.) Или это такой большой грех?

КИРА. (Улыбаясь в ответ.) Нет, Михаил, состоятельный отец – это не самый главный твой недостаток.

(Пауза.)

МИХАИЛ. Кстати, теперь мое будущее определилось. Получу диплом и снова пойду учиться.

КИРА. Куда?

МИХАИЛ. В школу бизнеса.

КИРА. (Без энтузиазма.) Поздравляю.

МИХАИЛ. Так хочет отец. Он собирается привлечь меня к управлению своей фирмой.

КИРА. Это было понятно давно. А психология? Неужели бросишь?

МИХАИЛ. Что делать… (Улыбается. Он явно сегодня в хорошем настроении.) Но это даже к лучшему. Два психолога в одной семье – это слишком много.

КИРА. А кто второй?

МИХАИЛ. Не догадываешься?

КИРА. (Отводя взгляд в сторону.) Нет.

МИХАИЛ. Думаю, ты прекрасно все понимаешь, но уж объяснюсь до конца, тем более что мне давно следовало сделать это.

Пауза.

Мы дружим с тобой полтора года…

КИРА. Спасибо за деликатность, с которой ты определил наши отношения.

МИХАИЛ. Я знаю, они затянулись. Мне кажется даже, они начинают тяготить тебя – наверное, как раз потому, что они неопределенны и не имели будущего… Так вот… Ты знаешь, мои предки категорически возражали против моей женитьбы. По их мнению, это слишком рано.

КИРА. Вероятно, они просто считали, что я тебе не пара.

МИХАИЛ. Возможно. Но теперь это уже не важно. Я написал им обо всем и получил вчера ответ. Коротко говоря, они не против, чтобы мы с тобой…

Кира молчит.

Ты меня понимаешь?

КИРА. Да.

МИХАИЛ. Честно говоря, я опасался старика, но в то же время верил в него. Он даже готов купить нам не только квартиру, но и дом где-нибудь за городом. Я чертовски рад, что они согласны.

КИРА. А если бы они были против, ты бы от меня отказался?

МИХАИЛ. (Счастливо улыбаясь.) Теперь это не имеет значения. Главное, что мы славно заживем все вместе. У нас будет свой дом, сад и куча детей. Я ведь очень люблю детей.

КИРА. Я знаю.

МИХАИЛ. И цветы.

КИРА. Я знаю.

МИХАИЛ. И тебя.

Пауза. Михаил подходит к Кире и обнимает ее.

Что же ты не говоришь “Я знаю”?

КИРА. (Невольно улыбаясь.) Я знаю.

МИХАИЛ. Так ты согласна?

КИРА. Не знаю.

МИХАИЛ. Как не знаешь? А впрочем, ты права. Я тебя не стою. И я слишком долго молчал. Но ведь сейчас-то все позади, а? И хоть немножко-то ты меня любишь?

КИРА. Не знаю.

МИХАИЛ. Ты не думай, что я ни о чем, кроме своего садика, не мечтаю. У меня большие планы. Я человек настойчивый, привык всегда добиваться цели. (Улыбаясь.) Так что не упускай шанса стать женой выдающейся личности.

КИРА. Во всяком случае, честолюбивой.

Пауза.

МИХАИЛ. Ну, так что все-таки ты мне скажешь?

КИРА. Не знаю.

МИХАИЛ. (Встревожившись.) Но ты ведь не отказываешься?

КИРА. Не знаю.

МИХАИЛ. Ну, что ты все заладила "не знаю" да "не знаю"?

КИРА. Ничего, если я немного подумаю?

МИХАИЛ. Ну конечно!

КИРА. Не обижайся, ладно?

МИХАИЛ. И ты тоже не обижайся, что я долго молчал… И вообще, постарайся быть добрее, терпимее…

КИРА. Уж какая есть. Если я тебе такая не нравлюсь…

МИХАИЛ. (Прерывая.) Вот видишь – опять выпад и укол.

КИРА. Ты прав, я стала слишком злой. (Целует его в щеку.) Не будем больше об этом.

Пауза

Профессора все нет.

МИХАИЛ. (Взглянув на часы.) Без пяти два.

КИРА. Не знаешь, кто еще из наших ребят будет участвовать в эксперименте?

МИХАИЛ. По-моему, больше никто.

КИРА. Выходит, из всей группы Кольцов выбрал только тебя и меня? Интересно, почему?

МИХАИЛ. (Пожимая плечами.) Откуда я знаю?

КИРА. Он так и сказал – “Пусть Кира придет сюда вместе с вами в два часа”?

МИХАИЛ. (Уклончиво.) Я не помню точно… Не придавай этому значения. Обычное лабораторное занятие…

КИРА. Его исследования всегда так неожиданны. Что он опять задумал?

МИХАИЛ. (Зевая.) Скоро узнаем. Думаю, ничего интересного. Психология – наука сугубо академическая.

КИРА. Но каждая публикация Кольцова вызывает в прессе настоящую бурю. Сколько раз его травили, преследовали…

МИХАИЛ. Отчего он приобрел еще большую известность.

КИРА. Кольцов за ней не гонится.

МИХАИЛ. Специалист он хороший, не спорю. Ясный ум, безупречная логика… Не человек, а счетная машина.

КИРА. Чем он тебе не нравится?

МИХАИЛ. (Пожимая плечами.) Мне почему-то кажется, что люди для него – подопытные кролики. Он бесстрастно будет сдирать с них кожу, если это понадобится для каких-нибудь научных целей.

КИРА. Вздор.

МИХАИЛ. И он скучноват.

КИРА. Вот уж неправда. Кольцов всегда одержим, всегда богат идеями…

МИХАИЛ. (В тон.) …И к тому же, еще не стар, элегантен, знаменит и не женат.

КИРА. Ты ревнуешь?

МИХАИЛ. (Смеясь.) Нет. Я понимаю разницу между восторженным отношением студентки к преподавателю и любовью женщины к мужчине. А впрочем, если честно, то ревную. Чуть-чуть.

КИРА. И напрасно.

МИХАИЛ. Что поделать…

КИРА. Тебе совершенно нечего опасаться.

МИХАИЛ. Я знаю. Хотя бы потому, что у него уже есть пассия.

КИРА. Да?

МИХАИЛ. Ты не знала?

КИРА. Меня это не интересует. (Помолчав.) Красивая?

МИХАИЛ. Ты считаешь, у профессора плохой вкус?

Кира не отвечает.

Он разъезжает с ней по разным городам… Брал с собой даже за границу…

КИРА. Она молодая?

МИХАИЛ. Не девчонка, но и не старуха. Одним словом, в самый раз. С изюминкой. Значит, тебя все-таки это интересует?

КИРА. Нет. Я просто доставляю тебе удовольствие поддразнивать меня своими сплетнями.

МИХАИЛ. Это не сплетни. Она числится у него ассистенткой. Я сам ее видел. Очень пикантная. Что-то в ней есть такое… (Делает неопределенный жест.)

КИРА. Чего нет во мне?

МИХАИЛ. (Смеясь.) Ты совсем другое дело. (Хочет обнять девушку, но та уворачивается.) Что с тобой, детка? Все-таки ревнуешь?

КИРА. Да, тебя. К этой рыжей курице.

МИХАИЛ. (Смеясь.) Но она вовсе не рыжая! С чего ты взяла?

КИРА. (Упрямо.) Нет, рыжая!

МИХАИЛ. Почему?

КИРА. Потому что я рыжих не люблю.

МИХАИЛ. (Хохоча во все горло.) Но это же не довод! Какая ты все-таки злюка! Дай я тебя за это поцелую!

Пытается обнять девушку. Входят Кольцов и Алиса. Студенты принимают чинный вид. Кольцов, увидев их, останавливается.

КОЛЬЦОВ. Добрый день.

КИРА. Добрый день.

МИХАИЛ. Здравствуйте, Андрей Николаевич.

КОЛЬЦОВ. (Представляя спутницу.) Алиса Львовна, моя ассистентка.

АЛИСА. (Приветливо улыбаясь, протягивает руку Михаилу.) Мы вчера уже виделись с вами.

МИХАИЛ. (Пожимая руку.) Но не познакомились. Меня зовут Михаил.

КОЛЬЦОВ. Кира, простите, а почему вы здесь? У вас ко мне дело?

КИРА. (Удивленно.) У меня?.. Я… Вы разве не просили меня прийти?

КОЛЬЦОВ. Вас? Зачем?

КИРА. Для участия в эксперименте.

КОЛЬЦОВ. Михаил, в чем дело? Почему вы привели Киру? Я же просил вас позвать Наташу Макарову.

МИХАИЛ. (Смущенно.) Совершенно верно. Но я подумал, что вам все равно… Эта ли студентка, другая – какая разница? Вот, я и решил…

КОЛЬЦОВ. И совершенно напрасно решили. Кира, мне очень жаль, но ваша помощь сегодня не понадобится. Вы свободны.

Алиса с интересом наблюдает за диалогом. Кира бросает на нее недовольный взгляд.

МИХАИЛ. Но чем же вас не устраивает Кира? Хорошая студентка, нисколько не хуже Наташи…

КОЛЬЦОВ. Благодарю вас, Михаил, я сам знаю достоинства Киры. Но для этого эксперимента ее кандидатура совершенно неприемлема.

МИХАИЛ. Почему?

КОЛЬЦОВ. Слишком долго объяснять.

КИРА. Прошу вас, не прогоняйте меня. Мне интересно.

КОЛЬЦОВ. (Твердо.) Вас никто не гонит. Но я приглашал сегодня Наташу Макарову и совершенно не планировал встречу с вами. Всего доброго. Простите. (Отворачивается от Киры.) Алиса, идите, готовьтесь к работе.

Алиса отходит, снимает плащ, поправляет прическу. Кира кусает губы от унижения и обиды.

МИХАИЛ. Алиса Львовна тоже будет участником эксперимента?

КОЛЬЦОВ. Да.

КИРА. Но почему все-таки другим можно, а мне нет?

МИХАИЛ. Действительно, чем вам не подходит моя невеста?

КОЛЬЦОВ. Ваша невеста? (Переводит взгляд на Киру.) Извините, я не знал. Давно?

Кира молчит.

МИХАИЛ. С сегодняшнего дня.

КОЛЬЦОВ. Поздравляю.

МИХАИЛ. Спасибо.

КОЛЬЦОВ. Пора начинать. (Надевает халат.)

КИРА. А как же все-таки я?

КОЛЬЦОВ. (Отрывисто.) Приходите как-нибудь в другой раз. Сейчас я занят.

Кира, ни на кого не глядя, направляется к выходу.

Впрочем, подождите.

Кира останавливается.

Действительно, какая разница? Оставайтесь, если вам так уж хочется. (Мягче.) Не сердитесь, Кира. Поверьте, у меня были серьезные основания не допускать вас к опыту. Но раз уж так получилось… Значит, вы выходите замуж?

МИХАИЛ. (Отвечая за Киру.) Да.

КОЛЬЦОВ. (Улыбаясь.) Хотите, для разминки я предложу вам какой-нибудь тест, чтобы проверить вашу психологическую совместимость? (Быстро.) А ну-ка, встаньте друг против друга!

Студенты встают.

Чуть подальше! Теперь представьте, что вы идете навстречу друг другу по узенькому-узенькому мостику, по которому может пройти только один человек. Под мостиком – ущелье, падать и прыгать нельзя. Пошли!

Михаил и Кира идут навстречу друг другу и, встретившись, останавливаются.

Итак, каждому обязательно надо попасть на другой берег. Как вы поступите?

Долгая пауза.

МИХАИЛ. А что вы посоветуете?

КОЛЬЦОВ. Думайте сами. Ведь столько вариантов!

МИХАИЛ. Например?

КОЛЬЦОВ. Применить силу, ласку, брань, хитрость, быть настойчивым или, наоборот, уступчивым – что угодно!

Пауза. Кира и Михаил смотрят друг на друга.

МИХАИЛ. А все-таки, что вы посоветуете?

КОЛЬЦОВ. (Пожав плечами.) Уступите дорогу даме.

Михаил подает руку Кире и переводит ее на свой берег.

КИРА. Андрей Николаевич, а вы сами тоже так бы поступили?

КОЛЬЦОВ. (Улыбаясь.) Нет. Будь я вашим женихом, я бы взял вас на руки и сказал: “Кира, милая, радость моя, моя невеста, куда тебя отнести, на какой берег, на твой или на мой?” (Небрежно.) Или что-нибудь в этом духе.

КИРА. А я бы ответила: “Какая разница, милый? Ведь теперь оба берега – наши!”

МИХАИЛ. И куда же все-таки вы бы ее отнесли?

КОЛЬЦОВ. Неважно. Это уже тест для нас с Кирой, а не для вас.

МИХАИЛ. Что же показал наш тест?

КОЛЬЦОВ. Секрет. Да это был и не тест, а так, шутка. Я не имею ни малейшего права вторгаться в вашу частную жизнь.

КИРА. В этом и состоит сегодняшний эксперимент?

КОЛЬЦОВ. Нет, конечно. (Становясь серьезным.) Алиса Львовна, вы готовы?

АЛИСА. Почти. (Кольцову.) Можно тебя на два слова?

Алиса и Кольцов выходят.

КИРА. Я не понимаю, Михаил, зачем ты привел сюда меня, если Кольцову нужна была Наташа Макарова?

МИХАИЛ. (Виновато.) Я действительно думал, что ему все равно. Не понимаю, чего он заупрямился. А мне с тобой гораздо приятнее.

КИРА. (Сердито.) Спасибо.

МИХАИЛ. Да и поговорить надо было.

КИРА. Кстати, вовсе не обязательно было называть меня при всех своей невестой. Я еще пока не согласилась.

МИХАИЛ. Извини, это вышло случайно.

КИРА. Нет, не случайно. Я тебя знаю. Кстати, знаешь, что мне показал этот тест на «мостике»? Что ты всегда слушаешься чьих-то советов. Ты бы еще папочке позвонил – спросить, что тебе надо делать.

МИХАИЛ. (Уходя от щекотливой темы.) Как тебе понравилась Алиса Львовна?

КИРА. (Сдержанно.) Приятная женщина.

МИХАИЛ. (От души.) Очень.

КИРА. Кажется, я ее раньше где-то видела.

МИХАИЛ. Вряд ли. Кольцов привез ее сюда совсем недавно. По-моему, они друг с другом очень близки.

Алиса и Кольцов возвращаются.

КОЛЬЦОВ. Извините за задержку. Начнем. Садитесь, пожалуйста.

Все, кроме Кольцова, садятся.

Уже много столетий, а может, и тысячелетий во всем мире ведутся споры, полезны или нет телесные наказания при воспитании и обучении. Даже и теперь огромное число людей продолжает верить, что хорошая порция березовой каши ребенку не вредит. Да и взрослому тоже. Как ни странно, до сих пор по этому вопросу нет единого мнения и среди психологов и педагогов. Одни считают, что наказание помогает обучению, другие – что оно вредит ему.

МИХАИЛ. А как считаете вы сами?

КОЛЬЦОВ. Никак не считаю. Вернее, полагаю, что ответ на этот вопрос должен быть дан на строго научной основе. Для этого мы и проводим наш эксперимент.

КИРА. В чем же, все-таки, его сущность?

КОЛЬЦОВ. Вы, Кира, и вы, Михаил, будете сегодня играть роль “учителей”. Ваша задача – сделать так, чтобы “ученик” как можно быстрее и лучше выучил урок, скажем, какой-нибудь отрывок из Шекспира длиной в двадцать строк. Алиса Львовна самоотверженно согласилась взять на себя роль “ученика”. Роль, скажем прямо, довольно неприятную. Прошу вас, Алиса.

Алиса садится в кресло с проводами.

Теперь самое главное: за каждую ошибку вы должны – я подчеркиваю: должны – наказывать ученика ударом электрического тока нарастающей силы.

МИХАИЛ. (Качая головой.) Суровый эксперимент.

КОЛЬЦОВ. Что делать? Поиски истины не всегда связаны с одними радостями.

КИРА. А не думаете ли вы, что такой метод обучения, независимо от его результатов, травмирует душу ученика?

КОЛЬЦОВ. (Сухо.) В данном эксперименте душа ученика меня не интересует. Моя цель лишь установить, способствует ли страх наказания обучению или нет. А влияние наказания на душевное состояние ученика – это отдельная проблема.

МИХАИЛ. Скажите, а эти удары током… Они болезненны?

КОЛЬЦОВ. Разумеется. Особенно, при высоких напряжениях. Иначе бы они не были наказанием. Вот, смотрите.

Подводит студентов к пульту у кресла и нажимает кнопку. На экране компьютера высвечивается цифра ”20”.

При каждом последующем нажатии кнопки напряжение автоматически повышается на двадцать Вольт. Видите?

Несколько раз нажимает кнопку. На экране компьютера последовательно высвечиваются цифры 40, 60, 80 и т. д.

До восьмидесяти-ста Вольт удары переносятся относительно легко, но потом они становятся очень неприятны.

МИХАИЛ. Вы так хладнокровно объясняете… Мне даже не по себе.

КОЛЬЦОВ. Просто я стараюсь быть предельно ясным.

КИРА. Установлен ли напряжению какой-нибудь предел?

КОЛЬЦОВ. Да. Триста Вольт.

МИХАИЛ. А это не опасно для жизни?

КОЛЬЦОВ. Триста Вольт – это более чем серьезно. К счастью, до сих пор все кончалось благополучно, тем более что Алиса Львовна регулярно проходит медосмотр. (Алисе.) Кстати, когда вы последний раз были у врача?

АЛИСА. (Неуверенно.) У врача?.. Совсем недавно.

КОЛЬЦОВ. И как он нашел ваше сердце?

АЛИСА. (Так же неуверенно.) В полном порядке.

КОЛЬЦОВ. Вы принесли свидетельство?

АЛИСА. Нет… Я не знала, что оно вам понадобится.

КОЛЬЦОВ. (Нахмурившись.) Вообще, это нарушение правил… Что ж, будем надеяться, что на этот раз все обойдется.

МИХАИЛ. (Жизнерадостно.) Не беспокойтесь, Алиса Львовна. Лично я неприятностей вам доставлять не собираюсь.

КОЛЬЦОВ. Нет, друзья мои. Ваш долг – обязательно довести урок до конца, то есть выучить с учеником весь отрывок. Причем сделать это нужно как можно в более короткое время. Чем быстрее ученик запомнит текст, тем выше будут оценены ваши педагогические способности. Вам все понятно?

МИХАИЛ. Да.

КОЛЬЦОВ. Не скрою, по тому, как вы будете вести урок, я стану судить о вашей профессиональной пригодности и о твердости вашего характера. Мне нужны активные, думающие, волевые студенты, а не мягкотелые псевдодобряки.

МИХАИЛ. Мы приложим все наше старание.

КИРА. Могу я задать Алисе Львовне вопрос личного характера?

Кольцов вопросительно глядит на Алису.

АЛИСА. Пожалуйста. Кстати, можете называть меня просто Алисой.

КИРА. Скажите, почему вы согласились сесть в это кресло? Ведь это неприятно и даже болезненно.

АЛИСА. (Уклончиво.) Наука требует жертв.

КИРА. И вы согласились стать жертвой ради любви к науке? Или… Или из желания помочь Андрею Николаевичу?

КОЛЬЦОВ. Чтобы удовлетворить ваше любопытство, Кира, я сообщу, что Алиса Львовна получает за свою действительно не очень приятную работу весьма приличное вознаграждение.

МИХАИЛ. Но разве не безнравственно заставлять человека исполнять такую работу даже за деньги? Времена гладиаторов давно миновали.

АЛИСА. Меня никто не заставлял. Мне предложили – я согласилась.

КОЛЬЦОВ. (Сухо.) Хватит разговоров. Каждый зарабатывает деньги, как хочет и как может. Есть еще вопросы?

Пауза.

МИХАИЛ. (Стараясь улыбкой смягчить возникшее напряжение.) Все ясно.

КОЛЬЦОВ. Хочу добавить, что ваше участие в эксперименте совершенно добровольно. Но, начав урок, вы должны отнестись к нему со всей ответственностью. Напоминаю: опыт имеет очень большое значение для науки.

Пауза.

Кира, вы не передумали?

КИРА. Я полагаюсь на ваш авторитет.

КОЛЬЦОВ. Мне лестно это слышать, но в таких вопросах вы должны решать сами за себя. Это исследование нужно и науке, и обществу, но если оно вам не нравится, еще не поздно уйти. Найдутся другие помощники. Кстати, я приглашал не вас, а Наташу.

КИРА. Я остаюсь.

КОЛЬЦОВ. Вы, Михаил?

МИХАИЛ. Честно говоря, я ожидал чего-нибудь поинтереснее, чем обычный урок, но я согласен.

КОЛЬЦОВ. Прекрасно. И последнее: за участие в эксперименте каждому из вас полагается плата. Небольшое, но все же вознаграждение. Пожалуйста, получите. И распишитесь вот здесь.

Вручает студентам деньги.

МИХАИЛ. Что вы… Зачем это… Раз нужно, я готов помочь и так… Добровольно.

КОЛЬЦОВ. Если хотите, можете потом пожертвовать эти деньги нашему университету. Но сейчас примите их. Таково условие этого эксперимента.

Михаил неохотно берет деньги. Кира тоже прячет деньги в кошелек. Кольцов весело продолжает.

Итак, наш контракт заключен! Михаил, давайте приладим электроды.

Обнажив ассистентке руку до локтя, Кольцов при помощи студентов прикрепляет к коже электроды.

Великолепно. А теперь помогите, пожалуйста, привязать ассистентку к креслу.

МИХАИЛ. (Удивленно.) Привязать? Зачем?

КОЛЬЦОВ. Потом поймете. Только не затягивайте ремни слишком туго… Так, хорошо…

Михаил неохотно помогает Кольцову пристегнуть Алису ремнями к креслу.

Готово. (Студентам.) Ну, кто из вас первый?

МИХАИЛ. Я уступаю даме.

КОЛЬЦОВ. Очень хорошо. Кира, начинайте. Вот вам томик Шекспира, полистайте, выберите по своему вкусу отрывок в двадцать строк. (Михаилу.) А вы пока подождите в соседней комнате. Никого сюда не пускайте и не входите сами.

МИХАИЛ. А посмотреть разве нельзя?

КОЛЬЦОВ. (Твердо.) Нет.

МИХАИЛ. Что ж, подождать, так подождать. (Выходя, Кире.) Ни пуха, ни пера!

Михаил выходит. Кира листает книгу.

КИРА. Алиса Львовна…

АЛИСА. Я же сказала, вы можете называть меня просто Алисой. Ведь я – ваша ученица.

КИРА. Хорошо. Я только хотела спросить – мы не встречались с вами раньше?

АЛИСА. Возможно. Я не помню. Может быть, у Андрея?

КИРА. Я не бываю у профессора Кольцова дома. Но ваше лицо мне кажется знакомым.

АЛИСА. Потому что оно заурядно. Такие лица встречаются на каждом шагу.

КОЛЬЦОВ. Приступайте к делу, Кира.

КИРА. (Листая книгу.) Я еще не подобрала подходящий отрывок… Вот, нашла.

КОЛЬЦОВ. Тогда я засекаю время. (Включает электронные световые часы.)

КИРА. (Читает, обращаясь скорее к Кольцову, чем к "ученице". Голос ее звучит очень искренно.)

Вы видите меня, синьор Бассанио,

Такою, как я есть. Хоть для себя

Во мне честолюбивых нет желаний

Быть много лучше, но для вас хотела б

Я в двадцать раз свою утроить цену:

Быть во сто раз красивей и богаче,

Чтоб высоко подняться в вашем мненье,

Талантов, красоты, друзей, богатства

Иметь без счета. Но итог мой полный

Вполне ничтожен; в сущности, вот он:

Простая девушка, без всяких знаний,

Тем счастлива, что уж не так стара,

Чтоб не учиться, а еще счастливей, -

Что не глупа и сможет научиться;

Счастливей же всего, что дух покорный

Вверяет вам, мой господин, мой царь.

И я и все мое – отныне ваше.

Вам отдаю; доныне я была

Сама себе царицей; ныне ж, ныне

Мой дом и слуги, я сама – все ваше.

Опускает книгу.

Ровно двадцать строк.

КОЛЬЦОВ. (После паузы.) Очень хорошо. Продолжайте.

КИРА. (Алисе.) Слушайте внимательно.

Вы видите меня, синьор Бассанио,

Такою, как я есть.

АЛИСА. (Неожиданно звучным и выразительным голосом.)

Вы видите меня, синьор Бассанио,

Такою, как я есть.

КИРА. (С неприязненным удивлением.) Вы прекрасно читаете стихи.

Хоть для себя

Во мне честолюбивых нет желаний

Быть много лучше, но для вас хотела б

Я в двадцать раз свою утроить цену…

АЛИСА. (Голос ее потерял уверенность.)

Хоть для себя

Во мне честолюбивых нет желаний… нет желаний…

Но для вас хотела б…

КИРА. (С удовлетворением.) Вы ошиблись, Алиса. Будьте внимательны.

С торжествующей улыбкой нажимает кнопку. На экране компьютера высвечивается цифра “20”. Алиса не реагирует на наказание.

Повторим эти строчки.

Хоть для себя

Во мне честолюбивых нет желаний

Быть много лучше, но для вас хотела б

Я в двадцать раз свою утроить цену…

АЛИСА. (Повторяя.)

Но для вас хотела б

Я в двадцать раз свою утроить цену.

КИРА.

Быть во сто раз красивей и богаче,

Чтоб высоко подняться в вашем мненье,

Талантов, красоты, друзей, богатства

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.