Даниил Мантуров
Путешествие между мирами и другие приключения Шурика

Знакомство

Бывает, сделаешь неаккуратный шаг, не в то время и не в том месте и всё – ты проклят. Обречён болтаться между мирами, не контролируя, что и когда произойдёт.

Началось всё довольно банально, споткнулся я об чью-то клюку, на лекцию торопился, за что и получил ею же по спиняке. Не ожидал я такой прыти от старушки, а последняя с ухмылочкой: «Ну что, милок, ходить не научился, полетай, значитца» – и выкинуло меня родимого из провинциального города областного значения в другой мир. Оно бы вроде и ничего, интересно даже. На стипендию много не наездишься, мир не посмотришь, а здесь, как закрутило меня, замотало между мирами. Я дух не успею перевести, а меня дальше несёт: то на поле брани окажусь, то в чьей-то опочивальне.

За это время я нигде больше суток не задерживался и в одно и то же место дважды не попадал. Перекати-поле сказочных миров. Сколько бы я не звал старушку, сколько бы не падал на колени перед местными божествами – ничего не помогало. Счёт времени, как и вера во спасение от этой круговерти давно уже были потеряны.  Я лишь надеялся на то, что жерло вулкана или подводный мир обойдут меня стороной. Сейчас же вторые сутки, если верить, пробегающим по стенам теням от облаков и внутренней чуйке, сижу в огромном каменном колодце и смотрю на дракона, а он смотрит на меня. Только глазки бегают, наблюдая мои тщетные попытки провалится сквозь землю.

Как я не кувыркался, не бегал и прыгал, лежал и сидел – ничего.

«Место здесь такое, магнитное, – прошепелявил дракон, и улёгшись поудобнее спрятал голову под крыло, – смирись».

Новость меня обрадовала. Есть дракон меня не будет, можно спокойно осмотреться. В тот же миг усталость навалилась на меня, и я уснул.

«Кормить сейчас будут, – толкнул меня дракон, – подвинься». Сверху полетела чья-то туша. «Угощайся!» – пододвинул он ко мне нечто, отчего желудок спрятался за печень, нервно подергиваясь, а кишки завязались в узелок, заявив твёрдое нет.

– Я это, не могу, не принимаю.

– Ну как знаешь. Идти тебе надо отсюда, вон туда, где синим поблёскивает. Скучно будет, – приходи.

Я посмотрел в указанном направлении и обомлел, там был выход. Ну чешуйчатый, ну пройдоха, что-раньше-то молчал? Это действительно был выход – в бездну.

– Соскучился? – дракон явно издевался.

– Никак нет, высоковато. Может вниз есть лаз? – не подал я виду.

– Неа, тока наверх. Я б помог, но у меня лапки, – продемонстрировал он огромные когти, – а ключик от ошейника махонький. Вон на уступочке лежит.

Намёк был понятен, я схватил ключ и попытался вскочить на дракона, но позорно свалился, больно ударившись о каменный пол.

Вдоволь насмеявшись и едва не вызвав камнепад, дракон с лёгкостью подкинул меня на лапке к шейке, прогоготав: «Хилый ты, не выживешь. Возись теперь с тобой».

Ключик щёлкнул, и мы взмыли вверх. Он наслаждался полётом. Ощеривался чешуёй, а затем взымал вверх и стремительно падал, ловя воздушные волны. Я вжался в дракона так, словно приклеился.

«Расслабься, – кричал он сквозь ветер, – ключ нас соединяет». И действительно, я не падал, несмотря на изысканные пируэты нового знакомого.

Дракон остановился на опушке ничем не примечательного леса, каких во вселенной великое множество. Так смесь из кактусов с соснами. Колючий, одним словом. Дракону – это не мешало. Он прыткою ящерицей маневрировал между деревьями, оставляя после себя след бульдозериста-вальщика.

Я облегчённо вздохнул.  Моя тропа вела в другом направлении, где за небольшой поляной красовалась среднестатистическая сказочная деревня. Цилиндры основания с крышами конусами выглядели так, будто вышли из-под руки чертёжника-конструктора. Я даже позавидовал местным ваятелям. Мне со школы никак не давалась округлые формы типичных изделий. Взгрустнув о прошлой жизни, я не заметил, как добрёл до края деревни.

–Куды прёшь? Линии не видишь? За проход плати», – визжал мальчонка, ростом мне по колено. На пыльной дороге палкой была прочерчена линия. Я пытался обойти, но мальчонка прытко продлевал линию.

– Нет ничего, – после нескольких попыток сел я на дорогу.

– Совсем ничего?

– Нет.

– И в кармане?

– Нет, – соврал я. В кармане лежал оторванный от собрата один наушник. Это был НЗ на случай если совсем прижмёт. Диковинная, но абсолютно бесполезная вещь, которую можно было загнать местным знатокам невиданного за кусок хлеба с мясом. За неделю перемещений я опустошил весь рюкзак. Загнал торговцам магией учебник по вышке, пару тетрадок в клетке на пружине с "заклинаниями" и валявшийся в кармане рюкзака разряженный плеер с СД-картой, которую дал в нагрузку за бутыль воды. Лишь после нескольких перемещений я осознал, что был глупцом. Каждая страница тетради тянула на полноценный обед и суточный кров. Наушники пошли в оборот кусками. Первым был продан штекер, затем куски проволоки, один наушник. Мне было стыдно. Чувствовал себя конквистадором, скупающим местные богатства за ненужный хлам. Голод научил меня воровать в самый последний момент перемещения, и я клялся сам себе, что обязательно возмещу потери невинных торговцев. Через несколько месяцев глушил совесть мантрой «Я светоч науки, несущий технологии одного мира другому», и мочил куски хлеба в собственных слезах. но наушник был неприкасаемым.

– И еды нет?

– Нет, – вздохнул я.

– И у меня нет, – еще громче вздохнул мальчишка и сел по другую сторону линии.

– Так беги домой, поешь.

– Дома нет, один я, – опять громко вздохнул он.

– Пойдём искать, – посадил я мальчонку на шею.

На улицах никого не было: открытые двери демонстрировали нехитрое убранство круглых комнат, во дворах валялась сломанная утварь и потрёпанная одежонка огромных размеров.

– Увели всех, а я спрятался.

– Куда?

– Туда, – махнул он рукой в сторону горизонта.

– Запасы забрали?

– Забрали, – мальчонка почти плакал.

– А что вы ели?

– Рыбу ловили, но одному не справиться.

Мы пошли на местную речку, в которой плескались огромные существа, отдаленно напоминавшее наших тритонов.

– Они?

– Нет, ты что…Это их корм. В засаде надо сидеть.

В этот момент из воды выпрыгнуло нечто золотистое. Я обомлел. А мальчонка закричал: «Лови его, ловииииииииииии!»

В тот же миг небеса разверзлись напалмом и «карасик», распространяя ароматы жареной рыбы упал к нашим ногам.

Мальчонка визжал от радости и накинулся на рыбину, прокладывая себе путь под чешуйчатой кожей.

– Руки-то помыли, – загоготал дракон и обдал меня струёй воды из левой ноздри, – угощайтесь, как знал, без меня не справитесь.

– Тише ты ребёнка напугаешь.

– Этого что ли? Так это мой друган, подкармливаю.

Я запутался в социальных связях: как, кто, зачем и почему?

– Ешь, – толкал меня дракон, – тоже хочется и с собой возьми.

– Да здесь на всех хватит…

– Не уверен, пропищал мальчонка, – обгладывая пузо «рыбки».

Я принялся есть, пока не почувствовал, что еще немного и лопну. Сделал запас: напихал в рюкзак, завёрнутые в большие листы соседнего дерева, жаренной филейки.

Рядом со мной плюхнулся детина. Рубашонка пошла по швам, а брюки превратились в забавные шортики.

– Давно тебя не было, бро, – он явно обращался к дракону, который, словно домашний кот, мурчал, вылизывая обглоданный скелет.

– Чёрные, – промурлыкал дракон.

– К чёрным пойдёшь? – толкнул меня в бок детина.

– А куда он денется, – увалился на место рыбки дракон, продолжая мурлыкать, и закрыв глаза, захрапел.

Чёрные, детины и рыбки никак не умещались в моей голове. Я за последнее время разное повидал. Галопы по местным Европам довольно познавательны. "Вот взять хотя бы, нет, или вот", – сон под мурчание дракона подкрался и ко мне.

Снились хорошенькие девицы в ярких сарафанах и цветочных венках, а откуда-то снизу шло тепло.

«Отдаст как миленький», – доносился до меня звонкий голос, пляшущих девиц, – поджариться, ключик то и выпадет».

Я смутно видел у себя под ногами костёр и скукоженного дракона. Пронзительный голос мальчонки разорвал остатки сна: «Прыгай на Гошу!». Верёвки ослабли, и я полетел на чешуйчатые шипы дрожащего зверька.

От страха Гоша взмыл в небо, поливая сверху кострища и девиц струёй воды.  Девицы что-то кричали и грозили нам, а мальчонка заливался смехом, стараясь удержаться на крыле.

– У Гоши в лапках бочка? – почти догадался я, откуда бьёт струя.

– Бочка, – не понял вопроса мальчонка и вновь покатился со смеху, вовремя зацепившись за край крыла, – У Гоши в брюхе почка!

Я заглянул под крыло. Гоша мочился на бегающих девок, бил прицельно по каждой и приговаривал: «Нельзя обижать Гошу!», а я задумался над размерами и объёмами, прикидывая, сколь же ещё будет длиться представление.

Такой объём информации не мог уместиться в моей маленькой голове, и я забил на аналитику, наслаждаясь зрелищем поверженных врагов.

Гоша, хоть и был драконом большим и грозным, оказался очень добрым и трусливым. Можно даже сказать слабохарактерным. Приземлившись на безопасной территории, я решил заняться воспитанием гуттаперчевого дракона.

– Зачем ты с ними так?

– От страха, – честно признался дракон, ковыряя подлесок огромным когтем. – Но не жечь же их, право, а друзей выручать надо.

– Резонно, – заметил я, – а выпустить воду из ноздрей?

– Зачерпнуть было негде, – захихикал дракон.

– А зачем они тебя того?

– Кататься хотят!  – упал на спину дракон от хохота и повалил пару близстоящих деревьев, отчего в небо взмыла стая птиц с хоботами вместо клюва.

– У вас здесь орнитологический рай, – вспомнил я соседа по съемной квартире. – Дарвин в гробу переворачивается.

– Дарвин-шмарвин, припасы давай! – потребовал мальчонка, съёжившийся до прежних размеров. – Сколько учу тебя, Гоша, всё без толку. Сначала еду собери, а потом уже шмаляй из трансбойта. Поджог бы пару, остальные того, сами бы сбёгли. Снайпер.

Достав из рюкзака рыбу я стал воочию наблюдать как растёт тело нового знакомого.

– Чё уставился? – зачавкал Арин с набитым ртом. -Ем расту, не ем – уменьшаюсь. Природа позаботилась о выживании. Вижу не местный ты, дам тебе полный расклад, – перестал он претворятся ребенком.

Арин, так звали мальчонку-переростка, нашёл Гошу ещё яйцом и стал ему приёмным родителем. Играл с ним, воспитывал и даже научил ловить рыбу, но главное, сделал его защитником деревни. Пришли главные враги атмийцев, так звалось племя Арина, за данью, а Гоша им бока попалил. Стали теперь черные на Гошу охотиться. По-разному пытались: ловушки строили, деньги предлагали, измором грозили – всё без толку. Рассказали о Гоше колдуну, живущему в горах, тот сделал ключик магический. У кого ключ в руках, тот и правит Гошей. Околдовал чешуйчатого, уволок на высокую гору, спрятал в огромную пещеру, но опростоволосился – уронил ключ, когда кормил. Теперь я нашёл ключик и стал хозяином Гоши, но разбить связь непросто, надо убить владельца, а лучше сжечь. Воинственное племя бабсштат прознало о том, что Гоша на воле, и задумало его похитить.

Рассказ почему-то мне не понравился. Даже холодок пробежал по спине.

– Я, как всегда, всех спас, – зевнул Арин. – Не дрейфь, – хлопнул он меня по спине. – Найдём другого колдуна, решим проблему. А пока подежурь. На Гошу надежды нет, трусливый больно.

– Добро, – сон после такого рассказа как рукой сняло. Быть сожжённым заживо совсем не улыбалось.

Я осмотрелся по сторонам. Везде мерещились охотники за ключом. Прислонившись к огромной спине Гоши, я вспомнил о продавленном диване, в котором впивались в бок уцелевшие пружины и произнёс: «Домой бы сейчас».

Вдали слышался шум проезжающих машин, а мы сидели на пустыре застраиваемой городской окраины.

Теория и практика магического реализма

Отец оказался прав, – разочарованно протянула старуха, сидевшая на пластиковом ящике из-под фруктов. – Пять часов я надеялась, что больше не увижу рохлю с рынка, но Пророчество, – ударила она клюкой по собственной ладони.

– Два года, – поправил я выжившую из ума старуху и инстинктивно вжался в дракона, пихая его локтем. Пусть шмальнет разок предупреждающим.

– Разные вековые пояса, – откинула старуха капюшон, и я увидел светловолосую девушку. – Проверим, – она сняла заплечный рюкзак, который под плотным чёрным плащом играл роль горба и достала свиток.

Верьте, и время спасенья придёт

Воин однажды дракона найдёт,

Станет спасителем и королём.

–Кто же отважиться стать дураком, – свесился со спины дракона Арин, зевнул и уставился на девушку. – Стихи читаем или опять бабсштат напал? – протёр он глаза. – А, создательница порталов, – потерял интерес Арин к девушке и обратился ко мне. – Достали. Сколько раз им талдычил, что нашёл яйцо, а не дракона. Сожрать хотел, но на шип накололся, а затем вновь посмотрел на девушку. – Кем из них будешь?

– Милой.

– Кому как, – захохотал Арин и от смеха скатился со спины дракона прямо под клюку. – Ранговая? Извини, не признал, – поклонился он девушке и сел рядом со мной. –За ним пожаловали или за драконом? – не мог уняться он. – Зверя найдёт и смертью падёт.

От этих слов мне немножко поплохело и я ещё раз ткнул дракона вбок. Пора бы уже разобраться с филиалом бабсштата.

– Гоша, – приоткрыл один глаз чешуйчатый, потянулся и сшиб хвостом ближайшее  дерево. На боевого он точно не тянул, даже не почесался в незнакомой обстановке, не принял боевую стойку до момента опознания "свой – чужой", а беспробудно спал в самый ответственный момент.

– Шурик, -поддержал я флешмоб на имена в надежде на то, что моё не совпадёт с героем пророчества.

– Шурик, – передразнила меня Мила, – Был бы Александр, быстрее обернулся, – не оценила мои старания белобрысая и принялась рыскать в рюкзаке. – Братец тоже молодец, – приговаривала она. – Координаты указывают на него и по всем параметрам проходит. Проверь! Взял бы и сам проверил, – ворчала Мила пока не достала два свёртка и кинула их Арину.

– Один еда, другой – одежда. Пока её будешь носить, рост не поменяешь.

– Не может быть, подскочил Арин и, наблюдая за клюкой, начал отступать к придорожной лесополосе.

– И не надейся, – взмахнула Мила клюкой и Арин пал наземь со связанными ногами. Приложился головой о камень и ушёл в бессознательное. Пока Арин звал Таноса. Мила прокрутила немного свиток и продолжила:

Без друга не выживет наш удалец,

Растущий малец и бесстрашный боец

Его поведут, зверью отдадут.

Дальше неразборчиво, отец как раз над расшифровкой работает. Переводит с саламандийского на наш.

– Боги, – очнулся Арин, – единственная благая весть за все лето. А где мы? – уставился он на звёзды. – Небо не наше, да обстановочка смущает, – огляделся он по сторонам, сел, потянул носом и протянул руку в сторону свёртка.

– На Земле,  – ответила на его вопрос Мила и стала поторапливать Арина. – Ешь и одевайся.

– Вижу, что не в горах, – развернул Арин первый свёрток и удавом заглотил шаурму из ближайшей забегаловки, потянулся ко второму и достал из него брендовый костюм от Абибас с рабочим названием "гоп-стоп",

– Планета Земля, – уточнил я.

– Мир такой, – добавила Мила, – отсталый и низкотехнологичный.

Я аж подавился от возмущения и уставился на Арина, который начал быстро менять свою форму от круглой до квадратной, от вытянутой до сжатой и замер перед нами в образе пятиконечной звезды.

– Эх, – вздохнула Мила. – Просила же повара соус не класть. Экось гуттаперчевого расхомячило. Придётся ждать.

– А мне? –  тянул когтистую лапку Гоша, стараясь попасть ноготком прямо в рюкзак.

– А тебе дом с окном, – достала Мила из рюкзака шкатулку и кинула её на землю. В ту же минуту дракон уменьшился до размеров ящерки и сопя от натуги полез в деревянную коробочку.

–Мне ничего не надо, обойдусь, – встал я на ноги и раскланялся. Спасибо, что доставили обратно . Удачного поиска героя, а мне домой пора, уроки делать, – попятился я к трассе, оценивая шансы добежать до последней  до взмаха клюки. – Погоди, вместе пойдём, – уставилась на меня белобрысая. – Сейчас Арин перетрасформируется и мы отправимся к тебе в гости. Пригласишь?

– У меня к чаю ничего, ключ потерян, адрес безвозвратно забыт, дома беспорядок, и я не один, с Колей, а он парень замкнутый, интроверт, одним словом, гостей на дух не переносит, – вбил я последний гвоздь в гроб гостеприимства, заявив сказочной нечисти решительное нет.

–Это неважно, – пропустила мою тираду Мила, – Моя задача обучить потенциального героя магии, – откинула она плащ, встав в горделивую позу.  Порыв ветра поднял кусок материи и Арин, пытавшийся влезть в спортивный костюм, присвистнул. Окинув взглядом отрывшиеся формы, я чуть не последовал его примеру, но вежливо промолчал. Мила смутилась, словила развивающиеся полы и строго посмотрела в мою сторону. – Готов?

– Через пустырь пойдём или по асфальту? – сдался я своей судьбе. Был шанс из потенциального никогда не перейти в реального.

– Через портал, – провела Мила клюкой у нас над головами, и вся компания оказалась в комнате съёмной квартиры с нехитрым убранством. Я тут же запнул под свой диван коробку из-под пиццы, а под шкаф пару скрюченных носков. Про уборку, точнее, её отсутствие, была чистая правда.

Арин не растерялся и быстро нашёл по запаху кухню, навсегда застряв в её недрах. Дракон пискнул что-то о равных правах сказочных существ и потребовал вернуть ему нормальный размер, но Мила была непреклонна. Она в нерешительности замерла посередине комнаты, брезгливо оглядывая диваны «кому за пенсию». Увидев ее нерешительность, я аккуратно скинул на пол крошки от чипсов с единственного прочного стула и предложил Миле присесть. Повисла тишина, и смутная потеря заскреблась в моей тощей душонке.

– Коля где? – оглянулся я по сторонам, представляя, как сосед, увидев вторжение, прячется в комнате заседаний аккурат между ванной и унитазом.

– Он в лучшем мире, – подмигнула довольная Мила и увидев мое ошарашенное лицо, уточнила, – с моей сестрой, – клюка взлетела вверх, и я увидел довольного соседа с набитым попкорном ртом. Рядом сидела копия Милы. – Кинотеатром наслаждается, чёрт его дери, – насупилась Мила и плюхнулась на мой диван.

– Упс, – не успел я предотвратить неизбежное и услышал ожидаемое "ой".

Мила подскочила, крича что-то на волшебном, и тут же наставила клюку на торчавшие пружины. – Сжечь!

Надо было спасать родимый лежак и я, заключив разъярённую деву в крепкие объятья, утонул в сказочных вселенных ее бездонных глаз.

– Как продвигается пророчество? – выглянул из кухни жующий Арин, довольно хрюкнул и вернулся к продуктовым изысканиям.

Мила выскользнула из моих объятий и, поправив плащ, присела на заботливо предложенный стул.

– Приступим, – оценивающе посмотрела она на меня. – Ты уже знаешь, что наш мир, в отличие от вашего, не ограничен безжизненным космосом, – встала она со стула и зашагала по комнате. – Там, – прорезала она клюкой воздух и я увидел летящую с огромной скоростью черепаху, – ваши физические законы не работают, – панцирь с крыльями разбил форточку и скрылся в синеве безоблачного неба, – так что твои книжонки больше не понадобятся, – ткнула она клюкой в стопку книг, и библиотечная собственность превратилась в кучу пепла. – Следовательно, – приподняла Мила клюку вверх.

– Ты не могла бы поаккуратнее, – решил спасти я остатки квартиры и продолжить начатые обнимашки, как раздался пронзительный выстрел. Дракон приподнял крышку шкатулки, зевнул и, решив не вмешиваться до особых указаний, захрапел.

Около холодильника сидел круглый Арин с лопнувшей резинкой абибасовских штанов и треснувшей молнией олимпийки.

– Ты говорила, я больше не выросту, – икал он.

– Ты не вырос, а растолстел, – ошарашенно смотрела Мила на лежавшие вокруг Арина пустые банки и упаковки. Месячный запас двух студентов был за несколько минут уничтожен прожорливым иномирцем. – Дарсвин эрус хрюн, – ткнула Мила клюкой в Арина и я увидел грустно-тощего гуттаперчевого в окружении полной тары. – Расставь всё по полкам и больше ничего не трогай, – приказала она Арину и повернулась ко мне. – Так о чём это я? Твои книжонки больше не пригодятся, а вот моя в самый раз, – вернулась она в комнату и выудив из рюкзака огромный гроссбух, примостила его в изголовье ощерившегося пружинами дивана. – Учи. Надеюсь, земного часа тебе хватит.

– Часа? – обвёл я взором манускрипт и попытался открыть. Хоть картинки посмотрю. – Может, сразу с волшебной палки начнём, – назвать клюку палочкой было бы не комильфо.

– Книги не открывают, на них спят, – презрительно посмотрела на меня Мила. – Ложись.

– Слушаюсь и повинуюсь, – склонился я перед ней, скривив улыбку. Маневрируя между пружинистыми штырьками любимого дивана, я положил затылок на книгу и замер в ожидании чуда. Ничего.  С тем же успехом можно было положить под подушку учебник, английского и надеться на то, что поутру будешь шпарить на чистом иностранном.

Лёгкое пощипывание шеи заставило меня изменить своё отношение к манускрипту.  Знания об устройстве чужих миров впитывались в кожу, проникали через костные швы и острыми пиками вонзались в мозг.  Я попытался встать, но не смог оторвать голову от импровизированной подушки. Манускрипт накрепко втянул меня в своё нутро. Быть заживо съеденным книжным монстром совсем не улыбалось.

– Дыши! – голос Милы вернул меня к действительности. – Расслабься и не думай.

– О чём не думать? – уточнил я инструкцию.

– Ни о чём не думай.

Ни о чём не думать я не мог. Отчего-то вспомнился Гоша и племя бабсштат, которые водили хороводы по моим извилинам, а дракон-снайпер отважно закрывал своим телом информационный поток. Я порадовался тому, что чешуйчатый сидит в шкатулке, а не топает своими лапищами по хлипкому полу, выставив огромный хвост в разбитую форточку и глупо захихикал. Стало легче. Я почувствовал тепло и лёгкую эйфорию. Предложенный Милой способ был рабочим и заслуживал дорогу в массы. "Узнать бы принцип, запатентовать и продавать", – купался в прогнозируемой славе и наслаждался шуршанием купюр. Воображение рисовало огромные билборды  со слоганом «Полный курс не вставая с дивана» и огромные очереди в маркетплейсах.

– Всё! – вырвала меня из грёз бессердечная Мила.

– Как всё? – прислушался я к своим ощущениям. Покалывание действительно ушло, но умнее я не стал.  Даже местами поглупел. Знания по сапромату напрочь выветрились из головы, хотя кого я обманываю. Мысли о предстоящей сессии вытеснили всё прекрасное.

– Чем у вас голова забита? -чувствовал я пронзительный взгляд препода.

– Волшебством! – опять захихикал я, представляя его вытянутую рожу.

– Процедура прошла успешно, – оценила моё состояние Мила и я ощутил себя магом восьмидесятого уровня.

– Голова неподъёмная, – груз полученных знаний ощутимо давил на затылок.

– Впитаться должно, – успокоила меня Мила и свистнула Арина, – Помоги пророчеству подняться.

Исполнительный Арин схватил меня за уши и дёрнул вверх, чуть не оторвав последние. В зеркале напротив лежбища отражалась лампочка Ильича. Сквозь выпученные глазные яблоки я видел огромный шар с голубым свечением.

– Вот ты какой взрыв мозговой, – заговорил я стихами.

– Попрыгай, – предложил Арин и протянул руку помощи. – Я всегда так зерно утрамбовываю. Беру мешок и трясу его со всей силы.

– Ни нада, –  вжался я в диван, представляя, как вся эта громада начнёт мотыляться из стороны в сторону.

Увидев меня, Гоша заскулил и забился в угол шкатулки. Арин давился смехом, и только Мила с интересом следила за моей перепрошивкой.

– Как там у вас говорят, первый блин комом? – улыбнулась она.

– Да, – сглотнул я, со страхом предвкушая второй гроссбух. Ещё одного обновления мой организм точно не выдержит.

– Вот и прекрасно, -похлопала меня Мила по плечу. – Ты минул стадию комы.

"Кома", – хотел поправить я Милу, но решил не лезть в волшебно-педагогические дебри.

Постепенно свечение растеклось по телу, пропитало каждую клетку и лучами устремилось в неизвестность, унося за собой разбившееся сознание. Голубые огоньки манили, и я бесстрашным мотыльком летел по туннелям мирозданья, пытаясь собрать их в единую картину. Проникая во вселенные, я делал пространственно-временные зарубки, по которым мог, выискивая частичку себя проникать в другие измерения. Я был одновременно всем и не хотел вновь становиться Шуриком. Выскочившая из ниоткуда рука, вернула меня в собственное тело.

– Урок первый – не теряй связующую нить, – сказала Мила, – Впереди практическая часть.

– Тащи второй том. Приступим. – приготовился я к следующей экзекуции.

– Ручками придётся поработать, – клюка взлетела и обрушилась на предплечье. – Защищайся.

– Как? – пригнулся я, вспоминая все приемы, выученные в секциях по шахматам и моделированию.

– Всё у тебя в голове, – лупила он меня прочной клюкой. Пуховая подушка, выставленная в виде щита, взорвалась под очередным ударом и осыпала нас перьями.

Практика буксовала. Двухсотый удар в очередной раз отправил меня в объятья к пружинистому другу, а обессиленная Мила упала на соседний диван и взмолилась на волшебном.

– Или я тебя убью или ты станешь воином. Нападай! – вскочила она и вновь замахнулась клюкой.

– Скрыться от тебя сейчас моя мечта, – сгруппировался я и бросился в атаку. Шмякнулся лицом в мокрую траву и открыл глаза. Приподнялся и огляделся: горы, запах цветов и лёгкий ветерок играющий листьями ближайшего куста. Рядом стояла деревянная шкатулка, из которой торчала любопытная драконья морда.

– Свобода, – выскочил Гоша из шкатулки и вернул себе привычный объём.

– Свобода, – тихо сказал я, высматривая в кустах Милу. – Свобода! – закричал я и распластался в мягкой траве. Испуганные птицы взмыли вверх, и я был приятно удивлён привычным дроздам.

Постепенно холод проник в измученное Милой тело, которое нещадно ныло. В животе заурчало, и я вспомнил, что давно уже ничего не ел. Надо было выбираться из собственной ловушки.

Из тысячи просмотренных роликов по выживанию я помнил только два слова: мох и компас. Первый отзывался лучистыми долинами, о которых я раньше ничего не слышал, а второй был брелоком, подаренным однокурсницами на двадцать третье февраля.

– Будем искать дорогу по мху, – поднял я с умным видом палец, – Определим это самое, ну, как там его.

– Не надо по мне ничего определять, – раздался писклявый голос. – Я тебя не трогаю, и ты иди мимо.

– Мох? – нагнулся я к зеленоватому камню.

– Мох, иди, пока не сдох, – прошла волна по самому верху зеленоватого нароста.

– Опять разворчался, – повернул синюю головку колокольчик и чихнул. – Где твоё гостеприимство.

Я посмотрел на примятую траву, ожидая возгласов возмущения, и по очереди поднял ноги – тишина.

– Что с тобой? – открыл один глаз дракон.

– Ничего, – скрыл я от друга небольшое помешательство и продолжил. – Раз по мху не получилось – применим компас, вот он на ключах, – стрелка последнего изображала вертолёт и отчаянно билась об стекло. – Ясно одно, мы в сказочном мире, – изрёк я, – а здесь, Гош, твои владенья.

– Есть хочешь? – приоткрыл дракон другой глаз и зевнул.

– И пить, водички бы сейчас – меня обдало ледяной водой, и даже вежливый колокольчик не смог сдержать зычного хохота, – бутилированной, – уточнил я и обомлел. В руке оказался бутылка с водой. – И пиццу, – произнёс я и замер. Круг «маргариты» упал на траву и был тут же уничтожен прожорливым драконом. – В коробке и колы, – повеселел я. В огромном коробе заплескалась газированная жидкость, которая тут же исчезла в огромной пасти. – Пиццы в коробке, три, – посмотрел я на дракона, – газировку в бумажном стакане, со льдом, стул походный складной и столик маленький такой же, а лучше шезлонг, – наслаждался я неожиданными дарами. – Поедим и в путь, – последний кусок явно был лишним.

– Зачем? – перевернулся дракон брюхом кверху.

«Действительно, зачем? – подумал я. – Проведу здесь месяц – другой, а потом загоревший и отдохнувший вернусь к привычному ритму. А лучше здесь останусь. Пожелаю дом с павлинами и тачку». Вокруг заметно похолодало, в глазах помутнело, и я почувствовал жар. Сначала исчез столик, а за ним и шезлонг.

– Доколдовался, неуч, – услышал я сквозь пелену саркастический хохот мха и пожалел о своём бегстве.

– Домой, – прошептал я из последних сил и почувствовал родные пружины.

– Вернулись, – всхлипнула Мила и утёрла красный носик. – Что ж ты Гоша за потенциальным героем недосмотрел? – обрушилась Мила на дракона. – Мне за него, – провела она клюкой по шее и посмотрела в мою сторону. – За теорию тоже незачёт, на последнем желании вернулся, а, значит, и самосохранение не сдал. Возись теперь, – всхлипнула она и выдавила слезу.

– Я к нему в няньки не записывался, – пискнул дракон. – Не пропадёт. С цветами болтает, пиццы швыряет, чем не маг? Не рассчитал малех, комфорту захотелось, вот и иссяк быстро.

– Контролю научить твоя задача, – выглянул из кухни Арин. – Помню, достал я Гошу из скорлупы, лыбится, дурачок, лапки тянет, а мне от голода уже кишки свело. Либо он, либо я. Так вот, сую его в рот, а он целоваться, как после такого есть? – расчувствовался гуттаперчевый. – Главное –  контроль.

– А мне ты эту историю по-другому рассказывал, – пискнул дракон и тоже прослезился.

– Ещё немного и потоп, – проворчал я и отвернулся, пряча дёргающийся глаз. Слишком мило выглядела сказочная свита.

– Закон второй, – повеселела Мила. – Не бывает, ничего из ничего.

– Закон сохранения энергии, – блеснул я знаниями. – А говоришь, наши законы не работают.

– Межвселенская почта, – на потолке появился огромный рот и один глаз, оценивающий обстановку, – для героя и его свиты. – лицо исчезло, и мне на голову упал свиток.

– Читай! – уставились все на меня. Непонятные символы меняли очертания, как только я касался их взглядом, и возвращали свою первоначальную форму. Я в составе команды из Гоши и Арина был принят на должность создателя порталов и должен был незамедлительно явиться в Школу боевых искусств.

Школа боевых искусств

Взмах клюки и мы оказались в огромном зале, увешанном картинами, медалями, кубками и прочей атрибутикой спортивных достижений.

– Стойте здесь, – шикнула Мила. – И ничего не трогайте, – строго посмотрела она на Арина.

– Как скажешь, – выпрыгнул Гоша из шкатулки и, приняв свой объём, с радостью отправился в погоню за собственным хвостом. Последний никак не хотел сдаваться и решил спрятаться на стене. Грохот и треск, падающих предметов перекрылся драконьим «Ох!». – Это всё он, – показал Гоша на острую кисточку и оскалился в деланной улыбке.

Мила закатила глаза и взмахом клюки приклеила нас к полу.

– Ждите! – исчезла она в дверном проёме.

Тут же появился человек в чёрном облегающем трико и потребовал документы.

– Бумаги давай.

– Какие? – судорожно принялся вспоминать я где паспорт.

– Все давай.

Арин выхватил у меня свиток и протянул человеку в чёрном, тот присвистнул и испарился.

– Облапошили, как есть облапошили, ни денег, ни документов и сами мы не местные, – причитал Арин, дёргая бегунком от молнии олимпийки. – С детства чёрных не люблю.

– Расизм не есть хорошо, – ответил я на автомате.

– Есть всегда хорошо, – ответил Арин и обратился к дракону. – Вот ты, Гоша, любишь чёрных?

– Неее, – протянул дракон, – Шерсть в зубах застревает.

Пока Арин с Гошей обсуждали недостатки своих врагов, я пялился на стены, с коих на меня глядели существа различных миров. Непонятные символы сканировались, переваривались в глубинах мозга и выдавались на-гора в виде данных: кто, где и за что. Больше всего меня поразили клопы. Эти мелкие создания набрали больше всего наград.

– Мал клоп, да вонюч, – засмеялся я, подсчитывая трофеи. Одна из картин расслоилась, и её обитатель вывалился на пол.

– Слышь, ты кого вонючкой назвал, – росла передо мной серая фигура насекомого.

– Гы, – повернулся к нему пастью Гоша и клоп позеленел, надулся и обдал всех удушливым выхлопом.

– Кто напугал клопа? – взвизгнул Арин, закашлялся и потерял сознание.

Дракон принялся чихать, а внезапно появившиеся ниндзя, тут же испарился.

– Что вы опять натворили? – выскочила Мила, и я поспешил исправить свою оплошность.

– Среди смрада от клопа не хватает нам окна, – взмахнул я рукой, и на противоположной стене образовалась дыра, в которую вместе с ужасным запахом стало засасывать спортивные трофеи. – А, а, а, – потерял я дар речи.

– Ты безнадёжен, – взмах клюки остановил созданное мной безобразие, а Мила разрыдалась, – За что мне это?

– Отставить слёзы, – вновь появился парень в чёрном. – Теперь они переходят под мою ответственность, а ты – строго посмотрел он на Милу, – наведи здесь порядок: верни трофеи и выгони клопов. Совсем одолели, попрячутся по рамам, спасу от них нет. – За мной, – скомандовал он и мы оказались во дворе древнего монастыря. – Нам туда, махнул ниндзя рукой в сторону другого здания. – Если поторопитесь, к ужину успеете.

Мы шли, шли, шли, а монастырь всё не приближалось и не приближался. Ниндзя достал дощечку и сделал на ней отметки:

– За выносливость – отлично, а сообразительность хромает.

– Вижу дом я впереди, надо побыстрей дойти, – затараторил я и почувствовал, что ноги прибавили шагу.

– Неплохо, – покачал головой ниндзя, – а другие? – строго посмотрел он на меня. – Запомните, вы команда. Ждём, что другие придумают.

– Рискну, – взмыл вверх дракон, сделал круг и подкинул нас к себе на спину.

– Отлично, – похвалил нас ниндзя, – сработаетесь. – Мы уселись поудобнее и полетели.

– Урок третий – расстояния в сказочных вселенных вещь обманчивая, поэтому лучше лишний раз прокатится, чем пройтись, – резюмировал Арин.

Мы летели, летели, летели, а монастырь не приближался. Я уже начал понимать, что подвохи ещё не кончились, а уроки набирают обороты.

– Мы дорогу сократим,

время вмиг опередим,

Ужин ждёт нас впереди,

 Ты ворота отвори.

– Сворачивай, – крикнул Арин, и дракон ушёл в крутое пике.

Внезапно выросшие стены позволили мне почувствовать себя клопом.

Дракон пошёл на посадку и плавно приземлился около входа.

Я сполз с дракона и качаясь обратился к стоя́щему у входа старичку с белыми длинными усами:

– Как-то уж всё у вас запутано, – за что тут же получил по коленям и рухнул в поклоне.

– Вежливость, молодой человек, сначала вежливость, – сказал дедок и Арин с Гошей, не дожидаясь палочного приглашения, рухнули на колени.

– Хороша, – облизнулся Арин, – глядя на дедовскую клюку.

– Заслужить надо, – отозвался дедок и обрушил свою мощь на гуттаперчевую спину.

«Да, про основы гуманной педагогики здесь даже не слышали», – подумал я и тут же почувствовал силу дедовской клюки.

– Мысли материальны, – перетянул он меня ещё раз из гуманных соображений.

Сопровождающий нас ниндзя протянул старику дощечку с оценками и растворился.

Последний посмотрел, хмыкнул и сказал: «Приняты».

Милу я больше в этот день не видел. Нянькой, то есть наставником, к нам приставили помесь Тигры с Кенгой из Виннипуха. Он без устали прыгал, дёргал передними лапками и болтал о прелестях местной школы. Куртка от белоснежного костюма, постоянно задиралась, обнажая огромный полосатый хвост, опоясывающий сильные ноги. Я ещё не научился быстрому переводу и постоянно зависал, стараясь понять, что он щебечет. Остальные радостно кивали в такт и присвистывали.

– Наша комната, –  толкнул Кенти, так я обозвал нашего сопровождающего, массивные двери, и я оглох от лавины чужого гогота. В уходящем вдаль тоннеле стояли ряды двухъярусных кроватей вокруг которых сидели, лежали, прыгали невиданные существа, – Ваше место, – ткнул Кенти в угол.

– Две? – прищурился дракон, – Чур моя сверху, – крикнул он и тут же взлёт на верхнюю кровать, шмякнулся, обрушив два яруса.

– Меня предупреждали, – ударил себя по лбу Кенти, – но я и  не предполагал… Тут же объявился чёрный ниндзя и, что-то шепнув Кенти, опять исчез. – Как? – Достал он из потайного кармана свиток. – Напутают в канцелярии, а ты отдувайся – Кенти окинул нашу компанию недоумённым взглядом и нехотя процедил. – Ошибочка вышла, следуйте за мной. Дракона спрячьте, пока он нам весь монастырь не разнёс.

Завернув за угол бесконечного коридора ,мы уткнулись в резные двери.

– Ваша комната, дальше сами, – развернулся Кенти и заворчал. – Развели героев, плюнуть некуда. Вот какой из тебя спаситель? – ещё раз недоверчиво посмотрел он на меня. – Мало ли, дракона нашёл.

– Технически дракона нашёл я, – выпятил грудь Арин.

– Ещё один, – насупился Кенти и удалился.

– Технически дракона нашёл я, – передразнил Арина Гоша. – А как же яйцо?

– Сейчас бы поужинать и спать, -мечтательно протянул я и открыл дверь: кровать, шкаф и стол. «Неплохо», – подумал я, прилёг на кровать и не заметил, как уснул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.