Александр Майлер
Игра всесильных

…что бы делало твоё добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с неё исчезли тени?

М.А. Булгаков «Мастер и Маргарита»

© Александр Майлер, 2021

© Общенациональная ассоциация молодых музыкантов, поэтов и прозаиков, 2021

Александр Зиновьевич Майлер родился 3 марта 1945 года в Москве. Окончил Московский инженерно- строительный университет в 1967 году, кандидат технических наук. После окончания университета с 1967 года в течение 38 лет проработал в инженерно-строительном научно- исследовательском институте «ВНИИМСС», занимая должности от научного сотрудника до генерального директора, возглавляя научно- исследовательский институт в течение 14 лет.

А. З. Майлер – автор более 50-ти научных работ и множества патентов в сфере исследования новых строительных конструкций.

В сообществе первых российских кооператоров А. З. Майлер с 1988 года был совладельцем ряда частных предприятий в различных сферах деятельности. С 1990 г. по 1993 г. в качестве первого президента возглавлял Московский фонд поддержки малого предпринимательства.

В течение ряда лет А. З. Майлер являлся членом Общественно-экспертного совета по малому и среднему предпринимательству при

Правительстве Москвы, членом Комитета по развитию потребительского рынка Торгово- промышленной палаты Российской Федерации.

В период с 1999 г. по 2010 г. А. З. Майлер был избранным председателем совета директоров «Российской Ассоциации франчайзинга» (РАФ).

С 2013 года А. З. Майлер живет с семьей в Калифорнии, США.

В 2017 году он опубликовал на платформе ЛитРес научно- популярное эссе «Загадочные явления», а затем на той же платформе свои художественные произведения «Любовь „по расчету“» – в 2018 году, «Сашкины незатейливые рассказы» и «Игра всесильных» – в 2020 году.

Глава 1
Вот это встреча!

Ангелина шла к трамваю с глазами, полными слёз. Она не плакала, слёзы не катились из глаз, она их сдерживала, чувствуя, как наполняется злостью. Господи, как я устала от его ревности, думала она, вспоминая свой последний разговор с Серёжей. Главное, было бы к чему ревновать, к «давно минувшим дням» или к несуществующим обстоятельствам.

Трамвай подошёл быстро, но путь был длинным. Она села на одиночное сидение в полупустом трамвае. Внутри было тепло, но не уютно. Ангелина продолжала переживать свой разговор с Серёжей и вспоминать всю историю их любви. Какая-то странная у него ревность. Почему-то его интересуют все подробности её прошлой интимной жизни. Причём, он интересуется не тем, как она жила несколько не очень счастливых лет с мужем, а как она была близка с мужчинами в незамужний период её жизни. Какая же я дура, зачем я ему рассказывала так подробно о Фединых звонках. Не говорила бы, и всё было бы спокойно. Но так уж у нас сложилось, говорить друг другу откровенно обо всем. Ангелина почувствовала влажность под носом и поняла, что у неё из носа пошла кровь, что бывало с ней и раньше в минуты волнений. Врачи говорили, что это не страшно и нужно просто запрокинуть немного голову, а нос промокнуть салфеткой. Она так и сделала, благо что трамвай был практически пуст.

Свою жизнь Ангелина условно делила на две части, до Серёжи и с Серёжей. Жизнь до нельзя было назвать плохой или неполноценной. У неё было все, что нужно обычной московской девушке, заботливая мама, любимая младшая сестрёнка, школа, техникум, друзья. Отношения с противоположным полом складывались не просто, особенно в их начальном периоде. По неопытности первый сексуальный опыт был ужасен из-за её неразборчивости в выборе партнёра. Он был значительно старше неё, его интересовал только грубый животный секс, которого он добился практически насильственным путём. Он жил в соседнем доме на окраине Москвы, где пятиэтажки образовывали большой прямоугольный двор. Именно этого парня с его дружком Ангелина и её подружка пригласили на летнюю вечеринку по случаю отъезда мамы с сестрёнкой на дачу. Вечер кончился потерей девственности с грубым сексом по принуждению. После этого случая её «кавалер» несколько раз, встретив Ангелину во дворе, то ли случайно, то ли подкарауливая её, затаскивал её в свою квартиру, где всё происходило по уже опробованной насильственной схеме. После нескольких подобных «приключений» он от неё отстал: то ли появилась новая пассия, то ли у него кончился счастливый период, когда он жил в квартире один и по окончании дачного сезона вернулись члены его семьи. Она выбросила из памяти эти отвратительные эпизоды её жизни, никому о них не рассказывала, кроме Серёжи, который хотел знать все подробности её биографии, включая самые сокровенные и не очень приятные.

Главным, и самым неприятным лейтмотивом первой «до Серёжиной» части её жизни была нищета. Изматывающее состояние нехватки денег на самые элементарные потребности въелось в её память на всю, как она думала, оставшуюся жизнь.

За две остановки до дома Ангелина решила выйти и пройтись, уж очень противным был дребезжащий на каждом ухабе трамвай. Она перешла на другую сторону и её взгляд коснулся отдельно стоящего одноэтажного здания с большой вывеской «КАФЕ». Раньше это была рюмочная, а потом какие-то предприимчивые люди переделали рюмочную в кафе с большими стеклянными окнами, которое пользовалось довольно серьёзным успехом, обеспечивая широкую публику днём вполне сносными обедами, а вечером большим ассортиментом выпивки и закуски. Все здесь было налажено так, что можно было быстро и прилично поесть за вполне резонную плату, а при желании выпить и закусить, никуда не торопясь. Сервис был очень гибким, предлагая тем, кто торопится, самообслуживание, а тем, кто пожелает, услуги официанта. Принимал заказы за стойкой, выдавал их посетителям и обслуживал клиентов, как официант, один и тот же мужчина средних лет, крепкого телосложения, который каким-то непостижимым образом всё успевал.

Ангелина хорошо знала это кафе, частенько в него заглядывала в обеденный перерыв, когда работала неподалёку. Они с Серёжей иногда приходили в это кафе пообедать и выпить бокал мартини или рюмку чего-нибудь покрепче.

Эти дни позднего лета мама с дочерью Ангелины ещё жила на даче. Увидев знакомое кафе, Ангелина решила зайти и немного перекусить. Она знала, что дома нет никакой еды, а заходить в магазин, покупать продукты, потом что-то готовить не было ни сил, ни желания. Время было вполне подходящее, обеденный народ уже схлынул, а вечерняя публика ещё не нагрянула.

В довольно большом зале было столиков десять, в глубине за ними размещалась стандартная для подобного заведения стойка, а за ней было видно широкое окно в кухню. Зал был совершенно пуст за исключением одинокого посетителя – пожилого мужчины, сидевшего за дальним столом и потягивающего какой-то напиток из большого конусообразного бокала. Ангелина подошла к стойке, заказала салат «цезарь» и уселась у противоположной от одинокого посетителя стены. Хорошо знакомый Ангелине мужчина, обслуживающий посетителей, то ли бармен, то ли официант, а может быть, учитывая его солидность, хозяин заведения, расторопно принёс салат и быстрым шагом направился к посетителю у противоположной стены, видимо узнать, не надо ли что-нибудь ещё. У Ангелины возникло чувство, что она где-то видела этого посетителя раньше. Он был скромно, но добротно одет, ему было лет пятьдесят-шестьдесят, усы и бородка клинышком напоминали персонаж начала двадцатого века. «Наверное мартини пьёт» – подумала Ангелина завистливо, но при всей её любви к мартини, она понимала, что денег нет не то, что на мартини, а даже на газировку.

Официант удалился на кухню и немедленно появился снова, торопливым шагом направляясь к Ангелине и, к её изумлению, неся на подносе большой конусообразный бокал, наполненный, по-видимому, тем самым мартини, о котором она только что думала.

– Я не заказывала, – удивлённо подняла брови Ангелина.

– Вам просили передать это в качестве подарка, – с неуверенной улыбкой произнёс официант.

Ангелина заметила, что посетитель встал и направился в её сторону. Официант, поставив бокал на стол, быстро повернулся и пошёл за свою стойку.

«Господи, только этого мне не хватало!» – подумала Ангелина и сердито посмотрела на подошедшего «дядечку», как она уже мысленно его окрестила.

– Ради бога, не удивляйтесь и не опасайтесь меня, Ангелина Игоревна, – мягким приятным низковатым голосом заговорил посетитель.

– Как же мне не удивляться, если незнакомый человек называет меня по имени отчеству!? – испуганно воскликнула Ангелина, – получается, что вы меня знаете, а я вас нет.

– Вы абсолютно точно описали ситуацию, именно так, я вас знаю, а вы меня не знаете. Но ведь нам никто и ничто не мешает познакомиться, не так ли? Ни в коем случае не думайте, что это банальный флирт старого сластолюбца, просто выслушайте меня совсем не долго, и вы поймёте, что у меня к вам очень важное для нас обоих дело. Вы разрешите присесть за ваш столик и примите в качестве ничтожной компенсации за беспокойство этот бокал любимого вами мартини.

Ангелина внимательно всматривалась в лицо незнакомого дядечки и думала, что все-таки он ей кого-то напоминает, но не более того. Она решительно была с ним не знакома, но чего только в жизни не бывает, она не знает его, а он её знает. Что тут такого? Но что ему нужно от меня? Лицо у дядечки было очень выразительным, чрезвычайно живые, какие-то пронзительные глаза, немного вытянутая назад голова, орлиный нос и довольно благообразные бородка и усы, создающие впечатление некоего академизма в облике.

– Да ладно, присаживайтесь, раз по делу, – ответила Ангелина, заинтригованная нежданной встречей с человеком, который её знает и у которого к ней дело.

– По всем правилам этикета я должен представиться, – с улыбкой начал свою речь незнакомец, – для удобства общения называйте меня Владимир Иваныч.

Он очень значительно произнёс своё имя отчество, и Ангелина про себя отметила, что понятия не имеет ни о каком Владимире Иваныче.

– Так какое же у вас дело ко мне, Владимир Иваныч, – сухо и по-деловому осведомилась она, сделав глоток вкуснейшего мартини.

– Милая Ангелина Игоревна, вы сейчас начнёте удивляться, да так, как не удивлялись никогда раньше и как не удивлялся ещё никто из людей на белом свете.

– Что же вы меня так пугаете все время? Обычно удивляются, когда видят что-то совершенно необычное или слышат что-то сенсационное. Вы на иллюзиониста не очень похожи, а каким я могу удивиться сенсациям, да никаким.

– Вы решительным образом поменяете вашу позицию прямо сейчас, я вас уверяю. Слушайте внимательно, если возникнут вопросы, задавайте без стеснения. Если вы и не читали знаменитое произведение Гёте под названием «Фауст», то уж наверняка слышали о нём.

Ангелина утвердительно кивнула, немного волнуясь, так как разговор, по её мнению, становился не очень обычным.

– Ну вот и прекрасно. Я хочу вам напомнить одну цитату из этого самого «Фауста» в переводе Бориса Леонидовича Пастернака. Вот эта цитата: «часть силы той, что без числа

творит добро, всему желая зла». Речь идёт, как вы конечно же понимаете, о дьяволе, которого Гёте назвал Мефистофелем. Этот же персонаж, правда под другим именем, представлен в хорошо вам известном романе Михаила Афанасьевича Булгакова «Мастер и Маргарита».

– Я читала, даже несколько раз перечитывала, его звали Воланд. А при чём здесь вся эта дьявольщина?

– Все дело в том, что этот персонаж, выступающий в разных произведениях литературы и искусства под различными именами, совершенно реален. И прежде, чем доказать это моё утверждение, я должен сделать одно отступление в виде очень серьёзного комплимента вам, Ангелина Игоревна.

Ангелина слегка порозовела то ли от выпитого мартини, то ли от предчувствия пока неизвестного комплимента. Странноватым был не только этот дядечка и его разговор, но и ощущения Ангелины по отношению к незнакомцу. Несмотря на краткость их знакомства, она почему-то верила каждому его слову и все больше проникалась каким-то не объяснимым доверием в этому Владимиру Иванычу, хотя и была почему-то уверена, что никакой он не Владимир Иваныч.

– Так вот, Ангелина Игоревна, я должен констатировать, что вы не только весьма привлекательная с мужской точки зрения женщина, что, кстати говоря, меня совершенно не интересует, но и обладаете чрезвычайно редким для женщин складом ума. Вы очень хорошо и быстро ориентируетесь в незнакомых для вас понятиях, что даёт вам возможность быстро и точно понимать многие вещи, не известные и не понятные большинству людей. В связи с этими вашими качествами, ну и конечно же в связи с другими весьма серьёзными соображениями, и состоялась наша сегодняшняя встреча.

– Вот интересно, а откуда же вам были известны эти мои качества, если я вас вижу первый раз в жизни?

– Ещё немного, и вы начнёте понимать суть происходящего. Итак, к делу. Несколько слов о мироздании.

– О чём!?

– О мироздании, иначе вам не будет понятно дальнейшее. Миром правят две силы, две сущности. Их можно называть как угодно: добро и зло, инь и янь, плюс и минус, бог и дьявол, единица и ноль. Два – это минимально возможное, но при этом и достаточное, количество действующих сущностей, измерений, участников, чтобы происходили события. В науке эти две сущности обозначаются либо положительным и отрицательным знаками, либо элементами двоичного исчисления. В культуре это обычно называется добро и зло и воплощается в образах бога или дьявола. Дальше принимайте на веру, поскольку объяснять подробно, только время терять.

– Что-то вы очень издалека начали, мы так добираться до сути вашего дела до завтра будем.

– Отличное замечание! Чтобы не терять время, давайте его остановим.

Ангелина поначалу не поняла, что произошло. Она просто почувствовала что-то необычное, и потом вдруг увидела и поняла, что всё вокруг неё, как в игре «замри», стало неподвижным. Официант за стойкой замер с чуть приподнятой рукой. За широкими окнами было видно, что прохожие на тротуаре и автомобили на улице застыли и оставались неподвижными.

– Вы что гипнотизёр? – пролепетала она, оцепенев от ужаса и осознавая, что живыми движущимися людьми остались только она и её собеседник.

– Да не волнуйтесь вы так, Ангелина Игоревна! Они все даже не заметят произошедшего, сейчас время идёт только для нас с вами, а для всех остальных оно остановилось. Это чтобы вы не боялись потерять время, беседуя со мной. – Владимир Иваныч улыбнулся и продолжил. – Ну и чтобы вы хорошо понимали, с кем вас свела судьба.

– Ничего я не понимаю! – Ангелина невольно повысила голос. – Просто происходит что-то невообразимое и не понятное. Вы кто?

– Часть силы той, что без числа творит добро, всему желая зла. Я ведь уже представился вам, правда, как бы намёком, ну а теперь и прямо, – ещё шире заулыбался Владимир Иваныч. – Вон у вас даже капелька крови из носа показалась, зачем же так волноваться, – заботливо проворковав, он протянул Ангелине бумажную салфетку.

– У меня иногда бывает небольшое кровотечение из носа, когда переволнуюсь, но врачи говорят, это не страшно, – вытирая нос, как бы оправдываясь сообщила Ангелина, зачем-то отдав салфетку обратно дядечке.

– Ну все-все, больше не волнуемся, слушаем внимательно. Для того, чтобы вы легче воспринимали все мною сказанное, я прямо сейчас заложил в вас определённый дополнительный объем информации из научной сферы. Вы и так очень сообразительная девушка, но лишними знания никогда не бывают. Это только не очень далёкие люди говорят, меньше знаешь, лучше спишь. Ничего подобного! Меньше знаешь, меньше понимаешь, вот и все.

– Господи, вы и кровь мою на салфетке демонстративно спрятали в свой карман. Это чтобы ещё раз показать мне, что вы … даже не знаю, как сказать.

– А так и говорите, как вам привычно, хотите чёрт, хотите дьявол, хотите сатана, как вам больше нравится. Я постараюсь объяснить, что дело не в названии, а в сути. Вот вы упомянули моего уважаемого партнёра по игре.

– Какого ещё партнёра и по какой игре? Это что, всё розыгрыш какой-то?

– Да нет, не розыгрыш. Вы произнесли слово «господи», а так в обиходе люди называют моего уважаемого партнёра по игре. Для облегчения понимания, кто мы и чем мы занимаемся, я применяю термин «игра». Конечно, это чудовищное упрощение, но что поделаешь, в человеческих терминах чрезвычайно сложно объяснить нашу реальную сущность, наши цели и методы. Поэтому, принимаем термин игра двух партнёров, которые изобрели, разработали или, если хотите, создали игру под названием «мультивселенная». Мульти, потому что вселенных очень много, бесконечное количество. Каждая вселенная имеет свою историю и развивается по определённым законам, и в каждой присутствуют люди. Вот вы сейчас одновременно, то есть в один и тот же момент времени, присутствуете в огромном, бесконечном количестве вселенных, но в то же самое время, вы отсутствуете в огромной массе вселенных, в которых вам не довелось родиться.

– Слушайте, мм… Владимир Иваныч, или как вас там, Воланд Мефистофельевич …

– У вас восхитительное чувство юмора, я ещё раз убеждаюсь, что сделал правильный выбор.

Ангелина ещё раз посмотрела на застывшего официанта и неподвижных людей на улице. Она только сейчас начала осознавать всю нереальность происходящего, она не верила своим глазам, не понимала, что происходит.

– Слушайте, объясните, как вы это делаете?

– Что именно?

– Ну вот как они застыли, все эти люди вокруг?

– Ведь я же уже объяснил, нам предстоит очень серьёзный и длинный разговор, вы посетовали на потерю времени, а я его и остановил, это самое время. Во-первых, чтобы на практике продемонстрировать вам, что вы имеете дело не с человеком, а во-вторых, чтобы никакие внешние раздражители не отвлекали нас от серьёзного дела, которое нам предстоит обсудить. Время ведь вещь чрезвычайно субъективная и не является какой-то физической величиной и уж тем более, какой-то таинственной субстанцией, как пытаются это представить всякие популяризаторы науки. Его просто удобно использовать любому наблюдателю событий для понимания причинно-следственных связей между событиями. В силу того, что я один из создателей вашего мира и легко управляю вашим восприятием происходящего, мне не трудно распорядиться временем любого человека.

– Если бы не окружающая меня замершая действительность я бы сочла вас сбежавшим из дурдома Наполеоном или, как вы сами только что выразились «создателем нашего мира». Если вы на самом деле дьявол, то зачем весь этот маскарад с благообразным обличием в виде какого-то Владимира Иваныча?

– А вы бы сочли более реальным встретить чёрта с рогами, копытами и хвостом? Конечно же я могу предстать перед вами и в таком обличии, но зачем же так пугать беззащитную женщину? Слушайте, давайте перейдём к делу.

– Давайте, – отчаянно тряхнув головой, подхватила Ангелина, чувствуя себя персонажем как бы из сумасшедшего дома. – Так вот, я читала и твёрдо знаю, что в соответствии с научными данными наша вселенная возникла в результате так называемого большого взрыва. Вопрос простой, если вселенных, как вы говорите, несметное количество, то и больших взрывов немереное количество, правильно? – произнесла Ангелина, удивляясь собственной, не понятно откуда взявшейся эрудиции.

– А вот и неправильно! Это ведь игра, всё происходит виртуально, если хотите, для простоты объяснения в суперкомпьютере с немереной, как вы говорите, памятью и с непостижимым быстродействием, хотя конечно же никакими компьютерами мы с моим уважаемым партнёром не пользуемся. Всё, что вы видите, слышите, осязаете, чувствуете на вкус и запах, всё это иллюзия, созданная в нашей игре. Может быть, вы помните, в учебниках по философии применялся такой термин «солипсизм»? Так вот ваше мироздание это, если очень упрощённо, и есть чистейший солипсизм. Всё, что вы видите, слышите, щупаете, нюхаете и пробуете на вкус, всё это чистейшей воды иллюзия. И кстати, ваша, с позволения сказать, наука доказала, что обычное восприятие так называемых реальных объектов абсолютно ничем не отличается от их иллюзорного восприятия.

– Но ведь я взаимодействую с другими людьми! Они, что, иллюзорны, их на самом деле нет, мне всё это кажется? Я пью ваш мартини, чувствую гладкую холодную поверхность стола, мне это всё кажется? Наш разговор начинает напоминать мне беседы героев «Мастера и Маргариты», но не с Воландом, а с главврачом дурдома.

– Видите ли, Ангелина Игоревна, я прекрасно понимаю, что с идеей иллюзорности материального мира очень трудно смириться. Но позволю себе напомнить, что речь идёт о сложнейшей игре, фигурами в которой выступают вселенные и люди с их судьбами. Им кажется, что они живут в материальном мире, развивающемся по определённым законам, которые пытаются постичь учёные. Им кажется, что почти каждое мгновение на них обрушивается сонм случайностей, ничтожных или судьбоносных. Им кажется, что они могут решать многие проблемы, и они их решают, находясь в постоянном противоборстве с материальным миром живой и не живой природы. Им кажется, что их жизнь хрупка, но у них есть свобода воли, чтобы защитить себя. На самом деле, всё, что я сказал об иллюзорности мироздания не имеет никакого значения по очень простой причине. Именно в силу того, что восприятие материальных объектов никак не отличается от иллюзорного восприятия, давайте считать для простоты картины, что мир именно такой, каким его воспринимаете вы, то есть абсолютно материален.

– О какой игре вы все время говорите? Вы хотите сказать, что играете судьбами людей?

– Не совсем так. Игра судьбами людей только очень частный случай огромной, глобальной игры в судьбы вселенных. Это не совсем игра, но для упрощения человеческого восприятия назовём это игрой. Мы с моим уважаемым партнёром играем в нечто, похожее на игру, правила которой меняются в процессе самой игры. В некие критические моменты игры каждый из игроков может стать непосредственным участником игровых баталий. Последний раз это произошло более двух тысяч лет назад, когда мой уважаемый партнёр воспользовался такой возможностью и в человеческом обличии предстал перед людьми, основательно повлияв на дальнейшую историю человечества.

– Вы имеете в виду основание христианства, а ваш, как вы говорите «уважаемый партнёр» был в образе сына самого Господа Бога?

– В вашей человеческой интерпретации именно так. Правилами нашей игры предусмотрены равновеликие возможности появления партнёров перед людьми в человеческом обличии. Вот теперь и я воспользовался своей очередью.

– Как же лестно для меня быть и свидетелем, и участником такого эпохального события, – с нескрываемой иронией произнесла Ангелина, а про себя с ужасом подумала, а вдруг это и правда чёрт.

– Я вижу вы сомневаетесь в реальности моего рассказа, но, уверяю вас, что в скором времени вы убедитесь в эпохальности нашей встречи, причём не только для вас, но и для всего того, что нас с вами окружает.

Ангелина, уже изрядно измученная странной беседой, продолжала считать, что встретила какого-то искусного гипнотизёра или иллюзиониста и решила не скрывать своего недоверия к выслушанному бреду.

– Слушайте, я не верю ни одному вашему слову из той, извините, ахинеи, которую вы говорите или лучше сказать несёте. Если вы и правда чёрт, то докажите мне это, продемонстрируйте мне ваши чёртовы чудеса, как это делали герои бессмертных произведений, – бойко проговорила Ангелина и сама ужаснулась своей храбрости.

– Ну, во-первых, я вижу, вы устали. Сделайте пару глотков вашего мартини и усталость как рукой снимет. Во-вторых, чтобы убедить вас в моей так сказать подлинности, не пугая вас жуткими превращениями в чудище рогатое, хвостатое и зубастое, я готов рассказать вам такие детали вашей личной, персональной жизни, которые не может знать никто из людей.

Ангелина рефлекторно отхлебнула немного из своего бокала и вдруг почувствовала необыкновенный прилив сил и осознание какой-то необычной ясности всего происходящего. Она вдруг то ли поняла, то ли почувствовала, что её собеседник никакой не аферист, не жулик, не фокусник и говорит чистейшую правду. Тем временем Владимир Иваныч начал рассказывать во всех мельчайших подробностях историю взаимоотношений Ангелины с Серёжей, пересказывая дословно их интимные разговоры и описывая те эмоциональные состояния, которые испытывала Ангелина во время сцен ревности со стороны Сергея. Это не мог знать никто, кроме самой Ангелины. После довольно длительной паузы, в течение которой Ангелина, опустив голову, тупо смотрела на стол перед собой, Владимир Иваныч продолжил.

– Похоже, вы теперь не сомневаетесь в правдивости моего рассказа.

– Что вы от меня хотите? – едва слышно пролепетала Ангелина.

– Да ничего особенного! Предлагаю вам стандартную дьявольскую сделку, много раз описанную в литературе. Даже кровь вашу из носа на салфетке забрал. Шучу, конечно. Вашу душу я не собираюсь покупать, хотя бы потому, что душа любого человека находится в нашем полном распоряжении. Я имею в виду себя и моего уважаемого партнёра. А хочу я от вас, чтобы вы стали здесь, на планете Земля, как бы моим представителем в переломный момент развития человечества. Не больше, не меньше.

Владимир Иваныч улыбнулся, всем своим видом показывая отеческую заботу и доброту. Ангелина тоже улыбнулась, отметив про себя жуткий контраст вполне обычной человеческой внешности своего собеседника и его дьявольской сути.

– Слушайте, если вы один из создателей нашего мира, как вы это утверждаете, то вы можете меня просветить в одном очень важном вопросе, волнующем всех людей, без всякого исключения.

– С величайшим удовольствием, Ангелина Игоревна.

– Если это возможно, я буду выражаться по-простому. Тот свет существует или это религиозные сказки? Если да, то как наши души там существуют в бестелесном, по-видимому, варианте? Мы сможем встретить наших умерших близких? Мы сможем следить за происходящим здесь, на бренной земле? Ой, и ещё один последний вопрос можно, а что насчёт рая и ада? – раскрасневшаяся то ли от всего услышанного, то ли от мартини Ангелина умоляюще смотрела горящими от возбуждения глазами на Владимира Иваныча.

– Я готов, в принципе, по мере своих сил удовлетворить ваше любопытство. Вы задали сразу пять вопросов, и я постараюсь ответить на каждый из них. Но не сейчас, а при нашей следующей встрече, которая, уверяю вас, обязательно состоится. А сейчас я хотел бы безотлагательно перейти к предмету нашей сегодняшней встречи.

– Вы что же, хотите сделать меня исполнителем злой воли в каких-то ваших планах, превратив меня в ведьму?

– Ничуть! Прежде всего хотел бы отметить, что понятие зла относительно. Ну вот простой пример, вы ведь не отрицаете, что убивать детей это абсолютное зло. А как насчёт ликвидации Адика Гитлера в младенчестве?

– О господи, какой жуткий пример вы привели.

– Это всего лишь пример относительности понятий добра и зла. Вы ведь знаете куда ведёт дорога, выложенная добрыми намерениями?

– Знаю, в вашу штаб-квартиру.

– Обожаю вашу иронию. И постарайтесь понять одну основополагающую для вас в новом качестве идею, а именно: зло в обычном человеческом смысле противоположно добру, но оба эти понятия чрезвычайно условны и относительны. Но вернёмся к нашим делам. Так вот, ваше представительство моих интересов будет щедро оплачено.

– Это уж совсем смешно. Вы мне высокую зарплату предлагаете?

– Ну во-первых, материальных проблем у вас больше не будет в принципе никаких. Во-вторых, я наделю вас некоторыми такими человеческими, в основном женскими, качествами, которые позволят вам добиваться всего, что вы только пожелаете.

– Звучит сказочно. Ну а что же взамен, что я должна делать и что это за переломный, как вы сказали, момент в развитии всего человечества?

– Вот это уже деловой разговор! Слушайте внимательно. Ваша цивилизация находится на развилке своего развития. Все прошлые исторические аналогии развилок не работают по очень простой причине: нынешняя развилка технологическая, которую можно сравнить с моментом появления нового вида «Хомо Сапиенс», освоившего язык как универсальный инструмент создания, передачи и восприятия информации. На современном этапе развития человечество пробует развивать искусственный интеллект, его сейчас для краткости называют ИИ. Кто-то рассматривает ИИ в качестве своего помощника, а кто-то, наоборот, пробует бороться против развития искусственного интеллекта как своего возможного смертельного врага. Развилка, в которую входит ваша цивилизация, может привезти к образованию нового вида, который возникнет после Хомо Сапиенс. Но при этом можно бережно сохранить Хомо Сапиенс, избежав трагических последствий для других видов живого мира, которые произошли после или, лучше сказать, вследствие возникновения самого Хомо Сапиенс. Но в этой развилке возможен другой путь, который приведёт цивилизацию к гибели, что никому не интересно и не выгодно, ни людям, ни игрокам, затеявшим всю эту игру. Не так ли?

– Слушайте, проблемы искусственного интеллекта также далеки от меня, как … даже не знаю с чем сравнить, как астрофизика. Я простой бухгалтер и понимаю в этих вещах ровно столько же, сколько в синхрофазотронах. Даже выговариваю с трудом.

– Да не берите в голову, Ангелина Игоревна, пусть вас не смущают высоко научные проблемы, в которые вам предстоит окунуться. Это не имеет ровно никакого значения. От вас требуется только согласие, а дальше все пойдёт, как вы пожелаете в буквальном смысле слова. Имейте в виду, что вам не сможет отказать никто, если вы убедительно попросите.

– А что я должна просить? И чем я вообще должна заниматься, не искусственным же интеллектом!?

– Именно им и будете заниматься, и ещё кучей научных проблем, связанных с развитием человечества. Не бойтесь недостатка знаний в этой сфере, для вас в вашем новом качестве любая сфера будет родная. Впереди огромная цивилизационная битва между двумя ветвями развития научно – технологических преобразований человеческой жизни. Одна из этих ветвей это собственно люди, оснащённые вживлёнными умнейшими искусственными микроэлементами, и пользующиеся огромной армией помощников – роботов. А вторая ветвь – это роботы, обладающими искусственным интеллектом, в тысячи раз превосходящим человеческие возможности. Это же захватывающе интересное соревнование! Ваши олимпийские игры, да и азартные игры в казино отдыхают по сравнению с тем, в чём вам, Ангелина Игоревна, предстоит принять живейшее участие. Но вам сейчас не нужно задумываться над тем, какие задачи вам следует решать. Прежде всего мы никуда не спешим, а вам нужно будет совсем по-другому обустроить жизнь в новом качестве чрезвычайно состоятельной женщины.

– Как я могу стать состоятельной женщиной с образованием и опытом обычного бухгалтера?

– Так вы согласны быть богатой женщиной и моим представителем одновременно?

– Да кто ж не согласится?

– Ну тогда по рукам, – Владимир Иваныч достал из бокового кармана пиджака пухлый красивый конверт и протянул Ангелине. Конверт был красиво оформлен и адресован Ангелине, в графе отправителя значилось не очень понятное Ангелине слово «ИНЮРКОЛЛЕГИЯ».

– Что это?

– Это решение ваших материальных проблем на всю оставшуюся длинную жизнь. И не забывайте, что теперь все ваши просьбы будут неукоснительно выполняться. А в особо сложных случаях можете сказать волшебные слова, что вы от Владимира Иваныча, и это решит любой вопрос. Ну не буду вас больше задерживать, было очень приятно пообщаться.

Владимир Иваныч вскочил на ноги и торопливо направился к выходу. Ангелина в оцепенении оторвала взгляд от конверта и осознала, что все вокруг неё вдруг ожило и задвигалось.

Ангелина держала в руках красивый конверт и почему-то думала не о странном, если не сказать страшном, Владимире Иваныче, а о Серёже. Если бы не его патологическая ревность, они расстались бы мирно, и она скорее всего поехала бы домой на такси, а не на трамвае. И тогда она не зашла бы в кафе, и не состоялась бы эта умопомрачительная встреча. Или все равно бы состоялась?

Глава 2
Ревность

Серёга не понимал, что происходит. Это была какая-то сильная зависимость сродни наркотику. Он не мог не думать о ней. И это он, король всех окружающих девушек и женщин, как мальчишка, бесконечное количество раз проверяет почтовый ящик в интернете, нет ли от неё писем. Какая-то странная ситуация. Ну, бывает любовь с первого взгляда, вопреки всем циникам на свете Серёга верил в это. Ну, бывают глубокие серьёзные любовные отношения, превращающиеся в разные варианты отношений, от брака и любви на всю жизнь, до, в той или иной степени драматичных, расставаний. А чаще всего бывают лёгкие интрижки, сгорающие, как порох, и почти не оставляющие воспоминаний. И ведь все началось, как интрижка. А потом все сильней и сильней его затягивали эти отношения пока через несколько лет Серёга не понял, что он влюблён, да так, что не может ни о чем больше думать. И это через несколько лет, хотя специалисты говорят, что через три года отношений о любви не может быть и речи.

Женился Сергей относительно рано, на последнем курсе филфака МГУ, на Ольге, красивой и умной студентке экономического факультета. Они очень хорошо друг друга дополняли, он высокий красивый блондин, общительный и остроумный, и она небольшого роста с красивой темной причёской и в очках, строгая интеллигентная девушка, похожая на идеальную учительницу, умную и современную. Уже через год у них родился Ванечка, и семейная жизнь покатилась своим чередом, ничем не отличаясь от тысяч других благополучных семей. Полный семейный комплект из двух бабушек и дедушек с одной стороны создавал огромные бытовые преимущества, а с другой – постоянно раздражал необходимостью частого общения с целым коллективом старшего поколения. Ольга смогла через год после родов спокойно пойти на работу, в одно из престижных министерств, куда ей помог устроиться Серёжин отец, занимавший не малую должность в аппарате этого министерства. В общем, все было замечательно, кроме одной «небольшой» детали. Через каких-нибудь несколько лет после ЗАГСа Сергей понял, что любовь кончилась. Причём любовь не только его к ней, но и, как он явственно ощущал, и любовь её к нему. Как это ни странно, ребята быстро приспособились к создавшейся ситуации, и без всяких драм и заламывания рук перешли к чисто товарищеским отношениям с применением в общении друг с другом огромной долей иронии, но сохраняя взаимное уважение и такт. Интимные отношения свелись к редким случаям привычной супружеской близости, не доставлявшей ни сильного удовольствия, ни каких-либо негативных эмоций. «Привычный технический секс» – сформулировал для себя Сергей.

Карьера Серёжи продвигалась вполне сносно, он много лет работал в редакции большой московской газеты, последовательно продвигаясь по служебной лестнице журналиста: корреспондент, спецкор, начальник отдела. В переломный для страны период начала девяностых главный редактор, весьма пожилой человек, бывший партийный работник, не утративший, как ни странно, порядочности, собрался на заслуженный отдых. Он откровенно признавался наиболее близким сослуживцам, что боится нового, неожиданно свалившегося на всех, уклада жизни. Вместо привычного развитого социализма с человеческим лицом вырисовывалось нечто, больше похожее на капитализм со звериным оскалом. Да и возраст, сами понимаете. При этом вопрос, кто возглавит газету, был ему не безразличен. Он хотел передать дело в хорошие руки. Совершенно неожиданно для Сергея выбор главреда пал на него. Не без трудностей, поскольку Сергей был беспартийным, главреду удалось на удивление всех добиться назначения Сергея на должность главного редактора.

Преодолевая сложности неожиданного и стремительного повышения своего служебного статуса, Сергей осваивался в кресле главного редактора. Как того требовали новые экономические условия в стране, параллельно основной работе он вместе с небольшой группой сослуживцев развивал издательский бизнес. Поначалу они с трудом и скрипом преодолевали убыточность, но потом дела пошли в гору. Приватизация издательского дома, как они теперь пышно назывались, прошла не без проблем, но в конечном итоге успешно. Редакция стала владелицей не только газеты, но и немалого количества помещений, доставшихся им в процессе приватизации. Бизнес начал развиваться ещё в одном направлении. Редакция и типография потеснились, а освободившаяся часть помещений сдавалась в аренду. В целом все дела шли хорошо, и появились первые немалые денежки.

Благодаря своей чрезвычайной общительности, хорошо подвешенному языку и вполне привлекательной внешности Сергей имел постоянный успех у женщин. Ранний брак, первые чувства, рождение ребёнка поначалу сковывали его на этом поприще. Он по роду деятельности встречался и общался с огромным количеством людей и постоянно чувствовал заинтересованные женские взгляды, а иногда и просто женскую «агрессию» по отношению к себе. Первый раз он изменил Ольге, будучи в командировке в Воронеже, на конференции, которую устраивала местная Торгово-промышленная палата при поддержке его газеты. Мероприятие проходило в конференц-зале гостиницы, где размещались московские гости. После конференции, где Сергей выступал и был очень хорошо встречен участниками, принимающая сторона устроила в гостинице, где проводилась конференция и жили приглашённые из Москвы гости, традиционный для таких мероприятий банкет. Стол ломился, гости очень прилично выпили, начались танцы, и на Серёгу буквально спикировала эффектная зрелая женщина, одна из местных устроителей конференции. Они почти мгновенно оказались в номере Сергея, и он немедленно вкусил ласки опытной и весьма привлекательной соблазнительницы.

Потом Серёга оправдывал себя тем, что был пьян, что женщина, чьё имя он даже не запомнил, была похожа на звезду экрана, что это был спонтанный секс с «незнакомкой», такой острый и сладостный, что он не мог совладать с собой. Но неприятный осадок в виде ощущения не очень серьёзного, но предательства, остался.

Все изменилось со временем. Супружеское охлаждение позволило Серёже пользоваться своим успехом у противоположного пола по полной программе. Однако, как много раз утверждал самый близкий школьный товарищ Алексей, малейшая случайность может круто изменить судьбу. Знаменитая фраза Жванецкого: «Одно неверное движение, и ты отец» имеет глубочайший философский смысл и может быть распространена далеко за пределы буквального смысла.

Числу лёгких любовных отношений не было конца, пока в его жизни не появилась Ангелина. Полненькая и довольно пышногрудая девочка пришла в бухгалтерию редакции на должность бухгалтера, когда Сергей уже заведовал отделом. Её сразу-то никто и не заметил, кроме, пожалуй, разбитного снабженца Феди, который первым оценил женские прелести новенькой и на всех не формальных редакционных мероприятиях оказывал ей всяческое внимание. Все считали, что у них типичный офисный роман. Федя был старше её лет на восемь, он был давно женат, но слыл весьма оживлённым молодым человеком.

Впервые Сергей обратил внимание на Ангелину при довольно интересных обстоятельствах. У него были длительные ни к чему не обязывающие интимные отношения с Ариной, секретаршей главного редактора, красивой эффектной женщиной, которую побаивалась вся редакция. При очередной встрече, когда её муж был в одной из своих многочисленных командировок, они крепко выпили у неё дома. Расслаблено лёжа на диване и привычно перемывая косточки своим сослуживцам, Арина впервые упомянула Ангелину.

– Новенькую заметил? – спросила Арина.

– Какую новенькую? А что есть, что замечать? – отреагировал Серёга.

– Ну, не знаю, вроде хорошая девочка, Федюня спикировал на неё, как коршун. Грудь у неё великовата, жалуется, что лифчик подобрать – проблема, – продолжала Арина, потягивая Бейлис.

– Что значит, грудь великовата? Как не бывает много денег, так и груди много не бывает.

– Вам, мужикам виднее!

Этот незначительный диалог послужил причиной первоначального внимания со стороны Сергея к новенькой бухгалтерше.

– Действительно хорошенькая, как раз в моем вкусе, жаль только разница в возрасте у нас великовата, – подумал Сергей и сразу же почти забыл о её существовании. Но с этого момента Ангелина постоянно находилась как бы в поле его бокового зрения. Он обращал внимание на то, как они общались с Федюней на всевозможных редакционных пьянках. Потом он узнал, что она вышла замуж за какого-то рослого строителя и родила дочку. Она вернулась на работу после декретного отпуска похорошевшей. Сергей к этому моменту уже был главой издательского дома, но Ангелину не забыл.

– Бывает же, что роды так идут на пользу, – подумал Сергей, встретив её в редакционном коридоре, и воскликнул:

– Ангелина! Я тебя не узнал, настолько ты похорошела.

– Спасибо, Сергей Николаевич, у меня сегодня ещё и день рождения, может быть, поэтому я на вас произвела впечатление, – ответила Ангелина и посмотрела на Сергея своими серыми выразительными и внимательными глазами.

– Что ж, поздравляю, поздравляю. Я не знал, а то бы подарок приготовил.

– А вы и без подарка загляните к нам в бухгалтерию чайку попить часика в два, – немного покраснев, ответила именинница.

– Постараюсь.

Сергей отправил водителя за цветами, поскольку совсем с пустыми руками приходить было не удобно.

В бухгалтерии был накрыт стол человек на восемь. Во главе стола восседала главная бухгалтерша, рядом с ней именинница, дальше Федюня, ещё несколько редакционных девушек, подружек Ангелины. Приход Сергея был встречен с энтузиазмом, впрочем, как и с некоторым, едва заметным удивлением – все-таки не по чину приходить главе организации на день рождения рядового бухгалтера. После этого дня рождения Сергей впервые стал думать об Ангелине вполне серьёзно. Он чувствовал искру, пробежавшую между ними, но понимал, что она замужем, что этот юркий Федя вьётся возле неё, и решил выбросить её из головы. Надо сказать, что это ему удалось на некоторое время. Но вот людская молва принесла очередную «сенсацию»: Ангелина разводится.

Это был сложный период и в Серёжиной жизни. В семье был полный мрак, хотя и без явных нервотрёпок, но и без всякого ощущения счастья.

Известие о разводе Ангелины послужило спусковым крючком к активным действиям Сергея. Встретив её в курилке на лестничной площадке, он, поболтав немного о погоде, вреде курения и других благоглупостях, прямо спросил, правда ли, что она развелась. И получив утвердительный ответ, сообщил, что хотел бы немного повысить ей настроение. А что может повысить настроение? Немного развлечений, не правда ли? А тут как раз завтра будет интересная выставка, куда он приглашён как главный редактор популярной газеты. А не хочет ли Ангелина пойти на выставку вместе с ним, а потом они бы могли пойти куда-нибудь пообедать.

– Конечно, хочу, но как я с работы уйду?

– Вот это как раз не проблема, мне нужна помощница для работы на выставке, все в отделах заняты, я скажу главбухше, чтобы она отпустила тебя для такого важнейшего дела.

– Ну, попробуйте, – смущённо ответила Ангелина.

Выставка была шумной и весёлой. Ангелина была красивой и умной. Серёге кровь ударила в голову. Происходило что-то с одной стороны очень привычное, он сбился со счета своих побед, а с другой стороны – какое-то неясное волнение придавало всему происходящему необыкновенную прелесть.

Анализируя потом создавшуюся ситуацию, Сергей решил, что в Ангелине сошлись многие нравящиеся ему женские черты, неброская, но очень милая внешность, аппетитная фигура, женственность в сочетании с цепким умом. Кроме того, несмотря на молодость, она уже обладала опытом человека, преодолевавшего немалые жизненные трудности, что было достойно уважения. В дальнейшем, узнавая Ангелину поближе, Сергей не переставал удивляться её очевидными умственными способностями, редко встречающимися у женщин такого молодого возраста и невысокого служебного положения.

Потратив часа полтора на прогулку вдоль ярких выставочных павильонов, они быстро утомились и решили, что пора пойти куда-нибудь поесть.

– А куда? – сверкнула своими серыми глазами Ангелина.

– А тут недалеко есть очень экзотичный ресторан, он расположен на настоящем корабле, на берегу Москвы-реки. Пойдём туда, тут минут двадцать ходьбы.

Пароход был классный. Это был настоящий развлекательный комплекс, с рестораном, казино и гостиницей. Поняв это, Ангелина с ещё большим интересом смотрела на Сергея, слушая его ироничную речь и заливаясь смехом при особенно остроумных шутках. Они вкусно поели и немало выпили. Сергей смотрел на Ангелину и думал, что, если она откажется идти в гостиничную часть парохода, это будет одним из самых неприятных моментов в его жизни.

– Слушай, а как тебя называют уменьшительно, Анжелика, Гела, Анжела, Геля? Мне все эти варианты не нравятся.

– Называйте меня, как вам нравится. Мне больше нравится «Ангелинка», хотя это и длинновато.

– У меня есть предложение. Это очень серьёзный вопрос, как тебя называть. Нужно обсудить это, чтобы никто не мешал. Давай снимем номер в этой корабельной гостинице, и спокойно все обсудим.

– Если вы очень-очень хотите, давайте снимем.

Слова прозвучали, как музыка. Если бы Серёга знал, куда приведёт его эта музыка.

В номере все происходило весьма сумбурно с вполне ожидаемым результатом. Они лежали усталые, мокрые от пота, удовлетворённые не столько в сексуальном смысле, сколько в моральном. Каждый понимал, что это новый этап, с таким не ясным, но очень интригующим будущим.

Для своих встреч, которые стали регулярными, они облюбовали большой, но не очень пафосный гостиничный комплекс, где легко можно было снять не очень дорогой номер. Они часто ходили обедать в кафе и рестораны, где с большим удовольствием выпивали, закусывали и ехали затем в свою резиденцию, как они шутливо называли большую гостиницу. Случалось ходить в кино и даже в театр. Сергей заметил, что у них во многом совпадают вкусы, начиная от гастрономических удовольствий и заканчивая любовью к чтению, кино и театру. По просьбе Сергея Ангелина откровенно рассказывала о своих прошлых романах и просто приключениях с мужчинами, о своём неудачном браке. Сергей с огромным интересом слушал эти рассказы, поощряя их своими доброжелательными и пытливыми вопросами. Он понимал, что это не очень правильно так настойчиво интересоваться подробностями прошлых интимных отношений своей возлюбленной, но нечего не мог с собой поделать. Он хотел знать о ней все, включая самые сокровенные нюансы её жизни.

Картина складывалась такая, что Сергей все больше проникался любовью к Ангелине, которая была значительно моложе него. К приятному удивлению Сергея Ангелина оказалась не по-женски умна и, не смотря не мерзости жизни, смогла стать самодостаточной, интеллигентной женщиной. Она схватывала все на лету, и они понимали друг друга мгновенно с полуслова и даже с полувзгляда. Это понимание с полуслова, как он потом осознал, возможно, и было решающим фактором в его разгоревшейся любви.

Отца своего она не знала, и увидев его впервые при случайной встрече, понятия не имела, что это её отец. Мама сказала ей об этом, когда мимо них по двору тяжёлой походкой прошаркал какой-то пожилой мужчина с испитым лицом. Мама работала на заводе, а потом перешла к более «свободной» профессии уборщицы. Не смотря на не очень высокий социальный статус, мама была женщиной от природы умной и внешне вполне привлекательной. После того, как их бросил отец маленькой Ангелины, она быстро вышла замуж вторично, родила вторую дочь, и жизнь вроде стала налаживаться. Однако смерть второго мужа перевела маму в статус вдовы с двумя дочерями на руках, со всеми вытекающими отсюда материальными и социальными трудностями.

Ангелина закончила школу, финансовый техникум и пошла работать в редакцию бухгалтером. Жизнь катилась своим чередом, Ангелина приобретала жестокий опыт, встречая разных парней в этот гиперсексуальный возрастной период своей жизни. Этот опыт, о котором не хотелось даже вспоминать, не создал у неё никаких комплексов, а только расширил её негативные представления о взаимоотношениях мужчин и женщин.

После прихода на работу в редакцию с ней сразу же стал заигрывать бойкий и контактный снабженец редакции Федя, который тут же ей сообщил, что он женат, свою жену любит, у них растёт сын, но он считает, что это никак не может помешать им хорошо и весело проводить время. Он лихо разъезжал на редакционном автомобиле «каблучке» по своим снабженческим делам и часто оказывал Ангелине чисто товарищеские услуги, подвозя её домой и помогая в разных хозяйственных делах. Ещё один парень, редакционный компьютерщик, оказывал ей внимание. Его звали Василий, он был не большого роста, блондин с длинными, зачёсанными строго назад волосами, в очках. Он как-то сразу понравился Ангелине своей мягкостью, откровенным интересом к ней и лёгким отношением ко всем жизненным проблемам. Они начали встречаться вне работы, бегали по киношкам, разным ночным клубам, проводили время легко и весело. Они легко и быстро стали любовниками. Именно с ним Ангелина впервые испытала настоящее ощущение острого и яркого оргазма. У Василька, так его называла Ангелина, несмотря на его совершенно свободный образ жизни, была жена и масса бытовых проблем. В связи с решением своих очередных проблем он уволился из редакции, и встречи сами собой прекратились. Ангелина не переживала совсем, потому что с самого начала воспринимала связь с Васильком как что-то временное и легкомысленное. Тем более за ней стали ухаживать сразу два вполне приличных молодых человека. С одним из них, соседом по маминой даче, они начали встречаться. Это был очень рослый, под два метра, молодой человек, который оказался потом скучным и не любимым мужем.

Ангелина много и с удовольствием читала, очень любила театр и вообще ей нравилась интеллигентная жизнь. Она понимала, что образование в виде финансового техникума не годится ни для карьеры, хотя бы и женской, ни для культурной среды, к которой она так тянулась. Она поступила в институт на факультет бухучета, где можно было хотя бы чему-нибудь научиться, но самое главное, получить диплом о высшем образовании. Главной проблемой всей её жизни была постоянная нехватка денег. Это чувство нищеты висело над ней всегда, включая детство и юность в семье, состоящей из мало зарабатывающей мамы и младшей сестрёнки, а затем в семье с нелюбимым, бестолковым мужем и любимой, но требующей постоянных затрат дочки Ани.

Сергей, понимая материальные трудности своей новой любимой женщины, помогал ей, стараясь делать это тактично, но весомо. Он как бы одалживал ей деньги на платное обучение в институте, делал дорогие подарки на день рождения. Они несколько раз проводили вместе отпуск, отправляясь к морю на известные Европейские курорты. Иногда он отправлял её вместе с дочкой на летний отдых за границу. Их роман не только не увядал, как это бывает в большинстве подобных случаев, а только креп и развивался. Однако было одно странное обстоятельство, которое раздражала Сергея. Этим обстоятельством были постоянные телефонные разговоры Ангелины с Федюней. Ангелина, сама рассказывая о звонках Федюни, говорила примерно следующее:

– Да что тут такого, он ведь просто друг, который ничего плохого, кроме хорошего, мне не сделал. Он поддерживал меня морально, когда у меня разладились отношения с мужем. Мне тогда приятно было любое мужское внимание. А он весёлый и очень простой парень, простой и конкретный, как две копеечки.

В откровенных рассказах о своём прошлом Ангелина признавалась Серёже, что довольно часто после праздничных посиделок на работе в редакции они с Федюней продолжали выпивать в разных местах. Это происходило, например, в автомобиле, или на квартире, если муж с дочкой был на даче, или на квартире у мамы, когда её не было дома. Но при этом, как постоянно подчёркивала Ангелина, «ничего не было».

Сергей открыто и вполне добродушно удивлялся:

– Мужчина и женщина, хорошо выпившие на празднике в офисе, продолжают «банкет» один на один в квартире, и у них «ничего не было»? И это ты рассказываешь мне, которому прекрасно известно, как ты заводишься с пол оборота. И Федюню я прекрасно знаю, как очень шустрого и конкретного мужичка. Это какая-то небылица. Я никак не пойму, почему нужно скрывать близкие отношения с Федюней. Ведь они были и прошли. Или не прошли? Слушай, что бы ты не говорила, и что бы ни было на самом деле, его звонки мне не очень нравятся.

– Я тебя понимаю. Скажу ему, чтобы больше не звонил, – отвечала Ангелина, но вся эта история со звонками продолжалась.

Через несколько лет после начала их любовных отношений Ангелина ушла из редакции и устроилась в коммерческую компанию бухгалтером, где работы было больше, но и платили больше. После того, как Ангелина покинула редакцию, Серёжа думал, что Федюнины звонки прекратятся сами собой. Но не тут-то было, звонки продолжались, о чем простодушно рассказывала Ангелина.

– Федюня просто достал меня своими звонками, – говорила она, – у него летний период обострения, жена на даче, он поддаст и названивает.

– Он ведь знает о наших с тобой отношениях, ведь вся редакция знает, а уж он и подавно, чего же он названивает? – удивлялся Сергей.

– Откуда я знаю, чего он названивает, – оправдывалась Ангелина, – ты же знаешь, у нас с ним ничего не было.

– Поклянись, – потребовал Сергей.

– Клянусь здоровьем дочери, ничего не было. Моя единственная ошибка заключается в том, что я не пресекла эти его звонки. Я его просто ненавижу. Если он ещё раз позвонит, это будет его последний звонок мне.

– Позвони ему прямо сейчас и скажи, чтобы больше не звонил, – предложил Серёжа.

– Я никогда ему не звоню сама и потом, вдруг его жена будет рядом, зачем же так его поводить, он же не сделал мне ничего плохого, – Ангелина повторила свою любимую мысль о том, какой Федюня безобидный.

– Хочешь, я сам с ним поговорю, – спросил Сергей.

– Если тебе это нужно, поговори, – сказала Ангелина, и Сергей понял, что она не в восторге от этой идеи.

Лето было в разгаре. У Сергея начались проблемы с бизнесом. Издательство – конкурент обходило по всем показателям Серёжино детище. Объем продаж резко сократился, и объем личных финансов тоже поубавился. Отношения с партнёрами стали несколько натянутыми. Дома тоже было мало радости. А тут ещё эта история с Федюней. Если бы Сергей относился к Ангелине, как к обычной любовнице, которых у него было раньше больше, чем нужно, он бы с лёгкостью решил возникшую проблему. Скорее всего, он бы тихо и спокойно расстался с Ангелиной, как с женщиной с раздражающим фактором в виде названивающего Федюни, с которым то ли было, то ли не было, а вероятнее всего все – таки было. Но Серёга осознавал, что эта история его ревности трансформировалась для него в проблему, которую надо как – то решать, сохраняя отношения с Ангелиной. Одна мысль о расставании с ней заставляла сердце биться сильнее, а внутренний протест накатывал волной, с которой он был не в силах справиться.

– Черт, не любовь, а какая – то наркотическая зависимость, – думал Сергей, ворочаясь по ночам и удивляясь этим таким непривычным для его возраста симптомам в виде бессонницы и постоянных мыслей об одной и той же женщине.

В связи с глубокой внутренней обидой на всю эту ситуацию и отсутствием свободных денег он в этот раз не профинансировал отдых Ангелины за рубежом. Она, тщательно скрывая своё разочарование, а может быть и обиду, уехала в двухнедельный отпуск к маме на дачу за тридевять земель от Москвы. Погода, как назло, становилась все отвратительней, стало холодно и дождливо настолько, что август напоминал скорее конец октября.

Сергей решил напрямую поговорить с Федей, как мужчина с мужчиной.

После разговора с Федюней Сергей не сомкнул глаз и проворочался всю ночь, перебирая мысленно все возможные варианты причин, приведших к такой сложной и болезненной ситуации с Ангелиной. Он вспоминал Федины слова об отношениях с Ангелиной.

– Мы с ней в прекрасных дружеских отношениях. Именно, в дружеских, никакого интима у нас с неё не было. Я просто по телефонным разговорам чувствую отношение. Вот вчера ей звонил, она на даче сидит, мокнет и мёрзнет. Спрашиваю, почему не на пляже, она говорит, денег нет, спрашиваю, почему Сергей Николаич не дал, не хочу просить, говорит. Нет, она вас любит и уважает, но и ко мне относится с большим интересом. Если это не так, почему же она меня не пошлёт куда подальше. Я бы тут же перестал звонить. А она говорит, вот в понедельник на работу выхожу, звони. Думаю, пойдём куда – нибудь пивка попьём.

Поговорить бы надо с кем-нибудь, посоветоваться, думал Сергей. С очень близким и умным. Надо будет позвонить Лёхе! Лёха – это то, что нужно, понимает все с полуслова, и надёжнее его нету на свете.

Лёха был школьным товарищем, с которым они проводили все свободное время, когда учились в школе.

Через несколько дней после бессонной Серегиной ночи два друга с огромным стажем товарищества, сидели в добротном московском пивном ресторане и вели тихую серьёзную мужскую беседу, допивая по второй кружке пива.

– Ну и ты ей потом позвонил, и между прочими разговорами спросил, звонил ли ей Федя? – спросил Алёша.

– Нет, говорит, не звонил! Представляешь? У меня прямо пот холодный выступил на лбу. Я не выдержал и говорю, зачем же ты мне врёшь. Она сначала не поняла, решила, что я провоцирую и говорит, да не вру я, не звонил, а с чего ты решил, что звонил. Ну, я и говорю, что встречался с Федюней и получил от него полную картину происходящего. Она в шоке. Говорит, не хотела тебя расстраивать, вот и соврала, ты ведь так болезненно на его звонки реагировал. Спрашиваю, а почему ты не сказала ему, как обещала мне недавно, чтобы он не звонил больше? Отвечает: ну как-то неудобно говорить такие вещи человеку, который звонит и так вежливо и тепло интересуется, как жизнь, как дочка. Как-то ты круто изменила своё решение, говорю, то «ненавижу», то неудобно сказать, чтобы не звонил. Ладно, говорю, надо встретиться и поговорить не по телефону. Конечно, говорит, надо – мне страшно интересно, что он тебе сказал. Расскажешь? Расскажу, говорю, в красках.

– Ну и чего, встречались? – задал риторический вопрос Алексей.

– Встречались, конечно. Рассказал я ей практически дословно про все Федюнины речевые обороты. И что нужно было дожать её, но он не хотел дожимать. И что ему было просто интересно наблюдать за всеми её реакциями. И про главное: ничего не было, но мог трахать хоть каждый день, если бы захотел, да и сейчас мог бы, просто нет такой задачи у него. Она, конечно, жутко расстроилась, начала говорить, что по большому счету, надо бы ему морду набить за такие грязные слова ну и так далее. Но при этом победно заявила, что, мол, видишь, я говорила правду, что ничего не было, а ты, мол, не верил. Ну, как тебе картина? – Серёга посмотрел на Алексея, который внимательно его слушал, забыв о пиве и вкусной еде.

– Это теперь вся картина событий?

– На сегодняшний день вся.

– Да, старина, вопросов больше, чем ответов. Ну, например, если он ей безразличен, то почему же, несмотря на болезненную реакцию любимого человека, она не покончила с этими телефонными разговорами в течение нескольких лет? Если он ей безразличен, почему даже после большого скандала между вами по этому поводу, она продолжает с ним общаться и планирует общаться дальше? Похоже, что она решила просто больше не говорить тебе о его звонках. Это самое простое для неё решение. Такое количество вранья, что уже не знаешь, где правда, где полуправда, а где полная неправда.

– Понимаешь, Лёха, все-таки главный вопрос «было или не было» решён в её пользу. Хотя я и отдаю себе отчёт, что это носит не правдоподобный характер. Но ведь если предположить при таком количестве вранья их сговор, и что все-таки «было», то зачем Федюне так унижать её в разговоре со мной и говорить все эти слова, что «в любой момент, если бы захотел».

– Серёга, кончай копаться в этом дерьме. По-хорошему, надо было бы послать её так далеко и с таким свистом! Но ты же её любишь, это видно не вооружённым глазом. Поэтому надо думать о будущем, а не о прошлом. Давай рассмотрим вероятные сценарии.

– Давай.

– Первое. Этот Федюня больше не появится на горизонте, а если и появится, то будет послан далеко и надолго. Так?

– Так.

– Дальше. Как ты хочешь продолжать дальше эту долбанную жизнь то ли в браке, то ли вне брака? Если ты настолько сильно любишь Ангелину, то, наверное, думаешь о возможном браке с ней, так ведь? А какие могут быть сценарии развития такого брака с женщиной на много младше тебя? Сейчас у тебя явная страсть, которая доминирует над всеми другими чувствами. Но страсть имеет свойство проходить безвозвратно, это закон. Когда пройдёт страсть, что останется?

– Могут быть разные варианты.

– Правильно! В хороших случаях остаются доверие, уважение, общие интересы привычка, наконец. Заметь, я расположил эти вещи в порядке важности. А в плохом варианте, что остаётся? К сожалению, это похоже на твой случай, когда доверия, да и уважения будет мало после всего этого вранья.

– Ты, как всегда, прав. Тем более, что я так и не уверен, что в главном она не врёт. Хотя она даже клялась мне самым дорогим, что у неё есть – здоровьем дочери. И тем не менее, что-то тут не так. Ладно, посмотрим, что будет дальше. А что касается моего возможного ухода из семьи к Ангелине, то я действительно постоянно думаю об этом. С женой все понятно, остались только дружеские отношения, не более. Сын уже взрослый, успешно работающий за рубежом, мужик. Уйти из семьи не сложно. Нужно просто по-мужски все оставить жене, я имею в виду квартиру, машину и деньги. И начать новую жизнь с Ангелиной что называется с белого листа. Бизнес у меня хороший, не пропадём. Единственный бесспорный вывод: не надо делать резких движений. Нужно все тщательно взвесить. Ну, а как твоя жизнь?

Алексей улыбнулся и сказал:

– Серёга, ты себе не представляешь, как хорошо и приятно вот так говорить со школьным верным товарищем, который все понимает с полуслова, никогда не продаст и не предаст. Для того, чтобы хотя бы кратко ответить на твой вопрос, надо, как минимум заказать ещё пивка. А жизнь моя, ты будешь смеяться, похожа на хорошо закрученный триллер. Помнишь, я тебе рассказывал про девушку – продавщицу универмага, которая уже лет двадцать не выходила у меня из головы?

– Ну как же, конечно, помню, я тебе ещё советовал её разыскать – живо среагировал Сергей.

– Так вот, я её и разыскал. Выяснились потрясающие вещи! Во-первых, она меня прекрасно помнила все эти годы, как и я её. Во-вторых, знаешь, кем она теперь стала, через двадцать лет? Она мультимиллионер, вдова одного из богатейших американцев русского происхождения. У нас с ней разгорелись нешуточные отношения.

– А вот в этом месте поподробнее, что значит «нешуточные отношения»?

– Ну мы любим друг друга, как будто этих двадцати лет и не было. Её зовут Марина. Но это ещё далеко не всё. Триллер состоит в том, что я по долгу службы сконтачил с одним гениальным учёным, который открыл обалденную вещь. Суть его открытия я не могу тебе рассказать, поскольку всё супер секретно. Но главная фишка в том, что группа в составе этого учёного, меня, моей Марины и моих двух шефов, бывших высокопоставленных деятелей из спецслужб, о которых я тебе неоднократно рассказывал, выезжает в Швейцарию организовывать работы по продвижению этого открытия.

– Это больше похоже на научно – фантастический роман, чем на реальную жизнь. В Швейцарию – это круто. Когда вам понадобится пресс – секретарь, дай знать.

Через некоторое время Ангелина призналась Сергею в своём клятвопреступлении.

Серёга, в очередной раз легкомысленно распорядившись своим временем, решил съездить на счастливо подвернувшиеся три дня отдыха на юг в Болгарию. Отношения с Ангелиной после всех страстей и разборок были какими-то неустойчивыми, и он решил лететь один без неё. Ангелина обиделась даже не на то, что он едет на море один, а на то, что он не придумал ничего, что объясняло бы такую поездку без неё.

После возвращения Серёги из кратковременного отпуска они лежали усталые и умиротворённые после сладкой и, как обычно, бурной близости. Чёрт дёрнул Серёжу возобновить разговоры о Федюне.

– И всё-таки это какая-то двусмысленная ситуация, – сказал он, как бы возобновляя давнюю дискуссию. – Мне почему-то это напоминает девушек так называемого "не тяжёлого" поведения. Ведь если даже все так, как ты рассказываешь, то возникает простая мысль, вернее простой вопрос, а что же было бы, если бы Федюня оказался не таким, мягко говоря, странным мужчиной, а вполне нормальным напористым мужиком? Ведь нормальный мужик, который пятнадцать раз демонстрировал свой интерес к тебе, как он должен расценить твоё согласие выпивать "один на один"? Любой нормальный мужик воспринял бы это как ясное и твёрдое "да"!

– Я не хочу больше говорить в таком тоне. Меня ещё никто не называл девушкой "не тяжёлого" поведения. Такое стечение обстоятельств, этот немыслимый Федюня, обида на тебя. Не знаю. Я не чувствую себя виноватой, – Ангелина нервно одевалась и крупные слезы катились из её глаз. – И вообще, я давно хотела тебе сказать. Меня все это время мучила та моя клятва здоровьем дочери. Я хочу облегчить душу, я соврала тогда. Действительно, с Федей была близость, но один только раз после того, как я узнала, что мне муж изменяет. Это было от отчаянья перед самым моим разводом. Хоть это случилось и до начала наших с тобой отношений, все равно стыдно мне было признаться тебе в этом, вот и врала, как дура. Я так потом жалела об этом, что просто хотела вычеркнуть этот эпизод из своей жизни.

Серёга шёл к машине, он был в шоке и, подавленно вспоминая разговор с Ангелиной, обдумывая все детали произошедшего и сказанного, повторял про себя "стечение обстоятельств, стечение обстоятельств, стечение обстоятельств …"

Глава 3
Новое качество жизни

Ангелина, прочитав письмо Инюрколлегии, поняла, что на неё свалился огромный, необъятный мешок денег в виде наследства от неожиданно возникшего дяди, родного брата отца. Отца она помнила смутно, но теперь вспомнились ворчания мамы о каком-то богатом дядюшке в Швейцарии. На наивный вопрос солидному юристу, который в офисе Инюрколлегии терпеливо разъяснял Ангелине её новые права и возможности, что же у дяди никого, кроме неё на свете не было, юрист ответил, по-видимому, никого. Для вступления в полные юридические права наследства ей необходимо было поехать в Швейцарию. Понятно, что Ангелина пока не имела средств на такую поездку. Но эту услугу по организации поездки в счёт будущей оплаты может ей оказать компания, которую рекомендует Инюрколлегия. Это будет стоить довольно дорого по туристическим меркам, хотя бы потому что эта компания кредитует Ангелину необходимыми средствами. Но исходя из масштабов её наследства, это сущие копейки. Ангелина тут же согласилась, понимая, что это просто самый короткий путь к её деньгам. Фирма – организатор поездки располагалась в соседнем здании и после звонка юриста своему коллеге или подельнику, Ангелина, не теряя времени и держа в руках красиво и солидно оформленное извещение о наследстве, направилась оформлять поездку. На ступеньках здания она замедлила темп ходьбы, остановилась и решила позвонить Серёже. В ответ на вопрос, не хочет ли он вместе с ней поехать на несколько дней в Швейцарию, Сергей поинтересовался, не упала ли она с дуба. После довольно длинного объяснения ситуации, с той стороны повисла длинная пауза, и Ангелина в свою очередь спросила, не забирается ли он на дуб, с которого только что упала она. Сергей как-то стал тише голосом и ответил, что если всё это не розыгрыш, то он конечно же поедет с ней, чтобы помочь хотя бы в качестве переводчика.

Найдя нужную комнату, Ангелина вошла и обнаружила там довольно молодого, хорошо одетого человека, который представился Андреем и сообщил, что он в курсе её ситуации и готов организовать ей поездку по высшему классу. Она сразу же сообщила, что хотела бы поехать не одна и получила мгновенный отказ, поскольку это не входило в договорённости. И тут она впервые почувствовала свою странную силу после судьбоносного разговора с Вовочкой. Она так называла про себя Владимира Иваныча, «хотя какой он Владимир Иваныч!» – думала она. После произнесённого на автомате отказа, щёки Андрея зарумянились, и он сказал, тщательно подбирая слова, что такой красивой и привлекательной женщине он отказать не может. Ангелина почувствовала, что он говорит совершенно искренне и что, если бы она захотела, этот молодой, красивый и успешный парень был бы у её ног, независимо от её нового материального положения. Она вдруг осознала, что посулы Вовочки относительно её новых необыкновенных качеств вполне реальны. Улыбнувшись своему новоиспечённому поклоннику, она приступила к обсуждению деталей предстоящей поездки.

Неделя в Швейцарии была похожа на сказочный сон. Они с Серёжей жили в апартаментах пяти звёздочного отеля, с постоянно прикреплённом к ним лимузином. Дела, которыми она занималась в юридической компании по оформлению наследства, и в банке по оформлению её доступа к счетам, были весьма приятны. Она имела дело с умными, квалифицированными людьми, привычно делающими свою солидную работу. Серёжа, как переводчик, не пригодился, так как все переговоры велись в сопровождении симпатичного переводчика, привлечённого специально для оформления её дел. Ангелина постоянно чувствовала своё волшебное воздействие на окружающих мужчин. Она видела, как они смущаются и с некоторой долей удивления самими собой пытаются привлечь её внимание чуть больше, чем это требуется для ведения переговоров. Это приятное ощущение было ей знакомо и раньше, когда кто – либо из мужчин пытался завоевать её внимание и смотрел на неё взглядом, говорящим без слов. Но это были редкие эпизоды в жизни, заезженной тяжёлыми повседневными проблемами женщины, никогда не чувствовавшей себя красавицей и всеобщей любимицей. А сейчас это было самоощущение очень привлекательной женщины, звезды мирового масштаба, понимающей все нюансы мужской психики и знающей свою чрезвычайно высокую цену.

Сергей видел и чувствовал разительную перемену в ней, но ещё не понимал всей глубины произошедшего. Он думал не без оснований, что большие деньги неизбежно влияют на их обладателя. Она стала очень богатой женщиной и это отразилось на её поведении. Правда, странно, что все эти богатые мужики, занимающие высокие должности в солидной юридической компании и респектабельном банке, повидавшие виды и имеющие серьёзный опыт общения с чрезвычайно состоятельными клиентами, буквально теряют голову и начинают неуклюже кокетничать с Ангелиной, выражая готовность выполнить любую её просьбу.

В Москве их должна была встречать машина, предусмотренная договором по организации поездки. Не очень ожидаемым было то, что на выходе из зоны прилёта их встречал тот самый парень, то ли Андрей, то ли Женя, который оформлял с Ангелиной договор на поездку, и имя которого она конечно же забыла. Он был с букетом цветов, чрезвычайно элегантен и предусмотрителен. После коротких вежливых приветствий Ангелина, убедившись, что парня зовут все – таки Андрей, спросила, кто их везёт, водитель или сам Андрей. Андрей, не скрывая смущения, объяснил, что договором предусмотрен автомобиль с водителем, но он счёл необходимым, помимо водителя, встретить их лично, чтобы убедиться, что всё в порядке и поездка прошла на должном уровне. Сергей с деланно вежливой улыбкой вмешался в диалог, поблагодарил Андрея за оказанные услуги и сказал, что раз уж есть водитель, то они не могут больше злоупотреблять временем такого занятого человека. Ангелина попросила Андрея позвонить ей завтра, и довольный этой неожиданной просьбой Андрей радостно попрощался.

– Зачем ты его попросила позвонить, ведь поездка закончена? – прошипел Сергей, когда они уселись в машину.

– Он мне понравился, – легко ответила Ангелина, потом, усмехнувшись, погладила Серёжу по руке и добавила, – не беспокойся, он мне понравился не как мужчина, у него вроде бы не плохая деловая хватка, а мне теперь нужен то ли помощник, то ли секретарь, ведь дел-то много впереди.

– Да я тебе найду какого хочешь помощника, – ответил Сергей.

– А этот тебе чем не нравится?

– Ты что, не видела, какими глазами он на тебя смотрел? Мне показалось, что даже брюки у него впереди топорщатся.

– Серёженька, привыкай. Теперь все мужчины вокруг меня будут с влюблённым выражением лица, ведь я не просто богатая, а очень богатая женщина.

Ангелина лукавила, она знала, что наделена кроме несметных денег, ещё и какой-то таинственной силой, привлекающей и возбуждающей мужчин и, что ещё более неожиданно, располагающей к себе женщин. Она много раз встречала такое слово, как «харизма», не очень его понимала, думала, что это современная замена слова «обаяние». Если эту самую харизму применить к ней самой в её новом качестве, то получится какая-то уж очень мощная харизма, спасибо Вовочке, думала Ангелина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.