Культуразм люциферовых слуг
Евгений Батраков

© Евгений Батраков, 2023

ISBN 978-5-0053-4892-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава I. Социальный детерминизм и свобода воли

Шагают бараны в ряд.

Бьют барабаны.

Кожу для них дают сами бараны.

Б. Брехт

Среди множества дискуссий есть одна, которая на протяжении многих столетий занимает умы многих любителей помыслить – дискуссия о свободе воли. И хотя не поставлена еще точка в споре между безответственными фаталистами – сторонниками сентенции «на все воля Божья» и теми, кто взваливает крест ответственности на плечи свои собственные, ибо, как они полагают – «каждый человек кузнец своего счастья», – мне представляются весьма неглупыми и даже резонными рассуждения о том, что человек – не бильярдный шар. Да, «кий» воздействует на каждого из нас, но в какую «лузу» мы покатимся зависит еще и от того, что мы об этих «лузах» думаем, и как мы представляем свое собственное желаемое будущее, т. е. что-то зависит еще и от содержания нашей собственной головы.

Но кто же заполняет голову тем или иным содержанием? «Нет ничего в разуме, чего не было бы в ощущениях» – гласит главный принцип сенсуализма. Наши мысли, а затем и поступки, это результат некогда виденного, слышимого и ощущаемого. И с этим, трудно спорить, ибо не рождается человек знающим таблицу умножения, правила дорожного движения, молитву «Отче наш»… Новорожденный в социальном плане является в этот мир «чистым листом», он не представляет ничего, кроме чистых рефлексов (сосание, чихание, кашель, смыкание глаз и пр.).

Далее, всякому образованному человеку известно, что «из реальных встреч ребенка с окружающим материальным миром и складываются все основы его будущего психического развития» [1]. Именно об этом свидетельствуют «маугли» – человеческие дети, воспитанные не людьми: они остаются просто животными, от животных иных ничем особым не отличаясь.

Следовательно, правы, утверждающие: человека человеком делает людское общество.

Как же оно делает?

Рассматривая данный вопрос, мы исходим, во-первых, из возможности «определить жизнь на всех ступенях ее развития как приспособление организмов к условиям существования» [2], и, во-вторых, из того, что «в основании приспособлений лежит простой рефлекторный акт» [3], в том числе, и условно-рефлекторный акт. Отсюда, процесс очеловечивания есть процесс приспособления, имеющий возможность быть таковым благодаря тому, что индифферентный раздражитель становится знаком, когда его предъявление по времени совпадает с действием того или иного безусловного рефлекса.

Для понимания вышесказанного, представим, что вы привезли из роддома своего ребенка. И устроили застолье. И вы, и гости, выпив-покурив, новорожденного брали на руки – как же без этого? А у ребеночка, между прочим, уже и обоняние вовсю функционировало, и запахи стало быть он уже – улавливал.

Некто может сказать: «А мы детей за общий стол и не сажаем. Это ведь не пе-да-го-гично детей за общий стол сажать – они ж здесь пи-и-ть научатся?!».

Ну, да, научатся. А вот глядя из соседней комнаты на все эти семейные безобразия или видя добрейшего дедушку – телеведущего на «Поле чудес», спаивающего соучастников своей программы, они уж, конечно, никак не научатся. Они же у нас совсем тупые.

Хорошо. Давайте рассмотрим, что происходит, когда мы детей выгоняем в другую комнату, приходя друг к другу в гости. «Дети – наши, ваши – марш все туда! Не мешайте взрослым отдыхать!». В крайнем случае, накроем им там стол – конфеточки, печенье, лимонадик, «детское шампанское»: «У вас своя свадьба, у нас – своя».

Вот и получается, что мы ребеночку уже с малюсенького возраста внушали: «Папа ласковый, когда от папы пахнет. Мама веселая, когда от мамы пахнет. В доме радость, когда в доме – пахнет. Вообще жизнь прекрасна, когда – пахнет!». Спиртным.

А когда мама с папой только-только обзавелись ребеночком, они же пьют еще пока не политуру, а дорогие вина, и не до рвоты, а по чуть-чуть. И значит, пахнет дома – приятно. Это ж, когда празднующий уже в своем собственном соку лежит – попахивает противно, пока же иначе.

И получается, что мы, тем самым, беззащитному грудничку внушали, и нам, наши родители по недомыслию внушали, – всю нашу жизнь и с бессознательного возраста, когда мы еще таких слов, как пиво, вино, водка знать не знали, – внушали положительное отношение к вино-водочному запаху! Запах спиртного стал знаком ласк!

Я поясню, что произошло в результате этой, вроде бы радостной и невинной домашней пьянки. Человек, как мы уже определились, пришел в этот мир «чистым листом», на котором еще ничегошеньки не написано.

По центростремительному нерву от рецептора носа в мозг поступает информация о запахе, а по другому центростремительному нерву в мозг поступает информация от кожных рецепторов. Каждый из этих информационных потоков не только образует в мозгу человека очаг возбуждения, но образует их одновременно, а значит, между ними возникает ассоциация! Ассоциация между приятными прикосновениями и безразличным до сего мгновения – запахом алкоголя.

И как теперь человек начинает относиться к этому запаху?

Конечно, положительно! Причем, это положительное отношение к запаху у него возникает без всякой работы его сознания, ибо последнего еще попросту не существует. Маленький человечек еще не обзавелся собственным сознанием, но уже бессознательно, положительно относится к запаху спиртного! Точно так же, как и к ласкам. В психологии этот фокус называется образованием установки.

А теперь задумаемся: был ли у нашего новорожденного человечка выбор? Мог ли он воспротивиться образованию ошибочной и вредной ассоциации между приятными поглаживаниями и запахом ядовитой жидкости?

Конечно же, никакого выбора у него не было! Никак ребенок не мог воспротивиться созданию ассоциации в своей собственной голове! А ведь именно эта ассоциация в будущем и будет в значительной степени определять и соответствующий выбор, и отношение к проблеме «пить или не пить?»

Более того, имея положительное отношение к запаху, и не понимая, почему он относится именно к этому запаху именно так, а не иначе, человек, естественно, будет вынужден, по крайней мере, сам себе как-то объяснять данное свое предпочтение. Например, он может додуматься до того, что в вине есть, якобы, некие ферменты, ради которых он, якобы, и пьет. И из этих, самопальных гипотез будет складываться система его личных убеждений, которую он с успехом и бесплатно уже сам будет передавать окружающим – друзьям, коллегам и тем же детям…

Возникновение установки – есть первый механизм очеловечивания, хотя в данном случае он является скорее механизмом расчеловечивания, низведения до особи, стоящей на пути беспощадного саморазрушения.

Вторым простейшим механизмом очеловечивания является, конечно же, отождествление. Отождествление – примитивная, элементарная психологическая реакция, заключающаяся в том, что мы мысленно приравниваем себя к другому человеку – сами того не замечая, перенимаем его способ мышления, его идеи и ценности, и даже – эмоциональные реакции и внутренние состояния.

Отождествление – инстинктивная реакция человека. Вот почему, когда мама пятилетней девочки, например, панически боится темноты и резких звуков, то – будьте уверены – все эти страхи станут достоянием ребенка, причем, в значительно усиленном варианте. И это в значительной степени определит его дальнейшую жизнь. В частности, будучи излишне тревожной, она рискует стать алкоголичкой гораздо быстрее, нежели ее более спокойная подруга.

А был ли, озадачимся еще раз, выбор у той, у пятилетней девочки? Могла ли она игнорировать собственный инстинкт самосохранения и влияние среды, в которой пребывала?

Третий способ очеловечивания – подражание, т. е. сознательное воспроизводство тех или иных реакций того или иного человека.

Возьмем для иллюстрации, скажем, ситуацию, когда ребенку уже лет 5.

Праздник. В квартире появляются новые люди. Это гости. Нередко гости чувствуют себя скованно, зажато, и поэтому говорят, словно с перепугу, нарочито громко и резко… Но вот, все они садятся за накрытый стол. А на столе – блестящие «бутылочки». Затем, и гости, и папа, и мама – разливают жидкость из «бутылочек» по рюмкам, бокалам, фужерам, поднимают, чокаются, выпивают… И – после этого с этими людьми начинают происходить всевозможные чудесные превращения: они враз заулыбались, задвигались, замахали руками… И после этого они и на ребенка внимание обратили: ставят его на табуретку, гладят ласково по голове, называют хорошими словами, просят рассказать стишок, дают конфетку… Например, «карамель коньячная» или «шоколадный батон с ромовой начинкой». Именно такие конфетки, по поводу которых выдающий русский биолог, врач, педагог П. Ф. Лесгафт (1837—1909) заметил: «Сначала конфеты с ромом, потом ром с конфетами и, наконец, чистый ром». Какова ж функция микродоз алкогольного яда – также известно давно: незаметно подавить естественный рвотный рефлекс и подготовить организм для приема значительных доз.

Был ли и тут у ребенка выбор? Мог ли он отказаться от такого рода отравленных конфет? Знал ли он, к чему приведет это подавление рвотного рефлекса?!..

Итак, ребенок вдруг становится центром всеобщего внимания, центром внимания подвыпивших людей. И теперь в его мозгу возникает уже более сложная связь: ассоциация между алкоголем, что был выпит гостями, и возникшим у гостей после этого интересом к нему, находящемуся тут же. В дальнейшем, когда эта связь будет осознанна, она вполне может получить вид и такого умозаключения: «Если хочешь попасть в центр внимания людей, если хочешь услышать от них хорошие слова, получать конфеты, всякие ласки да нежности, если хочешь от людей что-то получить – сделай так, чтобы эти люди выпили спиртное». И подобное умозаключение способно срабатывать, как мина замедленного действия, когда человеку и 16 лет, и 40 лет… Эта мысль, одетая, быть может, в некие иные одежды, способна работать, и работает в любом возрасте, поскольку в любом возрасте человеку хочется получать, образно говоря, конфеты.

А как их получить? Очень даже просто: «А ты сделай так, чтоб люди выпили!». И тогда наш 5-летний ребенок, ставший уже многолетним, говорит: «Слушай, друг, а давай за бутылочкой посидим?»

Зачем она ему, бутылка вдруг понадобилась?

Есть, конечно, разные причины, но как одна из них может быть и такая: хочется от человека получить «конфеты»…

Ну, это все потом. А пока ребенку 5 лет, и он видит, что папа, который вечно недовольный чем-то, задумчивый да мрачный, слова – не добьешься, этот папа вдруг хватает гитару со стены да песни петь начинает?!.. Да все с какими-то ужимками, прям животики надорвешь. А тут и мама, которая вечно в домашних заботах, мама начинает танцевать, мама – красивая, веселая, в новом платье!

И все это после чего вдруг? И все это после того, как папа, мама, дяди да тети выпили какую-то жидкость из блестящего бутылька.

А какая связь в голове у ребенка образовалась? Образовалась связь между «бутыльком» и весельем, между выпитым спиртным и возможностью «отрубиться» от забот домашних.

Более того, мозг ребенка зафиксировал пошаговую программу разрешения личностной проблемы. Вот почему в будущем, оказавшись в подобной же ситуации, отождествив себя с теми людьми, и подражая им, ребенок потянется за спиртным. Его так научили и, тем самым, фактически, лишили выбора.

Некто может сказать: «А мы детей за общий стол и не сажаем. Это ведь не пе-да-го-гично детей за общий стол сажать – они ж здесь пи-и-ть научатся?!».

Ну, да, научатся. А вот глядя из соседней комнаты на все эти семейные безобразия или видя добрейшего дедушку – телеведущего на «Поле чудес», спаивающего соучастников своей программы, они уж, конечно, никак не научатся. Они же у нас совсем тупые.

Хорошо. Давайте рассмотрим, что происходит, когда мы детей выгоняем в другую комнату, приходя друг к другу в гости. «Дети – наши, ваши – марш все туда! Не мешайте взрослым отдыхать!». В крайнем случае, накроем им там стол – конфеточки, печенье, лимонадик, «детское шампанское»: «У вас своя свадьба, у нас – своя».

И что мы этим делаем? Они ведь прекрасно понимают, что поступили с ними дискриминационно, что их, по существу, в тюрьму засадили. А за что? А за то, что они – маленькие.

И какая информация в результате этого у детей в голове записалась? А информация такая: сидеть за общим столом с алкоголем – это привилегия взрослых.

А когда эта информация, словно мина замедленного действия рванет? Когда ребенку будет лет 12, то есть когда очень нужно будет доказать и себе, и другим, что ты – взрослый. А как доказать? А очень просто: поставь на стол бутылку, воткни в рот сигарету и – всё, ты уже на три кепки выше.

Ну, это все потом, а пока дети весь вечер из той комнаты выглядывают, ждут момента, когда папа с мамой накушаются настолько, что если выйдешь – тебя уже не прогонят, а будет все как раз наоборот: «О, мой родненький, иди мой сладенький, да где же ты был?!». И начинаются безобразные пьяные ласки…

А тут, какая связь, связь между чем и чем в мозгу у ребенка образовалась?

Смотрите: пока родители были трезвыми, они были… какими? Они были злыми, они меня гнали. А как напились?! Враз стали хорошими, они меня не гонят! Значит, «мама пьяная, папа пьяный – это хорошо! Вырасту – буду таким же!».

Хотели что-то подобное родители в голове своего ребенка записать? Да, нет же, конечно! Но ведь записали.

А какие ассоциации записываются в голове ребенка, если ему человек, известнейший на всю страну, не только подает пример, но еще и с бокалом шампанского? Вот строки, обращенные к небезызвестной певице Э. Пьехе: «На выпускном вечере детдомовцев Вы угощали ребят шампанским, а директор детского дома Нина Вячеславовна была против: „Нельзя детей спаивать“. Однако Вы настойчиво уговаривали ее: „Ну, совсем немного шампанского! Пусть запомнят этот день, этот город“» [4].

Об облике деятеля культуры, Народной артистки СССР Э. С. Пьехи мы можем судить не только по ее делам, но и по ее собственным словам: «В тот день рождения у меня в буквальном смысле слова были настежь открыты двери. Я купила много-много спиртного, было много закусок, были даже поросята, которых из Абхазии привезли. Красивый был праздник, но после него пришлось сделать капитальный ремонт квартиры» [5].

И еще она же и в том же духе: «Я была знакома с тремя афганскими лидерами – трижды там была и со всеми целовалась, что на Востоке не разрешено. С Тараки я пила вино, хотя он мусульманин, но говорил, что в Америке научили его пить. С Амином, который задушил Тараки, я танцевала, при том, что женщинам не полагается танцевать в мужской компании, мне разрешили: вы из Европы, ладно, танцуйте с нами. Меня спасло то, что у меня было зеленое платье, а у мусульман это священный цвет. С Бабраком Кармалем мы пьянствовали на приеме в советском посольстве» [6].

Ну, хороша, не правда ли?

Образ жизни своей мамы, естественно, переняла и дочь – Илона, что маму в восторг почему-то не привело. Вот только одно из воспоминаний на тему детства: «Мама меня как-то издубасила. Била и орала: «Я тебя убью, но хамкой не вырастешь!». А у меня был переходный возраст: я курила, хамила… Мы пили портвейн, валялись на диване, сочиняли песни и слушали музыку. Часто тусовались с компаниями на даче.

Но это был вполне здоровый образ жизни – у нас не было ни наркотиков, ни какой-то грязи…» [7].

Ну, оно и понятно, после домашнего обучения портвейн, диван да курево – самый здоровый образ жизни. Несколько позже, И. Броневицкая, защищая свою воспитательницу, заявит престранное: «Мама сказала однажды журналистам, что с детства пьет.

С какого детства? Она в бедности жила, у них горячей воды не было, каждый грош считали… Все мы артисты пьем, и ничего в этом страшного нет» [8].

Разумеется, «в этом ничего страшного нет». Напротив, это даже очень большая заслуга пред жрецами культуры Бафомета-Бахуса!

Еще один штрих к портрету. «В октябре 1995 года «Экспресс-газета» сообщила, что августовские гастроли певицы в Прибалтике были сорваны из-за того, что Пьеха… была пьяна. Главный администратор Литовского государственного академического театра драмы Я. Жвикайте рассказала: «Я встречала Эдиту Пьеху на вокзале, когда она приехала в Вильнюс. Она мне показалась очень красивой женщиной. Но в тот день Пьеха не выступала, а поехала в Палангу. Зато 18 августа, в день концерта, передо мной предстала другая Эдита Пьеха…

Она приехала в полседьмого. Я подошла к машине, где сидела Пьеха, и поговорила с ней. Я увидела ее в таком состоянии: она едва ворочала языком. Ей трудно было говорить, а не то, что петь. Я поняла, что, как главный администратор театра, не могу выпускать на сцену артиста в таком виде… Я попрощалась с ней. Сказала, что должна идти к людям, которые собрались в театре, и сообщить им, что концерт отменяется. Администратору Пьехи пожелала впредь лучше думать, когда готовит выступление. Так мы и расстались…

Наша газета «Республика» деликатно написала, что концерт не состоялся из-за «болезни» Эдиты Пьехи. Слово болезнь они специально взяли в кавычки…» [9].

Далее и, наконец, самый главный способ очеловечивания – восприятие знаковой системы: восприятие системы слов, образующей речь и язык. Именно благодаря слову, в котором «свернут» и зафиксирован исторический опыт предыдущих поколений, и становится каждый из нас членом человеческого сообщества, его частицей. Но… человечество, оно, оказывается, такое разное?!.. Одна часть оного возвеличивает, возводит в культ Здоровье, Красоту, Гармонию, другая – молится на средства, искусственно вызывающие психоз и галлюцинации, воздает почести любой деформации, любому декадансу и распаду. Не потому ли огромная масса, пребывающая в состоянии умственного затмения и нравственного коллапса, и выдвигает из своей среды таких субъектов, как Якубович, Моисеев, Булдаков?.. И эти, наиболее колоритные выразители сути процесса всеобщего охренения, становясь, фактически, дирижерами-кукловодами, реанимируют смердящие, дряхлые ценности бесславно сгинувших дегенератов прошлого. И худшие становятся лучшими; а лучшие ныне те, кто с наибольшей изощренностью вывернется наизнанку и явит миру все свое грязное бельишко, всю свою мерзкую, скотскую сущность.

И желающих стать «первыми», вдруг обнаружилось столь изрядное число, что впору вновь заговорить о наличии в обществе блуждающей эпидемии психоза.

Но ведь социальные психозы не возникают спонтанно, как бы сами по себе. Напротив, эти явления тщательно готовятся закулисными знатоками народной психофизиологии. Их цель – замаскировать свои преступные деяния, отвлекая внимание людей с этих деяний на нечто великошумное. Это очень древний способ. В частности, «когда Римская империя начала разваливаться, ее лидеры ухватились за идею массовых игр и зрелищ, чтобы развлекать и успокаивать народ. В истории немало примеров войн, которые велись только для того, чтобы отвлечь людей от неурядиц в собственной стране» [10].

Таким образом, рецепт прост: сначала для отвлечения внимания вызывается стресс, шок, создается социальное напряжение, а затем, для одуревшей дезориентированной биомассы, именуемой населением, в качестве средства снятия оного предлагают, скажем, пить пиво, принимать участие в телеигрищах, писать доносы, кричать: «Смерть шпионам!»… Любая реакция! Все, что угодно! Но «…реакция неизменно сопряжена с падением нравов.

Реакция – не только политический пресс. Это опустошение души, надлом психики, неумение найти место в жизни, это разброд сознания, это алкоголь и наркотики, это ночь в скользких объятиях проститутки. Жизнь в такие моменты истории взвинченнообострена; она характерна не взлетами духа, а страстями, ползущими где-то понизу жизни, которая уже перестала людей удовлетворять» [11].

Более того, знатоками социальной психофизиологии подобные реакции самым тщательнейшим и незаметным для всеобщей публики образом направляются. И тогда возникает всеобщее состояния покорности. Каждый член общества, пребывая в состоянии постоянно действующего напряжения или даже страха, оказавшись в мутной реке жизни, в этом мощном потоке нечистот, прекращает всякое сопротивление, утрачивая даже способность мыслить несогласно с тем, что он видит и чувствует. И тогда, если б он мог тайком записывать в своем дневнике, он тоже мог бы сделать подобную запись: «Возник какой-то новый, систематически действующий фактор. Все, что хоть немного поднимается над средним серым уровнем, оказывается под угрозой. Если ты умен, образован, сомневаешься, говоришь непривычное – просто не пьешь вина наконец! – ты под угрозой. Любой лавочник вправе затравить тебя насмерть. Сотни и тысячи людей объявлены вне закона» [12].

Не зря ж некий господин, взбунтовавшись против процесса низвержения морали и нравственности, даже принял участие в телепрограмме В. Познера «Человек в маске», объяснив присутствующим, почему он тут и в маске: я нормальный человек и поэтому в нашем обществе, где господствует тлетворный дух русофобии, педерастии, пьянства и прочего, мне становится просто неудобно быть не таким, каким меня незаметно, неуловимо как, заставляют стать.

Итак, важнейшим инструментом очеловечивания (и расчеловечивания!) является слово. Слово – это знак, условный сигнал – видимый, слышимый или воображаемый, – извещающий о предстоящем воздействии на организм безусловного раздражителя. Закрепление за словом определенного значения и смысла, происходит по типу создания условного рефлекса. Отождествляя себя с другими людьми, подражая им, ребенок посредством подражания и отождествления перенимает и знаковую систему, которую они используют. Язык окружения становится его родным языком, языком, в котором закреплены представления, знания социума о мире. Именно эти знания и отражаются в персональном человеческом мышлении и актуализируются в его речи, в его поступках, в поведении, в деятельности. Отражение мира в виде образов и знаков есть сознание или, иначе говоря, означенное, осознанное бытие. «Способ, каким существует сознание и каким нечто существует для него, это – знание» [13].

Процессы и явления, происходящие в сознании, принято называть мышлением. Отсюда мыслить означает устанавливать новые связи, ассоциации, отношения между имеющимися в сознании знаками, образами, процессами и явлениями. Мыслить – означает ориентироваться в своем воображаемом мире, являющимся проекцией мира действительного. При этом не будем упускать из виду главное: любая человеческая активность, в том числе и мышление, есть результат и средство удовлетворения действующей потребности, главная из которых – потребность быть целостным, под которой – инстинкт самосохранения. Следовательно, язык есть средство, с помощью которого мы преследуем свою абсолютную цель – выжить. Если же наш язык отражает мир ошибочно, то такой язык – угроза для выживаемости, для самосохранения, для целостности. Вот почему так важно стремиться к точности, оперируя словами, стремиться к точности при определении смысла и значения слов.

Какие же смыслы и значения мы улавливали, будучи детьми? Послушаем лектора Приморского краевого общества «Знание» М. И. Коваленко: «В 80-х годах социологи опросили специально подобранную группу 12-летних детей, которые в своей жизни еще ни разу не употребляли спиртное. Соответственно, подобные дети могли судить о свойствах алкоголя только по тем сведениям, которые они где-то услышали. В частности, от самих же старших.

Так вот, на вопрос «Почему же люди пьют?», около 40% детей указали на благотворное действие алкоголя: «алкоголь повышает аппетит, помогает при простуде, поднимает настроение» и т. п.

Вот, какая информация в голове 12-летнего ребенка в 80-х годах уже была записана. В 12 лет дети уже верили в то, что алкоголь полезен!

Спрашивается, где же успел ребенок получить подобную информацию? Прежде всего, конечно же, дома. Вспомните, как это случалось, возможно, и в ваших семьях. Ребенок приходит домой из школы, а мы – вовсю угощаем соседа: «Сосед, на улице мороз – выпей от простуды!». Или: «Наготовили тебе закусок, что ж ты ничего не ешь? Ну-ка, давай для аппетита!.. Да что ты такой скучный? Давай, для настроения!».

И наш ребенок все это распрекрасно видит и слышит! И все это – про аппетит, про настроение и, конечно, о простуде – у него уже есть. И он уже верит в то, что алкоголь полезен для организма. Значит, он уже сегодня потенциальный алкоголик!».

Вспомним в этой связи и слова, которые приписывают известному русскому психофизиологу Г. А. Шичко: «Алкоголизм начинается не с первой выпитой рюмки, а с первой увиденной рюмки, которую пьет папа или мама». Именно под влиянием этого виденного ребенок, выйдя из-под родительского управления, вопрос – «пить не пить?» – решает уже самостоятельно. Именно под влиянием этого виденного и слышанного, он завтра будет давиться от спиртного, его будет тошнить, будет противно, но – надо! Потому что простыл. Или потому что устал. Или еще по какой другой причине. Надо, потому что полезно. А подростковый алкоголизм развивается молниеносно!

Вот так и выясняется, что вся наша семейная культура общения с соседом направлена на воспитание алкоголиков.

Усваивая такие слова, как «выпьем», «пиво», «водка», ребенок, со слов своих собственных родителей, усваивает и значение этих слов и, соответственно, свойства того, что в мире взрослых подразумевается под этими словами. Именно эта информация для этого ребенка в дальнейшем и будет являться и средством ориентировки в действительности, и средством дальнейшего познания мира, и средством регуляции своего собственного поведения. И при этом совершенно неважно, что, находясь среди пьющих взрослых сам-то ребенок не принимал непосредственного участия в этой пьянке: «В. Я. Кряжев еще в 1928 г. заметил, что если у одной собаки выработать условный рефлекс на виду у другой, то через некоторое время оба рефлекса в равной степени проявляются у обоих животных» [14].

Отсюда становится совершенно понятным, какие именно рефлексы вырабатываются с помощью «невинных» семейных застолий и «безобидных», насквозь проспиртованных телепередач типа «Поле чудес», «Старая квартира», «L-клуб»…

Хуже того, видя, что творящееся с нашим народом не есть спонтанность, не есть нечто само собою получаемое, но – процесс тотальный, методичный, с прицелом на строго определенный результат, понимаешь, что у этого процесса есть свои закулисные «физиологи» и кукловоды. Это ведь один из них – госсекретарь США Джеймс Бейкер, выступая в 1992 году перед конгрессом, сказал так: «Мы истратили триллионы долларов за последние 40 лет, чтобы одержать победу в „холодной войне“ против СССР». И они не просто истратили триллионы долларов, но и с их помощью нашли единомышленников, помощников и союзников в самой России. Именно этот факт с горечью констатировал академик Ф. Г. Углов: «И свое грязное дело они проводят не сами, а руками русских подлецов и предателей» [15].

Причем, злейшие враги славянских народов, не просто «истратили триллионы долларов» – свои доллары они бросили и на вербовку иуд среди пастырей – среди тех, на кого ориентируются десятки, а иногда и десятки миллионов людей. Бросили все силы, бросили миллиарды долларов, прежде всего, на духовную оккупацию литературных, театральных, музыкальных союзов в целом и на вербовку отдельных писателей, певцов и композиторов. Почему же были брошены силы именно в этом направлении, каждый читатель поймет после ознакомления с результатами следующего исследования.

Психологи сделали попытку приучить стаю японских обезьян к конфетам и начали с молодых особей, стоящих на низших уровнях «обезьяньей иерархии». Вкус к конфетам распространялся крайне медленно: через 1,5 года лишь 51% обитателей колонии употребляли конфеты, причем, среди них не было ни одного вожака.

В другой стае таких же обезьян пробовали приучать к пшенице, но начали на этот раз с вожака. Употребление в пищу пшеницы, до той поры обезьянам неизвестной, распространилось на всю стаю уже через 4 часа! [16]

Вот, почему на наших телеэкранах так часто демонстрируются коллективные пьянки, участие в которых принимают известные всей стране писатели, артисты, бизнесмены, клоуны, политики. Складывается впечатление, что единственное назначение подобных демонстраций заключается в том, чтобы спровоцировать народ на подражание. Не эти ли денежки и отрабатывают на ЦТ председатель ВГТРК М. Швыдкой, телеведущие телепрограмм Л. Якубович («Колесо истории», «Поле чудес»), В. Познер («Мы»), А. Крупенин («Мужской клуб), Э. Николаева («Личное дело), а также «циники, пошляки, космополиты», «подлецы и предатели»?

И вот уже, вроде как само собой, Россия по душевому потреблению алкоголя в 1993 году выходит на 1-е место в мире и, соответственно, выходит на 1-е место в мире по всем последствиям подобного ядопотребления.

Но ведь у каждого же из нас вроде бы есть выбор: смотреть эти телепередачи или не смотреть, читать книги таких «просветителей», как Л. Щеглов, А. Спичка, А. Боровский или не читать, слушать песенки в исполнении И. Николаева, Н. Кадышевой, В. Кикабидзе, вольно или невольно, но пропагандирующих ядопоглощение или не слушать? Вроде бы выбор есть. И, тем не менее, мы видим: и бараны в стаде, и люди в обществе неизменно и почти всегда следуют за фигурами, волею судьбы оказавшимися в лидерах. И это понятно, ведь лидер – это избранник массы, а масса – сила, и лидер управляет этой силой, а следовать за сильной массой, подчиняться сильному лидеру означает устранять тревожность, снимать ответственность с себя за себя, избегать угрозы уничтожения. Это ведь – основа выживания. И, напротив, противостоять силе, противостоять лидеру – означает постоянно пребывать в состоянии тревоги, постоянно находиться под дамокловым мечом. Эмоция в данном случае на стороне конформистов.

Более того, сознательно мы даже можем понимать, что во главе – враг, но подсознательно, как показывает исторический опыт, устремляется за этим врагом в пропасть. Если во главе культуры стоят «подлецы и предатели, циники и пошляки», разобщенные члены общества начинают отождествлять себя именно с этими людьми, начинает подражать именно этим людям! Основа выживания…

Вот почему мы с вами вправе сказать: если общество вдруг приходит не в то место, куда стремилось, то это не означает, что все вышло как-то само собой. У общества есть поводыри… Ни одно общество не бредет за кем-то в не пойми какую даль, просто ради того, чтоб не топтаться на месте. Общество – живой организм и как любой организм имеет цель – быть целостным.

За кем же и куда идем мы? Кто они – наши поводыри, наши законодатели мод, выдумщики морально-нравственных и политических принципов, создатели общественных идеалов и социально-экономических программ? И всегда ли они ведают, что творят?

К сожалению, не все и не всегда, но, что еще более огорчительно, мы сами полагаем, будто бы есть некие подонки общества, находящиеся, естественно, внизу, и есть – «сливки общества», находящиеся, соответственно, выше всех прочих. Отсюда, всякий очутившийся в высших эшелонах нами, уже в силу только этого, тут же наделяется всеми атрибутами авторитетного, достойного и лучшего. Нам несвойственно думать иначе. Между тем, ведь совершенно ж прав был В. Высоцкий, сказавший: «Да не все то, что сверху, – от бога». И потому культура не обязательно есть культура развития. Существует и культура деградации, распада, растления, обозначенная мною таким словцом, как культуразм.

«Культура, – пишет С. И. Ожегов, – совокупность достижений человека в производственном, общественном и умственном отношении». И там же: «Достижение – положительный результат каких-нибудь усилий, успех» [17]. Но ведь достижения могут быть и в деле распада, а «положительный результат каких-нибудь усилий» можно достичь и в деле разрушения? Слово «культура», – производное от слова «культ», – корнями уходит к латинскому cultus – «почет», «почитание». Но ведь почитать же можно и силы тьмы?

Освальд Шпенглер в книге «Закат Европы» утверждал: «Культуры суть организмы» [18]. Если принять подобную метафорическую вольность, то мы можем вспомнить и о том, что организмы бывают всякие, а в одном обществе могут сосуществовать самые разные организмы. И эти организмы, и эти культуры могут вести и ведут друг с другом жесточайшую конкурентную борьбу, используя в качестве своего оружия в том числе и таланты, способности артистов, художников, поэтов… К сожалению, человек, носитель таланта, далеко не всегда проявляет сознательную избирательность в выборе бога, которому служит. И тогда он становится просто транслятором всего того, что ему некогда внушили. Транслировать и то, за что заплатят: «Смоктуновский все чаще <…> позволял себе играть всяких недотеп или главарей мафии. На вопрос, почему он это делает, актер в одном из интервью откровенно признался: „Раньше я строже относился к выбору ролей… А сейчас говорю – говорю это со стыдом – мной руководит другое. Спрашиваю: сколько вы мне заплатите за это безобразие?“» [19].

Это ведь на него писал эпиграмму В. Гафт [20]:

Начав блестяще с «Идиота»,
Он до сих пор, как в годы те,
Артист высокого полета
На «идиотской» высоте.
Нет, он совсем не полоумный.
Из театра в театр неся свой крест.
Всегда выигрывает сумма
От этой перемены мест.

«Выигрывает сумма» или, как в устном, и, пожалуй, в более точном варианте: «выигрывает в сумме»…

Кроме того, эти культур-организмы могут утверждать свое бытие, и устремляться к своим целям, и провозглашать ценности только посредством конкретных деятелей. Причем, эти деятели – певицы, академики, актеры – в данном случае, выступают всего лишь, как марионетки соответствующей культуры. Вспомним в этой связи совсем недавнюю пьянку, происходящую прямо на сцене, которую устроил О. Ефремов – главный режиссер МХАТа, празднуя свой день рождения?! Кем же нужно быть, чтобы не понимать, что подобной демонстрацией, да еще на всю телесмотрящую Россию, прежде всего, подается пример для всеобщего подражания!

Откуда пошла эта пошлость – публичные пьянки напоказ? А это О. Ефремов, В. Черномырдин, В. Жириновский – продолжают дело И. Сталина: «Дочь верного ленинца Николая Немцова – Зинаида рассказала корреспонденту «Огонька» В. Глотову о первом банкете, устроенном в Кремле в честь 8 Марта. «Я помню, мне позвонила из Москвы секретарь редакции журнала «Работница» Валя Кон, жена Александра Кона, экономиста, и невестка Феликса Кона. Говорит: «Выберись в Москву. Намечается интереснейшее мероприятие. Сталин объявил, что в честь 8 Марта будет банкет в Кремле. Я достала билеты».

И вот банкет. Их раньше не проводилось. Сидит Сталин. Рядом – наши знаменитые женщины, конечно, и Ворошилов, Каганович. Начались тосты. Не знаю, когда появилась легенда, что Сталин пьет исключительно грузинское вино – он пил тогда водку. Активистки целовали его нежно в плечико. Пели частушки. …Мы с Валюшей не выдержали этого ужаса, ушли. С той поры и начались по стране банкеты. Каждый местный вождь теперь получил право устраивать официальную пьянку» [21].

Устраивать пьянку означает, вместе с тем, и проводить ритуальное действо во славу Распада, ибо вино – это продукт разложения. Разложением же у нас, как известно, ведают силы тьмы. И подобные воззрения находят самые серьезные подтверждения. Известно, что от вина еще ни один человек ни на чуть-чуть лучше не стал. Напротив, винопитие приводит к умственной деградации, к морально-нравственному падению, к распаду семейных уз, к развалу социально-экономической жизни общества. Не зря ж в Библии сказано: «Не смотри на вино, как оно краснеет, как оно искрится в чаше: впоследствии, как змей оно укусит, и ужалит, как аспид». (Притч 23:31—32).

Змей или «зеленый змий» – одно из имен дьявола.

А вот и еще одно подтверждение вышесказанному: «Интересно, что мы находим подземного Вакха вакханок в Сатане с лицом быка, которого вызывали и которому поклонялись ведьмы средних веков в своих ночных шабашах. Это и есть знаменитый Бафомет» [22].

Вакх, как известно, это бог вина. Он же – Бахус, он же – Дионис. Следовательно, поклонятся богу вина – поклоняться Бафомету, которому в средние века поклонялись ведьмы. И не важно при этом, кланяетесь ли вы умеренно, едва заметно и только по великим праздникам или же – в пояс и ежедневно, или даже пали ниц от великого усердия… Все это лишь вопрос вашей гордыни, но не сути.

Кому ж поклоняется та «культура», голос которой доминирует сегодня и на телеканалах, и в прессе, и в драмтеатрах? К чему призывает она? Куда идет и куда ведет свою паству?

Культура утверждает себя и свои ценности посредством конкретных служителей культа, которые служат либо за деньги, либо за идею. Представим, что человек, выросший в семейной атмосфере, где родители поклонялись Бахусу, т. е. Бафомету, вдруг попадает работать в средства массовой информации, в театр, или становится учителем, или кинорежиссером, или писателем – становится человеком, на которого ориентируются десятки, сотни людей, а иной раз и многие миллионы. Такой человек, невольно введенный в заблуждение своими воспитателями и даже приобщенный к наркотическому дурману через пример, уже сам и добровольно, и бесплатно всюду, где только может, начинает распространять проалкогольные взгляды, в подавляющем своем большинстве являющиеся всего лишь иллюзиями алкогольного некрофила. И, чем более известным является такой человек, тем большим оказывается и его личный вклад в повреждение общественного сознания. Если этот человек становится простым художником, он совершенно неосознанно включает в содержание своего труда то, что так или иначе имеет отношение к распитию спиртного: бутылки, фужеры, соучаствующих в застолье… Если же он становится неким важным лицом, от которого в той или иной степени зависят все эти «простые художники», то он для них в своих, разумеется интересах, может даже организовать конкурс под названием: «Нью-йоркская водка в творчестве художников России» [23]. Организаторы: «Zigzag Venture Group» (США) и Объединение «МАРС» (Россия). Данный конкурс, как изложено в его условиях, «является одной из замечательных форм сотрудничества между предпринимателями и художниками».

Условия «сотрудничества» просты: «…каждый художник, участвующий в этом конкурсе, представляется произведения на тему «Нью-йоркская водка» в абсолютно собственной, характерной для себя форме.

Жюри конкурса отбирает 50 работ для выставки в галерее «МАРС» и присуждает премии:

1-я премия – 50 ящиков «Нью-йоркской водки» (по 12 бутылок 1 литр каждая); 2-я премия – 25 ящиков; 3-я премия – 10 ящиков; десять специальных премий – по 7 ящиков; тридцать семь поощрительных премий – по 2 ящика.

Жюри конкурса: К. Акинша – искусствовед, В. Бондаренко, президент «Zigzag Venture Group», И. Ефимович, искусствовед, Е. Короткевич, зав. кафедрой истории искусств ГИТИСа, Н. Косолапова, директор Объединения «МАРС», М. Красилин, искусствовед, М. Лазарев, гл. редактор журнала «Искусство» С. Намин, президент компании SNC, А. Песоцкий, вице-президент «Zigzag Venture Group», А. Тарханов, искусствовед, О. Торчинский, искусствовед, В. Цельтнер, зам. директора ЦДХ».

Вот вам и конкретный адрес заказчиков из США и исполнителей из России! Подобным же образом алкоголизаторы действуют и среди музыкантов, и среди медиков, и, конечно же, среди депутатов Государственной думы.

Далее, если вышеотмеченный человек идет работать, скажем, в республиканскую газету «Хакасия», то он и там в подтверждение своей позиции, ради утверждения своих собственных питейных убеждений будет старательно выискивать и публиковать всяческие заметки типа «Эликсир молодости. Чесночная настойка» [24]: «Не так давно (неужто подзабыли, когда именно? – Е.Б.) экспедиция ЮНЕСКО нашла в одном из монастырей Тибета (в каком конкретно? – Е.Б.) древние глиняные таблички, на которых был записан рецепт гомеопатического средства омоложения. Время записей – примерно IV—V тысячелетие до нашей эры.

Для приготовления настойки не потребуется никаких экзотических средств. Надо взять 350 г обыкновенного очищенного чеснока, мелко нарезать и протереть в сосуде деревянной ложкой. 200 г этой массы взять снизу, где больше сока, и поместить в сосуд. Потому добавить туда 200 г спирта…»

Стоп! Какого спирта?!.. Если рецепту 5 тысяч лет до нашей эры, да плюс 2 тысячи нашей – 7 тысяч лет тому назад? Какой спирт?! А чем же, как не изобретением самогонного аппарат занимались арабские алхимики и некоторые монахи Европы в IX веке? 7 тысяч лет тому назад мог быть только забродивший сок, содержание спирта в котором не превышало нескольких процентов?!

Так, что мы имеем в руках? 100% фальшивку, рассчитанную на неграмотных, не думающих и легковерных читателей. Цель фальшивки – укреплять в мозгах профанов представление о том, что спирт, якобы, может быть полезным.

Если же этот человек трудится в газете «Комсомольская правда», он вполне может накрапать для мальчиков статейку, рекламирующую пиво – «В пивную, сэр?», в которой мы встречаем просто поразительное откровение: «Настоящая Британия начинается лишь после того, как вы перешагнете порог здешней пивной» [25].

Работают денежки ЦРУ и алкобизнеса!

Может агент, лоббист алкобизнеса написать рекламную статейку и для девочек – «Брют против чизано»: «Советское шампанское – лучшее в мире!» [26].

После всего подобного, как отказаться от солидарности с поэтессой Мариной Цветаевой, вопрошающей:

Кто наших сыновей
Гноит во цвете лет?
Смесители кровей
Писатели газет!

Почти об этом же и Омар Хайям:

В этом мире неверном не будь дураком:
Полагаться не вздумай на тех, кто кругом,
Трезвым оком взгляни на ближайшего друга —
Друг, быть может, окажется злейшим врагом.

А что же делает наш доморощенный алкоголизатор – вольный или невольный пособник ЦРУ – оказавшийся в киноиндустрии?

Начнем с мультиков. Какой мы с вами знаем самый популярный отечественный мультипликационный фильм? Да, конечно же, «Ну, погоди!», где беспрестанно курит такой забавный и любимый детьми Волк! Волк детям нравится, а во рту у Волка – папироса. А уважаемый читатель уже знает, что приятная эмоция, вызванная Волком, распространяется, конечно же, и на его большую папиросу. И теперь ребенок имеет к опаснейшей, ядовитой папиросе примерно такое же положительное отношение, как и к забавному Волку.

Знаем мы мультик, где держит в зубах курительную трубку не менее любимый, исключительно положительный герой – Крокодил Гена. И теперь приятная эмоция, с Крокодила благополучно переходит, конечно же, и на трубку.

Курит и папа в мультике «Карлсон».

Не выпускает трубку изо рта и папа в мультфильме «Трое из Простоквашино».

Можно сейчас перечислять десятки фильмов для детей, где присутствует курение. Причем, курят-то ведь и положительные герои, т. е. герои, с которых по замыслу постановщиков, дети должны брать пример?! И дети, конечно же, этот пример берут – начинают… курить.

Так есть ли у детей выбор после всех этих кинолент, если, как сказал незабвенный Козьма Прутков: «Многие люди подобны колбасам: чем их начинят, то и носят в себе» или как сказал в частной беседе гипнолог, доктор медицинских наук А. Е. Архангельский: «Человек – это сумма внушений»?

Далее, маленький человечек от телевизора тянется к книжке С. Михалкова «Дядя Степа» [27], в которой он может узнать о том, что милиционер дядя Степа по фамилии Степанов вышел на пенсию, на старости лет посетил Францию и там:

В старой ратуше туристов
Принимал почтенный мэр,
И, подняв бокал искристый,
За французских коммунистов
Выпил наш пенсионер.

Детская книжка… Читай и – бери пример.

А если лоббист алкомафии снимает, скажем, такой фильм, как «Василий Буслаев», то он показывает, конечно же, не трезвенников, но тех, кто запросто способен одолеть братину вина – «ковшичек» на полведра, что соответствует II-ой стадии алкоголизма, – да еще ж и на ногах устоять.

Вы представляете, как такой фильм нравственно дезориентирует зрителя?!

А вспомним фильм «Судьба человека», где Андрей Соколов произносит: «После первой – не закусываю!»?!

Я думаю, только очень немногие из посмотревших данную киноленту в 60-е годы, не повторили этих слов. Как же не повторить то, что слышал и видел? Нам ведь такие фильмы для того-то и показывают, чтоб мы все это повторяли.

Кстати, рассказ «Судьба человека», по которому был поставлен фильм, написал М. Шолохов. Почему он это сделал? А мы знаем – почему: потому что еще до 5 лет у маленького Миши, благодаря воспитателям, сформировалось положительное отношение и к застолью, и к алкоголепитию. Именно это, внушенное ему отношение он и начал выражать в виде всевозможных придуманных картиночек, называемых рассказами.

Далее, фильм «К расследованию приступить». Фильм заканчивается так: работники правоохранительных органов сидят за столом. На столе – бутылка и закуска. Расследование успешно закончено. Правда – восторжествовала. И женщина, единственная среди них, первая хватает стакан с винной отравой и призывает: «Ребята, давайте поздравим Пашку с внуком!» И все, моментально повеселев, чокаются, и заливают в себя отраву, чтобы получить состояние алкогольного опьянения, т. е. отравления, в котором совершается 90% преступлений, жидкость, от которой ежегодно в России погибают преждевременно сотни тысяч наших сограждан, в том числе и женщин, и милиционеров, и киноартистов…

А возьмите фильм «Белорусский вокзал». Опять же женщина – актриса Н. Ургант, опередив присутствующих, поспешно хватает стакан и призывает: «Ребята, давайте выпьем за все хорошее! Хорошего было больше, чем плохого!» И все выпивают, и опосля трогательно поют: «Мы за ценой не постоим», и плачут – неожиданно и нервно… А вся страна при этом им сопереживает, и отождествляет себя с ними, и в похожей ситуации, подражая нашим милым святым фронтовикам, стремится также как они – красиво и под песенку – пострадать на кухне при закуске и стаканах…

А чем у нас занималась Л. Голубкина в фильме «Гусарская баллада»? Именно та Л. Голубкина, которая несколько позже в одном и своих интервью пожалуется: «Когда я стала актрисой, то атмосферу вокруг меня создавали окружающие. Ползли слухи. Могли, к примеру, сказать: она пьющая и гулящая. А я никогда не пила и девицей была довольно долго».

А знает ли наша актриса, сколько девушек начали хлестать шампанское после фильма, в котором она сыграла? Или она полагает, что телепример – пустая шалость? Увы!..

А возьмите фильм – «Доживем до понедельника». Центральная фигура в фильме – учитель истории Мельников, – которого сыграл обаятельный В. Тихонов: человек честный, смелый, передовой. В минуту тяжелого переживания, посиживая дома на кухне, вдруг требует: «Мам, дай водки!». И мама шустро и без вопросов ставит на стол целый графин алкогольной отравы, после чего наш славный школьный учитель наливает себе граненый стаканище, и вливает оное пойло в свое учительское нутро.

Под влиянием не этих ли кинопримеров сын В. Тихонова и Н. Мордюковой – киноактер Владимир Тихонов приобщился к спиртному, затем – к наркотикам, и – сгинул от передозировки в 1990 году в 42-х летнем возрасте?

И как нам после этого расценить слова Н. Мордюковой, брошенные в адрес трезвоживущего Г. Вицина: «Разве ты мужик? Не пьешь, не куришь, к женщинам не пристаешь. Ты труп!».

А Георгию Михайловичу Вицину, народному артисту СССР сегодня идет между прочим 83 год! И он до сих пор в прекрасной форме, работает, снимается в кино, выступает на вечерах, где читает прозу…

Значительное участие в программировании людей на питие и курение принимает и литература. Причем, делается это иногда очень даже малозаметно. И, сам автор, пьющий и курящий, возможно даже и не подозревает того, какую черную работу творит его перо. Роман Ю. Семенова «Экспансия» [28]:

– Придется полежать недельку дома, – сказал доктор. – Только исключите алкоголь и никотин.

– Не исключу, – сказал Штирлиц. – Заранее обещаю: ни в коем случае не исключу.

– Но это не разумно.

– Именно поэтому и не исключу. Когда надобно каждую минуту включать разум, чтобы не сыграть в ящик, тогда жизнь теряет свою прелесть. Лучше жить столько, сколько тебе отпущено богом, и так, как тебе хочется.

Доктор посмотрел на Клаудиу с изумлением:

– Сеньора, вы должны заставить мужа подчиниться моей просьбе.

– Все, что делает сеньор, правильно, – сказала Клаудиа, – Слава богу, пока еще встречаются такие мужчины, их мало, но за это мы их и любим.

Ну, тут, я полагаю, совершенно ясно, на что именно нас ориентировал, ныне покойный, писатель Юлиан Семенов.

А на что нас ориентируют знаменитые поэты?

Расул Гамзатов:

Пить можно всем. Необходимо только
Знать – когда и с кем, за что и сколько.

Прелестно, не правда ли? Только вот какая незадача – не это ли самое виноградное вино довело нашего знатока нюансов пития до артериального давления 200/140, с которым он и попал в очередной раз в больницу, внушая тамошним врачам самые большие опасения? Так или иначе, но уважаемый Расул Гамзатович – дагестанский мудрец, народный поэт, Народный депутат СССР, не смогший совладать с воспринятыми еще в детские годы представлениями о гостеприимстве, и довлеющими над ним, несмотря на все опасения эскулапов и на их категорический запрет пить спиртное, устроил в своей палате очередную попойку. С друзьями. В процессе возлияний вышел в холл, прилег на диван, заснул и свалился на пол. Медики его подняли, медики его внесли в палату и уложили на кровать. И – от греха подальше – вызвали дежурного врача – П. Мошенцеву. Врач свидетельствует: «Я осмотрела Гамзатова. К счастью, не обнаружила ни травм, ни даже ушибов. Он вновь уснул. Но запах спиртного наполнял всю палату. Я решила заглянуть в его тумбочку. И что же? Моему изумленному взору открылась целая батарея бутылок прекрасного дорогого вина.

Видимо, любимой шуткой поэта был переиначенный афоризм: «питие определяет сознание». Мне ничего не оставалось делать, как решиться на временную конфискацию этого имущества. Вино могло привести к печальному исходу. С помощью медсестры я собрала все бутылки и отнесла в кабинет нашего главного врача. Ничего лучшего в этот момент я придумать не могла. Все бутылки мы аккуратно расставили на письменном столе.

Утром главный врач Владимир Григорьевич Беззубик пришел на работу и ахнул. Откуда такая роскошь? Вызвал меня. Я рассказала, как было дело. Главный врач посчитал мой поступок правильным. Знаю, что они долго беседовали с Владимиром Григорьевичем в его кабинете. В этот же день Гамзатов выписался» [29].

А что творится в песенном жанре культуры, которая обслуживает Бахуса?

«Я хочу, чтоб полней наполнялся бокал», – поет небезызвестный В. Кикабидзе. И это в России, где от этих полных бокалов алкогольной отравы мы сегодня имеем процесс депопуляции населения, а из 10 родившихся только 1 ребенок является здоровым. Зачем же это вам-то, г-н Кикабидзе так уж надо, чтобы непременно наполнялся бокал?

В. Медяник:

Эй, давай на посошок, наливай-ка горькую!

Г. Романова:

Гуляй, купец, гуляй! Все дело в том,
больше прогуляем, больше наживем!
Гуляй, купец! Гуляй, гуляй, гуляй!

А. Державин:

Брат ты мне или не брат?
Рад ты мне или не рад?
Сядь со мной за стол,
Налей себе вина и  если ты мне брат,
То пей со мной до дна!

И вот, все это мы с вами читали, смотрели и слушали. Мы подрастали, смотрели и видели, что наш любимый герой Штирлиц пьет и курит, папа – пьет и курит, мама – прикладывается… И мы, конечно же, начали им подражать, копировать виденное. Сначала – в детском садике – мы копировали только внешнее: брали веточку и изображали курение, пили воду и изображали пьяного. Мы – играли, но мы были уже обучены пить и курить, наш мозг был уже запрограммирован на питие и курение! И нам осталось только попасть в реальную ситуацию, испытать реальную неудовлетворенность, чтобы мы реально выпили или закурили.

Как вы думаете, имея положительное отношение к питию и к курению, зная, что пить-курить, как пить-курить и когда нужно пить-курить, и считая, что пить и курить нужно, могли мы прожить жизнь в трезвости? Был ли у нас ну, хоть какой-то выбор?

Да имея все это в своей голове, мы никак не могли пройти мимо стопки, мимо сигареты!

И мы не прошли.

И мы закурили! И мы выпили. Потом еще раз, и еще раз, и еще много-много раз. И в результате этого у нас сформировалась привычка употреблять спиртное или курить в определенной ситуации и по определенным поводам… Привычка – вторая натура. Натура, созданная не нами. Натура, действующая в нас против нас, действующая против нас совместно с агентами влияния алкогольного бизнеса, совместно с деятелями культуры…

Необходимо отметить еще и то, что вся информация, полученная нами от старших, когда мы пребывали в допятилетнем возрасте, образует, причем, помимо нашей воли, образует в нашем мозгу информационный свод предписаний о том, как нам надлежит себя вести. В психоанализе этот свод предписаний получил название супер-эго. Вместе с тем, мы и сами проживали всевозможные ситуации и уже на основе своего собственного опыта тоже делали некие выводы. Именно эти выводы вкупе с предписаниями супер-эго и образуют феномен, составляющий понятие совести. «…Совесть зависит от знаний и от всего образа жизни человека» [30], – утверждал К. Маркс. («Со…» – приставка, служащая для образования имен существительных и глаголов, означает общее совместное участие в чем-нибудь; «весть» – информация, известие, сообщение). Совесть – это наш внутренний морально-этический эталон, свод морально-этических предписаний, возведенный в ранг Основного Закона индивидуального пользования и образованный в результате синтеза аксиом и директив супер-эго и персонального опыта. Причем, этот Закон не имеет ничего общего с некими декоративно-психологическими безделушками, коих в каждом из нас великое множество. Напротив, свой собственный Основной Закон мы вынуждены не только признавать, но и неукоснительно исполнять, т. е. жить по совести, по своей совести, дабы не погибнуть как определенность. Определенностью же можно быть, только определив и признав нечто за точку отсчета, установив свое соотношение с какой-то группой, с какой-то первичной определенностью. И если я признаю существование этой определенности, то я и сам благодаря этому обретаю статус существующего, я и сам поэтому становлюсь определенностью.

Эта некая духовно-психологическая протоопределенность, по образу и подобию которой были мы некогда сотворены, но от которой самим фактом сотворения были мы и отторгнуты, и в лоно которой лелеем мечту возвратиться, протоопределенность, даровавшая нам «заповеди», ставшие сутью нашей совести, и есть наша личная референтная группа. Референтная группа – некое виртуальное сообщество, к которому человек себя причисляет, членом которого он хотел бы стать, вынужден хотеть дабы избавиться от экзистенциального одиночества и страха своего собственного несуществования. Поэтому, в своей деятельности он, как на некий эталон, ориентируется на мнение, оценки, ценности именно этого сообщества, могущего быть как частью действительности, так и частью вымысла, и даже состоящего из одного-единственного человека. Вымышленной была референтная группа у Дон-Кихота, который учитавшись средневековыми романами, воспылал желанием быть причисленным к лику рыцарей и защищать Прекрасную Даму. И он старался поступать только так, как по его разумению поступали бы они – рыцари.

Абстрактной была референтная группа у Макара Нагульнова из романа М. Шолохова «Поднятая целина» – партия.

Вместе с тем, не следует путать референтную группу с просто приятными людьми или с человеком, который является вашим хорошим товарищем, другом или даже кумиром. Да, есть реальные люди, которым мы подражаем и с которыми мы хотели бы поддерживать дружеские взаимоотношения, но они не есть основа нашего морально-этического выбора. И в этом легко убедиться: когда кумир вдруг оказывается негодяем, наша вера, скажем, в порядочность, тем не менее, остается непоколебимой, ибо родом она не из мгновения случайной встречи, но из периода дошкольного воспитания и даже из самой сути человеческого естества.

Самое большее, чем могут быть наши современники, так это выразителями и материальными носителями некоторых ценностей, воплощенных в нашей виртуальной референтной группе. Так, например, существует множество хороших женщин, старше вас лет на 20, но едва ли вы согласитесь называть кого-либо из них своей мамой. Да, они носители тех качеств и свойств, присущих вашей маме, но это не делает их вашей мамой. И даже ваша мать, сегодня живущая рядом с вами, является уже не референтной группой, а лишь очевидцем деяний той мамы из того далекого детства.

Запечатление образа референтной группы в структурах нашего мозга происходит в самом раннем возрасте по типу уже известного нам условного рефлекса и получает дальнейшую подпитку, подкрепление в последующие годы. Например, мы в детстве смотрели фильм «Самогонщики». Когда смотрели – улыбались. Юрий Никулин нас приятно забавлял, вызывал чувство удовольствия. А в руках у Никулина – бутылка и стакан. И теперь и к стакану, и к бутылке мы начинаем относиться с таким же удовольствием, с каким относимся к Никулину. Это один из самых примитивных способов манипуляции человеческим поведением. Для лучшей распродажи автомашин, продавец рядом со своим товаром, в том числе на рекламных плакатах, помещает полуголую красавицу. И что происходит? Красавица у мужчин, – а ведь именно они являются потенциальными покупателями – вызывает определенные чувства, в частности, желание обладать, и это чувство автоматически помимо воли смотрящего переходит на все то, что находится рядом с ней. На автомобиль. Если нам приятен Юрий Никулин, то автоматически нам становится приятен и вид бутылки с самогонной отравой.

Так уж мы устроены – когда захватывает какая-либо эмоция, то мы принимаем все в целом, не отделяя хорошее от безобразного.

Кстати, мы и безобразное не очень-то отделяем от всего прочего, когда переживаем отрицательную эмоцию. Если мы рассержены, то рассержены сразу и на все, и на всех. Отсюда, видимо, и пошло выражение: «попал под горячую руку».

И вот тут в самый раз поставить вопрос ребром: а почему ж другие-то люди, которые тоже видели, как пьют папа с мамой, видели все фильмы и читали все эти книги, пропагандирующие сигареты и спиртное, тем не менее, и не курят, и не пьют?

Очень важный вопрос!

Размышляем. Как образуется положительное отношение к запаху алкоголя или же табака, нам известно. Ну, а если у ребенка папа не в галстучке блестящем, не на гитаре играющий, а вечно пьющий, блюющий, маманю пьяную нещадно бьющий и его – ребенка – ни за что гоняющий?! И все это – одновременно. Какая эмоция в этом случае возникнет?

Отрицательная. Такой ребенок начинает люто ненавидеть не только алкоголь, но и папаню вместе с маманей. Вот, как в семье алкоголиков, вдруг вырастает трезвенник.

Вот вам, кстати, и ответ на вопрос: способен ли алкоголизм передаваться генетически. Если некто полагает, что способен, то пусть попробует объяснить, как в семье хронического алкоголика могут вырастать дети, иной раз не пьющие вовсе?

Итак, у каждого человека есть своя референтная группа и он поступает, сверяя свои помыслы и поступки с этой группой. Если человек употребляет спиртное, значит, его референтная группа состоит из людей пьющих. Это – очевидно. Ну, естественно, «пьющих, но – не пьянеющих», «пьющих умеренно да культурно», «пьющих с умом и только хорошие вина». А может ли этот человек вообще не пить – никогда, нисколько и ни с кем, т. е. быть свободным от влияния своей референтной группы, быть свободным от своей совести?

Может. Но не слишком продолжительное время. Пример: Иуда, кончивший в удавке на осине… Оторвался от своих и вот – итог.

Таким образом, выходит, что пить-курить мы не сами начали. К этому действу нас приобщила «культура», научило общество, в котором мы жили. Нас – на-у-чили.

А что значит «научили»? Что значит «научить»? «Научить, – читаем мы в словаре С. И. Ожегова, – значит, передать к. л. знания».

Вот и давайте, посмотрим, какими ж знаниями нас обогатила культура, какие знания нам передавало общество, в котором мы жили. Попробуйте вспомнить, какой художественный фильм вы смотрели по телевидению или в кинотеатре города, фильм, в котором курение осуждалось бы, потребление алкоголя изображалось бы как явление совершенно недопустимое?

Когда подобный фильм вы, уважаемый читатель видели и в каком году?

Да, не сразу и вспомнишь…

А вот фильм, в котором курение и потребление алкоголя изображается в привлекательном виде, мы видим ежедневно.

Так какую ж информацию, какие знания об алкоголе и табаке закладывала культура в наши доверчивые головы?..

Кстати, вспомним о том, что Центральное телевидение и кинематограф – это ведь не частные лавочки. Так было, по крайней мере, до сих пор. ЦТ и кинематограф – это государственные средства воздействия. ЦТ и кинематограф – это средства, с помощью которых конкретные люди, наделенные властными полномочиями, проводят строго определенную информационную политику, воспитывают трудящихся в строго определенном духе. В каком же духе они нас воспитывали и воспитывают, какую информационную модель они в нас формируют, если в кино мы видим сплошные пьянки-гулянки?

Так какие ж люди нужны власть имущим – трезвые или пьяные? Ответ очевиден: нужен пьяный народ, пьющее население. Иначе никак нельзя объяснить этот однообразный поток проалкогольного воздействия на умы людей.

Что же нужно для того, чтобы жить трезво и независимо от табака? Прежде всего, определить: какая культура вас более устраивает – культура Искусителя или культура Творца? Затем нужно разобраться с тем, что для вас лично во благо, а что во благо, но не в ваше. Разобраться: где истина, а где – ложь.

…А ложь на нас обрушивается ежедневно. Ежедневно на нас обрушивается лавина алкогольно-табачной пропаганды.

Вот, мы пытались только что вспомнить, когда же мы в последний раз видели фильм, в котором бы порицалось саморазрушение. И не очень у нас это получилось. А фильм, где идет пропаганда «медленного самоубийства»? Ежедневно. Минимум 30 фильмов в месяц. Так ведь только для того, чтобы нейтрализовать всю эту информационную провокационную заразу мы же должны иметь возможность видеть, как минимум, столько же безалкогольных фильмов, то есть, 30 штук!? Но ведь этого же нет?

Лавина алкогольно-табачной пропаганды, которая изо дня в день определенным образом формирует наше сознание, добивается, в конце концов, того, что питейно-курительная программа, которую она нам несет, незаметно становится программой нашего мозга. Алкогольно-табачная пропаганда оболванивает нас таким образом, что мы в стандартных ситуациях начинаем поступать стандартно, заучено, именно так, как нам показывало ЦТ, как нас обучали певцы, писатели, режиссеры…

Вот так и выходит, что вся ныне господствующая культура постепенно превращает человека в зомби, в существо зашоренное, которое, совершенно не задумываясь, копирует чужое и чуждое поведение, выполняя при этом чужую и злую волю, ничего не зная, ничего не помня из того периода, когда мозг подвергался программированию на медленное самоуничтожение.

Весьма любопытное утверждение прозвучало в фильме «Пси фактор», идущем на одном из центральных телеканалов 28 июля 1998 года: «Под зомби обычно понимают людей, отравленных ядом, которые выглядят как мертвецы. После того, как они выбираются из могилы, они ничего не помнят и полностью подчинены чужой воле». Не то же ли самое происходит и при интоксикации человечьих мозгов таким ядом, как этиловый спирт?

Великий мыслитель – Ларошфуко утверждал: «Люди не могли бы жить в обществе, если б не водили друг друга за нос». Существуют тысячи способов водить друг друга за нос. Можно возбудить в людях энтузиазм и они, бросая все, очертя голову поедут строить никому не нужную стройку века. Можно возбудить в человеке массу желаний, и они будут покупать не нужные вещи, делать татуировки или сдавать деньги в липовые фирмы типа «МММ». Можно так обмануть человека, что он будет вдыхать ядовитые табачные газы, поглощать алкогольный яд, да еще и почитать это за удовольствие!

Так есть ли у человека свобода воли и свобода выбора?

Всякий раз, попадая в ту или иную ситуацию, т. е. в положение, когда вдруг возникают новые условия нашего существования, мы вынуждены приспосабливаться к этим новым условиям, которые формируют наше психологическое состояние в диапазоне от легкой, едва заметной неудовлетворенности до самого тяжелого липкого страха. И случается, что мы не знаем, как поступить. И тогда не пренебрегаем лукавыми подсказками, что в разное время нашей жизни были заложены в недра наших голов…

Выпьем с горя, где же кружка,
Сердцу будет веселей!

(Составители школьного курса, видимо, ничего лучшего в поэзии А. С. Пушкина не отыскали. Кстати, дети этот рецепт не только читают, но и заучивают наизусть!).

А как, пребывая в состоянии неудовлетворенности, проигнорировать навязанное певичкой В. Цыгановой?

А на Брайтоне с тоски водку хлещут мужики.

Вот так и выходит, что когда нам плохо, когда мы остро нуждаемся в помощи, то оказывается, что в голове нашей завалялась всего-то пара старых рецептов, да и те предлагают по сути одно и то же: наливай и пей.

Не пить? Собрать в кулак силу воли и терпеть, терпеть, терпеть, раздуваясь от натуги и чумея от боли? Да уж чем так-то, то, быть может, и правда – пойти да напиться?

?!..

Пойти да напиться? Да что ж это за выбор-то такой: либо терпеть, либо напиться?!

Французский социолог К. Леви-Стросс определил: «Мир управляет жизнедеятельностью человека через культуру». Если это действительно так, а все выше прочитанные нами страницы именно к этому выводу нас и подводят, то противостоять культуре, означает противостоять миру. Противостоять пьяным традициям, обычаям, мифам и господствующим в умах людей предрассудкам означает противостоять культуре, конкретным носителям этой культуры, противостоять, фактически, тому миру, в котором мы живем. И трудно в этой связи не согласиться с К. Марксом: «Традиции всех мертвых поколений тяготеют, как кошмар, над умами живых» [31]. Но традиции тяготеют, конечно же, не сами по себе, а посредством людей, объединенных, скажем, в праздничную толпу за праздничным столом. Эта толпа, как и любая иная, примитивна и консервативна. Она не выносит новшеств и отличий, непонятного и оригинального, возражений и критики. Ее высшая мудрость: «Не нарушай традиций!» и «Не отрывайся от коллектива!». Общеизвестно на что способны люди, образующие толпу – за столом ли, на площади, – образующие толпу, сопричастность к которой дарует ощущение собственной силы, безответственности, безнаказанности и абсолютной правоты. Человек массы любит алкоголь еще и за то, что этот яд уравнивает всех, делает пьющих равными друг другу. Стремление к спаиванию своего ближнего за столом – это латентное стремление превратить присутствующих в стадо. А многие люди и хотят быть в стаде. И не любят, когда некто из этого стада высовывается. Инаковый, как мнится человеку массы, либо чужой, либо, что в сущности то же самое, метит в пастухи. А пастух должен быть один. И пастух уже есть!..

Так есть ли у современного человека, воспитанного современной люциферианской культурой, выбор?

В научном сообществе уже стало аксиомой: алкоголь обладает мутагенным, канцерогенным и тератогенным действием. Мутаген – химический фактор, вызывающий наследственные изменения – мутации. И для нас, для обывателей нет практического смысла уточнять – обладает ли он сам по себе такими страшными свойствами, или же благодаря своим метаболитам. Важен результат: вот, был здравствующий род физически и умственно крепких людей, но – пьющих брагу, пиво, вино… И род – выродился. Выродился постепенно и как бы даже незаметно: от поколения к поколению. И, в конце концов, прекратился ставший неспособным к деторождению. Народная мудрость об этом ведь так и говорит: «От худого семени не жди доброго племени».

Вырождение проявляется не только как физическое уродство или же грубое психическое отклонение, вырождение проявляется и как пристрастие к созданию и к восприятию дегенеративных произведений искусства, и даже как легкая чудинка, слабая дуринка, – милая и забавная. «Странная женщина», «странный мужичина» – «не похожие ни на кого». И далеко не всегда тут в наличии здоровая индивидуальность, личностное своеобразие. Очень часто эксцентричность, акцентуация, чрезмерно усиленные индивидуальные черты личности, обладающие тенденцией к переходу в патологическое состояние в неблагоприятных условиях.

За необузданными амбициями, стремлением к высоким достижениям, нетерпеливостью и прочим, мы, нередко, не видим очевидного для каждого психиатра: расстройств личности. И часто не видим в милом, в странном существе банальную стерву, психопата, невропата, социопата, изверга, способного ухайдокать жизнь каждого, кто с ним свяжет свой жизненный путь. Если же «милое существо» обретает статус «инженера душ человеческих» или же крупного руководителя, политика, то настрадается от подобного оригинала уже и великое множество ни в чем не повинных людей.

Вторым мутагеном, стоящим в этом ряду, с полным на то основанием можно назвать информацию. Информация – это не только «Новости» 1-го канала или же то, что размещено в Ленте.ру. Информация – это и художественное полотно, кинофильм, книга, песня, скульптура… Творения художников несут информацию, в том числе, и разрушительного свойства. Вот почему законодатель внес в Уголовный кодекс РФ, в частности, статью прямо запрещающую, например, пропаганду войны…

Вырождение приводит не только к краху личности, к самоубийству и т. п., но и к созданию произведений искусства, культуры и литературы, которые оказывают губительное влияние на потребителя. Тлетворное влияние творящих, как пожелается приводит к тому, что в обществе начинают свое хождение произведения, деформирующие традиционные ценности и разрушающие нравственность, подменяющие истинные ценности на имитацию, на фикцию. В данной книге именно поэтому – и для пущей убедительности – приводится большой перечень лиц, совершивших суицид, частично отмечены причины вырождения родов Байрона, А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова и многих других.

Нельзя при этом не признать и очевидного: существует зло неустранимое, порождаемое обычным недопониманием происходящего, неадекватностью восприятия действительности в силу физиологических, психологических и прочих факторов. Человек не идеален, и поэтому каждый человек имеет право на свои ошибки. Мы же ведем речь об ином – о том, что коль уж нам не дано выправить свершившуюся деградацию, то, чтобы обуздать зло вполне устранимое, надобно настойчиво и ежедневно бить в набат, и призывать людей, завороженных тем, что создают оригиналы – гении и таланты, – к бдительности, к необходимости осознать – «не все то золото, что блестит», дабы могли мы, живущие хотя бы сохранить оставшееся от некогда славного, крепкого здоровья наших далеких предков…

Май 1999 г.

Литература:

1. Сеченов И. М. Психология поведения. – Москва—Воронеж, 1995. – С.166.

2. Сеченов И. М. Избранные произведения. Т. I. – М., 1952. – С. 287.

3. Павлов И. П. Полное собрание сочинений. Т. III, Кн. 1. – М., Л., 1951. – С. 25.

4. Хороненко В. О бедной певице замолвите слово… – Молодая гвардия. – 1991. – №10. – С.142.

5. Раззаков Ф. И. Досье на звезд (1934—1961). – М.: ЗАО Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1998. – С. 470.

6. Там же, с. 470.

7. Там же, с. 472.

8. Там же, с.477.

9. Там же, с. 476.

10. Миарс А. Подчинять или подчиняться? – СПб., 1997. – С.67.

11. Пикуль В. У последней черты. – Наш современник. – 1979. – №4. – С. 105.

12. Стругацкий А., Стругацкий Б. Трудно быть богом. – М., 1964. – С.169.

13. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – Т. 42. – С. 165.

14. Воронин Л. Г. Сравнительная физиология высшей нервной деятельности. – Издательство МГУ, 1957. – С.113.

15. Углов Ф. Г. Атомные бомбы алкоголя // Соратник. – 1999. – №4 (44). – С. 1.

16. Чалдини Р. Психология влияния. – СПб.: Питер Ком, 1999. – С.201.

17. Ожегов С. И. Словарь русского языка. – М., 1978. – С. 162, 286.

18. Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 1. – М.: Мысль, 1998. – С. 262.

19. Раззаков Ф. Досье на звезд (1962—1980 гг.). – М.: ЗАО Издательство ЭКСМО-Пресс, 1998. – С. 21.

20. Гафт В. Красные фонари. – М.: ACT: Зебра Е, 2008. – С. 431.

21. Краскова В. Кремлевские свадьбы и банкеты. – Минск: Литература, 1997. – С.138—139.

22. Шюре Э. Великие посвященные. – Калуга. 1914 г. – С.181.

23. Цит. по Трезвость и культура. – 1993. – №3. – С. 5. (Перепечатано из газеты «Московский художник» от 19 февраля 1993 года).

24. Эликсир молодости. Чесночная настойка // Хакасия. – 1993. – №112. – 10 июля. – С. 7.

25. Сагайдак Ю. В пивную, сэр? // Комсомольская правда. – 1989. – №75 – Пятница, 31 марта. – С. 3.

26. Дегтярь М. Брют против чизано // Комсомольская правда. – 1989. – №13. – Воскресенье, 15 января. – С. 4.

27. Михалков С. Дядя Степа. – М., Малыш, 1987. – С.82.

28. Семенов Ю. Экспансия. Кн. 1. // Роман-газета. – 1986. – №17 (1047). – С. 69.

29. Мошенцева П. Тайны кремлевской больницы. – М., 1998. – С.234.

30. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – Т. 6. – С. 140.

31. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. – Т. 8. – С. 119.

Глава 2. Культура, как скопище безумцев и извращенцев

Нет большей сволочи, чем «порядочные люди».

Ф. Энгельс

Так есть ли у человека выбор?

Нет у человека выбора! И нет до тех пор, пока не усомнится он…

Усомниться – означает начать разрушение автоматизма и детерминизма. Усомниться – означает выйти из-под власти сил, превращающих вас в автомат, в существо ведомое, управляемое внешними силами. Усомниться – означает стать сознательным, мыслящим существом, ибо мыслить – это делать выбор. Выбор не ради выбора, но ради определения наилучшего пути для достижения наилучшего результата.

А что есть лучший результат? Очевидно, что под таковым мы понимаем, прежде всего, продолжительность собственной жизни, телесно-психическое здоровье и социально-психологическое благополучие. И в свете этого, и только этого результата ради, мы и определяем ценность всего того, что нам предлагают люди, общество, среда обитания…

Чем же в этой связи является культура в целом, т. е. и сами ее деятели, и плоды трудов их? Плоды воздействуют на нас и, соответственно, так или иначе нас преобразуют. Кумиры, лидеры и жрецы являются людьми, с которыми мы вольно или невольно, но отождествляемся, и, соответственно, отказываемся от себя в пользу ощущения сопричастности, мы становимся как бы их бледными копиями. По крайней мере, в своем воображении. И коль так, то представляются очень странными заявления, ставшие ныне даже модными, что кино, телевидение, литература, театр и не ухудшают человека, и не улучшают. То есть, никак вообще не сказываются на нашем мировоззрении и на нашей жизненной позиции? В таком случае, зачем же все эти картины, пьесы, скульптуры и прочее, если все они оставляются человека неизменным? Не оставляет человек неизменным лишь то, что им не замечается. Если же мы нечто замечаем, то, хотим мы или нет, но оно включается в работу коры головного мозга, оказывает определенное влияние на наше телесно-психическое состояние, и даже корректирует линию нашей судьбы.

Роль личного, а тем более, социального примера в воздействии на поведение человека в настоящее время изучена достаточно хорошо. Пример может воодушевлять людей на свершение героических поступков, но может подвигать и на преступные, мерзкие деяния. В том числе те примеры, которые нашли отображение в литературе: «доказано, что появление в 1774 г. „Страданий юного Вертера“ Гете, гениального описания жизни и смерти юноши от несчастной любви, вызвало целую волну самоубийств среди молодежи в подражание любимому герою» [1]. Подобный же эффект оказало на русское общество произведение Н. М. Карамзина «Бедная Лиза».

Вот почему, если общество цивилизованное, то должно считаться недопустимым выставлять на всенародное обозрение примеры с дурным запашком. Очевидно, именно поэтому мы и имеем в Кодексе об административных правонарушениях ст. 162 запрещающую «Распитие спиртных напитков на улицах, на стадионах, в скверах, в парках, во всех видах общественного транспорта и в других общественных местах…».

Статью в Кодексе мы имеем, но что имеем в действительности?

А в российской действительности, после того, как был принят Закон о рекламе, прямо запретивший рекламу алкогольный изделий, развернулась пропаганда алкоголепития, в которую – не без «спонсорства» производителей спиртного, – была втянута, прежде всего, «желтая» интеллигенция. Особое усердие было проявлено на этом направлении телеканалом «Культура», возглавляемом до недавнего времени М. Швыдким, который, видимо за особые заслуги перед наркобизнесом и стал ныне уже председателем ВГТРК.

Сегодня же алкобизнес угодливо обслуживают – неважно, осознают они это или нет, – А. Крупенин (телепрограмма «Профессия»), Л. Якубович («Поле чудес»), Л. Ярмольник («L-клуб»), Э. Николаева («Личное дело»), Ю. Башмет («Вокзал мечты»), А. Панченко и М. Боярский («Двор на Тигоде»), Б. Крюк («Любовь с первого взгляда»), Л. Зыкина, Ф. Разумовский, В. Меньшов, Э. Рязанов, У. Отт, И. Николаев, А. Макаревич…

Тотальность и явная неуместность пропаганды алкоголепития на экране, указывает на ее заведомо организованный характер. Вместе с тем, учитывая свойство примера и свойства самого алкоголя вызывать смертоносную эпидемию, есть смысл поставить вопрос и о поддержке вышеуказанными лицами планомерно осуществляемой в России политики геноцида. Я уж не говорю о том, что пример винопития инициирует винопитие, которое, в свою очередь, является общепризнанным катализатором преступности: более 80% наиболее тяжких преступлений – убийства, грабежи, изнасилования – совершаются под воздействием алкогольных паров. Не случайно Анри Бодрильяр, французский политэконом утверждал: «Алкоголь – поставщик людей для тюрем», а врач-психиатр, судебный эксперт по вопросам наркологии М. Рузин сказал даже более того: «Употребление наркотика-алкоголя как таковое преступно. Это преступление до… преступления». И вдвойне это преступно перед многомиллионной аудиторией…

О мощном влиянии художественных произведений на поведение человека говорят и ниже следующие строки из повести «Метель» А. С. Пушкина: «Марья Гавриловна была воспитана на французских романах и, следовательно, была влюблена» [2]. «Была влюблена» – поскольку была воспитана на французских романах. Это Александр Сергеевич говорит о том, что романы влияют на чувственно-поведенческую ориентацию человека. Нам же сегодняшние «недоросли» пытаются, впадая в глуповатую простоту, доказать прямо противоположное, доказать будто бы никакой коррекции поведения, умонастроения и линии судьбы не происходит в результате воздействия на человека их «творений», в том числе, рекламы, пропаганды и произведений искусства. Как утверждал польский психолог Е. Мелибруда: «Мир для человека таков, – каким он его себе представляет», а представляет он его себе таким, – продолжим мы, – каким ему этот мир представила та культура, в окружении которой проходила его социализация. Вот почему так важно, чтобы и жрецы культуры, и плоды их деятельности и по содержанию, и по форме отвечали природе нашей цели, в противном случае, цель не только будет деформирована, но даже преобразована в свою полную противоположность. Вот почему так важно – памятуя сказанное мудрецом: «Прежде чем следовать путеуказателю, узнай, кто тут его поставил», – спросить себя: «Так кто ж они, эти наши духовные пастыри да поводыри? И каковы они, плоды трудов их, коль не все то золото, что блестит?».

Библейская легенда гласит, что змей, презентуя плоды древа познания добра и зла, искушал Еву: «в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги». (Быт 3:5). И чем все это мероприятие закончилось? Первым в Истории грехопадением. Не от этого ли слова – «искус» – и произошло словцо «искусство»? Искусство – как средство искушения, как средство, провоцирующее на Богоборчество, на отказ от единства с Природой, на противостояние, в результате которого возникает некая искусственная реальность. Искусственный – означает «поддельный, ненатуральный, сделанный руками человека» и, значит, неестественный, не от Природы [3].

Искушать означает провоцировать на определенное поведение, надобное искусителю. А искушать, можно ж не только на ослушание Бога или же на вкушение запретных плодов, но и на питие вина, на потребление героина, на обретение лжеистин: «Бог – в тебе. Ты и есть бог. Жизнь – великое Развлечение. Смерть – безрадостный и вечный Пост. И нет никакой иной жизни, кроме той, что ты проживаешь здесь и сейчас».

Искушение – это всегда манипуляция, осуществляемая существом встревоженным, утратившим состояние покоя, гармонии. Крупнейший английский писатель и поэт Т. Гарди (1840—1928) утверждал: «Мысль – это болезнь плоти». Коль так, то, быть может, верен и диалектический вывод, следующий из этого утверждения: мысль, в том числе та, что запечатлена в произведении искусства, – средство оздоровления? Той же плоти, того же духа?

С другой же стороны, искусство, будучи по своей сути деятельностью противостоящей естеству – лишь удаляет человека от искомого рая, от всего того, что является натуральным и естественным? Создающее иллюзии, в том числе, иллюзии благополучия, оно лишь «духовная сивуха», разновидность наркотика? Не потому ли, когда завершается действие интеллектуально-эстетического дурмана, человек вновь и вновь с трагической неизбежностью осознает свое неустранимое вселенское одиночество и беззащитностью свою? Не подобна ли попытка уладиться с помощью стихов, романов, кинокартин, живописных полотен, грациозных скульптур и т. п. лечению сифилиса путем покрытия мазью то тут, то там появляющихся язв? Но ведь именно так и поступают искусители – слуги люциферианской культуры: страдая от духовной пустоты, они порождают мертвый, искусственный мир галлюцинаций, иллюзий и призраков, дабы «быть как боги», что им и было обещано Искусителем – Отцом искусства…

Искусители и искушаемые раздваиваются своими желаниями, превращаются в безумцев, стремящихся одновременно в противоположные стороны:

Во мне два Я – два полюса планеты,
Два разных человека, два врага:
Когда один стремится на балеты —
Другой стремится прямо на бега [4].

Удивительно ли то, что эти жрецы, и их потомки, становясь безумцами, нередко заканчивали свою жизнь в сумасшедших домах?

Последние 11 лет своей жизни провел в сумасшедшем доме немецкий философ, проповедник эстетического имморализма, неврастеник Ф. Ницше…

Причем, сильнейшее влияние на прокладку курса в это заведение, хотел он того или нет, но оказал А. Шопенгауэр. Тот самый Артур Шопенгауэр, немецкий философ-иррационалист, который называл существующий Божественный мир «наихудшим из возможных», который утверждал, что мировая история не имеет смысла, и который покончил жизнь самоубийством, размозжив свою собственную голову о каменную стену. И это не удивительно, ведь он был сыном Генриетты Шопенгауэр, обладающей стойкой склонностью к изящным искусствам, которая занималась литературным творчеством, – что само по себе уже есть признак вырождения, – и накатала аж целых 24 тома. Папа А. Шопенгауэра – Генрих Флорис Шопенгауэр – также был с явными штрихами дегенерации: с детства страдал глухотой, внешне был безобразен, психологически неуравновешен, вспыльчив и склонен к депрессии. Однажды, во время припадка выбросился с верхнего этажа хлебного амбара в канал, где и погиб в возрасте 52 лет.

Дядя и дед Шопенгауэра были помешанными.

Почти совсем лишился рассудка к 46 годам немецкий композитор Роберт Шуман, умерший от менингита и атрофии мозга.

Сошел с ума запойный пьяница, наркоман, тяжелый психопат, французский поэт-романтик Альфред де Мюссе.

Французский ученый, один из основоположников электродинамики Андре Ампер сжег свой труд о «Будущности Химии», вообразив, что он внушен ему сатаной.

Страдал галлюцинациями математик, философ, французский писатель Блез Паскаль.

Итальянский математик, философ и врач Джероламо Кардано (1501—1576) до 34 лет был импотентом и, как сам о себе утверждал, был склонен к пьянству, к игре, лжи, разврату и зависти. Иногда получал удовольствие от того, что сам себя кусал до крови.

Итальянский поэт Торквато Тассо (1544—1595), как он сам в том сознавался, страдал галлюцинациями и несколько раз терял рассудок вследствие винопития. Был подвержен галлюцинациями и припадками бешенства.

Основатель позитивной философии, французский философ Огюст Конт, более десяти лет лечился от психического расстройства у знаменитого врача Ж. Эскироля, перед смертью объявил себя апостолом и священнослужителем материалистической религии. Мать О. Конта – психопатка, сестра – душевнобольная, сын – лечился в доме умалишенных.

Французский писатель, патологический эротоман маркиз де Сад, последние 12 лет жизни провел в лечебнице для душевнобольных.

Последние годы своей жизни революционер-народник, философ П. Н. Ткачев провел в сумасшедшем доме в Париже, где он и умер в 1885 году.

Сошел с ума любовник императрицы Екатерины II – Григорий Орлов.

Сидел в сумасшедшем доме, а потом покончил жизнь самоубийством русский писатель и мыслитель А. Н. Радищев.

В 1823 г. сошел с ума итальянский композитор Антонио Сальери.

Сын психопатки немецкий композитор Р. Шуман с 24 лет страдал помешательством, имел единственную сестру и сына, которые были душевно больными. Окончил свою жизнь в 1856 г. в психиатричке г. Бонна.

У композитора С. Баха – сын душевнобольной.

У римского историка Тацита – слабоумный сын.

У кардинала Ришелье – сестра душевнобольная.

Это все примеры мутантов, когда на экологию, на радиацию и на т. п. новомодные штучки ссылаться было никак не можно. Единственным химическим веществом, которое приводило к мутации, был этиловый спирт.

У итальянского скульптора и живописца Микеланджело – отец страдал бредом преследования. Сам же Микеланджело Буонарроти был выраженным шизоидным психопатом.

Двоюродный брат итальянского композитора Джоаккино Россини был слабоумным. Сам Россини страдал припадками меланхолии, длительно лечился от психического расстройства.

Сын немецкого композитора Феликса Мендельсона сошел с ума… Ну, оно и понятно – это ж когда еще сказал английский философ-просветитель В. Бэкон: «Многие идиоты и слабоумные появляются на свет от родителей, предавшихся пьянству». Кстати, сам композитор прожил всего-то 38 лет.

Дочь американского писателя Марк Твена – Жанна – страдала эпилепсией и во время одного из припадков, умерла в ванне.

Дочь немецкого философа Гегеля – душевнобольная, сестра – воображала, что превратилась в почтовую сумку.

Сестра немецкого поэта Шиллера страдала истерическими припадками.

Сестра французского философа Дидро – душевнобольная.

Отец английского естествоиспытателя, создателя дарвинизма Чарльза Дарвина, будучи чрезвычайно тучным человеком, окончил жизнь самоубийством вследствие помешательства. Сам Чарльз Дарвин, по словам биографа, большую часть своей жизни страдал от хронических головных болей, был неврастеником и временами впадал в какое-то «крайне летаргическое, сонное и меланхолическое состояние».

Первый Нарком иностранных дел СССР Г. В. Чичерин в 1936 году умер в… сумасшедшем доме.

Сидела в сумасшедшем доме дворянка, член ЦК партии левых эсеров, сестра диссидента и алкоголика Владимира Максимова – Мария Спиридонова. 11 сентября 1941 г. по приговору военной коллегии Верховного суда СССР была расстреляна в орловской тюрьме.

Был сумасшедшим брат Надежды Аллилуевой – Федор, а сестра Анна – шизофреничкой.

Сумасшедшим паралитиком, безногим, изолированным от внешнего мира в Горках Ленинских, 16 июля 1943 в возрасте 68 лет умер младший брат В. И. Ленина, врач, журналист – Дмитрий Ильич Ульянов.

В сумасшедшем доме сидел сын Мао Цзэдуна, сестра президента Кеннеди, сын директора ЦРУ Аллена Даллеса, сын А. Эйнштейна – Эдуард, сестра композитора Серова А. Н. – София. После неудачной попытки выброситься из окна гостиницы «Москва», был помещен в психиатрическую больницу им. З. П. Соловьева сын американского певца Поля Робсона – Поль Робсон-младший.

Американский поэт, основоположник и главный теоретик американского модернизма Эзра Лумис Паунд в 1945 году как военный преступник был доставлен в США и определен в психиатрическую больницу, где пробыл около 13 лет.

Были сумасшедшими сыновья итальянского писателя Алессандро Мандзони.

Сидел в психбольнице, а затем 2 июля 1961 года застрелился американский писатель Эрнест Хемингуэй.

Из 60 прожитых лет, более половины страдал психическим расстройством артист балета, балетмейстер, гомосексуалист В. Ф. Нижинский.

Страдал тяжелой формой психического расстройства театральный и художественный деятель, педераст С. П. Дягилев.

Последняя великая балерина романтического стиля – Спесивцева О. А. в течение 22 лет – с 1940 по 1962 гг., находилась в больнице для душевнобольных.

Несколько раз сидел в сумасшедшем доме сын С. А. Есенина – А. С. Есенин-Вольпин, американский математик, философ, поэт, один из лидеров диссидентского и правозащитного движения в СССР.

Умерли в сумасшедшем доме: мать Чарли Чаплина, мать, дед и бабка Мэрилин Монро,

Умер в 1983 году в швейцарском сумасшедшем доме писатель, переводчик, правозащитник В. Я. Тарсис. (Лишён гражданства СССР 17 февраля 1966 года).

А. Гитлер, не без участия своего личного врача, алкоголика Т. Мореля, от которого он получал одновременно до 28 лекарств, уже к 1942 году физически и психически превратился в такую человекоподобную развалину, что дало серьезные основания Г. Гиммлеру поинтересоваться у своего личного врача Ф. Керстена, не полагает ли он, что фюрер «психически болен».

Подобное же можно сказать и о Сталине. По крайней мере, по свидетельству режиссёра театра и кино, Народного артиста СССР М. И. Ромма, Н. С. Хрущев говорил: «Вы думаете, легко было нам? Ведь между нами говоря, это же был сумасшедший в последние годы жизни, су-ма-сшед-ший. На троне – заметьте».

Но почему же люди становятся людьми сумасшедшими, людьми ненормальными, психически расстроенными? И что означает «психически расстроенный»?

Если у вас в руках расстроенная гитара, она звучит, как мы слышим, неправильно. Если перед нами психически расстроенный человек – он неправильно мыслит, неверно говорит и поступает. Он нарушает некие нормы, либо признанные обществом в качестве образца для подражания, либо предписываемые Природой. Причем, приоритетными являются нормы Природы. Если нормы общества противоречат нормам Природы, то такое общество есть сумасшедшее общество.

Представляется совершенно очевидным, что человека, употребляющего спиртное, – инородное для человеческого организма вещество, – мы вправе также отнести к психически ненормальным, ибо, как сказал древнеримский философ Сенека: «Опьянение – не что иное, как добровольное безумье». Столь же сурова в этом вопросе и современная научная литература: «алкогольное опьянение – острая интоксикация, обусловленная психотропным действием напитков, содержащих этиловый спирт» [5].

Если человек стремится к острой интоксикации, можно ль его, пребывая в здравом уме, назвать психически здоровым?..

Почему же люди делаются психическими нездоровыми, ненормальными, расстроенными?

Первая причина – инфекции, вторая – информация.

Информация – это сообщения, сведения, которые могут быть правдивыми, но могут быть и ложными. Соответственно, поступки, основанные на ложной информации, именуются ошибочными. Например, некто родился психопатом. В чем причина? Разве он психопат в результате информационного поражения? Безусловно! Ведь это его папа или мама, или оба одновременно, опираясь на ложную информацию, утверждавшую будто бы испорченный, забродивший сок, именуемый вином, можно и нужно пить, этот сок и поглощали. Настойчиво и регулярно. Вот ребенок и родился с поврежденным мозгом, родился психопатом.

Какую ж информацию нужно получить для того, чтобы начать прием чужеродного для организма вещества, т. е. яда?

Об этом легко узнать, послушав, что говорят сами алкоголепийцы, когда пьют, сами курильщики, когда курят.

И что же они говорят?

А они говорят, что пить-курить – это хорошо и даже приятно.

А хорошо ли? А приятно ли?

Вспомните, читатель, когда вы первый раз в жизни попробовали спиртное или закурили. Получили ли вы от этого хоть какое-то удовольствие? Разумеется, нет! А что вы получили? А вы получили: кашель, головокружение, головную боль, слабость в ногах… Вы получили ощущения, которые говорят о разрушении здоровья, об отравлении, о возникновении заболевания.

Таким образом, истинная информация заключается в том, что человек, который первый раз в жизни принял порцию наркотические вещества, ничего хорошего от этого не получает.

Но почему же человек, попробовавший первый раз в жизни выпить или закурить, и почувствовавший себя плохо, вновь стремится выпить и закурить?! Ведь было же нехорошо?..

Так как же не выпить, ведь вокруг столько людей твердящих будто бы бухать – это кайф? Множество людей охотно, добровольно и совершенно бесплатно распространяет ложную информацию, ибо сами уже пристрастны, и нужно же оправдать безумие, совершаемое вроде бы по своей собственной воле.

И вот тут-то самое главное и возникает: как только вы откажитесь от своего мнения и поверите не себе, а тому, что говорят люди пристрастные, вы и закурите, и выпьете, и второй раз, и пятый, и… И в результате, станете курильщиками, алкоголиками, наркоманами… Станете ядопотребителями не от того, что интоксикант вошел в обменные процессы вашего организма – яд не может войти в обменные процессы, ибо яд – вещество чужеродное. Яд не может вызвать и физическую зависимость, ибо физическую зависимость может вызвать только то вещество, из которого мы физически состоим. Вы станете курильщиками, алкоголиками, токсикоманами, наркоманами только потому, что, отказавшись от своего собственного мнения, поверите в ложную информацию, которую внушает вам ваше окружение.

Что же внушает нам наше окружение? И как оно это делает?

Прежде всего, внушение ложной информации осуществляется, конечно же, посредством речи, наименьшей единицей которой является слово. Слово, – и язык, как совокупность слов, – выделяет обозначаемое из окружающей среды, ограничивает выделяемое, ассоциирует выделяемое средство, ситуацию и способ удовлетворения потребности непосредственно с самой актуализированной потребностью, т. е. устанавливается значение воспринимаемого объекта.

Именно такого рода значения, свернутые в слове, и есть язык. Причем, язык не только как система сигналов индивидуального пользования, но и система сигналов, используемых в межличностном общении, т. е. система, передаваемая от одного носителя языка к другому, от одного поколения к другому.

Наш российский мудрец Козьма Прутков некогда сказал: «Отыщи всему начало, и ты многое поймешь». Думается, у нас нет оснований сомневаться в сказанном, тем более что многое понять, означает еще и многое сделать грамотно и не зря.

Именно с этой целью мы и обращаемся с нашим вопросом – «Почему люди пьют и курят?» – непосредственно к самим ядопотребителям, и получаем ответы – самые банальные и простые: «жизнь такая», «нет денег», «нет работы»…

Конечно, у нас есть и очередные вопросы: а почему пьют, когда нет денег, нет работы и когда жизнь такая?

И оказалось, что истина не за семью печатями. Вот один из типичных диалогов с неким незнакомым человеком:

– Люди пьют, конечно, по-черному. А все потому, что жизнь нынче такая.

– А почему они при такой жизни именно пьют, а не делают что-нибудь иное? Как и откуда они узнали, что если жизнь такая, то нужно непременно пить?

– Ну, это ж все от нашего воспитания. Это испокон веку так. Как родители пили, так и мы вслед за ними.

– Так от чего же люди пьют? От того, что «жизнь нынче такая» или по примеру родителей?..

Вот и водит, что, если б мы никогда бы не видели, как другие люди употребляют те или иные яды, мы бы сами до этого едва ли додумались бы. Значит, человек не безмозглый бильярдный шар: между «жизнью такой» и его поступками есть еще что-то – то, что кандидат биологических наук Г. А. Шичко обозначил проалкогольной запрограммированностью [6]…

Таким образом, все очень просто: мы ведем себя так, как вели себя люди до нас. Мы ведем себя так, потому что еще в допятилетнем возрасте мы усвоили модель мышления и поведения своих родителей. Вот, почему семейные алкогольные традиции так легко воссоздаются у детей уже в виде традиций наркотических. Жизненная модель родителей содержала предписание – одурманивать мозг. Конечно, не с помощью опия, а с помощью шампанского, но – одурманивать. Причем, дети – зеркало, в котором отражается совокупная характеристика и папы, и мамы, и отражается она зачастую в существенно усиленном виде.

Следовательно, жизненный путь, по которому пойдут наши потомки, зависит от нас в той же степени, в какой наш собственный путь зависит от того, что нам в свое время передали наши родители.

Механизм передачи видовой информации существует, как известно, не только в виде программ генетических, но и в виде культуральных, которые мы усваиваем в процессе социализации. Генная запись информации присуща всем животным на земле, человеку же было дано слово, как форма записи информации – слово, как средство записи видового опыта. Именно слово, даруемое нам обществом. связующее нас между собой, и делает нас людьми. Если же этого звена нет, возникает состояние отчужденности, одиночества, бессилия перед окружающим миром. Вот почему так важно говорить друг с другом на одном языке.

В этой связи весьма показательны результаты опыта с пятилетними детьми. Мальчика попросили выйти из комнаты на 2 минуты. И пока он отсутствовал, воспитательница договорилась с детворой поиграть в такую игру: когда она будет спрашивать у каждого из присутствующих какого цвета дощечка, дети должны отвечать, глядя на дощечку белую, говорить, что дощечка черная. И наоборот. И вот, мальчик входит в комнату, и воспитательница начинает опрос: «Какого цвета дощечка?». И каждый ребенок давал соответствующий, неверный ответ. Когда же очередь дошла до мальчика, он, ничего не подозревавшего о предварительном сговоре, замялся, расплакался, но… вслед за всеми повторил только что услышанное: черная.

Что произошло? Прежде всего, он изменил свою оценку. Он сказал не так, как его учили, но так, как виделось присутствующим.

Аналогичный эксперимент с аналогичным результатом провел красноярский ученый, врач-психиатр А. П. Сугоняко в 1995 году в абаканской национальной школе с пятиклассниками, которым предлагалось, глядя на явно разные по длине линии, начертанные на доске, утверждать, что линии равные, одинаковые.

Вот и ответим сами себе на вопрос: может ли отдельная личность, даже, когда выбор есть, противостоять давлению огромного числа людей, давлению толпы, давлению группы, под воздействием которой она находится?

Вот и получается, что выгоднее принять за истину абсурдное, но общее мнение, чтобы, слившись со средой, избежать тяжелейших напряжений, которые он испытал бы, если бы отстаивал свое собственное мнение. Вспомните, как толпа разделывалась с теми, кто вступал с ней в спор – их жгли на кострах, их подвергали остракизму, их объявляли сумасшедшими, а тех, кто не нарушал общего давно установившегося, традиционного мнения, ожидал покой и почет.

«Почему люди следуют за большинством? – размышлял Блез Паскаль. – Потому ли, что оно право? Нет, потому что оно сильно». Да, именно на силе держится авторитет толпы. Причем, чем примитивнее существо, тем в большей степени оно полагается не на разум, но на силу и почитает силу, как авторитет.

Вспомните пример, приведенный в 1 главе, когда психологи сделали попытку приучить стаю японских обезьян к конфетам, но начали с особей, стоящих на низших уровнях «обезьяньей иерархии». Результат: через 1,5 года лишь 51% обитателей колонии употребляли конфеты, причем, среди них не было ни одного вожака. В другой стае таких же обезьян пробовали приучать к пшенице, но начали на этот раз с вожака. Результат: употребление в пищу пшеницы распространилось на всю стаю уже через 4 часа! Отметим, что в обезьяньей стае авторитет вожака определяется исключительно критерием силы. В стае прав тот, кто сильней, а кто сильнее, тот и вожак.

В цивилизованном обществе сила ассоциируется зачастую с должностью в системе бюрократической иерархии. Американский психолог Роберт Чалдини в своей книге «Психология влияния» приводит данные множества исследований, раскрывающих, в частности, природу влияния авторитета на наше поведение. Так по условиям одного из исследований, психолог приводил в разные классы австралийского колледжа одного и того же человека – гостя из Англии, представляя его в одном из классов «студентом», в следующем – «лаборантом», в третьем – «преподавателем», в четвертом – «старшим преподавателем», и, наконец, в последнем – «профессором».

После того, как гость уходил из аудитории, учащихся просили примерно оценить его рост. Оказалось, что рост «профессора» – значительно выше, чем рост «студента».

В этой же книге Р. Чалдини дает описание еще одного исследования, показавшего роль авторитета, который может быть «опознан» по внешности, являющейся как бы визитной карточкой и говорящей людям о месте человека в системе общественной иерархии. Напомним, что иерархия, как и толпа – это сила. «В ходе исследования, проведенного в Техасе, человек в возрасте 31 года нарушал правила дорожного движения, переходя улицу по красному сигналу светофора. В половине случаев он был одет в тщательно отутюженный деловой костюм с галстуком; в другой половине случаев на нем были рабочие брюки и рубашка. Исследователи издали наблюдали за происходящим и подсчитывали количество пешеходов, продолжавших ждать на тротуаре зеленого сигнала светофора, и количество пешеходов, следовавших за человеком, пересекавшим улицу на красный свет. В 3,5 раза больше людей, подобно детям Гаммельна, толпою шедшим за Пестрым Дудочником, срывалось вслед за недисциплинированным пешеходом, если он был одет в костюм» [7].

Вот почему для людей, особенно малограмотных, так опасен пример «человека в костюме»! И отсюда понятно, каким антиобщественным явлением становятся теледемонстрации коллективных попоек и фактов табакокурения, участие в которых принимают известные писатели, артисты, бизнесмены, журналисты, политики, ибо пример, – пусть даже это просто поднятый на презентации бокал с шампанским или сигарета во время интервью, – провоцирует зрителя, очевидца события на слепое подражание.

Вот почему каждый человек, занимающий должность, в том числе неформального лидера, поднимая фужер с алкоголем или закуривая сигарету, должен всегда представлять себе разрушительную силу примера, представлять свое место в иерархии пьющего народа, а место его и роль его заключается, кроме всего прочего, еще и в том, что он создает моральный комфорт для всех тех, кто одурманивает свой мозг, не суть важно – в «умеренных» ли порциях или же в особо опасных дозах. Не по этому поводу, но ведь абсолютно ж верно сказал в свое время В. И. Ленин: «Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя».

Человек на протяжении всей своей жизни живет в обществе, в коллективе, в группе. В доисторический период – в стаде. Человек вышел из стада. Человек это животное стадное или, скажем помягче, групповое. Именно в группе воспроизводятся и его модели поведения. Существует такое понятие, как первичная, контактная группа, то есть такое сообщество, с которым человек вынужден общаться: односельчане, войсковая часть, трудовой коллектив и т. д. Причем, в этих группах человек не только демонстрирует определенные модели поведения, но, как оказывается многие из них заложены в индивида на генетическом уровне. Например, набирают экипаж на новый морской корабль из никогда не служивших людей, и – уже через несколько месяцев на корабле возникают неуставные отношения, формируются ритуалы, обряды. Причем, эти обряды формируются и совершаются также, как и тысячи лет тому назад: с помощью воды или же огня. Вот почему представляется важным, не отрицая самих общегосударственных, бытовых, религиозных и прочих ритуалов и обрядов, грамотно и деликатно заменить их социально-опасное и вредное содержание содержанием не только приемлемым, но и полезным.

Кроме того, в истории человечества существует объективная тенденция к росту и объединению групп. Если тысячи лет тому назад единицей существования было племя, то позднее становится государство, а ныне – интеграция государств в различные союзы и блоки. Это интересно для нас вот в каком аспекте. В конце прошлого века ряд ученых – Г. Лебон, З. Фрейд, Г. Тард – через эффект толпы вышли на феномен массового сознания. Оказалось, что человек в толпе ведет себя несколько иначе, чем в одиночку. Причем, человек сам не замечает тех изменений, которые с ним происходят в толпе, которая заставляет его превращаться отчасти в животное. Сама же толпа при этом приобретает свойство человеческой массы, но массы, которая не является совокупностью индивидов. Масса – это не сумма индивидов, но некое совершенно новое образование. И Фрейд, и Лебон, описывая те изменения, которые происходят в личности в момент, когда она является частью массы, прежде всего, отмечали исчезновение индивидуальных различий, то есть всего того, что мы обычно называем воспитанием и самовоспитанием, всего того, что мы относим к действительно человеческой, сознательной деятельности.

Сознание – это и наш личностный, индивидуальный опыт, отличающий нас друг от друга, а подсознание – то базовое, что нас объединяет. Человек, попавший в массу – под куполом храма, на концерте, на митинге – объединяется на общей подсознательной платформе с теми, среди кого он находится: меняются практически все психофизические параметры, и даже его поза, и его лицо, и лозунги – все, как у всех. Но ведь масса, с психологией толпы, формируется не только спонтанно и не только на площади. Массу преднамеренно формируют и СМИ. В том числе и СМИ, поддерживающие питейно-курительные, а, потому и господствующие в обществе установки, что побуждает человека, находящегося под информационным прессом, либо принять шаблоны поведения к исполнению, либо чувствовать себя социально-психологическим аутсайдером, белой вороной, маргиналом.

Психически нормальный человек не может жить без сообщества себе подобных. Это его первичная потребность. На чем и паразитируют пронаркотические программисты или сивушники – по терминологии Г. А. Шичко, – которые обращаются к массе, а через нее и к каждому из нас с целью побудить к употреблению тех или иных видов дурмана – сигарет, алкоголя, героина и прочего. Обращаются к массе с помощью языка, на котором мы говорим, и с помощью которого они сами же и создают эту массу ядоманов.

Существует такое понятие: текст массового сознания, т. е. такой текст, который масса либо поглощает, либо продуцирует: слухи, сплетни, тосты, анекдоты и пр. В чем опасность такого рода текстов в рассматриваемом нами аспекте? Вот лишь одна маленькая цитата из книги немецкого филолога В. Клемперера «Язык Третьего Рейха»: «„Моя борьба“, эта библия национал-социализма, начала печататься в 1925 году, в ней был буквально кодифицирован язык национал-социализма. В результате „взятия власти“ партией он из языка группы превратился в язык народа (курсив мой. – Е.Б.), что значит – подчинил себе все общественные и частные сферы жизни: политику, право, искусство, науку, школу, спорт, семью, детские сады и детские комнаты» [8]. Нечто похожее, как вы знаете, произошло и у нас на протяжении двух последних десятилетий: язык исправительно-трудовых лагерей стал языком народа. А могло ли быть иначе? Страна, слушая песенки М. Шуфутинского, М. Звездинского, М. Танича и им подобных, весело и жадно впитывая уголовно-блатной фольклор, ненеизбежно стала и мыслить, и говорить на этом же языке, и поступать в соответствии с тем, как говорила и мыслила, и такого рода умственная деятельность не могла не завершиться – и завершилась – рождением такого дегенеративнейшего монстра, как олигархат или, что одно и то же – надгосударственный криминалитет. И не очень убедительным в этой связи представляется сетование А. Розенбаума: «Раньше блатная песня была криком души, а сегодня это социальный заказ». Не следует тему ставить с ног на голову: ведь до того, как «блатная песня» оформилась в «социальный заказ», именно ж вы, г-н Розенбаум, настырно эстетизировали безобразные крики пьяной души, создавали, в том числе и на продажу, свои литературно-филологические изыски с криминальным душком, и только после этого песня – да, что там – гулять, так гулять! – «воровской шансон» получил «права гражданства», был легализован, стал завсегдатаем на Центральном телевидении и его охотно ангажировали устроители концертов – даже в Колонном зале Дома Союзов, – где отменно откормленные генералы МВД в День полиции вальяжно хлопали своими бархатными ладошками под шустрые аккорды вашей неубиваемой «Мурки»…

За аплодисменты, Александр Яковлевич, продались, за улыбочки и похвальбу?.. А теперь еще и морализаторством решили на старости лет подзаняться?.. Седина в бороду – бес в ребро?

После вас даже А. Апина уже смотрится вполне презентабельно, явившаяся по протоптанной вами дорожке на 1-й канал Центрального телевидения в программу «Три аккорда» с песенкой «Хоп, мусорок»:

Чё ты гонишь мусор шнягу не по делу?
Чё ты паришь мне про нары и конвой?
Чё мазуришь ты на понт, я не товарка,
И пугаешь, падла, бабу Колымой?

В общем, весьма достойный вклад, Александр Яковлевич, с вами наравне вносит Елена Евгеньевна в ваше «общее дело». Не зря ж даже президент Российской Федерации В. Путин 13 марта 2002 года в своем указе №278 счел необходимым: «За большие заслуги в области искусства присвоить почетное звание „Заслуженный артист Российской Федерации“ Апиной Елене Евгеньевне».

Есть великое множество приемов филологического шулерства, посредством которого масса и отдельный индивид вводится в сладкое заблуждение.

Вот, один из многих.

Известно, что потребность в исследовании окружающего мира является врожденным свойством человека. Именно эта потребность лежит в основе процесса удовлетворения всех прочих потребностей, ибо, изучая мир, человек получает возможность обнаружить в этом мире не только объекты удовлетворения, но и социально-приемлемые образцы удовлетворения потребностей. И вот, наблюдая за людьми, находящимися в проблемном состоянии, сопереживая этим людям, т. е. имитируя это состояние, ребенок вдруг обнаруживает – видит, что после, скажем, выпитого стакана вина или выкуренной сигареты, у человека, за которым он наблюдает, состояние меняется, и даже становится состоянием достаточно комфортным. Подобное восприятие при сопереживании есть запись поведенческой программы. Это, скажем так, научение посредством примера.

Но есть и научение посредством языковых форм, которое возлежит, конечно же, все на том же подражании и отождествлении.

Вот, как это происходит.

Известно, что основа сознания – язык, элементарной частицей которого является слово. Слово по сравнению с чувствами значительно повышает производительность в отражении окружающего мира, ибо оно не только выделяет, но и обобщает. Опираясь на знание этого механизма, манипуляторы предъявляют человеку ряд слов, обозначающих жидкости: молоко, ключевая вода, виноградный сок, мед. Далее делается обобщение: все эти жидкости – напитки. Затем, объявляется напитком и продукт частично испорченный, а также комбинация этих испорченных продуктов: простокваша, вода с медом, забродивший сок, вода с забродившим соком.

Как вы понимаете, испорченные продукты у потребляющих вызывали некие необычные реакции, что при господстве теологического мышления не могло истолковываться иначе, как некий дар, ниспосланный свыше. Тем более что на этот «дар» первыми наткнулись именно жрецы. Возможно, произошло это благодаря тому, что только у них могло происходить скопление излишков продуктов, постепенно приходящих в негодность, но, тем не менее, употребляемых в пищу. Наткнувшись на необычные свойства, жрецы ввели эти испорченные продукты в религиозные ритуалы.

Далее арабскими алхимиками было установлено, что необычные состояния сознания вызывает алкоголь – этиловый спирт, получаемый из традиционно поглощаемых жидкостей – вина и браги. Логика процесса диктовала простейшее: подвести смесь спирта с водой под понятие напиток, а там уже и не смесь, а сам спирт объявить жидкостью, пригодной для питья. Он так и стал именоваться: «спирт питьевой».

Однако в подобный абсурдизм, как это ни странно, но погрузилось пока еще не все общество. Поэтому мы и можем опереться на научные определения, которые мы имеем в соответствующих научных книгах: «Этиловый спирт (син. винный спирт; C₂H₅OH). По фармакологическим свойствам относится к наркотическим веществам. Однако ввиду того, что дозы этилового спирта, вызывающие наркоз, очень близки к дозам, при которых наступает паралич жизненно важных центров, как наркотическое средство не используется.

В медицинской практике этиловый спирт применяют преимущественно наружно как раздражающее, антисептическое и уплотняющее эпидермис средство. Для компрессов обычно используют 40% раствор. В качестве антисептического средства применяют 70% раствор, как дубящее средство (для обработки рук хирурга, для предупреждения образования пролежней и т.п.) – 95% раствор этилового спирта. В боевых условиях этиловый спирт широко применялся в небольших дозах для профилактики шока» [9].

Хорошо дополняет сказанное ГОСТ 18300—72. Издание – официальное: «Этиловый спирт – легковоспламеняющаяся жидкость с характерным запахом, относится к сильнодействующим наркотикам».

Об этом же и Большая советская энциклопедия: «Этиловый спирт – наркотическое вещество» [10].

Об этом же – классик русской медицины, выдающийся русский гигиенист Федор Федорович Эрисман: «Алкоголь принадлежит к средствам, имеющим сильное наркотическое действие, и он стоит в этом отношении близко к хлороформу» [11].

Таким образом, с точки зрения медицины этиловый спирт относится к веществам наркотическим, вызывающим паралич жизненно важных центров.

Быть может, нам малопонятным представляется слово «наркотический»? Ну, что ж, обратимся еще раз к словарю С. И. Ожегова: «Наркотики – сильнодействующие вещества, преимущественно растительного происхождения, парализующие деятельность центральной нервной системы и вызывающие искусственный сон и безболезненность» [12].

И добавим: наркотик в переводе с греческого – narkotikos – означает, приводящий в оцепенение.

Итак, спирт – это сильнодействующий наркотик, который вызывает оцепенение, о чем торговцы алкоголем и лица, заинтересованные в пьяном народе, естественно, умалчивают.

А как следует понимать слово «оцепенеть»?

«Оцепенеть, – утверждает Словарь русского языка С. И. Ожегова, – становиться неподвижным, как бы застывшим».

Так что ж это за напиток такой, от которого человек становится «неподвижным, как бы застывшим»?

Интересно еще и то, что это состояние оцепенения, в которое входит человек по недомыслию заливший в себя раствор жидкого наркотика, выдается за некое олиричено-возвышенное духовное состояние, называемое опьянением!? Хотя с научной точки зрения алкогольное опьянение является всего лишь острой интоксикацией, которую по клиническим проявлениям подразделяют на три степени: легкую, средней тяжести и тяжелую. К тому же само потребление спиртосодержащих рассматривается еще и как болезнь, относящаяся к группе токсикоманий [13].

Отсюда выводы:

1. Спирт – это яд, интоксикант, который в силу данного определения быть питьевым никак не может.

2. Жидкости, содержащие этиловый спирт до 1,5%, по законодательству, действующему в Российской Федерации могут называться напитками, но при этом необходимо иметь в виду, что эти напитки все же отравлены алкоголем, о чем потребитель должен быть предупрежден.

К сожалению, нами сделанные выводы не становятся выводами всего нашего населения, поскольку наше население питается не из наших информационных источников, но из таких, как Центральное телевидение, центральные газеты, центральное радиовещание… А эти источники, похоже, давно и надежно контролируются кланом ядопроизводителей, которые и оказывают самое существенное влияние на тот язык, функционирующий в нашем обществе. Потому-то нам и не представляется абсурдной позиция Пустика-Дустика – персонажа из сказочной повести Л. Кэрролла «Зазеркалье»:

– Вот тебе и привет!

– Не понимаю, что означает «привет»? – сказала Алиса.

Пустик-Дустик пренебрежительно улыбнулся.

– Не поймешь, пока я не скажу. Это означает «замечательный и разящий довод».

– Но «привет» вовсе не означает «замечательный и разящий довод», – возразила Алиса.

– Раз мне так захотелось, – презрительно сказал Пустик-Дустик, – значит, обозначает. Именно это: не более и не менее.

– А разве можно придавать слову какой угодно смысл? – спросила Алиса.

– А разве я своим словам не хозяин? – ответил Пустик-Дустик [14].

Простим, дорогой читатель, себе и Алисе иллюзию, будто бы хозяин словам, то есть языку, не каждый из нас в отдельности, но народ, и, с другой стороны, простим себе заблуждение, будто бы язык создает только народ.

Язык – очень древняя знаковая, информационная система. И возник он, и складывался он еще в те времена, когда человек и понятия не имел об алкогольном яде. А такое время было! То есть, язык создавал народ трезвый, и этот трезвый язык трезвых зафиксирован сегодня в многочисленных словарях.

Однако, сравнительно недавно – в последние тысячелетия – начал складываться и язык пьющего народа и, прежде всего, с помощью подмены уже общепринятого значения слов, на значение прямо противоположное. Например, люди с искаженным сознанием под пищевыми продуктами понимают очень многое, в том числе жидкости, отравленные алкоголем: в частности, забродивший сок, в то время, как люди трезвые, ясномыслящие люди забродивший сок, варенье, борщ – пищевыми продуктами не считают. Отсюда, вино, политура, коньяк, самогон, одеколон, водка для одних – напитки, для других – жидкости, отравленные, непригодные для употребления вовнутрь.

Если человек потребляет несъедобные вещества, т. е. поступает вопреки своей собственной природе, он – безумен. Вот почему Сенека и назвал опьянение «добровольным сумасшествием», а Пифагор питие спиртосодержащих жидкостей считал «упражнением в безумстве». И ведь действительно: если человек, как только случится какой праздник, так и хватает топор да начинает крушить – пусть даже культурно и умеренно – крышу дома своего, да по окнам норовит хватануть, да по внутренностям своего жилья, что о подобном чудаке можно сказать? Ясно, что – «крыша поехала». Тот, кто в праздники или не в праздники разрушает свой мозг посредством алкоголя, ухудшает функционирование своих глаз, печени, сердца и прочих частей «дома», в котором живет его душа, – такой человек и есть – страдающий от своего психологического расстройства. И чем дальше, тем больше. Оно и понятно: то, что под «черепицей» – не восстанавливается…

Впрочем, не все слова люди трезвые и люди пьющие понимают по-разному. Например, слово «чокаться» и для нас, и для них означает совершенно одно и то же – свихнуться. «Свихнуться» – «сбиться с правильного пути, с правильных позиций, потерпеть жизненную неудачу, сойти с ума и плохо кончить». Отсюда, «чокнутый» и для нас, и для них – «психически не совсем нормальный».

Неплохо люди пьющие понимают и словцо «балдеть» – «дуреть, потерять всякое соображение». И они дуреют от шампанского и водки, от вина и пива, от ликера и одеколона. Дуреют даже от самых разрекламированных жидкостей, содержащих дурман – то, что опьяняет, отупляет. Люди «дуреют – тупеют, глупеют, приходят в состояние одури», то есть в состояние «помрачения сознания», как утверждает Словарь С. И. Ожегова.

Так что вопрос о словах, в которых свернута не только ассоциация, но и поведенческий образец, это очень интересный вопрос, ибо «человек совершает некоторые действия, ориентируясь на общественно данный образец, который он принимает от социального окружения. С появлением общественного образца начинается контроль за действиями человека со стороны общества» [15].

А если общество уже стоит образно говоря на ушах?

Значит, наше поведение подпадает под контроль общества, именно так стоящего. И если вы вдруг вздумаете встать на ноги, то вам просто не поздоровится, ибо, как сказал мудрец: «В деревню, где живут одноногие, надо идти на одной ноге». Для того же, чтобы человек, рожденный в «Деревне, Стоящих На Ушах», знал язык так, как это нужно тем, кто контролирует общество, они через такой механизм, как культура и передают ему соответствующие познания. Культура – это средство контроля за поведением. Культура – это средство, с помощью которого общество управляет каждым из нас. И вот уже человек, чье сознание искажено ложной информацией, начинает если не потреблять отравленную жидкость, то уж непременно распространять вокруг себя эту информационную инфекцию… По крайней мере, своим невозражением, своим пассивным согласием с происходящим.

Трансляция эмоций, опыта – это основа выживания стада. Но стадо так и осталось бы стадом, если бы не находились существа, посмевшие свое мнение иметь и сказать стаду твердое и спокойное «нет». Именно с этого «нет», как утверждает онтопсихология и начинается личность. Сказать «нет», значит, утвердить себя, свое личное мнение и, соответственно, взять ответственность за свое мнение, за себя, за свою жизнь на себя. Отказ же от своего мнения – это уход в коллективную, в стадную безответственность.

Вот почему так грустно смотреть на наших попугайствующих современников, бездумно транслирующих чужую глупость. Впрочем, глупость относительную: для тех, кто порождает подобного рода дезинформацию, это и не глупость вовсе, а способ защиты своих барышей или своей алкозависимости, или своего образа жизни…

Одна такая молоденькая попугайша – участница телепередачи «Национальный интерес» (ЦТ, 2 октября 1997 г.), старательно вспоминая внушенные ей мыслишки, разродилась вдруг таким клише: «Вся европейская знать употребляла регулярно спиртные напитки. Некоторые даже ежедневно. И, насколько мне известно, они не теряли ясность мысли, не укорачивали свои дни, но, естественно, они пили вина хорошего качества и во всем, конечно, хороша мера».

И откуда только у нас такие разносторонние сведения про «всю европейскую знать»?! И… знакомы ли мы лично со всей этой аристократией Европы?

А кого мы вообще относим к аристократам и что есть аристократия? Аристократия, как утверждает Философский энциклопедический словарь, – это «знать, привилегированная часть какого-либо класса или общественная группа, пользующаяся особыми правами и преимуществами» [16].

С этой точки зрения является безусловным европейским аристократом полководец Александр Македонский. Тот самый сынок психопатки Олимпиады и царя Филиппа II, которые «пили вина хорошего качества»; тот самый Александр Македонский, автор множества массовых кровавых преступлений против человечества, который уничтожил своих братьев и помог убить своего собственного папу-педераста; тот самый Александр Македонский – потомственный гомосексуалист, эпилептик, алкоголик, умерший после беспробудной пьянки в доме своего возлюбленного мальчика-евнуха Медиуса в возрасте 33 лет.

Или возьмем такого представителя древнейшего аристократического рода, как французский график и живописец Анри де Тулуз-Лотрек. Рос хилым, с узкими плечами, впалой грудью. Еще в детстве, после перелома обеих ног превратился в калеку – карлика с короткими, тонкими ножками и большой головой. Был завсегдатаем кабаре «Мулен Руж». Упившись там, ехал в пивные, в публичные дома. Любил цирк, а также бывать в больнице Сен-Луи, где по субботам наблюдал, как хирург кромсал тела своих пациентов.

Страдал от галлюцинаций и кошмаров.

В феврале 1899 г. допился до белой горячки и его поместили в психбольницу. Несколько недель провел в палате для буйных. В мае его выписали, и он вновь начал пить «вина хорошего качества», бывать в хороших публичных домах, но почему-то стал слабеть, худеть и потерял аппетит.

В 1901 г. у него отнялись ноги, а к осени этого же года парализовало так, что он мог передвигаться только в кресле-каталке. Сам не мог ни есть, ни испражняться. Оглох. Скончался 9 сентября 1901 г., не дожив и до 37 лет.

Его папа-аристократ, человек со странностями, любивший всяческие переодевания и эпатаж, тоже пил «вина только хорошего качества»…

И сам дегенерат Анри де Тулуз-Лотрек пил вина только виноградные и «только хорошего качества»…

Или, быть может, молодая попугайша имела в виду аристократию древнего Рима? Что же мы имеем среди римской аристократии, которая пила только сухие виноградные вина? Послушаем писателя Г. Климова: «Нерон спутался с еврейкой Поппеей Сабиной, которая, чтобы избавиться от конкуренции, подбила Нерона убить его мать Агрипинну, что он и сделал. Говорят, что, увидев убийц, Агриппина подняла юбку и сказала: «Убивайте меня туда, откуда я родила это чудовище!». Вслед за этим Нерон убил свою законную жену Октавию, дочь Мессалины.

Нерон прославился еще и тем, что поджег Рим и, любуясь пожаром, играл на лире и декламировал свои стихи (тоже поэт!). Затем он обвинил в этом поджоге христиан, которые тогда были просто еврейской сектой, и жестоко их преследовал. И одновременно он был женат на еврейке Поппее, которую он, впрочем, позже тоже убил – ударом в живот во время беременности.

После убийства Поппеи Сабины Нерон кастрировал своего возлюбленного юношу-миньона Споруса, переименовал его в Сабину и официально женился на нем. Здесь он играл роль активного педераста. Но ему еще хотелось одновременно быть и пассивным педерастом. Тогда он столь же публично и официально стал «женой» другого педераста – Дорифоруса. Все это подробнейше описывают римские летописцы того времени. В конце концов, Нерон был вынужден покончить самоубийством. Но это чудовище правило Римом целых 14 лет.

Вслед за Нероном (54—68 н. э.) пошла целая серия мелких императоров:

– Император Сервий Гальба (68—69). Гомо.

– Император Марк Ото (69). Гомо.

– Император Авл Вителлий (69). Гомо.

– Затем идет император Тит (79—81). Его отец император Веспасиан (69—79) поставил своеобразный рекорд: это был первый римский император за всю предыдущую историю Рима, которые НЕ был гомо. Но его сын, император Тит, вже… опять гомо!

– Император Домициан (98—96), брат Тита. Тоже гомо.

– Император Марк Нерва (96—98). Гомо.

– Император Траян (98—117), приемный сын императора Нервы. Хоть и приемный, но опять гомо.

– Император Адриан (117—38). Гомо.

– Император Коммод (180—92), сын императора Марка Аврелия (161—180). Хотя папа, как будто, нормальный, но сын опять гомо.

– Император Каракалла (211—17). Гомо.

– Император Гелиогабал (218—222). Гомо. Но это был веселый гомо. Например, он раздавал высшие государственные должности не по уму, а по размерам половых членов. …убили его мечом в задний проход» [17].

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.