Миссия «АГЕЯ». 2038
Андрей Нифёдов

Ирина (Белка) Нифёдова Редактор

Олег (Russian Anime Project) Дыдыкин Технический советник

Олег (Russian Anime Project) Дыдыкин Вдохновитель

Дмитрий (SergeyNorka) Оседов Вдохновитель

Владислав (Mad Work Day) Воробьев Вдохновитель

Андрей Нифедов Иллюстратор

© Андрей Нифёдов, 2021

© Андрей Нифедов, иллюстрации, 2021

ISBN 978-5-0053-5326-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Событие 0

На пороге катастрофы/спасения (нужное подчеркнуть)

Над центральным парком района Чибуту, почти в самом центре небосвода, нависло огромное немного синеватое солнце, заставив тени немногочисленных прохожих стыдливо спрятаться под ногами. Сухие деревья, потрескавшиеся корой, так и вовсе утратили их, подставляя обломанные остатки веток беспощадным лучам. Азани, услышав до боли знакомые пищащие звуки, похожие на телефонные гудки, доносившиеся сразу из нескольких громкоговорителей в окрестностях, создавая эффект эха, остановилась.

Красивую девушку спортивного телосложения с бликующими в лучах малиновыми волосами также привлекло раздраженное бурчание какой-то мамы с потрепанной коляской:

– О, Господи, как мне это надоело! Опять ребенка разбудят.

Женщина прикрыла уши младенцу в плюшевой игрушкой и поспешила подальше от ближайшего динамика.

Азани догнал Джейк. По тому, как этот парень, весьма подкачанный, надо сказать, нежно приобнял и чмокнул ее в горячую от зноя щеку, можно было догадаться, что они – пара.

– Привет, родная! Извини, что задержался.

– Да ничего. Это ты прости, что не дождалась. Я час караулила тебя на выходе, но потом вдруг решила: будет слишком подозрительно, что я никак не ухожу домой. Тебя, по идее, в школе вообще не должно было быть. Надеюсь, никто ничего не заподозрил.

Пока ребята общались, гудки закончились и голос из динамиков произнес:

– Полдень! Мегаворлдское время – 5 часов 00 минут по новому стилю, 12 часов по старому стилю. Не забудьте приобрести десятичные часы до конца 31 декабря 2038 года. С началом 39-го года старое время будет отменено.

Закончив сообщение, отзвуки голоса разлетелись эхом по иссушенному парку и стихли.

– Моя мама все никак не может привыкнуть к десятичному времени, – сказал Джейк и, взяв девушку под руку, зашагал вперед. – Это же так просто. 10 часов в сутках, 100 минут в часе… просто и удобно! А она говорит: «Глупости! Как может магазин работать 10 часов 7 дней в неделю? Не звучит».

– Ну, родной, она же уже не молодая. Пожилым людям сложно даются всякие новые привычки, – улыбнулась спутница, – а ты, как заботливый сын, подарил бы лучше ей часы с конвертером. Компания Oleg-D-Timez неплохие производит.

– Да уж, и как только она смогла пережить денежную реформу в девяносто восьмом и не запутаться?

– Когда-нибудь и мы станем такими: станем говорить, что все новое – плохое.

– Хах, я уже так говорю! – рассмеялся юноша.

Двое шли по мощеной дорожке под палящим солнцем. Температура воздуха была не меньше 35 градусов, что являлось, впрочем, даже ниже климатической нормы. Новой климатической нормы 2030-х годов. Повышенная влажность и большое количество пыли в воздухе делали дыхание более затруднительным, чем в былые времена, поэтому никаких городских бегунов теперь в парке не встречалось. Прохожие двигались не спеша, и попадалось их по пути совсем немного. Девушка сквозь свои темные очки наблюдала за людьми, собравшимися у автомата с кепками, кислородными баллончиками и антиперсперантами. Эти товары были самыми востребованными в наступившие времена. Одна женщина лет пятидесяти пыталась попросить денег у стоящих в очереди, вероятнее всего, на покупку средства облегчения дыхания.

– Джейк, смотри. Давай поможем? Пожилые люди нынче редки, и живется им ой как непросто.

– Конечно, – кивнул парень и отошел в сторону автомата.

Он приблизился к просительнице, о чем-то поговорил с ней и, очевидно, получив благодарность за помощь, вернулся к Азе.

– Да, в детстве у меня была бабушка, и в те времена семидесятилетний возраст считался не таким уж и преклонным. Нынче мало кто может дышать этим ядом после сорока пяти.

– Времена изменились, бесспорно. Сильно изменились.

Пройдя еще немного, малинововолосая девушка в школьной форме и панамке со своим короткостриженым спутником в белой безрукавке и бейсболке увидели своего старого знакомого. Блондин с волосами до плеч, в шапочке из фольги стоял посреди дороги и чесал затылок. Он поглядывал в телефон и озирался, вытирая вспотевшие ладони о свою синюю футболку со странной надписью «RIP».

– Сайран, привет! – окрикнула его девушка и помахала рукой.

– О, Аза? Джейк? Здорово, здорово. Эх!

Ребята подошли к озадаченному молодому человеку, парни пожали руки.

– Ты чего такой… странный? – спросила девушка встреченного.

– Ну… тебе короткую или длинную версию? – уныло уточнил тот.

– Короткую.

– Я лоханулся, – сокрушенно, наконец, вздохнул Сайран и убрал телефон в карман.

– А длинную? – улыбнулся Джейк.

– Я ло-о-охо-о-ону-у-улся-я-я…

– А-ха-ха! – рассмеялась парочка.

– Не пойму, неужели время прогулки мэра указано в старом времени? Он что, в 4 утра по старому стилю ходит в парк? Или как? Ребята с «Заговоров. нет» смогли сфоткать его расписание. Там было записано, что в понедельник он будет прогуливаться тут. И, возможно, тайно встретится с главой местной мафии. Он такой, да.

– Сайран, ты уверен?

– Да. Сегодня, в понедельник, 11 июля.

Джейк улыбнулся:

– 11-е было вчера, Сайран. И это было воскресенье.

Юноша в шапочке из фольги жалостливо посмотрел на парня в бейсболке и произнес голосом, полным горечи и обиды:

– Ну как же так? Я был уверен, что 11-е – это понедельник…

Сказав это, он с досадой топнул ногой:

– Черт бы побрал эту тупую систему дат! Наконец-то со следующего года введут нормальную, тринадцатимесячную систему стабильного календаря. И уж тогда двенадцатое всегда будет четвергом! И никакой путаницы.

– Ну да, – похлопал его по плечу Джейк, – а первое число – всегда понедельник. Работу не проспишь.

– Да ну тебя с твоей работой, – смахнул его руку раздраженный блондин. – Я блогер. Мне ваша работа на фиг не упала. Вот то, что я профукал потенциально крутой репортаж и расследование – это печалит. Ну да ладно, проехали… как дела у вас? Азани, как твоя предполетная подготовка?

– Ох, тяжело, Сайран, – отмахнулась девушка, – сегодня сдала предпоследний экзамен. Правильно ли я рассчитала пропорции при построении матрицы весов для гравитрона? Я, конечно, понимаю в силикатной биологии кое-что, но по предмету медицины космических катастроф у меня были некоторые пробелы. Волнуюсь…

– Ой, оставь эти сложные термины для многобальников! Я все равно не особо понял, – замахал руками блогер.

– Волнуюсь, что могла неправильно ответить, – упростила Аза, – физические упражнения, ориентирование на местности, география Агеи – это для меня раз плюнуть. Но точные расчеты мне даются сложнее.

– Казалось бы, у нас есть квантовые компьютеры, – развел руками ее парень, – а колонистку готовят к вычислениям вручную.

– Комп может отказать, Джейк, – обернулась она к говорившему. – Вспомни, как ты ныл, когда твой ПК завис во время работы над дипломом.

– Ну да, ну да… Вычислительные машины – не самая надежная вещь. Как и андроиды, искусственный интеллект и все такое.

– Короче, – вновь повернулась она к Сайрану, – мне не хватает немного баллов, чтобы опередить моего главного конкурента – Апреля Ананасова.

Юноша пожал плечами и жестом вопросил, дескать, «может пойдем?».

– Эх! Скучаю я по старым добрым временам, когда нами правила коррупция! – с задумчивой улыбкой начал он.

– Это ты про те времена, когда правительство в погоне за сверхдешевой энергией аннигиляционных реакторов угробило наш мир до такой степени, что мне придется лететь в космос и спасать его?

– Ха-ха, ну да, – пожал плечами юноша в синей футболке, – не без греха они были, конечно. Зато какие имелись возможности для богатых! У тебя же очень богатый парень, Аза.

Сайран подмигнул, косясь на Джейка. На что тот лишь улыбнулся и пожал плечами.

– Раньше можно было бы просто подкупить кого-нибудь из экзаменационной комиссии и тебе бы нарисовали несколько сот вики-баллов в зачетку. Но теперь, когда мир на пороге катастрофы, мы все под колпаком у спецслужб. Последний коррупционер был арестован 5 лет тому назад… печально!

– Ну, есть один краснокнижный товарищ. Очень богатый и желающий стать еще богаче, – лукаво прищурился парень Азы.

Блогер аж встрепенулся:

– Вау! Вы что, подкупили доктора Тено? Вы все-таки отважились на это?

– Тсс! Не ори ты так, болван! – закрыл Джейк ему рот ладонью. – Ты сдурел?

– Ладно-ладно, я молчок! Но вы, блин, даете! И как? Он принял взятку?

– Ты думаешь, в тридцать восьмом это так просто? Бумажные деньги давно отменили, все же на виду! Ну, кроме криптовалюты. С ней еще можно поиграться и, имея определенные связи и власть, отмыть. Но ведь док может взятку-то взять, и все! Досвидули! Да и нам подставляться нельзя. Короче, я сегодня утром оставил в его столе в школе хитрую флешку с программой и инструкцией. От кого подарок – он, понятное дело, не знает. Да это и не важно. Она разблокируется автоматически, если биометрический чип Азы будет находиться более часа на территории Космопорта. Убедиться, что на носителе лежит кругленькая сумма, доктор сможет, посмотрев исходный код. Но подтасовать эту ситуацию у него не получится.

– Ага, теперь главное, чтоб он ей руку не оттяпал вместе с чипом и не принес в чемоданчике в нужное время в нужное место.

– Не говори ерунду. Так вот, на носителе криптовалюта. Исходя из этого, профессор должен быть крайне заинтересованным в том, чтобы в космическую программу попала именно Аза, а не этот выскочка из 45-й школы.

– А прогу он не взломает? А что станет с биочипом при силикации?

– Взломать не удастся, нет. Там такое шифрование, что за короткий срок, как его жизнь, даже на суперкомпьютере – без шансов. А биочип точно так же останется при ней и после силикации, так как он является частью тела.

– Понятно, – удивленно и восхищенно протянул парень в шапочке. – Ну вы и продуманы! Кому в голову пришел этот план? Признайтесь честно! Это гениально!

– Это все моя малышка, – нежно приобнял девушку молодой человек в безрукавке.

– А ведь можно было пойти по пути наименьшего сопротивления, – улыбнулся блогер, продолжая идти вместе с друзьями к выходу из парка, – просто попросить твоего папу походатайствовать о тебе в МегКосмосе.

– Ах-ха, ты шутишь? – покрутила пальцем у виска девушка. – Да мой папа скорее съест силицированную мышь, чем сделает это. Он же спит и видит, что я откажусь от полета на Агею. Но я девочка взрослая и сама буду решать, чему посвятить свою жизнь.

– Ох, ты, конечно, крайне смелая. Я бы вот так не смог отправиться в один конец к черту на рога и больше никогда не вернуться в родной Мегасити, – поежился Сайран.

– Каждому свое, друг мой.

Так, за разговорами, троица подошла к воротам, судя по сухому еле-зеленому крошеву на земле, некогда обрамленным клумбами. Легкий ветерок поднял немного пыли, которая осела, в том числе и на сиротливо стоящем вагончике продавца мороженого.

– Ладно, ребят, – радостно воскликнул блогер, – пожелаю вам успехов и, конечно же, буду с любопытством следить за развитием событий. А в честь успешной взят… покупки определенных благ, угощу вас мороженым. И не благодарите, и не целуйте!

Юноша, шутя, поднял руки, будто бы протестуя против похвалы, и попятился к вагончику.

– Три крем-брюле. Тех, которые по 10 мД! – крикнул он в окошко, протянув туда же руку для оплаты чипом.

– Нет таких, – ответил хриплый голос откуда-то изнутри, – теперь все по 100.

– Чего? Ой! – вскрикнул парень, ударившись от неожиданности макушкой о верхнюю перекладину окошка.

Почесав голову, он перегнулся через плечо, взглянув на ценник на борту вагона. И вправду – новые значения оказались в десять раз выше, чем вчерашние.

– Что за фигня? Давеча же было по 10.

– Теперь по 10 только детям. Взрослым по 100, – невозмутимо ответил тот же неприветливый голос, – новый декрет продовольственной программы. Претензии к мэрии.

– Каким детям? Кто сейчас вообще рожает? Единицы! А жарко всем!

Видя, что криками и визгами вопрос не решить, Сайран чертыхнулся и оплатил кругленькую сумму за две штуки лакомства, предпочтя сэкономить на себе.

– Гребаная стагнация экономики! – ругался он, подходя к друзьям и протягивая крем-брюле. – Они и на мороженое цену взвинтили! Как жить-то теперь? В наше время выживают только политики, таксисты и блогеры. И вы с Азой.

– Ничего себе цена, – удивился Джейк, – Сайран, дай руку. Я верну тебе стоимость.

– Да не надо, угощайтесь. Мне вчера на стриме хорошо задонатили. Но сама ситуация – дичь.

Друзья покинули парк, который, вероятнее всего, таковым уже стоит называть в кавычках, и направились вдоль каменной его стены по тротуару. Вокруг было очень тихо. Наверное, если бы так было раньше, то можно было б услышать пение еще не вымерших тогда птиц. Хотя вряд ли, их бы заглушал рев машин. Теперь же ни тех ни других не было. Шестиполосный проспект звенел тишиной. Изредка проезжали велосипеды и уж совсем редко – электросамокаты. Большинство из без того немногочисленных горожан предпочитали передвигаться пешком. Хотя предпочитали ли? Скорее, были вынуждены делать это по экономическим соображениям.

– А помните? Раньше там была пиццерия! Ох, я там школу прогуливал, когда был мелким. Пепперони делали на славу, – ностальгически улыбнулся Сайран, показывая на заколоченные окна заведения на противоположной стороне пустой улицы. – Теперь пицца – все (я имею в виду для простых людей). Остались только синтетические пирожки. Это единственное, что смогли сделать в плане еды с помощью телепортации. Чертовы синтетические органические молекулы. Питательны, конечно, но на вкус как стекловата.

– Точно, – согласился второй парень, шедший под ручку с малинововолосой девушкой и поедавший натуральное мороженое, игриво прикасаясь носом к ее улыбающемуся лицу. – Но у нас есть шанс на спасение! И он сейчас идет с нами и кушает вафельный стаканчик. Ути-пути.

– Ну ладно, давайте без нежностей на людях, – отмахнулся их добровольно лишившийся угощения друг. – Главное, чтобы новое правительство не довело до такого же состояния Афалину.

– О, сделать это надо будет очень постараться! – посмеялась Аза. – Афалина – газовый гигант весом в 1 890 000 000 000 000 000 000 000 тонн. Там вещества хватит для восстановления тысяч таких Мегаворлдов, как наш.

– Но я слышал, что если ее извести в ноль, то наша орбита сместится относительно Солнца, – подметил Джейк.

– Это сделать будет крайне сложно. Считайте, невозможно. Даже несмотря на погрешность Вайнберга – Фейнмана. Я скорее поверю, что раньше погаснет само Солнце, чем кончится водород на Афалине.

– Хах! Про мировой океан правительство тоже так говорило. А теперь вон, выкинули миллиарды литров в «четвертое измерение» ради нескольких протонов антиматерии, – сложил руки на груди блогер.

– И то верно… – погрустнела Азани, но тут же задумалась, вспоминая: – …в детстве мы залезли на заброшенную АЭС, когда они еще не были снесены. Очень интересное сооружение: там были огромные градирни, трубы, множество различных приборов. Когда-то люди получали энергию таким интересным способом. Тогда был золотой век телепортации и все эти примитивные (так нам тогда казалось) технологии, вроде термоядерного синтеза, считались безнадежно устаревшими, смешными и неэффективными. Теперь же, когда почти не осталось специалистов, будет очень сложно все это вернуть. Это как построить паровоз. Есть ли вообще сейчас инженеры, которые знают, как он был устроен? И кто бы мог подумать, что из-за погрешности Вайнберга – Фейнмана телепортация откатит нас чуть ли не к уровню Средневековья.

– Да, теперь у нас как в этих старых романах про антиутопию. Не снеси люди электростанции, жили бы нормально, как наши бабушки.

– Еще и эта война, – так же задумчиво, как и его девушка, протянул Джейк. – Из-за изменений климата вон какие цунами теперь на юго-западном берегу! Ставь турбины в океан и получай мегаватты, так нет же: там засели до зубов вооруженные лимбутцы, и фиг их оттуда выкуришь.

Когда ребята дошли до перекрестка, Сайран взмахнул руками:

– Ну все, хватит этих пессимистичных разговоров. Скоро это закончится, когда Аза откроет для нас новый репозиторий материи на Афалине. В городе у нас все относительно спокойно, синтетические пирожки есть. Бабушка рассказывала, что в девяностые бывало и похуже. Так что я пока что поснимаю свои ролики, благо разоблачать моему проекту «Заговоров. нет» есть кого. Кстати, вы в курсе? Ходит слух, что дворники в парке утилизируют сухие деревья с помощью телепортации. Ну, типа это дешевле, чем бензин для грузовиков. А телепортация для гражданских нынче незаконна! Вот и буду эту тему раскручивать. А с вами я прощаюсь. До завтра! Не забудьте, что мы с Сэли ждем вас в гости.

– Конечно, Сайран. Мы придем, – улыбнулась Азани.

– Непременно, – пожал ему руку Джейк.

– Ну вот и славно. Всем пока. Мне туда, – кивнул парниша в шапочке из фольги и покинул ребят.

Крепкий парень в безрукавке проводил его взглядом и обернулся к спутнице:

– Пойдем? Я провожу тебя.

Азани и то, что ее окружает

– Папа? Я дома, – произнесла девушка в школьной форме, как только за ней закрылась дверь.

Это была не стандартная входная дверь, как у большинства жителей Мегаворлда, а тяжелая двухметровая металлическая гермодверь шлюза. Стало темно. Почти сразу зажглось несколько дежурных ламп и на потолке загорелся красный огонек.

– Не двигайся, пожалуйста, – прозвучал учтивый мужской голос из динамиков, отразившись эхом от стальных стен.

– Да-да, конечно… – на выдохе тихо ответила вошедшая, встав по стойке смирно.

Красный огонек на потолке раскрылся веером, начав свое движение на каретке, закрепленной к рельсе. Точно такой же плоский луч выехал снизу и стал двигаться вдоль стены. Это все напоминало бы дискотеку или лазерное шоу и могло бы показаться прикольным, если бы студентка не знала, что это рядовое полное сканирование, которое сопровождало каждое ее появление в родном доме.

– Пап, мне вот иногда становится интересно: что ты ожидаешь у меня найти? Вещества я не употребляю, запрещенный рэп не слушаю… зачем каждый раз это все?

– Не разговаривай. Это может исказить результаты.

Девушка замолкла и со скептической миной на лице дождалась, пока лазеры прицелов сканеров закончат свое дело. Доехав до концевиков, лучи отключились, и открылась подобная первой металлическая дверь в другом конце шлюза.

– Все хорошо, проходи, пожалуйста, – столь же спокойно произнес голос отца из динамика.

Войдя в гостиную своего дома, девушка бросила портфель на диван, стоявший напротив широкого окна. Свою панамку она повесила на старый глобус (о том, что он был старым, говорили нарисованные на нем, ныне не существующие, полярные шапки). Скинув без помощи рук туфли, подойдя к этому дивану и поправив юбку, она устало плюхнулась на него. Азани откинулась на спинку и подставила усталое от жары и влажности лицо потоку холодного воздуха из кондиционера.

Девушка облегченно выдохнула, глядя на безжалостно яркий диск солнца, внезапно потерявший свою силу в пределах этого утонченного дома в стиле хай-тек. Светило зависло над простиравшимся за окном океаном, иссушая его и отблескивая волнами отражений на потолке.

Потенциальная колонистка обвела взглядом комнату средних размеров с белыми стенами, маленькими абстрактными картинами на них и зелеными комнатными растениями, как будто ища что-то взглядом. Явно не найдя этого, она закрыла глаза, ощущая приятную прохладу, которая в современных реалиях была предметом роскоши не меньшим, чем некогда золото. Просидев так не более двадцати десятичных секунд, она открыла глаза, потому что снова услышала голос отца:

– Ты была в вики-школе?

– Да, – совершенно спокойно и даже уверенно ответила она, вновь сомкнув веки, – и в центре подготовки колонистов тоже. Со вчерашнего дня ничего не изменилось, папа. Я по-прежнему планирую лететь на Агею, спутник Афалины.

– Будь она трижды неладна, – несколько раздраженно ответил человек, вышедший из-за угла, за которым виднелся кухонный гарнитур.

Это был высокий мужчина в коричневом вельветовом костюме с галстуком. С некоторой сединой на коротко остриженных волосах возле висков и мелкими морщинами на лбу. Он выглядел подтянутым, его шаги были твердыми, а осанка благородной. В руках он держал поднос с двумя тарелками. На одной из них лежала яичница-глазунья с кусочком белого хлеба, во второй, глубокой – консервированный зеленый горошек. Также в этой кулинарной композиции присутствовал бокал красного вина.

– Я надеюсь, что ты не очень расстраиваешься из-за своих вики-баллов, – начал хозяин дома издалека, подходя ближе, – Апрель Ананасов, похоже, вырвался вперед. Это… плохо, по твоему мнению, верно?

Азани, сидя на мягком диване и раскинув руки на его спинке, повернула голову и, нахмурившись, вопросительно посмотрела на родителя. Тот продолжил:

– Всякое случается. Иногда нам стоит признать свое поражение…

– Это как тогда, когда вы неверно посчитали формулу изменения вектора пространства-времени адронов водорода, вызвав каскадный резонанс? – перебила его дочь.

Мужчину это укололо, но он мгновенно поборол эмоции и столь же спокойно, как и ранее, продолжил:

– …я понимаю, что твой конкурент оказался немножечко более способным, но на миссии «Агея» жизнь не заканчивается. Применений твоим талантам – тьма. Ты даже можешь стать президентом Мегаворлда, вне всяких сомнений. Но, чтобы тебе было проще пережить сейчас этот нелегкий момент поражения, я решил тебя порадовать. Вот.

Отец кивнул в сторону нагрудного кармана (так как руки были заняты подносом с едой), из которого торчали два пластиковых прямоугольника.

– Это мой тебе и твоему другу подарок – два билета на телепорт в Северогорск. Сейчас их очень сложно достать, но я смог. Отправление завтра, путешествие на две недели. Сейчас там идеальный бархатный сезон! Деревья зеленые, температура комфортная, и уже созревают персики, так что…

– Какие персики? У меня завтра финальный экзамен по силикации! Ты просто решил снять меня с дистанции таким «красивым» образом? – возмутилась девушка, вставая с дивана и оборачиваясь к отцу.

Она стояла спиной к окну и казалась темным силуэтом на фоне солнца. Папа стоял напротив, за диваном и взглядом старался делать вид, что ни о чем подобном и не помышлял.

– Ели бы ты действительно хотел меня порадовать, мог бы сделать милость и поговорить со мной лично, а не через свой дурацкий синтетический аватар.

Отец (а как выяснилось только что, его искусственная полимерная проекция) опустил взор:

– Прости, у меня много работы в лаборатории. Я не могу быть сейчас здесь.

– О да, много! Львиную долю твоих трудов составляют действия, направленные на то, чтобы вставлять мне палки в колеса, верно? – уже откровенно разгневалась Азани, хмурясь и жестикулируя.

– Конечно нет! – строго ответил аватар. – Я всю свою жизнь занимаюсь лишь тем, чтобы сделать для тебя лучше! Оградить от лишних страданий, дать образование и наставить на путь истинный!

– Кажется, у тебя навигатор сбоит. Мой путь не такой, каким ты его себе представляешь. Я – взрослая самодостаточная женщина. Мой уровень знаний равен сорока шести тысячам баллов! Почему я не могу применить их ради спасения человечества и, в частности, всех, кто мне дорог? Сайран, Сэли, Хару… одноклассники, мои любимые писатели, режиссеры, актеры, добрые люди, коих в мире миллионы. Я хочу и, самое главное, могу спасти их всех. Ты сможешь мною гордиться! Весь мир «за», «против» лишь ты!

– Это потому, что, только мне есть до тебя дело по-настоящему. Может быть, Джейк согласился бы со мной, но ты явно обработала его психологически, – подчеркнуто спокойно ответил папа, немного дергаясь глазом, – все эти подбадривающие и улулюкающие СМИ, твои дружки… они хотят лишь улучшения своих условий существования. Для кого-то из них ты икона или хайповый инфоповод, для кого-то средство возвращения к нормальной жизни. Но ни они, ни ты не представляете, каково это – жить и работать на Агее.

– Не представляю? – искренне возмутилась девушка, принявшись раздраженно ходить кругами по комнате. – Да я чертовых семь лет занимаюсь этим вопросом. Я хотела туда отправиться даже до того, как погрешность Вайнберга – Феймана растворила «половину» океана! И вообще, почему ты стал так сильно противиться моему полету за пару дней до него? Ведь все шло более-менее спокойно. Дай угадаю, ты просто не верил в то, что мои навыки и знания смогут достичь таких высот, как теперь? Ты думал, что полетит Апрель, Мицео Харакути, Милана… а вот фигушки. Полечу я. И я уверена в этом на все сто.

– Ох, малышка, – иронично покачал головой мужчина в костюме, – не возлагай на себя ложных надежд… больнее будет разочароваться. Но если вдруг ты найдешь силы признать, что билет в космос достанется кому-то, кроме тебя, то воспользуйся билетами на курорт. И вообще, на, покушай.

– Спасибо, папа, – холодно бросила Аза и быстрым шагом обошла диван, подойдя к собеседнику вплотную. – Может быть, в какой-либо параллельной вселенной я наслажусь ужином, приготовленным роботом по программе, но сейчас кушать не хочу, я съела синтетический сэндвич по дороге. Пока.

Выпалив это, она быстрым движением нажала кнопку аварийного выключения на шее андроида, после чего тот замер с подносом в руках, так и не успев возразить.

* * *

Солнце уже наполовину скрылось где-то в далеких пучинах бескрайнего океана. Девушка в домашнем халате из почти невесомой ткани сидела на прямоугольной формы балконе своего угловатого высокотехнологичного коттеджа, который возвышался над полнами на отвесной скале. Она кормила чаек остатками ужина, который, честно говоря, почти весь-таки съела.

«Вот интересно, – думала она, – большинство птиц вымерло из-за ужасного климата, а чайки стали, по-моему, только жирнее. Как им это удается?»

Выкинув последний кусок хлеба, который пернатая попрошайка поймала на лету, девушка встала, опершись локтями на деревянные перила, и устремила свой взор вслед блестящей дорожке, оставляемой светилом на водной глади.

«Где-то там, за десяток тысяч километров, в море стоит твое детище, папа. Материальный репозиторий. Он все еще продолжает качать тысячи тонн воды, поддерживая человечество и убивая наш мир одновременно. Никто не знал, что из-за ошибки в понимании принципов телепортации возникнет резонанс, вследствие которого мы начнем терять все больше и больше частиц при попытке изменить их вектор пространства-времени для получения антиматерии, так нужной нам для работы телепортов и получения энергии аннигиляции. Та самая пресловутая погрешность Вайнберга – Феймана… А ведь репозиторий и саму технику превращения материи в антиматерию разрабатывал в том числе и ты, папа. Да, телепортация дала нам многое: медицину без скальпеля, путешествие без транспорта, еду без сельского хозяйства (хотя и невкусную). Аннигиляция противоположных частиц дала электроэнергию небывалой мощности, но вот к чему это привело? Неуемная страсть легкой жизни, использование телепортации повсюду, по поводу и без… это истощило планету. Этот ласковый океан, лежащий тысячелетиями у подножья горы, на которой теперь стоит наш дом, обмелел, стал излишне соленым и жарким. Сколько животных погибло – и не сосчитать. Воздух стал горячим, влажным, льды растаяли, но даже это не спасло сине-зеленого гиганта, мировой океан. По сути, я, твоя дочь, имею полное право исправить ту оплошность, которую ты и твои коллеги допустили в прошлом. Почему ты препятствуешь этому?»

Девушка посмотрела в небо, на котором в лучах заката начал проступать небольшой голубоватый кружок. Это была известная всем, еще аж с доисторических времен, планета с возвышенно-красивым названием «Афалина». Уже буквально через минуту звезда по имени Солнце скрылась за краем земли и новое светило окрасило все вокруг в свои тона. Настала ночь – время голубой небесной принцессы.

Попав в ее лучи, будущая колонистка стала еще грустнее. Когда-то, годы назад, она и подумать бы не смогла о том, что Афалина – это не просто красивый фонарик с едва различимым обручем для влюбленных, а газовый гигант, состоящий из гелия и водорода, с металлическим водородным ядром и атмосферным давлением до 12 бар. Тогда ею просто любовались, а теперь она призвана была стать источником материи для восстановления всего, что успело разрушить человечество за десятилетия беззаботной эксплуатации телепортации и растраты вещества. Ей даже подумалось: почему же именно она? Но риторический ответ «потому что в этом случае эффективность будет выше всего» прозвучал в ее голове столь же автоматически.

«Настало время попросить у тебя взаймы, прекрасная планета. И это сделаю именно я. И давай мы с тобою будем вместе надеяться, что будущие поколения не позволят повториться прежним ошибкам. Нам надо совсем чуть-чуть. Пару миллиграмм антивещества и несколько триллионов тонн воды. Ты даже не почувствуешь. А потом мы, как и раньше, станем добрыми соседями. Мы, Мегаворлд, всего лишь комар на спине лимбутского слона (ныне вымершего, кстати)».

Малинововолосая девушка поежилась от прохладного дуновения кондиционера из балконной двери. Конечно же, на улице было все так же жарко, несмотря на ночь.

«Агея. Холодный безжизненный кусок камня, покрытый пеленой метана с кристаллической серной кислотой. Крошечный невзрачный спутник прекрасной Афалины. Один из сотни. Но именно оттуда мы и начнем пить твой живительный сок, голубая принцесса. Так что скоро познакомимся с тобой в прямом смысле этого слова поближе, дорогая. Спокойной ночи».

Азани взяла со стеклянного балконного столика тарелку, отодвинула рукой штору, которую кондиционер выгнул наружу, и вошла в дом, закрыв за собой пластиковую дверь. Будучи далекой во всех смыслах от этого, голубая планета продолжила отрисовывать черно-сиреневые светотени на скалах побережья точно так же, как она это и делала на протяжении миллионов лет до сего дня.

Событие 1

Телепередача, которую ждал весь мир

Сайран, насвистывая запрещенный в этой стране рэп, с довольным лицом привязывал воздушные шарики к спинкам стульев. По телевизору, стоявшему напротив большого стола, шел репортаж из штаб-квартиры космического агентства Мегаворлда – МегКосмоса. Парень прикрепил последний шар и, удовлетворенно оглядев торжественно оформленную комнату, кивнул самому себе в благодарность за проделанную работу.

– Отлично! Обстановка располагает к празднованию!

Он сел на стул и посмотрел на экран. Шоумен в бежевом костюме, стоявший напротив табло, на котором были написаны лишь две фамилии, объявил:

– С вами «Первый канал Мегаворлда» и я, его ведущий Фредди Френдли. Сейчас мы узнаем, чем же разрешится интрига года. Именно сегодня мы получим результаты последнего экзамена Азани Лоу из двадцать первой вики-школы и Апреля Ананасова из сорок пятой!

Фокус камеры перешел от лица ведущего к табло, выделив вышеупомянутые фамилии.

– Сейчас она порвет этого гламурного умника, – погрозил Сайран пальцем экрану.

Входная дверь открылась, и на пороге появилась миленькая миниатюрная брюнетка с курносым носом и веселыми глазами, лицо которой было покрыто мелкими каплями от забортной температуры и влажности. Она, пританцовывая, поднесла средних размеров картонную коробку и аккуратно водрузила ее на стол:

– Тадам! Я испекла торт! – пропела она.

– Испекла? – усмехнулся блогер. – Сэли, да ты же купила его в кондитерской! За половину моей скромной блогерской зарплаты, кстати.

– Прекрати! – шикнула она и дала парню символического подзатыльника. – Не вздумай сказать об этом ребятам!

– Ха-ха-ха, ладно! Дай-ка посмотреть, – ответил тот и приподнял картонную крышку. – Ууу, какая прелесть! И как пахнет! Несколько лет не ел ничего подобного.

Сэли шлепнула его по рукам.

– Не трожь. А то знаю я тебя. Недогляжу – и сожрешь все в одну харю.

– Э? Кто бы говорил, лапушок!

В дом постучали.

– О, они пришли!

Сайран подбежал к двери и резко распахнул ее. На пороге стояла Аза и Джейк со стеклянной бутылкой, обернутой в фольгу в области горлышка.

– А вот и вы! Проходите, уже началось! – пригласил он гостей в дом.

Ребята разулись и вошли в комнату, где брюнетка разрезала трехсотграммовый тортик на четыре части.

– Ничего себе! – удивилась малинововолосая подруга. – Вы купили настоящий торт?

– Сэли сама испекла его, – почесывая затылок, поправил ее блондин.

– И запаковала в заводскую упаковку? Прикольно, – посмеялся Джейк, ставя на стол бутылку шампанского, – мы тоже принесли кое-что, дабы отметить.

– Шампанское… – благоговейно протянули Сайран и Сэли хором, – вот это да!

– Круто, когда у тебя есть друзья-миллионеры и они тебя угощают! Ребят, я люблю вас, ха-ха! – добродушно положил руки им на плечи хозяин дома.

Все уселись за стол и принялись смаковать кондитерское изделие, с интересом смотря выпуск новостей. Голос с экрана вещал:

– На данный момент конкуренты идут ноздря в ноздрю. Они оба усердно занимаются, проходят практику на тренажерах и сдают разные тесты. Но время старта миссии «Агея» приближается, и отправится на эту маленькую серую планету кто-то один. А кто именно, выяснится сегодня. Поскольку все остальные показатели у претендентов почти одинаковы, дилемму решит только результат теоретических испытаний, выражаемый в вики-баллах. Все прочие претенденты давно отвалились, хе-хе!

– Сколько у тебя сейчас, Аза? – спросила Сэли с набитым ртом.

– Сорок шесть. Тысяч, конечно.

– Матерь Божия!.. При моих трех тысячах это просто космос! – восхитилась подруга.

– Именно что космос, – улыбнулась девушка. – Ох, только бы вчерашний экзамен я сдала… А Апрель завалил…

– И доктор принял «подарочек», – шепотом добавил ее парень.

Ведущий, медленно ходя туда-сюда возле табло, на котором появились цифры, продолжал монолог:

– На сегодняшний день результат мисс Лоу составляет 46 000 баллов. Мы округлили показания, потому что при таких масштабах точность до тысячи скорее является погрешностью. Счет господина Ананасова – 48 000. Сейчас он лидирует, но все может измениться уже через пару минут.

– Черт, я переживаю за тебя больше, чем за свой видеоканал! – эмоционально вскрикнул Сайран, кусая ногти.

– Сейчас я получаю сообщение от двадцать первой школы, – сказал Фредди, прижав гарнитуру к уху, – так, ага… есть же! Результат потрясающий! Все ответы претенденткой были даны совершенно точно и верно, задачи решены быстро и правильно! Это означает, что Азани Лоу получает в свой биочип целых 4000 вики-баллов! Таким образом ее баланс составляет аж 50 000!

– Е-МАЕ! ОФИГЕТЬ! – прокричал блондин и потянулся к бутылке. – Да это же чистая победа! Не может быть!

– Ох, – прерывисто дыша от волнения, не веря своим ушам, сказала потенциальная космонавтка. – Неужели… неужели даже матрицу весов рассчитала без единой оплошности? Я больше всего боялась, что могла накосячить именно в этом.

– Погодите, давайте посмотрим на результат Апреля. Радоваться пока рано, – урезонил зрителей ее молодой человек.

Журналист подошел к другой стороне табло, встав напротив фамилии второго кандидата в космонавты:

– Друзья… ну вот и пришло время ответить на главный вопрос, волнующий человечество несколько последних лет. Кто же станет тем человеком, который первым ступит на поверхность кремниевой планеты Агеи? Кто запустит спутники телелокации на ее орбиту? Кто введет зонд репозитория в атмосферу Афалины? Кто спасет всех нас от кризиса? Кто станет тем лучиком надежды, на который будут уповать все сорок два миллиона жителей шестнадцати федеральных округов Мегаворлда?!

Напряжение в гостиной достигло апогея, и всем даже показалось, что молекулы окружающего знойного воздуха начали от этого трещать.

– Что ж, – многозначительно посмотрев c монитора, произнес мужчина с микрофоном. – Ответ из сорок пятой школы получен… интрига окончена. С рекордным показателем в пятидесятилетней истории вики-школ, со счетом в 51 000 вики-баллов гонку знаний и путевку в космос выиграл – Апрель Ананасо-о-ов!!!

На табло за спиной ведущего появилась фотография вышеупомянутого, и заиграла эпичная музыка. Азани, которая до этого привстала в ожидании, раскрыв рот, медленно осела на стул. Вся компания так молча и сидела, слушая мелодию и глядя на меняющиеся фотографии победителя на фоне космических пейзажей. Это продлилось около тридцати секунд, пока видеоролик неожиданно не выключился, сменившись тем же самым журналистом, внимательно вслушивающимся в наушники.

– Извините, – сказал Фредди тревожно, – у нас на прямой линии директор двадцать первой вики-школы, господин Игуширо Тено.

Экран разделился пополам, и на левой его части появилось изображение с веб-камеры названного ученого. Сам доктор был немного взъерошен и слегка взволнован.

– Добрый день, – сказал он, – небольшая поправка. Помимо баллов за экзамен, я решил воспользоваться правом начислить своей подопечной еще 1000 баллов.

– Что, простите? – переспросил ведущий.

– Что, простите? – переспросили ребята в гостиной, где Сэли чуть не подавилась тортом.

– В 2019 году был прецедент: профессор Ян Кэсседи постфактум добавил 1000 баллов своему студенту по причине того, что изначально засчитанный ранее неверным ответ оказался мало того что верным в итоге, так еще и пророческим. Решением мегаворлдского министерства образования действия преподавателя были признаны правомерными и назначение 1000 дополнительных баллов – законным. Вывод госпожи Лоу в лабораторной работе от 4 мая был трактован как неверный, но по результатам моих последних исследований в «Виалтре» – он оказался пророческим. Речь идет о проблеме перенасыщения сульфатами тканей силицированных морских свинок, которую она предложила исправлять инвазией молекулярного кислорода. Исходя из этого, руководствуясь прецедентом, я только что взял на себя смелость добавить ей 1000 баллов.

В этот момент, наверное, вся страна замолкла, прильнув к экранам. Особенно сама малинововолосая студентка.

– Извините, но… это какая-то ерунда! – нервно тряхнул головой репортер. – Какой-то случай двадцатилетней давности не дает вам права взять и приписать госпоже Лоу такое большое количество очков просто так…

– Еще как дает! – громко и твердо ответил Тено. – Или, может быть, МегКосмос и ваш телеканальчик хотят попробовать судиться со мной и корпорацией Виалтра?

– Я боюсь, что доктор прав, – испуганно и нервно моргая, сказал отец Азы, мистер Лоу, входя в кадр. – Доктор Тено, простите этого журналюгу, он мало что понимает в исках от Виалтры.

– Папа? – удивилась девушка за столом.

– Похоже, что это так, – холодно ответил директор школы и, кстати, самой корпорации Виалтра inc, – вы все еще выплачиваете штраф за неуплату патентных отчислений в адрес нашей компании.

– Вы все верно говорите, уважаемый коллега, – развел руками глава МегКосмоса, – уверен, что вы сможете доказать в суде правомерность начисления баллов моей дочери. Однако теперь их счет с Апрелем сравнялся: 51 000 против 51 000… Эй, режиссер, уберите картинку Апреля с табло!

Отец крикнул через плечо, и изображение вероятного космонавта пропало, сменившись нейтральным логотипом космического агентства.

– Раз ситуация такая, мягко говоря, несколько неопределенная, давайте будем руководствоваться здравым смыслом. Агея – очень агрессивная планета. Температура меньше ста пятидесяти градусов, снега из серной кислоты, камни и вечные сумерки… Для девушки это будет очень сложно. Чисто эмоционально. Поэтому мы должны отправить на планету мужчину.

– Да он такой себе мужчинка-то, этот Апрель, – усмехнулся Сайран, не отрываясь от экрана.

– Ничего себе, – грубо сказал доктор, – вы хотите, чтобы вас еще и в сексизме обвинили?

– Оу! Вовсе нет!..

– Ни фига себе, как доктор Тено за тебя впрягся, – обернулся блогер с кусочком торта. – Колитесь, сколько вы ему заплатили?

В ответ Джейк лишь смущенно улыбнулся и пожал плечами.

– Мною принято решение, – сказал отец потенциальной космонавтки, будучи явно выбитым из колеи подобным развитием событий, – провести жеребьевку. Это единственно возможное честное решение в данной ситуации.

Доктор, не зная, чем еще крыть, вынужден был согласиться, в знак чего не особо довольно, но все-таки кивнул.

– Завтра, в это же время, состоится жеребьевка. Победитель и отправится на Агею.

– Но у нас завтра сериал в это время, – робко вставил журналист Фредди Френдли, все еще скромно стоящий рядом.

– Отменяйте. Это «шоу» будет куда более рейтинговым.

Промелькнула плашка программы новостей, и по телеку началась реклама. Сайран выключил звук и медленно повернулся к Азани и ее спутнику.

ЧПОК! Неожиданно вылетела пробка из бутылки (вероятнее всего, из-за жары), и пена от шампанского потекла по столу. Растерявшийся было Джейк, спохватившись, заткнул горлышко пальцем:

– Не знаю, знак ли это свыше или нет, но отмечать пока рано.

– Нуу… – ухмыльнулся Сайран, – шанс победить у нас теперь 50%. Так что предлагаю выпить, по крайней мере, половину бутылки.

Ловушка для мышки

Входная дверь шлюза привычно закрылась, погрузив взволнованное лицо девушки в полумрак. Вскоре лазеры пробежались по нему, одежде и портфелю, беззвучно слизав фактуру и текстуры, позволив, наконец, ей попасть в собственный дом.

Азани зашла в гостиную, традиционно повесила панамку на глобус, положила солнцезащитные очки на тумбочку и села на диван, мысленно устремившись в бирюзовую даль за центральным окном.

«Вероятно, это наше предпоследнее свидание, мистер океан, – подумала она, глядя на беспокойные волны. – Вода. Такая нужная и важная для всего живого, станет для меня ядом и опасностью уже менее чем через 20 часов. То, что нас породило, то, без чего мы сейчас вымираем, то, что сопровождало каждый живой организм на протяжении миллиардов лет, теперь станет чем-то не имеющим значения и бесконечно далеким для меня».

– А ты молодец, – с какой-то издевкой прозвучал голос папы со стороны кухни, – ты же это как-то подстроила, верно? Ума не приложу, как, но ни капли не сомневаюсь, что это твоих рук дело. От самой одаренной девушки в мире стоило бы чего-то подобного ожидать.

– Если ты хочешь потолковать о серьезном, приди и скажи это лично, папа, – не отрывая взор от водной глади, ответила она.

Не услышав какой-нибудь ожидаемой колкости или нравоучения, Аза обернулась и заметила, что андроид-аватар стоит на зарядном круге в углу комнаты.

– Папа? – удивилась она.

Мужчина, выглядящий идентично роботу, точно так же одетый, вышел из кухни с двумя сэндвичами:

– Надеюсь, сегодня ты поешь нормальной еды, дочка.

– Папа, я не видела тебя уже два месяца. Что случилось? Ты, наконец, осознал серьезность происходящего?

Мужчина прошел мимо своего аватара, сел рядом с девушкой и вручил ей один из бутербродов. Та, какое-то время посмотрев на закуску в его протянутой руке, приняла ее. Второй сэндвич отец надкусил сам:

– Ты, конечно, заставила меня сегодня понервничать. Особенно после того ужасного случая, что случился в лаборатории.

– И что же там случилось? – настороженно и с недоверием посмотрела на него дочь.

– Мышь. Она стала стеклянной, – жуя бутерброд и глядя в окно, невозмутимо продолжил мистер Лоу, – все были просто в шоке. Силикация грызунов проводится уже много лет, и таких сбоев не было уже очень давно. Казалось, что программа перевода существ на альтернативную биохимию работает безупречно… но тут…

– Ты обманываешь, – неуверенно произнесла девушка, не отводя взгляда от лица собеседника.

– Вовсе нет. Я серьезно, – спокойно ответил тот, протягивая натурально стеклянную мышку с отколовшимися усиками и некоторыми фрагментами стеклянной шерсти.

Аза не стала брать ее в руки и лишь немного поморщилась. Папа отложил бедную жертву экспериментов на кофейный столик и, отряхнув руку от мелких стеклянных ворсинок, снова укусил бутерброд. Дочь, разглядев грызуна с почтительного расстояния, вновь перевела взгляд на отца:

– Тогда вам придется отменить запуск. Это, как выяснилось, опасно.

– Невозможно. Ты, безусловно, разбираешься в космологии, но не очень понимаешь в политике. В миссию «Агея» вложены колоссальные, по меркам государственного бюджета, деньги. Любая проволочка неизменно приведет к ухудшению ситуации в стране. Столица еще как-то держится, но измученные жарой, голодом и ощущением безысходности регионы, – сказал папа, глядя на солнце над волнами, – находятся на грани. В половине федеральных округов, в Лимбуту, Минверзо, Хакоа, на Южных Островах, ситуация уже вышла из-под контроля. Эти регионы, по сути, отделились и превратились в бурлящие котлы гражданских войн, бандитизма и отчаяния. Нам еще удается сдерживать их от нападения на Мегасити с целью разграбления, но это не может долго продолжаться. Полного краха не наступило лишь потому, что весь мир ждет и надеется, что миссия «Агея» вернет всех к нормальной жизни.

– Я все прекрасно понимаю, отец.

– Хорошо, если так. Про крысу: эта ошибка в изменении биохимии не единичная. На самом деле, такие казусы, – кивнул он на мышь, – случаются иногда, хотя и очень редко. Мои коллеги до сих пор не могут понять причину их появления. Кроме того, мы ни разу не проводили силикацию человека. Вдруг что-то пойдет не так? Вдруг такой же стекляшкой станешь ты? – искренне озабочено посмотрел мужчина на Азани.

Девушка впервые откусила свой сэндвич и задумалась:

– Вряд ли. Теоретически ничего не должно случиться, если камера силикации исправна. Как ты говоришь – погрешность есть всегда (как бы иронично из твоих уст это ни звучало), но я уверена, что со мной все будет хорошо.

– Ну а вдруг?

– А если это случится с Апрелем? Что, ничего страшного, да?

Папа промолчал, глядя вдаль. Доев бутерброд, он продолжил:

– Мы никогда не проводили силикацию человека, потому что известно, что процесс необратим. А кремниевый человек не сможет жить в нашем углеродно-водном мире. Кто бы согласился всю жизнь провести в аквариуме с песком, метаном и серной кислотой?

– Я в курсе, о чем ты. Вчера экзамен на эту тему на отлично сдала.

– Агея и является таким аквариумом. Плюс ко всему она еще и очень темная, обдуваемая жуткими ветрами, безжизненная и крайне депрессивная. Как я могу тебя туда отпустить?

– Отпустить? Я не нуждаюсь в разрешениях, мне не пять лет. Я имею право отправиться куда хочу и когда хочу. Хоть на днюху к Вампилу, хоть на другую планету.

– Это так, но послушай, – грустно опустил глаза папа, – мамы не стало… а если я потеряю еще и тебя? Каково будет это пережить?

– Ну, блин, я же не умру! – всплеснула руками девушка и вскочила с дивана, встав напротив родителя. – Всегда смогу выйти на связь через аватара. Не нужно меня хоронить заживо!

– С задержкой в 10 часов?

– Сначала так, а потом наладим запутанную связь и будем общаться в реальном времени. Ты вообще месяцами не появляешься дома, все работаешь в своей лаборатории. Неужели что-то так уж кардинально изменится, если я стану силиконовой и улечу за пару сот миллионов километров?

Видя грустные глаза папы, Азани вновь присела на диван и взяла его ладони в свои:

– Папуль, посмотри на это с другой стороны. Ты сможешь гордиться мной по-настоящему. Я не просто исправлю то, к чему привела ваша ошибка в расчетах, но и сделаю жизнь Мегаворлда в сотни раз прекраснее, чем было в эпоху рассвета телепортации!

– Эх, да это может сделать и кто-то другой. Апрель Ананасов, например, – мужчина посмотрел девушке в глаза. – Давай лучше я завершу начатое – отправлю этого парня на Агею, а потом мы продадим этот дом и переедем в Северогорск? Начнем спокойную жизнь. Вы с Джейком родите двоих прекрасных детишек, и мы будем вместе ездить на рыбалку погожими летними днями.

– Звучит здорово, правда, пап, – с некоторой жалостью в голосе сказала малинововолосая девушка. – Возможно, это было бы неплохо, но у нас несколько другие планы. Прости, пожалуйста. Через пару лет, когда я полностью запущу систему телелокации на Агее, появится возможность прямой телепортации на нее. Тогда понадобится персонал для инопланетной станции, и Джейк присоединится ко мне. Уверена, что ты лично поможешь ему в этом, ведь я знаю, что ты хорошо к нему относишься.

– Я не смогу присоединиться к вам. Из-за моего аутоиммунного заболевания я не пригоден к силикации. Я потеряю тебя навсегда.

Азани тяжко вздохнула. Кажется, сейчас ей стало окончательно понятно, что прийти к общему пониманию ситуации с отцом не получится никак. Выпустив его руки и подойдя к окну, глядя на волны, она уверенно сказала:

– Папа. Когда я об этом думаю, мне тоже становится грустно. Но обратного пути нет. Я избрала свою судьбу, я долго к этому шла и отказаться от выбранной стези уже не смогу. Я больше не буду просить тебя меня понять, я лишь попрошу принять мой выбор. Это поможет прежде всего тебе. Не загоняй себя в угол грустными мыслями. Найди в этом хорошее. Считай мою победу своей. Ведь, по сути, это так и есть.

– Нет, я все-таки попытаюсь тебя остановить, – сказал он, но голос прозвучал как будто бы откуда-то издалека.

Аза обернулась и не увидела его в комнате. Она опасливо спросила:

– И как же?

Раздался звук серены, и на окна стали быстро надвигаться стальные бронированные жалюзи.

– Что ты делаешь?

– Система «бункер» активирована, – прозвучало оповещение приятным женским голосом системы «умный дом».

– ПАПА! КАКОГО ЧЕРТА?! – метнулась девушка к гермодвери и нажала кнопку «открыть».

Бесполезно. Дверь перестала слушаться. Пока она пыталась с ней бороться, ставни на окнах окончательно закрылись, прекратив поступление солнечного света в помещение. Испуганная девушка в тусклых лучах красных ламп сигнализации под звуки сирены вышла на середину темной комнаты и прокричала в потолок:

– Папа, ты спятил? Запирать меня в бункере незаконно! Статья 127, «Несанкционированное лишение свободы»!

– Что? – сквозь помехи отозвался тот из динамиков. – Не слышу! Кажется, «умный дом» заклинило.

– Черт побери, ты не можешь так со мной поступить!

– Извини, я ничего… не сл… шу!..

– Ууу! Да что же за!.. – взвыла Азани, топая и сжимая кулаки.

Вскоре сирена стихла и красные лампы погасли. Девушка несколько раз ударила ногой по двери, швырнула стул в жалюзи на окне и, поняв, что попытки выбраться бесполезны, раздосадованно прокричала несколько проклятий в адрес отца и системы «умный дом». Окончательно осознав всю тщетность своих потугов к освобождению, Азани оперлась спиной о дверь своей ловушки и горько заплакала.

Событие 2

Есть пробитие!

– Ну и где же? Где же она? – нервно тряся руками, колыхая горячий воздух, возмущался Сайран в шапочке из фольги.

– Вот и я задаюсь тем же вопросом, друг, – столь же взволнованно ответил Джейк, обмахиваясь веером.

Двое парней сидели на трибунах телестудии под открытым небом в окружении знатных персон, половину из которых составляли кинозвезды первой величины, а вторую – политики и топ-менеджеры самых успешных компаний.

– И как тебе удалось достать билеты на это шоу, братан? – спросил блогер, отлепляя влажную футболку от груди.

– Купил парочку. Один у леди Гоги, второй у Джонни Дуппа, – добродушно улыбаясь, пожал плечами собеседник.

Поглядывая на часы и ожидая начала церемонии жеребьевки, Сайран заметил боковым зрением Апреля, шедшего из гримерки по направлению к сцене с софитами и телекамерами. Тот, в свою очередь, заметил парня своей конкурентки, которого, конечно же, знал, так как пристально следил за карьерой Азани. Поскольку группа поддержки сидела рядом с проходом, все трое встретились.

– О, какие люди! – усмехнулся высокий красавец слащавым голосом, поравнявшись с парнями. – Пришли поддержать бедняжку, которой суждено будет проиграть? Как мило.

– Будет мило, если ты завалишь хлебало, Апрель, – поправил его Джейк.

– Ой, ну и манеры, – насмешливо отмахнулся тот, – это вам не поможет. Кажется, твоя подружка решила признать свою никчемность и проигнорировать сегодняшнее событие.

– А ты знал, – начал вставать накачанный парень, которого старался сдержать его друг весьма скромного телосложения, – что, если сломать нос непосредственно перед силикацией, то он останется таким на всю жизнь?

– Ой! – отпрыгнул в сторону миловидный юноша. – Какие агрессивные мальчики! Такие, как вы, вообще не должны населять нашу прекрасную планету! Когда я буду спасать мир, помните: я делаю это для всех, кроме вас троих. Ха-ха-ха!

– Джейк, да пошел он, не трогай его, – шепнул на ухо блогер в шапочке.

Апрель поправил локон, улыбнулся и ушел на сцену.

Только парень Азы успокоился, как мимо него прошел мистер Лоу, смотря на свои наручные часы.

– О, сэр, здравствуйте. Где же Азани?

– Джейк? – вздрогнул от неожиданности тот. – Слушай, не знаю. Должна быть здесь. Я был в лаборатории, а она дома. Ума не приложу, что случилось. Но если она не приедет, придется засчитать ей поражение по неявке. А мне бы точно этого не хотелось.

– Неужели? – прищурился парень. – А я считал, что вы против ее полета, господин Лоу.

Поймав на себе недоверчивый взгляд молодого человека, отец встрепенулся и пошел дальше:

– Извини. Мне надо в гримерку. Увидимся.

Мужчина в костюме поспешно удалился. Зрители вокруг продолжали негромко гудеть, обсуждая предстоящую историческую жеребьевку, операторы и звукари – бегать по залу и проверять оборудование, а Апрель сел на один из диванов на сцене, где с довольной мордой стал разглядывать зал.

– Что-то тут не так… – прошептал Сайран, наклоняясь к другу, – ее папа ведет себя как-то странно. Ты заметил, как он испугался, когда ты заговорил с ним?

– Да. На самом деле, я со вчерашнего вечера не могу дозвониться до родной. Я подумал, что она забыла поставить телефон на зарядку. Ну а теперь-то что? Она проспала?

– Мое чутье антизаговорщика подсказывает, что надо срочно сгонять к ней и проверить, все ли в порядке.

Пролетев буквально за пять минут на своем электросамокате расстояние от телецентра до побережья района Чибуту, Сайран затормозил у высокой стены, покрытой белой штукатуркой. Где-то на высоте четырех метров над ней виднелась чугунная ограда, за которой шумел листьями зеленый сад. Вы же помните, что засуха уничтожила все растительное в этой климатической зоне? Так вот: деревья и кусты на участке говорили лишь об одном – тут живут весьма состоятельные люди, способные потратить немало денег на орошение сада, его кондиционирование и удобрение.

– Вот я и на месте, – констатировал блогер, спрыгнув с самоката.

Он очутился в пятнадцати метрах от черного силуэта гермодвери, выглядевшей как квадрат Малевича на фоне белоснежных стен. Около ворот столпилось несколько десятков репортеров, очевидно, ожидавших появления мисс Лоу из своего дома-убежища. Они не видели визитера и продолжали выжидающе слоняться около ворот, настраивая ракурс камеры или просто скучая.

«Хм, если эти ребята тусуются здесь, значит, из дома Аза не выходила. Странно, – подумал юноша. – Но что же происходит?»

Взглянув на высокие стены, а точнее, на сад над ними, он прикинул: «Окна ее дома не выходят на дорогу. Они все смотрят на растительность и океан. Может быть, я узнаю больше, если залезу наверх?»

Недолго думая, парень положил самокат на тротуар и схватился за щель в раскаленной штукатурке.

– Долбанная жара, горячо-то как! – тут же вскричал он, поплевав на пальцы. – Но ничего, я залезу.

Сказано – сделано. Сайран, немного офигевший от такого альпинизма, таки вскарабкался на четырехметровую стену. Перелезть через чугунную оградку для него после этого труда вообще не составило.

«Надеюсь, у вас тут нет дронов-убийц или турелей?» – подумал он, аккуратно ступая на зеленый газон, и их действительно не оказалось, к счастью.

Как только его нога прижала сочные молодые побеги, парень одухотворенно вздохнул: «О, сколько лет я не ощущал запаха травы… Пахнет, как в детстве у бабушки в деревне! Ммм… – но, быстро придя в себя, он тряхнул головой. – Так. Некогда травкой дышать. Что с Азой?»

Парень в синей футболке, быстро (и беспрепятственно) пробежав через небольшой яблоневый сад, который обдували десятки кондиционеров, приблизился к одной из стен дома.

«Черт, да тут все замуровано!» – подумал он, глядя на непроницаемые стальные пластины на окнах.

– Азани? Ты там? – принялся стучать по ним он. – Лучше ответь, там телешоу начинается. Профукашь свой шанс! А ведь запуск уже завтра!

Ответа не последовало. Блогер прошел вдоль стены, колотя в окна, подойдя к самому обрыву. Заглянув вниз и немного вправо, он увидел балкон, на котором стоял стеклянный столик. Под ним была отвесная скала, упиравшаяся через десять метров по вертикали в волны, бьющиеся о каменную стену.

«Ничего себе, – подумал он. – Угораздило же построить дом в таком месте. Туда я не полезу».

Немного понаблюдав за волнами и послушав их рокот, Сайран хотел было уйти, как услышал какой-то звук. Он лег на землю, дабы точно не свалиться в пучину, и ползком дотянулся до ближайшего закрытого окна на отвесной стене. Он трижды постучал и вслушался. Вскоре ответ последовал:

– Кто здесь? – приглушенно прозвучал голос, который блогер с трудом расслышал среди плесков воды.

– Азани? Ты там? Что случилось? – радостно крикнул он.

– Сайран, хвала богам! Ты как тут оказался?

– Ну… я нелегально залез в ваш сад. Что здесь происходит?

– Это все папа! Он запер меня в доме, включив режим «бункер».

– Плохо, надо тебя вытащить. Как ее отключить?

– Никак, – ответила девушка из-за металлических ставен. – Только папа может снять защиту. Он сконструировал ее на тот случай, если гражданская война придет в Мегасити. Эти щиты очень твердые, они сделаны из особого сплава.

– Блин, Аза, надо что-то сделать. Иначе в космос полетит Апрель. И плакали все твои старания и моя ставка в 100 мД!

– Послушай меня, – очень строго сказала заложница, – в саду есть схрон с оружием. Тоже на случай апокалипсиса, который точно случится, если я останусь взаперти.

– Так, и?

– Найди дерево, похожее на нашу математичку. Под ним лежит ящик. В нем – аннигиляторное ружье.

– Какое дерево? – шокировано спросил визитер.

– Ну, ты поймешь. Иди, поищи!

Отползя от края пропасти и встав на ноги, Сайран кинулся в сад. Деревьев в нем было не так уж и много, так что довольно скоро он нашел корявую яблоню, две крупные ветви которой расходились в разные стороны, а основной ствол венчал замотанный тканью пенек, чуть повыше ответвлений.

«Блин, ну точно училка по алгебре», – обрадовался он, принимаясь рыть.

Конечно, девушка его не обманула, и юноша откопал деревянный армейский ящик для оружия. Снеся навесной замок куском тротуарной плитки, он извлек на свет то самое настоящее аннигиляторное ружье.

– И как с этим играть? Ай, сейчас разберемся.

Вернувшись к Азе, он постучал прикладом в уже знакомое окно.

– Я нашел. Что с ним делать?

– Сними с предохранителя и стреляй в стену. Только будь осторожен! Отойди подальше. Эта штука отправит материю в радиусе двух метров от места попадания луча в четвертое измерение.

– О, понял! – кивнул Сайран, хотя на самом деле ни фига не понял.

Отсчитав десять шагов от белой оштукатуренной стены, он развернулся по направлению к ней, нацелившись в закрытое панцирем окно.

«Надеюсь, ты отошла», – подумал он и спустил курок.

Раздался глухой хлопок, создавший порыв ветра, который устремился в вакуум, образовавшийся на месте куска стены особняка. Сайран в этот момент зажмурился, но когда он открыл глаза, то увидел, что бетонная панель, внутренняя перегородка и часть мебели внутри здания срезаны по форме сферы. Даже кусок прилегающей к зданию земли принял чашеобразную форму.

– Вау! – произнес он вслух, с восхищением осматривая футуристичную черную пушку.

– Спасибо, – сказала Азани, вылезшая в сад из образовавшейся прорехи и подошедшая к нему. – А теперь дай-ка мне сюда эту штуку. Она крайне опасна.

Двое спрыгнули с высокой белой стены, слава богу, не переломав ноги. Журналисты, которые все еще толпились у входа, заметили ребят и кинулись к ним со своими камерами, микрофонами и вопросами. Сайран помог девушке встать и поднял свой самокат. Опередив репортеров, которым потребовалось некоторое время, чтобы добежать от двери шлюза до тротуара, блогер и юная претендентка в космонавты вскочили на электрическое транспортное средство и что есть мощи полетели в сторону телестудии, преследуемые щелчками затворов фотокамер и просьбами об интервью.

Жеребьевка

– Дамы и господа, – объявил ведущий, стоявший в лучах софита посредине сцены, оформленной в космическом стиле, – сообщаю вам, что ставки, которые мы принимали, все равно актуальны, несмотря на неявку соперницы, на которую, кстати, ставили почти 70% зрителей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.