Энни Уэст
Оживи мои желания

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S.A.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Demanding His Desert Queen

© 2019 by Annie West

«Оживи мои желания»

© «Центрполиграф», 2021

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2021

* * *

Глава 1

– Ответ отрицательный.

Карим редко срывался на крик, но сейчас, услышав предложение посланника Ассары, был близок к этому, посмотрел в окно, но даже безмятежное спокойствие швейцарского пейзажа не помогало успокоиться.

– Но, ваше высочество…

– Я больше не ношу королевский титул.

– Господин. – Посланник с трудом подбирал слова. – По крайней мере, подумайте. Вы еще не выслушали аргументы королевского консула.

Предложение занять трон Ассарана было невероятной честью, особенно для чужестранца, каким был Карим. Интересно, почему консул решил искать шейха за пределами своей территории? А как же наследник? Ведь у недавно почившего правителя Ассары были жена и сын.

– Пожалуйста, господин.

Посланник выглядел расстроенным. Если кто-то узнает, что ему было отказано в первые же минуты… Подавив вздох, Карим указал на гостиную:

– Присядьте.

– Благодарю вас, господин. – Из уважения к королевской крови посланник продолжал стоять, пока Карим не сел напротив него.

Может быть, сказать правду и прекратить этот фарс? Но он поклялся этого не делать, у Ашрафа в Задаке и так достаточно проблем, чтобы еще участвовать в семейном скандале.

Их отец считал, что младший брат Карима появился на свет в результате интрижки между их матерью и человеком, с которым впоследствии она сбежала. И только перед смертью шейха выяснилось, что Ашраф был его законным сыном. А вот Карим, появившийся на свет первым, тот, кого растили как будущего короля, был кукушонком в чужом гнезде. И после смерти шейха он отказался от трона в пользу брата. Причина решения осталась известна только им двоим.

– Консул очень долго размышлял после трагической смерти нашего шейха.

– Но у него ведь есть наследник?

– Да, но он слишком молод, чтобы брать в свои руки бразды правления. Будь мальчик постарше… хотя бы подростком… можно было бы назначить регента, который бы помогал ему править до совершеннолетия. Но с учетом его возраста консул решил, что для страны будет лучше найти нового шейха.

– И таким образом разбить надежды ребенка? – Карим никогда не встречался с мальчиком и не планировал этого в будущем, но все равно испытывал за него обиду. Его брат мог точно так же пострадать, не выясни они правду вовремя.

– У нас другие правила, чем в Задаке, господин, и это предложение является абсолютно законным. Корона передается от одного взрослого мужчины к другому взрослому мужчине.

Карим кивнул, у него не было достаточно знаний, чтобы спорить. Он мог только выслушать посланника, чтобы у того появилось право сказать, что он сделал все возможное.

– Но в Ассаре наверняка есть достойные лидеры, зачем искать за пределами страны?

Тем более обращаться к человеку, который уже успел отказаться от короны.

Посланник задумался, подбирая слова.

– Будет излишним говорить, господин, что размышления консула должны оставаться в строгой тайне.

– Конечно. Все, что вы скажете, останется в этих стенах.

Стоило завершить встречу и отослать человека, но Карим уже почувствовал любопытство. Последние несколько лет он вместо правления страной занимался укреплением своего бизнеса, но интерес к политике никуда не делся.

– Несмотря на то что более ста пятидесяти лет шейхи Ассары были из одного рода, у других известных семей тоже есть право заявить своих наследников. Сейчас особенно активно звучат несколько имен, одно из них – Хассан Шакрун.

Визитер сделал паузу, и Карим знал почему. Шакрун предпочитал агрессию и давление любым переговорам. Он был заинтересован в самоутверждении и расширении своего влияния, но не в своей нации. Неудивительно, что консул рассматривал другие пути.

– Я вижу, вам знакомо это имя.

– Мы встречались. – Один раз, и этого было достаточно.

– Честно говоря, господин, – посланник сглотнул, – консул уверен, что следующий выбор должен быть совершен не по критерию крови, а по личным качествам.

Карим подавил печальную улыбку. От него им точно не получить королевской крови, пусть даже его мать и происходила из влиятельной семьи. Его настоящий отец, насколько ему известно, принадлежал к незнатному роду.

– Вы в поисках кого-то, кто будет играть по правилам консула?

Как и в Задаке, где многие консулы были близкими друзьями шейха. Это осложняло судьбу Ашрафа, к которому они испытывали неприязнь. Сейчас дела обстояли лучше, но некоторое время многие из них пытались вернуть Карима и посадить его на трон. В том числе по этой причине он отказывался навестить свою родину, сделав исключение только для свадьбы брата.

– Нет, господин. – Посланник нарушил течение его мыслей. – Консул хочет найти сильного лидера, который сможет взять на себя ответственность. Человека, который умеет управлять государством и знает толк в дипломатии. Человека, которого будут уважать правители других регионов. Если это будет человек не из Ассары, не придется разжигать розни между влиятельными семьями внутри страны.

Так значит, ему отводят роль пришлого, призванного объединить потерявшие согласие части страны? Консул Ассары слишком хорошо о нем думает, если так. Видимо, он произвел впечатление за годы помощи отцу, когда пытался убедить того в необходимости модернизации. Раньше Ка-Каримапорадовало бы такое уважение со стороны соседнего государства, но сейчас он не мог принять предложение. Даже заинтересованы больше в его личности, чем в принадлежности королевскому роду. У него уже есть новая жизнь – созданная им с нуля. Тридцать лет он шел четко определенным путем, когда работа была на первом месте. Он был принцем, славившимся своей исполнительностью, преданностью делу и трудоспособностью. Тридцать лет, и вдруг в один момент жизнь разбилась на мелкие осколки.

Карим со вздохом отогнал воспоминание. Теперь он отвечал только за себя – и именно этого ему и хотелось. Он знал, что такое груз королевской должности, и не собирался снова впрягаться в это ярмо.

– Передайте мою глубочайшую признательность королевскому консулу. Я весьма польщен тем, что вы обратились ко мне. – Он сделал паузу, и посланник напрягся. – Однако мой ответ все еще отрицательный.

* * *

Стоя перед зеркалом в своем номере, Сафия пыталась подавить растущую панику. Она перемерила все, что привезла в Швейцарию, и остановилась на платье в западном стиле. Тяжелая ткань казалась черной, пока не попадала на свет и не начинала сверкать пурпурным отблеском.

Черный и пурпурный – цвета скорби. Какая горькая ирония – и того и другого ей досталось сполна. Впрочем, жалость неуместна, ей повезло больше, чем многим другим. У нее есть здоровье, комфортный дом, деньги. И к тому же у нее есть Тарек. Жизнь научила ее расправлять плечи и продолжать идти вперед, какие бы проблемы ни возникали. Делать все, что возможно, и думать в первую очередь о других.

Поэтому она и здесь – чтобы спасти самого важного человека в своей жизни, а может быть, и целый народ.

Сафия подошла к балкону, с которого открывался потрясающий вид на озеро и горы. Она впервые уехала со Среднего Востока, и пока ее завораживало здесь все. Ну, не совсем все, роскошь, лимузины и собственная охрана скорее привычно утомляли. Но горы! И эта невероятная зелень! Совсем другое, чем на фотографиях. И даже воздух здесь казался особенным, пропитанным влагой и запахами растущих трав.

В других обстоятельствах она надела бы джинсы и сандалии и нашла способ улизнуть из отеля подальше от охраны – погулять по паркам, изучить витрины, дойти до озера и насладиться видом.

Но обстоятельства такие, какие есть. Сложные. И может быть, даже непредсказуемые, если сбудутся ее опасения и Хассан Шакрун займет трон. Неудивительно, что сердце билось так сильно. От этого визита зависело слишком многое, и права на ошибку у нее нет. Нервничать – нормально, это помогает концентрироваться на цели и не отвлекаться на остальное. На человека, к которому она приехала. И хотя оставалась крохотная надежда, что ее вмешательство не потребуется, Сафия понимала, что нет. Ей все равно придется с ним увидеться. От самой этой мысли ей становилось плохо, но адреналин поможет набраться мужества.

Сафия глубоко вздохнула и снова поправила юбку вспотевшими ладонями. Ничего, ей не нужно обмениваться ни с кем рукопожатием, а подгибающиеся колени надежно скрыты за тканью. Никто не узнает, как она нервничает. Она не покажет своей слабости перед этим человеком. Не после всего, что он с ней сделал. Игнорируя дрожь в теле, Сафия развернулась и вышла из номера.

– Ее высочество шейхиня Ассары. – Будничный тон дворецкого успокаивал.

Все получится, за долгие годы тренировок она отменно научилась прятать настоящую Сафию под маской сдержанной и мудрой королевы. Девушка вздернула подбородок, придала лицу умиротворенное выражение и вошла в огромный номер.

Он был таким светлым, что ослепил ее, и Сафия не сразу заметила почти невидимую в тени окон фигуру. Впрочем, ей достаточно было простых очертаний, роста, ощущения исходящей от него энергии, чтобы узнать мужчину с первых секунд. Пульс подскочил, грудную клетку стиснуло обручем. Ничего, это просто реакция тела на дискомфорт. Она достаточно взрослый человек, чтобы знать: к чувствам это не имеет никакого отношения.

– Очень неожиданно, ваше величество.

Резкость тона ее порадовала – Сафии не хотелось испытывать на себе его чары.

– Разве, Карим?

Девушка принципиально отказывалась делать вид, что у них не было общего прошлого. Если он хотел смутить ее, то напрасно. Ему предстоит увидеть, что за годы она сделалась жестче.

– Полагаю, как владелец отеля, ты знаешь обо всех королевских особах, останавливающихся здесь. – Сафия сделала еще несколько шагов вперед и наступила на роскошный ковер.

– Да, но я здесь, чтобы вести бизнес, а не развлекать кого-то.

Словно Сафия и ее дела по умолчанию были чем-то не важным. Его слова попали в самое уязвимое место, еще сохранившее память о прежней Сафии, верившей в судьбу и счастливые финалы отношений. Как же больно. К счастью, за эти годы она научилась самоконтролю и теперь спокойно дышала, помогая себе успокоиться.

– Прошу прощения, что оторвала тебя от… важных дел. – На последних словах Сафия удивленно приподняла брови и осмотрелась, словно в поисках делового стола и сидящих вокруг него секретарей. Возможно, и не стоило его дразнить, особенно если помнить о цели ее присутствия здесь. Но Сафия не собиралась позволять Кариму считать, что можно просто отмахнуться от нее.

– Чем я заслужил такое… удовольствие?

И снова он намекает, что не приглашал ее в свой частный мир. Но поддаваться на провокации нельзя, все-таки она здесь ради Тарека.

– Мне нужно с тобой поговорить.

– О чем?

Карим стоял против света, словно специально не давая ей возможности рассмотреть себя. Она была о нем лучшего мнения.

– Могу я присесть? – Сафия подошла к стульям и замерла, дожидаясь согласия.

– Пожалуйста.

Как вовремя! Карим вышел на свет. За годы к прежнему очарованию добавилась глубина – такая, что от вида его скул, носа и удивительно чувственных губ перехватывало дыхание. Короткостриженые смоляные волосы придавали мужественности, а от пристального взгляда становилось не по себе – казалось, он может разглядеть спрятанный под маской спокойствия страх. Даже одежда подчеркивала его властность – кипенно-белая рубашка придавала коже золотистый оттенок, а темные брюки и пиджак делали фигуру еще более статной.

Сафия почувствовала, как внутри просыпается что-то, о чем она не вспоминала уже долгие годы, щеки загорелись. Сбежать? Нет, невозможно! Это просто реакции тела, ничего больше.

– Мои соболезнования твоей недавней утрате.

Сафия ощутила стыд. Как можно так реагировать на Карима, если она всего несколько недель назад похоронила мужа? Пусть Аббас не был идеальным, пусть он был слишком холоден и требователен, он все равно заслужил уважение. Он был ее мужем.

Сафия опустила глаза на свои сцепленные руки и заставила себя разнять их и спокойно положить на колени. Карим тоже казался расслабленным, но его выдавали глаза, их пристальный и острый взгляд.

– Спасибо.

Как только прошел шок и она узнала, что Аббас умер не в мучениях, наступило облегчение. Конечно, Сафия не хотела ему смерти. Просто почувствовала себя так, словно была диким зверем, которого наконец-то выпустили из клетки, и он почуял запах свободы. И было невозможно подавить этот восторг от вновь вернувшегося контроля над собственной жизнью – и над жизнью Тарека. От вернувшегося права просто быть счастливой. Впрочем, о свободе мечтать еще рано, пока безопасность Тарека под угрозой.

– Я бы хотел услышать причину твоего визита.

Сухой тон Карима причинял почти физическую боль. А ведь Сафия думала, что научилась справляться с трудностями. И снова она напомнила себе, что эта боль не имеет ничего общего с чувствами. Чувства остались в прошлом – в том прошлом, когда казалось, что он заинтересован в ней, но на самом деле вынашивал другие планы, в которых ей не было места. В лучшем случае она была прикрытием, в худшем – развлечением.

Сафия вздернула подбородок и посмотрела ему прямо в глаза. Нужно разобраться со всем, и побыстрее.

– Я хочу, чтобы ты согласился принять корону Ассарана.

Глава 2

– Сафия, ты хочешь, чтобы я стал вашим шейхом?

Кариму всегда казалось, что ничто не может его удивить. Но нет, сегодня это все-таки случилось – причем уже второй раз. День вообще складывался странно, но появление в его номере этой красивой целеустремленной женщины не укладывалось ни в какие рамки. Он думал, что Сафия решилась покинуть королевский дворец в Ассаране в такое время, только чтобы отговорить его от шейхства.

– Да. Именно этого я и хочу.

Когда она только вошла в комнату, Карим застыл, ему стало сложно двигаться, думать, все было словно в замедленной съемке. Он не удивился, что та юная застенчивая девушка, какой он когда-то знал Сафию, исчезла. В конце концов, еще тогда он успел узнать, что это просто маска, за которой скрывается расчетливость и прагматизм. Но произошедшие изменения все равно его поразили. Новая Сафия вошла в комнату уверенно. Отказывалась играть по его правилам, принудила предложить ей сесть. Вела себя так, словно им предстоит теплый дружественный разговор.

Впрочем, кому бы не добавила уверенности жизнь в статусе уважаемой и обожаемой королевы? К досаде Карима, его задевала не только ее манера поведения. Ее фигура была такой очаровательной, когда они встречались? Тогда она выбирала приглушенные тона и более свободную одежду – может быть, чтобы убедить его, что она именно та «милая» девочка, о которой говорил его отец. Полная противоположность знойным сиренам, избранницам брата. Но сегодняшнее платье, несмотря на длину в пол, не скрывало женственных форм и даже подчеркивало талию. А лицо? Его красота цепляла внимание. Чистая бледная кожа, большие глаза, словно взвешивающие каждое его слово. В черных гладких волосах угадывался каштановый оттенок. Губы, которые он когда-то…

– Почему ты хочешь, чтобы я сел на трон? Почему не защитить право твоего сына на это?

– Тарек слишком мал. Даже если бы удалось убедить консула выбрать для него регента, я не могу представить, что кто-то согласится на роль правителя и затем спокойно передаст ее в другие руки.

Карим промолчал, хотя в его представлении любой человек чести так бы поступил.

– Почему не оставить решение королевскому консулу? Зачем вмешиваться? Ты настолько хочешь сама выбрать нового супруга?

К удовлетворению Карима, его слова попали в цель – Сафия побледнела и резко выдохнула. Ему было ненавистно то, как он себя чувствовал рядом с ней. Словно все эмоции, которые он похоронил, выбрались из своих могил. Боль и недоверие, ощущение собственной никчемности, шок оттого, что за одну ночь твоя жизнь может полностью перевернуться. В тот критический момент ее вероломство стало последним ударом.

Сафия прикусила щеку изнутри – так она делала, когда нервничала. Неужели и сейчас? Или просто притворяется? Впрочем, удовлетворенность Карима все равно уже сменилась стыдом – не в его правилах пользоваться чьим-то дискомфортом, он выше этого.

– Я не… – Сафия сделала паузу и посмотрела ему прямо в глаза. – Я не ищу нового мужа.

В ее тихом, близком к шепоту голосе чувствовалась сталь. Она настолько любила Аббаса? Карим разрывался: с одной стороны, ему хотелось, чтобы это было правдой. Но с другой – как тогда объяснить, что буквально за несколько месяцев до свадьбы она как кошка была влюблена в него? Впрочем, с каких это пор в его мысли вмешиваются чувства? Его учили мыслить четко, подавлять эмоции и не давать чувствам воли. И такая реакция на присутствие Сафии недопустима для человека, которого знали за его сдержанный темперамент, умение думать о других и взвешивать все свои действия.

– В Ассаре устроено иначе. Новый шейх будет назначен королевским консулом, и это не вынудит его жениться на вдове своего предшественника.

Она что, вздрогнула? Столь явное проявление отвращения уязвило его гордость. Когда-то Сафия радовалась быть с ним. Впрочем, тогда он – старший сын благородного семейства – был первым в очередь на собственный трон.

– А что произойдет с тобой, когда новый шейх будет коронован?

– Со мной? – Казалось, вопрос застал ее врасплох. – Мы с Тареком оставим дворец и будем жить где-то в другом месте.

Тарек. Ее сын. Когда-то Карим мечтал, что она подарит ему сына… Он мысленно выругался. С каких пор он стал сентиментальным? Сейчас не время и не место. Его задача – сконцентрироваться на ближайшей проблеме и найти решение.

– Но если у тебя нет личного интереса в следующем шейхе, зачем ты приехала ко мне? Несколько часов назад я встречался с посланником Ассарана. Ты не могла доверить ему эту миссию?

Карим немного разбирался в политике Асса-рана и знал, что предыдущий шейх вряд ли позволял жене играть хоть какую-то роль в правлении. Поведение Сафии выглядело странным со всех сторон.

– Я не хотела вмешиваться. – Снова этот тихий стальной голос. – Но я была должна, просто на случай… Консул очень хочет убедить тебя. Мы договорились, что при необходимости я добавлю свои аргументы.

– Какие?

Сафия разрумянилась и судорожно вздохнула.

– Ассаран нуждается в тебе…

– Как ты могла заметить, я больше не служу народу. Я работаю на себя.

Сафия упрямо поджала губы, снова удивив его своей целеустремленностью. В двадцать два года она была мягкой и согласной на все.

– Я могла бы рассказать о богатстве и почестях, которые ждут тебя, если ты займешь трон.

Карим промолчал. У него были деньги, и он знал, что вместе с роскошью приходят пожизненные обязательства и ответственность. Что она предложит еще? Сафия подняла голову, словно услышала его невысказанный вопрос.

– Но что самое важное, ты будешь хорошим лидером, у тебя есть нужные качества. Ты честен, справедлив и умеешь работать. Политическая элита уважает тебя. К тому же ты заинтересован в том, чтобы людям было хорошо. Все говорят, что именно благодаря тебе бедные люди в Задаке начали жить лучше.

Лесть? По голосу не похоже.

– Тебе доверяют и знать, и простые люди.

– Это было давно.

– Прошло всего несколько лет. К тому же твои качества и опыт скажут все за тебя.

Впервые с момента появления Сафии ему показалось, что она не до конца контролирует язык тела. Словно так погрузилась в разговор, что отпали все защиты. И какова бы ни была цель ее приезда, сейчас она явно говорила то, что думала. Вопреки воле Карим придвинулся чуть ближе, но при следующих словах резко отшатнулся.

– Ты был рожден для этого.

– Не имеет значения, для чего я был рожден. Я отрекся от этого.

Потому что он был не тем, кем его считали. Он – незаконный сын неверной королевы и ее любовника.

– Конечно, имеет! – Сафия сцепила в замок дрожащие пальцы. – Ассара отчаянно нуждается в правителе, который сможет сохранить страну. Особенно сейчас, когда знатные кланы кипят от зависти друг к другу. Каждый хочет, чтобы их представитель оказался на троне.

– Почему меня это должно волновать? Кого-то из них изберут, и остальным придется смириться с этим. Может быть, какое-то время недовольство будет бурлить, но постепенно сойдет на нет.

– Ты не понимаешь…

Сафия снова прикусила щеку изнутри.

– Чего ты недоговариваешь, Сафия?

Впервые за долгие годы он произнес ее имя вслух. Девушка вздернула подбородок и на мгновение они встретились взглядами. Но он не был настолько глуп, чтобы позволить ее взгляду себя покорить – тем более что она тут же снова надела маску собранности и спокойствия.

– Ты лучший претендент на эту роль, Карим. Ты принесешь необходимые Ассаре изменения. Этой стране нужен сильный, честный лидер, который будет работать ради своих людей.

Карим молчал, раздумывая над ее словами. Она хочет сказать, что ее почивший супруг не был хорошим правителем? Любопытно. Или она имела в виду тех, кто претендовал на трон сейчас?

Как же Карима раздражало отстраненное выражение ее лица. На себя он злился больше – за интерес, который пробудился от ее предложения. От возможности сделать что-то более значимое, чем просто копить свое состояние. Как она догадалась, что его можно этим соблазнить? Ему нравились вызовы в бизнесе, все эти переговоры, сложные решения. Это требовало навыков, преданности и чувства времени. Неужели Сафия знала его настолько хорошо? Даже лучше, чем он сам себя? Карим разозлился от этой мысли.

Эта женщина подорвала его доверие. Повернулась к нему спиной и даже не сделала вид, что ей жаль. Не говоря уже о том, чтобы попрощаться. А он до сих пор позволяет ее словам влиять на выбранный им курс. Что плохого в том, что он концентрируется на своей жизни и своих желаниях? Пусть другие посвящают себя людям, Ассара даже не его страна.

– Но я не претендент и уже говорил об этом.

Карим было хотел встать и завершить разговор, но что-то остановило его.

– Если только…

Сафия в нетерпении наклонилась, приоткрыла свои роскошные губы, и внезапно Карима пронзило воспоминание, как она прижималась ими к нему. Ее страстный, слегка неуклюжий поцелуй чаровал и волновал его. Но как бы сильно он ее ни хотел, он знал, что не должен соблазнять невинную девушку, пусть даже они и готовились к браку. Особенно невинную девушку, которая вместе с отцом гостила в их королевском дворце. Казалось, Сафия обладает качествами, в которых Карим, сам того не зная, отчаянно нуждался: щедрость, легкость, застенчивый интерес и невероятная сексуальность. Это она стала причиной, почему он наконец решил согласиться с требованием отца жениться.

– Если только?

– Если только будет что-то еще… еще стимул.

Он наклонился, сократив расстояние между ними, и оказался достаточно близко, чтобы разглядеть янтарные искорки в ее карих глазах, вдохнуть дразнящий аромат. Деликатный цветочный запах с теплым подтоном, уникальным для Сафии. Аромат, моментально окунувший его в воспоминания о временах, когда у него было все. Он был принцем, уверенным в своей позиции, месте в мире и семье. Наслаждался работой, помогая отцу управлять Задаком. Он даже не пожалел об отказе от сексуальной свободы, потому что Сафия превратила перспективу брака из обязанности в удовольствие.

– Какой стимул? – Голос звучал уверенно, но глаза выдавали беспокойство.

Нужно было выйти из игры, вовремя остановиться. Но словно со стороны Карим услышал свой голос:

– Брак.

Нет, он же не имеет в виду брак с ней? Невозможно. Но Сафия почувствовала странную дрожь в позвоночнике, тело бросило в жар.

– Уверена, не возникнет никаких проблем. – Она выдавила улыбку. – У тебя будет из кого выбрать.

Карим и без короны или состояния мог бы привлечь любую девушку. Он очарователен и мужественен, при необходимости достанет звезду с неба. Неудивительно, что в двадцать два года этого было достаточно, чтобы она потеряла от него голову и решила, что чем-то значима для него.

– Зачем выбирать, если есть очевидная кандидатура. Королева Ассары.

И даже после этих слов Сафия пыталась убедить себя, что Карим имел в виду что-то другое. Он же не мог…

– Ты, Сафия.

– Я?

Когда-то она верила в его неравнодушие, в искренность его желания жениться на ней. Карим убедил их с отцом остаться во дворце Зада-ка, несмотря на то что шейх королевства уже был на последней стадии болезни. Но семейные обстоятельства вынудили их изменить решение, и с того момента все развалилось. Карим не попрощался с ними, не ответил на ее записку. Не пытался вступить с ней контакт. Просто… ничего. Ни единого слова. Когда она попробовала связаться с ним через дворец, ей вежливо отказали.

Потом стало известно, что отец Карима умер, и, ко всеобщему удивлению, наследный принц отказался от трона и покинул Задак. Даже тогда она отказывалась верить, что он действительно забыл про нее. Дни превратились в недели, а недели в месяцы. Ни слова. И вера стала слабеть, сменяясь болью, недоверием и, наконец, злостью. И все равно сохранялась какая-то маленькая частичка, которая верила, что он вмешается и остановит…

– Сафия?

Она вздрогнула и посмотрела в его темные глаза. Когда-то такие теплые, сейчас они казались непроницаемыми.

– Ты хочешь жениться на мне? – Голос охрип, но ей наконец удалось выдавить из себя хоть что-то.

– Хочу? – Он словно задумался, но в его взгляде не было ничего похожего на желание или удовольствие. Только холодный расчет.

Этого оказалось достаточно, чтобы девушка выпрямилась и спрятала боль за маской равнодушия. Она не даст ему догадаться, как сильно задевает его безразличие, отсутствие интереса к ней как к потенциальной жене, женщине и возлюбленной. Но главное – о том, что даже спустя все эти годы где-то глубоко внутри бьется слабая убежденность, что ему не все равно.

– Ты права. Ни один мужчина в своем уме не захочет жениться на женщине, которая от него сбежала.

Да как он вообще смеет? Конечно, узнав о попытке суицида, предпринятой сестрой, Сафия с отцом немедленно уехали. Они объяснили отъезд семейными обстоятельствами, и девушка рассчитывала, что позже сможет лично поговорить с Каримом. Но он не брал трубку. Сперва убедил ее в своем неравнодушии, затем предал, а теперь пытается сделать вид, что это ее вина!

– Так, послушай. Я…

– Впрочем, сейчас это не имеет значения. Прошлое мертво, и его нет смысла обсуждать. Что же касается брака сейчас… возможно, стоит выбрать другое слово.

– Не понимаю тебя. Нет никакой причины, чтобы мы поженились.

Сафия тщательно следила за голосом, не желая выдавать эмоции. Он прав: все в прошлом. Можно только радоваться, что истинная натура Карима проявилась так рано.

– Не думаю. Несмотря на все ваши законы, даже самый оптимистичный человек не сможет надеяться, что с моим воцарением на троне все будет гладко. Я чужак, незнакомец. Ты говорила сама, что сейчас среди правящей элиты есть политическая нестабильность. Чтобы преодолеть это, грядущий правитель должен будет показать свою сильную связь с Ассарой и троном.

Только сейчас Сафия начала понимать, куда он клонит.

– А как еще показать мое уважение к Ассаре и прочность намерений, кроме как жениться на ее королеве?

На королеве, которая сделает все, лишь бы избежать еще одного брака. Особенно с этим мужчиной. Гордость? Самосохранение? Не важно, она просто не готова к этому.

– Не согласна. С поддержкой консула, особенно при твоих качествах и опыте, даже чужак сможет себя утвердить.

– Кроме того, если я женюсь на тебе, твой сын сохранит свои права. Это уверит всех, что текущая династия будет править еще долго.

– Ты имеешь в виду, что Тарек будет твоим наследником? Ты усыновишь его?

– Я не из тех, кто игнорирует чьи-то права по рождению.

По интонации казалось, что в его словах есть какой-то еще смысл. Но какой? Сафия удержалась от любопытства – не похоже, что он хочет это обсуждать.

– То есть если я соглашусь выйти за тебя… Ты примешь корону?

– Я говорю, что, если ты согласишься выйти за меня замуж, я подумаю и, может быть, изменю свое решение по поводу принятия статуса шейха.

Ее что, поставили на место? Сафия задыхалась, ей не хватало воздуха. Даже если она согласится, этого может оказаться недостаточно, чтобы его убедить. Сафия никогда не считала себя гордой женщиной, но сейчас ей претила мысль, что у Карима все еще такая власть над ней. Что рядом с ним она чувствует себя незначительной личностью. Все эти годы, будучи замужем за человеком, придерживавшимся традиционных взглядов и считавшим жену своим приложением, она пыталась удержать чувство самоуважения и собственной ценности. И сейчас в ней полыхала ярость. Как смеет Карим просить ее выйти за него замуж и при этом говорить, что даже подобной жертвы с ее стороны может оказаться недостаточно? Впрочем, он даже и не просил этого – выносил на рассмотрение, словно предмет сделки. Сафии захотелось высказать ему все – сказать, какой он надменный хам, несмотря на всю свою королевскую кровь. Брак научил ее, что королевские особы могут быть такими же несовершенными, как и все остальные. Скорее даже наоборот – доступ к большим деньгам и власти едва ли не сильнее высвечивал их недостатки. Но она не имела права на это. Сейчас речь не о ней, а о будущем и безопасности Таре-ка, о будущем их страны.

– Что ты скажешь, Сафия? Настолько ли важно для тебя благополучие страны, чтобы вступить в брак снова? – Он расслабился и откинулся на стуле, словно его не волновал ответ.

– Есть еще кое-что.

Она надеялась обойтись без своих беспочвенных страхов, у которых не было доказательств. Но есть ли у нее время на их поиски?

– Есть еще одна важная причина, почему ты должен принять трон. Хассан Шакрун…

– Хватит! Я уже слышал все, что нужно, от официального посланника.

Словно у королевы Ассары не могло быть никакой другой важной информации! Может быть, он согласен с Аббасом, что женщины не подходят для политики? Или его разозлило, что она не ухватилась за шанс брака с ним? Сафия была убеждена, что, если Шакрун взойдет на трон, Тарек окажется в опасности. Она и раньше не любила этого человека, но недавние новости привели ее в ужас. Он не оставит живым потенциального соперника, пусть даже этот соперник – ребенок.

– Но ты должен выслушать.

– Нет. Больше никаких аргументов. Я не намерен соглашаться на трон, но я обдумаю все еще раз, если ты согласишься на брак.

Сафия глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Как они оказались в этой точке? Простой деловой разговор обернулся ночным кошмаром. Она уже хотела проигнорировать его предупреждение и вывалить свои страхи, но сумрачное выражение его лица остановило ее – она помнила такое у Аббаса. Решение принято, и ему требовалось подчиняться неукоснительно. Сафия успела выучить, что в таких случаях любые попытки переубедить сделают только хуже. А рисковать тем, что Карим откажется от короны, нельзя.

– Мне нужно все обдумать.

– Тебе нужно время?

Можно понять его удивление – любая другая на ее месте ухватилась бы за подобное предложение.

– Похоже, нам обоим.

– Отлично. Встретимся завтра утром в девять. От твоего ответа зависит многое, Сафия.

Глава 3

– Принять корону Ассары будет отличным решением. – Ашраф позвонил, когда брат пытался восстановить спокойствие в тренажерном зале.

– Решением? Я не вижу проблемы, которая должна быть решена – ни у тебя, ни у меня.

Карима настораживал звонок – они общались совсем недавно, в выходные. Значит, случилось что-то серьезное. Не то чтобы их было водой не разлить, но какая-то незримая связь между ними точно существовала, а ведь их с детства растили максимально на удалении друг от друга. Отец был настроен против Ашрафа и сосредотачивал все свое внимание и энергию на старшем. Не из желания позаботиться о Кариме – человек с каменным сердцем, он не был способен на любовь. Просто из старшего нужно было вылепить будущего шейха. Со стороны это могло показаться даже смешным – шейх сделал ставку не на того наследника. Родным сыном был Ашраф, а вот Карим – приемным.

– Мне не нужен трон, Ашраф, и ты это знаешь.

Карим смотрел на огромные окна, по которым текли струи дождя, на горы, сейчас скрытые в тумане. Обычно долгие поездки приносили ему удовольствие, но тут не было лошадей. Да и все равно он бы не стал издеваться над животным и выводить его в такую погоду, просто чтобы разобраться со своим настроением.

– Конечно, тебе не нужен трон, ты прекрасно справляешься с ролью независимого бизнесмена. Не говоря о том, что у тебя есть свобода наслаждаться возлюбленными, не заинтересованными в твоем праве на трон больше, чем в тебе.

– Что случилось? Ты скучаешь по дням беззаботной холостяцкой жизни?

Смех Ашрафа убедил его в обратном.

– Конечно нет, я никогда не был более счастлив. – Он замолчал и заговорил уже более серьезным тоном. – Но я бы предпочел видеть тебя здесь чаще.

Знакомый аргумент, но Карим твердо решил не возвращаться в Задак надолго. Его брат – хороший правитель, и все же несколько знатных людей не слишком радовались правлению младшего сына.

Брат вздохнул:

– Прости. Я обещал себе, что не буду говорить об этом.

– Почему бы тебе просто не перейти сразу к делу?

У брата явно были какие-то причины настаивать на согласии Карима принять трон Ассарана. Интересно, что само предложение не было для него новостью и он не находил его странным.

– Ты позвонил, чтобы меня убедить. Почему?

– Собственный интерес. Жизнь будет гораздо проще и лучше для нашей страны, если в Ассаре будет стабильное правление.

Карим не оспаривал его логики. Между двумя странами пролегала граница, и что влияло на одну, влияло и на другую.

– Если Шакрун станет шейхом, тоже будет стабильность. – Карим не любил этого человека, но отдавал ему должное. – Он сильный и сможет удержать власть в своих руках.

– Этого я и боюсь.

– Чего?

– Тебя давно не было. Стали известны некоторые факты, которые пролили новый свет на Шакруна и его деятельность.

– Я ничего не слышал.

Несмотря на переезд, Карим следил за новостями из своего региона. Он давно пытался убедить себя, что этого делать не нужно, но, в конце концов, это его родина, на которой он долгое время жил и в судьбе которой принимал участие.

– Мы говорим не о том, что известно всем, но о результатах расследований. Ты помнишь тот звонок о контрабанде людьми, обнаружившейся в обеих странах?

– Как я могу это забыть?

Сейчас Задак был мирной страной, но много лет назад на границе царило беззаконие, контролировавшееся безжалостным и жестоким криминальным авторитетом Квадри. В том числе он занимался контрабандой людей из Задака в Ассару и на более удаленные рынки. До того как стать женой Ашрафа, Тори была похищена, а на Ашрафа совершено покушение.

– У нас пока нет достаточных доказательств для суда, но мы знаем, что партнером Квадри был Хассан Шакрун.

– Понятно… – Самое невероятное было в том, что Карима это даже не удивило. Не то чтобы он догадывался о криминальном прошлом Шакруна. Просто считал его крайне неприятным типом и слишком зацикленным на собственном престиже и власти. – Насколько ты в этом уверен?

– Уверен, доказательства очевидны. Но потребуется время, чтобы полиция могла выдвинуть обвинения. После смерти Квадри Шакрун стал более осторожен, и сейчас они пытаются найти неопровержимые улики против него. Это сложно, потому что Шакрун предпочитает, чтобы другие делали грязную работу, а свидетелей уничтожает. Несколько человек, которые пытались противостоять ему, погибли от несчастных случаев.

Почувствовав холодок, Карим нащупал рубашку и натянул ее на себя, не прерывая разговора.

– В том числе и поэтому консул хочет, чтобы кто-то другой стал шейхом.

Теперь все это обретало гораздо больший смысл. Знала ли об этом Сафия? Какая ненужная мысль, он не должен о ней думать. Но малыш… что с ним будет, если Шакрун появится во дворце? Даже допускать эту мысль было страшно.

– Поэтому они так хотят кого-то извне, – добавил Ашраф. – Если они выберут человека из страны, Шакрун – очевидный кандидат. Он из влиятельной семьи, у него лучшие лидерские качества по сравнению со всеми остальными претендентами. Но с тобой у них появится уважаемый человек с практическими навыками правления, которые ты получил за время болезни отца.

Карим обдумал эти слова, игнорируя, что Ашраф сказал о шейхе как о его родном отце. Его мысли уже побежали вперед.

– Многие ли об этом знают?

– Нет. Для публичных обвинений слишком рано – пока улики не станут более весомыми. Но если он станет шейхом…

Криминальный авторитет с практически неограниченной властью? Лучше даже не думать об этом.

– И все-таки это проблема Ассары.

– А они хотят тебя, Карим.

– У меня есть своя жизнь.

С глубоким вздохом он посмотрел в окно. За все это время в Европе и Северной Америке он так и не перестал скучать по распахнутым небесам своей родины, по ее яркому солнцу и даже засухам, в которых выживали сильнейшие.

– У меня бизнес, который требует моего внимания.

Ашраф молчал.

– Я теперь частное лицо. Мне хватило королевских обязанностей. С момента как я начал ходить, из меня пытались сделать принца и преподавали уроки общественного долга и политики. А теперь я живу для себя.

Не то чтобы Карим ждал понимания, но следующие слова брата застали его врасплох.

– То есть ты хочешь развернуться спиной к этой ситуации? Потому что тебе так хорошо отвечать только за самого себя?

– Черт бы тебя побрал, Ашраф! Разве я похож на героя?

– Для меня да, бро. – Ни намека на иронию в голосе.

Герой! Он не смог защитить собственного брата. Карим рос серьезным, ответственным ребенком, его мир был переполнен постоянными требованиями учиться, достигать, преуспевать, больше работать. И все равно он обещал себе, что в этом графике будет находить возможности оберегать младшего от шейха. Когда у него не получалось, когда тот концентрировал свою ненависть на мальчике, которого не считал своим, Ашрафа били и издевались над ним. Кариму не всегда удавалось защитить его от этого. И хотя брат никогда не винил его за это, он все равно постоянно носил в себе чувство стыда. Он мог присматривать за Ашрафом лучше.

– Тебе не нужно быть героем, чтобы стать шейхом. Вот Шакруну чужды сомнения, хотя в нем нет ничего героического. Он просто хочет насладиться выгодами этой позиции.

Брат завершил разговор и оставил Карима в размышлениях о судьбе Ассары. Шакрун быстро поймет, что связать себя прочными узами со вдовой прежнего шейха – лучший способ укрепить свою позицию. Может, Карима больше и не волнует Сафия, но мысль о том, что ей придется иметь дело с Шакруном… Инстинкт подсказывал Кариму держаться подальше от Ассары и ее проблем, но чувство ответственности с этим было не согласно. Как и понимание, которое пришло во время разговора с Сафией. Нынешняя жизнь не удовлетворяла Карима целиком и полностью. Да, ему нравилось заниматься бизнесом и умножать состояние. Да, ему нравилась свобода выбирать что-то для себя и не думать, какое влияние его решение окажет на миллионы других людей. И Ашраф прав: с любовной жизнью все тоже гораздо проще. Но Карим с детства осваивал умения управлять народом. А когда здоровье шейха ослабло, то смог в них попрактиковаться. И ему это нравилось, это было его призванием. Вот почему таким разочарованием стала необходимость отказаться от этого. Ашраф предлагал ему остаться шейхом, но Карим не мог на это согласиться. У его брата уже слишком многое отняли, и он не собирался отбирать еще и то, что принадлежало ему по праву.

От этого так соблазнительна была мысль все-таки согласиться и стать инициатором изменений в Ассаре. Это хорошая территория, но она во многом еще отстает от Задака, и Карим видел возможности сделать что-то полезное для страны и ее народа. Это интересный вызов. Но на фоне всех этих размышлений маячила Сафия. Что случится с ней и ее сыном, если шейхом станет Шакрун? Нет. Об этом нельзя думать – нельзя выделять их на фоне других жителей Ассары. Эмоции в этом деле недопустимы. Карим поморщился – а ведь именно они вынудили его разыграть ту сцену в разговоре с ней. Завести разговор о браке, просто чтобы посмотреть на ее реакцию. Стыдно. Кажется, никогда до сегодняшнего дня он не врал сознательно. Но сегодня выбрал потешить свою гордость и отыграться за то, что Сафия могла вызвать в нем чувства, а он в ней нет. Для нее он снова был простым средством достижения цели.

И вопреки своим желаниям Карим продолжал думать о ней как о возлюбленной. Может быть, потому, что история не получила логического завершения? Они ограничивались поцелуями, пока Сафия не дала согласия стать его… и в ту же ночь она сбежала. Карим снова вспомнил, как облегало ее сегодня платье, и его охватила страсть. Темная и яростная. Ему так хотелось прикоснуться к венке на шее, проверить, настолько же она чувствительна сейчас, как и тогда. Или это тоже было обманом?

Никакая другая женщина не испытывала его границы на прочность с такой силой. Он не доверял ей. Не уважал ее. Провести с такой женщиной всю свою жизнь? Такой судьбы он для себя не хотел. Отказаться? Позволить Шакруну завладеть троном? Тогда в том, что он сделает с Ассарой, будет отчасти и вина Карима. И с Сафией и ее мальчиком. Карим остановился и увидел себя в зеркале – фигура напряжена, кулаки сжаты, воплощенная готовность к действиям. Неудивительно, что он сомневается – его растили с мыслью, что благосостояние народа всегда стоит на первом месте. Сложно об этом забыть. Но тогда его решение не должно быть связано с Сафией.

Карим провел рукой по волосам, пытаясь прийти в себя. Проблема в том, что чем больше он об этом думал, тем больше понимал, что брак с королевой Ассары станет лучшим способом быть принятым в качестве шейха. Если он согласится на эту роль. Если сможет заставить себя жениться на женщине, которая однажды обманула его.

– Он в порядке, Сафия. Правда. Просто небольшой насморк, который уже прошел. Он радуется жизни и играет с щеночками.

Прижимая телефон к уху, Сафия легла на кровать и попыталась представить Тарека в окружении щенков. Он любил животных, но Аббас всегда говорил, что дворец – не место для животных. Теперь мальчик оказался в своей стихии.

– Ты ведь намеренно принесла их во дворец, Рана? Надеешься, что мы оставим одного из них?

Не то чтобы она была против. Последние несколько лет Сафия и сама отчаянно скучала по возможности быть в окружении собак и лошадей. В их безусловной любви было что-то успокаивающее.

– Виновна.

Сафия улыбнулась, услышав смешок сестры, – этот беззаботный звук был для нее большой ценностью. Теперь Рана была довольна и спокойна – разительные перемены по сравнению с несколькими годами ранее.

– Ты ведь знаешь, как может быть сложно найти дом для малышей, особенно не чистокровных. Что такое один щенок?

– Подозреваю, что довольно много проблем, пока мы его не выдрессируем и не научим не жевать все, что попадает в его поле зрения. Но ты права, собака станет хорошей компанией для Та-река.

Не то чтобы сын скучал по Аббасу. Он редко видел отца чаще раза в неделю и то ненадолго и на формальных встречах – обычно в тронном зале или на церемониях. Аббас не играл с сыном, не обнимал его. Он говорил, что так растят королевских наследников, они не должны быть привязаны к родителям. И, кроме того, как у шейха, у него есть другие дела, которые нужно решить. Он говорил Сафии, что, когда Тарек достигнет надлежащего возраста, он возьмется за его воспитание и научит всему, что нужно, чтобы править Ассарой. Но теперь этого не произойдет. Тарек вырастет и не будет знать своего отца. И не станет шейхом. Сафия почувствовала приступ страха. Будет ли ее сын расти в безопасности? А что, если Карим не согласится на корону? Похоже, идея его не слишком радовала. Но если он откажется и шейхом станет Хассан Шакрун…

– Сафия? Ты меня слышишь?

– Прости, Рана, я отвлеклась.

– Дела пошли не слишком хорошо?

– Все наладится.

– По твоему голосу не похоже. Ты можешь довериться мне, Сафия. Я не так уязвима, как раньше.

– Я знаю.

Рана словно стала совсем другим человеком по сравнению с девушкой в тяжелой депрессии, какой когда-то была. И сейчас Сафия защищала ее больше по привычке, даже не задумываясь над своими словами.

– Просто пока нет никаких новостей.

Ну кроме того факта, что Карим предложил ей стать его женой. Нет, не попросил. Потребовал. Озвучил как условие, при выполнении которого он рассмотрит возможность согласиться стать шейхом. Впрочем, этим она все равно не могла поделиться, по крайней мере, пока не придумает ответ. Брак с Каримом казался чем-то невозможным. Особенно при том, что в его голосе не было ни намека на теплоту, когда он говорил об этом. Он был таким холодным… Нет. Сама мысль вступить в следующий брак, когда она только освободилась от предыдущего, была ей противна. Ничего, кроме отвращения, она не испытывала. Но что произойдет с Тареком, если она откажется? Наверняка же должен быть другой способ позаботиться о его безопасности?

– Если нужно будет поговорить, я рядом.

– Спасибо, Рана. Мне так повезло, что ты у меня есть. – Она стала особенно это ценить, когда чуть не потеряла сестру. – Честно говоря, я…

Ее прервал стук в дверь.

– Прости, кто-то пришел. Я открою.

Сафия спустила босые ноги на пол и завязала пояс длинного халата. На часах было девять – слишком поздно для обычного визитера, даже если бы в Швейцарии к ней мог кто-то прийти. Ну а посланник из Ассары не мог бы даже просто появиться рядом с ее дверью без предварительного звонка, не говоря уже о стуке.

– Ничего, мне все равно уже пора.

– Ладно. Обними Тарека и поцелуй от меня, скажи, что мама скоро вернется.

– Скажу. Удачи тебе!

Сафия пересекла комнату и подошла к входной двери. Сперва в глазок был виден только кулак, занесенный для нового удара в дверь. Но вот он опустился, и девушка уткнулась взглядом в широкую грудь. Карим! Что он здесь делает? Они ведь договорились встретиться завтра утром. Не ночью. Сафия посмотрела на шелковый халат розового цвета – несмотря на достаточную длину, она чувствовала себя в нем уязвимой. Но Карим уже снова занес руку, не оставляя ей выбора. Девушка осторожно приоткрыла дверь.

– Карим. Вот это сюрприз! – Вопреки усилиям голос немного дрожал, выдавая ее беспокойство.

– Сафия, – кивнул он и сделал шаг вперед, но девушка не давала ему войти.

– Уже поздно. Боюсь, сейчас не слишком удобно говорить. – Не когда она босая и почти голая. – Мы не можем отложить это до утра?

К этому моменту Сафия будет знать, что сказать, и к тому же оденется. Во что-то, что не будет подчеркивать ее хрупкость и уязвимость перед Каримом.

У нее что, любовник? Эта мысль вытеснила все, связанные с шейхством и политикой. Ее щеки порозовели, волосы растрепались, словно она только что выбралась из постели. Карим сделал еще один шаг вперед. В комнате тихо, но это ничего не значило.

– Боюсь, это не может ждать.

Она оставалась на месте, так что Карим оказался почти вплотную к ней. Как же хотелось провести пальцами по ее бледной коже, проверить, такая ли она на ощупь, как в его воспоминаниях. Неужели теперь любая попытка логически подумать о ситуации будет прерываться мыслями о Сафии? Что за неуместная слабость?

– Завтра наверняка…

– Не завтра. Сейчас. Если ты меня не впустишь, ноги моей не будет в Ассаре.

Даже в этом тихом коридоре он осторожно подбирал слова и не упоминал шейхства. Но Сафия поняла и отступила, впуская его внутрь. Ему хватило одного быстрого, но пристального взгляда, чтобы понять: на ней только шелк и кружева, под которыми проглядывалась фигура, способная покорить любого мужчину. Особенно когда Сафия развернулась и свободная от бюстгальтера полная грудь всколыхнулась. Внезапно Карим вспомнил садик матери, усаженный ароматными дамасскими розами глубокого розового цвета, – уголок женственности в суровом дворце. Когда пожилой шейх обнаружил, что брошенные ею ради любовника сыновья ищут в этом саду утешения, он уничтожил его на корню. От взгляда на Сафию воспоминания из прошлого потускнели. Неужели любовник трогал эти груди? Поэтому соски затвердели и теперь проступали сквозь шелк? Карим силой заставил себя пройти в гостиную. Дверь в спальню была приоткрыта, и он заглянул внутрь – аккуратно заправленная постель, только подушки с одной стороны примяты. Она сидела там одна. Это и успокаивало, и волновало одновременно.

– Что ты делаешь?

– Приятный номер, не видел его раньше. – Если повезет, она подумает, что он просто проявляет любопытство, как новоиспеченный владелец отеля.

– Так что привело тебя сюда?

Закрыв дверь спальни, Сафия вернулась в гостиную и подошла к нему так близко, что, когда Карим развернулся, они оказались почти вплотную друг к другу. Она успела запахнуть халат и плотно завязать пояс, так что теперь виднелись только ключицы. Словно шелк мог прикрыть ее соблазнительное тело.

– Все поменялось.

Это стало понятно после второго разговора с посланником. Если он принимает решение согласиться на корону, это нужно делать быстро – до того, как Шакрун поймет, что происходит. Иначе от него можно ждать неприятностей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.