Артём Яковлев
Конструктор времени 3. Битва двойников

Глава 1. Подлинный опал

Знайте же друзья, машины времени существуют!

Именно они стали причиной многих событий моей жизни. Хороших и плохих. Главной из хороших считаю любовь. Анжелика появилась рядом в трудный период для каждого из нас, что сразу стало важным событием. Она сразу показалась неземной феей, настроенной дружелюбно. Принесла предложение связи со своим отцом и было ещё много всего что мы с Ликой пережили вместе.

Недавно помог Лике отправиться учиться в Москву и вскоре сам оказался здесь. И пришла мысль, и пришёл день, когда отправился в торговую точку, предоставляющую гражданам сверкающие побрякушки.

Никогда в предшествующей жизни не посещал такие места, для меня ювелирный виделся вроде магазина игрушек, первые несколько минут бессистемно бродил среди слепящих витрин, в какой-то очумелости разглядывал сияние и переливы. Глаза разбегались!

Конкретной цели что купить не было. Необходим был подарок. Смартфоны для Лики уже прошлый день, тот первый, мой, который когда-то оставил её отцу, она вернула спустя семь лет своей жизни и через несколько минут моей. Так что это не было подарком. Великолепный белый смарт подарил в день отъезда на экзамены. Сделал это для того, чтобы всегда мы были на связи.

Теперь пришло время перейти на высокий уровень. Дарить, так что-нибудь из прекрасного.

Но это была только официальная причина, а неофициальная: повод увидеться.

Моей Лике 22 мая будет ровно двадцать, она учится в престижном ВУЗе, она лучшая! Единственный человек, кто понимает меня всегда.

Подходя по Тверской, я ещё думал про какие-то брошки-серёжки, вещицы, которые годились быть женским украшением. Но, оказавшись внутри и представив это на моей Лике, решил, что большинство из этого будет выглядеть помпезно, дёшево и безвкусно. Ведь Лика сама была бесценным украшением. Требовалось что-то небольшое, не пытающееся затмить, но подчёркивающее её красоту. Например, колечко с красивым камнем. Всё равно каким, только бы гармонировало с её глазами, воздушным силуэтом и божественным дыханием.

– О, ценю ваш выбор! – рядом возник молодой человек в рубашке фиолетового цвета, что были на всех сотрудниках в этом салоне. – Это действительно очень хороший подарок для девушки! Плетенье из платины с белым золотом и крупный, чистой воды бриллиант в два с половиной карата!

Тогда я просто рассматривал сияющую витрину, ни на чём не останавливая взгляд. Но услышал продавца, нашёл это чудо ювелирной мысли. Действительно, выглядело богато. Но не более того. И для Лики не годилось. Покачал головой. Молодой человек легко переварил отказ и постарался не отпускать моё внимание, заставить интересоваться всем, что предлагал.

Следующим номером было кольцо попроще, которое мне понравилось. Нечто лёгкое и естественное, без излишества. Всё безупречно.

Но было существенное ограничение. Я, приехав в Москву, оставался нищим приежим и средств на такое мог себе позволить в пределах десяти тысяч. Когда спросил о цене, парень расцвёл:

– Всего семнадцать девятьсот девяносто. В рублях, конечно же!..

Пришлось снова отказать. Продавца это по-прежнему не смутило. Он понизил планку и продолжил:

– Маленький, чистой воды зеленоватый бриллиант. Очень винтажный… – снова знак отрицания, – Вот оникс в золотой оправе!.. Бадахшанский лазурит с хрусталём на золоте с синим отливом!..

Да, золото с синим отливом могло впечатлить хоть кого! И продавец старался, он изделия со всеми их достоинствами стал перечислять быстро, не задумываясь. Великолепная память. Я восхищался профессиональной работой, почти не отвлекаясь на игрушки, которые мне представляли. Смотрел, конечно, но без вдохновения.

Продавец как факир умело передвигал мой взгляд по витрине. Я не мог отвлечься. Ждал и не мог дождаться возникновения волшебства.

– В этом месте уже серебро… – через какое-то время менеджер вернул меня на землю фразой с сожалеющими нотками.

Мы с ним продвинулись уже до середины просторной витрины. Чтобы подвести меня к кассе, продавец изменил тактику. Теперь изделия из серебра он брал рукой в ослепительно белой перчатке, подносил к лицу, давая лицезреть на близком расстоянии. Стоило глаза прикрыть, вещица возвращалась на место. Ловкач! После второго десятка я поднял руку с желанием остановить этот поток. Но продавец вёл свою линию:

– А это…

Я не успел расслышать, что сказал тот ловкач, потому как тут всё и случилось!

У парня в руке оказалось очередное изделие. Словно дуновение ветра, мою руку качнуло навстречу и ещё до касания был укол. Прикосновение могло бы быть воздушным, если бы не искра, проскочившая между пальцем и перстнем в руке продавца. Щелчок, палец дёрнуло и всё погрузилось во мрак. Вокруг всё исчезо!

По крайней мере, так показалось. Стало холодно и тихо, пропал воздух. Всё произошло на выдохе и вновь вдохнуть не вышло. Неведомая пробка перекрыла приток воздуха.

Глазами пытался отыскать хоть искорку во мраке. В тишине слышал только волны пульса, проходящие по телу. Появилась невесомость, подошвы остались без опор, тело замуровали в монолит.

Был испуг, близкий к панике, холод изнутри подступил к горлу. Что такое?

Но жизнь продолжалась, голова работала, сердце стучало. Что-то произошло в окружающем.

Выключили свет? Откачали воздух? Залили бетоном?..

Бред, со всем этим не справиться за час, а тут мгновение и всё стало таким!

Перед этим было: приближение перстня, искровой разряд и всё замерло. Парень в белых перчатках был последним из той реальности, но вряд ли это его вина. Сделать такое мог только тот, кто обладает возможностями высшего порядка.

Стал рассуждать, испуг отошёл, мною овладело спокойствие. Нет, я не успокаивал себя, спокойствие пришло само, когда осознал насколько же это мне знакомо!

Воздушная пробка, температурный сдвиг и полное затемнение. Все явные признаки вневременного портала… близкое к этому случалось со мной последние три года.

Маленькое отступление:

Наука в мои самовольные отлучки во времени не верила. Физики с биологами отрицали всё. Мы не видим, значит не существует! Над моими рассказами потешались! Смоделированная за столетия ТЕОРИЯ БОЛЬШОЙ НАУКИ не видела в моих «трюках» никаких отголосков признанных теорий, потому что несоответствия моей практики с теорией, теории казались смертельными. Наука на доказательства закрывала глаза.

Когда в прошлом году, с подачи полковника Богданова, я написал в РАН заявку на открытие способа перемещения во времени, свора светил-рецензентов закудахтала и стала с наслаждением поливать помётом каждое слово в заявке.

На слух более-менее пристойный, но один из самых глупых отзывов, звучал так:

«Путешествовать во времени хоть раз в жизни желает каждый. Вы, к примеру, что-то не так сказали или сделали и у вас возникает желание вернуться и исправить. Но, увы, это невозможно даже теоретически. Возможность этого нарушала бы причинно-следственную связь. Потому как, консеквент никогда не может случиться раньше антецедента, как падение ствола дерева не может предшествовать первому взмаху топора лесоруба.

Учитесь, больше читайте специальной литературы, и для вас, я думаю, откроется мир полный чудес современной науки…»

По-видимому, этот чудесник от науки полагал, что заявку писал зацикленный на играх и фантастических блокбастерах, тинейджер, которого можно наповал убить умными словами «антецедент» и «консеквент».

К заявке мы приложили видеофайл из прошлых, сохранённых на компьютере Профессора. Так этот членкор также мягко выразился про «не очень убедительную документальную составляющую». Что же, интересно, могло быть убедительней?..

От их безжалостности и косности я даже оторопел. И этих людей ещё кое-кто продолжает считать светилами науки!

Да, мы не могли подать полноценную заявку. Считать себя единственным автором я, по многим причинам, не имел права, да и с повторением результата другими исследователями были никак не решаемые проблемы. Я оказался единственным в этой, никем не хоженой, области!

Как оформлено было в официальном документе:

«Явление материального мира как объект открытия, на который выдаётся диплом, – это неизвестная ранее объективно существующая, вносящая коренное изменение в уровень познания, форма проявления сущности объекта материального мира»

Такая формулировка точно подходила к нашему случаю с любой точки зрения.

Когда я уезжал из родного города в Москву, переписку с академическим сообществом доверил вести соавторам: почётному пенсионеру Вяземскому и своему единомышленнику Димке Калашникову, которого друзья зовут Профессором. Э ти двое, по-прежнему безуспешно пытались достучаться до академического здравомыслия. Если факты не соответствуют теории, то виноваты не факты. Вероятно, стоит пересмотреть основы.

Академическое сообщество отвергало всё не единодушно. Исключения были. Например: академик Ритер Всеволод Адамович, касавшийся этого непосредственно, на последующие наши обращения не отзывался. Вероятно, его работа с одноклеточными затмила собой всё остальное. Наше маленькое и не очень научное сообщество теперь оказалось в полной изоляции. Даже всемогущий Богданов здесь помочь ничем не мог.

Но такое положение лично меня не смущало, назло всем, продолжал свои путешествия во времени. И меня уже не остановить!

Сейчас в магазине я умудрился попасть в неприятное положение, когда искра поразила всего-навсего мой палец и я застрял в каком-то непроглядном нигде! Без воздуха, без времени и без каких-либо других средств существования.

После того, как время остановилось и стало темно, до меня дошло: сейчас происходит нечто очень и очень знакомое… Все симптомы перехода налицо… Правда, с именно такой ситуацией я ещё ни разу не сталкивался. Ведь это, в отличие от привычного перехода, остановилось в начальной фазе, которая обычно длилась доли секунды и заканчивалась проходом в туннель времени, ведущий в два противоположных конца: в прошлое и будущее. И теперь я оказался замурованным вблизи настоящего без возможности вступления во временной канал. Это было новым абсолютно!

Искра, болезненно ткнувшая палец, не думала меня отпускать. Тупик, а дверь обратно захлопнулась!

В последнее время я столько раз бродил по лезвию ножа, что и теперь не мог позволить ситуации возобладать. На карте, кроме моей жизни, стояло много всего!

Капля истории:

Машина времени. Когда стал знакомиться с этим, по меркам нашего времени, суперустройством и, в исследовательских целях, запустил процесс перехода, был сам напуган, считал, что пришёл мой смертный час.

Но всё обошлось и ещё долго после не мог осознать, что же всё-таки было…

Потом, докопавшись до истины, получил то, что машина сама стала вести меня своим путём: пришла Лика, было путешествие в прошлое с беседой с моим предшественником, подарившим мне в наследство первую машину времени. И после возвращения от него, от меня уже мало зависело. События, в которые был втянут, стали происходить сами по себе, помимо моей воли.

Сведения об удивительной машине раскатились кругами. Появились желающие всеми путями завладеть, недруги, жаждущие крови. Неудивительно, что рядом возникли Вяземский и Богданов, сотрудники Федеральной Службы Безопасности России. Тогда и она тоже была против меня. Машина времени была очень мощной и опасной, человек, вооружённый ей, получал возможность менять прошлое. Я понял, история, как одно из базовых благ цивилизации, должна оставаться священной коровой, неприкосновенной для таких людей.

Пришлось самому решать за всё человечество. Чтобы только это опасное оружие не попало в плохие руки, вынужден был ликвидировать это чудо из чудес! И до, и после взрыва, чувствовал себя предателем.

Но запущенные процессы, связанные с машиной, не остановились, проблемы продолжались. И однажды, спасая свою жизнь, пришлось изобрести уникальный способ таких путешествий без хитроумных машин!

Время вокруг стояло, но продолжало течь внутри меня. Между пальцем и камнем в перстне оставалась замёрзшая во времени искровая связь, ощущавшаяся болезненной занозой, провисшей в вечность. Жизненное пространство, с каждым ударом сердца, сужалось. Используя свои уникальные возможности, не получалось выйти в реальность, не получалось пройти дальше, пропустив этот неприятный момент. Для меня пути дальше не было!

Я почти поверил, что меня доконали жалящая статическая искра и ювелирный изыск в руке менеджера. Ничего не выходило, не получалось придумать как остаться в живых и выйти из тупика. Простого желания не хватало, оставшееся время жизни с каждой секундой убывало!

Я не мог что-либо изменить и возможность существовать без кислорода подошла к последнему пределу. Стал засыпать, во сне чувствовал себя снова дышащим, но сидящим внутри тесной собачьей конуры с намордником, стягивающем челюсти. Видел нереально яркие, насыщенные ослепительным сиянием виды, где бродил по зелёным джунглям, плавал в ярко-синем безбрежном океане, нырял глубоко-глубоко…

Когда уже видения оставили, инстинкт выдал желание реверса. Будущее, запечатанное из настоящего, было недоступным, а возвращение в прошлую реальность возможным.

Реверс в бессознательном состоянии прошёл, иголка из пальца выскочила, подвижность тела вернулась.

Вернулся из состояния сна, вспыхнул свет и задвигалось вокруг всё. Но это реверс! Пора его завершать, возвращаться в реальность. Как только вышел, свет притух, ворвались громкие звуки и рот наполнился свежим воздухом.

– О-очень винта-ажный… – с затяжкой громом проревело в ушах.

Землю качнуло, чтобы не упасть, схватился за край витрины и снова хлебнул пьяного воздуха. Фраза продавца про винтажность была насыщена эмоциями! Продавец, глядя на витрину, продолжал:

– Вот оникс в золотой оправе!..

Дежавю! Фраза про оникс в золотой оправе уже попала в мою голову когда-то раньше.

Сделал ещё вдох. Понял, что живу и соображаю…

А менеджер бубнил:

– Бадахшанский лазурит с хрусталём на золоте с синим отливом…

Голова кружилась. Ртом жадно хватал воздух и не мог надышаться. Существовал в собственной, оторванной от окружающего ячейке пространства. Возможность внятно говорить возвращалась постепенно:

– Стой!.. – остановил продавца. Указал на ту часть витрины, где нетронутым лежал тот камень в перстне, чуть не заморозивший меня насмерть. – Что… что за камень?

– Этот?

Мой вопрос выбил продавца из хорошо наезженной колеи. Он не ожидал такой активности. – Но это лишь серебро!.. Оно темнеет и пачкает. Вам лучше белое золото…

Но я продолжал показывать ту вещь. И менеджеру пришлось доставать перстень, самый опасный предмет в этом магазине, а может и во всём мире!

Не желая повторять те ощущения, предусмотрительно убрал руки за спину.

– Серебро девятьсот двадцать пятой пробы, подлинный опал… – проинформировал продавец, покрутив перстень.

То, что случилось со мной и этим перстнем с подлинным опалом было колдовским и не позволяло мне относиться к нему, как к простому ювелирному изделию девятьсот двадцать пятой пробы. Решил, что непременно должен исследовать все его свойства. Поэтому, не дослушав, махнул рукой:

– Оформляем, беру!

Необходимо было исследовать эти свойства в более подготовленной обстановке.

– Не хотите примерить? – спросил продавец.

– Нет! – категорично отрезал я.

Мне нужен именно этот камень, на именно этом перстне! Размер и прочие параметры не волновали. Не для того же беру, чтоб украшать палец!

Когда он оформлял, я скользнул взглядом по ближайшей витрине. Был ещё необходим подарок для любимой. И тут нужно было что-то совершенно другое и… безопасное.

– Давай посмотрим ещё. – осчастливил продавца.

Не знаю почему, но камень в другом изделии не отпускал мой взгляд с того момента, как увидел. Будто просился взять, будто ждал. Только такой подарок хотелось для моей Лики. На обширной витрине он один светился так, что собой затмевал всё. Я видел уже это кольцо на пальце Лики. Сочетание чёрного с тёмно-зелёным и полыхавшее в центре чудесное алое пламя.

Размер был подходящим. Этот камень тоже оказался опалом, только искусственным.

Взяв и его, я отклонился от бюджета не так уж сильно. В сумме всего – одиннадцать двести. Придётся экономить на чём-нибудь не столь необходимом.

Глава 2. Нарушение причинности

Перед началом лекции студенты столпились в шумном коридоре институтского кампуса недалеко от дверей аудитории. Две подруги Лиля и Анжела протиснулись к окну. Склонившись к уху Анжелы, Лиля, стараясь перекричать шум, сказала:

– Послушай, Желка, ты моя лучшая подруга и я тебе, несомненно, доверяю. Но ты действительно сама веришь в то, что говоришь? Объясняешь так, будто видела своими глазами! Но это же бред какой-то: машина времени!

– Ты, Лиля, про какую это машину бредишь? – уловив конец, охотно и без приглашения подключился к разговору рослый парень с небритым лицом.

Лиля недовольно качнула головой и перевела взгляд куда-то к небесам. Одними губами пробормотав при этом: «Опять!».

– Может ты просто имеешь в виду часы? Они – самая что ни на есть, машина времени! Есть ещё такая машина у Макаревича и у Марка Твена. Даже у Роулинг для этого придуман такой креативный кулон на шею. Или ты, Лиля, про ту первую ещё Уэллса?

Этого нахального звали Тим. И он самонадеянно и без повода считал себя любимцем публики.

– Роулинг… это Гарри Поттер, что ли? Я хохочу уже… Не-мо-гу! – без улыбки подключилась студентка, стоящая ближе остальных. В потёртых джинсах, но с тяжёлыми золотыми серьгами в ушах. Наташа Владимирова. Её все звали Натали, Она постоянно и по любому поводу была готова к иронии.

– Что за веселье у вас? – тут же повернулась к ним и Аля Некрасова, вместе с Юлькой Шубенковой также стоявшие недалеко.

– Вот видишь, Ли! Я говорила тебе… – Анжела, взглянув на подругу, недовольно повела головой, а Тима, Алю и Натали обвела строгим взглядом. – Откиньтесь уже. Никого из вас это не касается!

– Во, блин! – нипочём не желал откидываться Тим. – Может нам всем сделать вид, что не слышали о чём вы кричали?

Анжела фыркнула. Выходки Тима и его постоянное присутствие рядом основательно надоели.

– Это о чём вы? – Аля Некрасова дёрнула Тима за рукав. Она не хотела оставаться единственной недоинформированной.

– Анжела утверждает, что машина времени реально существует. – за Тима объяснила Юлька, которая слышала всё с начала.

– Ну и чего бодаетесь? Было бы прикольно! – Аля обняла Анжелу за талию. – Я бы в прошлое сама слетала, разузнала бы там всё. Мне всегда хотелось таких приключений. Представьте, война началась, все в жутком волнении. Тут я появляюсь и говорю: «Война закончится нашей победой девятого мая сорок пятого!». Опа! Крутизна! Представляете? Или встречаюсь с Королёвым Сергеем и я такая: «Сергей Павлович, не волнуйтесь, мы в космосе будем первыми! В пятьдесят седьмом – первый спутник, в шестьдесят первом – наш человек в космосе!»…

– А в шестьдесят шестом вас советские врачи залечат до смерти! – хихикнув, закончил, хорошо подкованный в вопросах истории, Тим.

Некоторые улыбнулись, но увидев лицо Ли, улыбки скрыли. В коридоре становилось тише, студенты рассасывались.

– Знаешь что, умник?.. – повернулась к Тиму Лиля, молчавшая всю перепалку и копившая злость. – Катись!

– Катись-катись! – поддержала её Аля – Разрешения надо спрашивать, если хочешь поглумиться!..

– Вон тебя твой Берсенев ждёт. Пойди и над ним издевайся! – Юля с подругой Алей была всегда заодно.

– Па-адумаешь, организация объединённых наций! – презрительно выпятил губу Тим и отошёл.

– Спасибо, девчонки! – тихо улыбнулась Анжела. – Этот урод меня уже достал!

– Да он влюбился в тебя, вот и липнет! – выдвинула версию Натали.

– Я тоже так думаю. – согласилась Юлька. – Он думаешь из-за кого перевёлся на международную журналистику? Не из-за меня же!

И Лиля кивнула согласно. А Анжела возмутилась:

– Да вы что? Издеваетесь… Впрочем, меня это не волнует. Этот Тим с моим Валерой рядом не стоял!

– А ну-ка похвались!.. А то второй год: «Валера-Валера!», а мы его ни разу и не видели. – предложила Аля.

– Отстаньте, девчонки! – заступилась за подругу Лиля. – Даже мне Желка не показывает. У меня глаза чёрные, боится сглажу!

– Да не боюсь я! Вот он. – и Анжела показала изображение на дисплее белого смартфона.

Натали взяла смартфон и девчонки стали толкаться, пытаясь увидеть этого Валеру. Юлька оценила первой:

– Ничего, симпатичный!

– И глаза красивые. – тут же вставила Аля. – Почти как у нашего Лёхи…

Все знали, что Аля к Лёхе не ровно дышит.

– Пьёт, курит, матерится? – захотела конкретики Натали.

– Весь, девчонки, в татушках и на пупке колечко. – засмеялась Лиля. – Вы хоть немножко тайны оставьте! Потом самим противно будет…

– Я говорить про Валеру больше не буду! Отдайте! – обиделась хозяйка. И выхватив смарт у Натали, спрятала в сумку.

– Не обижайся, мы же любя! – сказала Аля.

– А как он тебя зовёт? Жела, Анжелочка, Анджелина, Анжелика или как-то ещё? – стала пытать беспокойная Натали.

– Просто Лика. – вздохнула Анжела. – Меня так больше никто не зовёт.

– Да! – вставила Аля. – Ты для нас Анжелика Великая.

Девчонки засмеялись.

– А чем он ещё для тебя выделяется? – спросила Юлька, внимательно вглядываясь в глаза Анжелы.

– Он просто лучший! Он один такой на всём свете. Добрый, нежный, ласковый и умный. Всё понимает и готов помочь всем, чем может. Я учусь здесь только благодаря ему…

– Ты здесь учишься потому, что ты лучшая! – возразила подруга Лиля. – По крайней мере, ты первая в нашем потоке!

– Добрый, ласковый и умный – это почти каждая про своего может сказать. – продолжала Юлька. – А вот что-нить необычное… У меня Вовка мой, например, может на древнерусском языке любую фразу переиначить. Типа: «Какое кино смотрим?», а он…

– И как интересно ты, сестрёнка, с таким общалась? – перебила Натали, усмехаясь, – По-гречески?..

– Очень смешно! – огрызнулась Юля.

– Он путешествует во времени… – негромко сказала Анжела.

Это в затишьи показалось громким. Девчонки повернулись. Новый раунд!

– Кто? – не поняла Юля.

– Жела, хватит уже! – попыталась остановить подругу Лиля.

– Ничего не хватит! Он единственный такой путешественник. Его сравнивать даже не с чем!

– Ух, ты, не с чем! – ехидно зацепилась за слово Натали.

– И что, об этом таком твоём парне кроме тебя никто не знает? – спросила Юлька.

– Почему? Знают!

– Кое-кто знает? – по-прежнему насмешливо, хмыкнула Натали.

– Скромный он у тебя. – вставила Аля. – Я бы на его месте по всем каналам о себе раззвонила. Такое событие: путешественник!..

В коридоре шум окончательно стих, но девчонки, не замечая этого оживились.

– Представляете, – смеялась Юля. – книжка с таким названием: «Как я предупредила Цезаря о Бруте» или «Всё о Наполеоне от первого лица».

– Или «Как я убила последнего динозавра» – вставила Натали.

– Будь у него свой блог, про всех остальных забудут… – сверкнула глазами Лиля.

Анжела грустно смотрела на них. Какие же наивные, дети ещё! Когда все утихли, опять негромко:

– Я сделала глупость, в школе показала некоторым видео, где Валера встречается с самим собой. А они выдали это в паутину и на него напали. Поэтому теперь я боюсь! Лучше ничего…

– Напали… подумаешь… Испугать просто хотели… – предположила Аля.

– Ты смелая, когда не причём… – урезонила её Натали, оставившая иронию.

– Перестаньте цапаться! – успокаивала Лиля.

– А как это, «с самим собой встречается»? – удивилась Юля.

– Чего ты не поняла? Тут же всё ясно! – Натали поморщилась. – Такое, кстати, было у Гарри Поттера в «Узнике Азкабана», когда они возвращаются в прошлое и видят самих себя… Правда, они с собой встречаться побоялись…

– Причина и следствие! – это Аля. – Чтобы не нарушить ничего в настоящем.

– Да, вроде бы так. – ответила Натали.

– А я чего-то вообще не понимаю! – сказала Юля. – Такое разве возможно, чтобы в прошлое реально вернуться?..

И все повернулись к Анжеле. Та улыбнулась:

– Да, так машинка и работала…

– Потом сломалась? – разыгрывая заинтересованность, съязвила Натали.

– Потом Валера её взорвал.

– И всё?

– Ну, да! С этого времени он мог уже обходиться без этого. Просто переходил в другое время. Как в метро во встречный поезд переходят…

– Девчонки, не спим! – крикнул Тим. – Время! Аудитория открыта…

Но тут раздался сигнал смарта из сумки Анжелы. Она достала телефон и, шагая к аудитории, поднесла к уху:

– Валерка! Как же я рада тебя слышать… Я тоже. Но как?.. Ты что, уже в Москве? Здорово!.. Валерка, у меня сейчас последняя пара…

***

Поручить передачу подарка постороннему было подобно предательству. Коробочку сунул в карман в надежде передать в ближайшее время самому. Что возможность появится скоро, ни секунды не сомневался. Надолго разлучённые мы были только частью нас прежних.

Пока же предстояло разобраться с небольшой тайной, которую скрывал серый опал перстня. Какое значение в этом инциденте играет камень? Может ли быть виновником перстень и серебро, из которого он сделан?.. Какую роль сыграла обычная статическая искра? Было ли случайным такое стечение обстоятельств, где искра, серебряный перстень и камень вместе создали такое состояние.

Или же это никакой роли не играло, а был другой фактор? Как выстрел из засады. Было множество событий произошедших одновременно, поэтому выстрела я мог не заметить.

Комната, которую я снимал в этом старом доме, была одной из десятка в огромной квартире одинокого пожилого хозяина. Мне, в своё время, понравились цена, расположение в городе и хозяин квартиры, сразу показавшийся добрым человеком. Он обещал без меня в мою комнату не заходить. Фёдор Алексеевич по квартире передвигался сам на инвалидной коляске с электрическим приводом, за ним и квартирой приходила ухаживать относительно молодая женщина, возможно родственница. Друг к другу они относились с явной теплотой. Эта женщина, Анна, готовила, кормила хозяина и убиралась во всей квартире, кроме моего скромного уголка.

Для нормальной жизни мои апартаменты были даже избыточны. Я здесь только спал и приводил себя в порядок. Мне достаточно было дважды в день питаться в городе и, если накануне не забывал зайти в магазин, то завтракать пирожком с соком у себя в комнате. У меня были ключи от дверей, так что я, не утруждая хозяина, мог приходить в абсолютно любое время. Что было одним из плюсов тоже.

По сравнению с этими, раньше у меня были жёсткие спартанские условия. Здесь моей была территория, богато заставленная мебелью, и мой, собственный, санузел с маленькой душевой кабиной, небольшой раковиной, стиральной машиной и всем остальным, подтверждающим независимость. Чуть тесновато, но более чем терпимо.

Дверь в комнату днём никогда мной не закрывалась и, когда был дома, хозяин иногда заезжал на своей коляске перекинуться мыслями. Сегодня решил, что лучше, если начну эксперименты с перстнем за закрытой дверью. По крайней мере, чтобы не вызывать у остальных сомнений в адекватности.

Продавец перстень запаковал в красивую коробочку тёмного цвета с синим фирменным бантом. Когда открыл, ювелирное изделие невинно покоилось там, как видно ожидало момент, когда будет возможность показать зубки. Трусом себя не считаю, но опасение быть атакованным вновь, заставляло придумать защиту. Думал: стоит ли надевать резиновую перчатку во избежание повторного поражения! Пришлось убеждать себя, что опасности нет, ведь выход уже опробован. Но страховки от новых чудес нет и случиться могло всякое!

Идея исследовать артефакт иным способом, без искры пришла сразу. Можно простым касанием вызвать аналогичный эффект. Такой способ из-за кажущейся безопасности, внушал большее доверие.

При касании искры не вышло, это хорошо. Но плохо, что вообще ничего не случилось. Облегчённый вздох завершил первый этап. Возможно впереди ждали десятки и сотни попыток получить ответ, что же такое сильное и непонятное произошло в зале ювелирного салона. Готов на это потратить весь вечер. Почти весь. Побрякушка могла оказаться ложным путём, который не приведёт никуда.

Ещё одно отступление, совсем небольшое:

Мысль об устройстве и принципе действия машины времени, которую когда-то вложил мне в руку предыдущий владелец, Виктор Александрович Егоров, беспокоила с самого начала. Пока не знал возраст устройства и надеялся, что заряд не кончится, и практикой выяснял что машина умеет. Документов к машине времени не было. Даже визит в прошлое к прежнему владельцу о приборе не открыл ничего. Изготовленный далеко в будущем он попал к нам с первым владельцем давно. И, поскольку работал на ядерной энергии, в заправке-зарядке не нуждался. Работал и работал.

Легализовать машину времени не дали разные люди по разным причинам. Главное, неизвестен был принцип. В более безопасных условиях, это стало бы открытием тысячелетия… Но всё так и осталось тайной. Даже когда начал совершать переходы без устройства, принцип перехода остался за тёмным лесом, потому как никаких неживых частей, которые можно ради проверочного эксперимента сломать в организме у меня, не было.

Благодаря своей уникальной истории, я мог двигаться с одинаковой лёгкостью и в прошлое, и в не случившееся ещё будущее. Правда, на небольшую дистанцию и с небольшой скоростью без точного определения координат времени. В нынешних круизах был слеп. Спасает лишь, что визиты близкие, а путешествие медленное. Было достаточным ориентироваться по привязанным ко времени событиям. Но только в прошлом, в будущем никаких привязок быть не могло, кроме чисто астрономических, таких, как положения на небе светил.

И вот теперь Москва, Малый Каретный, квартира Фёдора Алексеевича.

Чтобы избавиться от теории случайного прикосновения, по которой нечто интересное может произойти простым касанием, достаю перстень из коробки, верчу в пальцах, потираю камень и перекидываю из руки в руку. Перстень молчит, никаких эффектов не происходит.

Тогда решаюсь на внезапно пришедшее в голову: совершу переход в контакте с перстнем. В отличии от простого перехода буду держать опасное изделие в руке. Поворачиваю камень к ладони и крепко сжимаю. Замыслив переход в будущее, немного напрягаюсь…

То, что происходит нечто необычайное, понял ещё до начала. В зеркале на дверке шкафа рядом с собой увидел тёмную человеческую тень. И сразу переход!

Свет притух и стал мерцать, всё вокруг стало, словно на негативе, тёмное – светлым и светлое – тёмным. Стена за столом из ярко-розовой превратилась в тёмно-зелёную, чёрное зеркало экрана телевизора стало снежно белым. Всё задрожало, словно в стробоскопе…

Не знаю, знаком ли читатель со стробоскопом? Когда в пятом классе, наш самоучка, Толька Третьяк, чтобы удивить, собрал устройство из подручного материала у себя дома. И мы, выключив свет, любовались вспышками и возникающими от них раздельно застывшими кадрами от беспорядочного махания руками этого чудака. Было весело!

Здесь же всё было не как тогда. Свет полностью не исчезал. Он трепетал между предельными значениями.

От неожиданности не мог решиться предпринимать что-либо определённое. Думал, само утихнет! Что этого не случится понял, выждав минуту. Тогда разжал пальцы, перстень выпал в карман, мерцание прекратилось. Яркость негатива упала и я вышел из состояния перехода. Свет вспыхнул.

– Это что ещё за… – тут же произнёс с чувством голос за спиной.

Повернулся. У, по-прежнему закрытой, двери стояла незнакомка лет двадцати, в возрасте моей Лики. Широко открытыми глазами в недоумении смотрела на меня.

Я оторопел! Как она здесь оказалась? Я никого не приглашал. Если бы хозяин как-нибудь это сделал, я бы знал… Но это моя комната!

– Ты кто? – я старался быть спокойным, но всё-таки в моём голосе прозвучало крайнее недовольство вторжением.

– А ты?.. – молодая особа испуганно хлопала глазами. Но, пережив, гордо повела подбородком. Упёртая!

И отвечать пришлось мне:

– Я живу здесь! Это моя…

Когда хотел сказать «комната», с удивлением обнаружил, как всё изменилось. Куда девался стул, на котором я оставил куртку? Где шкаф с одеждой? Что с моей кроватью? Она, словно плесенью, покрылась чем-то белым и пушистым. Хотя всегда застелена была хозяйским тёмно-синим покрывалом.

Я отвернулся к окну.

– Это моя комната! – недовольно прозвучало в спину. – Слышите?

И окно было другим! Подоконник исчез и широкий проём светился теперь от пола до потолка словно в ресторане Останкинской телебашни. И вид за стеклом был другим. Возникло ощущение, что изменившаяся комната совершила переезд в другой город.

И время в этом другом мире было тоже иным! По визуальным ощущениям, сейчас раннее утро, а не время близкое к вечеру. Часов шесть или семь утра. Солнце только выбиралось из-за горизонта и лизало розовыми лучами верхние окна незнакомой многоэтажки напротив.

Я подошёл к этому окну без штор и занавесок и стал разглядывать пейзаж. Автостоянка под окнами пропала, теперь там темнел верх прямоугольника невысокого строения. На краю, у водостока, топтались, взмахивая крыльями, несколько светло-серых птиц. Хотелось от души выругаться! Но трезво рассудив, что вряд ли поможет, промолчал.

Происходит то, чего не совместить со здравым смыслом. И понять невозможно! Мир вокруг, после встряски полностью изменился. Это совсем другой мир!

Шагнул в недалёкое будущее и поменялось всё: переход прошёл в совсем других условиях, место, где оказался не походило ни на что ожидавшееся. Видимое намекало, что заброшен куда-то невообразимо далеко. Я запаниковал. Возникло ощущение, будто открыл глаза в каком-то другом месте…

За минуту меня сместило на годы, если не на десятилетия… Сейчас моя реальность ушла на исторически звёздное расстояние!

Перстень, куда же ты меня увёл? Знать дистанцию заброса стало важнее прочего! Без этого знания страшно не суметь вернуться…

Впрочем, чем я рискую? Раз это новые происки перстня, стоит ожидать, что и реверс обратно в своё время будет происходить по тому же сценарию с аналогично невообразимым эффектом. Стоит сжать в кулаке эту игрушку и реверс всё вернёт на круги своя. По следам своего прыжка я через минуту окажусь там, откуда попал сюда.

– Как вас звать? – повернулся к «наследнице» из будущего.

Но обстановка, пока раздумывал, стоя перед окном, изменилась в худшую сторону.

Незнакомка больше не выглядела испуганной и это было хорошо, но теперь она смотрела, а в правой руке, вытянутой в мою сторону, у неё был какой-то баллончик, похожий на аэрозоль, со странным раструбом. И её большой палец опускался к клапану.

Ну, вот! Сейчас пустит какой-нибудь мерзкий газ и я буду долго задыхаться и кашлять, оставаясь в этом чуждом времени. Потому что, нырять в реверс, задыхаясь от газа, равносильно самоубийству!

Что-то щёлкнуло и с гудением возле моего лица вспыхнул сноп огня. Щёку опалило жаром. Я только успел, перекрыв дыхание, отскочить во времени, не разбирая, в какую сторону понесёт. Выйти в реверс, чтобы вернуться, не получилось. Снова затрепетало негативное окружающее. Опасаясь вылететь в космос, оторвал палец от перстня.

Вышел в той же комнате. Свет шёл от окна. В комнате никого. Незнакомка с огнемётом исчезла. Это снова было хорошо!

Было сумасшествием оставаться только ради того, чтобы узнать куда, в какое время попал. Гудящий огнемёт был смертельно опасной игрушкой.

Безумный потенциал серого опала поражал! С ним вместе и возможности хрононавта Валерия прогрессировали! Он, то есть я, теперь мог бы пересечь значительно больший временной интервал. Всё происходит с невообразимыми лёгкостью и скоростью. Правда, для определения когда нахожусь, необходим любой календарь с датой! Интересно, остались ли в будущем календари, или какие-нибудь аналоги?

Подойдя, вижу лежит какая-то бумажка за спинкой кожаного кресла, придвинутого под стол. Отодвинул, сел и взял бумагу. Других источников информации всё равно нет! На бумаге был довольно-таки крупно распечатан английский текст:

«We’ve learned a lot about how the spacecraft operates and reacts to the solar environment, and I’m proud to say the team’s projections have been very accurate» И так далее.

По-английски шарю не очень, но тут понял более-менее. Вроде бы говорилось следующее:

«Мы много узнали о том, как космический оператор работает и реагирует на солнечное environment (environment – я в этом контексте не понял), и я с гордостью говорю, что командные прогнозы были весьма аккуратны»…

«Environment» должно означать «окружение». Какое такое «солнечное окружение», я не мог сообразить. Может быть речь шла о всей Солнечной системе?

Впрочем, это не заинтересовало. Проглядел до конца текст и не нашёл в нём ни одной ссылки на дату. Перевернул лист, но на тыльной стороне текста не было, снова перевернул и положил бумагу не место. Изменения, произошедшие пока крутил, были и привлекли моё внимание. Текст оказался новым:

«Keeping everything from the biggest planets to the smallest particles of debris in its orbit. Electric currents in the Sun generate a magnetic field that is carried out through the solar system by the solar wind—a stream of electrically charged gas blowing outward from the Sun in all directions».

Здесь было уже написано что-то про солнечный ветер и вообще ничего про «космических операторов», о которых было раньше. Странно. Быть может я положил бумагу обратной стороной кверху и текст стал виден только при определённом освещении? Снова покрутил бумагу перед лицом и увидел как текст стал меняться. Появлялись и пропадали цветные картинки с подписями и без. Расположение текста и картинок тоже менялось. А когда я провёл по английскому тексту пальцем, на этом месте появилась выделенная рамкой кириллица:

«Пекарь проснулся, сунул в пятнистую руку горячую чашку; он сгорел, прошипел, и князь-герцог продолжил…». Это был какой-то отрывок неудачного перевода. Значит, перевод был ещё одной функцией, заложенной в этот лист.

Это было классно. Это не простой листок, в нём что-то от электронного планшета или смартфона. Только не было клавиатуры и писать было нечем. Правда, и сама бумага, на которой это всё происходило, была совсем не «бумажной», очень плотной и не просвечивающей насквозь, как обычная. Но была такой же тонкой. Попробовал сложить и сделать сгиб, но она тут же распрямилась, без следа от приложенных усилий.

До сих пор вокруг было тихо, поэтому новый звук услышал хорошо, в квартире открылась дверь и послышались шаги.

Ну, вот, опять предстояла встреча с аборигенами! Для какой, интересно, безопасности у них тут всё припасено. Ручной огнемёт мог оказаться не самым страшным. Бросил лист на место, встал и отошёл от стола. На всякий случай взялся за кристалл в кармане, чтобы быть готовым ко всему, что может накаркать судьба.

Дверь распахнулась и та самая незнакомка из предыдущего варианта, только теперь уже в лёгком халатике с полотенцем на голове, проскользнула в комнату не глядя.

Такого визга, когда она открыла глаза, никогда не слышал. Уши заложило!

– Ну, что ж ты так?.. – попытался образумить эту сирену.

Она в какой-то миг замолчала. Возможно, чтобы перевести дыхание. Стояла с широко распахнутыми глазами и открытым ртом, готовым к новому звуковому заряду. Чтобы этого не произошло, постарался успокоить:

– Я совершенно не опасен. И не причиню зла… – старался говорить спокойно и убедительно, чтобы у неё не созрел план снова верещать или схватиться за свой баллончик с раструбом.

– Я тут случайно и сейчас уйду. Просто я раньше здесь жил и стал экспериментировать на своей территории. Простите, что испугал. Я не специально и уже ухожу! И… хочу знать, где я!.. В смысле, когда… Какой год, какой месяц… Меня зовут Валерий… – закончил , воспользовавшись возможностью представиться.

Рот у моей собеседницы медленно закрылся. Одна из угроз миновала. Незнакомка теперь смотрела удивлённо, с какой-то примесью жалости. Будто на тяжело больного, или на туповатого. У неё теперь была возможность подумать и принять правильное решение. Ожидал, что незнакомка, в ответ на мою самопрезентацию, хотя бы назовёт своё имя. Но вместо этого визави спокойным голосом спросила:

– Вы, Валерий, тот самый Евграфов?

Теперь отвисла челюсть у меня. Вот так раз! Та слава, о которой предупреждал Вяземский, докатилась сюда и расцвела пышным цветом! Было, конечно, приятно, но шокировало! Неужели борьба с кликой, захватившей монополию перемещений во времени цветёт пышным цветом здесь, и моё имя местные граффитисты тайком выводят на стенках? Или тут задействован какой-то другой фактор, который в изменившейся реальности учесть уже невозможно?

– Интересно, откуда вы знаете меня? – я решил это выяснить сразу.

– Мама рассказывала! – ответила она. – Про то, как вы испарились, закрывшись в комнате… Вас искали, запрашивали все инстанции. Потом о вас стали беспокоиться полиция и ФСБ. Но так и не нашли. А вещи ваши вон в том чемодане. Они никому больше не нужны и мама не стала выбрасывать, будто знала, что вы вернётесь за ними. Обувь, куртка, сумка и прикольное кольцо.

– Кольцо?..

Из сказанного не всё утряслось, но какое-то неприятное чувство обмана подобралось исподтишка. Кольцо, которое не успел подарить Лике почему-то осталось здесь! Лика не получила его к своему двадцатилетию… Да что же делается! Лика отпраздновала свой день без подарка. Раз не смог сделать тогда, то теперь не смогу вернуться?

Испуга нет, факт невозвращения ещё не осознан.

– Да, колечко. – продолжала девушка с полотенцем на голове. – Гламурное, гипнотическое… Я с ним выходила пару раз… Красивое, только чуть маловато…

Она взобралась на кресло, стащила с буфета, пухлый чемодан. Раньше такого буфета у меня не было и чемоданов таких не видел. Потрёпанный чемодан на магнитных защёлках распахнут и от его содержимого меня замутило. Вся одежда, до личных деталей, неаккуратно распиханная в три прозрачных пакета имела бомжеватый вид. Только красная рабочая сумка, скрученная в рулет, до сих пор казалась вполне нормальной, презентабельной. Достав её и порывшись в боковом кармане, незнакомка достала и протянула мне кольцо с сияющим искусственным опалом, которое так понравилось сегодня в магазине.

Правда, теперь на зеркально полированном изгибе благородного жёлтого металла заметны потёртости и царапины. Пару раз надевала и износила…

Да, бес с ним! Почему не вернулся назад и не исправил всё? Неужели камень в перстне действует только в одну сторону? И выбраться обратно возможности нет, предстоит мучительно долгий реверс без камня, если он, конечно, ещё возможен… Жить здесь, в этом враждебном мире, я не хотел ни секунды!

Прежде, чем попытаться, решил закончить здешние дела. Здесь уже давно не пугали огнемётом, значит, ещё есть возможность выяснить точку времени, где оказался.

– Это ведь ваше? – спросила незнакомка, она так и не назвала своё имя.

– Да, похоже. – я вертел в пальцах кольцо, оставшееся без упаковки. – Скажи только, какой сейчас год.

– О-о… Да у вас глюки в проце! – довольно-таки презрительно скривила губы она. – Как же вы могли джампить невесть куда? А если не я?..

Собеседницу понимал с трудом. Её слова требовали, если не перевода, то хотя бы понимания. И ударение в знакомых словах ставила тоже как придётся. Может у них так принято? Лучший из вариантов мир, был ужасным. Здесь путешественника встречают огнемётом в лицо!

– И какой у вас год? – я упорный.

– А если не скажу?.. – усмехнулась незнакомка.

Вот такие пироги! С одной стороны она считает, что ко мне относится с достаточным уважением, а с другой, наотрез отказывается ответить на простой вопрос.

– А если я буду настойчивым?.. Какие в этом могут быть тайны?

Я видел, что моя визави смущена и ищет способы что-то изменить в беседе. Явно стремилась диалог тянуть.

Как подтверждение услышал:

– У-у, какой грозный!.. Я спросила вас про вещи…

– Хорошо, начнём сначала. – перебил. – Меня зовут Валерий Евграфов. А вас?

– Оу! Он уже познакомиться хочет… – игриво, от третьего лица, хихикнула она.

– Как вас зовут?

Я по-прежнему старался держать беседу под своим контролем, насколько это будет возможным. Не позволю нагнать туман.

– Вы, молодой человек, меня просто смущаете. – сказала она и картинно потупила взгляд.

Всё бы выглядело нормально, если бы не эта игра. Перебор! Такое упорство в создании образа глупенькой болтливой девочки не могло быть естественным. Она всеми силами старалась не допустить меня до информации и задержать! Обеим сторонам светская беседа не нужна. Незнакомка хотела добиться чего-то более радикального: чтобы я не ушёл…

– Что хочешь? Задержать?..

Это был удар в точку! Незнакомка вздрогнула. Постаравшись это завуалировать, брезгливо передёрнула плечами.

– Это я хочу? Ведь не я, а вы сюда пришли! Это я должна спрашивать, что вы здесь забыли!..

И тут раздался мелодичный звук. Это было что-то хорошо знакомое, только в исполнении фортепиано с гитарой. Что это звонок в дверь, понял по настойчивому повторению фрагмента мелодии.

– Это соседка! – неизвестно как догадалась хозяйка и выскользнула из комнаты.

Не знаю, какая соседка, попадать в неприятность я не готов. Чтобы вышло безопасно, я кольца из руки сунул в задний карман брюк. Без колец мне не грозило улетать всё дальше в будущее.

Чтобы видеть, что могло бы угрожать, отошёл к окну, подышал, напрягся и выскочил из реальности обычным способом. Скорость перехода, чтобы остался визуальный контроль, постарался свести к минимуму, но тем не менее, дверь в комнату, как от взрыва, тут же распахнулась настежь и несколько тёмных фигур стали метаться по комнате. Халатик незнакомки продолжал маячить где-то за порогом.

Это – засада! Про соседку ложь. Хозяйка незаметно, не исчезая с моих глаз, сумела подать сигнал тревоги, и тут же явились визитёры. Знакомиться с ними было опасно.

Зачем пришли? Вооружены ли они? То ли взять меня хотели, то ли шлёпнуть. В любом случае, попадаться в их руки не надо.

Мир будущего оказался чуждым. Что мог сделать плохого для них и незнакомки в розовом халате Валерий Евграфов? За что они так на меня?..

Время шло. Оставаться так долго без дыхания становилось трудно. А тени продолжали мелькающий хоровод. Видимо, по какому-то своему наитию догадывались, что жертва рядом, и брали на измор. Но у меня оставался козырь! Я мог достать перстень с серым опалом…

Делать это не пришлось. В какой-то момент фигуры из комнаты исчезли и дверь схлопнулась. С трудом переводя дыхание, выпал в реальность. Незнакомка была здесь, сидела на своей пушистой кровати, перебирая ворсинки белого покрывала. Не визжала, не кидалась с огнемётом. Почти идеальная встреча.

Пока я мучительно дышал и восстанавливался, она молча за этим наблюдала. И это хорошо. Принял уже решение: вот отдышусь и попытаюсь реверснуть с опалом. Плевать я хотел на их секретную дату! Важно, чтобы никто не мешал!

И незнакомка, будто подслушав меня, молчала до самого момента, как я снова полез в карман за перстнем.

– Записку возьмите, Евграфов! – бесцветным голосом сказала она и указала подбородком на бумагу на столе, свёрнутую вчетверо.

Думая, что это фокус из той же оперы, некоторое время колебался. Броском схватил и ничего не случилось. Повертел в руках. На верхней стороне сложенного листка была надпись: «В.Е., лично». Конечно, прочитать, что лично мне пишут враги, хотелось. Но посчитав более разумным, решил сделать это после выхода из реверса, в своей спокойной домашней обстановке.

Всё, что требовалось, было готово. Сунул записку в задний карман, глубоко вдохнул и стиснул в кулаке артефакт…

Глава 3. Безгранично дальняя линия горизонта

Реверс с камнем удался. Удивило, что он не повёл прежним путём, как положено было реверсу. В этот раз отправил в прошлое, ни на дюйм не сдвинув со своего места. И возвращение получилось гораздо эффектнее предшествующих тусклых переходов.

Комната засияла, защищаясь, пришлось сощуриться. Взгляд через узкую щёлочку успевал выхватывать только основные детали быстро меняющегося интерьера. Сколько и каких изменений произошло, не запомнил, но в какой-то момент в комнате возник «мой» шкаф, и, выждав немного, решил вынырнуть на разведку.

Когда реализовался в той, чуть притухшей после яркого сияния реверса, реальности, комната оказалась пустой. Дверь плотно прикрыта, но светилась люстра под потолком. Закрытый шкаф с одеждой, чёрный телевизор на стене, стол безо всяких скатёрок и кровать, аккуратно заправленная «моим» синим покрывалом. Обернулся. Окно, задёрнутое знакомыми, почти прозрачными, шторами, имело старые, привычные очертания. Там, за окном, была ночь, только свет ближних фар автомобиля на парковке немного оживлял пейзаж.

Теперь точно надо определить дату, куда попал. На лакированном столе лежал белый смартфон, и я ни секунды не сомневаясь в законности своих действий, взял его и запустил.

При запуске этого смарта дата появилась и мгновение спустя исчезла.

Итак, «19 июня, пятница» – всё, что успел разобрать. Года, как и полагается, не было, только число, месяц и день недели. Почему бы не писать год? Может, у меня память слабая и необходимо каждый раз напоминать подробно. Или, предположим, я – путешественник во времени…

Снаружи, из недр квартиры никаких звуков. Но догадка, что кто-то должен быть, была. Свет в комнате оставался включенным и смартфон на столе ждал хозяина или, быть может, хозяйку. В любом случае, кто-то ещё оставался в этой квартире. Пока был свободен в выборе, решил поискать на какой год может выпадать пятница, 19 июня. Достал свой смартфон и включил.

При включении появилась прошлая дата: «19 мая, вторник». Это день, когда я начал эксперимент. А 19 июня, в этом году, как раз и будет пятницей. Выяснять другие годы с таким соответствием дат и дней недели было утомительно, и я решил всё выяснить просто. Подошёл к своему шкафу и распахнул дверь. Мои вещи были на месте. Даже небрежно развешенное в последний раз на плечиках банное полотенце оставалось точно таким, как в момент начала эксперимента, оказавшегося таким неожиданно долгим и опасным.

Провёл пальцем по верхнему краю дверцы. На пальцах серый налёт, пыль… Я недавно убирался в своей комнате. За месяц даже при отсутствии хозяина, такое вполне могло быть. Если больше никто не убирался. Значит это мой год! И такая дата сейчас была реальной: 19 июня 2020 года! Разбираться, почему в ночной комнате свет и чей телефон на столе, не стал. Важно теперь не промахнуться и вернуться сразу после ухода, чтобы это оставалось никем не замеченным!

Возможность попасть точно должна определяться низкой скоростью перехода. Это позволяет наблюдать за меняющейся обстановкой, поэтому перстень был взят за камень двумя пальцами, очень нежно. Слабый контакт позволит маневрировать скоростью на нижнем пределе.

Глубоко вдохнул, пошевелился и снова выскользнул. В реверс вошёл с какой-то действительно невысокой скоростью… Яркий синеватый свет сменился радужно-голубым. Это день и яркий свет из окна… Чтобы ускорить, слегка сжал пальцы. Свет потускнел и снова вспыхнул. До мерцания далеко, свет и полутьма сменялись раз в секунду. Это уже приемлемая скорость перехода!

Я отсчитал несколько секунд и разжал пальцы на опале без выхода. Реверс на самой низкой скорости. Стандартный реверс. Оглянулся. В голубоватом сиянии комната оставалась пустой. Никого движения теней нет. И стул на том самом месте, где помнил, и на его спинке висит моя куртка.

Выглянул, и в реальном времени чуть не столкнулся с собой! Тёмная тень на фоне яркого окна возникла и тут же растаяла. Это же случилось и перед отправлением: я тогда в зеркале увидел тень, и меня унесло.

Ну, здравствуй и до свидания, Валерий Евгеньевич-второй! По времени, конечно, ты первый… Давай, катись к своему экстремальному приключению, которое покажется сразу и многообещающим, и страшным.

Время на карманном смартфоне должно было бы совпасть до секунд, если бы, конечно, не было самого путешествия. Это дополнительное время явилось цифровым и нематериальным аргументом, что удалось вынести из вояжа.

Из нематериального вынес ещё опыт обращения с этим страшным изделием из камня и серебра. Изделие стало сокровищем, катализатором переходов. От возможностей дух захватило! Дальность и скорость переходов поражали! И возможность регулировать условия тоже.

Свобода в путешествиях поражала! В прошлое можно теперь ходить вне зависимости от своего положения в том времени. Могу встречаться с собой как с другим человеком, общаться, влиять на свои поступки. Такое уже было тогда, когда была машина времени. Дистанция броска теперь не связана с наличием в том времени меня.

Сотню лет в прошлое? Да, легко! Теперь не стоило называть это простым реверсом. Это стало больше и круче. Истинным путешествием во времени! В прошлом открывался весь мир, вся его география и вся история! Через прошлое была возможность влиять на идущее следом. И мне это ничего бы не стоило!

И запрограммированного машиной времени путешествия, было теперь мало! Я переходил на новый, более высокий и совершенный уровень.

Да, перстень проявил себя силой! И мой, начавшийся таким несмелым, первый эксперимент удался на все сто! Там в магазине, плавая во мраке Вневременья, пришпиленным искрой к этому перстню с опалом, я не мог даже представить, что с помощью этого предмета, удастся так много! Уже предвидел новые приключения, к которым упорно меня подтаскивала судьба. Меня прямо корёжило от восторга!

Когда собрался пройтись к магазину за кефиром с булочкой на завтрак, вспомнил белый смартфон, который через месяц мог оказаться на столе в моей комнате. Я почему-то витал в каких-то эмпиреях и не узнал смартфон моей Лики. Я подарил ей его, когда Лика уезжала в Москву поступать в институт. И не узнал, найдя в своей комнате. Вероятно, она была тогда рядом.

Как моя Лика могла попасть ко мне? Она даже не знала, что мы живём в одном городе. Как, в конце концов, это допустили федералы? Но спрашивать об этом теперь не у кого. Всё осталось в прошедшем будущем. И сейчас это волновало меня одного.

Попробую объяснить почему же в этот день мне выпало пойти за подарком для девушки, хотя до дня рождения Лики оставалось три дня? Сегодня у меня во второй половине дня, после всех прослушанных лекций, неожиданно выпало свободное время потому как вчера на тренировке, я не очень-то специально, но вполне сознательно повредил руку своему тренеру по единоборству, не стал сдаваться и потом решил не исправлять, пока возможность переиграть, была ещё безболезненной. Просто не хотел сдаваться! Тренер – молодец, но довёл своими попытками найти в безнадёжно неквалифицированной защите слабое звено. Я, лишь для того чтобы показать, что могу и не нуждаюсь в обучении этой легкотнёй, более семисот раз использовал реверс, и те несколько минут, что длился спарринг для тренера, для меня растянулись на час.

Особенно тяжёлыми были последние несколько секунд. Утомительные условия в беспрерывном переигрывании различных вариантов! Тренер был супер, опытный, умелый и упорный! Я был почти в ауте, когда он решил «дожать». А во мне взыграло самолюбие, сдаваться и ложиться на лопатки не собирался. Пришлось, после последних двадцати неудачных попыток, всё-таки сломать ему каменное предплечье. Стыд от сделанного пришёл позже! Но менять ничего не стал. Сдаваться после стольких затраченных усилий было глупо. Да, это было нечестно, но у меня сил на честную борьбу не осталось.

Вызвал неотложку. Хоть он и противился, говорил, что до травмпункта дойдёт и так, ноги-то здоровые, но я всё равно вызвал и его увезли.

Сейчас стыдно! Ради решения своих сиюминутных проблем портить здоровье хорошему человеку, было преступно.

И вообще, я, конечно, многому научился за тот час с тренером, но лучше бы осваивал это постепенно, на тренировках и без членовредительства.

А сегодня пришла инспекция, орава спецов разного класса. Сперва в зал, где я занимался в одиночестве, зашли и тихо устроились в уголке трое молодых людей. Я никого из них не знал, поэтому отвлекаться не стал. Они тихо беседовали, когда пришлось идти мимо них к беговой дорожке, на которой привык заниматься. Через некоторое время заметил, что толпа стала больше. Прибывали новые. Ещё и ещё. Поглядывал с удивлением на растущую и ничем не занятую толпу. Они сидели тихо, на другие тренажёры внимания не обращали. Другие дорожки были свободными, но их интересовала только моя. Явно они меня не касались, да и смотрели как бы вскользь, но меня их настойчивое присутствие стало задевать. Вскоре не выдержал, отключил дорожку и двинулся к ним чтобы всё выяснить.

Все разговоры стихли, они, не скрываясь, смотрели на меня. Навстречу поднялся самый, на мой взгляд, солидный их них. Тёмно-серый цивильный костюм с иголочки, белая рубашка с серым галстуком в косую полоску и неспортивные серые туфли. Обширная залысина на голове и седеющие усы над губой. Глаза внимательные, на плотно сжатых губах тень властности. Я тут же увидел в нём начальника, поэтому от замечаний сразу отказался.

– Валерий Евгеньевич Евграфов? – спросил он, едва я подошёл.

Соглашаясь, склонил голову.

– Числов Сергей Николаевич. – представился он. – Надеюсь, мы вам не сильно помешали?

Мне хотелось ему сказать, что безусловно помешали. Но хамить при таком уважительном отношении, не стал.

Кратко ответил:

– Нет!

– Помните бой… то есть, последнюю тренировку с Олегом Витальевичем?

Как не помнить? Жёг стыд с той секунды, как почувствовал неестественный изгиб кости его предплечья. Вот, оказывается, зачем эта комиссия! Будут разбираться с тем, кто выключил тренера.

– Помню! – вновь откликнулся лаконично.

– Мы рассмотрели всю тренировку, – сказал Числов. – по кадрам буквально… Да, я забыл сказать, в зале ведётся видеонаблюдение. – собеседник немного смутился. – Не постоянно, но в тот день почему-то велась запись…

Шквал мыслей охватил меня. Они запись разобрали по кадрам… Это значит моя правая рука снова «мерцала»! Такое было на записи с площадки у моей квартиры в прошлом году. Тогда Вяземский заметил мерцание руки, связанное с переходами во времени. Выходит, я снова совершил глупость! Как неудачно вышло!

Надо решать с возвращением того времени и отменой глупого спарринга. Вернусь, сдамся ещё до серьёзной борьбы и всё будет нормально. Но дистанция уже большая и нужен перстень, а я оставил его в раздевалке и пока туда добираюсь, эти любители справедливости, будут пилить.

– И мы увидели у вас целый ряд нетрадиционных приёмов. Я, например, о таком даже не слыхал. А у меня в этом вопросе большой опыт. Вначале показалось, что вы делали что-то неправильно, непрофессионально, но результат впечатлял. Это фантастика!

За спиной у Сергея Николаевича раздался гул согласных с ним статистов. «Фух!» – подумал я. Если только в этом дело, то, вероятней всего, исправлять ничего и не придётся. Совсем не улыбалось тащиться в прошлое по скользким временным тропкам, чтобы безвозвратно исправить тот неприятный момент. Исправление задело бы и близлежащие области подарка Лике и серебряного перстня.

– Так вы только из-за этого?.. Простите, с кем имею честь… Кто вы, Числов Сергей Николаевич?

– По физической подготовке я здесь самый главный. По должности старше меня только начальник, генерал-майор Мазуркевич Александр Владимирович. А моё звание – полковник. Я занимаюсь всеми вопросами физической подготовки личного состава училища и должен следить за всеми новшествами…

Остальные из пришедших ко мне, видно были младше в звании. Стояли поодаль и жадно смотрели на нас. Полковник проследил за моим взглядом.

– А это все, кто хотел бы поучиться у вас. Ведь вы не откажете?

Это было совсем не то, обсуждать такие вопросы я не готовился. Как ему объяснить, что я никто и мне самому ещё учиться и учиться, а это всё фокусы времени, которыми владею давно. И объяснить их никто не в состоянии. Я лишь переиграл моего профессионального и опытного тренера чисто случайно.

Всё, что делал, приводило ко всё большему снижению позиции, в шахматах называемому цугцванг. Любой допустимый ход приводил к ухудшению. Пришлось применять недопустимый.

Моего ответа ждали человек пятнадцать, пытавшихся по выражению моего лица предугадать ответ. Я чуть поморщился, и у большинства огорчённо отвисли челюсти, в предвидении отказа. Я усмехнулся этому, и они заулыбались.

С какой-то надеждой на то, что мне потом удастся увильнуть, я спросил:

– А можно мне посмотреть эту запись?

– Идёмте ко мне в кабинет! – тотчас согласился Сергей Николаевич.

И мы с ним, не оглядываясь на остававшийся контингент, потопали в раздевалку. Вот там мне можно было уйти и всё исправить, перстень с опалом по-прежнему лежал в кармане. Но мне этого уже совсем не хотелось. Переоделся, запер свой шкафчик. И мы с Числовым вышли из здания, где был спортзал и двинулись в сторону административного. Там на втором этаже у Сергея Николаевича оказался средних размеров кабинет с огромным монитором на стене, на котором как раз застыл кадр позавчерашней тренировки.

Надо сказать, не самый приятный кадр! Там мы с тренером после последнего момента поединка стояли рядом и моё лицо в этот момент должно было выражать вымученное облегчение. Правда, камера была далековато и различить можно лишь, что я пытаюсь помочь, а он этого не хочет.

Сел перед монитором, а Сергей Николаевич, убедившись, что я устроился удобно, включил запись с начала поединка и сел рядом со мной.

– Понимаете, Олег Витальевич для нас всех… – зажурчал в ухо его голос. – …как бы незыблемый авторитет. Обучался в Японии. Он, было время, с самим президентом занимался. Ещё освоил стиль Кадочникова, если вы знаете о чём я. И только возраст и положение не позволяли ему, заведомому чемпиону, выступать в международных соревнованиях. У нас он не проиграл не одного поединка. Здесь часто устраивали такие бои. Все хотели себя попробовать. Но он до последнего времени держался молодцом. Я сказал ему недавно: «Спорим, что ты продержишься ещё лет десять, не меньше!». Он ответил: «Увидим!». И вот, увидели… Всё, придёт срок, кончается.

Сергей Николаевич тяжело вздохнул. На мониторе шла ещё начальная стадия, мне удавалось ещё вполне изрядно справляться с атаками. Тренер мне, молодому, необученному, говорил что и как он будет делать. И как мне надо отвечать. Звука в кабинете не было, только слабые мимические движения лица, но в моей голове звучал его голос.

– Но так всё равно когда-то должно было случиться. – продолжил хозяин кабинета. – Ему уже давно предлагали уйти на пенсию, но он не хотел. Всегда подтянутый, всегда готовый… Да, и справлялся он со своей работой великолепно. Я не знаю второго такого…

В это время на мониторе Олег Витальевич ловким движением корпуса снова пытался заставить меня потерять равновесие, но я не сдался и переиграл этот инцидент примерно в двадцати вариантах. Из всего этого на экране осталось лишь короткая последняя часть, когда мне удалось перехватить руку нападавшего и отвести от себя. И после этого тренер больше не говорил и не церемонился. Я видел, как сильно напрягло его такое невероятное событие – мне удалось уйти от приёма с потерей равновесия и захватом руки. Правда, я ошибся и не воспользовался тем, что сам захватил руку соперника и ничего не провёл в ответ. Хотя, технология броска была ясна.

– Вот я и говорю, пришёл наконец противник достойный тренера! Вы, Валерий Евгеньевич, просто не оставили ему шансов. Вот в этот последний захват, он вложил всё…

Да, на мониторе как раз и был этот последний момент. Я мысленно услышал как хрустнула кость, меня аж передёрнуло!

– Вы, Валерий Евгеньевич, не волнуйтесь так! Срастётся у него рука. – Числов следил за моим лицом. – Поболеет немножко и срастётся. Правда, пока тренировать наших дзюдоистов он не сможет. И у нас тут… – он повернулся и хитро прищурился. – Я вполне серьёзно хочу предложить вам поработать у нас тренером. Только не отвечайте сразу! Вернитесь к себе, подумайте…

– И думать тут нечего! – не задумавшись, ответил ему. – Вы, наверное решили, что я крупный мастер, сенсей, гуру дзюдо? Так вот, у меня всего неделя занятий с Олегом Витальевичем, и ничего до этого. Я никогда раньше на ковёр не выходил! Что же вы с таким тренером станете делать?

Я думал, после этого нам и говорить будет не о чем. Но спортивный начальник даже не моргнул:

– Мне кажется, вы измените своё решение. Подумайте сами! Солидная ставка, своя комната, не в гостинице будете проживать. Ещё льготы разные…

Сергей Николаевич говорил, не давая поперёк вставить слово.

– По сравнению с другими, у нас практически идеальные условия. Единственный минус – мы не можем принять вас на постоянную работу. У нас только одна единица в этом…

– У меня тоже одна единица… – аккуратно подсёк его на вдохе. – …и я разорваться вряд ли смогу. Вы только не обижайтесь. У меня здесь другие задачи. Мне с вашими проблемами справляться будет невозможно.

– И всё-таки вы подумайте! Не торопитесь сказать безвозвратное «нет». Такая возможность случается не каждый день!

Сергей Николаевич не хотел принимать отказ. Считая, что высказал всё, не глядя на меня, встал, стряхивая с костюма невидимые пылинки. Я тоже поднялся. На мониторе опять стоял всё тот кадр, где я, новичок, смотрю на дело рук своих и не желаю ничего исправлять…

Впереди ждали ещё индивидуальные занятия с двумя специально приходящими преподами, но выйдя из административного корпуса, решил, что от остального не жду ничего хорошего. И надо связаться с другом и покровителем, выяснить всё окончательно. Эти десять дней прошли слишком вольготно. Да, посещал лекции и индивидуальные беседы, со мной персонально занимались специалисты. Но чувствовал себя чужим, болела душа об оставленном в родном городе, деле. Как там ребята справляются без меня в «Чёрном принце»?

И скучал о Лике. Она была здесь, рядом. За пятьдесят минут мог добрался до неё на метро. Только нельзя с ней встречаться! Она не должна знать, что я здесь,в часе езды от неё. Богданов решил, что так нам будет безопасней. По телефону общаться мы могли, а встречаться – нет! Странная мотивация!

Как утверждал Богданов, на меня готовилась очередная атака и пока угроза не миновала, мне стоит оставаться в тени и под присмотром. На куртке закрепили джипиэс-ответчик, позволяющий следить за моим положением в пространстве. И именно из-за этого я тогда оставил свою куртку на стуле, мало ли как могло сложиться. В общем, я, как хорошая сторожевая собака, оставался на короткой привязи!

Достал из сумки старенький уже китайский смарт и нашёл среди контактов номер Богданова. Но труба сразу же ответила отбоем. Занят, или телефон отключен. В этом был весь Богданов: нужен или не нужен, найти его всегда проблема.

Что делать? Поступить гордо и, наплевав на безопасность, махнуть к институту Лики, или дождаться одобрения полковника и вечером? Или подчиниться, продолжить существование на прежних условиях?

Пока я стоял на улице и раздумывал, между припаркованными автомобилями ко мне приблизился какой-то верзила, явно не из этого института. Метра под два ростом и не спортсмен. Походка неустойчивая.

Когда верзила подошёл ближе, спросил:

– Валера?

Я кивнул.

– Идём! – повелительным тоном приказал он и стал поворачиваться, вероятно, уверенный, что я тут же последую за ним.

Но у меня уже был опыт общения с незнакомцами, и здесь со мной так никто ещё не обращался.

Спросил, пока верзила не успел отойти:

– Вы кто?

Когда тот остановился и обернулся, обстановка за доли секунды изменилась. Он прыгнул в мою сторону и в его руке оказался тёмный предмет. Это сразу показалось опасным, реагировать пришлось на автомате, меня уже пытались поджарить ручным огнемётом! Опал на перстне остался в кармане, залезть туда не успевал. Напрягся, сжался и замер в темноте замёрзшего до беспросветности времени. Задумался, выбирая сторону, куда бы уйти.

В будущее, пропустив момент настоящего, нырнуть желательно, это давало возможность узнать что было нужно нападавшему. Он ведь не просто так наткнулся на меня, он знал имя и шёл конкретно с какой-то целью.

Как бы то ни было, впереди был только один путь – вперёд, в будущее. Проломив темноту, двинулся навстречу тусклому свету. Глаза быстро привыкли к расплывающейся в воздухе мутной фигуре верзилы. Его облако несколько раз пролетало сквозь меня и ещё какое-то мгновение он маячил внизу, на четвереньках. Потом, воспарив, облако метнулось прочь. Упускать нападавшего нельзя и я вышел из временного потока, кинулся следом.

Его широкая спина в ярко-жёлтой футболке была ориентиром на значительном расстоянии, но шёл он не так быстро, как вначале казалось. И в толпе народа, валящего через парковку, эту жердь, идущую нетвёрдой виляющей походкой, была видна издалека. Требовалось подойти ближе, дистанция стала быстро сокращаться.

У парка, почти его нагнал. Окликать и останавливать агрессивного противника в толпе пешеходов остерёгся. Лучше обойтись без драки.

В парке никого, и здоровяк, прошагав, свернул к скамейке в кустах. Там небольшой тупик, деваться некуда. Если, конечно, не пытаться выбраться через кусты. И я сразу же свернул на газон и стал огибать тупик в кустах с тыла, чтобы выйти с неожиданной стороны. Когда пробрался за кустами и вышел с другой стороны, увидел нечто неожиданное. Мой здоровяк стоял у скамейки на коленях и мучительно давился, облегчая желудок.

А на руке у него, лежащей на скамейке, присутствовал чёрный напульсник. Широкий чёрный напульсник с дисплеем, на котором постоянно менялись хорошо различимые цифры…

Глаз кольнуло: слишком много нулей!. Последние цифры менялись быстро…

В голову не пришло бежать, спасаться от возможного взрыва. И пока успевал, бросился к нему, в попытке узнать важное. Но цифр на дисплее, отличных от нуля почти не было.

– Эй! – привлёк внимание к себе.

Здоровяк осознал моё присутствие, только когда мы были в шаге друг от друга. Повернул ко мне голову, пытаясь вскочить. Какой-то предмет из его руки выскочил и упал к моим ногам. Когда взгляд вернулся к здоровяку, того уже не было, а над асфальтом взвился султан пыли.

Глава 4. Растаявшая во времени тень

Единственный, кто мог бы ответить за нападение, ускользнул, растаял за пеленой времени. Ведь тот чёрный напульсник с дисплеем, что я разглядел на его руке, был джампером, как в будущем стали называть наручную машину времени. Вышло, здоровяк, чтобы только кинуть в меня жестянкой, прибыл откуда-то из иного времени. Будем полагать, из будущего…

Жестянка лежит на асфальте у ноги. Нагнулся и поднял. Тяжёлая. Внутри плещется жидкость. Похожа на аэрозольный баллон, только карманного размера и тяжёлый, тяжелее баллона аэрозольного спрея. Может быть бомбой или, скорей, огнемётом.

Клапан распылителя большой и красного цвета. Отвернув от себя, осторожно положил палец на клапан. Но, не надавил и палец убрал. На чёрном корпусе немецкая надпись намекала на опасность: «Gefahr!»

Чтобы не взбалтывать, осторожно опустил себе под ноги, поставив на асфальт. Не стоит к опасности относиться легкомысленно. Gefahr, значит gefahr!

Теперь без помощи Богданова не обойдусь. Сторожить опасную вещь или везти в транспорте неразумно. Сдать полиции – неразумно, в мою версию там не поверят. Вновь набрал номер Богданова.

Очень недовольный моей настойчивостью полковник ответил с большим опозданием:

– Валера! Как ты не поймёшь, у меня работа.

– А я тут отдыхаю… – пошутил я. – Мне необходима помощь. На меня, Юра, только что напал какой-то тип. Своё непонятное оружие он бросил здесь…

– Где находишься, знаю. Будь там, жди! – Богданов ответил быстро и отключился.

Жди…

Ждать было бы приятно. Вольготно расположиться на скамейке, тупо разглядывая окрестный кусок природного ландшафта с кустами, деревьями. Но у меня в кармане куртки до сих пор лежал перстень, опробованный только раз в условиях домашних. Не терпелось испытать его в реальных, приближенных к боевым, условиях.

Здесь и сейчас!

Отыскать где-то в необъятной вечности времени жёлтого здоровяка – хороший повод. Сунул руку в карман, нашёл перстень и исчез из реального времени.

Реверс, чтобы выйти в любые точки нахождения в нашей реальности персоны, подлежащей розыску. Мир моргнул, вспыхнул синим. Ставшая непривычно желтоватой молодая листва деревьев дрожала, расплывалась от порывов ветра. Фигура с зеленоватыми руками, это мой двойник, в самом начале реверса выскочила от меня и отбежала. Рядом возникла ещё одна фигура в зеленоватой футболке, и они обе разлетелись в разные стороны.

Ладно, проверили! Всё работает и путь до этого места уже пройден. Теперь надо проследить за жёлтой футболкой раньше встречи на стоянке у погранинститута, чтобы проследить момент входа. Как сделать это удобней, или в момент появления пришельца, или при его уходе, мне предстояло ещё выяснять. Синхронное скольжение по пути другого путешественника во времени казалось лёгкой задачей. Надо лишь определиться, как сделать это надёжно.

Воспользоваться точкой выхода не мог по причине связанности. Когда только попытался приблизиться, помешала моя фигура, мой двойник из прошлого. Совсем забыл, что сам присутствовал при его исчезновении и если бы попытался, в моём прошлом образовалась бы не вакансия, там появился бы двойник, увидивший как исчезает пришелец вместе со мной. А это петля! Очень неудачное начало преследования. Решил, что точка прихода теперь единственная возможность пройти за громилой в жёлтой футболке туда, откуда он пришёл.

Баллон по-прежнему, как я его поставил, оставался под скамейкой. Если, пока не приедет Богданов, его найдут какие-нибудь посторонние, вернувшись смогу переиграть и всё исправить в очередном реверсе.

И я отправился в прошлое, следуя за всеми движениями громилы в нашей реальности. Вернулся опять к парковке, возле которой мой противник дожидался меня. Тот баллон оказался каким-то аэрозолем. Тип пшикнул у того места, где была моя голова в предыдущий момент, но сам попал под действие повисшего в воздухе тумана, когда заглянул под днище автомобиля. Потому его и мотало по дороге к парку.

На парковке мы столкнулись случайно. По его пути до нашей встречи я двинулся в прошлое. Громила, большей частью бесцельно, мотался по окрестностям. И в конце, или в начале, мы снова вернулись в парк.

Там он, пятясь, зашёл за кусты метрах в ста от той скамейки, где потерял свой баллон, и там около восьми утра, удачно пропал. Я пожалел, что наблюдаю за ним издалека и реализовался в тот же момент времени, только ближе к месту. Дождался, пока Жёлтый снова реализуется в моём времени, чтобы уже по его следам попытаться отправить себя назад в будущее.

Всё оказалось сложнее, чем ожидал. В момент перехода я находился совсем рядом, за его спиной, и когда пытался попасть в канал, из которого вываливался этот жук, то видел лишь его самого, снова таявшего в воздухе. Синхронизация не происходила ни в реверсе, ни при прямом переходе, что бы я ни делал! Какие-то доли мгновения разделяли меня с ним. Чего-то там не хватало для нашего совместного попадания в канал времени.

Очень могло быть так, что попасть в канал идущий во встречном направлении невозможно было даже принципиально. В конце концов утомившись биться в закрытую дверь, решил забыть неудачные попытки и заняться текущим в настоящем. Разрешить проблему с оружием, оставленным в парке, необходимо было раньше всех остальных дел.

К приезду специалиста по нетрадиционному оружию, я перескочил из прошлого снова с помощью опала. Все следы, у скамейки, и баллон по-прежнему оставались нетронутыми. Я встретил подъехавшую машину и вкратце старшему группы, майору с занятной фамилией Браславец, не переходя грань общепринятого, доходчиво рассказал о нападении и указал на тяжёлый баллончик с жидкостью внутри. Его один из бойцов, надев резиновые перчатки, бережно упаковал в чёрный пакет, туго завязав широким хомутом. В это же время двое остальных начали осматривать окрестности в поисках других артефактов. Они, конечно же, наткнулись на лужу, оставленную Жёлтым и вопросительно посмотрели на нас с майором. Я сказал: «Да!», майор кивнул и ребята принялись собирать разлитое. Собрали всё и даже сумели отмыть асфальт на всякий случай.

На все операции ушло минут семь. Потом они на своей камуфлированной серо-зелёной машине выехали из парка.

Тащиться к комфортабельной ночлежке Фёдора Алексеевича рано, у меня дела: надо найти, куда скрылся, точнее, откуда взялся этот Жёлтый. Если машина времени, джампер на его руке простой, то есть не может одновременно перемещать во времени и пространстве, то эта точка в парке была нулевой точкой координат во времени, нужно лишь пройти по этой точке по пути в будущее, где джампер взял носителя.

Далеко от этой точки отходить нельзя, и для возвращения оборудовал его своими знаками. Пришлось найти, ярко-красный для зелёной листвы пакет, обмотать им ветку куста. Этот сигнальный маячок в худшем случае завтра уберут те, кто следит за чистотой в парке, в лучшем – отметка останется до конца сезона. Возвращаясь буду ориентироваться о времени, когда пора выходить.

Сделать это стоило! И отговорки, что делаю это для того, чтобы разобраться в грядущих проблемах человечества, с действительностью имели мало общего. Очень хотелось испытать бросок в далёкое будущее без мощной машины времени на руке. Про опасности на этом пути старался не думать. В конце концов в этой точке в квартиру с огнемётом попасть не грозило.

Перстень в ладони. Глубокий вдох, сжимаю кулак и ныряю через портал в грядущее…

С какой скоростью это происходит и как далеко унесёт, предстояло выяснить в процессе. Окружающее стало негативным и изменения заметными. Кроны деревьев росли и раздувались всё больше, пока, в какой-то миг, не исчезли. Сколько времени прошло до исчезновения в реальности? Явно не недели и не месяцы.

При такой скорости уловить момент появления жёлтой футболки было невозможно. Поэтому пришлось придержать контакт с перстнем. Скорость упала и удалось разглядеть вокруг себя мелькавшие светлые тени. Их было и много, и мало, иногда вообще никого. Но скорость снизилась ощутимо. Можно было рассмотреть суточные и даже часовые изменения. Бегающая чёрная полоса в розовом небе стала багровой звездой, пролетавшей по небосводу.

Скорость-то упала, но процессы в организме остались на прежнем жизненном уровне. И я стал нуждаться в передышке. Весенняя обувь при выходе в реальность утонула в снежном перемёте. Даже облачко белой пыли разлетелось.

Вокруг ярко сверкающее белое поле, заполненное не понять чем. Грядки, не грядки. Это больше походило на аккуратно расставленные теплицы… Красной отметки, как и самих кустов уже не было. Освещённое пространство заполнено расставленными на снегу конструкциями, похожими на, сплющенные снизу, прозрачные яйца, чуть выше лежащего на боку шкафа для курток. Падавший снег на стекле не держался, поэтому простор площадибыл засыпан.

Сзади один из стеклянных пузырей утыкался мне в ноги, что позволяло заглянуть внутрь. Там было что-то от средства передвижения. Сквозь тонированное стекло виднелось почти лежачее кресло для одного человека. Если, конечно, это действительно средство передвижения, никаких органов управления не было. Человек как-то забирался внутрь, ложился в кресло и больше ничего не делал.

Рассуждал, как специалист по автомобилям. Как средство двигалось и двигалось ли вообще? Тем более, что выехать отсюда по узким дорожкам весьма проблематично. Так что, закончив восстанавливать дыхание, вспомнил про жёлтую футболку. Стартовать отсюда в прошлое было возможно, следовало искать дальше.

Последний раз глубоко вдохнул и двинулся дальше с той же скоростью для наблюдения. Снова багровая тьма с небольшими просветлениями. Панорама не меняласьа. Поле кипело своей непонятной жизнью. Событий, напоминавших о том, что здесь искал, не возникало. Едва посветлело в очередной раз, снова понадобилось передохнуть. Время снаружи на этой скорости двигалось медленно. На единичный переброс уходило четыре или пять суток всего. При выходе открылась та же площадка с пузырями, только освещённая солнечным светом. По заснеженным дорожкам спешили местные.

Был сильный ветер, который едва не сносил с ног. Был вечер. Багровеющее солнце в туманном мареве сияло где-то за домами. Бросилось в глаза множество пустых ячеек вокруг, лишённых стеклянных пузырей. Стройные ряды поредели.

Сверху послышался сигнал. Вздрогнул от неожиданности и взглянул вверх. Надо мной снижалось что-то, вроде большого чёрного утюга с двумя скруглёнными носиками и четвёркой коротких лапок. Пришлось шарахнуться в сторону. Но точка моя, покидать её опасно.

Севший аппарат вблизи напоминал другие, стоящие здесь, он плавно коснулся площадки и тут же, поджав лапки, просел. Это летающее средство передвижения.

Тонированное стекло кабины запрокинулось и бородатый мужчина в тёмных очках встал и вышел возле меня.

«Шотландец!» – оценил я. Из-под украшенной трёхцветными чёрно-красно-белыми квадратами юбочки-килта у него едва не торчали голые коленки и белые шерстяные гольфы, обтягивающие голени. Во всех нюансах шотландской национальной одежды я разбирался слабо, но общее впечатление было таким – истинный шотландец! Правда, шотландец заговорил на русском. Безо всякого иноземного акцента:

– Это моё посадочное место. Чо замер тут, будто не слышишь! – прокаркал липовый шотландец, уставившись очками в плитку у моих ног.

Это был вызов! Я не ожидал слышать здесь, в будущем, которое с детских лет виделось светлым и мудрым, столь откровенного хамства. Даже знание проблем у них в будущем, не могло пошатнуть этот светлый образ. Впрочем, чему удивляться? История тёмная наука скрывала большую часть нюансов течения времени. И я не стал грузиться. Не за тем сюда попал! Вступать в перепалку с аборигенами не стал, продолжал восстанавливать дыхание. Изо рта шёл пар.

– Оглох? – не отставал «шотландец».

О чём вежливо могу спросить, я знал давно. Я снова вдохнул и, почти без напряжения, произнёс:

– Прости, дорогой, не подскажешь, какой сейчас год?

Мне хоть раз за круиз надо было определяться со временем.

– Бу-бу! – ответил собеседник, приподняв над глазами очки. – Нюхаешь чего, или на помпе повис?..

Какая-такая помпа? Идиомы нового времени непонятны.

А его лицо… глаза под очками «шотландца» были абсолютно чёрными, без белой склеры вокруг тёмного зрачка. «Шотландец» теперь мне показался каким-то больным на голову, безумцем, от которого адекватности не дождёшься. Впрочем, тут же возникло и объяснение мягче: если вижу прогрессивное будущее, то это продвинутый андроид с недоделанной оптикой, что лично для меня было нисколько не лучше!

Ушёл по-хорошему, то есть, сбежал. Глубокий вдох, поворот в направлении, в каком стоял на момент гудка сверху, и отправился дальше. Решение принял большей частью по инерции! Противника в жёлтой футболке увидеть больше не ожидал. В этом мире всё переменилось!

Осознав это через несколько суток, уже ночью вышел снова передохнуть. Всё та же стоянка, заставленная летавшими днём антигравитационными «бортами», ночующими на открытом воздухе.

Под ногу попала очищенная от снега чёрная металлическая плита со сверкающей гравировкой. Это новшество сразу обратило на себя внимание, нога зацепилась и перестала скользить. Отступил на шаг и прочёл: «Место последнего визита Демона Времени 13.09.2073». Вот и определился с датой!

Сперва ни под каким предлогом не хотел признавать, что текст о визите имел отношение ко мне. И кличка Демон Времени ничего для меня не значила. Это выдумано было на днях тем андроидом с испорченной оптикой.

Искать Жёлтого дальше, по-моему, было бессмысленно. Я уже оставил свою точку в этом времени и будущее, без сомнения, тоже изменилось. В этом будущем искать некого. И делать здесь нечего. Реверс! Сжал перстень в пальцах, скорость максимальная. Не только суточные изменения различить невозможно, сезонные отмечались трепетанием. Мерцающий синий свет слепил.

Реверс хорошо контролировался визуально, вокруг мельчает город, возвращаясь к изначальному состоянию, откуда уходил и вскоре пустая площадь всколыхнулась густым растительным покровом. Пришло время менять скорость. И я ослабил хватку камня. События стали меняться с гаснущей скоростью. След ослепительно голубого солнца чертил небеса. Высокие трепещущие кусты стали убывать, врастая в землю.

Я ещё убавил скорость. Кусты притормозили и в ветвях вспыхнул красным маячок. Стоп! Пакет всё также находился в листве. И шелестел на лёгком ветру. В Москве либо вечер, либо погода сумрачная. Серые облака застилали небо, порывами налетал ветерок и качал молодую листву на ветках. По-прежнему весна!

Достал смартфон и перезагрузил. По обновлённой дате определил, что с момента ухода прошло всего-навсего три дня с небольшим. И хорошо, что за эти дни никто моего маяка не убрал. Достал и отнёс к урне. Выйдя из парка, задумался. Надо ли вернуться сейчас или сделать это потом, подходя к дому Фёдора Алексеевича. Если сейчас, лишусь возможности узнать что-либо ожидающее нас, или хотя бы меня в эти три дня.

В сквере, как видно из-за позднего времени и плохой погоды, было пусто. И я, после приключений, чувствуя усталость, решил вернуться на ночлег без реверса. Вспомнил, как нашёл в своей комнате смартфон Лики, оставленный тогда без внимания этот фрагмент будущего мог содержать много интересного. Главное теперь перемещение в нужную точку пространства большого города. Вот вернусь, отдохну, потом и посмотрим будет ли всё снова в шоколаде.

Глава 5. Выход без входа. Начало конца

Путь домой вёл к метро. Когда по улице Грекова, двигался к станции, неожиданно возле притормозил и просигналил новенький ФИАТ 500, если не своим размером и окрасом, то остальным экстерьером напоминающий старый «горбатый» Запорожец. Ближайшее стекло ушло в дверку. За рулём оказался Богданов Юрий Маркелович, собственной персоной. Он из-за руля приветливо улыбнулся.

– Валерий Евгеньевич! Садитесь, нам необходимо немного побеседовать!

Мне хотелось поскорее добраться до дома и отдохнуть. При помощи Богданова это произойдёт быстрее и он может стать источником свежей информации. Сел рядом с водителем на переднем сидении.

– Пристегнись, Валера, путь будет долгим. – осчастливил меня он, тут же с официального тона переходя на привычное «ты».

Я вздохнул. Планы по отдыху и расслаблению, как и по реверсу в свою реальность задерживались. Несерьёзных дел у полковника ко мне быть не могло. Вначале ничего не обещавшее «побеседовать» сразу перешло в «путь будет долгим». Это намёк на осторожную подготовку к чему-то долгому и, возможно, не очень приятному.

Пока мы выбирались из центральных городских пробок, я успел выяснить у Богданова интересные вещи. Во-первых, по результатам проведённой химической экспертизы было установлено, что в баллоне из парка содержался токсин не имевший в настоящее время каких-либо аналогов. Все эксперты сошлись, что изготовлен он был кустарным способом. На непромышленное производство намекал широкий спектр загрязнений в составе смеси. Этому несоответствующим было то, что зарядка баллона была произведена на профессиональном уровне промышленным способом. Конструкция аэрозольного баллона оказалась выполненной по не встречавшейся ранее технологии, из материала, недостижимого при нынешнем уровне промышленного производства.

Что-то космическое, как сказал Богданов.

А дата изготовления, указанная на донышке, говорила, что изготовлен этот артефакт был в тридцать девятом году, шестого июля. «6.07.39».

Да, абсолютно всё, что рассказал Богданов, было чрезвычайно интересно. Но мне была важна дата. По ним я мог определить точку обитания жёлтого путешественника. Как минимум, через двадцать лет. По итогам сегодняшнего путешествия это совсем рядом.

– Сказать ничего не хочешь? – поинтересовался полковник.

– А что говорить? На меня, с помощью каких-то химических смесей, охотятся уже диверсанты из две тысячи тридцать девятого года. И у меня возможности защищаться скоро иссякнут…

– Но я не об этом! Тебя в городе не было почти восемьдесят часов, три дня с верхом! Мои сотрудники с ног сбились. Я уж думал, что тебя живым не увижу… Сперва кто-то решил, что ты нашёл способ экранировать датчик, потом, когда стали известны результаты по баллону решили, что тебя похитили. И удивились, когда ты вдруг объявился в той же самой точке, где тебя и потеряли. Если уходишь на прогулки между прошлым и будущим, хотя бы предупреждай.

– Устал я, уже сам не помню что делал три дня. – мне нужно было как-то оправдать своё отсутствие в течение такого срока. – Я же дату тогда не знал, просто искал в окрестностях

– Ладно, как-нибудь расскажешь потом. – этому Юрий Маркелович, как видно, не очень поверил. – Сейчас у нас есть более важные вопросы.

Было мудрым решением отложить серьёзный разговор на потом. Куда мы едем, не спрашивал. Пока в этом городе более-менее ориентировался только в отдельных точках, до которых знал как добраться. И просто так понять, куда везут, без простой координации, не мог.

Поэтому куда приехали, не сразу понял.

Большое здание, во дворе которого, проехав приветливо отсалютовавший шлагбаум, Богданов остановился, охранялось. Табличка у стеклянного входа плохо освещена, разобрал только изображение золотого герба сверху. Над входом две камеры, как только Богданов подошёл, стеклянная дверь, щёлкнув, приоткрылась. Внутри, в холле, перед нами сразу же материализовался какой-то военный в штатском.

Что он служивый, удалось понять по походке и тщательно отутюженной тёмно-серой паре поверх ослепительно белой рубашки. Служивый к моему провожатому отнёсся лояльно, ни о чём не спросил, но я здесь был новым, поэтому опознание прошёл по полной программе. Был изучен паспорт, сканированы отпечатки пальцев и ещё отобрали смартфон…

Возмущаться произволом не имело смысла, смартфон отдал. Ещё была рамка металлоискателя. Богданов спокойно стоял и смотрел, а я начал «пляски». Здесь, чтобы пройти, мне пришлось сперва оставить свои ключи, потом перстень с натуральным опалом из кармана, и, наконец, я вспомнил про колечко для Лики, которое, подарочно упакованное, лежало во внутреннем кармане куртки.

Но и тогда прохода не получилось. Я, немного обескураженно стал похлопывать себя по карманам пока не нашёл в заднем кармане сложенный листок бумаги из будущего и кольцо. Оно было престарелым и немного поношенным дублем Ликиного колечка, уже лежащего в коробке на столе охраны. Я совсем забыл про тот визит в будущее, где я это заполучил, они дожидались своего часа в кармане.

Только пройдя за рамку я наконец увидел большие электронные часы на стене у лестницы. Часы показывали: «23.57.22.05.2020». Двадцать второе мая подходило к своему завершению, осталось меньше трёх минут. И я совсем упустил из виду, что сегодня у моей Лики день рождения, и ей уже исполнилось ровно двадцать лет. Я не позвонил, не поздравил. И не передал подарок с прекрасным искусственным опалом…

А что я теперь, в оставшиеся две минуты, успею сделать?

Всё надо исправить! Как именно, был следующи вопрос. Сомнений не возникло, пришло время отчаянных шагов.

Да, быстро вернуться назад я пока не могу, нет перстня, всё из карманов изъято. Осталась только способность к перемещениям во времени безо всяких примочек.

Я остановился перед лестницей, по которой уже поднимался Богданов. И он обернулся:

– Что-нибудь забыл?

– Да, но вы, Юрий Маркелович, не беспокойтесь. Я быстро.

–А, собственно… – Богданов был немножко не готов к такому развитию событий. И не понимал куда и как я теперь сумею отсюда деваться.

– Я быстро. Гораздо быстрее, чем можно ожидать!

Хотя понимал, обещаю невозможное. В это время не вернусь никогда! Изменения в прошлом, какие ожидают, неизбежно коснутся и этого момента истории.

Было самым простым и лёгким, глубоко вдохнуть, позволить времени вытолкнуть тебя из первоначальной реальности чтобы отправить в обычный неторопливый реверс, восстанавливающий все предыдущие шаги в обратном порядке.

Холл охраны вспыхнул ярким синим и ноги понесли от лестницы назад. Мы с полковником вернулись к рамке и я в обратном порядке повторил все операции с содержимым карманов, которое могло показаться опасным. Только когда в руке почувствовал смартфон, реверс остановил.

Ожидающий в это время у рамки полковник, увидев, что я стою и разглядываю смарт, подбодрил:

– Это ненадолго, Валера. – призывая поскорее сдать вещи охране.

На него даже не взглянул. Снова спрятал смартфон, порылся в другом кармане, достал перстень с серым опалом – мой скоростной билет во времени!

Нам предстояло разделиться, переходя в управляемый реверс, Валерий Евгеньевич Евграфов-два останется в прошлом, мне предстоит нырнуть в то московское время, где до одиннадцати вечера меня не было. Потому как ошивался в дальнем будущем, выискивая следы своего пропавшего и исследуя будущее. Принцип управляемого реверса: происходит разделение на прошедшего путь в той жизни и его двойника, выбравшего иной вариант.

Совмещать этот управляемый реверс с перемещением в пространстве раньше не приходилось. Но это был единственный способ покинуть это здание и его охраняемый периметр без разрешения и в одиночку. Дело в том, что при перемещении во времени некоторые материальные преграды для меня как бы не существовали. Двери, например.

В реверсе пройти через закрытую дверь было лёгко. Я это понял ещё тогда, когда испытывал машину времени в своей квартире. Управляемый реверс был таким же, как переход с машиной, и я действительно легко прошёл закрытую стеклянную дверь на входе и оказался на ступеньках снаружи. В это же самое время мой двойник Валерий-второй вместе с полковником Богдановым торопливо садились в ФИАТ и через шлагбаум, пятясь, выезжали с территории.

Нужно придумать путь и подобрать время, когда мне встретиться со студенткой МГИМО Анжеликой Викторовной Егоровой, которую я, для себя, называл моей Ликой.

Чтобы определить местоположение и путь, вышел в реал. Запустил на телефоне локацию на карте Москвы, и узнал, что предстояло пройти по определённому маршруту всего чуть больше двух километров. Весьма удачно привёз меня Богданов, потому что пользоваться транспортом при переходах во времени невозможно. Решил, дойду пешочком!

Когда должны закончиться занятия я знал. Привык следить за её временем. Решил, позвоню, когда буду ближе.

Пешком дотопал до последнего поворота, потом чуть прижал палец к камню в кармане и отскочил в реверсе сразу на пять часов, в ярком сиянии ультрамарина. Оказавшись в светлом времени, побрёл к универу, не заботясь о датчике, вмонтированном в куртку, и людях, за этим датчиком наблюдающих. Да, за мной уже наверняка велась слежка и отмечался маршрут. Как-то меня это не волновало, казалось нереальным после того, через что прошёл.

На траверсе университетского кампуса пришлось сделать ещё один короткий бросок во времени. Для того, чтобы не очень пугать прохожих, затерялся на паркинге в тени деревьев. И, по выходе в нормальное время, стоять и переводить дыхание не стал, двинулся сразу ко входу в корпус В, по пути набирая номер Лики. Она откликнулась тут же:

– Валерка? Как же я рада тебя слышать…

– Здравствуй, любимая! Я очень хочу с тобой встретиться…

– Я тоже. Но как?..

– Лика, я сейчас на улице Лобачевского…

– Ты что, уже здесь в Москве? Вот здорово!..

– Как у тебя с занятиями? Когда мы увидимся?

– Валерка, у меня сейчас последняя пара…

– Хорошо, моя маленькая, когда у вас всё закончится, встретимся у главного входа. – и отключился.

Осталась последняя пара! Это не преграда, ждать не стал, снова вернулся к паркингу, затерялся между машин. На капот стоящего рядом новенького серого кроссовера «Шкода» положил смартфон, чтобы не перезагружать потом, и рванул в грядущее, где меня всё ещё не было.

При выходе смартфона на прежнем месте не оказалось. Без этого не мог проверить сколько времени прошло и сколько осталось. Ждать звонка Лики теперь нереально. Звонилка исчезла. Пришлось реверсировать потихоньку, не пропустив момент вырастания ног у телефона.

Реверс. Вся картина окружающего великолепно видна. Долго ждать похитителя не пришлось. В какой-то момент задом к месту, где лежал смартфон, выбежал тип, быстрым движением извлёк смарт и, помахав в воздухе, оставил на капоте. Очень достойно, по-моему поступил! Положив смартфон, тип разворачивается и, глядя по сторонам, уходит туда откуда пришёл. Но опять-таки спиной вперёд.

Да, было удивительно смотреть на кражу в обратной последовательности. Будто это и не хищение вовсе, а что-то наоборот, рыцарски прекрасное: принёс и положил!

Чтобы предотвратить хищение, тут же реализуюсь. В притухшем и изменившем окраску свете тип тоже меняет направление движения и приближается, оглядывая окрестности в стороне от меня. Моё появление на его пути не замечает до тех пор, пока не утыкается мой в бок. Испуганно охает, говорит: «Извините!» и, выскользнув обратно, стремительно исчезает.

Впрочем, возможно это была и не попытка хищения. Ведь он, взяв с капота смартфон, помахал им в воздухе. То есть хотел убедиться, что лежащий смарт именно ничей. Но я всё же понял, что так оставлять смартфон при реверсе выходит дороже, чем просто перезагрузить после выхода.

До конца пары ещё больше получаса, но ускорять события больше не хотелось. Вдыхаю свежий воздух и чувствую, как внутри начинает разливаться пустота. Оцениваю и вдруг понимаю, что это обыкновенный голод, чувство, которое современный городской житель с этими закусочными и кофейнями через каждые сто шагов, просто перестал замечать.

Последний раз я ел… Когда же это было? Да, последний раз завтракал три дня назад. Но это был не трёхдневный голод. На самом деле в беспрерывных хлопотах прошло часов семь-восемь по внутреннему хронометру. И больше всего сейчас хотелось пить. Над полуденной землёй плыла жара, во рту всё высохло до состояния пустыни!

Тёплую минералку в пластиковой бутылке купил в ближайшем магазине и с наслаждением высосал всю прямо из горлышка. Тут же можно было и закусить беляшом, но решил, пришла пора начинать экономить. Время завтрака прошло, до ужина ещё далеко. Вернулся к точке рандеву.

Лика уже ждала. Стояла у входа на ступеньках, в группе студентов, и глазами искала меня среди идущих прохожих. Заметила метров со ста. Тут же её синяя туника и белые брючки выпорхнули из этой группы и кинулись навстречу. Мы встретились на полпути. Лика повисла у меня на шее и я в блаженном оцепенении замер, приткнув нос к её плечу. Моя Лика! Про всё прочее моментально забыл. Важным здесь и сейчас была только она, моя Лика.

Так, обнявшись, мы стояли долго. По крайней мере столько, чтобы её друзьям было время дойти до нас. И мне пришлось отрывать себя от Лики.

– Ой! – сказала Лика, наконец заметив подошедших. – Познакомься, Валера! Юля, Натали, Саша, точнее Аля, Тим, Лёха и Лиля, мы вместе учимся. А это – мой Валера.

Я поднял руку, чтобы салютом приветствовать сразу всех. Но пришлось с каждым. У Натали и Лёхи ладони были пролетарскими, сильными и мозолистыми, Лиля, лучшая подруга Лики взялась за руку ласково. Кожа на ладони почти как у ребёнка, мягкая и нежная. Сама она – восточная красавица, с великолепными чертами округлого лица, тонким носом и густыми бровями над большими чёрными глазами. После словесного описания Лики я её такой и представлял. Она одна из всех в этой группе носила платье.

После приветствия студенты стояли, разглядывали менямолча.

– Давайте, ребята, не будем бессмысленно стоять. – прервал затянувшуюся паузу. – Где здесь можно посидеть, поговорить?

Раз они побежали за Ликой, предположил, что ко мне какой-то нематериальный интерес. Так на меня в последнее время смотрели только в спортзале института желающие учиться необычным приёмам дзюдо, с интересом и выжидающе.

Первой на моё предложение среагировала Лиля:

– Идём к нам! Это рядом… Юлька, ты ведь не против?

Юлька, которая возможно была против, тем не менее, сказала: «Нет!». И мы двинулись в сторону общежития.

Глава 6. День рождения принцессы

В действительности это было не так уж и близко. Внутренние переходы, выход во дворик, небольшой пешеходный сквер и многоэтажная общага. Внутри вестибюль с охранником, лифт, шестой этаж, двухместная жилая комната девочек Лили и Юли.

Если не заваливать большой толпой, комната могла бы показаться довольно уютной и даже просторной. Все стали устраиваться кто как смог. Большинство сели на койках, нам с Ликой досталось сидеть на почётных местах. У окна стоял стол и перед ним стул. Стул оставил Лике, сам, оставшись стоять, опёрся на столешницу. Когда все устроились, Лиля поднялае руку:

– Может быть поговорим о путешествиях сквозь время? – и замолкла, усиливая эффект.

Я этого боялся. Присутствующие замолкли в ожидании того, как отвечу на такую провокацию.

Посмотрел на Лику. Это наверняка инспирировано ей. Придётся держать ответ, как бы трудно не пришлось. Лика оглянулась. В уголках губ застыла смущённая улыбка.

Что же ты делаешь со мной, моя Лика? Но сегодня твой день рождения, который я чуть было не пропустил, и я больше не посмею его ничем омрачить. И мимолётно улыбнулся Лике.

– Хорошо, давайте вопросы! – поддержал и остальных.

Лиля выдала:

– Валерий, вы должны рассказать, что это такое – мгновенно проходить время! Как это? Мы все через время проходим только с одной скоростью и в одном направлении… А вы ведь и в прошлом уже были?

– Я, Лиля, в таком ракурсе об этом ещё не думал. Но в прошлом мы все когда-то были. Да, конечно, я могу так путешествовать… Но машину времени придумал не я, она просто досталась мне по наследству. А предшественник когда-то с ней сбежал из будущего. – я замолчал и добавил. – Прости, Лика… Зачем и как там в будущем её придумали, уж не знаю. И как, и почему, она работала, не догадываюсь.

В комнате повисла осязаемая тишина.

– Первый раз с машиной времени я прыгнул в получасовое прошлое. Подумал, схожу с ума или умираю. Всё стало ярким, мне перекрыло воздух так, что стал задыхаться… Потом снова всё вернулось, настало прошлое…

Лиля не удержалась:

– И вы, Валерий, наверное встретились там с собой?

– Нет! С собой в тот раз не встречался… Когда всё началось, выбежал из комнаты и какое-то время приходил в себя в прихожей. Потом стало темно и, как прежде, быстро прошло. Потом уже решил снять устройство с руки.

– С руки?.. Машину времени? – удивилась Натали.

– Эта машина такой маленькой оказалась? – спросила Юля.

– Да, как чёрные часы с браслетом. – поддержала меня Лика.

– А причём здесь Лика? – совершенно неожиданно спросил тот, которого звали Тимом.

– Не понял. – я повернулся к нему.

– Ты раньше сказал: «Прости, Лика». Это к чему? – пояснил парень, наперекор девчонкам, обращаясь ко мне на «ты». Но это не по-свойски, мы с ним познакомились только-только.

Тим явно был не прочь схлестнуться в интеллектуальном поединке. Я сделал вид, что не заметил этого укола. Действительно, когда говорил про попадание её отца к нам в реальность, то употребил резковатое: «сбежал из будущего». Там всё было немножко иначе, я сразу же понял, что надо со словами поосторожней, и попросил прощения у Лики.

И вслух ответил:

– Я извинился перед Ликой, потому что…

Но сама Лика не дала закончить фразу:

– Это не твоё дело, Тим! Это Валера мне а не тебе сказал.

Подумалось, тоже верно! Не надо внутренние нюансы выкладывать для всеобщего обозрения.

– И ещё про эту машину времени, или как там у тебя!.. – не успокаивался Тим. – Как она работает ты не знаешь и у тебя она, конечно, появилась случайно и в конце ты её потерял! Так?

Мне не верилось, что это всё действительно волнует его. Да, собственно, всех их… В лучшем случае просто хотели проверить, правду ли сказала Лика о машине времени. Зачем надо было говорить об этом?.. Теперь необходимо было придумать способ как-то избежать этой глупой легализации. Богданов, когда узнает об этом, меня сотрёт в порошок или попытается посадить куда-нибудь для моей же безопасности! Он, со своей командой, старается уберечь тайну, а я, получается, прилагаю усилия к обратному… Но портить праздник своей любимой не мог. Поэтому стал выкручиваться:

– Как сказать… Машины действительно больше нет! Пришлось её уничтожить. Вот! А теперь я могу…

– Пф! – перебив, театрально фыркнул Тим. – Я же говорил, что это чушь. А вы все: харизма-харизма… Этого в природе просто быть не может! А рассказывать можно всё, что угодно, языку не стыдно, лишь бы у вас уши не завяли!

Да, это было ожидаемо грубо. Этот молодой точно никогда не поверит, если, конечно, не придётся показать…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.