Олеся Н. Суркова
Параллельная реальность

Как прекрасен мир, являющийся во снах – от загадочных глубин океана до сверкающих звезд Вселенной.

– Джоан Роулинг, Дамблдор в «Гарри Поттер и узник Азкабана»

Введение.

С самого раннего детства я видела сны. По одному, два или даже три сна за одну ночь. Яркие красочные или серо-белые, долгие или короткие, информативные или ничего не значащие, позитивные, от которых после пробуждения хочется петь и кошмарные, от которых еще долгие дни испытываешь тревожность. Некоторые сны бывают настолько реалистичные, что, просыпаясь я не всегда сразу могу сообразить, где я нахожусь и что происходит. Иногда бывают сны как продолжение какого-то события, произошедшего накануне днем или вечером и еще несколько дней я не могу определить было ли это на самом деле или меня снова хочет обмануть Морфей. И конечно же большинство моих снов несут в себе информацию о будущем: как в ближайшем или долгосрочном будущем разрешиться конкретная ситуация, или что последует за моим душевным кризисом…

Есть люди, которым интересно постичь тайны мироздания, научиться управлять энергиями, они стремятся к этому, посещая всевозможные курсы или отправляются в древние города. Я могла бы отнести себя к таким людям. Про это снято много фильмов и написано много книг, но так доподлинно и неизвестно, как же это все на самом деле устроено. У каждого своя правда и свои домыслы. И, может быть, благодаря моим снам я все же могу хоть немного притронуться к чему-то таинственному, малоизведанному.

С недавнего времени я начала изучать астрологию. И именно эта наука помогает мне узнать себя лучше и учиться использовать данное мне с наилучшей выгодой для меня, улучшать себя, свою жизнь и жизнь моих близких. Знаю, это звучит эгоистично, но это если не знать, что я всегда стремлюсь угодить людям, даже если они мне не нравятся. Именно благодаря некоторым знаниям в астрологии я решилась написать эту книгу.

В этой книге я описываю свои сны, которые продолжают мне сниться в больших количествах. Конечно, каждый сон – это отражение текущих событий и переживаний в реальной жизни, а также ключик к видению будущего, которое иногда складывается не в лучшую для меня сторону. Перечитывая свои сны через некоторое время, когда они уже раскрыли все свои тайны, я лучше стала расшифровывать свои сны, в каких-то моментах даже без помощи сонника. Возможно, для психологов эта книга будет интересна как возможность испытать свои знания и навыки в расшифровке моих психологических проблем, но эта книга не для этого. Эта книга для того, чтобы люди могли окунуться в мир фантастики, которая происходит на самом деле, пусть не совсем в реальном мире, но эта грань настолько стерта, что кто его знает…

21 ноября 2020 год Выбор сделан Начало

Лето. Или теплая осень. Мягкий солнечный свет заливает все вокруг. Обычно солнце так светит на закате, перекрашивая весь мир в янтарно-желтый цвет. Но я твердо знаю, что день сейчас в самом разгаре.

Я иду, не спеша по каменному тротуару, знаете, такие есть по всей Европе. По левую сторону от меня расположились здания: высокие и не очень, с величественными колоннами перед входом и аккуратными дверями с домофонами, где напротив каждой кнопки приделаны рукописные таблички с фамилиями и именами проживающих в этих квартирах жильцов. Ландшафт перед входом, гармонично сочетается с типами зданий: асфальт, мрамор, газон, клумбы с яркими красными цветами. По правую сторону от меня, пустынная мостовая, которая тоже вымощена из камня. Людей я не вижу, но я не чувствую себя одинокой.

В начале моего пути по безлюдной улице я чувствую много легкости и свободы в окружающих меня предметах. Свобода чувствуется во всем: в зданиях, в деревьях и траве, в каждом камне мостовой и тротуара, в солнечном свете… Воздух настолько легкий, что его как будто и нет. Но вот парадокс – это чувство легкости и свободы, на самом деле, дает мне внутреннее ощущение какой-то не свободности, зависимости от окружающих предметов. Но, несмотря на это, я ощущаю себя счастливой. Я не вижу в чем я одета, но мне тепло и комфортно, и я счастлива.

Чем дальше я продвигаюсь вдоль улицы, тем больше я ощущаю изменения в своем окружении. Именно ощущаю, потому что внешне ничего не меняется, это все та же улица со зданиями по левую сторону и мостовой по правую. С каждым моим шагом воздух становится плотнее и плотнее, и вот, его уже как будто можно разглядеть и потрогать. Как будто молекулы и атомы, из которых состоит все вокруг, слипаются в одно целое внутри каждого предмета. Эта плотность пространства все больше нарастает, и теперь уже мои потребности стали ощущаться плотнее, и я чувствую плотность сна, в котором нахожусь. Все происходит так, как будто из сна я плавно перехожу в реальность. И солнечный свет становится все теплее и янтарнее.

Я подхожу к какому-то зданию. Широкие двери из тонированного стекла скрыты от солнечного света под величественным навесом, который держится на четырех мраморных квадратных столбах. Из-за навеса я не могу видеть высоту этого здания, но я ощущаю, что в нем этажей шесть, и все они сделаны из тонированного стекла. Во всех помещениях этого здания панорамные окна. Может поэтому оно пришлось мне по душе? Или может потому, что это здание похоже на торговый центр?

Вдруг, перед мраморными столбами, с разных сторон начали появляться люди, пара тройка человек, одетые в разноцветные одежды. Особенно, я запомнила одного из них. Коренастый мужчина, ростом чуть ниже меня, может 160 или 165 сантиметров, короткие темные волосы, карие глаза и загорелая кожа, на нем синие брюки и кремовая футболка. Он выходил из стеклянных дверей здания, которое я только что окинула взглядом, и что-то выносил из него. Это что-то было в коробке большого размера.

Остальные люди в разноцветных одеждах тоже тащат какие-то предметы. Они идут с разных сторон, и собирают эти предметы в кучу, прямо перед навесом, как муравьи, которые несут тростиночки в свой муравейник. Я не вижу, что это за предметы, но по моим ощущениям они все разные, и все они добротные. Пара секунд мне понадобилась чтобы понять, что эти люди хотят развести костер, и в это мгновенье они стали звать меня, чтобы я приняла участие в сборе предметов для сожжения. Кому-то это может показаться каким-то нелепым ритуалом, но нет, это все не так, я это чувствую. Этот сбор разных добротных предметов, и это сожжение перед стеклянным зданием нужно для чего-то другого. Или это действо задумано для меня?

Меня не заботит вся эта суета со сбором предметов, даже если это все задумывалось для меня. С улыбкой на лице я прохожу мимо.

Несмотря на мое решение, люди в разноцветных одеждах настроены радушно, на их лицах едва уловимые улыбки, они излучают участливость ко мне. А я все четче ощущаю внутри себя комфорт, безмятежность, радость и счастье, и улыбку на своем лице.

Костер так и не зажгли…

***

Я нахожусь в квартире, в которой мы живем уже более 22 лет. Конечно, я снимала разные квартиры в разных частях нашего города, но эта, наша, квартира, в которой живет мама, всегда остается нашим родным домом. Сюжет разворачивается в зале, комнате средней величины, вдоль стен которой расположились открытая черная стенка с большим телевизором на полке, напротив темно-коричневый угловой диван и небольшой уголок с зелеными растениями. На подоконниках, за пеленой белоснежной тюли, в огромных горшках раскинулись алоэ и толстянка. Я знаю, что на полках стенки стоят книги, фотографии в рамках и фотоальбомы, поделки младших членов семьи и сувениры, вазы с цветами и устройство для просмотра кабельного телевидения. Я это знаю, но мой взор направлен на главное…

Возле окна стоит пушистая наряженная елка, с меня ростом. Яркие блестящие игрушки сверкают под светом люстры, мишура переливается всеми цветами радуги. Мы с моей пельмешкой – так я называю свою племянницу Е., наряжаем елку. Она очень мелкая, даже для своего пятилетнего возраста. У нее мелкие черты лица, тонюсенькие ручки и ножки, густые, длинные пшеничного цвета волосы. Она очень энергичная и шумная девочка и несмотря на всю свою мелкость, ее всегда очень много. Она добрая и заботливая и всегда очень переживает за все.

Е. принесла мне елочные игрушки, которые, по ее мнению, были сломаны, чтобы я их проверила и выкинула. Я приступила к проверке игрушек. Красный перламутровый пластмассовый, некогда, шар был придавлен и отправится в сторону для утилизации. Туда же отправился маленький синий с блестками шарик, его тоже смяла чья-то нога. Золотистая овальная игрушка и желтая тыковка нашли свое место на нижних слоях елки, так как вся елка уже была наряжена. Воздух пропитан радостью и сказкой. Е. где-то обнаружила цветной блестящий дождик, который мы решили закрепить на макушке елки, чтобы дождик «стекал» вниз по ней. При ближайшем рассмотрении это оказался вовсе и не дождик, а мелкая бахрома. Я пододвинула стул чтобы достать до макушки елки, но увидела, что племянница уже стоит на стуле и прикрепляет дождик к оговоренному месту. Меня на секунду посетило упрямство, потому что я первая хотела прикрепить дождик, но это состояние сразу прошло.

Вдруг я обнаружила, что елка стоит посередине зала совершенно не наряженная, но меня это не расстроило – это значит, что мы с пельмешкой проведем больше времени, вновь наряжая елку. Маленькие густые иголки придают зеленой елке еще больше сказочности и уюта…

Известная в 2008 году мелодия разбудила меня в установленное время. Она ласково будит меня уже 12 лет.

На протяжении всей моей жизни мне снятся яркие, эмоциональные, информативные сны. И только вчера я пришла к осознанию того, что не каждому на земле дается испытать такое счастье или наказание. И только вчера я твердо решила записывать свои сны для себя, для Вас. Я думаю, первый сон показал мне мой выбранный путь, Вселенная показала мне мой выбранный путь.

22 ноября 2020 год Не нужно перегружать свой мозг перед сном фильмами

Лето. Украинская деревня. День в самом разгаре. Пологий берег у озера покрыт густой и сочной изумрудной зеленью. Неподалеку от берега видны аккуратные кирпичные домики, огороженные деревянными заборами, сквозь которые просовывают свои ветви вишни, яблони и груши. Из ровной глади озера выглядывает небольшое деревянное колесо, которое не переставая крутиться. Его лопасти загребают воду, и уводят в невидимое в русло, чтобы доставить жителям деревни для использования. В нескольких метрах от этого колеса в воде расположилась подтопленная телега. Вода в озере настолько прозрачная, что кажется вот оно дно и воды по колено, но нет, ты уже стоишь в воде по горло.

По берегу к озеру спешно идет худощавый мужик средних лет в рубашке и трико. Он громко высказывает свое недовольство чем-то и при этом активно жестикулирует. Украинский акцент придает шарма его русской речи. Светлые редеющие волосы, кое-где уже отмеченные проплешинами, развеваются от небольшого ветерка и весь он выглядит довольно мило и симпатично. Это И. из популярного сериала и идет он к озеру чтобы, окунувшись снять изрядную степень опьянения. Иван, продолжая громко что-то говорить, заходит в воду и окунается с головой. Неподалеку, в лодке, сидят и обсуждают сложившуюся ситуацию со своим родственником И., остальные члены этой забавной семьи: его жена В., дама аппетитных форм, добрейшей души и с выразительной мимикой; сват Ю. городской интеллигент, работающий преподавателем философии в университете; сватья О. худенькая, интеллигентная, властная женщина.

Никем не замеченное, к озеру быстро приближалось маленькое, круглое, лохматое, черное существо с круглыми милыми глазками. В руках существо держит трубку, предназначенную для метания маленьких ядовитых стрел. Очень скоро И. уже стоял в воде возле деревянного стола. Он стал окунаться в озеро с головой, чтобы трезвый рассудок поскорее вернулся к нему. Окунаясь в очередной раз, он не заметил, как маленькая ядовитая стрела воткнулась в стол. Маленькое существо не выказало никаких эмоций по поводу своего промаха и через мгновение очередная маленькая стрела уже летела в сторону жертвы. Стрела пролетела за телегу и попала И. в спину, когда тот выныривал из воды. Существо стало издавать звуки радости и победно трясти лапками над головой. Только теперь И. наконец-то обнаружил незваного гостя. Полоскание в прохладном озере постепенно стало возвращать речь И., она начала становиться более разборчивой и уже стали слышны обрывки фраз: «…чудовище…», «…пошел прочь…». Яд, которым была пропитана маленькая стрела, начал понемногу действовать. Наполовину парализованный ядом, И. стал отыскивать на груди православный золотой крестик не переставая повторять, как молитву-оберег:

– Я с обновленной кровью и Боговой любовью…

Пока И. доставал свой крестик, маленькое существо выпустило еще не одну стрелу. Каждая новая стрела обладала паралитическим действием и как только она попадала в И. он начинал погружаться на дно, а маленькое существо силой взгляда поднимало его на поверхность, чтобы он не захлебнулся и не утонул, и снова выпускало в него ещё одну стрелу. Такая странная игра продолжалась какое-то время. Когда крестик благополучно был извлечен из-под мокрых одежд, И. был уже весь парализован и плавал на поверхности озера как бревно, с вытянутой к небу рукой с зажатым в пальцах золотым крестиком и не переставая твердил молитву-оберег. Маленькое существо, не отрываясь смотрело на И., снова не выражая никаких эмоций.

Я смотрю на эту картину постепенно улетая вдаль…

23 ноября 2020 год

Светлая зала, с высокими потолками. Без колебаний я узнала в этой зале музей. В нем нет экспонатов, нет картин, одни лишь высокие белые стены.

Я одета во что-то строгое и элегантное. Прогуливаясь по музею, я остановилась возле стены, на которой от пола до потолка, как на блошином рынке, развешаны вещи, эдакая импровизированная витрина. Я не могу понять, что это за вещи, но знаю, что это одежда. Я долго рассматриваю витрину, передо мной красивые вещи. Но мне нужно выбрать самую красивую вещь из всех.

***

Я проснулась? Не в состоянии полностью открыть свои глаза я иду из своей уютной комнаты по узкому коридорчику, мимо входной двери слева, мимо большого зеркала справа. Упершись в дверь, за которой находится ванная комната, я повернула вправо. Рядом с ванной находится туалетная комната, в нее я и зашла. Проделав усилие и открыв глаза, я была удивлена, увидев в чём я одета. На мне белое нижнее белье из тончайшего богатого кружева: трусики-шортики и браллет с мягкими чашечками. Мне нравится это белье, но браллет не держит мою грудь, и она провисает под собственной тяжестью – это выглядит не красиво.

То, как выглядит туалетная комната не вызывает у меня сомнения в реальности происходящего, на стенах белый и черный кафель, несколько плиток, декорированных зеркалами, над унитазом угрожающе нависает титан, на полу прорезиненный пенопластовый коврик. Я опустила голову вниз, чтобы переступить порожек и с удивлением обнаружила, что часть браллета подстроилась под цвет моей кожи, как будто он растворяется на мне. Конечно, это выглядит оригинально, и в какой-то мере инновационно, но мне такие сюрпризы не нравятся. Я хочу, чтобы браллет снова стал белоснежным, и как по волшебству он вновь приобретает первоначальный цвет. О ужас, он становится большим по размеру и мою грудь уже ничего не сдерживает. Мне это еще больше не нравится…

***

Теперь я действительно стала просыпаться. Я не люблю просыпаться до того, как прозвенит будильник. Даже 5 минут сна играют важную роль в формировании настроения на весь день. Я пытаюсь напрячь еще не проснувшийся мозг чтобы запомнить приснившееся, но сегодня это дается мне с трудом. Так случается иногда… Вместо пробуждения я снова засыпаю…

***

Одно мгновение, и я прилично одетая стою на улице возле огромного, слегка тонированного панорамного окна в музей. Я смотрю как я стою перед витриной с вещами и пытаюсь сделать трудный выбор: выбрать самую красивую вещь, среди множества красивых вещей…

24 ноября 2020 год

Всё расплывается в тусклых красках. Понемногу предметы вокруг начали приобретать очертания, и через несколько секунд уже с лёгкостью можно было определить, что я нахожусь в помещении больницы. Все здание погружено в полумрак. Через окно я могу разглядеть дворовую территорию, на которой нет ни разноцветных игровых площадок для детей, ни турников для взрослых, как будто это и не больница вовсе, а трудовой лагерь. Хотя в трудовом лагере железные кровати и сено вместо матрацев, а здесь и столы, и стулья, и кушетки, и кровати – все добротное, чистое, аккуратное. Интерьер довольно лаконичный. Вокруг снуют много людей в разных одеждах, и каждый занимается своим делом, не отвлекаясь ни на что.

Я перемещаюсь внутри здания больницы с какой-то девушкой. Она чуть выше меня, среднего телосложения. Я не вижу ее лица, но вижу каштановые волосы со стрижкой каре. Мы одеты в деловые костюмы. У нас разные дела в разных частях этой больницы, которые мы ответственно выполняем, а после каждого сделанного дела мы возвращаемся в свою палату.

Наша палата представляет собой небольшую комнату с высоким потолком. Четыре аккуратно заправленные кровати стоят вдоль стен напротив друг друга, по две кровати с каждой стороны. В комнате тоже царит полумрак, но можно разглядеть темные с вытканными узорами, уютные покрывала, которые неровно вздымаются из-за пуховых белоснежных одеял под ними. На против двери располагалось большое окно, и это была единственная возможность насладиться яркими красками. За окном был день, небольшое вытоптанное поле, вокруг которого сочная зеленая трава, деревья и кусты с густыми кронами. Ближе к окну предполагалось наличие стола со стульями, но там было пусто. В метре от окна из стены справа торчала пристроенная стена, заглянув за которую обнаруживаешь П-образную трёхъярусную кровать. На всех трех ярусах этой оригинальной кровати лежат такие-же богатые покрывала с вытканными узорами, но под ними уже не такие воздушные одеяла, поэтому покрывала не вздымаются над кроватями. На втором и третьем ярусе в разных местах лежали сумки и пакеты с вещами. Моя кровать стояла возле самой двери по левую сторону от неё.

Когда в очередной раз мы зашли в палату я обнаружила компанию, сидящую на моей кровати. Девушки и парни увлеченно играли в карты и не заметили нашего появления.

Я не очень люблю контактировать с людьми, в поездах всегда выбираю верхние места, не люблю ездить на нижних, потому что люди будут усаживаться на них и стеснять меня. В общем не люблю, когда кто-то каким-либо образом вмешивается в мое пространство. Но я всегда с пониманием отношусь к увлеченности людей, особенно когда эта увлеченность приносит радость.

Стараясь не потревожить компанию, я пытаюсь отыскать с краю свои вещи. Я всегда очень переживаю за сохранность своих вещей, и сейчас не исключение. Домашняя одежда лежала в целлофановом пакете под одеялом. Я решила действовать как с поездами, выбрать кровать на верхнем ярусе. Я понесла пакет с вещами в небольшую комнатушку. Пока я относила пакет, я вспомнила, что у меня был еще один пакет с полотенцем и средствами личной гигиены, но он потерялся. Я еще больше стала переживать за сохранность моих вещей, и начала поиски пропажи. Первым делом я порылась в куче сумок и пакетов на трёхъярусной кровати и сразу же нашла то, что искала. Теперь я постараюсь помнить о своих вещах, и не забуду ни одну свою вещь при выписке. Оба моих пакета отправились на мое новое место дислокации – кровать на втором ярусе. Вслед за своими вещами я забралась на кровать чтобы осмотреться и убедиться, что я сделала верный выбор.

Вскоре после освоения мной новой кровати, мы с девушкой снова отправились по делам. Мы деловито шагали по длинным белым коридорам, которые плавно перетекали в комнаты, процедурные кабинеты, актовые залы… Комнаты были похожи на ординаторские, с солидными диванами и креслами, столами для работы и мягкими стульями вокруг них. Процедурные кабинеты в привычной советскому человеку белой цветовой гамме, с кушетками, шкафами со стеклянными дверцами, сквозь которые видны склянки с лекарствами, железные тумбочки на колесиках. На тумбочках стояли железные маленькие ванночки, прикрытые белыми материями, под которыми то там, то здесь выглядывали медицинские инструменты. Актовые залы больше похожи на большие школьные классы, небольшой стол со стулом выступал трибуной, напротив в хаотичном порядке стояли мягкие стулья.

Проходя мимо одного из актовых залов, мы задержались в нём на каком-то собрании. Я знаю, что мне необходимо запомнить всю информацию, которую я здесь слышу, и передать работникам бухгалтерии на мою работу. Докладчик, важная полная женщина, задержала нас и что-то усиленно пыталась нам объяснить.

Через мгновенье мы уже находимся в одном из процедурных кабинетов. Мне нужно что-то отыскать в своей сумочке, и для удобства я разместила ее на кушетке. В сумочке я нашла небольшие аккуратные листки бумаги со списками необходимых дел, пластиковые карточки и свой красный лакированный кошелек, только он был не таким ярким, каким является на самом деле в обычной жизни. Собственно, он и привлек мое внимание. Я достала кошелек и стала складывать в него неожиданно появившиеся у меня в руках бумажные деньги. Купюры были разных номиналов, ни новые, ни ветхие, обычные, к каким мы привыкли в повседневной жизни. Они уже были сложены в кошельке как мне нравится, аккуратно по возрастанию номинала, и я не стала нарушать порядок. Снова неожиданно для меня в своих руках я обнаружила записку о том, что нужно принести в бухгалтерию акт сверки. Я бы не забыла тот факт, что мне бухгалтерия давала эту записку с заданием, и поэтому я обратилась к девушке:

– Возможно это твоё?

Она была занята своими делами, но охотно поговорила со мной.

– Я уже взяла акт сверки, который нужен был для моих бухгалтеров. – ответила она мне.

Я ещё немного поломала голову попытками вспомнить, и решила, что записка все же моя. Я вдруг начала переживать о том, что не взяла акт сверки у той полной леди в актовом зале. Аккуратно уложив записку в кошелек к бумажным купюрам и убрав кошелек обратно в сумочку, я и моя знакомая снова отправились по делам, шагая то туда, то сюда по коридорам…

***

Мгновение переносит меня на улицу. Передо мной стоит пятиэтажный дом с четырьмя подъездами. Перед каждым подъездом стоят по две деревянные лавочки на железных ножках. Двор этого дома скрывается от яркого солнца тенью высоких, раскидистых зеленых деревьев. Перед подъездами вдоль дома проходит асфальтированная дорожка. На против дома стоит здание детского садика, территория которого ограждена забором. Сквозь высокие железные прутья забора видно очень много сочной зелени: трава, деревья и кусты. Этот пятиэтажный жилой дом с детским садиком напротив него, стоят обособленно вдали от других домов. Тоже вдали от домов, но уже немного ближе, расположена детская площадка. На площадке яркие строения для веселого и беззаботного детства: большие и маленькие качели, маленькие деревянные домики, турники и шведские стенки. По периметру площадки, ограждая детский мир от взрослого, установлен невысокий деревянный заборчик.

Я хожу вдоль двора пятиэтажного дома то в одну, то в другую сторону…

25 ноября 2020 год

Лето. Теплый день. Мягкий солнечный свет окутывает все вокруг. Я нахожусь во дворе своего дома. Длинная, девяти-подъездная десятиэтажка из серо-коричневых панелей, с тремя арочными проемами для перехода по другую сторону дома. Во дворе от начала и до конца дома закатан идеальный асфальт, с протяженными «карманами» для парковки автомобилей жильцов. Возле каждого подъезда силами и фантазией жителей организованны палисадники. Возле одного из подъездов много кустов, возле другого клумбы с диковинными растениями и цветами, возле третьего встречающиеся повсеместно цветы и зеленый навес из плюща. Между подъездом, в котором находится наша квартира и арочным проемом зеленеет палисадник, огороженный низеньким забором из железных прутьев, установленных параллельно земле.

Я выхожу из близлежащей арки и с удивлением обнаруживаю, что сзади дома не лето, а весна. Перед моими глазами предстает картина, которую я запомнила с далеких девяностых: дом стоит на возвышенности, а через полметра от дома начинается месиво из глины и камней, конечно люди натоптали тропинки, чтобы по максимуму выбираться чистыми из этого ада, но как только проходит дождь, уже никакие ухищрения не помогут пробраться через это все незапятнанными. Через двадцать-тридцать метров от дома стоит глубокий длинный ров, за которым проходит главная автомобильная дорога.

Ближе к дому, чтобы не завязнуть в грязи играет куча детей. Все они, несмотря на тёплую погоду почему-то одеты в теплые куртки и джинсы. Ребятня увлеченно во что-то играет и лишь изредка отбегают от дома в глиняно-каменное месиво.

Я снова возвращаюсь через арку во двор и снова попадаю в лето и сегодняшнюю цивилизацию. Постояв пару минут во дворе и полюбовавшись дворовыми цветниками, я снова перехожу через арку, чтобы попасть на улицу сзади дома. Теперь здешний пейзаж гармонично сочетается с дворовым, летним, и тем, который я ожидала увидеть, к которому я уже привыкла. В паре метров от дома пешеходная тропинка, рядом с которой пролегает узкая автомобильная дорога. За дорогой, огражденной маленьким заборчиком из железных прутьев, простирается парк. Вдоль зеленого паркового газона тянется дорожка из брусчатки для пеших прогулок, хотя дети с удовольствием используют ее для катания на своих колесных конях. На дорожке то там, то здесь организованны карманы с лавочками, возле которых стоят мусорные урны, и две игровые площадки. Одна площадка для детей помладше, с качелями и универсальной современной пластиковой разноцветной горкой, на которой есть лестницы, счеты, плетеная сетка и смешные рожицы. Вторая площадка для детей постарше и взрослых, там тоже есть современная пластиковая горка, но уже выше и извилистее, есть турники и шведская стенка с подвесной лестницей. На каждой площадке рой детей, большое количество взрослых прогуливаются вдоль парка, и уже все одеты по-летнему: легко и ярко.

В парке я обратила внимание на своих соседок. Две сестры, они обе блондинки с волосами ниже плеч, нормального, скорее худого телосложения. Разница в возрасте между ними была незначительная, поэтому они выглядели скорее подружками. Они прогуливались по парку, а затем остановились возле одной из лавочек и начали исполнять забавный челлендж: одновременно подпрыгнули, оттолкнувшись ногами от земли они одновременно запрыгнули на лавочку. При прыжке на лавочку они уверенно встали на ноги, а потом так же одновременно спрыгнули с лавочки обратно на брусчатку. Им было весело, и они заразительно смеялись. Веселясь, они продолжили прогулку по парку. А на это место уже подошли две другие девушки, которых я не знаю, и так же весело продолжили челлендж.

***

Ночь. Наша квартира, находящаяся в десятиэтажном доме на восьмом этаже. Я выхожу из большой кухни, на другом конце коридора находится спальня, которая сейчас служит комнатой для меня и моей дочери. Слева по коридору открыта широкая раздвижная дверь в зал, справа, охраняя наш покой, стоит железная входная дверь. Основной свет выключен, но в спальне горит настольная лампа – это моя дочь, ночная полуночница, заканчивает свои дела. В зале, на раскрытом диване, застеленном свежим постельным бельем, спит моя пельмешка. Так я ласково называю свою племянницу. Рядом сидит моя мама.

У мамы зазвенел мобильный телефон и она, как всегда, с испуганным голосом стала разговаривать с собеседником. Через пару минут она положила трубку и спешно вышла из зала, мы встретились с ней в коридоре. Мама одета в белую, длинную ночную сорочку, на мне белое платье-футболка с длинными рукавами. Она включила свет в коридоре и стала судорожно метаться в поисках верхней одежды. Она сказала, что звонила моя младшая сестра и что-то у них произошло дома и что она сейчас приедет.

Сейчас у моей младшей сестры такой период, что мы с моей дочей считаем его сложным и очень переживаем за нее. Мама поспешила открыть дверь, но так как уже была ночь, я посчитала что опасно вот так отпускать маму одну в подъезд. Я немедленно, одетая в чем есть поспешила ей на помощь, чтобы встретить сестру. Выйдя в общий коридор на трех хозяев, я почувствовала некоторый холод. Несмотря на то, что обычно я боюсь открывать входные двери ночью, я буквально подбежала и распахнула их. Стало еще холоднее. Я стала вглядываться в темноту подъезда. По лестнице поднимались моя младшая сестра со своим гражданским мужем. Они оба тепло одеты в куртки и штаны. Увидев, что я открыла дверь, они остановились прямо на лестнице, моя сестра выше на ступеньке, ее гражданский муж чуть ниже. Он поддерживающе обнял мою сестру за плечи, они смотрели на меня, лица у них были обеспокоены и озабоченны чем-то…

27 ноября 2020 год

Группа людей в спортивной одежде выходит на задний двор санатория, расположенного в живописном местечке в Боровом. Я и моя дочь тоже в этой группе. На улице летнее утро. По одежде этих людей я понимаю, что на улице прохладно. Я не вижу в чём я одета, но мне тепло и комфортно. Мы выходим из одно-створной двери, спускаемся и невысокого крыльца и оказываемся на асфальтированной дорожке. По обе стороны дорожки в зеленой траве стоят слегка покосившиеся деревянные лавочки с мусорными урнами под боком. В паре метров от лавочек раскинулись зеленые кусты какого-то растения.

Мне это место очень хорошо знакомо. Летом этого года мне посчастливилось находиться здесь на санаторно-курортном лечении. Рано утром группой людей мы шагали по этой тропе на зарядку. Небольшая полу-вытоптанная полянка, была окружена хвойно-лиственным лесом. Асфальтовую тропинку от спортивной полянки отделяла узкая дорога, по которой привозили провизию и пациентов из соседних корпусов, для принятия лечебных процедур. Рядом со спортивной полянкой рос вкуснейший дикий ранет, который я когда-либо пробовала. Я думаю, такой божественный вкус он приобрел благодаря отсутствию цивилизации. Вкусный свежий воздух, ласковое солнце и красивые пейзажи дарили радость бытия…

Еще в паре метров от зеленых кустов, где должна была проходить дорога, по которой привозят провизию, неожиданно выросло диковинное дерево, высотой метра в три. Оно выглядит как высокий куст, множество тонких стволов сплелись в один. На концах ветвей, параллельно земле, растут початки кукурузы. В обрамлении кукурузных рыльцев и широких зеленых листьев, эти початки скрыты как минимум на половину.

Такое дерево я видела в первый раз и, конечно же, я решила запечатлеть этот момент на камеру мобильного телефона.

Я попросила какого-то человека из собравшейся группы сфотографировать меня. Так как вся диковинность этого чудо-дерева находилась на верху, человек предложил мне залезть на дерево. Я не спортивный человек и лазить по деревьям не умею, даже во сне, да и дерево своими тонкими стволами выглядело не безопасно, поэтому я отказалась от этой затеи. Слов не было слышно, но мы отлично понимали друг друга. Я была не довольна происходящим, и поэтому недолго думая взяла за руку свою дочь, и мы пошли вперед. Моя дочь чуть ниже меня, худощавая, но с выраженной фигурой семиструнной гитары, с растрепанными, волнистыми, каштановыми волосами до плеч. Тоненькие руки ее как будто вот-вот сломаются.

Сделав пару шагов нас уже окружает городской пейзаж. Зданий не видно, они как будто спрятались в густом тумане. Мы находимся на асфальтированной территории, такие обычно бывают перед небольшими универсальными магазинами, огражденной низким каменным забором, который берет свое начало от угла какого-то здания. В этом углу небольшая часть забора немного разрушилась и люди облюбовали это место как импровизированную калитку. Нам нужно было перешагнуть через эту калитку.

Когда мы с дочерью подходили к забору я вдруг почувствовала, что за нами кем-то началась слежка. Группа людей, с которой мы шли, уже прошли через калитку. Мы двигались медленнее. Дочь была счастлива, она шла прогулочным шагом, периодически останавливалась и без умолку что-то говорила. Она никак не хотела идти вперед через калитку. Она сидела на заборчике и хвасталась своим приобретением, то ли это был шарф, намотанный вокруг ее шеи, то ли это были красочные значки с персонажами из аниме, прикрепленные на груди футболки… Но я понимала, что за нами организовалась какая-то погоня и как могла старалась сдерживала свое волнение, чтобы не напугать свою доченьку.

***

Ночь. Я лечу среди высоток на уровне 10 этажа. Дочка спит у меня руках. Жилые дома с включенным светом в некоторых окнах, встали овалом вокруг нас. За нами погоня. Я лечу медленнее, чем могу и понимаю, что из-за этого нас могут догнать и отобрать мою дочку, мою кровиночку, и я не смогу ее защитить, и от этого мне становится еще страшнее. Дом преградил мне путь. Я не вижу возможности пролететь сквозь него. И мне даже в голову не приходит мысль перелететь через него, хотя раньше у меня никогда не возникало с этим трудностей. Раньше я могла лавировать в воздухе как птица. Я пытаюсь влететь в какое-нибудь окно, но у меня ничего не выходит.

Я чувствую приближение преследователя. Это полноватый мужчина, слишком наглый и самоуверенный. Я чувствую, что он не хороший человек. Я чувствую неизбежность встречи с ним, неизбежность события, которое должно произойти.

На мгновение страх покидает меня и… Я разворачиваюсь и лечу навстречу этому человеку… Почти поравнявшись с ним, я уверенно пролетаю мимо. Мой взгляд устремлен вперед, но краем глаза я вижу его замешательство. Я все еще пытаюсь найти лазейку, чтобы вырваться из оков этого двора. Вместо того, чтобы напасть на меня, преследователь отлетел от меня на некоторое расстояние, сохраняя присутствие погони. Внутри меня снова все было скованно страхом, но я чувствовала, что мое лицо отображает презрение и ярость. Возможно, именно это и оттолкнуло преследователя на некоторое расстояние от меня.

– Ты не сможешь вылететь из этого двора! Ты не сможешь убежать от меня! Я вас все равно поймаю!

Его голос, как будто он переживал за нас. Я делала вид что не слышу его и не боюсь, и мне плевать на его присутствие.

Со спящей дочкой на руках я залетела через окно в какую-то квартиру. Там было темно, скорее всего жильцы уже спали. Летая по комнатам, я пыталась найти открытое окно, которое выходило по другую сторону дома, чтобы вырваться из этого места, из этого страха. Я залетала то в одну, то в другую комнату, но все окна были закрыты.

– Ну что же ты? Ты же не можешь отсюда никуда деться! – вновь заговорил преследователь.

Я снова игнорирую его. Я боюсь, что страх, который у меня внутри, выйдет наружу, и преследователь это увидит. Я изо всех сил стараюсь выглядеть смелой и злой, не потревожить покой моей дочери и защитить ее…

28 ноября 2020 год

Как я поняла, что мы с дочкой находимся в Японии, ведь я никогда там не была, а все, что я знаю про Японию – кавайные райончики, увиденные в телепередачах и видео блогеров-путешественников? И тем не менее сегодня мы в Японии. Теплый, солнечный день. Людей немного, но все они одеты в строгие деловые костюмы. Цвета костюмов впечатляют: все оттенки серого и темно-синего. Мы с дочкой отлично вписываемся в общий тренд, на нас одеты светло-серые брючные костюмы и белые рубашки.

Мы с дочкой и с каким-то человеком, из местных, спешим по широкой площади. Пара ступеней и перед нами огромная многоуровневая площадка. Большие квадратные плиты не плотно прилегают друг к другу и между ними проросла бледно-зеленая, почти серая трава. Через некоторое расстояние на площади вырисовываются две прямоугольные клумбы из камня, высокие и большие. Не выделяясь из общей массы, в клумбах виднеется невысокая такая-же бледно-зеленая, почти серая трава. В паре метров от клумб ступени с периллами и пандус заявляют о следующем уровне площади.

Мы остановились на этой лестнице перед клумбами и стали ждать какого-то незнакомого нам с дочкой человека, похоже это родственник нашего спутника. Я окидываю взором местность – унылое местечко несмотря на густую растительность и солнечность дня, все серое.

Мы дождались человека, он был в темно-синем деловом костюме, и снова поспешили куда-то…

Через мгновенье наша дружная компания заходит в японскую поликлинику. Бело-серый коридор без окон, много лавочек вдоль стен. Единственное окно – это пластиковая дверь, верхняя половина которой сделана окном. Дверь расположена в самом начале коридора и к концу коридора свет доходит уже совсем тусклым. Нужный нам кабинет находился как раз в конце этого длинного коридора.

Белая дверь в кабинет была широкая, как две обычные двери. Перед дверями было много народу, человек десять, но еще больше перед дверями стояло обуви около пятидесяти пар. Чтобы войти в кабинет, необходимо было разуться. «Неужели в кабинете столько много людей? Может они забывают обуться, когда выходят? Как они идут в белых носках по улице? Может они оттуда не выходят? Куда делись все эти люди?» – эти вопросы мгновенно пронеслись у меня в голове и остались без ответа. Дверь широко распахнулась и свет озарил это тусклое пространство, все десять человек вошли внутрь. Через несколько минут дверь снова распахнулась и в кабинет вошла моя дочь с нашим спутником. Через минуту туда зашла я…

Через мгновенье все той же компанией мы очутились в самом начале широкой площади на остановке. Подъехал автобус, и я с дочей зашли в него…

***

Мы очутились в нашем доме, вернее он наш только во сне. Одноэтажный, прямоугольный, длинный, узкий, из темно-коричневых деревянных брусьев. В дом есть два входа, расположенных с разных концов этого прямоугольника, напротив друг друга. Один вход с небольшой деревянной верандой. Он выглядит немного заброшенным, слегка заросший неаккуратной, неяркой зеленью. Деревянная дверь с врезанным замком закрыта на ключ. Открыв дверь, мы попадаем на кухню-столовую. Из-за того, что дом узкий, в помещении мало места и для удобства все не используемые в данный момент табуреты и стулья сложены друг на друга в пирамиду.

Другой вход, напротив, выглядит ухоженным, выкрашенный в белый цвет он сияет на солнце.

Рядом с домом проходит автодорога. Все дома вдоль дороги утопают в зелени и с дороги их не видно. Наш задний двор, на котором мы организуем семейные пикники и просто обедаем на свежем воздухе, странным образом расположен через проходящую рядом с домом дорогу.

Вот и сейчас, в этот теплый летний день мы собрались там пообедать. У нас очень большая семья и сегодня мы снова собрались все вместе. Нам не хватает стульев, и я с каким-то парнем отправилась в кухню за стульями и табуретами. Мы собрали их все и отнесли через дорогу на задний двор к столу…

***

Солнечный зимний день. Я одета в длинную зимнюю куртку цвета хаки, вязанную серую шапку, черные замшевые сапоги. Я слышу, как мама диктует мне список необходимых покупок, смотрю на лист бумаги и слова сами записываются в него. Мама не дает мне денег на покупки, это означает, что я должна все приобрести за свой счет.

Через пару секунд я уже уверенно еду за рулем своей машины. Мой Opel Astra вишневого цвета в кузове хэтчбэк. Две двери позволяют войти в салон автомобиля и одна дверь – в багажник. Светло-серый, теплый салон.

Я еду по двух-полосной разносторонней дороге в промышленном районе. По правую сторону лежит степь, с редкими кустами и одиноко растущими деревьями. Вдоль степи проходит железная дорога, по которой можно увидеть пассажирские и грузовые поезда. Где-то неподалеку железнодорожный вокзал. За железной дорогой гаражи спрятались за густыми высокими деревьями. По левую сторону офисные знания дружно вышли на первый план. За ними растянулись вглубь невзрачные производственные строения.

Вот я уже припарковалась возле центрального рынка, и в одно мгновение оказалась на его огромной территории. Я оказалась в окружении рыбных и мясных прилавков, мешках с орехами и сухофруктами, утепленных фур, с которых бойкие продавцы торгуют сезонными фруктами. На расстоянии нескольких километров от рынка нет ни единого жилого дома. Через пару минут я с полными, тяжелыми пакетами семеню по утрамбованному снегу мелкими шагами, чтобы не поскользнуться, сверяя в уме сделанные мной покупки со списком: колбаса, язык, свежее мясо. Я не вижу своих покупок, но я знаю, что именно лежит в моих пакетах.

Я перешла через широкую дорогу, восемь полос движения которой, растянулись в обе стороны от меня и теперь иду по широкому снежному полю – это территория перед большим двухэтажным торговым центром. По левую сторону от поля тянулась двух-полосная автомобильная дорога, которая перекрестком упиралась в восьми-полосную широкую дорогу, оставшуюся у меня за спиной. Дальше, вниз по этой двух-полосной дороге расположился наш деревянный дом, с задним двором через дорогу.

Я сняла перчатки и позвонила маме по мобильному телефону.

– Я купила все по списку и собираюсь домой. Нужно еще что-нибудь купить?

Говоря все это, я понимаю, что у меня больше нет денег, чтобы что-то покупать.

Без перчаток, у меня замерзли руки, и я зашла в торговый центр. Это был один из непримечательных входов с задней стороны торгового центра. Обычная узкая дверь прятала за собой узкий извилистый белый коридор. Разговор по телефону с мамой продолжался.

– Что вы мне звоните? Я сама не знаю, что нужно купить! Нужно молоко, творог, йогурт! – мама стала психовать.

Каждая новая покупка, произнесенная моей мамой, каким-то чудесным образом записывается в список, на который я смотрю в процессе разговора с ней по телефону.

– Я докуплю все что нужно! – замученно ответила я, только бы мама замолчала.

Через секунду здравомыслие возвращается ко мне, и я понимаю, что, если я докуплю все, что она перечислила, у меня просто будет средств, чтобы добраться до дома. Согревшись в коридоре торгового центра, я двинулась к выходу на улицу.

– Я куплю только молоко, потому что я больше ничего не смогу купить. – закончила я наш с мамой разговор, и положила мобильник в карман куртки.

Я вышла из торгового центра и двинулась прямо, в том направлении, в котором шла. Я направлялась к автобусной остановке, теперь в моем мозгу я понимала, что приехала без машины.

Метрах в десяти от торгового центра, вдоль двух-полосной дороги стояла небольшая металлическая автобусная остановка. Народу на остановке было не много. Я остановилась и стала ждать автобус, чтобы довезти все свои тяжелые пакеты. Буквально через минуту моего ожидания, подъехал автобус. Он был широкий, с большими, почти панорамными окнами. Народу в автобусе тоже оказалось не много. Автобус остановился и люди на остановке стали заходить в него…

30 ноября 2020 год

Мы находимся в главной комнате нашей квартиры – зале. На против двери в зал большое окно, на подоконнике эгоистично раскинулись алоэ и толстянка, рядом пристроилась панорамная балконная дверь. Под окном, как это и полагается во всех квартирах, установлена батарея центрального отопления. Вдоль всей стены тянется светло-бежевая прозрачная штора из органзы. По правую сторону стоит темно-коричневый угловой диван, купоны на четырех диванных подушках уносят нас то в теплый Будапешт, то в холодный Лондон, то в разные части солнечной Италии. Рядом с диваном на железной березке сгруппировались несколько видов домашних растений, рядом в огромных глиняных горшках стоят драцена и монстера. Во всю стену напротив дивана громоздится черная стенка, на которой в хаотичном порядке стоят: книги, шкатулки, детские поделки, сувениры, вазы и еще много всяких нужных и не нужных вещей. На полке в центре стенки красуется большой плазменный телевизор. На полу с четко прорисованными ровными квадратами и прямоугольниками, как будто из дерева, лежит линолеум. Его задача собрать в себе все коричневые оттенки, которые присутствуют в комнате.

К нам домой принесли трех маленьких пушистых крольчат. Их спасли, они погибали на улице. Я держу крольчат в руках. Мягкими теплыми комочками они копошатся в моих объятиях.

В зал заходит плотного телосложения, коренастый мужчина с густой каштановой бородой и усами. Темная вязанная шапка на его голове низко опущена на глаза. Он одет в темно-синие джинсы и темную куртку. Я его знаю – это И., нам приходится контактировать по работе. И. принес большую прямоугольную клетку для кроликов, наверное, метр или полтора метра в длину, и поставил прямо в зале. В клетке уже был установлен маленький домик для кроликов, засыпаны опилки, стоят кормушки с едой и поилки с чистой водой. Все три кролика идеально разместились в клетке и осталось еще много места, чтобы они могли прыгать и бегать внутри. Меня посетила мысль, что именно И. мог принести этих кроликов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.