Станислав Капица, Александр Морозов
Пепел тлеющих звёзд

Пролог

Горестный плач догонял летящий по воздуху пепел,

но даже столь искреннее раскаяние не могло остановить

безжалостное веретено, плетущее нити судьбы.

Из «Жизнеописания Её Величества Элеоноры Рийской»

Ежели вам при посещении столицы удалось хотя бы украдкой взглянуть на долину цветов – можете считать себя счастливым человеком. Королевский сад, раскинувшийся у подножия крепости, разумеется, тщательно охраняется, но хитрые горожане давно облюбовали места, с которых открывается превосходный вид на покрытую разноцветьем землю. Особо не скрываясь, смельчаки собираются на крышах домов или на верхушках деревьев поодиночке или же парами. Обычная их забава – постараться угадать, какие же цветы испускают столь пьянящий аромат, что вдохнувшему его впору плакать от счастья.

С возвышения хорошо видны тонкие, мощенные камнем дорожки, петляющие между причудливо остриженными кустами. Ярко-желтые калужницы, обрамляя сложную систему прудов, постепенно переходят в красное неистовство тюльпанов. То здесь, то там проглядывают тёмно-синие люпины, держащиеся с достоинством поистине королевским. Добавляют буйства красок маргаритки, танцуют под порывами ветра лютики, уверенно напоминают о себе камнеломки, а при взгляде на здешние колокольчики и вовсе можно потерять дар речи. Но самое ценное – пурпурный лилейник – остаётся достоянием лишь королевской семьи. От посторонних глаз его надёжно закрывает вишневая роща, слава о нежно-розовых цветах которой распространилась далеко за пределы столицы.

Хоть и кажется, что подобная красота не может иметь возраста, саду не более десяти лет. Таким стал свадебный подарок правителя Рии своей невесте – принцессе Элеоноре, тоскующей по родным местам. Видимо, план удался, ибо с тех пор, как свежеиспечённая королева переступила порог своего нового дома, никто ни разу не заметил у нее на лице даже признака грусти. Лишь на похоронах супруга щёки владычицы блестели от слёз.

Со смертью короля наступили тяжёлые времена. Слухи о грядущей войне витали в воздухе, усиливая царящую повсюду атмосферу страха и неуверенности. И вскоре над полями Рии раздался звук рожка, поднимающего вражеское войско в атаку…

Порой решимость одного человека может изменить ход истории. Так и Элеонора, прозванная впоследствии Рийской, сумела переломить ход войны. На вороном коне объезжала она свою армию и всякий раз, появляясь на поле брани, укрепляла решимость в сердцах защитников Рии.

Принц Эйвинд, сын Элеоноры и почившего короля Арана, тем временем рос в столице. Под присмотром придворного мудреца Фроуда принц постигал письмо, основы астрономии и алхимии. Наставник нередко отмечал успехи Эйвинда в точных науках, хотя сам принц с гораздо большим удовольствием занимался фехтованием и верховой ездой. Тис, капитан королевской стражи, не раз восхищался азартом своего подопечного во время тренировочных боёв и всё чаще шутил, что вскорости принцу придётся искать более умелого учителя.

Порой Эйвинд тосковал по матери, постоянно пропадающей в походах или на военных советах, и в такие моменты ноги сами собой несли его в королевский сад – место, волею случая ставшее свидетелем начала и конца этой истории.

Книга 1. Эйвинд

Рождение наследника народ Рии воспринял с подлинным ликованием! Празднества не утихали много недель, а королева, обычно серьёзная, не переставала улыбаться…

Из "Жизнеописания Её Величества Элеоноры Рийской"

Принц вновь вернулся во дворец весь в грязи.

В последнее время его озорство становится всё более заметным.

Возможно, стоит запретить ему посещать сад без сопровождения?

Из дневников Фроуда, придворного учёного

Глава 1

Эйвинд стоял перед пышным кустом роз и полной грудью вдыхал их дразнящий аромат. Ветер ласково трепал волосы принца, словно стараясь приободрить. На лице мальчика отражалось предвкушение.

– Можешь не прятаться, я тебя услышал, – громко произнёс Эйвинд, но оборачиваться не стал. – Топаешь как Тис на тренировке.

Позади раздалось недовольное сопение, а в следующий момент сильный удар в плечо едва не сбил принца с ног.

– Эй! – возмущенно крикнул Эйвинд, оборачиваясь с твёрдым намерением отомстить обидчику. Впрочем, едва их взгляды встретились, жажда крови стремительно угасла.

– Что-то случилось, Ваше Высочество? – манерно произнесла девочка, смешно растягивая слова. – Мне кажется, вы споткнулись?

– Очень смешно, Мария! – недовольно проворчал Эйвинд, потирая ушибленное плечо. – Так и не научилась вести себя в приличном обществе?

На лице девочки засияла озорная улыбка.

– Ну как, принёс?

Мальчик виновато пожал плечами.

– И совсем ты врать не умеешь! – вздохнула девочка и одним быстрым движением достала свиток, выглядывающий из кармана камзола принца.

– Ах ты! – грозно крикнул Эйвинд, но не стал отбирать пергамент у скачущей перед ним девчонки. – Смотри, осторожнее с ним! Если вдруг что-то случится, Фроуд мне…

Принц многозначительно замолчал, хотя и сам не знал, что такого с ним может сделать наставник. Впрочем, на девочку его слова подействовали. Перестав скакать, она аккуратно развернула свиток и восхищенно присвистнула.

– Ого, сколько букв… Пойдём? – и, не дожидаясь ответа, зашагала в сторону скамейки.

– Эх, Мария… И как я на это согласился? – едва слышно вздохнул принц, идя вслед за девчонкой.

Остаток вечера дети провели сидя на скамейке. Мария, слегка приоткрыв рот, восхищенно следила за пальцем принца, скользящим вдоль витиеватых рядов букв. Добравшись до конца текста, Эйвинд с облегчением выдохнул и прикрыл глаза.

– Не притворяйся, что так сильно устал! – раздался над ухом сердитый голос Марии.

Принц неохотно проворчал:

– А я и не притворяюсь. Дай посидеть спокойно… – мальчик не врал. В горле пересохло от необычайно длинной речи, а голова разболелась от усилий, потраченных на разбор слов.

Какое-то время они сидели молча. Затем Эйвинд услышал, как Мария спросила:

– Хочешь, покажу фокус?

Голос девочки звучал так загадочно, что принц не выдержал и открыл глаза.

– Ну, давай, показывай… – проворчал мальчик, стараясь скрыть заинтересованность.

Мария словно только этого и ждала. Подняв один из камешков, лежащих возле дорожки, девочка крепко сжала его в кулаке.

Какое-то время ничего не происходило.

– Ну и долго еще…? – начал было Эйвинд, но тут же осёкся, прерванный ярко-красной искрой, скользнувшей сквозь пальцы Марии.

Лицо девочки озарилось торжеством:

– Видел? Получилось!!! – прокричала она, принявшись приплясывать.

Эйвинд ошалело смотрел на подругу. Выбить искру из камня не так уж и сложно, но чтобы всё это проделать одной рукой? Да и камень-то не похож на кресало, обычная галька… Как ей это удалось?

Мария, довольная произведенным эффектом, звонко расхохоталась.

– Видел бы ты себя сейчас!

Эйвинд, спохватившись, постарался придать лицу безразличное выражение. Затем, подождав, пока Мария слегка успокоится, спросил абсолютно бесстрастным голосом:

– А как ты …?

Губы девочки растянулись в широкой улыбке. Наклонившись к самому уху принца, Мария тихо прошипела:

– Сеекрееет… Чур ты водишь! – Её ладонь хлопнула по плечу Эйвинда, а сама девчонка резко отпрянула в сторону и что было сил припустила по дорожке в сторону вишнёвой рощи.

– Ах ты… – только и выдохнул принц, вскакивая с лавочки и бросаясь вслед за ней. Напускное высокомерие мигом сменилось азартом. Все события сегодняшнего дня отступили на второй план, освобождая место простой истине – он догонит эту наглую девчонку хотя бы для того, чтобы согнать самодовольную усмешку с её лица!

– Не догонишь, не догонишь! – словно в ответ на его мысли, весело прокричала Мария, ловко юркнув между кустами сирени.

– Вот же… – охнул принц в тот самый момент, когда ветки кустарника чиркнули его по лицу. Крепко зажмурившись, Эйвинд продолжил бежать, но спустя мгновение столкнулся с чем-то большим и мягким. Не удержав равновесия, мальчик упал на землю.

– Ваше Высочество, – раздался низкий раскатистый голос. – Вы целы?

Открыв глаза, принц увидел испуганное лицо садовника Барди. Мария, спрятавшись за спиной отца, то и дело выглядывала, корча рожи.

– Да, все нормально, Барди, – пробормотал Эйвинд, цепляясь за протянутую садовником руку и стараясь не дышать. От садовника всегда пахло дикой смесью ароматов навоза и роз. – С Марией играли…

После того как принц поднялся на ноги, садовник внимательно осмотрел его со всех сторон и удовлетворенно хмыкнул.

– Ну и видок у вас, Ваше Высочество – хоть сейчас во дворец! Снова Фроуд ругаться будет…

Мария, по-прежнему прятавшаяся за спиной отца, довольно захихикала. Эйвинд с сожалением посмотрел на покрытый грязью камзол и вздохнул.

– Что ж поделать, Барди… Поможешь мне?

Густая борода садовника заходила ходуном в такт его смеху.

– А то, Ваше Высочество…

–Эй! – вскрикнула Мария, когда отцовские ладони крепко схватили ее за плечи. Юный принц неспешно подошёл к ней и снисходительно похлопал по руке.

– Ты водишь! Эй, Барди, отпустишь её, как я добегу вон до того куста, хорошо?

– Жулик!!! – прокричала Мария вслед убегающему принцу, а затем, почувствовав, как разжались отцовские ладони, рванула следом. – А ещё принц!!!

Двое детей бежали по королевскому саду, подгоняемые раскатистым смехом садовника.

В связи с проявленной на поле боя доблестью повелеваю назначить

Тиса Широкоплечего капитаном дворцовой стражи.

Надеюсь, вскоре он полностью поправится

и сможет вернуться в строй!

Из приказа Её Величества Элеоноры Рийской

Глава 2

– Ай!

Принц тяжело дышал, потирая ушибленное плечо. Удар, хоть и частично смягчённый контрвыпадом, едва не перебил кость.

– Мы еще не закончили, Ваше Высочество! Враг не будет дожидаться, пока Вы залижете раны! – весело выкрикнул высокий поджарый мужчина, одетый в лёгкие кожаные доспехи. Сталь в его руке сверкнула, заставив Эйвинда отпрыгнуть в сторону.

– Подожди… Тис, давай прервёмся… – выдохнул мальчик, едва успев разминуться с лезвием тренировочного меча.

На узком веснушчатом лице капитана стражи заиграла довольная улыбка.

– Ну уж нет, Ваше Высочество, сражаться – так до конца!

– Да чтоб тебя… – прошептал мальчик, едва успевая подставлять клинок под град ударов, сыплющихся на него со всех сторон. Ушибленное плечо онемело, и меч пришлось переложить в левую руку. Медленно отступая, Эйвинд пытался придумать, как выйти из схватки победителем, но Тис старался не оставлять времени на раздумья. Чередуя выпады с элегантными пируэтами, он постепенно загонял принца в угол двора.

– Отступать некуда, Ваше Высочество! – торжественно объявил Тис. Его клинок застыл в воздухе, слегка подрагивая. Притупленный кончик меча оказался нацелен на синюю жилку, отчаянно вздрагивающую на шее принца. – Иногда стоит просто признать своё поражение…

Эйвинд не ответил. На его опущенном вниз лице не отражалось эмоций, а пальцы судорожно сжимались, крепко обхватывая рукоять меча.

– Должен заметить, это был неплохой бой… – мечтательно протянул Тис, продолжая держать меч перед горлом ученика. – Хотя порой вы и отвлекались, но изредка случались действительно интересные удары. Если бы мой брат сражался хотя бы вполовину так же умело, то… Ох…

Резкий удар мечом в бедро прервал монолог капитана дворцовой стражи. Согнувшись, он нанёс контрвыпад, но мальчик увернулся, ускользнув буквально перед носом наставника. Холодное лезвие скользнуло по кожаному доспеху учителя, поднялось вверх и замерло на уровне сердца. Тис, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в ноге, улыбнулся и разжал пальцы, позволяя тренировочному мечу упасть на землю. Затем мягко отвёл в сторону клинок ученика.

– Слишком безрассудно, Ваше Высочество! Могли и не увернуться. – Тис положил руки на тяжело вздымающиеся плечи принца и опустился на одно колено для того, чтобы встретиться с ним взглядом.

Эйвинд тяжело дышал. На его лице, покрытом потеками пота, застыло выражение торжества, смешанного с отчаянием. Рука, до сих пор не выпустившая меч, мелко подрагивала.

«Может быть, слишком на него давлю? – пронеслось в голове у Тиса – Всё-таки это не какой-то зеленый новобранец, которого через месяц пошлют на убой… Возможно, не стоит так спешить?»

– Но ведь я победил! – разорвал тишину слегка дрогнувший голос принца. – Ради этого можно и рискнуть!

Тис хотел было ответить, но ему помешали редкие, чрезвычайно звонкие хлопки. Повернув голову, капитан увидел высокого, очень худого человека средних лет, стоящего возле оружейной подставки. Чёрные глаза вместе с тёмными одеждами, делали его похожим на старого мудрого ворона.

– Прекрасно, Ваше Высочество, прекрасно… – сказал гость, тщательно чеканя каждую букву. Его руки тем временем не переставали отвешивать редкие аплодисменты. – Подходи вы с таким же рвением к нашим занятиям, быть может, мне не приходилось бы повторять всё по десять раз…

– Доброе утро, Фроуд! – весело крикнул Тис, поднимаясь на ноги. Эйвинд, чьи щёки отчаянно пылали, пробормотал что-то невнятное. – Разве сегодня у принца запланированы с тобой занятия?

– Конечно же, нет, капитан! – язвительно протянул Фроуд, делая шаг вперёд. – Мне всего лишь отчаянно захотелось прогуляться в наиболее удаленную от моих покоев часть замка и посмотреть на вашу тренировку. Безо всяких на то причин!

Рот учёного изогнулся в издевательской усмешке.

– Прошу прощения за это недоразумение! – улыбнулся Тис, стараясь отвлечь внимание учёного от зардевшегося принца – Эйвинд в самом деле упоминал о ваших планах, но у меня напрочь всё вылетело из головы…

– Вот поэтому и не стоит тренироваться без шлема, – съязвил Фроуд, а затем крикнул: Ваше Высочество, сколько мне ещё ждать?

Тис лишь вздохнул, когда принц, понурясь, направился к выходу с тренировочного дворика, на ходу снимая с себя доспехи.

– Подумать только, а ведь пару секунд назад казалось, что это я слишком суровый преподаватель… – пробормотал капитан себе под нос, провожая взглядом две удаляющиеся фигуры.

***

Шаги Фроуда эхом отдавались от каменных стен. Принц торопливо шёл следом, безрезультатно стараясь подстроится под стремительную поступь наставника. Наконец они подошли к двери комнаты, в которой обычно проходили занятия.

Фроуд слегка замешкался, а затем неуловимым движением обернулся и уставился на Эйвинда. От этого холодного проницательного взгляда угольно-чёрных глаз принцу, как обычно, стало не по себе.

– Стоит, вероятно, предупредить Ваше Высочество, что сегодняшнее занятие будет тяжелее, чем обычно… – при этих словах у Эйвинда встали дыбом волосы на загривке, а по спине забегали мурашки. – Сегодня мы с вами постараемся изучить правила придворного этикета!

Эйвинд с облегчением выдохнул и даже слегка ухмыльнулся, что, однако, не осталось незамеченным.

– Я бы не спешил радоваться, Ваше Высочество! – отчеканил Фроуд, сверля принца взглядом. – Подобные приёмы не проходили в наших краях уже очень давно.

Заметив непонимающий взгляд принца, Фроуд вздохнул и медленно, словно разговаривая с несмышлёным ребенком, пояснил:

– Через десять дней состоится пир, в том числе и для гостей из близлежащих государств. Королева прислала мне письмо, в котором очень просила позаботиться о том, чтобы её сын не производил впечатление неотёсанной деревенщины.

– Мама… – выдохнул принц, но тут же смутился от собственной несдержанности.

Фроуд внезапно улыбнулся – едва заметно, одними глазами.

– Королева должна прибыть через день-другой. Война закончилась…

Сложно перечислить все те заботы, что свалились на мою голову в связи с неожиданным празднеством.

Даже свадьба короля, кажется, не была столь роскошной…

Из записок камердинера Её Величества Элеоноры Рийской

Глава 3

На улице царило оживление. Монотонный гул множества голосов то и дело нарушали звучный хохот и возмущенные вскрики. Мария, ловко лавируя между людьми, заполонившими улицы, удивлялась тому, как сильно изменился город всего за один день. Слегка пригнувшись, чтобы не зацепить огромную цветочную гирлянду, висящую между домами, девочка вышла к воротам замка.

Подойдя к стражникам, Мария склонилась в грациозном поклоне.

– Добрый вечер, господа!

Один из стражников толкнул своего напарника локтем и указал на девочку:

– Видал? Когда еще с нами так поздороваются… Привет, Мария! Дела во дворце?

Девочка кивнула, с любопытством глядя на стражника. Затем робко спросила:

–Можно пройти?

– Конечно, но… – стражник картинно закатил глаза – У нас тут чёрт знает что творится. Постарайся никому не попасться под ноги. Эй, куда прётесь!!!

Широко разведя руки, стражник пошёл наперерез процессии мужчин, ведущих под уздцы дюжину груженных осликов.

Мария, подгоняемая звуками разгорающейся перепалки, прошмыгнула сквозь ворота, выйдя в центральный двор. Пройдя через облако пыли, поднятой выбивающими ковры служанками, девочка скользнула в крытую галерею, шедшую вдоль правой стены замка. Спустя две двери следовало повернуть направо и пройти чуть вперёд. Пальцы девочки нервно мяли кусочек пергамента, спрятанный в ладони. Первое в её жизни письмо…

Наконец, тесные каменные коридоры расширились, уступая место зелени. Небольшой парк, со всех сторон окруженный высокими стенами, всегда казался Марии неуютным. То ли дело её сад… Осмотревшись по сторонам и убедившись, что за ней никто не наблюдает, девочка осторожно направилась к лавочке, скрывающейся в тени раскидистого молодого дуба.

В парке царила тишина. Мария задумчиво обошла лавочку по кругу, рассматривая изящные узоры, струящиеся по потемневшему от времени дереву. Присев, девочка аккуратно расправила письмо, улыбнувшись при виде знакомого почерка. Нежно поглаживая пальцами буквы, Мария увлеклась чтением и едва не выронила записку из рук, когда совсем рядом раздался громкий озорной голос:

– Всё-таки научилась?

Девочка испуганно оглянулась по сторонам, но никого не увидела рядом. Невидимка тем временем рассмеялся.

– Да я здесь, наверху.

Подняв голову, Мария встретилась взглядом с улыбающимся принцем, сидящим на ветке дуба.

– А я тебя давно заметила! – выкрикнула Мария, вскакивая на ноги и пряча письмо в карман передника.

– Ну да, конечно… – засмеялся Эйвинд, затем неуловимым движением соскользнул вниз, повиснув на ветке. Слегка раскачавшись, мальчик разжал пальцы и грациозно приземлился на покрытую травой землю.

– Задавака, – хмыкнула Мария, показывая язык. – Зачем звал?

Принц подошёл поближе. На его лице сияла улыбка.

– Ты ещё не слышала? Мама завтра приедет! Война закончилась!

Мария охнула, прикрыв рот ладошкой. Подскочив к Эйвинду, она крепко обняла его, но почти тотчас отпустила.

– Так, значит, вот к чему готовятся… Ты, наверное, очень рад, столько не видел маму… – девочка осеклась и залилась румянцем.

– Через несколько дней будет праздник в честь перемирия! – воскликнул Эйвинд, широко улыбаясь и как будто не замечая смущения Марии. – Будут танцы, фокусники, барды. Фроуд рассказывал, что к нам во дворец приедут правители соседних государств, короли, королевы…

– И принцессы? – фыркнула Мария, озорно ухмыльнувшись.

– Да! То есть нет! Фроуд ничего о них не говорил… – на мгновение замялся принц. – Ты бы хотела прийти?

– Посмотреть на принцесс? – насмешливо изогнула бровь Мария.

– Сдались тебе эти принцессы! – начал злиться Эйвинд. Дерзкая девчонка вновь выводила его из себя. – Не хочешь, так и скажи!

– А меня разве пустят на праздник? – с сомнением протянула Мария, осматривая своё видавшее лучшие времена платье. – Да и как себя на нём вести, я не знаю…

Принц посмотрел на покрасневшую девочку, столь непохожую на дерзкую нахалку, постоянно подтрунивающую над ним в саду, и улыбнулся.

– Маму я упрошу тебя пустить. А насчёт хороших манер можно будет, наверное, поговорить с Фроудом. Он хоть и посмеется, но, думаю, поможет.

Мария несмело улыбнулась.

– А как же платье? Боюсь, мои не слишком подойдут…

– Мы что-нибудь придумаем! – уверенно произнес Эйвинд, любуясь надеждой, вспыхнувшей в глазах Марии.

До слуха детей долетел хлопок двери и едва слышный выкрик:

–Ваше Высочество!

Принц что-то беззлобно пробормотал, состроив выразительную гримасу.

– Должно быть, Фроуд меня ищет. Обещал показать сегодня опыты с солнечным светом и стекляшкой. – произнёс Эйвинд чуть громче. – Мне пора!

– Увидимся! – прошептала Мария, но её слова заглушил резвящийся в листве ветер.

Поступь коня вороного звоном скользила по крышам,

доспехи златые победы затмили сиянием солнце…

Из песни придворного барда Роуфа Шепелявого

Глава 4

Город взорвался криками, едва королева показалась на горизонте. Шум нарастал по мере приближения процессии, а в момент, когда владычица вступила на улицы столицы, гул множества голосов превратился в радостный рёв. Люди плакали, усыпали мостовую цветами и порой дрались друг с другом в тщетной попытке заполучить лучшие места.

Элеонора Рийская, облаченная в золотистые доспехи, счастливо улыбалась, мерно покачиваясь в седле. Её лицо, на котором не смогли оставить следа тяготы и лишения войны, по-прежнему лучилось благородной красотой.

Увидев, что владычица подняла руку в приветственном жесте, толпа зашумела с новой силой. Особо активные зеваки попытались пробраться сквозь заслон стражников, но были остановлены затрещинами и негромкими проклятиями, усмирившими их пыл. В общий шум вплетались крики и смех, приветствия и едва слышные ругательства.

Со стороны казалось, что королева не замечает царящей вокруг вакханалии. Её глаза скользили по лицам подданных, но мысли Элеоноры занимала лишь неотрывно приближающаяся громадина замка, сулящая долгожданную встречу.

Оставив бушующий людской океан позади, процессия ступила под холодные каменные своды замковых врат. На мгновение гул улицы стих, и королева ощутила едва заметный укол страха – чувства, которое, как она думала, давно умерло на полях сражений. Сделав глубокий вдох, Элеонора ступила на вымощенный камнем внутренний двор замка.

Первым делом королева заметила Фроуда, расположившегося перед входом в жилые покои. Чёрный костюм и нарочито-торжественное выражение лица придавали учёному загадочный и важный вид. Перед ним стоял Эйвинд, нерешительно переминающийся с ноги на ногу. При взгляде на принца сердце Элеоноры застучало быстрее, но лицо осталось бесстрастным.

Чуть поодаль от входа в замок собралась толпа придворных, из-за спин которых выглядывали многочисленные слуги. Королева скользила взглядом по лицам, и в памяти сами собой всплывали имена: Иерин, Тис, Натар… Немногим больше десяти лет назад Элеонора впервые въехала в этот двор и ни за что бы не поверила, что когда-нибудь сможет полюбить это место. И все-же, сейчас даже высокие серые стены казались ей по-особенному уютными.

Взглядом остановив камердинера, бросившегося ей на помощь, Элеонора соскользнула с коня, и в тот же миг двор потрясло громогласное:

– Да здравствует королева!

Словно повинуясь порыву ветра, присутствующие склонились в грациозном поклоне, а ввысь взметнулись белоснежные комочки выпущенных голубей.

Королева ощутила ком в горле. Обернувшись, она встретилась взглядом с посланником, приехавшим для участия в празднествах по случаю перемирия. На его смуглом лице отразилось удивление, и Элеонора едва заметно улыбнулась. Воистину, победить стоило хотя бы ради этого момента.

– Приветствую вас, мои добрые подданные! – голос королевы, многократно отраженный от стен, звучал звонко и величественно – Спасибо за столь тёплый приём! Время войн закончилось, и отныне каждый сможет дышать полной грудью! В честь примирения я прошу вас позаботиться о наших гостях! Пусть знают, что жители Рии могут быть столь же гостеприимны на пиру, столь и безжалостны на поле битвы!

Едва королева закончила говорить, как, повинуясь коротким приказам камердинера, из толпы выскочило несколько слуг и торопливо направилось к процессии, чтобы помочь гостям спешиться.

Элеонора тем временем заговорила вновь:

– Знаю, многие хотели бы побеседовать со мной, но прошу, дайте передохнуть с дороги! Для разговоров ещё найдётся время!

Королева гордо вскинула подбородок и двинулась ко входу в замок. Придворные при её приближении почтительно склоняли голову и отступали в сторону, образуя живой коридор. Чувствуя на себе взор сотен глаз, Элеонора приблизилась к Фроуду:

– Приветствую тебя, мудрец! Как продвигаются твои изыскания? – произнесла королева и ободряюще улыбнулась стоящему перед ней учёному.

Фроуд слегка склонил голову, прежде чем ответить:

– Благодарю, госпожа, в последнее время опытам сопутствовала удача, но, к сожалению, времени на всё не хватало из-за… кхм… сопутствующих дел…

Владычица коснулась плеча Фроуда, словно стараясь приободрить.

– Благодарю тебя за старания, мудрец! Постараюсь сделать так, чтобы никто не отвлекал тебя в ближайшем будущем.

Фроуд кивнул и отошел в сторону, поняв, что с формальностями покончено. Королева тем временем опустилась на колено, чтобы её лицо оказалось на одном уровне с ярко-пунцовым лицом сына. Разведя руки в стороны, Элеонора широко улыбнулась и в следующий миг сжала в объятиях Эйвинда.

– Я вернулась, малыш! Теперь всё будет хорошо! – прошептала королева и поцеловала принца в щёку, почувствовав на губах слёзы.

***

Мария задумчиво рассматривала куст сирени и едва слышно напевала песенку собственного сочинения. Из раздумий её вырвал шорох шагов, прозвучавший совсем рядом. Повернув голову, девочка увидела рослого парня, держащего в руках объемистый сверток.

– М…М…Мария? – запинаясь, спросил незнакомец и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: М…м…мне п-п-поручили отдать т-тебе вот это!

Гонец неловко поклонился и передал свёрток Марии. Сердце девочки забилось сильнее, едва она заметила прикрепленный к ткани небольшой свиток пергамента, скрепленный королевской печатью.

Бережно вскрыв печать, Мария неторопливо прочла письмо, и улыбнувшись, закружилась вокруг оторопевшего посыльного.

– Ч-ч-что-то хорошее? – спросил гонец, не сводя с девочки недоуменных глаз.

– Еще бы! – звонко захохотала девочка, продолжая выкидывать коленца. Затем, чуть успокоившись, Мария гордо подбоченилась и выпалила:

– Я пойду на праздник!

Неприятности всегда случаются неожиданно и, как нередко кажется, беспричинно… Если бы людям дано было знать о том, что им уготовила судьба, мы, вероятно, уподобились бы богам. Но, может, в этом и есть суть человеческого существования – превозмогать лишения?

И, может, в этом же заключена сила, дающая преимущества перед богами, которым страдания неведомы?

Из записок Фроуда, придворного ученого.

Глава 5

Шагая по рыночной площади, Мария едва успевала уворачиваться от снующих туда-сюда людей и лошадей. В воздухе витали ароматы пряностей, дублённой кожи и застарелого пота. Порой девочке казалось, что ещё немного и людской поток подхватит её и унесёт прочь, далеко-далеко от замка. Мария поёжилась и крепче сжала ладонь отца, размеренно идущего рядом с ней.

– Волнуешься? – спросил Барди, заметив смятение дочери.

Мария покачала головой, хотя в её глазах скользнула неуверенность.

– Ты ведь знаешь, что тебе не обязательно туда идти? – пробасил садовник, немного замедлив шаг. – Можешь сказаться больной или…

Барди умолк, заметив, что Мария крепче сжала его огрубевшую руку и вновь покачала головой.

– Ладно, твоё дело… – вздохнул великан, задумчиво озираясь по сторонам. – Как там в твоей записке сказано было? Под часами?

В дальнем углу площади царили относительная тишина и полумрак от отбрасываемой замком тени. Выдохнув, садовник отпустил руку дочери и прислонился к каменной стене, оказавшись как раз под башенными курантами.

– Ну, вот мы и на месте, кажется. А где же…?

– Эй! – прозвучал откуда-то сбоку звонкий мальчишеский голос. – Вы не торопились!

Повернув голову, Барди встретился взглядом с высоким статным юношей лет четырнадцати. На его смуглом лице ярко горели изумрудно-зеленые глаза.

– Меня Ингемар зовут, но лучше зовите просто Ином! – представился парень, широко улыбнувшись. – Я брат Тиса, капитана стражи. И мне поручено объяснить некой Марии как всё пройдёт вечером. Это ведь ты?

Мария осторожно кивнула и постаралась улыбнуться. Всё-таки, прочитав письмо, она надеялась увидеть Эйвинда или, на худой конец, Фроуда, но никак не этого мальчишку. Хотя парню, казалось, не было никакого дела до ожиданий Марии да и до самой девочки тоже.

– Пойдём! – приказал Ин и, не дожидаясь ответа, зашагал в сторону замка.

– Можно мне с вами? – пробасил Барди, сверля спину парня глазами. Юнец совсем ему не понравился.

–Мне поручено пообщаться с девочкой, больше ни о ком не предупреждали, – бросил Ин через плечо, не останавливаясь.

Мария умоляюще посмотрела на отца, но тот только развёл руками, словно говоря: «Решай сама». Мгновение поколебавшись, девочка припустила за посыльным, стараясь не отставать. Парень шагал быстро, а людей вокруг было чересчур много, так что девочке пришлось схватить Ина за руку, чтобы не потеряться. Мальчик сперва дёрнул кистью, словно надеясь избавится от захвата Марии, но затем передумал и потащил её вперёд, ускорив шаг.

– Я думала… Эйвинд придет… – выдохнула Мария, слегка запыхавшись.

Ин хмыкнул и ответил, не сбавляя темпа:

– Как будто у принца сейчас других забот нет! Достаточно и того, что он поручил это дело моему брату…

Парень осекся и кивнул стражникам, стоящим у входа в замок. Те лишь лениво махнули рукой в ответ и отошли в сторону, давая им пройти.

– Ты, наверное, уже бывала здесь? – уточнил Ин, свернув в сторону крытой галереи. – Тебе нужно будет добраться до дверей кухни, а потом идти в сторону тронного зала, но не доходя до комнаты камердинера, свернуть налево к двери в конце коридора, за ней…

Мария честно пыталась запомнить указания, но слова Ина сливались в какой-то бешеный круговорот звуков и постепенно теряли смысл. Наконец они остановились перед огромной дубовой дверью, из-за которой доносились звуки голосов и шорох шагов.

– Вот сюда придешь вечером! Платье можешь с собой взять, а здесь переодеться, чтоб не вымазать по пути…

Парень умолк и окинул девочку задумчивым взглядом:

– Ты, что, ничего не запомнила?

Мария мотнула головой из стороны в сторону, закусив губу, чтобы не расплакаться. Ин слегка замялся, а затем взял девочку под локоть и куда-то повёл. Они всё время петляли, но Мария даже не старалась запомнить дорогу. Всё происходящее казалось неправильным, и девочке отчаянно хотелось вырваться из цепких пальцев Ина, убежать в свой сад и спрятаться там.

– Пришли! – прервал её страдания звонкий мальчишеский голос. – Эй, Анна, найдется чего-нибудь перекусить?

Мария сморгнула набежавшие на глаза слёзы и осмотрелась по сторонам. Ин привёл её на кухню.

– Сейчас перекусим, и станет повеселее! – хмыкнул её спутник, принимая от поварихи две миски с похлёбкой. – Пойдём туда в уголок, я тебе ещё раз всё объясню.

Варево источало сильный запах сала и чеснока, но оказалось на удивление вкусным. Чувствуя, как тепло наполняет желудок, Мария слушала объяснения Ина и постепенно успокаивалась.

– Ладно, допустим, я поняла, как найти дорогу… – неуверенно протянула девочка, после того как проглотила последнюю ложку похлёбки. – Но как мне себя там вести и что делать?

Ин что-то невнятно пробормотал, затем схватил миску обеими руками и выпил остатки супа, пролив немного на рубашку. Отрыгнув, вытер рукавом рот и смачно, во весь рот зевнул. Взглянув на оторопевшую Марию, мальчик весело рассмеялся.

– Вот так лучше не делай!

Мария прыснула и вскочила на ноги. Её переполняли лёгкость и уверенность в собственных силах.

– Но всё-таки? – спросила она, даже не пытаясь скрыть охватившее её волнение. – Не хочу оказаться посмешищем…

Ин вздохнул и закатил глаза:

– Когда-то я задал этот же вопрос Фроуду, и знаешь, что он мне ответил? Не ходи как утка! Вот и всё – теперь ты знаешь этикет не хуже меня!

Мария улыбнулась и сделала книксен.

– Благодарю вас, Ингемар, за науку! Обещаю не посрамить столь выдающегося наставника.

Ин лишь отмахнулся, а затем, словно спохватившись, начал рыться в карманах:

– Вот, чуть не забыл. Твой пропуск.

Мария бережно взяла в руки слегка примятый кусочек пергамента, покрытый вензелями. От него пахло бузиной и, почему-то, солёными огурцами.

– Так, а теперь нам пора уходить! – протянул Ин, картинно оглядываясь по сторонам. – Анна хоть и добрая, но обычно надолго её не хватает, слышишь, уже ворчит? До праздника ещё много времени, поэтому предлагаю отдохнуть. Пойдешь домой?

Мария кивнула и протянула руку:

– Ведите меня, мой рыцарь!

Мальчик слегка покраснел, но всё-же крепко сжал её ладонь.

– Не думаю, что смогу стать рыцарем… Эй, ты ведь говорила, что запомнила дорогу!

Праздник прошёл практически безупречно!

О, если бы не эти маленькие неурядицы с обслугой!

Из записок камердинера Её Величества Элеоноры Рийской

Глава 6

На Рию опускались тёплые летние сумерки. Стражники, покрутив в руках приглашение, недоверчиво хмыкнули и отошли в сторону, позволяя Марии войти. Девочка нерешительно переступила с ноги на ногу и умоляюще посмотрела на отца, стоящего рядом с ней.

– Может, лучше домой? – ласково проворчал Барди, чувствуя неуверенность дочери. – Ещё не поздно…

Мария перевела взгляд на ярко освещённые окна замка, пронзающие тьму подобно светлячкам в саду. Там, за этими толстыми стенами, её ждала еда и напитки, развлечения и, конечно же, Эйвинд. При мысли о принце Мария почувствовала, как задрожали коленки. Как она будет выглядеть рядом с ним? Даже в роскошном новом платье она по-прежнему останется дочерью садовника, а он – наследным принцем Рии. Да и все эти гости, придворные, принцессы…

Размышления девочки прервал ворчливый голос стражника:

– Ну, и долго вы будете тут торчать?

Мария робко взглянула на отца и неожиданно для себя прошептала:

– Я пойду…

Барди вздохнул и, наклонившись, крепко обнял дочь, поразившись тому, насколько холодной оказалась её щека. Затем, сдавленно крякнув, выпрямился и подтолкнул девочку в сторону замка.

– Иди, повеселись… – обычно громкий голос садовника теперь звучал едва слышно – Мама бы тобой гордилась…

Мария, поддерживая руками пышную юбку, пошла вперед. Ветер нежно теребил её золотистые кудри, а уши ласкали переливистые трели сверчков. Наконец, войдя сквозь широко открытые двери главного входа, девочка оказалась внутри замка. Прямо перед ней висел гобелен с вытканным гербом Рии – золотым кубком на чёрно-красном щите.

Мария глубоко вдохнула, успокаивая бешено колотящееся сердце, и пошла по коридору, стараясь не заблудиться. Налево, прямо, затем снова налево… Мимо сновали придворные и слуги, но девочка не обращала на них внимания, стараясь вспомнить указания Ина. Совсем скоро она оказалась перед той самой дверью, на которую ей указали днём.

На мгновение Мария остановилась, прислушиваясь к едва различимым голосам, позвякиванию посуды и смеху. Осмотрев себя со всех сторон, девочка последний раз поправила платье и, затаив дыхание, толкнула дверь.

Осознание пришло не сразу. Вместо зала пиршеств Мария оказалась в небольшой, тускло освещенной комнате, полной людей. В основном это были юноши и девушки, часть с подносами, часть с напитками. Они постоянно двигались, исчезали за дверью в другом конце комнаты и возвращались обратно. Глядя на всю эту суету, Мария почувствовала в животе стремительно нарастающий холод.

– Эй, ты! – раздался над ухом девочки чей-то властный голос. – Подойди-ка сюда!

Повернув голову, Мария встретилась взглядом с высокой статной женщиной, одетой в тёмное платье. Не до конца понимая, что делает, девочка осторожно приблизилась к ней.

– Ты Мария, верно? – уточнила женщина и, дождавшись утвердительного ответа, слегка улыбнулась. – Меня зовут Ида! Не волнуйся, всё будет хорошо! Вот, держи!

Женщина протянула девочке изящный серебряный кувшин, заполненный красноватой жидкостью с терпким запахом.

– Пойдём!

Проведя Марию сквозь комнату, Ида приоткрыла дверь в зал пиршеств.

– Видишь там человека в золотых одеждах? Это посол! Тебя удостоили высочайшей чести ухаживать за нашим гостем!

– Но… – голос девочки дрогнул, – что мне нужно делать?

Ида едва заметно улыбнулась и подтянула девочку к себе, освобождая дверной проход, сквозь который незамедлительно юркнули двое парней, несущих огромное серебряное блюдо с лежащим на нём запечённым поросёнком.

– Просто стой в шаге за его спиной и, как увидишь, что кубок опустел – подливай вино. И не разговаривай, пока тебя не спросят!

Мария почувствовала, как Ида настойчиво подтолкнула её в спину. Вздохнув, девочка быстро пошла вперёд, опустив голову и стараясь не смотреть по сторонам. Остановившись возле указанного человека, Мария взглянула на его кубок и с облегчением отметила, что он ещё наполовину полон.

Чувствуя, что отчаянно краснеет, девочка постаралась успокоится и украдкой осмотрелась по сторонам. Прямо перед столами выступали несколько акробатов, подгоняемых шутливыми песенками бардов. Скользнув взглядом по гостям, Мария увидела Эйвинда, зачарованно следящего за представлением. Сморгнув набежавшие на глаза слёзы, девочка заметила, как посол поставил опустевший кубок на край стола.

Пока Мария подливала вино, музыка стихла. А следом зазвучал голос королевы – величественный и звонкий.

– Много лет наш замок не слышал столь весёлых песен и не видел таких выступлений! Но сегодня мы отмечаем окончание давней вражды, а значит, не должно быть преград для нашей радости! Веселитесь что есть сил! Особенно это касается наших гостей!

Посол, к которому приставили Марию, поднялся и поклонился. Девочка, пересилив робость, бросила быстрый взгляд на Эйвинда и увидела, что принц весело улыбался. Ей.

«Я не за этим сюда шла!» – хотела крикнуть Мария. – «Ты обещал мне совсем другое!». Но язык словно прилип к нёбу. Когда шум сердца слегка утих, девочка вновь услышала музыку.

– Не желаете ли потанцевать? – раздался совсем рядом чей-то весёлый голос.

Мария подняла голову и встретилась взглядом с парнишкой в нарядном камзоле. Горделивая осанка выдавала в нём сына аристократа. Девочка, слегка опешив, оглянулась по сторонам и, убедившись, что обращались к ней, неуверенно переспросила:

– Потанцевать? – кувшин в её руках внезапно стал чрезвычайно тяжёлым – Но ведь…

– Не переживай из-за гостя, – протянул парень, слегка понизив голос. – Пару минут он сможет и обойтись без выпивки. Или, быть может, ты считаешь виконта Альмода недостойным партнёром для танца?!

Мария бросила быстрый взгляд на Эйвинда и увидела, что принц внимательно наблюдает за ней. Чувствуя, как в груди зарождается незнакомое ей ранее чувство, девочка кивнула и поставила кувшин на стол:

– Я не против станцевать!

Виконт улыбнулся и взял её руку в свою, однако спустя мгновение улыбка превратилась в гримасу отвращения.

– Это что, шутка?! – прошипел Альмод, яростно сверкая глазами. – Я думал, ты придворная! А судя по мозолям – ты просто служанка!!! Где ты взяла такое платье?!

Вырвав руку, виконт резко развернулся на каблуках и пошёл прочь, бормоча проклятия. Мария беспомощно оглянулась по сторонам и заметила, что Эйвинд уже не смотрит на неё, а танцует с какой-то нарядной девчонкой посреди зала. Словно сквозь пуховое одеяло до девочки донёсся требовательный стук, с которым посол поставил пустой кубок на стол.

Подхватив кувшин, Мария подлила гостю вина и вновь отступила на шаг назад, застыв подобно резному изваянию. Время замедлилось. Остаток вечера девочка старалась не обращать внимания на происходящее вокруг, сосредоточившись на своих обязанностях. Наконец, когда в кувшине почти не осталось вина, посол встал и, обогнув стол, оказался перед королевой и принцем. Пусть и не сразу, но Мария обратила внимание на его речь.

– … народы прошли сквозь настоящий ад! И кому, как не тем, кто испил вместе столько страданий, надлежит объединиться ради блага наших государств! От имени своего владыки я предлагаю принцу Эйвинду руку принцессы Зумрат, владычицы верхней и нижней Эрраты и наследницы престола!

Посол подал едва уловимый жест, и в следующий момент к нему подбежали двое слуг, бережно неся накрытый парчой предмет. Элегантно поклонившись, посол сдёрнул ткань, и взорам присутствующих открылся портрет смуглой черноволосой девочки с огромными карими глазами.

Мария отчаянно старалась понять, что происходит. Всей душой она надеялась, что Эйвинд сейчас посмотрит на неё, засмеётся и скажет, что всё происходящее лишь шутка… Но принц не взглянул на Марию. Пораженный неожиданной новостью, он не отводил глаз от портрета будущей жены.

– Благодарим вас, достопочтимый Азар-Шед, за столь достойное предложение, – пронзил наступившую тишину голос королевы. – Принц с радостью принимает его! Да будет отныне навеки мир между нашими…

Мария не расслышала окончания речи из-за оглушительного шума в ушах. Чувствуя, как в груди нарастает всепоглощающая пустота, девочка бросилась прочь из зала пиршеств. В комнате для слуг её пыталась перехватить Ида, но Мария сумела извернуться и выскочить в коридор, бросив кувшин на пол.

Даже не стараясь найти выход, девочка металась между каменными стенами. В голове звучал её собственный безмолвный крик, а пальцы крепко сжимали изумрудную брошку – мамин подарок.

Внезапно девочка столкнулась с кем-то и едва не упала. Подняв голову, Мария встретилась взглядом с озадаченным Фроудом.

– Прошу прощения… – выдавила едва слышно девочка и, поклонившись, побежала дальше по коридору.

Мудрец же, нахмурившись, прислонился к стене и попытался понять: померещились ли ему искорки, выбивающиеся между пальцев маленькой заплаканной девочки, едва не сбившей его с ног?

Впервые я видел королеву такой яростной.

Пламя, пляшущее в её глазах, казалось ярче огня, бушевавшего накануне.

Из записей Фроуда, придворного учёного.

Глава 7

Выйдя из замка, девочка вытерла лицо рукавом платья, чувствуя дыхание ветра на мокрых щеках. На душе скребли кошки, но плакать больше не было сил. По крайней мере здесь…

Глубоко вздохнув, Мария медленно зашагала в сторону замковых врат. Пройдя мимо стражи, в неясном свете факелов девочка увидела огромную фигуру Барди, лежащего на траве. Кажется, он заснул, пока ждал её.

Осторожно, стараясь не разбудить отца, Мария присела на холодную землю, прижавшись спиной к тёплому боку. Закрыв глаза, девочка приказала себе не думать о произошедшем, но это было сродни попыткам сдержать реку голыми руками. Стремительный поток воспоминаний окатил девочку с ног до головы и поволок за собой в пучины сегодняшнего вечера.

– Всё в порядке? – раздался слегка охрипший со сна голос Барди.

Закусив губу, Мария неопределенно качнула головой, а в следующее мгновение ощутила, как отцовская ладонь коснулась её заплаканного лица.

– Обидел кто? – спросил Барди, прижимая дочь к себе. – Что стряслось?

Но Мария лишь замотала головой, попутно стараясь избавится от отцовских объятий.

– Всё хорошо, – прошептала она едва слышно, – пойдём домой…

Барди, чувствуя неладное, сердито крякнул, но спорить не стал. Кряхтя поднявшись на ноги, он протянул руку дочери и крепко сжал её маленькую мраморно-белую ладошку. Стражники, стоящие у ворот, безучастно следили за тем, как силуэты отца и дочери постепенно растворились в ночной темноте…

***

Войдя в дом, Мария почувствовала себя в западне. Под низким потолком не хватало места для переполняющих её эмоций. Сделав над собой усилие, девочка прошептала:

– Я погуляю немного в саду, хорошо?

Отец только вздохнул, кивнув головой. Глядя на Марию, он вновь подумал о том, что девочка растёт чересчур похожей на мать. А чем заканчивались попытки разговорить жену против её воли, Барди слишком хорошо помнил.

Когда дочь вышла из дома, садовник осторожно подошёл к двери и прислонился ухом к шершавому дереву. До слуха Барди донеслись едва слышные всхлипывания.

– Не стоило тебя пускать… – прошептал садовник. – Эх, Хелена, была бы ты сейчас рядом…

***

Отойдя от дома, Мария поняла, что на ней по-прежнему надето платье, подаренное Эйвиндом. Отчаянно хотелось сорвать его и выбросить прочь, но, как ни старалась девочка, снять его не получилось из-за застёжек на спине. Скрипнув зубами от злости, Мария пошла вперёд.

Сад, окутанный ночной прохладой, источал благоухание, но девочка его не чувствовала. На самом деле она даже не отдавала отчёта, куда идёт и, лишь добравшись до королевского лилейника, Мария наконец остановилась и осмотрелась по сторонам. Вокруг царила тишина, а в темноте словно маленькие звёздочки белели бутоны. Посреди поляны, окруженной цветами, возвышался аккуратный мраморный склеп – последнее пристанище короля Арана, отца Эйвинда.

Мария всегда ощущала странную робость при виде склепа. Играя, она старалась не забегать в эту часть сада и лишь изредка оказывалась поблизости. Ощутив внезапную слабость, девочка присела на холодный гравий дорожки. Проведя рукой по камешкам, Мария вспомнила свою старую игру и грустно улыбнулась.

«Видишь, Эйвинд, – мысленно похвалилась она, – хоть в чём-то я лучше тебя. Ты ведь так и не смог этому научиться!». Похвала, однако, вместо радости принесла лишь новый приступ боли.

Сорвав с одежды мамину брошь, Мария какое-то время смотрела на изумруд, почти чёрный из-за тьмы вокруг.

– Мама… – прошептала девочка, и на украшение упали редкие горячие слёзы.

Крепко зажмурившись, Мария попыталась вспомнить мать, но не смогла. Вместо этого перед внутренним взором вновь всплыло лицо Эйвинда, зачарованно смотрящего на портрет черноволосой принцессы.

– Ай! – вскрикнула Мария от резкой боли в руке. Кулак машинально разжался, упустив брошь в траву. Открыв глаза, девочка с недоумением посмотрела на дрожащие пальцы, а затем перевела взгляд на газон. Прямо перед ней на тёмно-зелёной траве чернела небольшая выжженная проплешина.

В глубине сознания шевельнулась мысль, что теперь её точно накажут. Как-никак лилейник не зря считался любимым местом королевы, а сожжённый газон не получится скрыть за несколько часов. Но Марию внезапно охватила апатия и единственное желание – найти украшение и убраться отсюда поскорее.

Трава приятно холодила обожженные пальцы, и вскоре девочка нащупала брошь. В неясном лунном свете Мария рассмотрела чёрную, словно обугленную, окантовку, идущую по краю изумруда. Попробовала было стереть её подолом платья, но безрезультатно. Вскочив на ноги, Мария побежала домой, чувствуя, как в душе нарастает ярость. Унизительный праздник, безразличие Эйвинда, испорченный сад и мамино украшение… Образы сменяли друг друга, подпитывая пламя, бушующее в её груди.

Руку вновь обожгло болью, но Мария не сразу обратила на это внимание. И лишь когда на дорожке, стелющейся под ногами, стал виден каждый камешек, девочка остановилась и осмотрелась по сторонам. От увиденного её маленькое сердечко ёкнуло и остановилось.

Сад пылал.

Исчезали в огне кусты гортензий, превращались в пепел ветви сирени, а над королевским лилейником и вишнёвой рощей поднимался в чёрные небеса густой столб дыма.

Мимо Марии пробежали два стражника, таща вёдра с водой. А затем слух девочки резанул печальный гул набата, разбудивший город.

Вокруг мелькали люди и тени, колыхающиеся в такт языкам пламени. Вот к Марии подбежала одна из теней, чуть крупнее остальных, и отвела подальше от огня, усадив на скамейку и велев подождать. Девочка машинально кивала в ответ, не до конца понимая, что происходит.

Медленно, очень медленно Мария разжала пальцы и нервно хихикнула, увидев обуглившийся изумруд. Осмотревшись по сторонам, девочка заметила лучи солнца, поднявшегося над горизонтом. Неужели она просидела на скамье целую ночь?

– Пойдём со мной, малыш… – раздался совсем рядом чей-то грустный голос.

Повернув голову, Мария встретилась взглядом с Барди и удивилась тому, как он выглядит. Чёрное от копоти лицо великана прорезали глубокие морщины, а синие глаза словно потемнели. Заметив покрасневшую руку дочери, великан нахмурился, но промолчал.

Встав со скамейки, Мария попыталась поправить платье, но увидела на себе лишь обгоревшие лохмотья. Ощущая странную тяжесть в ногах, девочка пошла вслед за отцом, стараясь не поднимать головы, избегая смотреть на то, во что превратился сад.

– А куда мы идём? – выдавила наконец Мария, поразившись тому, как хрипло звучит её голос.

Барди неопределенно дёрнул плечами, словно отгоняя назойливую муху. Затем, всё же ответил:

– Королева… Хочет тебя видеть… Кто-то сказал, что ты первой оказалась возле огня…

Мария, поперхнувшись, закашлялась, и под шум судорожно сжимающихся лёгких пришло осознание произошедшего прошлой ночью. С трудом переставляя ноги, девочка шла за отцом, чувствуя, как от нарастающего страха, перехватывает дыхание.

Наконец Барди остановился, и Мария подняла голову. Прямо перед ней стояла королева в окружении придворных. Вид у всех был уставший, а сажа, осевшая на одежде, свидетельствовала о бессонной ночи. Впрочем, когда Элеонора заговорила, голос её был по-прежнему твёрд.

– Скажи, дитя, ты видела, что произошло?

Мария испуганно замотала головой и потупилась, не в силах выносить пристального взгляда владычицы.

– Не лги мне, девочка! – в голосе королевы зазвенела сталь. – Мне известно, что ты была рядом с огнём в числе первых! И потом, взгляни на свою руку! Откуда у тебя эти ожоги?!

Мария постаралась ответить, но не смогла из-за подступивших к горлу рыданий. Опустившись на колени, девочка склонила голову и едва слышно прошептала:

– Я виновата, простите! Это всё из-за меня…

– Нет, Ваше Величество! – прервал её лепет низкий печальный голос. – На самом деле вина моя!

Повернув голову, Мария увидела, как её отец сделал шаг вперед и, опустившись на колени, продолжил.

– Ночью гулял с фонарём в руках, ну и оступился! А масло горящее на кусты попало! Ну и пошло-поехало! А девочка просто тушить помогала, вот и обожглась!

Мария, не доверяя своим ушам, перевела взгляд с отца на королеву и увидела, как у Элеоноры побледнело лицо.

– Так что же ты не позвал на помощь, садовник?! Быть может, подними ты тревогу раньше, нам удалось бы хоть что-то спасти!

Барди склонил голову и прошептал едва слышно:

– Виноват, Ваше Величество! Испугался…

Мария втянула голову в плечи, не в силах выносить ледяной взгляд владычицы. До её слуха донеслось хриплое дыхание королевы, не сулящее ничего хорошего.

– Казнить! – при этих словах сердце девочки дрогнуло, но Элеонора почти сразу продолжила. – Вас обоих следовало бы казнить! Но всё же, Барди, я помню, как обещала выполнить любое твоё пожелание в знак благодарности за прекрасный сад. А ты отказался от милости, сказав, что работал для удовольствия, а не ради награды. И тогда я дала слово, что придумаю, как достойно тебя вознаградить, а ты не посмеешь отказаться от моей милости.

– И хотя сада больше нет… – тут королева замолчала, на мгновение поддавшись эмоциям. – И хотя сада больше нет, я всё же выполню своё обещание. Я подарю вам жизнь! Но вы должны будете уйти из королевства. Немедленно! И если мне когда-либо донесут о том, что вас видели в моих землях – берегитесь!

Мария слушала речь королевы и не верила собственным ушам. Ей всё время казалось, что вот сейчас появится Эйвинд и сможет убедить мать изменить своё решение. Или, быть может, Фроуд, стоящий подле королевы, замолвит за них с отцом словечко. Или хоть кто-то из присутствующих. Но было тихо.

Лишь Барди пробормотал едва слышно:

– Благодарю, Ваше Величество…

Королева, развернувшись, быстрым шагом направилась в замок, увлекая придворных за собой. Вскоре Мария с отцом остались одни на обгоревшей поляне.

Кряхтя, Барди поднялся на ноги и подошёл к дочери. Казалось, что садовник за несколько минут постарел на десяток лет.

– Пойдём, малыш… – надломленный хриплый голос привёл Марию в чувство, обрушив на неё беспощадную реальность произошедшего.

– К-к-куда? – запинаясь, спросила девочка, боясь поднять взгляд.

Барди в ответ лишь глубоко вздохнул и, взяв дочь за руку, повел её за собой. По выжженной чёрной траве…

***

Тис удивился, увидев Эйвинда, пришедшего на тренировку.

– Не ожидал увидеть Ваше Высочество сегодня…

Принц в ответ лишь пожал плечами.

– Я слышал, что ночью был пожар и сад сгорел, но что уж теперь поделать. Вряд ли это уважительная причина для пропуска тренировки…

Лицо Тиса помрачнело.

– Я думал, вы окажетесь огорчены судьбой бедной девочки…

Эйвинд застыл, в изумлении открыв рот.

– О чём ты? Мама сказала, что Мария и её отец не пострадали!!!

Тис грустно улыбнулся.

– Это, Ваше Высочество, как сказать…

***

Принц бежал, на ходу расстёгивая застёжки доспехов. Остановившись на мгновение, чтобы сбросить нагрудник, Эйвинд заметил Тиса, следующего за ним.

– Зачем ты идёшь следом? – крикнул принц, вновь набирая темп. – Хочешь отговорить лезть в решения мамы?

– Нет, Ваше Высочество… – раздался негромкий ответ капитана стражи. – Но иногда нужен кто-то, кто будет рядом.

Выскочив за пределы замка, принц охнул от ударившего в нос едкого запаха гари. Петляя, он пронёсся по улицам города и, выскочив за его пределы, увидел, что большую часть королевского дола теперь занимает выжженная пустошь.

– Их дом где-то там… – пробормотал Эйвинд, бросившись вперед.

И хотя принц сразу все понял, в глубине души по-прежнему теплилась надежда. Но теперь, смотря на обуглившиеся руины с торчащей из них печной трубой, Эйвинду пришлось осознать простую истину: Марии здесь нет.

И больше не будет.

Тис, стоящий позади принца, положил руку ему на плечо и почувствовал, как тело мальчика содрогается от рыданий.

Капитан дворцовой стражи искренне надеялся, что принц не заметил двух цепочек следов, идущих по покрытой пеплом дорожке рядом с домом. Больших и маленьких.

Уходящих в никуда…

Часть 2. Ингемар

Вероятно, нам с братом никогда не стать по-настоящему близкими.

Надеюсь, придёт время, когда он примет мой выбор…

Из письма Тиса Широкоплечего матери

Забавными нитями переплетаются порой судьбы людские…

Из записей Фроуда, придворного учёного

Глава 1

Когда путник приблизился к трактиру, солнце уже скрылось за горизонтом. В тусклом свете масляного фонаря, висящего у двери, поздний гость прочитал название заведения: «Белая утка» и саркастически хмыкнул себе под нос:

– Надо же, и здесь встречаются образованные люди…

Затем, спешившись, путник привязал коня и, прихрамывая, направился ко входу в трактир.

Приоткрыв дверь, мужчина почувствовал, как в лицо ударил поток тёплого воздуха, щедро приправленного ароматами стряпни. Только теперь осознав, как сильно на самом деле замёрз и проголодался, путник запахнулся в покрытый грязью плащ и побрёл к ближайшему столу. Следовало, вероятно, поговорить с хозяйкой, заказать себе чего-нибудь. Но всё это подождёт. Сперва дела.

Смахнув с потрёпанного временем стола крошки, мужчина открыл заплечную сумку и бережно выложил на выцветшую столешницу пару высушенных растений. Склонившись, путник задумчиво осмотрел подсушенные стебли, а затем удовлетворённо хмыкнул и сдвинул их в сторону.

– Будете ужинать? – раздался над ухом мелодичный голос.

Странник вздрогнул от неожиданности и поднял глаза, встретившись взглядом с миловидной рыжеволосой девушкой, стоящей возле него.

– Да… конечно. Чего-нибудь вкусного и побыстрее, будь добра!

Девушка понимающе улыбнулась.

– Хорошо, сейчас принесу! Останетесь на ночь?

Мужчина на мгновение замешкался, но затем всё же кивнул.

– Отлично! – обрадовалась девушка. – Тогда я попрошу позаботиться о вашей лошади.

Она уже собралась уходить, когда путник добавил:

– Принеси, пожалуйста, пергамент, свечу и письменные принадлежности.

Девушка, кивнув, удалилась, а странник со вздохом облегчения опустился на лавку. Облокотившись локтями на стол, стянул с головы капюшон, освобождая непослушную копну каштановых волос. Неопрятная кустистая борода прибавляла страннику лет, но сверкающие на смуглом лице глаза говорили о том, что их обладатель совсем ещё молод.

Не в силах бороться с усталостью, путник опустил голову на руки и ненадолго задремал. Но вскоре его грёзы развеял тот же приятный голос:

– Вот, всё, как просили!

Приподнявшись, мужчина несколько раз моргнул, давая глазам привыкнуть к свету. Прямо перед ним стояла тарелка, доверху наполненная дымящейся похлебкой. Рядом лежали крупная деревянная ложка и добротная краюха чёрного хлеба, а чуть поодаль расположились свиток пергамента, перо и чернильница, отражающая свет свечи.

Чувствуя, как от голода свело желудок, странник одним быстрым движением отправил в рот ложку похлёбки и самозабвенно замычал от восторга.

– Принести вина? – неуверенно спросила девушка.

Путник закивал в ответ, не в силах произнести ни слова. А ведь ещё несколько дней назад он бы ни за что не поверил, что обычное варево способно подарить столько счастья! Смахнув выступившие на глазах слёзы, странник наконец осмотрелся по сторонам.

На видавших лучшие времена стенах трактира висели полинялые знамёна с едва различимыми изображениями кубков. Здешние места не так давно вошли в состав королевства, и местные жители, кажется, не слишком этому радовались. Чуть поодаль, возле лестницы, ведущей на второй этаж, сидела компания негромко переговаривающихся мужчин, напоминающих разбойников с большой дороги. Других посетителей в трактире не оказалось.

Услышав, как ложка стукнулась о дно миски, путник выдохнул и блаженно улыбнулся. Отодвинув пустую посуду, тщательно протёр стол рукавом и развернул свиток пергамента. Задумавшись на мгновение, странник обмакнул перо в чернила и начал писать.

– Вот вино и… – девушка осеклась, заглянув в пергамент, затем, словно спохватившись, опустила взгляд и смущённо добавила: – С вас два серебряника.

Странник кивнул и не глядя полез в кошель. Спустя мгновение на стол легли три монетки.

– Это тебе за работу, – пробормотал мужчина, не отрываясь от письма.

– Благодарю… – прошептала девушка и, смахнув деньги со стола, спрятала их в карман передника.

– Что такое? – недовольно нахмурился странник, заметив, что служанка не торопится уходить.

– Мне нужно… просто… – запнулась девушка, отчаянно зардевшись. – Я случайно заглянула в письмо, и…

– Ты умеешь читать? – удивился мужчина, наконец отложив в сторону перо.

Служанка робко кивнула, не поднимая головы.

– Так что же тебе нужно? – спросил странник, чувствуя нарастающую заинтересованность.

Девушка подняла голову, и мужчина почувствовал, как в груди защемило сердце. Кажется, они уже встречались раньше.

– Вы лекарь? – произнесла девушка с плохо скрываемой надеждой.

Путник покосился на травы, лежащие в углу стола, и неопределенно пожал плечами.

– Не совсем, но кое-что умею…

Служанка, словно отбросив напускную стеснительность, крепко схватила мужчину за руку. В широко распахнутых глазах плескалось отчаяние.

– Пожалуйста, помогите мне! Умоляю! Мне очень нужна помощь…

Девушка осеклась, словно устыдившись своего внезапного порыва. Бережно разжав пальцы, она пробормотала:

– Извините… – и, отвернувшись, украдкой вытерла слёзы. – Показать вашу комнату сейчас или позднее?

Путник, ошеломленный произошедшим, кивнул. Затем, опомнившись, произнёс:

– Да… Пойдём…

Бросив лежавшие на столе растения в сумку, странник бережно взял в руку письмо, а затем встал из-за стола и направился следом за девушкой.

Поднявшись по поскрипывающим ступеням, они оказались на втором этаже. Взглянув на длинный, тускло освещённый коридор, путник почувствовал нарастающую тревогу. Снизу донёсся хохот гуляющей компании.

– Вот ваша комната! – сдавленным голосом произнесла девушка, по-прежнему не поднимая взгляда. – Я принесла чистой воды, если вдруг что-то понадобится, зовите.

Неловко поклонившись, служанка начала спускаться по лестнице. Путник провожал её взглядом, а затем, мысленно чертыхнувшись, окликнул:

– Эй, послушай…Чем я могу помочь?

Девушка застыла на месте, а после стремительно обернулась, заставив ступеньку протяжно взвизгнуть. Вспыхнувшая в её глазах надежда очень быстро сменилась неуверенностью.

– Мой отец… Он очень плох… Я думаю, что… – девушка на мгновение запнулась и просто качнула головой. – Можете его осмотреть, пожалуйста?

Мужчина кивнул, хотя ему и не нравилось всё происходящее. Будучи опытным путешественником, он не понаслышке знал, как легко расстаться с деньгами или жизнью в захолустных трактирах. Но всё-же… Внутренний голос подсказывал, что девушка не врёт и ей можно верить. Эта убеждённость, однако, несколько поблекла, когда служанка повела его в дальний конец коридора, скрытый в полумраке. Быстрым, незаметным движением путник свернул письмо, понадеявшись, что чернила успели высохнуть. Сунув свиток в карман плаща, мужчина размял руки, готовясь к возможной схватке.

Кончив возиться с замком, девушка толкнула дверь, отозвавшуюся тихим скрипом. Странник сглотнул комок в горле, вглядываясь в черноту по ту сторону дверного проёма.

– Дайте руку, я вас проведу! – прошептала девушка, и её пальцы крепко обхватили вспотевшую ладонь мужчины.

Чувствуя, что идёт на верную смерть, путник вошёл во тьму вслед за служанкой. Сделав несколько шагов, они остановились, и девушка ослабила хватку. Раздался приглушённый шорох, и мужчина напрягся, готовясь отразить нападение. А затем тьму разогнал неуверенный огонёк зажжённой свечи.

Сбоку раздался слабый стон. На стоящей в углу комнаты кровати лежал истощённый старик, укутанный в лохмотья. Абсолютно белые глаза смотрели сквозь странника, а рот непрерывно двигался, что-то беззвучно шепча.

– Это… мой отец… – пробормотала девушка, быстрым движением смахнув слёзы. – Вы поможете?

Путник на мгновение замешкался, а затем кивнул, ощущая, как в груди разгорается профессиональный азарт.

– Мне нужно больше света! – произнёс мужчина, закатывая рукава.

***

Стоило страннику закончить осмотр и повернуться к девушке, как надежда, робко расцветшая на её лице, стремительно увяла.

– Мне очень жаль… – пробормотал мужчина, не зная, что ещё сказать. – Но при таком истощении…

Девушка кивнула и вытерла слёзы. Затем через силу улыбнулась.

– Благодарю вас, мой рыцарь!

Путник застыл, не веря своим ушам. Затем неуверенно произнёс:

– Не ожидал встретить тебя здесь, Мария…

Девушка, охнув, отступила на шаг назад, внимательно изучая лицо собеседника. В широко открытых глазах мелькнуло узнавание.

– Я тоже не надеялась увидеть тебя в здешних краях… Ингемар…

Нечто странное случилось в ночь гибели королевского сада.

Стоило, вероятно, поговорить с девочкой и узнать, что же она скрывает.

Если всё и вправду обстоит так, как я думаю…

Из записей Фроуда, придворного ученого

Глава 2

Солнце беспощадно пекло неприкрытые головы, не давая идти вперёд. Спрятавшись в тени раскидистого дуба, росшего у обочины тракта, мужчина и девочка сели на землю, прислонившись спинами к покрытому мхом стволу. Мария с наслаждением вытянула ноги, стараясь не обращать внимания на боль в правой руке. Отчаянно хотелось плакать, но сил на это уже не осталось.

– Жарко сегодня… – произнёс Барди, глядя на покачивающуюся над головой листву. – Там, где ты родилась, всегда снега по колено, а детям сосульки дают, чтобы зубки успокаивали…

Мария, застыв на месте от удивления, слушала и боялась вздохнуть, чтобы не пропустить ни слова. Её отец обычно избегал подобных разговоров, и девочка уже отчаялась когда-нибудь узнать, что происходило с миром до её рождения. «Может, и о маме что расскажет», – подумала Мария, ощущая, как, несмотря на жару, по коже пробежали мурашки.

– Да… – пробормотал Барди, мечтательно прикрыв глаза, – давненько я там не бывал… Не должен человек с отчих мест сходить, Мария. Поэтому, как ты в Рии родилась, так здесь и осталась…

Великан умолк, задумчиво жуя губы. Затем тяжело вздохнул и опустил голову на руки.

– Знаю, что нечасто рассказывал о своей родине, да и матери твоей, но… По правде, лучше уж вновь на войне оказаться, чем вспоминать о той, кого любишь больше всего на свете, а обнять не можешь…

Барди шумно вздохнул и покосился на дочь, не сводящую с него широко открытых глаз.

– Ты на маму похожа очень… Как тогда, когда она на свадьбе твоего двоюродного дяди Баенна выступала. Она ж была из артх… арту.. артистов, тьху! Так вот выступает она, а я застыл как дурак. Меня уже брат в бок толкает: «говори речь, мол», а я и двух слов связать не могу… Как приворожила тогда Хелена, так до самого конца с ней рядом терялся…

Барди грустно улыбнулся и ласково погладил дочь по голове.

– Не переживай слишком сильно, Мария! Сейчас дойдём до реки, а там попросимся переночевать где-нибудь. Через несколько дней до границы дойдем и где-то там осядем… Не впервой уже… По крайней мере мне…

Улыбка сошла с лица Барди так же внезапно, как и появилась.

– Я ведь когда за твоей мамой уходил, знал, что так будет… Ну, сама посуди… Старший сын вождя, великий воин, будущий правитель уходит не пойми куда. Да и с кем? С южанкой-циркачкой… А мне всё равно тогда было. Знал, что не примут меня обратно в семью, но всё равно пошёл! Денег у нас никогда не водилось, да и домом мы с твоей мамой так и не успели обзавестись, но зато ты вот появилась…

Барди умолк, а потом, кряхтя, пододвинулся к дочери и посмотрел ей в глаза:

– Мама твоя, Мария, тоже ведь с огнём баловалась… Выступления эти. Весело было, да только, сгубили её эти забавы…

Барди тяжело вздохнул и умолк, желая отдохнуть после непривычно долгой речи.

Мария зажмурилась и нерешительно прошептала, едва ворочая пересохшим языком:

– Прости меня, папа… Это я виновата…

Огромная ладонь ласково взъерошила волосы девочки, побуждая её открыть глаза.

– Нет здесь твоей вины, Мария… Говорил же: ты слишком на мать похожа, ни на секунду без присмотра оставить нельзя…

Барди улыбнулся, отчего на лице появились морщинки. Мария улыбнулась в ответ и лишь спустя мгновение поняла, что морщины на лице отца становятся всё глубже, а его синие глаза стремительно теряют цвет.

– Что-то не так? – прошамкал обтянутый кожей скелет, слепо водя перед собой высохшими руками. – Мария? Мария…

***

Мария проснулась от собственного беззвучного крика. Вглядываясь в черноту перед глазами, девушка дрожащей рукой вытерла пот со лба и попыталась успокоить бешено бьющееся сердце. Сбоку донесся едва слышный шелест:

–Мария…

С трудом уняв дрожь в руках, девушка зажгла свечу, стоящую у изголовья кровати и подошла к отцу, слепо шарящему рукой по прохудившемуся одеялу.

– Всё хорошо, папа… – прошептала Мария, стараясь не обращать внимания на слёзы, бегущие по щекам.

***

Услышав крик петухов, Ингемар устало поморщился. Приподнявшись, юноша сел на кровати и потёр переносицу. Голова невыносимо болела после бессонной ночи.

– И что теперь делать? – пробормотал Ин, отрешённо наблюдая за лучами света, пробивающимися сквозь неплотно закрытые ставни.

Скрипнув зубами от злости на собственное бессилие, Ингемар накинул на плечи плащ и вышел из комнаты. Фроуд не раз говорил, что свежий воздух отлично прочищает мозги, а раз так, прогулка точно не помешает.

В коридоре царила непроглядная мгла. Осторожно шагая по поскрипывающим половицам, Ин подошёл к лестнице и заметил скачущий по ступеням неяркий огонёк свечи, стоящей где-то в обеденном зале. Мысленно воздав хвалу тому, кто уберёг его от бесславной гибели в результате падения с лестницы, юноша спустился вниз и взглянул на источник света.

Мария сидела в дальнем углу зала, спиной к юноше. Её плечи едва заметно двигались в такт дыханию, заставляющему трепетать огонёк свечи.

Ингемар застыл на месте. Неожиданная встреча вдребезги разбила почти готовый план действий, оставив юношу беззащитным перед рыжеволосой девушкой с изумрудно-зелёными глазами. Не обращая внимания на внутренний голос, отчаянно требующий вернуться в комнату, Ин негромко кашлянул.

Девушка вздрогнула от неожиданности и, обернувшись, окинула Ингемара испуганным взглядом. Впрочем, спустя мгновение страх сошёл с лица Марии, уступая место невесёлой улыбке.

– Доброе утро! Не думала, что ты проснёшься так рано… Уже уезжаешь?

Ингемар покачал головой и, преодолев оставшиеся ступени, направился к девушке.

– Нет, сперва позавтракаю. Очень уж понравилась ваша похлёбка.

Мария виновато улыбнулась.

– Извини, кухарка ещё спит. Я могу попробовать что-нибудь приготовить, но…

– Не стоит. – прервал девушку Ингемар, пожав плечами. – Подожду. Схожу пока прогуляюсь.

Замявшись на мгновение, юноша предложил:

– Не хочешь пойти со мной?

Мария задумчиво поджала губы, а затем кивнула:

– Да, думаю мне тоже стоит проветриться…

***

За порогом царили прохлада и сырость. Солнце, едва показавшееся над горизонтом, старалось согреть озябшую землю, но туман всё ещё пробирал до костей. Поёжившись, Ингемар скосил глаза на Марию и увидел, что на девушке надето лишь лёгкое платье.

– Ты не замёрзнешь? – спросил юноша, снимая плащ. – Вот, возьми…

Мария удивлённо взглянула на парня, но всё же взяла накидку и набросила её на плечи.

– П-п-пройдёмся? – пробормотал Ин, стараясь унять стук зубов.

Мария кивнула и пошла вперёд, ведя юношу за собой. Обогнув трактир, они вышли на широкую тропинку, ведущую в небольшую рощу.

– Она в деревню соседнюю идёт. – сказала Мария, аккуратно ступая по утоптанному песку. – Мне нравится здесь гулять.

– Да, красиво… – согласился Ингемар, вдыхая свежий воздух, наполненный ароматами трав. Стоило, наверное, что-то сказать, но, как назло, ничего не приходило в голову.

– Знаешь, – нарушила молчание Мария, – я долго не могла спать без света, после того, как нас… И, хотя свечки стоили дорого, отец всегда их доставал. А теперь, когда он болеет, мне пришлось научиться не бояться темноты, ведь иначе не выжить…

Ингемар посмотрел на девушку и увидел, что она прикусила губу, стараясь не расплакаться.

– Я ничем не могу помочь… – продолжила Мария дрогнувшим голосом. – Когда у отца отказали ноги, мне пришлось работать за двоих, но денег на врача всё равно не хватало. А потом у него пропал аппетит. И я боюсь…

Мария остановилась и спрятала лицо в ладонях. Ингемар растеряно смотрел на неё и не знал, что на это ответить. Повинуясь внезапному порыву, юноша положил руку на плечо девушке и деланно бодрым голосом произнёс:

– Думаю, Фроуд мог бы помочь…

Мария испуганно вскинула голову и взглянула на Ингемара широко открытыми, покрасневшими от слёз глазами.

– Ты шутишь, да?

– Нет. – юноша покачал головой, стараясь выглядеть как можно более уверенно. – Я пошёл к нему в ученики несколько лет назад и думаю, мне по силам убедить его помочь. К тому же, Фроуд не раз говорил, что хотел бы поговорить с тобой…

– Со мной? – удивлённо спросила Мария, подавив нервный смешок. – Зачем это?

– Я не знаю… – ответил Ингемар потупившись. – Наверное он думал, что с пожаром в саду всё не так просто, как казалось…

Мария охнула и неосознанно прикрыла бледный шрам на правой ладони. Сомнения мгновенно сменились страхом.

– А как же королева?! – выдохнула девушка, делая шаг назад. – Если она узнает, что я в её землях…

– Не узнает! – горячо зашептал Ингемар, схватив Марию за руку. – Мы остановимся в какой-нибудь деревеньке, подальше от дворца. Я напишу Фроуду, он приедет, осмотрит твоего отца, а заодно поговорит с тобой. А потом я помогу тебе вернуться…

Мария грустно улыбнулась.

– Может, Фроуд приедет сюда? Здесь нам с отцом хотя бы ничего не угрожает.

Ингемар покачал головой и произнёс, старательно отводя взгляд, чтобы не видеть лица девушки.

– Счёт идёт на дни, Мария. Если не выдвинемся сегодня же, может быть поздно…

До ушей юноши долетел короткий испуганный вздох. Скрепя сердце, Ингемар поднял голову и посмотрел прямо в глаза Марии.

– Просто поверь мне! Я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы помочь!

– Зачем тебе это, Ин? – почти ласково произнесла Мария. – Ты ведь понимаешь, что будет, если королева узнает?

Ингемар сердито качнул головой. Внезапный порыв ветра растрепал его волосы, спрятав лицо. Быстрым движением убрав пряди со лба, юноша невесело улыбнулся.

– Будучи в учениках Фроуда, я не раз отправлялся в такие места, из которых не надеялся вернуться живым. Это отучило меня бояться. И научило верить в судьбу. Думаю, мы неспроста встретились Мария… А раз так, я должен тебе помочь!

Девушка, поколебавшись мгновение, кивнула.

– Хорошо, Ингемар! Но, боюсь, у меня не хватит денег на повозку…

Юноша улыбнулся и, отпустив руку Марии, хлопнул кошель, висящий на поясе.

– Об этом я позабочусь. Ты только найди извозчика.

Новый порыв ветра напомнил Ингемару о том, что он стоит посреди рощи в одной лишь рубахе.

– Н-но сперва позавтракаем, хорошо?

Мария улыбнулась и, взяв юношу за руку, повела его обратно в трактир.

Яркое солнце поднималось всё выше над горизонтом, суля Рии ещё один ясный и тёплый день.

Повелеваю оказывать придворному учёному

всеобъемлющую помощь и поддержку в его изысканиях,

направленных на благо королевства.

Из указа Её Величества Элеоноры Рийской

Глава 3

Луч света прошмыгнул сквозь небольшое витражное окно, упал вниз и заскользил по тёмной поверхности стола, испещрённой бесчисленными царапинами и пятнами. Немного замешкавшись, словно обдумывая следующий шаг, свет юркнул в сторону и остановился на щеке, изрытой тоненькой сеткой морщин.

Человек, ощутив тепло, недовольно заворчал и отвернулся, накрыв лицо длинными чёрными волосами, поддёрнутыми изморозью седины. Мерно посапывая, он спал и, кажется, не замечал, что вместо подушки лежит на твёрдой, видавшей лучшие времена столешнице. Спустя какое-то время из-за двери раздался шум, заставивший человека вздрогнуть. С тихим стоном он приоткрыл глаза и обвёл комнату оценивающим взглядом. Заметив колбу, стоящую перед ним, мужчина задумчиво хмыкнул и почесал неопрятную бородку.

– Надо-же, получилось…

Взяв сосуд, мужчина приблизил его к лицу и слегка встряхнул, поднимая ярко-красный осадок. Дождавшись, когда жидкость приобретёт однородный цвет, человек осторожно вдохнул исходящий от склянки аромат.

– Вот чёрт… – пробормотал мужчина, крепко зажмурив отчаянно слезящиеся глаза. – Да что ж за…?

Окончание фразы заглушил осторожный стук в дверь.

– Мастер Фроуд… – прошептал кто-то. – Вы уже проснулись?

Бережно поставив колбу на стол, мужчина подошёл к двери и отпер её, нависнув над невысоким полным слугой, неловко переминающимся с ноги на ногу.

– Ну-у-у? – протянул Фроуд сверля незваного гостя взглядом. Больше всего на свете он ненавидел, когда от работы отвлекали по пустякам.

– П-простите, мастер… – залепетал слуга, опустив глаза, – но мне сказали, дело срочное… Вот…

Слуга замолк и протянул вперёд пухлую ладонь с лежащим на ней посланием.

Фроуд презрительно скривился и осторожно взял свиток. Дешёвый пергамент, смазанная печать… Точно, Ингемар!

– Мастер… – только и пробормотал слуга, когда дверь с грохотом захлопнулась перед его носом. – А кто же гонцу платить будет?

***

Закончив читать, Фроуд положил письмо на стол и задумчиво потёр подбородок. Что ни говори, а Ингемар сумел удивить… Откинувшись на спинку стула, учёный перевёл взгляд на пробирку и принюхался. Спустя мгновение Фроуд выскочил из кабинета и, не закрывая дверь, поспешил к выходу на улицу.

Проходя мимо узкой бойницы, учёный сбавил шаг и взглянул на неровные клетки серого грунта, раскинувшиеся у стен крепости. Невзирая на многочисленные попытки, сад так и не удалось восстановить, и теперь лишь вокруг склепа короля возвышались редкие черенки деревьев. Всю остальную территорию покрывала разномастная поросль.

– Возможно, возможно… – пробормотал Фроуд, вспоминая события семилетней давности. Задумавшись, мудрец вышел во внутренний двор замка и едва не столкнулся с высоким рыцарем, облачённым в лёгкие доспехи.

– Доброе утро, Фроуд! – вежливо поклонился мужчина, улыбнувшись краешком губ. – Нечасто ты выходишь на прогулку так рано.

Учёный надменно хмыкнул:

– И тебе, Тис, желаю здравствовать. Как по мне, тот, кто занят полезным трудом, должен хорошенько отдыхать, а не бесцельно шататься туда-сюда. Жаль, но у наших стражников другие предпочтения.

Капитан дворцовой стражи не ответил и снова улыбнулся.

– Кстати, – протянул Фроуд, не торопясь уступить рыцарю дорогу, – не знаешь, когда возвращается принц?

На лице Тиса мелькнуло недоумение.

– А разве королева тебе не сказала?

– Да, но… – замялся Фроуд и отвёл глаза. – Ладно, Тис, рад был поболтать, да, к сожалению, дела не ждут. Советую и тебе чем-то полезным заняться, а не прохлаждаться весь день!

Капитан дворцовой стражи проводил учёного взглядом и, грустно улыбнувшись, покачал головой.

***

– Так-с, и что теперь? – пробормотал Фроуд, прогуливаясь по королевскому парку. Солнце давно показалось из-за горизонта, но пока поднялось недостаточно высоко для того, чтобы его лучи смогли миновать стены замка. Неторопливо шагая по мощённым тропинкам, учёный тщательно обдумывал свои дальнейшие поступки.

– Если принц вернётся нескоро, то, быть может, и стоит поехать, разузнать… – пробормотал Фроуд, машинально заламывая руки. –Шансы, конечно, невелики, но… Вдруг всё и вправду так, как я думаю… Да и с королевой в отсутствие Эйвинда всё равно бессмысленно разговаривать…

Резко остановившись, Фроуд вскинул голову и посмотрел на ярко-синее небо, простирающееся высоко над головой. Лучи света, преодолев наконец высокие стены, бережно коснулись печального лица придворного учёного.

Спешу сообщить, что почти все ваши поручения выполнены, наставник. Единственное – мне так и не удалось найти орахник пятнистый да одуван ощетинившийся. К слову, не уверен, что они вообще существуют…

Из письма Ингемара травника

Глава 4

– Папа… – плача, бормотала Мария, нежно поглаживая отца по голове. – Ну потерпи ещё немножко…

Ингемар негромко выругался и убрал пальцы со слабо подрагивающей шеи старика.

– Дела плохи, – голос юноши звучал едва слышно. – Будем надеяться, что он выдержит остаток пути… Если бы мы не попали под тот дождь…

Мария ахнула и закрыла лицо руками, а Ингемар, обернувшись, беспомощно вглядывался в ночную тьму, разгоняемую светом фонаря, прикреплённого к козлам. Извозчик подстегнул коней и произнёс, не оборачиваясь:

– Скоро приедем, мастер! Я бы и побыстрее мог, да боюсь, что старик галоп не выдержит.

– Ничего, и так слишком трясёт… – задумчиво пробормотал Ингемар, а затем, спохватившись, начал рыться в заплечной сумке. Найдя нужное растение, юноша оторвал одну из веточек и протянул Марии.

– Вот, держи! Отрывай по одному, разминай хорошенько и давай ему понемногу. Должно жар сбить…

Мария непонимающе взглянула на Ингемара, но всё же взяла протянутые ей листья.

На какое-то время разговоры стихли и тишину нарушали лишь фыркание лошадей, шелест колёс и слабые, едва слышные стоны Барди.

Наконец извозчик хрипло прокашлялся:

– Почти приехали, вон город уже…

Ингемар встрепенулся и с трудом приоткрыл глаза. Не сразу поняв смысл сказанных ему слов, юноша некоторое время сидел, тупо глядя перед собой. Наконец, немного оклемавшись, Ин обернулся и действительно увидел вдалеке огоньки.

– Знаешь, где дом наместника Тратия? – прошептал юноша, тщетно стараясь смочить слюной пересохшее горло. Остатки воды следовало поберечь для Барди.

Извозчик кивнул и слегка подстегнул лошадей. Легкий перестук колёс подсказал, что они выехали на мощённую дорогу, а значит, осталось подождать совсем немного.

Переведя взгляд на Марию, юноша в очередной раз поразился тому, как изменилось её лицо за последние два дня пути. Глубоко запавшие глаза слабо поблескивали из-под полуопущенных век. Заострившиеся скулы и впалые щёки свидетельствовали о крайнем нервном истощении. Ингемар хотел подбодрить девушку, но не знал, что сказать. Прикоснувшись к спящему Барди, юноша с удивлением отметил, что жар утих.

– Ну, как он? – раздался тихий голос девушки.

– Температуры нет… – коротко ответил Ингемар, старательно измеряя пульс старика.

– Это же хорошо, правда? – спросила Мария с надеждой в голосе.

– Да, думаю да… – неуверенно протянул Ин не решаясь встретиться с девушкой взглядом. Аккуратно приподняв веко старика, юноша почувствовал, как сердце на мгновение остановилось. – Знаешь, мне кажется…

– Приехали! – крикнул извозчик, натягивая поводья. – Мы у дома наместника.

Следующие минуты пронеслись для Ингемара словно во сне. Слуги, бегущие из дома, Барди в забытье на импровизированных носилках, Мария с неестественно сухими глазами…

– Скажи, – обратился юноша к одному из слуг, помогающему нести старика. – Фроуд уже приехал?

– Да, мастер, конечно. – ответил слуга, слегка покряхтывая. – Он о вас и предупредил, мы не спали, ждали, когда пожалуете…

– Точно… – поморщился Ингемар, – наместнику написать я как раз и забыл…

Внутри дома ярко горели свечи, освещая незамысловатое убранство. Сколько Ингемар себя помнил, Тратий страдал нездоровой тягой к аскетизму.

– Прошу сюда! – произнёс один из слуг, юркнув в дверной проём. Зайдя внутрь, процессия оказалась в небольшой комнате с одиноко стоящей по центру кроватью.

Осторожно уложив Барди, Ингемар взглянул в его лицо и, не сдержавшись, грязно выругался. Повернувшись к оторопелым слугам, юноша постарался взять себя в руки и сказал чуть спокойнее:

– Нужно позвать Фроуда, срочно!

– Но мастер… – залепетал один из слуг, широко открыв глаза. – Мастер отдыхает и велел его не беспокоить…

– Немедленно! – проорал Ингемар, потеряв самообладание. – Приведите мне Фроуда, живо!

Краем уха юноша услышал испуганный всхлип Марии, но сейчас, когда счёт шёл на минуты, не осталось времени для лживых ободрений.

– Хорошо, мастер… – пробормотал всё тот же слуга, не спеша выполнять поручение. – А ежели придворный учёный осерчает и велит наказать? Зачем мне рисковать?

– Да чтоб тебя… – чертыхнулся Ингемар, открывая кошель. – Теперь позовёшь?

Слуга ловко поймал золотой и, поклонившись, вышел. Оставшиеся лакеи, виновато пряча взгляд, разбрелись по углам, а Ингемар вновь начал рыться в заплечной сумке.

– Да где ж оно…? – пробормотал юноша сквозь зубы. Наконец, найдя небольшую, но тяжёлую жестяную баночку, Ингемар стянул крышку и поднёс сосуд как можно ближе к ноздрям старика.

– Остановись! – рявкнул совсем рядом знакомый голос. – На кой чёрт ему пары ртути?

Банка вылетела из дрогнувших пальцев и упала на пол. Блестящие шарики медленно, словно нехотя, выкатились из сосуда и замерли, поблескивая в тусклом свете свечей.

– Чёрт! – пробормотал Ингемар, бросившись собирать живой металл.

– Как всегда, сперва делаешь, а потом думать начинаешь… – небрежно бросил Фроуд, подходя к Барди. – Давай шевелись быстрее!

Смахнув в банку последний шарик, Ингемар поднялся на ноги и посмотрел на учителя. Одетый в камзол Фроуд выглядел собранным и решительным.

«Кажется, что он и не спал вовсе…» – подумал юноша, глядя как тонкие пальцы учителя порхают над жёлтой кожей старика. – «А может, просто прикорнул в одежде, как обычно»

– У него боли в области поясницы и склеры жёлтые со вчерашнего вечера. А сейчас заметил, что и дёсны пожелтели… – произнёс Ингемар, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

Фроуд на мгновение замер, а затем продолжил осмотр, что-то нечленораздельно бормоча. Ин, слишком хорошо знавший наставника, тяжело вздохнул. Обернувшись, юноша взглянул на Марию. Прижавшись к стене, девушка следила за манипуляциями Фроуда глазами, полными ужаса.

Подойдя к ней, Ингемар едва слышно прошептал:

– Не волнуйся, учитель точно поможет…

Девушка открыла было рот, чтобы что-то сказать, но её перебил низкий, раскатистый голос, в котором звучала плохо скрываемая ярость:

– Мне, разумеется, очень лестно слышать подобное, Ингемар… Но данная ситуация сродни той, когда краснодеревщику приносят гнилую чурку и требуют сделать из неё удобное кресло. Здесь уже бесполезно что-либо предпринимать… Стоит дать ему спокойно умереть…

Испуганный вздох Марии эхом отразился от стен комнаты и словно повис в воздухе. Ингемар поднял голову и увидел, как учитель, полностью утратив интерес к старику, повернулся к девушке и окинул её пристальным оценивающим взглядом.

– А вот с вами, юная барышня, мне очень хотелось бы поговорить! Весьма вероятно, что я смогу помочь хоть кому-то из этой семьи…

Обстановка на границах далека от спокойной. Несмотря на уверения соседей в необходимости заключения союза, за последние недели мы сумели остановить не менее шести отрядов разведчиков.

Из письма генерала Агвида Её Величеству Элеоноре Рийской

Глава 5

– Ваше Величество? – донёсся откуда-то издалека взволнованный голос. – Прошу прощения, но сейчас крайне важно решить, какими будут последствия…

Элеонора приподняла покрасневшие из-за бессонной ночи веки и окинула присутствующих оценивающим взглядом. На её лице застыла гримаса раздражения и усталости.

– А вы, господа, как считаете? – голос владычицы звучал хрипло и властно. – Всё утро мы провели за разговорами, а ни одного предложения я так и не услышала!

– Простите, госпожа… – виновато склонил голову, седовласый старик, сидящий по левую руку от королевы. – Но в теперешней ситуации невозможно найти решение, которое устроит всех.

– Быть может… – нерешительно протянул один из генералов, сидящих напротив, – стоит узнать мнение Его Высочества? Всё же, если мы ввяжемся в войну, может так статься, что расхлёбывать последствия придётся уже ему, а…

Генерал умолк на полуслове едва встретившись с Элеонорой взглядом. Нависшая над переговорным столом тишина не сулила собравшимся ничего хорошего.

– Я, разумеется, благодарна за ваше мнение, командующий Оден, но принц в отъезде, а откладывать принятие решений из-за его отсутствия будет весьма опрометчиво. К тому же, разве моего мнения вам недостаточно?

Присутствующие нервно заёрзали на стульях, старательно опуская глаза.

– Виноват, Ваше Величество… – пробормотал генерал, слегка покраснев. – Разумеется, мы с готовностью выполним любое Ваше поручение, но…

– В таком случае, командующий, не вижу смысла в продолжении нашего диалога! – сверкнула глазами Элеонора. – Давайте вернёмся к текущим проблемам! Итак, по донесениям шпионов Алтэрия готовится к войне?

Седовласый сосед королевы негромко прокашлялся и произнёс:

– Да, Ваше Величество. По нашим сведениям, там вплотную занялись вербовкой и обучением солдат. Но, так как сейчас начало осени, думаю, вторжение начнётся не раньше весны…

Элеонора нахмурилась и подпёрла подбородок крепко сжатым кулаком.

– Выходит, у нас есть чуть больше полугода для подготовки, так ведь?

Ответом владычице стало долгое напряжённое молчание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.