Три Змея, Волхв и кот Баюн
Змеины хроники
Любовь Сушко

© Любовь Сушко, 2024

ISBN 978-5-0053-7007-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга 1 Огненный Змей и другие

Книга 1 Огненный Змей и другие

ПРОЛОГ

Украл Дракон девицу в этот раз

не для утех, весь мир тогда дивился

– Мы сказку сочиним с тобой сейчас.

И согласилась мудрая девица.

О чем же сказка? Знамо, о любви.

И на земле, и в Пекле, и на небе

она жива, И что не говори,

мир без любви не выжил бы и не жил.

Дракон молчал, в сиянии страстей

боялся он опять воспламениться.

– Давай про битву, просто без затей.

Давай князей, богов заставим биться.

Она же все твердила о любви.

И сдался принц крылатый в одночасье.

– Пусть бьются за любовь. И вот вдали

уже и боги, и герои мчатся.

2.

Так дивные сказанья оживут,

И в письменах старинных проступают.

Дракон и дева снова песнь поют,

о том, как там живут и умирают.

И эти песни свитки сохранят.

И пламя их не тронет в час урочный.

И снова вижу Ния грозный взгляд,

и Велес на свиданье страстен ночью.

И королева Снежная страшна,

она опять о мести возмечтала.

Но Вольга, он очнулся вновь от сна,

и Берегиня из огня восстала.

И льется сказки призрачная вязь.

В ночном тумане тени воплотятся.

И к нам с тобой вернется смелый князь,

чтобы любить, страдать и защищаться.

Часть 1 Огненный Змей, Велес и Василиса

ВСТУПЛЕНИЕ

Наши истории уходят в глубину времен, в те давние —предание времена, когда над землей летали Змеи разные, какие-то из них были Злыми и кроме беды ничего не приносили в мир, а другие слыли добрыми. Только свет и радость от них в этом мире и были.

У славян в те времена народились три змея у Ясуни, которую потом стали называть Ягой, было три сына – Змея, первый из них появился грозный великан Тугарин, который может и летал сначала, но быстро разучился, и только по земле бродил, приводя всех в ужас, погромы устраивая, да такие, что живого места не оставалось в мире.

Вторым на свет появился от большой и вечной страсти с Велесом Огненный Змей, и третьим был Змей Горыныч, от кого из богов он был рожден сказать трудно. Яга это хранила в тайне. И никто эту тайну даже узнать не пытался, только любила она его больше всех, даже когда неприятности сыпались на его головы, и тогда защищала она его как могла, лечила, и все делала для того, чтобы ему хорошо жилось в этом мире.

Но в нашем повествовании речь пойдет о среднем сыне Яги, рожденном в любви и согласии, а потому сверкал он всеми цветами огня, и был созданием великолепным.

В мире Огненный появлялся не так часто, как его братья, он оставался чаще всего у отца своего любимого Велеса на острове Буяне, и очень любил умные книжки читать, участвовать во всех его делах важных и разумных.

Только когда беда нависала над Русью, и огонь его требовался, чтобы лед расплавить и землю согреть, только тогда он в этот мир и возвращался, да не сразу, а когда звали его туда волхвы, и убеждали в том, что им без него не обойтись.

Но обо всем по порядку. История Огненного Змея не такая уж краткая, а уж какая горячая, часто палящая все на своем пути, это каждый знает и ведает.

А кто не знает еще, так слушайте и запоминайте, и вам она пригодится.

Глава 1 Остров Буян

Говорят, сразу после появления своего на свет, Огненный Змей, как и Тугарин с Горынычем, жили далеко в горах. Именно там оставила их Яга и наказала Горным духам хорошо их охранять, а если что случится-приключится, то сразу к ней в заповедный лес воронов с вестями посылать. Но в тот мир своих детишек страшных брать она не собиралась, сколько бед они там могли натворить, одному только Велесу ведомо.

Зная, что в случае чего им всем достанется, да еще как, Змеи вели себя довольно смирно, пока ума-разума набирались, мужали и матерели, не было духам с ними никаких забот и хлопот. Но все когда-нибудь кончается.

И хотя были они братьями родными по матери точно, но надоело им прохлаждаться в горах, где кроме Горного никого и не было сроду. Все путники те места стороной обходили, зная, как там опасно, какие чудовища живут-поживают. Но если люди к Змеям не идут, тогда те к людям отправляются. Так было и на этот раз. Первым сбежал куда-то Тугарин. Просто с одно прекрасное утро исчез и нигде его отыскать Горный не мог, кляня себя за то, что не уследил за Змеем, а теперь беды не миновать.

Хотя такого громадного трудно было не заметить, а ведь не заметили ни оставшиеся Змеи, ни сам Горный дух не ведал, что один из них сбежать от них успел.

Потом Горыныч исчез, словно его корова языком слизала, совсем плохо стало одному Огненному. Но он понимал, что не может к земле приближаться, ведь сгорит там все ясным пламенем, стоит только ему вздохнуть поглубже. Но и оставаться в горах ему тоже больше не хотелось.

Что было делать, полетел он куда глаза глядят, да и оказался над морем – океаном. Долго летел, притомился даже, вот тут остров Буян и показался. Но что это за остров такой, откуда он взялся, почему до сих пор никто про него ничего не рассказывал?

№№№№№№

Так как пусто там было и палить особо нечего, то и приземлился Огненный на острове, еще не зная, не ведая, что там его батюшка родной проживал – Велес великий и прекрасный. Должно было у Бога всего живого быть место для уединения, где никто его видеть и слышать не мог. Там он отдыхал от трудов своих тяжких.

Но как только Велес появился, и рассказал ему обо всем, Огненный понял, что ничего случайного в мире не бывает, и судьба привела его туда, куда надо. Как тут не порадоваться всему, что с ним случилось? Теперь он никогда больше один не останется.

Огненный нашел свой мир и свой дом, и Остров в океане стал тем местом, где ему всегда было тепло и уютно. Так и устроилась его беспокойная, страстная жизнь. И все для мудрого Змея только начиналось в те старинные времена.

Глава 2 На острове Велеса

Мы уже знаем, что Огненный нашел свой остров. И узнал вскоре, что это было остров бога всего Живого, а вот Велеса он там встретил вовсе не сразу. Тот по земле ходил, в заповедном лесу обитал часто, и только когда все ему надоедало основательно, только тогда он на свой остров и отправлялся. И повезло Змею, что как раз такой момент вскоре для Велеса и наступил, и тогда там, около острова, разыгралось синее море, и вышел на берег, то ли медведь, то ли человек, на самом де деле это был Велес сам. Сразу понял он, что покой его уединения какой-то наглец осмелился нарушить. И хотелось понять ему, кто это мог быть. У кого наглости хватило. Ведь до сих пор такого не было, если кого-то и закидывало туда, то случайно и не своей воле, а этот, чайки ему говорили, сам добрался, ничто его остановить не могло.

Когда Огненный появился перед ним – там же острове, не скроешься, да он и не собирался скрываться, Велес только ахнул, ведь ждал он красну девицу, а вовсе не Змея, что с ним делать – то было, как быть? Со Змеями ведь бед не оберешься, уж если Яга с ними справиться не могла, то он и вовсе не сладит.

Вот об этом и спросил Велес у Огненного:

– Змеи Огненный, зачем явился ты сюда, чего тебе надобно от меня?

– Учиться уму разуму я к тебе прибыл, ведь ты у нас мудрым прослыл. А мне мудрость тоже очень нужна. Посмотрю, как глуп мой старший братец, который только и может крушить все на своем пути, как младший хитроват, да тоже умом не наделен, так только об этом и думаю, и всех я уже перебрал. Да не берут меня в учение, боятся, а ты ведь бог всего живого, ты меня не боишься. Потому один ты у меня на всем белом свете и остался.

– Вот еще, – усмехнулся Велес, – я вообще никого не боюсь, сомневаюсь только, что тебя обучить чему-то можно, это другое дело.

– Этого не узнаешь, пока не попробуешь, а я все постараюсь сделать для того, чтобы дураком не помереть, вот увидишь, толк будет, усилия твои не пройдут даром. А благодарности моей не будет конца и края.

И так складно да ладно говорил Змей, что Велес подумал, что он ошибиться может, что и среди Змеев могут оказаться умные да разумные. А ему он тоже пригодится, как друг и советчик и чтобы бороться с Перуном не в одиночку было, Змей тоже не помешает, а то младший брат его совсем от рук отбился, только и мечет громы и молнии, а Змей может ему помочь хорошо, в том не было сомнений.

И Змей оказался прав, об этом можно сказать, забегая вперед, потому что схватывал он все на лету, и во всем отличиться мог – это точно. И вскоре подтвердил старое правило, что ученик может обойти своего учителя и его тоже чему-то научить. Правда, Велес все-таки оставался богом, потому вряд ли кто-то мог бы его обойти. Но ученик на славу выдался.

№№№№№№№

Когда Яга все облетела и не нашла своего среднего сына, она заглянула на остров Велеса и очень подивилась, его там обнаружив.

– Ты сам сюда залетел случайно или надоумил кто? – стала допытываться она.

– Слава о моем учителе по всем землям прошла, и до наших гор дошла, так мы с ним и познакомились, а теперь он самый главный бог для меня на земле, да и во всем остальном мире тоже.

– Ты бы помолчал, потому как я тебя Перуну хотела подарить, а не Велесу.

– А ему что своих громов и молний не хватает? Нет, не пойду я к Перуну, я с Велесом останусь, – упрямо топнул лапой Огненный.

И слышавший все это бог порадовался тому, что происходило, вот ведь толковый парень, хоть и змей, нарадоваться он не мог. Так что проводили они Ягу, да снова за дело принялись. А приступили они к изучению Книги Мудрости..

Но вот тут и почувствовал Огненный, что не хватает ему помощницы. Об этом он и сказал Горынычу, как только тот решил их навестить и посмотреть, чем там братец его занимается.

– Нужна мне девица, чтобы записывала красивым почерком то, что я ей рассказывать стану, беседовала со мной, когда бога нашего нет на месте, да мало ли еще для чего, остров – то почти необитаемый, а нам надо его обжить хорошенько. А ты ведь всегда девиц воровать умел, уж постарайся для брата родного.

Как только узнал о том, что Змею нужна ученица и помощница, он прикинул так и сяк и заявил, что может быть скоро она у него и будет.

Огненный еще ни с кем познакомиться не успел, Горыныч же знал всех девиц прекрасно, и сразу у него появилась странная мысль, пристроить туда еще одну девицу, уж очень ей должно пригодиться то, чему Велес учит Огненного, потом еще спасибо ему скажет наверняка

Глава 3 Змей ворует Василису

Горыныч озадачился тем, чтобы найти для брата своего девицу. Но еще по дороге к заповедному лесу он подумал, что тут не подойдет любая девица, первая встречная, которую он совсем не знает, нужно кого-то настоящего и очень умного. Хотя умных девиц всегда можно было по пальцам сосчитать, но разве Велес вместе со Змеем не заслуживают самой лучшей? Тем более, остров маленький, если что случится- приключится, так быстро оттуда не сбежать, а ужиться очень трудно будет. И таскать туда – сюда девиц ему тоже не хотелось, надо уж одну и чтобы наверняка была сильная, окрыленная и одухотворенная, да и продержалась подальше.

Понял Горыныч, что трех его голов для этого очень мало, тут нужен еще кто-то, ну хотя бы царь Горох. Конечно, лучше всего была бы Яга, только боялся он, что черти его засмеют, ведь он все время к своей матушке бегает, хотя сам уж тысячу лет прожил. Нет, ее надо оставить на крайний случай, если с другими ничего не придумается. А пока он без нее как-нибудь точно обойдется. И для начала отправился он в царство Гороха, чтобы поговорить с котом ученым, который как раз там гостил и с Василисой, может царевна ему кого присоветует. Он вовсе не думал в тот момент, что царевна сама соберется на остров, и с этого все скандалы и начнутся. Ему хотелось, чтобы она предложила какую-то умную девицу, которая бы совсем другой оттуда вернулась и смогла использовать свои познания во благо всем, и украсила царство Горохово.

Но как только Змей отбился от царских псов и встретился и с котом и с Василисой, то стал им рассказывать, что был на острове Буяне, чего хочет Огненный, и о поручении своем трудном.

Кот странно заерзал на месте, решив понять, провокациями ли занимается Змей или он и правда не ведает, что творит.

Василиса пока молчала, но по тому, как сверкнули ее глаза, он сразу понял, что на какое-то время им с царевной придется расстаться. Она уже все решила и от своего не отступится. И ни с кем, даже с котом ученым советоваться не собиралась – слишком много чести для кота и волка.

– Нет, – топнул он лапой по мягкой траве, и забыл, что в траве может быть какой-то камень, а то и живой ежик, и тогда будет очень больно.

– Да, – отвечала Василиса, – кого это я должна искать, если мне не помешает школа мудрости Велеса. Боишься, что я стану умнее тебя? Правильно делаешь, что боишься, и стану, и буду, вот тогда и попляшешь, ученый ты наш.

– Да ничего я не боюсь, только что мы царю скажем, когда ты исчезнешь не на один день. Кто должен будет оправдываться и утешать царя, да он и Змея и меня за хвосты подвесит на ветках священного дуба и дорого не возьмет. Ты об этом хоть подумала?

Кот замолчал, и решил послушать, что царевна скажет, есть ли в ее душе хоть капля жалости к своим верным друзьям.

– Сначала он не хватится, а потом ты что-нибудь да придумаешь, – отвечала Василиса и так посмотрела на кота, что он понял, что спорить с ней совершенно бесполезно, только время терять, а потом все равно придется исполнить то, о чем она говорит.

Кот все еще медлил, потому что она права, ему придется остаться, и как-то убедить царя, что все это просто необходимо для царевны. И только так она сможет выжить в этом мире, конечно, чушь собачья да и только, но надо говорить складно и уверенно.

– Мое место там, – услышали они оба твердую речь Василисы, – Царевичей Яга обучает, а я должна быть там со Змеем всему научиться,, лучшего обучения и не придумать. Ведь я увижу самого Велеса, поговорить с ним обо всем смогу.

– Его и тут можно встретить, – пытался как – то еще убедить ее кот, мысленно ругая Горыныча за то, что он явился, не запылился.

– А не ты ли говорил, что тут он только в шкуре медведя ходит, и даже если я узнаю, что это не настоящий медведь, какой мне от этого прок, я что смогу к нему близко подойти.

Вот этого как раз коту хотелось меньше всего, потому что даже он до конца не знал Велес перед ним или Медведь и старался спрятаться от него подальше, а что о Василисе говорить. И закончится это плачевно. Скорее всего до Велеса она и вовсе не доживет, потому что медведей в лесах много, а он один, и выходит только к тому, к кому сам хочет.

Приближалось время обеда, потому Василиса и скомандовала:

– А ну-ка пошли быстрее, а то потом поздно будет лететь, путь-то не близкий.

Змей подставил свою спину, и предупредил, что за все отвечать будет кот Баюн. Чтобы с него потом не спрашивали.

– Не бойся, он ответит, куда ему деваться, – заверила Василиса

Вот уж точно, деваться ему было некуда. Баюн только лапой им махнул на прощание, да и отправился прочь, ему надо было еще оправдательную речь для царя приготовить. Как девиц воровать, так это Горыныч, а как речи готовить, так это кот. Но такова участь любого ученого мужа или кота, во все времена случалось горе от ума и от учености

Глава 4 Спасет она одна

Но как не торопился Змей унести ноги и Василису, ему пришлось еще чуть задержаться в дремучем лесу, и послать за котом летучего мышонка.

– Ты погоди немного, память у меня плохая, хоть и три головы на плечах, но мне надо с котом посоветоваться.

– Снова обо мне? – Василиса почувствовала, что Змей передумал везти ее на остров, ей надо было сделать все, чтобы воспротивиться этому, потому что она уже так решила и отступать не собиралась.

– О тебе, не о тебе я и сам не знаю, вот придет кот, и все узнаешь, – отмахнулся от нее Горыныч, он только казался мягким на первый взгляд, а в глубине души был тверд, словно камень.

Кот появился на диво быстро, потому что ему было интересно, что там еще Змей придумал, да и отправить их хотелось поскорее, пока царь не спохватился и не узнал все. А там достанется и от папаши, и от дочурки, и так как на Змея они вряд ли захотят кинуться, то достанется коту, он не первый век живет на свете и не первый год с Горохом, потому все прекрасно знает

– Что еще за беда с тобой случилась, – заерзал на месте Баюн, – на кой я тебе вдруг понадобился?

– Вы же мне голову заморочили, и я совсем позабыл рассказать тебе о свитке и о том, что там написано, а это очень важно и ты должен все знать и понимать.

– Забыл, что ты у нас свитки читать умеешь, – решил подшутить кот, – а то я сам бы тебя расспросил.

– Огненный читал вслух, а я подслушал только, – отвечал Горыныч, – так вот, там написано, что нашего Велеса от медвежьей шкуры, в которую его братец облачил, может спасти прекрасная девица. И ты представляешь, как он той девице будет за освобождение благодарен.

Они оба посмотрели на Василису, лучше бы ей того было не слышать, только что делать, все равно ведь услышит, да если не сегодня так завтра узнает, какая разница.

– Это очень опасно, что с ней сделает потом Перун, ведь если она об этом узнает, захочет спасти, а она захочет, то я тебя на лоскутки порву, – заявил кот. – Ты теперь следи за тем, чтобы у нас такого грозного врага, как Громовержец, не появилось, потому что одно дело, с Добрыней сражаться и убитым прикидываться, а совсем другое, против Перуна идти. Тогда и о бессмертии пожалеть еще придется.

– Ты слышала все? – спросил Горыныч у Василисы, – если дашь мне слово, что спасать Велеса не станешь, тогда возьму с собой на остров, а если нет, тут оставлю, и живи тихо и спокойной и нам дай жить тоже.

Он кивнул на дремучий лес, где оставаться никому не хотелось. И намекал Змей, что именно там и придется царевне жить, а там в то время даже и чертей не было, один только Соловей Разбойник обитал.

Василиса с мольбой взглянула на кота, куда только ее храбрость делать, и такой ласковой да послушной сделалась, что без слез и не глянешь, но кота это никак не могло обмануть, а вот Горыныч повелся.

– Что ты ее пытаешь, забыл что ли, что есть у него сила такая, что и Лада с Ягой не устояли да разругались, а что с нашей девицы – то взять, она хоть и царевна, но простая смертная.

Горыныч медлил, теперь он не знал, что ему делать, и не только за Василису переживал он, но и за свою шкуру тоже. Кинет его Перун в Пекло к Кащею, вот и налетался, получается. А Велес за него вступаться не станет, одним Змеем больше, одним меньше, новые появятся.

– Ладно, не дрейфь, у нас волк есть еще, если что, – похлопал его по боку кот, тот не лыком шит, что-нибудь придумает.

Упоминание о волке Змея немного успокоило, он не знал, как тот станет сражаться с Перуном, но кот знает, о чем говорит. О Волке вспоминали всегда в последнюю очередь, но он приходил на помощь и все делал как надо.

Глава 5 Укради меня, Змей

Песня царевны Василисы

Змей простился, наконец, с котом, потому что у него были дурные предчувствия, и даже шерсть начала дыбом вставать. То ли просто буря надвигалась, то ли воины царя, прознав про все, бросились за ними в погоню, и чем черт не шутит, могли и догнать, потому что по земле он передвигался не так быстро и ловко, как в небесах

– Вы давайте, отправляйтесь на остров, и мне спокойнее будет, – заявил Баюн и даже лапой подтолкнул Змея, словно была в нем такая сила, что он мог его сдвинуть с места.

Конечно, ничего такого и в помине не было, но коту хотелось показать то, чего нет, так он себя увереннее чувствовал, мощнее.

Василиса была уже на Горыныче и пыталась поудобнее усесться, чтобы в полете не свалиться с него в запале.

– Ты держись хорошо, чтобы я тебя где по дороге не потерял, – попросил ее Змей.

Она только кивнула в ответ.

Кони заржали за их спинами, когда Змей кружил над лесами, и они стремительно набирали высоту. Кто-то из воинов пустил стрелу, но так в змея и не попал. Остальные решили, что дело это бесполезное, зачем стрелы расходовать, они еще для дела сгодятся. А некоторые так и вовсе плохо видеть стали, потому что говорили, что Василисы там никакой не было, Змей улетел один. Куда делась царевна, этого никто точно сказать не мог.

Кот спрятался в дремучем лесу, решил подождать пока они не уедут, чтобы себя не выдавать, и отправился во дворец совсем по другой дорожке. Хотя кто бы и о чем его спрашивал, если он во все времена ходил сам по себе как ему захочется. И пусть они докажут, что он в чем-то виноват, а он им помогать не собирался. И давно известно, что с котом даже царь спорить не станет, убедился, что только хуже сделает себе и остальным.

№№№№№№

До острова Змей и царевна добрались спокойно, больше никто и нигде не пытался их остановить, да и какая птица может остановить огромного Змея да еще в полете.

Василиса не видела острова пока они летели. Он был укрыт где-то в тумане, недаром кот говорил, что до Буяна не добраться на лодке или на плоту, потому что всегда проплываешь мимо, только во сне или на Горыныче, а Змей хорошо знает туда дорогу и можно доплыть-долететь. Потому Змей приземлился неожиданно. Ей показалось, что он на воду уселся, но это было не так, там был песчаный берег, дуб вековой, и вдали очертания красивого дворца. Реальность это или мираж, кто его знает.

И не успела девица еще отдышаться и опомниться, как навстречу шагнул Огненный Змей. Он был таким прекрасным и таким блестящим, хотя день выдался пасмурный, и никакого солнца не было, что можно было представить, как он сверкает на солнце.

– Вот царевну получай, она сама захотела к тебе мудрости учиться, – выпалил Горыныч

Огненный смотрел на Василису с недоверием, словно она хотела его обмануть.

– Что не так-то опять? – возмутился Горыныч.

– Они все так говорят, а на самом деле им только Велес и нужен, он притягивает их, как бабочек на огонь.

– Наша дева Велеса еще и в глаза не видела, – стал заступаться за нее Горыныч. – Что есть, то бери и учи хорошенько, царевна как-никак. Мне еще за нее придется отдуваться, а вернее сражаться с этими самыми парнями, которых хлебом не корми, дай только Змея убить.. Может и не с папашей ее, тот стар и немощен, но жених-то у нее наверняка есть и не один. Кстати, кто у тебя там жених? – поинтересовался Змей. И сам попрекал себя за то, что не догадался спросить о том раньше.

– Дунай, – тяжело вздохнула Василиса.

– О, Велес, я так и знал, а кого поспокойней типа братца своего Ивана выбрать не могла, этот ведь только в драки и лезет, так и мечтает Змея убить и на куски разрубить.

– Не могла, – отвечала Василиса, – у того Серый волк есть, и чем это лучше, Дунай просто человек, а Волк-чародей, он тебя точно убьет, а не просто для галочки и отчету, так что не нужен нам с тобой мой братец, уж лучше Дунай.

– Тебе легко говорить, тебе с ним не махаться, и все из-за вас это случается, куда бежать от вас, кому что сказать, ума не приложу.

Повозмущавшись от всей души, Огненный повел ее во дворец и стал говорить, как тут живут, что от нее потребуется и что она захочет получить взамен.

– Повезло тебе, царевна, хотя с другой стороны как знать, может и не повезло совсем.

– Поживем, увидим, – только и ответила Василиса.

Огненному понравилось, что она не ныла, ничего не боялась и чувствовала себя спокойно и уверенно. А главное – учиться хотела, ведь это тоже среди девиц царских кровей не часто случается. И хотя он видел царевну в первый раз, но от кота и Горыныча столько про нее слышал и хорошего, и разного, что показалось Огненному, что были они с царевной давно и хорошо знакомы, но так даже лучше, не надо будет притираться, привыкать, сразу можно делом заняться.

Укради меня, Змей,
унеси меня в пропасть, Крылатый.
Я одна средь людей,
и надежда и все-же расплата.
В этом мире страстей
оставаться одной не пристало,
Унеси меня, Змей,
чтоб умней и выносливей стала.

Там, на острове Велес,
все ждет так давно и скучает,
Мне дворцы здесь приелись,
в камине огонь остывает,
И от страсти земной
не хочу в этом Пекле спасаться,
Укради меня, Змей,
и позволь мне с богами остаться.

Сказки сны и виденья,
подари мне, товарищ крылатый,
Пусть жестокою тенью
во тьме нависает расплата
Пусть печали миров
Унесут, уведут нас до срока,
Укради меня, Змей,
Мой коварный товарищ жестокий.

Глава 6 Поединок с Дунаем

Хотя воины путались в показаниях и ничего так толком и не рассказали, но весть о том, что Змей похитил царевну тут же пролетела по всем городам и весям. И царь то ярился, то рыдал, то поднимал воинов, то снова их отпускал, понимая, что девица находится не в соседнем лесу, и не доберутся они до того самого острова Буяна. А доберутся, так испепелит их Огненный, как только увидит, и какой в этом толк, царевну не спасти, а воинов только и осталось потерять.

Царь сказки кота слушал внимательно и все понимал про остров Буян, тут надо либо волка с царевичем, либо Дуная посылать за нею, а остальных оставить в покое. Неровен час, какие враги на них нападут, что тогда делать станут?

Дунай сам поспешил во дворец, как только до него дошел слух о том, что невеста его, Василиса пропала без вести.

– Это Горыныч, – тут же заявил кот, который шагал по лесной тропинке, разговаривал с ежиком и на Дуная буквально наткнулся. – Как только Змей прилетел, я сразу понял, что не просто о здоровье нашем он спросить хочет. Но не подумал даже, что Василиса так быстро согласится с ним на остров отправиться.

– Это все твои сказочки, – попрекнул его Дунай

– Ну чего к сказкам прицепился, я предупредить ее хотел, что нечего ей на том острове делать.

– Ты и про волка ее предупредить хотел, а она в лес понеслась на волка посмотреть. С Василисой нельзя так, как со всеми, она же особенная и никогда не знаешь, как сказка твоя обернется.

– Ты бы не меня поносил, а собирался со Змеем сражаться, кроме тебя все равно некому, да и жених ты или не жених?

Дунай и без кота знал, что ему делать надо, но на этот раз промолчал, потому что как волк царевичу, кот ему тоже еще пригодится. Ссорится с ним не надо, а кот заводной и вспыльчивый. Он забыл, что кот умеет читать его мысли, потому и размышлял, словно только сам с собой говорить мог.

Дунай подкараулил Змея, когда тот в дремучий лес прилетал, а ждать его оставалось недолго, он словно сам судьбу испытывал и тут же вызвал его на поединок.

– Но что ты творишь, – воскликнул Горыныч, – ведь Василиса сама туда собралась, разве я ей мог отказать. Да и бесполезное это дело, волка она все равно бы уговорила, так что напрасно ты меня в чем-то обвиняешь.

– Безотказный наш, а если с ней там что-то случится. Мы о том даже не узнаем. Ты бы лучше наведался и узнал, как она там поживает.

Так поединок на время был отменен. Змей понимал, что пока он просто нужен воину, ну пусть так, какая разница, разрубленным на куски валяться ему вовсе не хотелось, да это всегда успеется, а этот Дунай сгинет, новый появится, ведь воинов у Гороха, как поганок после дождя, и среди них даже довольно храбрые встречаются. Так что на его долю хватит, раньше или позднее, какая разница, но лучше, если ползднее все случится.

Горыныч уселся перед костром, потому что наступил вечер пока они с богатырем препирались, то ругались, то мирились, и решил Горыныч немного передохнуть, да поговорить. Дунай тоже вроде настроен был на беседу у костра. Только кота им для полного счастья не хватало, но кот появится, никуда не денется, а может уже где в кустах поблизости подслушивает

Глава 7 Мирный договор

Полыхал огонь то от ветра, то от дыхания Змиева, и они смотрели на это пламя, и говорили потихоньку, Горыныч начал первый —

– Какой ты эгоист, пусть лучше царевна будет сказочницей, чем ведьмой какой, – возмущается он, – может тебе и нужна какая-то неученая дура, а нам нужна умная царевна, вдруг ей царицей стать придется. А где ей ума набраться, как не у Велеса на острове. Я бы и сам там оставался, да не пригоден я для такого обучения. У нас весь ум Огненному достался. А нам с Тугариным так, по паре извилин на четыре головы, каждому свое, как говорится. Нам умная и ученая царевна нужна, вот хоть у кота спроси, только он где-то запропастился. Давно его не видать и не слыхать.

– Да, а еще желательно живая, – усмехнулся Дунай, – потому что от мертвой царевны никому никакого толка и не будет.

– Да кто там ее убивать – то станет? – удивился Змей, -там все тихо да мирно, ничего такого не случается. Ты панику- то не нагоняй заранее.

– Твой братец в ярости дыхнет, а царевна любого разозлить умеет, и что останется от нее? Только рожки да ножки. Вернее бантик какой, не больше того, вот об этом я и говорю.

– Никого он еще не испепелил как будто.

– Так там пока еще никого и не было, – отвечал Дунай.

Судя по всему, он хорошо был осведомлен о том, что на острове творится. Хотя Горыныч и скрывал свои чувства и тревоги, но он тоже волновался из-за царевны, и пообещал с рассветом туда отправиться и ее навестить, чувствовал, что он за нее отвечает, раз уж ввязался во всю эту историю.

На рассвете, простившись с Горынычем, Дунай отправился на царский двор, чтобы рассказать царю о том, что случилось за последнее время.

– Я так понимаю, что биться ты с ним не собираешься, напрасно я на тебя надеялся. – посетовал царь-батюшка, выслушав бравого своего воина.

– И сам не буду и другим не дам, иначе у нас связь с островом оборвется, а как мы сможем потом Василису назад вернуть? Только Змей нам в том и поможет.

Царь подумал немного и решил, что богатырь прав, далеко уволок ее Змей, только он вхож в те дома, где теперь была и его дочка, и большой глупостью было бы с ним расправиться. Только когда это самое учение закончится? Без Василисы во дворце пусто и уныло сделалось.

Выслушав Дуная, царь решил еще посоветоваться с котом, но тот ему повторил почти слово в слово все, что он от воина слышал, ничего нового кот не сказал. Да и так было ясно-понятно, что не стоит пока сильно суетиться, иногда ничего не делать лучше, чем действовать начинать, урону меньше. Это они все тоже успели усвоить.

– Ну затеяли вы игрища, махнул рукой царь, что делать только будем, может уже от Василисы один только пепел и остался, а вам хоть бы что. Сплавили царевну к Змею Огненному и пальцем о палец теперь ударить не хотят.

– Сам знаешь, что царевну так просто не убить не задушить, – покосился кот на царя, – она не дастся никому, а Змею и подавно, да в отличие от твоего любимого Горыныча, Огненный ни одну еще и не убил как будто, – задумчиво размышлял кот.

– На это только и есть последняя надежда, – согласился царь.

И все-таки места он себе найти в те дни никак не мог, одно дело в заповедный лес сбежать, где и коты, и Соловей Разбойник, и волк – любой ее спасет и защитит, и совсем другое – на остров на краю света отправиться. Мало ли что там случиться может.

Глава 8 Найди своего медведя

ЗАВЕТ ВЕЛЕСА

В начале был Бог – самый прекрасный из сыновей Лады Велес получил от богини пламенный перстень.

Это было не просто украшение. Он вселял в душу самого бога и того кто оказывался рядом с ним неодолимую страсть и нежность пред которой никто не мог устоять.

Так в бесстрастном и еще недавно неподвижном мире появилась настоящая страсть и любовь.

Как и любой огонь, она могла согреть нас, но чаще пепелила – сжигала дотла. Только сначала этого ни Велес, ни Перун не знали, а если и догадывались о том, то старались не думать.

Все было мирно до тех пор, пока не появилась у Перуна жена облачная вила Дива. И не воспылала она страстью к Велесу. Это неизбежно должно было случиться.

Мудрая Лада не стала даже вмешиваться в происходящее. Породили они прекрасного и вечно юного Ярилу. Так впервые страсть оказалась на земле.

Но не мог Перун простить брата своего, как не пытался. Тогда в справедливой ярости и сбросил его на землю, в дремучий лес, который стал заповедным.

Но не спасло этого и не успокоило Перуна на небесах. Не отрывала взора Дива от земли. И хотя сбежать она туда не могла, но окаменела, ничего больше не видела и не слышала.

Последнее, что мог сделать Перун, это облачить брата страстного и неугомонного в шкуру медведя.

Теперь разглядеть его и отличить от других медведей, на земле бродивших, было невозможно.

Только не один Велес медведем стал. Когда Ярило подрос, он тоже получил от Велеса такую шкуру, когда в зимнюю стужу появился на земле Коляда и ему шкура досталась.

Да и все остальные боги хотели быть таким как он. А может, над Перуном поиздеваться пытались.

Когда увидел он медведей дюжину, то и наложил на них новое заклятье – пусть полюбит медведя какая глупая девица, даже не подозревая, что перед ней молодой и прекрасный бог. А вот если это случится, тогда только от шкуры он и избавится. Если же никто не полюбит, то вечно ходить ему в звериной шкуре.

Понял Велес, что произошло. Поняли это и молодые боги. Сначала они опечалились, а потом решили, что им и так неплохо живется.

Был у славян таинственный остров Буян, где никакое заклятие Перуна не действовало, всегда находились девушки, ведьмы ли или просто проницательные девицы, которые догадывались, что нет таких животных, есть боги, в звериной шкуре.

Так и существовало древнее предание из века в век

Отважные, жаждавшие не просто мужа, а страстного возлюбленного получить рвались к своим медведям, чтобы изведать страсть и с богом рядом оказаться. Невозможно было их в том разубедить. Они находили того, кого искали.

Ну а остальным доставались просто смертные, в лучшем случае чародеи в волчьей шкуре запрятанные.

С ними тоже, наверное, можно было жить, даже полюбить их можно, только это совсем другая жизнь и совсем другая любовь.

Найди своего медведя,
он где-то живет в глуши,
И путь в этот мрак неведом,
но ты туда поспеши.
Там встретят и лисы и волки,
пусть там поют Соловьи.
Найти своего медведя-
тот факел вечной любви.

Зажги, пусть он полыхает,
на этот свете и том,
И пусть тебя не пугает
вид его грозный, зато
Однажды увидишь бога
в печальных его глазах,
И Велес посмотрит строго,
и где-то на небесах

Напрасно Перун ярится,
ему не осилить чар,
И будет во мраке биться
огонь, и тебя встречать
Он выйдет однажды снова,
и в этой лесной глуши.
Найди своего медведя,
в объятия поспеши.

Кому-то достались волки,
строптивы они и злы,
И снова во мраке воют,
а лисы порой милы,
Но хитростью и коварством,
они одарят сполна,
И только в медвежьем царстве
ты счастлива и вольна.

Там мед и малина снова,
там звезды и небеса,
И мира совсем иного
откроется полоса.
И пусть нам покой неведом,
и пусть умереть должны,
Найди своего медведя,
тайны, тревоги, сны.

Его окружают вилы,
колдуньи и чудеса,
И только он сиротливо
все ждет тебя, небеса
От молний и гроз зловещих
в печали раскалены
В преддверии этой встречи
лишь мутная спесь луны.

Иду по лунной дорожке,
туда в тишину и высь.
И пусть мне страшно немножко,
но без медведя не жизнь.
Там звери отступят снова,
он факел страсти во мгле,
В преддверии рокового
прорвется медведь ко мне.

Глава 9 Лиха беда начало

Царь волновался, места себе не находил, но напрасно все это, потому что Василиса на острове быстро обжилась, все устроила как ей самой хотелось. Огненный оказался значительно покладистее и добрее Горыныча, может потому, что дышать на нее боялся, ведь дыхание его огненосным могло оказаться. А он с самого начала усвоил, что надо отвечать за всех, кого приручили. Уж точно пепелить царевну, пусть и не очень покладистую не стоит, себе дороже будет.

Но вот занимался с Василисой Огненый в облике доброго молодца, вполне приличного, такого, каким он всех жен чужих обольщал, прежде чем вернуться в змеиную шкуру. И в человеческом облике у Змея было что-то такое, что сильно задевало царевну. Она терпела-терпела и потом все-таки начала с ним ссориться. Если пристальнее посмотреть и сама не ведала из-за чего все началось.

– Вот ни разу не видел, чтобы хоть одна баба со мной ссорилась, – признался Змей. – Им все и всегда нравилось. Да что там, они без меня тосковали и сохли, если задерживался где и до них не добирался вовремя.

– Да просто боялись они тебя, – выпалила Василиса.– Даже когда ты стараешься быть добрым молодцем, есть у тебя что-то от чудовища, прорывается прямо, наружу выползает.

– А ты, значит, не боишься?

– А чего мне тебя бояться, на меня твои чары совсем не действуют. Я ведь не влюбляться, а учиться сюда пожаловала.

– Я и говорю, что ты странная какая-то.

Так они могли перепираться долго и упорно. И в один из таких дней заглянул на остров Горыныч и сразу застал ту ссору. Он очень удивился, и понял, что опасения царя не были напрасными.

– А это что такое, я тебе зачем девчонку приволок, чтобы ты ссорился с ней или мудрости учил.

– Одно без другого не обходится, – отвечал Змей.

– Раз так, проку мало от учения, у нас Василиса и так была не подарок, а что ты еще с ней сотворишь. Прекрати немедленно, тебя же самым мудрым из нас считают, что-то не заметно.

– Да хуже уж точно не станет, – она даже исправляется понемногу, только ведь нельзя так сразу.

– Сразу нельзя, – согласился Горыныч, но заберу я ее отсюда, а тебе другую, покладистую привезу.

Царевна вспыхнула, она вовсе не ожидала такого поворота, разве Змей не привык ко всем ее ссорам? Почему он так быстро от нее отказывается, неужели только Серый волк и может с нею справиться, а больше некому?

– Не понимаю, что ты тут такого разглядел, я такая как обычно, и к Змею не привязывайся. Ему больше твоего достается, потому что ты как что начинается, лапы в руки и убегаешь, а он остается, меня одну не бросает на пустом острове, много ему терпеть приходится.

Змей окончательно запутался, пока слушал ее. Ему то нравилось все, что творилось там, то совсем не нравилось, получалось, что им не очень хорошо вместе, но и раздельно тоже очень плохо, как это вообще называется, прямо дикость какая-то.

– Я одного не пойму, ты со мной или с ним тут остаешься? – наконец спросил Змей.

– Тут, туда я всегда успею учения мы не закончили. Ведь еще не вечер, – радостно прибавила она

– Смотри, зови, если что еще случится, ворону отправишь ко мне, все будет замечательно, или не будет, но там поглядим – махнул на прощание лапой Горыныч.

Не успел Змей улететь, еще и след его не простыл, а они уже снова развернули старинные свитки и начали читать и обсуждать все, что там было написано. Сначала беседа текла мирно, потом все снова начало меняться на глазах. Змей ума не мог приложить, что же ему делать дальше. Но характер у царевны был очень тяжелым, несносной она была, это точно, хотя в уме и хитрости ей не откажешь.. Но наверное, лучше глупенькие, с ними возни меньше, чем с такими умными-разумными. Да видно пока она все не изучит, так оно и будет, а кто ему обещал, что станет легко?

Глава 10 Полыхающие страсти

Между тем время текло своим чередом. Сказать, что Василиса стала привыкать и уживаться с Огненным, было бы не правдой, сказкой, потому что ничего такого не было.

Если и бывало все тихо и мирно, так затишье такое было перед бурейОни хорошо это усвоили оба. Чуть позднее это понял и Горыныч, просто до него все долго доходило. Значительно дольше, чем до Огненного, хотя у того была одна голова, а у этого – целых три. Но на остров наведываться он стал значительно чаще, чем раньше, у него нюх какой-то появился, когда там должен был очередной пожар вспыхнуть, а так как воды в нем было очень и очень много, то потушить эти пожары он пока еще успевал. Но хорошо понимал Горыныч, что если замешкается и опоздает, то остров и все, что на нем сгореть может дотла. Понимать-то понимал, но тут уж как карта ляжет, потому что там оставаться он все равно не мог, родная пещера в горах была ему дороже всего, а тут он был только в гостях, и надолго задерживаться не собирался. Но Василисе и не хотелось, чтобы он оставался надолго, потому что постепенно учение стало с увлечением, и самое главное, она начала постепенно сочинять свои сказки. Сначала побаивалась, а потом все-таки решилась на такое. .

Нет, это не было чем-то совсем уж новым для нее. Прежде она вместе с котом Баюном тоже писала сказки. Вернее сочинял, конечно, он сам, она же только помогала ему, исправляла что-то, в свитки записывала, тут совсем по-другому все было., Она от начала и до конца все делала сама, Змей только что-то подсказывал, слушал и чаще всего ее хвалил, и не потому что связываться ему с ней не хотелось, критиковал он от всей души, а все больше понимал, что критиковать-то не за что было, все у нее получалось складно да ладно, вот ведь что главное. Ну и конечно, от скромности он не помирал, и приписывал все заслуги исключительно себе.

Когда Горыныч прилетел в очередной раз и уселся сказку послушать, он оторопел, одну голову к Василисе поворачивал, другую к Огненному, потому что и того и другого хотел видеть сразу.

– Это ты постарался? – спросил он у братца своего.

– Это она сама, – замотал головой тот.

– Не может быть.

– Я когда-то тебе врал? – удивленно спросил он

– Да вроде нет, но все когда-нибудь начинается.

– Ничего не начинается. Не врал и дальше не буду.

Василиса топнула ножкой, перепалка их ей совсем не нравилась, потому что спор возник на пустом месте. Горыныч повернулся к Василисе:

– Я пока ничего не стану говорить Баюну, а то он сильно расстроится, сама расскажешь и покажешь все, но по-моему это очень круто, ты уж его явно переплюнула.

Василиса даже смутилась немного, чего с ней прежде никогда не случалось, но смущалась она не долго, снова начала все делать, говорить, и похвала Горыныча ее сильно вдохновила, в чем в чем, а в сказках он разбирался очень хорошо, хотя чаще всего становился героем, а вовсе не автором тех самых сказок.

Он вспомнил тот день, когда хотел утащить ее с острова и усмехнулся. Нет, наверное, он совершил бы самую страшную ошибку в своей жизни, если бы тогда так поступил, делать этого не стоило. Но утащил, это громко сказано, Василиса, если бы сама не захотела, то никуда бы он ее не утащил. Девицы делились на две группы, тихих и покорных, которые, как правило, умирали в его лапах от перепугу и обреченности, и таких вот, которые вырвутся, упадут, и ничего с ними такого не случится. Не трудно догадаться, что царевна принадлежала ко второй группе. Хотя и она могла упасть и расшибиться запросто.

Глава 11 Змей и Велес

Однажды, натолкнувшись на Горыныча, Велес стал его пытать. Хотелось ему узнать, почему тот появляется на острове, как у себя дома.

– Что – то ты зачастил к нам, у себя в горах, наверное, так часто не бываешь, как тут, – укоризненно стал говорить он.

– А ты не видишь, что творится у тебя под носом? – спросил Горыныч и ехидно усмехнулся.

Змей никогда не понимал, шутит ли их бог или все у него тут серьезно происходит. Потому и решил, что лучше отшучиваться, так вроде и умным кажешься, и если что, отбрехаться можно

– И что они творят,? – поинтересовался он, вводя Змея в еще большее заблуждение.

– Это такая у них странная любовь. Хорошо, что ты в шкуре медведя, Василиса тебя от других медведей отличить не может, и чары на нее не слишком – то действуют, а то бы пропала наша царевна, как пить дать пропала. А ведь ее учиться сюда отправили и дома ждут не дождутся.

И вроде ничего такого Змей не сказал, но больно обидно стало Велесу от таких слов.

– Значит, Змея она может любить, а Медведя никак? – невольно вырвалось у Велеса, он и сам не понимал, то ли думает об этом, то ли произносит вслух все свои речи обидные.

Горыныч особой чуткостью не отличался, но тут даже он немного растерялся, потому что не мог понять, из-за чего расстроился так их бог всего живого.

А ничего удивительного в том не было, в первый раз в жизни Велес столкнулся с тем, что какая-то девица, не богиня даже, может так спокойно к нему относиться, словно он пустое место. Ведь как он привык, в какой бы шкуре не был, в каком бы обличии не появлялся, а все, кто оказался радом сразу и бесповоротно в него влюблялись. А тут девчонка, пусть и дочка царя даже и не смотрит в его сторону. Может просто у него не стало силы, чтобы влюблять в себя.

Велес не стал сбрасывать шкуру, а прямо в ней и во дворец поплелся. Она, конечно, могла влюбиться в доброго молодца, который сиял всеми цветами радуги, но ему хотелось, чтобы царевна заметила медведя, чтобы почувствовала его и поняла. И понял, что в его отношениях с миром какой-то новый, совсем другой этап наступил. И это был очень важный этап. Долго стоял под окнами странный медведь, все старался рассмотреть, что же там происходит. Но ничего такого он не увидел, и царевна в его сторону не посмотрела. Но как она могла медведя не заметить? Это показалось даже очень обидно богу всего живого.

– Как так, – возмутился Велес.

И когда она закончила с Огненным спорить и спать отправилась, одним рывком он шкуру с себя сбросил и к Змею направился. Тот сразу почувствовал, что бог его не в духе, хотя и понять не мог, кто испортил ему настроение.

– Да ты и испортил, – отвечал бог, – вот смотрю, и понять никак не могу, почему у тебя с ней все так хорошо и ладно, а меня словно и нету тут вовсе. Это как такое получается?

– Да где же там хорошо-то, – удивился Огненный, – Василиса сначала кота с волком извела, а теперь и до меня уже добираться стала, и все ей не то, и все не так, а тебя она тронуть не может, ты же все-таки бог, единственный, а не Змей какой-то странный. Нет, и не надейся, ей и Змеев и других животин хватит, нас много, а она одна.

И так тяжело и протяжно вздохнул Оз, что у Велеса сердце было готово от грусти разорваться, но свою обиду забыть он все равно не мог, как ни старался.

– Но посмотреть в мою сторону она могла бы? – никак не мог отступиться от своего Велес, с каких это пор ему приходилось бороться за любовь интересно.

Огненный стал думать, как бы незаметно сделать так, чтобы Василиса приблизилась к Велесу, поговорила с ним, обсудила что-то. В тот вечер он ничего так и не придумал, но решил, что утро вечера мудренее, и завтра, если хорошо подумает, то что-то да придумает все равно.

Глава 12 Тревоги Василисы

Но Оз быстро понял, что с царевной все не так, как с остальными людьми. Она какая-то не такая как все. Хотя он не многих девиц видел, практически пока ее одну, но все равно никак не мог смириться с тем, что вот такая суматошная и вредная девица ему досталась. Ну порадовалась бы чему-то, ведь молодая, красивая, а она все твердит, что в мире много людей, которые ей совсем не нравятся, да что там, просто раздражают. А потому если они даже в огне сгорят или в воде утонут, то ничего такого страшного не случится. Прямо как Зевс – про него кот Баюн рассказывал, который вот так поноет, а потом то потоп утроит, то еще как их всех изведет. Если на людей сильно обидится. Может и она в богини метит?

Он пытался ей объяснить, что люди все разные, одни такие, другие сякие, и этим собственно мир и интересен. А если бы они были одинаковыми, то она бы взвыла еще быстрее, но до него словно это все не доходило, и приходилось ему снова и снова все объяснять.

– Вон Змеев у нас всего три, они и то разные какие, а что ты от людей хочешь? – возмущался Оз.

Василиса помолчала немного, словно пыталась сообразить, а чего же она хочет, а потом и выпалила

– Надо с этим что-то делать, иначе мы погубим наш мир.

– Не знаю, кого тебе в помощники дать. Горыныч бестолковый, он только потоп может сотворить, а так и ты сама погибнешь. Тугарин всех перетопчет, тоже толку мало, да еще леса уничтожит, реки в другую сторону повернет, это тоже не дело, про меня и говорить нечего, я просто сожгу все ко всем чертям, если о других не думаешь, то о себе побеспокойся, ведь ты же и пострадаешь первая

– Кстати, о чертях, – медленно произнесла Василиса, но что она хотела сказать о чертях, кто его знает, долго думала, слова подбирала, а Змей уже подпрыгнул на месте и выпустил небольшое пламя из пасти, ничего плохого не хотел, просто так вышло.

– Я предлагаю тебе познакомиться с Дивом, вот это думаю здорово будет, он-то тебе точно поможет.

Судя по выражению лица, Василиса слышала про Дива в первый раз, и Оз понял, что ему все придется объяснять заново

И он стал говорить так, словно письмена какие читал, или заученный текст повторял, но Василисе хотелось услышать главное, и на то, как он это делал, она внимания не обращала.

– Див умеет творить чудеса. Может беду останавливать, злого человека заколдовывал на полпути. Иногда дружине княжеской о поражении грядущем сообщал. Говорят, сначала птица пронзительно кричит. Иногда черный ворон – вестник беды – появлялся перед войском или князем. В такие минуты сердца сжимаются у тех, кто слышит этот крик. Откуда он взялся? Сама Богиня Лада посылает его с небес на землю в грозный час. Пусть известит он мир, что зло произойти может. Но смолкает крик птицы. Появляется Див неожиданно. Это сверкающий вихрь охватывает человека. Все время меняется его грозный лик – и прекрасный и ужасный одновременно. То в огненном обличии возникает он и слепит человека, то прозрачнее воздуха делается. И не разглядишь, какой из себя этот грозный дух. Но появляется Див всегда вовремя, чтобы беду предотвратить. Безошибочно находит того, кто задумал злое, темное дело и останавливает его. Все известно Диву, все ведает наш молодой бог. Останавливает злоумышленника Див одним движением руки или крыла. Каменеет человек на какой-то срок. С места он сдвинуться не может. Потом исчезает Див бесследно, словно его и не было вовсе. Человек снова в себя приходит, двигаться начинает. Вроде бы ничего с ним и не случилось. Только одна странная вещь всегда происходит. Забывает он о зле, о преступлении. И никогда больше не вспоминает о нем. Память у него отшибает после такого свидания. Вот и отправляется злодей домой, да и делами своими обычными занимается.

И является Див из ночной тишины,

Остановит он дерзкого князя во мгле.

Снова снятся тревожные грозные сны.

И растает, исчезнет бесследно во тьме.

Огненный перевел дыхание и заявил

– Это я о нем прочитал в Священной книге. А там всегда все точно написано, так что надо просто разыскать Дива, он где-то в вашем мире обитает, вот и поможет он тебе сделать все, что захочешь, только сильно не увлекайся, многого не желай, потому что желания сбываются, а вдруг потом тебе не захочется, чтобы так было.

Глава 13 Знакомство с Дивом

И хотя сначала прохладно к этому отнеслась Василиса, но потом все время про Дива она вспоминала и поняла, что лучшего помощника ей не найти. И вот Василиса решилась, и попросила она Горыныча, когда тот снова у них появился

– Приведи ко мне Дива.

– А Перуна тебе не надо? Ишь, умная какая, Дива ей подавай. А он прям исполняет то, что я ему прикажу.

– Ну, ты же все можешь, я в тебя верю, – не сдавалась Василиса, – Оз столько про него говорил, я просто на него взглянуть хочу.

– Ты хочешь, а он прямо вот так и появится, по твоему велению и хотению.

– По моему, наверное, нет, а вот по твоем, точно появится.

– Ты мне зубы-то не заговаривай, не собирался он и по моему велению являться, потому что это бог, а не Серый волк, который у тебя на посылках остается. Ты хочешь теперь и богов посылать туда, не знаю куда, смотри, как бы плачевно все это не закончилось.

Но Василиса униматься не собиралась.

– Не Серый, – согласилась Василиса, а жалко, потому что волк хороший, и добрый, и он готов всегда помочь. А что боги, много они без нас смогут, кем править —то станут, если нас не будет? Кто богами их будет звать-величать?

– Вот что ты несешь, хорошо, что на острове тебя никто не слышит, а так бы точно обхохотались они все тут, а Див превратил бы тебя в дерево, вот и стояла бы так в лесу и все глупости бы позабыла.

Но говорил это Змей для красного словца, потому что понятно было, что если что Василисе в голову войдет, то не скоро оттуда выйдет.

Но то ли Горыныч постарался, то ли сам Див услышал, как его имя повторяется сто раз и явился на остров, только вышла Василиса, а он там уже сияет во всей красе. Она зажмурилась даже от такого великолепного света.

– Мне хотелось тебя увидеть, о, дивный Бог.

Оз посмотрел из своего логова издалека, и сначала даже не мог понять, с кем там Василиса разговаривает, а когда понял, только головой покачал от удивления, не может быть такого, хотя почему не может, и с Ярилой, и с Купалой она уже раньше встречалась, а это всего лишь Див.

– Умеет же она добиться своего, ничего не скажешь.

И он пошел поближе, чтобы послушать, о чем они там говорят,

Говорили, как и следовало ожидать, о том, как не правильно устроен мир, и почему так плохо им всем на земле живется.

– Ты должен хоть как-то на это все повлиять, – заявила Василиса, – говорят, что сил у тебя немало, так что все и получится, зла на земле должно стать меньше, значительно меньше, иначе худо нам всем будет, да и то только если мы вообще выживем.

Василиса казалась решительной и серьезной, совсем на юную девицу не похожа, и Див отнесся к ней серьезно.

– Везде меня не хватит, но в каких-то местах опасных, появлюсь точно, – усмехнулся на прощание ослепительный бог.

Он давно не бывал на острове, и точно никогда там не встречал царевну, и она ему понравилась, такая упрямая, настойчивая, ничего не боится.

Диву совсем не нравилось то, что от него старались сбежать и укрыться все, и девицы в том числе, а вот Василиса и сама его звала долго и упорно. И теперь не боялась совсем, сказала, чего она хочет, и обещала новую встречу.

Наверное, вот такому сильному богу тоже нужно, чтобы о нем заботились, чтобы просили его о чем-то. Да просто чтобы с ним поговорили по душам, а то со Змеями и с другими духами так просто поговорить не о чем, а это девица, царевна – совсем другое дело

Глава 14 Неожиданные неприятности

Вот ведь недаром все твердили, что до острова никто добраться не может самостоятельно. А если и натыкаются на него путешественники, то тут же отбрасывает их в другую сторону, так что не видно, и забывают они тут же о таком происшествии. Но так бывает, если речь о простых смертных заходит, и совсем другое дело, когда боги и чудовища пытаются на остров Велеса попасть.

Не успела Василиса порадоваться тому, что у них появился Див, и они познакомились с пылавшим красавцем, как новая гостья пожаловала.

Когда царевна выглянула из своего укрытия, то она обнаружила на поляне перед пещерой Огромную рыжую Змеиху, и рядом с ней маленького такого хорошенького Змееныша, у того было три головы, как у Горыныча, но в остальном он был копией Огненного, даже полыхал точно так же ярко. Просто такой вот маленький Оз, который еще должен быть расти и матереть. Сразу было понятно, что он только что вылупился из яйца. Но зачем же было совершать такой далекий перелет с только что родившимся Змеенышем?

Сначала Василиса не хотела туда идти, пусть Оз сам разбирается со своими гостями, так в пылу скандала и сгореть недолго. Ведь дети у него рождались не простые, а огнем дышавшие. Но Огненный не торопился к ним, а Змееныш был таким хорошеньким, что царевна переборола свой страх, да и отправилась туда так смело, что любой воин бы ей позавидовал. А мудрец сказал бы, что она просто непуганая, но стоит ее кому-то хорошенько напугать, и куда ее прыть денется. Вот дыхнем этот малыш от радости, что царевна к нему идет, и что тогда? Загорится она, никто потушить не успеет, да и некому тушить. Безобразие полное, одним словом.

Судя по всему, Змеиха знала сюда дорогу, и она могла пробраться сквозь все облака и тучи, чтобы именно на острове оказаться. Иначе не прилетела бы так быстро, рисковать бы точно не стала.

– Теперь ты у Змея обитаешь, – поинтересовалась Змеиха.

– Да, он меня обучает всем премудростям, – говорила Василиса, – и даже не чувствовала подвоха, и только нотки ревности немного ее смущали.

– Смотри, от такого обучения дети пойдут, – она кивнула на Змееныша.

А тот озирался по сторонам, при том, что три головы его вертелись в разные стороны, так все сразу разглядеть можно было, удобно, что тут сказать еще можно?

Василису последнее замечание и возмутило и рассмешило одновременно.

– Да какие дети, они же у вас из яиц вылупляются, а у нас совсем по-другому рождаются, мне бояться нечего. Я такое вот яйцо снести никак не смогу.

Девица выразила странную для ее лет осведомленность во всех таких делах, а почему бы и нет, если ты на учении у самого Змея оказалась, то много чему можешь научиться.

И она гордо задрала нос, ведь и на самом деле Василиса всегда права.

– Тебе может и нечего, – согласилась Змеиха, – а я вот как дура последняя, яйцо его носила, потом высиживала, потом растила ребенка его, как могла, наверное, плохо растила, потому что от лап он отбился окончательно. Так ведь и папшка его в ус не дует, словно его это и не касается. И что мне с ним делать прикажешь, тоже вот приволокла его сюда, пусть воспитывает и обучает дальше, а то красиво жить не запретишь, и почему все муки мне должны доставаться? Без него —то не обошлось как-никак.

Василиса вспомнила о том, что ее тоже только батюшка воспитывал, потому что матушка померла, когда она только на свет появилась, но это не по ее вине все случилось. Просто судьба у нее такая оказалась. Ничего, вырастил, и Змей вырастит, а она ему поможет, если что.

Змееныша ей стало очень жалко, потому что не был он нужен родичам, и таким брошенным при живых родителях оставался. Знакомая картина, всегда такое можно было встретить.

Так как Оз все еще не появлялся, мамашка просто сказала:

– Я его высидела, вырастила, но он совсем от лап отбивается, пусть папаша воспитывает. Привет ему передавай, скажи, я загляну еще на остров, но когда не знаю, потому что мне надо свою жизнь устраивать. А там с чужими Змеями я никому не буду нужна. У него целый остров и ты есть, как-нибудь управитесь и без меня.

№№№№№№

И началась у Василисы веселая жизнь с той минуты, когда она провожала Змеиху. Ведь тут же она дракошу потеряла, он пошел покупаться, заявил, что надо грязь дорожную отмыть, и уплыл куда-то на дельфине, только его и видели, а кто виноват будет, конечно она, и откуда только этот дельфин взялся.

Нет, вообще-то дельфинов Василиса любила, и часто на них каталась, но ведь она взрослая, а дракон маленький и безголовый. Ждала она его да никак дождаться не могла. Пришлось разыскивать Оза и ругаться с ним в первый раз в жизни

– Куда ты делся, когда к тебе гости пожаловали, – не выдержала она.

И быстро рассказала, что случилось, и почему она так переживает.

– А тебе никого доверить нельзя, – наседал Оз, – вот где теперь его искать будем, куда он мог деться? Ты даже не представляешь, какое море огромное, мы можем его вообще никогда не найти.

– = Ты уж постарайся, отец ты или не отец. Завтра еще дюжину притащат, судя по всему, и что мы с ними делать станем?

– Но я его не терял, – нагло отвечал Змей, и в общем-то он был прав, конечно.

Но то ли не мог найти его ОЗ, то ли искать не хотел, а Дракоши не было целые сутки. И только сомкнула глаза Василиса, когда послышался визг и свист, – это Горыныч тащил его назад.

Откуда взялся Горыныч, как он узнал, что Дракоша пропал, и как нашел, если отец родной найти не мог?

– А я пролетал мимо, гляжу, заблудился он совсем, – понял, что это твой, – обратился он к Озу, вот решил к вам и доставить, так что вы драконами-то разбрасываетесь? -стал наседать он на брата.

– Это Василиса за ним не уследила, – не моргнув глазом, произнес Оз

– Если бы не ты, у нас его совсем бы не было, – заявила Василиса, – теперь сам следить будешь, я больше ничего делать не собиралась.

Так они готовы были припираться еще долго. Горыныч смотрел на них и головами только мотал в разные стороны, но все они только удивление и выражали.

– Мне с девицами, да еще с драконами возиться, хорошо, что за него никто не ругает, Яга даже и не знает, что он на свет народился, а то бы вы узнали, где раки зимуют. Но все равно вы сами за ними тут следите. И потом покормите его, а то от голоду он у вас тут помрет, – заявил Горыныч, – помахал дракону лапой и отправился дальше.

Василиса поняла, что этим придется заниматься ей, больше некому.

Дракоша завилял хвостом и за ней отправился. Наверное, он все-таки что-то там ел, потому что голодным совсем не казался. Но все-равно, надо было его покормить, поговорить, спать уложить. Огненному до него снова не было дела

Глава 15 Дела Дива

Не сразу Василиса привыкла, что теперь с ними жил дракоша, и заботиться о нем надо было постоянно. Она запретила дельфинам увозить его куда-то.

– Так он же проситься, прокатиться, – удивился тот.

– Мало что он просится, потеряете, а мне потом за все отвечать придется. Плавать он не научился, а такой шустрый, где мы его потом искать станем?

Дельфины пообещали все исполнить, и сколько дракон на них не ругался и огнем не плевался, больше они его с собой не брали. Так стало немного спокойнее, но свободного времени у Василисы сильно убавилось к тому времени.

Его не было и у нового ее друга Дива, стоило ему только появиться в этом мире, как зла кажется, сразу значительно прибавилось, а он должен был везде поспеть, и все его остановить еще до того, когда беда случится и никак не позднее. Вот и метался он то туда, то сюда, никак остановиться не мог. И везде ему было дело, и всем он было нужен.

Див знал, что и Оз и Василиса ждут его на своем острове, но часто там бывать не мог, а когда появился, только тяжело вздохнул:

– Не знаю, как было тут до меня, – говорил Див, присев на минутку на берегу.

Ему нравилось оставаться именно на морском берегу, потому что тут было тихо и прохладно. Дракон резвился поблизости, а Василиса ему внимала спокойно.

– Но, наверное, все зло в мире пришло вместе со мной, братья родные хуже чужих живут, если бы ты знала, как много тех, кто на все готов ради того, чтобы досталась ему какая-то часть наследства, сущие пустяки, но чем ничтожнее то, что достанется, тем яростнее они готовы драться.

– А ты что? – поинтересовалась Василиса.

– А что мне остается. Между ними возникаю, слеплю одного, второго. Смотрю, уже и не помнят, что делать хотели, сами дивятся тому, что драться собирались. И главное, не могут вспомнить, отчего такое случилось, приключилось. Вообще память им не нужна совсем, не было бы ее -точно лучше жить бы стало.

Василиса подпрыгнула, она представила себе, что у нее нет памяти, она не знает, кто она такая, что делать надо, вообще ничего не знает.

– Не правда твоя, что же мы без памяти, так и будем блуждать, ничего не помнящими? Из-за того, что в мире есть злодеи, нельзя всех памяти лишать, не хорошо это, не правильно, – пыталась она что-то втолковать Диву.

Он любовался ею, и должен был признаться, что царевна ему нравится, и чем больше он ее знает, тем больше нравится.

– Ты что это на царевну так смотришь, словно испепелить ее собираешься, – услышали они голос Оза, тот поймал дракошу и тащил его из воды назад.

– Испепелишь, а кто за Дракошей следить будет, мы вдвоем не успеваем, а что я один с ним делать стану.

– Это по твоей части, пожары устраивать, а я просто могу памяти лишить. Она останется с тобой, цела и невредима, – пытался успокоить Змея Див.

– И все, а на что она мне нужна будет без памяти, и так на тебя вылупилась, про все забыла. Но так память к ней может и вернется, а если ты ее совсем лишишь памяти, у меня еще один ребенок малый появится, нет, ты уж там с другими борись, а Василису оставь. Потом ведь на меня все сопрут, да и кто ее безголовую замуж – то возьмет, и так женихов немного находится, очередь из них не стоит.

Оз начал уже говорить яростно и сердито, и выходил явно из себя.

Василиса вспыхнула от обиды и досады.

– А вот не надо, это просто до твоего острова никто не может добраться, а как домой вернусь, так и женихи найдутся, не переживай так сильно, я все-таки царская дочка, а не какая-нибудь холопка.

Змей что-то хотел на это ответить, но заговорил снова Див, он тоже хотел заступиться за Василису.

– Ну если ты ее хочешь замуж отдать, так я заберу. Мне как раз жена и помощница нужна, она одна не останется.

– Да вы что все договорились что ли с ума меня сводить, какой ей замуж, пусть учится, растет, а туда она всегда успеет, как Яга все время говорит:

– Замуж не напасть, так как бы замужем не пропасть.

– Василиса нигде не пропадет, – вставил свое веское слово Дракоша, – ему тоже не нравилось, что на его воспитательницу все набросились с разных сторон.

– Я не пропаду, – согласилась Василиса, – да и Див меня в обиду не даст.

– Ты вроде торопился куда-то, вот и лети по холодку, – отвечал Змей, ему показалось, что этот шустрый парень у него уже засиделся, а пора бы и честь знать.

Огненный начинал сердиться все больше и больше. Див смущенно попрощался, но обещал вернуться.

– Возвращайся, – крикнул ему вслед Дракон, и лапой замахал.

Василиса промолчала, но было ясно, что ей тоже хочется, чтобы он вернулся.

Так и у Дива появился не только свой дремучий лес, а именно там он теперь вместе с Соловьем Разбойником обитал, но и свой остров, где ждали его Дракоша и Василиса.

А если ОЗ не сильно хотел его увидеть, так это его проблемы, пусть в это время куда-то уходит, они и без него обойдутся спокойно.

– Надо будет ему помощников подобрать, – говорила Василиса, когда Див улетел, – людей меньше не становится, умаялся он совсем.

– Там есть Соловей Разбойник, пусть парочку Леших присмотрит, а у них волки есть, все вместе и управятся, – отвечал Оз.

Кажется он тоже думал о том, как Диву помочь, чтобы сам он все не делал, а и с другими духами дела свои разделил.

Когда Дива не было рядом, ОЗ становился спокойнее и сговорчивее, думать начинал здраво, и вроде бы все было более-менее спокойно.

Глава 16 Первые жертвы Дива

Конечно, Ладе, да и не только богине любви хотелось, чтобы все было добрым, и весь мир таким оставался. Только с самого начала никогда ничего такого не было. А чем больше становилось людей, тем более злыми и жестокими они становились, потому что вечно чего-то поделить не могли и не хотели. И Диву, как он вскоре понял сам, чтобы спасти одних и творить добро, приходилось расправляться с другими людьми.

И первым им спасенным оказался Иван Царевич, который привык попадать в разные истории, даже когда волка не оказалось поблизости, а ведь у волка и своих дел было не мало, не только Ивановыми он должен был заниматься. И вот тогда Иван снова во что-то вляпывался, да так, что мало не покажется. Но что же случилось на этот раз?

№№№№№№

А дело было так, только вышел из замка Див, и решил снова к Василисе на остров ее прогуляться, как и увидел, что несется Иван Царевич, не разбирая пути, а за ним несется какой-то огромный и рогатый викинг, на Тугарина сильно похожий. Но все-таки это был совсем другой парень. Див уже научился в людях, чудовищах и богах разбираться. Это был явно чужак, значит, царевича снова спасать надо. Дело привычное, но хлопотное и не сильно приятное, а главное – никакой благодарности – одни только попреки – и то не так сделал и это не этак.

Но был это все-таки воин, а не чудовище. И что оставалось делать нашему спасителю? Выяснить, что с царевичем произошло, как ему помочь, если вообще помочь можно.

Рванулся он туда, где эти двое пробегали, не мог же он в плену у чужестранца царевича своего оставить. Потом все равно спасать придется, так лучше сейчас с этим покончить и все. Викингу показалось, что он наткнулся на столб огня, который перед ним из-под земли вырос. Отпрыгнул он в сторону, про Ивана уже забыл, но недолго думая, снова туда рванулся. И вот тут – то и загорелся он, сам не понимая, что не должен так рисковать жизнью своей.

Див и сам не ожидал, что так выйдет, ведь и огня такого у него прежде не было, да и воины не такими прыткими были, как этот. Но что сделано, то сделано. Обгорел викинг страшно, только рога одни от него остались. Непонятно, как такое случиться могло, ведь ничего подобного прежде не было, да и не хотел он этого. Припугнуть старался, а вон что получилось.

Царевич, конечно, пропал куда-то, он думал, что пожар в лесу начался, да и был таков, а вот Леший тут же и появился.

– Это что тут такое творится, ты же мне так все спалишь в округе, – всплеснул он руками.

Леший боялся всяких ураганов, но еще больше он боялся пожаров разных, потому что тут не пара деревьев старых свалится, а весь лес может быть уничтожен за пару часов, а это уже никуда не годилось совсем.

– Да и сам не ведаю, как такое вышло, – признался Див, – я силу свою не рассчитал, ведь все только начинается для меня. Еще нужно понять и разобрать как и что дальше будет, ты уж не серчай на меня сильно.

И было сразу видно, что не знает он ничего толком, на авось все делает, а это еще больше и разозлило и напугало Лешего. Но боялся он не долго, снова почувствовал себя хозяином в лесу, да и засучив рукава за дело взялся.

– Зато я могу сказать тебе, как это было, – махнул рукой Леший.

Собрал он всех чертей, велел им убрать все, что там разбросано было, прикрыть это место свежей листвой. Хорошо, что была осень, и листопад уже начался, листвы вокруг полно было, и строго настрого запретил он рассказывать о том, что тут недавно творилось. Чем меньше будут знать, тем для них лучше. Потому что злые языки страшнее стрелы, выпущенной из лука, это точно. А если паника начнется, то и вовсе от нее не укрыться не спрятаться.

– Смотрите у меня, а то в Пекле рассказывать начнете. Потом мне не оправдаться будет, но и вас накажу еще как, про лес заповедный позабудете.

Черти сразу почувствовали, что Леший не шутит, и держали язык за зубами. Сам же Леший еще долго не мог успокоиться. Он не знал, как сделать так, чтобы вернуться к прежней жизни, чтобы забыть как страшный сон все, что тут творилось недавно.

Глава 17 Тишина перед бурей

Успокоилось вроде все, только надолго ли, как знать.

– И что только в этом мире творится, – сокрушались все, что это пережил.

На какое-то время Див затих, да и ничего такого не случалось больше в этом мире странного. Но потом опять началось, то тут драка какая, то там, и ему нужно было срываться с места и бежать туда без оглядки. И уже на месте разбираться, что там и как случилось тогда. То ли сам он себя за все ответственным назначил, то ли какая-то иная сила, но так было с той самой поры, когда спалил он викинга и царевича нашего спас, забывая про то, что за каждое доброе дело наказание положено, и обязательно оно случится.

Царевич, когда вернулся домой, стал рассказывать о том, что чудо какое-то его спасло от злобного викинга. А так как самого викинга нигде отыскать не могли, то многие решили, что все перепутал царевич и просто за свое не слишком красивое бегство он оправдаться хочет, вот и придумал какого-то врага страшного, которого сроду не было в этом мире, да и быть не могло. Надеется, что ему поверят, а верить не стоило, ну чтобы в дураках потом не оказаться.

Сам царевич пошел в лес, решил он посмотреть, что стало с викингом, и куда он мог деться. Ему хотелось живое доказательство привести в пример. Но так ничего найти он и не мог, сколько не искал, и решил забыть о том, что было. Долго гадал и мучился царевич, но придумать так ничего и не мог, сколько не старался.

Тогда о Диве кот ученый ему еще рассказать не успел. И о сгоревшем викинге черти тоже молчали, словно его и не было вовсе. Прямо заговор какой-то против царевича образовался, но он сильно настаивать не стал, не хотят говорить, и не надо. Пусть сами как-то со всем этим и справляются.

Так тогда все и смолкло, словно мир затаился после урагана лютого.

№№№№№№№№

Намного позднее, когда уже стал царем, Иван узнал о новом боге, и Огненный Див ему очень понравился. Чувствовал новый царь, что такого бога только и не хватало, ведь сколько бед Див остановить сможет, сколько невинных спасет, как его самого спас от викинга приблудного. Потому каждый в его царстве должен знать, что если задумает он что-то скверное, то поплатится за это обязательно и будет сурово наказан. И сам он объяснял своим людям, что до Перуна высоко, до Велеса далеко, а вот Див, если что, всегда рядом будет, внезапно появится и ослепит злодея, а то и сожжет, ничего от него не останется больше.

Сначала думали, что пугает их царь, а потом поняли они, что Див на самом деле существует. Кому-то с ним даже увидеться довелось, и хорошо, если при таком свидании самого страшного не случилось. Другие просто страшные сказки слышали и понимали, что все это правда.

Глава 18 Возвращение домой

Не так мало прошло времени, которое провела Василиса на острове у Огненного Змея, но как только там появился Горыныч, так и стала она его уговаривать и убеждать, чтобы он вернулся в заповедный лес и ее с собой на время прихватил. И даже не потому, что в гостях хорошо, а дома лучше. Она так давно не бывала дома, что хотелось ей увидеть и узнать, что там такое происходит, чем живет ее мир, чем дышит. Да и побаивалась царевна, что про нее могли забыть люди добрые и недобрые.

Конечно, девицей она была приметной, одно слово – царевна, но ведь когда ты внезапно и надолго исчез, то все забываются. У людей память больно короткая чаще всего бывает. А ей вовсе не хотелось, чтобы еще при жизни о ней позабыли.

Никак не мог ей ни в чем отказать Горыныч, вот и отправился он туда вместе с нею. Он сказал Василисе, что Огненному о ней позднее расскажет, когда возвращаться назад будет. Он надеялся на то, что она на какое-то время еще там останется, а он сможет пролетаться и обо всем поведать.

И не думала царевна, что ей так захочется дома снова побывать, посмотреть какая там теперь жизнь, что происходит, и главное, черти ее больше всех заботили. Василиса помнила, что есть у нее долг перед этим миром. И хорошо о себе думать, устранившись, но и в мире надо порядки наводить тоже. Она ж царевной рождена была, а это накладывает серьезную ответственность.

Надо сказать, что боялась Василиса напрасно, никто ее в этом мире забыть не успел, все сильно обрадовались, когда она назад вернулась цела и невредима. Ведьмы и Кикиморы прямо прыгали от радости, они же, сколько не искали, не могли ее найти ни среди живых, ни среди мертвых, а тут явилась царевна, не запылилась, еще лучше стала, повзрослела, вот так радость внезапная.

Тогда и стала всем рассказывать Василиса про Дива, про то, что появился у них такой расчудесный бог из молодых да ранних он оказался.

– Уж не влюбилась ли ты в него? – спросил ее черт Федор – самый дотошный и проницательный из всей рогатой братии.

– Конечно, не влюбилась, богов любить, только себе проблем находить, – в рифму говорила Василиса, – да и вас предупредить надо, чтобы потом не попадались и не оставались от вас одни только рога да копыта, в этом ничего хорошего нету, уж поверьте мне на слово. И от бессмертия вашего тогда один только прах и останется.

С этим все обитатели заповедного леса должны были согласиться, конечно, и чувствовали, что все теперь с появлением этого бога переменилось в их жизни. Они только от Балды отдохнуть успели, очухались как-то, а тут новая беда, открывай ворота.

– Ну лучше самим не попадаться, пощады не будет, – предупреждала свои товарищей Василиса. – Это вам даже не Балда белый да пушистый, ослепит, потом не будете знать куда бежать и кому что сказать. В Пекло точно загонит, и будет следить, чтобы назад не выбрались.

Уже во второй раз за тот день слышали черти про Пекло и считали, что лучше не дожидаться третьего раза и не нарываться, а то попасть туда проще простого, а вот выбраться из него будет почти невозможно. Они это очень хорошо понимали.

И надо сказать, что черти сразу присмирели, даже еще до того, когда пришлось столкнуться с Дивом, они уже были почти шелковые.

Василиса и сама порадовалась, что без Балды в первый раз с чертями полосатыми управилась, а уж как был рад Леший, этого и словами не передать. Ему не хотелось, чтобы Василиса отправлялась назад к Огненному, хотя он и понимал, что это не в его власти. Но что там прохлаждаться, это и в старости успеется, а пока она тут нужна, чтобы дело делать.

Глава 19 СТОЛКНОВЕНИЕ с Дивом

Мы все знаем, что с самого раннего детства Василиса была непослушным и любопытным ребенком. Наслушалась царевна сказок кота Баюна про волка и отправилась в заповедный лес, чтобы его отыскать и с ним познакомиться. И надо сказать, что ничего скверного и после встречи с волком не случилось, хотя даже кот не верил в счастливый исход такого знакомства. Ошибся кот, Василиса тогда с волком подружилась.

Вот и на этот раз Василиса недолго наслаждалась своей обычной жизнью во дворце, да и что ее теперь могло испугать?

Она вспомнила про первое знакомство с волком и рассудила так – тогда она была маленькой девочкой и ничего не боялась, теперь и Змеев видела, и других чудовищ, и с чертями дружбу водила, так почему она должна была Дива испугаться?

Надо быть настойчивой, отыскать его и подружиться с ним обязательно, а если не подружиться, то хотя бы своим глазами увидеть и понять, кто же он такой, и так ли страшен Див, как его черти малюют.

Долго искать ей нового бога не пришлось, Огненный шар сначала ослепил ее и заставил зажмуриться, а потом полетел к ней навстречу.

Она опомнилась в последний момент и отпрыгнула в сторону, и вовсе не была уверена, что если бы не оказалась такой прыткой, то он спалил бы ее без остатка.

Но не только царевна увидела полет нового бога, за ним давно следили в разных местах заповедного и дремучего леса, и даже в лесу мертвых его не выпускали из вида, хотя там и следить некому было, но Леший —то все равно оставался, и разбуженные души дрожали, как листки на деревьях.

Волк бросился к ней, он увидел Василису первым, и теперь понимал, что любимая его царевна может просто сгореть без следа.. Она заметила, как шерсть на нем дымилась, завоняло гарью, и он уставился на Василису, даже не замечая того, что тот с ним сотворил.

– Этот огневик говорит, что ты его прислала, и сколько нам с ним маяться? Что он еще успеет натворить, кого спалит, глазом не моргнув, – взвыл волк, наконец понимая, что и сам он в прыти своей едва не сгорел, такого с ним не случалось даже в Пекле, куда он постоянно к Нию отправлялся.

Василиса всем своим видом показывала, что она очень даже рада увидеть снова волка. Словно они встретились в тишине и покое, когда в мире ничего не происходило, просто светило солнышко и трава зеленела.

– Ты потерпи немного, пусть он порядок наведет, – уговаривала Василиса волка, – сам увидишь, что нам без него никак не справиться, Балды нет, куда-то он затерялся, а черти сами по себе не угомоняться, ты хоть у Лешего спроси, он тебе всю правду скажет.

– На волке шкура горит, – визжал кот Баюн, – вот мне бояться нечего.

В тот самый момент он вынырнул из куста, да и кто бы сомневался, что кот находится где-то поблизости.. Так было всегда, а когда они соскучились без Василисы – особенно.

– Ты просто маленький уродился, – говорила царевна, – вот и смог пробраться там, где волку не удалось.

Ничего не изменилось, она все так же готова была защищать своего волка, и получалось, что кот всегда во всем виноват. Он страшно обиделся и прошипел:

– А я еще радовался, что ты вернулась, напрасно радовался.

Он отвернулся от них и готов был удалиться, но Василиса остановила его.

– Да ладно тебе, Рыжий, забыл, что на обиженных воду возят, а я вот хорошо это помню, сам мне когда-то и рассказывал. Просто волк Простодушный у нас, и ты этим пользуешься.

– Это точно, душа у него пустая и простая,.

Кот решил не уходить от них далеко и примириться с этой парочкой, только так просто он сдаваться не собирался, они еще двое пожалеют о том, что объединились против него.

НО самое главное, Василиса увидела Дива, теперь надо было познакомиться с ним поближе и все взять в своим руки. От скромности царевна наша не помрет, но кто сказал, что она ничего не сможет сделать? Много чего еще сможет. Ни кот, ни волк в том не сомневались.

Глава 20 Первая жертва

Василиса в тот день не только увидела Дива. Скоро она смогла заметить, как появился на лесной тропинке какой-то незнакомец, и огненный шар, принимавший очертания человека, появился перед ним.

Кот, волк и царевна замерли неподалеку, потому что человек этот вел себя крайне беспечно, словно ему не могла грозить никакая опасность в этом мире, но даже боги остерегались порой, что же это было за такое создание странное?

Куда он шел, что хотел совершить, никто так и не понял. Понятно было, что ничего хорошего он делать не собирался. Иначе бы Див не стал его преследовать. Он притягивался только к тем, кто готов был совершить зло, страшное зло.

Какое-то мгновение бог и человек стояли друг перед другом, а потом тот покачнулся, рухнул и превратился в груду пепла.

Картина, конечно, была такой жуткой, что и подумать даже страшно.

Наши герои стояли в стороне, и странное пламя их вовсе не задело даже. Словно они были отгорожены от него какой-то перегородкой.

– Что это было? – спросила Василиса. Но ей никто так и не ответил, они бросились туда

– Дядюшка Рус, – воскликнула Василиса, – он умер, – бросилась она к волку, – да что же такое творится – то, за что его так?

Она причитала как глупая баба, забыв, что она царевна, что не годится ей так себя вести, разве увидев все это, можно думать еще о чем-то таком?

– Живой, Див никого не убивает, но он забудет навсегда, зачем шел сюда, а ведь не с добрым делом. Бога не обманешь, это тебя и меня, и даже кота обмануть можно, но Див все знает наперед, – объяснял ей волк.

Василиса никак не могла поверить, но вот она заметила, что тот целехонек, и обманулась она, видя груду пепла рядом, это был обман ее зрения и только. А может быть, как птицы Феникс он сгорал дотла и появлялся снова? Каких только чудес в их мире не случается.

№№№№№№

А потом случилось то, о чем говорил волк. Он стал сначала мертвым, но целехоньким, а потом очнулся, возродился из пепла, как обычно это делала птица Феникс, но сказку о ней в тот момент Василиса напрочь позабыла. Да еще бы такое вдруг увидеть, это же надо было, тут не до сказок.

Дядюшка Рус – князь царя Гороха, стоял перед ними, пошатываясь от напряжения. Он никак уразуметь не мог, куда и зачем он шел, почему был ослеплен, и как тут оказалась Василиса вместе с волком. Кота он не заметил, когда было нужно, рыжий кот становился совсем незаметным, словно его и не было рядом, такой вот пройдоха оказался Баюн.

– Ну и хорошо, что ты все забыл, значит, Див не зря старался, – говорила Василиса, поглядывая на красавца князя.

– Он ничего не вспомнит? – тихо спросила она у волка.

Ведь ей совсем не хотелось обманываться, она в отличие от Дива не ведала, что творится у него в душе, куда и зачем он шед.

– Можешь даже не сомневаться, ничего он не вспомнит, это все навсегда забыто, Див для того нам и нужен. Пусть ослепляет и останавливает так злодеев.

– Молодец, Див, – воскликнула Василиса, – так держать.

Она посмотрела на князя и пояснила ему, что шел он во дворец, но, наверное, Леший заставил его блудить по лесу. Перепутав все пути – дороги.

– Он иногда так забавляется, – говорила Василиса, – когда ему становится скучно и одиноко, а ты ему под горячую руку и попался.

Ничего ей не сказал Рус, махнул рукой и отправился вместе с Василисой назад, туда, откуда он только что пришел.

Так все, кто видел и слышал Дива и поняли, что у них есть крутой союзник, с которым им больше нечего бояться. Но тут Василиса вспомнила о чем-то, позвала волка и попросила его

– Ты проводи дядюшку, чтобы он опять куда не свернул, а я вспомнила, что у меня есть еще одно дело. Я же не просто так сюда шла с утра пораньше, у меня назначено свидание.

– Надеюсь не с котом, я не хочу тебя на него оставлять. Ненадежный он совсем становится, потом горя не обберешься.

– А это еще почему? – нарисовался возмущённый кот, – вообще-то это я тебя с Василисой на свою голову познакомил, волчара ты неблагодарный. А теперь кот ему неугоден сделался, это кто же такое терпеть станет.

– Да перестаньте вы ругаться, наконец, – возмутилась Василиса, идите к Лешему. Вернее, мне нужно к Лешему, и тебе с Русом до дворца царского дойти, чтобы он чего еще не натворил. Это твое главное дело пока.

На том они и договорились. И дальше все пошло как по накатанной. Больше Див в тот день и вечер не появился. А это значило, что в царстве их все было спокойно и тихо., никто ничего дурного не замышлял и делать не собирался.

Глава 21 В гостях у Лешего

Царевна не обманула своих друзей, она и на самом деле собиралась к Лешему, там и оказалась, немного позднее, чем надеялась, но все же до Лешего дошла. Вот и присев на пенек, рассказала обо всем, что случилось по дороге сюда, и о том, как в первый раз с Дивом столкнулась, и как дядюшка ее Рус, сначала вроде в пепел обратился, но потом очнулся, только все равно ничего он не помнил.

– Волк сказал, что не вспомнит никогда. – тут же прибавила Василиса, словно хотела, чтобы Леший это подтвердил.

Леший только усмехнулся и головой покачал.

– Все верно, я и не ведаю, что бы я без него делал-то, ведь все теперь в его руках. И главное, что не пропустит он ни одного злодея, и за царя нашего можно больше не бояться, а так, еще и неизвестно, был бы он жив или не был бы, ведь сколько злодеев кругом.

Больше ничего Леший говорить не стал, но Василиса поняла, что дело ясно, что дело темное. И еще раз мысленно поблагодарила небеса за то, что у них есть такой Див – чудо чудное, диво – дивное, как его потом кот в сказках своих называть станет.

О чем говорила Василиса с Лешим ведомо было только им двоим, больше никто о том не ведал, только возвращалась она довольная вполне, песенку какую-то напевала, радовалась, словно не по лесу густому шла, а по людной улице.

И на этот раз ей снова пришлось с Дивом столкнуться. Сначала послышался пронзительный крик какого-то парня, а когда она свернула к тому гиблому месту, то увидела, что Див там протягивает ему березку молодую. И тот из последних сил стал за нее цепляться, и с большим трудом Болотница видно совсем его отпускать не хотела, все-таки выбрался на твёрдую землю из того самого болота вырвался.

Огненный бог издалека посмотрел на царевну, но ни звука не произнес, и вообще мог ли он говорить, надо будет потом у волка или Лешего спросить, это стало ей очень интересно в тот момент.

А ведь этот шум создавали, конечно, черти полосатые, только не было от них никакого проку, они толкались, пинались, но сделать все равно ничего не могли, потому что, когда их собиралась слишком много. Договориться они никак не могли, и все разлеталось в разные стороны.

Вот уж точно им не хватало Дива или Балды, или какого другого сильного и властного человека, чтобы организовал и направил их, что было сделать вовсе не так просто, как могло показаться на первый взгляд

№№№№№№№

Болотница издалека посмотрела на царевну, и было понятно, что она воет от разочарования и бессилия. Парень, которого ей удалось заманить и увлечь, был уже в ее руках. И откуда только взялся этот полыхающий бог, – так она его определила. А тут еще и царевна шастает, никакой волк ее не сожрет. Он скорее Русалку или Болотницу проглотит, только не эту странную девицу. Она схватила какую-то палку и с досадой бросила ей во след.

– И как только таких земля носит. Ходят тут, шатаются, а потом парни у нас пропадают.

Носила она Василису очень даже хорошо и спокойно, и донесла до самого дворца царского. Если какой разбойник и затаился за кустами, то он прекрасно понимал, что это царская дочка и связываться с ней не собирался. Идти против волка, который был страшнее самого Властелина тьмы, никто из них не решился, так что можно подождать и кого попроще, а не эту вот царевну, проку от нее мало, а криков будет столько, что самому в Пекло спрыгнуть захочется.

Василиса обо всем говорила с Лешим, и только ему призналась, что тоскует она без Огненного Змея, и так, как тут ничего страшного не случилось, то должна она туда отправиться поскорее, потому что пока там ее место, и со Змеем вместе она и останется. Не все пережито, что ей хотелось бы, не все сказки написаны, а потом ей некогда будет всем этим заниматься, когда семья, дети появятся.

– Я буду только мечтать и с радостью вспоминать о том времени, когда все это было.

Вот обо всем этом вспоминал и размышлял Леший, когда он направлялся к тем самым болотам, чтобы взглянуть на этот мир и убедиться, что все у него в лесу в порядке.

Тут он и встретил рыдавшую Болотницу, уходящего Дива, он растворился в воздухе, словно его и не было. О спасенном напоминали только гулкие шаги и поломанные под ногами опавшие ветки.

Леший невольно усмехнулся, но видел, как она расстроена, как рыдает, и ему стало жаль эту девицу несчастную, которая кроме своего гиблого болота и не видела больше ничего, а ведь мир был огромен и разнообразен, Леший, побывавший в разных местах, успел в том убедиться.

Часть 2 Возвращение Ярилы. Весна

Глава 1 Обиды Болотницы

Леший лучше других знал, что с Болотницей связываться не стоит, себе дороже будет. Но ничего не мог с собой поделать, жалость его одолела окончательно. И с самого начала он верил, что должен поговорить, узнать, что да как, ведь доброе слово и Болотнице приятно будет, и злыдню, и упырю, те, кого много обижали, всегда были особенно чувствительны к любви да ласке. А управляться с ними Леший научился давно.

– Уж расскажи, милая, а что случилось —то с тобой, отчего на весь лес шумишь.

– А то и шумлю, что как только девица эта царская дочка появилась, так никакого лада нету у нас больше, и все с ней носятся, а она только вред чинит.

– И какой же от нее вред? – не выдержал Леший, – он не мог терпеть, когда на кого-то пытаются наговаривать.

– А вот все ж хорошо было с утра, пока она сюда не забрела, а как забрела, так и Див пожаловал, а я, наконец, этого Иванушку к себе заманила, и ведь удержала бы живого или мертвого, а мне без разницы какой он там, лишь бы жених был хороший.

– Ну с мертвецом – то много дел не наделаешь, – перебил ее Леший, жалость при этом куда-то сама собой пропала.

– Да пусть бы ничего не делал, лишь бы был, – не унималась та.

– Что же ты такая несчастная и одинокая, что тебе любой бы сгодился, – покачал головой Леший.

– Да сам знаешь, что толпой они ко мне не идут. А тут явился, не запылился, и надо же было такому случиться, чтобы и она тут появилась, и Дива с собой притащила.

– Ты лишнего – то не наговаривай на царевну, даже если она тебе не сильно нравится, Див пришел сам, потому что знал, что неладное творится, он тебя ведь и не тронул даже. Но и дальше приходить станет, если ты что против кого задумаешь снова.

Леший погрозил девице пальцем, чтобы и не вздумала непотребными делами заниматься.

– Так лучше бы тронул, только Иванушку мне оставил, – топнула она ножкой, так что болото под ней снова заходило, зашевелилось.

Леший чувствовал, что она не слышит его и не верит ему, что бы он не говорил, так велико было ее горе-горькое.

Он приказал черту Афоне оставаться с ней, и гнать подальше всех парней и мужиков, которые мимо проходить будут, чтобы не один в объятия ее не угодил.

– А сам – то можешь и развлечься. – усмехнулся Леший, когда они в стороне разговаривали с чертом.

– Парней уберегу, но на меня не надейся, мне такая Болотница не нужна и задаром. Вцепится так, что не выпустит больше, а оно мне надо?

И столько решимости было в его голосе, что Леший понял, не сможет он его уговорить, сколько бы ни старался.

– Смотри тут, Див все видит и знает, и лучше тебе с ним не связываться. Ты это и ей тоже объясни, а то только хуже будет, помереть не помрет, но позавидует тем, кто померли и сама в Пекло убежит без огдядки.

И тут они услышали голос Болотницы, та все слышала, и тайный разговор вовсе не был для нее тайной. И такая тишина стояла на болоте, что можно было и не подслушивать, и так все хорошо слышно.

– Сама знаю, что лучше, но никак не могу я к одиночеству привыкнуть. А ты спроси у него, может он сам со мной останется.

Черт с вызовом посмотрел на него, но Леший похлопал его по плечу

– Да это она о Диве, а не о тебе говорит, успокойся ты. Каждая Болотница об ослепительном боге, а не о черте полосатом мечтает.

И надо было бы радоваться Афоне, а он обижаться вдруг начал. Чем это такую глупую Болотницу бравый черт не устроит. О каком Диве вообще ей мечтать можно? Но ведь мечтать не запретишь, и прав тут Леший.

Но выяснять этого он не стал, Болотница с возу, черту легче, ему и так на болоте придется еще какое-то время томиться, оказался он под рукой у Лешего, вот теперь и томись на болоте.. да с бабой Болотной ругайся. Но наверное, это судьба у него такая, Недоля была рядом, когда он на свет появлялся.

Леший усмехнулся загадочно, только мысли его были к девице, а не к черту обращены:

– От тебя даже Болотный убежал, такой скверный нрав, а уж Диву ты точно нужна. Вот приглядись лучше к черту, он хоть и не блестящий, а полосатый, но тоже парень ничего.

Он попрощался и отправился дальше, надо было еще с Водяным встретиться, они любили беседовать по ночам, много чего обсудить было на этот раз. Жизнь в лесах текла своим чередом.

Глава 2 Снова в небе

Пока Леший беседовал с Болотницей и пристраивал к ней черта, Василиса отправилась к себе во дворец.. Она и в старые добрые времена там скучала и все норовили уйти куда-то, а после того., как у Змея побывала да столько всего пережила, ей и вовсе скучно стало там, где ничего не происходило.

И сначала она даже себе в том признаться не хотела, а потом поняла, что от себя не уйдешь, и надо будет посмотреть правде в глаза, вот и посмотрела.

Успел только царь Горох обрадоваться ее возвращению, а уже должен был выслушать, почему ей обязательно надо назад вернуться. И решения своего дочь его строптивая менять не собиралась.

– Да что же ты такое творишь, дочь моя, это как же такое терпеть можно, – возмущался царь, хотя и понимал, что все бесполезно, уж если она решила, то сделает обязательно.

– А у тебя без меня дел никаких нет, батюшка? – поинтересовалась Василиса, – мне всегда казалось, что дел у нас полным-полно. Царство все в упадке, сын твой и наследник только и стремиться куда убежать, хотя передавать корону и царство придется ему, а не мне. Ты же у нас не вечный, да и не молодой совсем. Вот об этом надо думать, а я что, выйду замуж, да только меня и знали, толку от дочерей всегда немного было.

– Ну ты-то рано меня хоронить начала, – внезапно обиделся царь, хотя и понимал, что в главном дочь его права, а с такой жизнью разве до глубокой страсти дотянешь? А если так и случится, то на покой ему уходить надо будет, ведь власть молодым дана. А старикам пригодится покой и почет, хотя пока он еще крепким был, так это пока.

– Да не хороню я тебя вовсе, только все мы не вечны, это духи останутся, а нам всем в свой срок уходить придется. Кому раньше, кому позднее, все равно уходить. Ведь ни один дольше ста лет не прожил, и нам не придется.

– Вот и побудь с отцом – то родным, – возмутился царь. – может уж скоро меня и не станет, а я тебя и вижу от случая к случаю и толком не знаю, Серый волк с тобой лучше знаком, чем отец родной, – тяжело вздохнул царь.

Правда, печалился он не долго, тут же появился боярин, и он начал делами важными заниматься, а Василиса еще раз убедилась, что не здесь ее место, хотя бы пока надо учение продолжить, муролсти набраться.. Тогда не долго думая, достала она кольцо и вызвала Горыныча, чтобы тот и отправил ее туда, откуда привез.

Горыныч не сомневался, что она за ним пошлет, но вовсе не думал, что случится это так скоро. Но раньше отвезешь царевну, раньше и освободишься, так он теперь размышлял, и дел у него пока никаких не было, так что все к одному.

– Он тоже там без тебя томится, – говорил Горыныч, пока Василиса на него усаживалась и отдавала слугам какие-то распоряжения, и объясняла, что батюшке сказать надо.

Змей удивленно спросил:

– А ты проститься с ним сама не хочешь?

– Да и что время тратить, мало ли что еще будет. Расстроится он, удерживать начнет, а так должен будет смириться с тем, что происходит, деваться ему будет некуда.

И, наверное, она была права, только поступала не очень хорошо, наверное, кот и волк бы такого не одобрили. Но Змей больше ни о чем ей напоминать не стад. Василиса рассказала ему о встрече с Дивом.

– Это он только людей так чарует – отвечал Горыныч, – а на духов не действует совсем, так что бояться им нечего, все останутся целы да невредимы.

– А черти? – почему – то Василиса выделила их среди всех остальных.

– Твоим чертям точно бояться нечего, пусть люди опасаются, это для них он и был сотворен когда-то. Должны же они кого-то бояться, а то совсем страх потеряют, а такое никуда не годится.

Так в разговорах они и не заметили, как снова оказались в горах. Огненный сидел около своей пещеры и тосковал. Он ждал Василису, и все-таки появилась она неожиданно.

Змей смотрел и глазам своим не верил, он прямо полыхать начал, когда ее снова увидел. А потом бросился ее обнимать, да так, что чуть не спалил от радости и усердия такого.

– Братец, ты бы осторожнее, – на лету еще твердил Горыныч, -а то ведь еще тушить придется. А вам обоим это не сильно понравится, я так думаю.

Василиса рассмеялась, все-таки со Змеями она была как дома, словно тут родилась и тут навсегда останется. А может и замуж не выходить, а вот так жить и сказки сочинять?

Но тушить пожар не пришлось. Они расположились на том самом краю скалы около пещеры Огненного и еще долго разговаривали, ели пироги медовые, которые Василиса с собой захватила, царские повара их для пира приготовили, и долго обсуждали, что им нужно написать в первую очередь, о чем сначала поведать миру.

Горыныч перебрался в свою пещеру, чтобы немного передохнуть, надоело ему тут оставаться. Одиночество лечит от всех невзгод. Он это давно усвоил.

Жизнь в горах продолжалась, она была прекрасна и восхитительна, как и любая другая жизнь.

Глава 3 Сказки и реальность

И стали они жить да поживать, словно и не было никакой разлуки, и никуда Василиса от него не уезжала вовсе.

О том, какие сказки сочинять они сразу же договорились. И дело стало спориться да ладиться.. И так бы продолжалось еще долго, если бы из мира, из Горохова царства не стали приносить путники разные тревожные вести, и одна печальнее другой казалась. Сначала царевна отмахивалась, мол, ничего страшного у них там всегда так было, а потом отмахиваться перестала, – убедилась, что так точно раньше не было, да и не могло быть.

И когда мелкие ссоры да раздоры сменились настоящей бедой. всеобщей, тут уж Василиса не выдержала, и стала прислушиваться к тому, что говорилось.

А случилось буквально следующее, холод стал сковывать землю. Кащей и прежде лютовал, на этот раз озверел совсем, наверное, кто – то из молодых богов его сильно обидел, а может вызов бросил, таких подробностей она не знала, не ведала, но то, что он намерился погубить мир, в том сомнений не было. Можно конечно кивнуть на Ивана Царевича. Только Василисе ли не знать, кивай на него не кивай, никакого толку нет, соберется он на небеса или в подземный мир, да только его и знали и видели. А ведь главное – время не упустить, чтобы потом поздно не было. И обо всем приходилось Василисе заботиться, чтобы без приданного не оставаться.

№№№№

В следующий раз узнала Василиса, что Кащей договорился с Локи о том, чтобы этот мир погубить, а это уже оказалась бешеная сила, она наконец поняла всю серьезность того, что происходило.

О том, что куда-то пропал бог всего живого Велес, царевна узнала, когда подлетала к своему царству, и это стало самым тревожным сигналом из всех, потому что значить это могло только одно, против богов тьмы выступать некому и никакой силы против них не найдется.

Огненный прощался с ней неохотно, потому что понимал, что ему самому тоже придется туда отправляться, и не только из-за того, что Василиса и мертвого уговорит, если ей помощь нужна. Но еще и потому, что так написано в Книге Судеб у Мокоши, что настало его время мир спасать, не в одиночку, конечно, но без его огня мало что они там смогут, и хотя бы в самом начале ему придется все сделать, а уж потом присоединятся и солнечные боги.

Кстати о них тоже ничего не было слышно, где они, что с ними происходит, никто этого знать не мог.

А пока Огненный позвал Горыныча и велел ей отправляться с ним, но и сам мысленно готовился в дорогу, от судьбы, то все равно не уйдешь, как ни старайся. Да он и не старался сильно.

– Мне не до сказок теперь, – говорила Василиса, – но как только все утрясется и мой мир будет спасен, мы продолжим то, что начали.

Змей только кивнул в ответ, он-то прекрасно понимал, что случится это не скоро, что не в один день такое совершается.

Но все же еще до отъезда случилось в горах знаменательное событие, незабываемая встреча, которая многое объяснила, потому что к Огненному пожаловал старик Волхв, чтобы обо всем с ним поговорить и решить, как им действовать дальше, ведь не было сомнения, что только объединив усилия они смогут что-то сделать. Змеи мудрели со временем не сами по себе, для этого у них тогда были волхвы – хранители той самой мудрости.

Глава 4 Явление Волхва

Не только Змеям, но и Василисе досталось мудрости от Волхвов в те времена, как любил повторять кот Баюн, мол, с кем поведешься, от того и наберешься.

Василиса набиралась от Волхвов той самой мудрости, пока братец ее путешествовал и транжирил то, что ему от волка получить удалось.

Царские дети вовсе не были похожи друг на друга. Вот и тут она начала разыскивать Велеса для начала, но отыскать его так и не смогла, как ни старалась.

Волхв появился сам, его она в тот момент еще и искать не собиралась. Он взглянул на царевну, головой покачал, словно знал что-то страшное.

Но искушать себя и допрашивать Волхва Василиса не стала, наоборот заявила:

– Ничего не говори, а то перепугаюсь я и ничего сделать не смогу.

– Да и не собирался я, тебе виднее, я просто рядом молча побуду.

– Вот и я говорю, что нам нужен Велес, никак мы без него не обойдемся, как ни старайся.

Она не стала говорить, что сама за ним отправиться не может, просто потому что не знает куда идти, да и уйдет ли она далеко на своих двоих, но и волк тут ей не помощник, не в обиду ему будет сказано, а нужен кто-то крылатый.

– Все верно, согласился Чародей, только не знает наших тайн Грифон, ты ведь о нем думаешь, а Василиска и трогать не стоит, не поможет ничем, а погубит тебя запросто.

И чем дальше они судили и рядили, тем яснее было, что отправляться надо за Огненным.

– Но не натворит ли он бед и пожаров, пока летать будет, Горыныч по глупости своей может устроить потоп, а он —то разозлится и заполыхает весь мир.

Усмехнулся Волхв

– Выбор у нас не велик, замерзнуть ли и во льду сгинуть или в огне сгореть, там хоть теплее будет.

Конечно, он шутил, про тепло, но что ему еще в такой ситуации оставалось? Только шутить и приходилось.

Однако Василиса была совершенно серьезна, даже и не улыбнулась.

– Надо как-то и от огня и льда уйти, – отрезала она.

И волхв понял, почему и Змей и Волк до сих пор с этой девчонкой возились, характер у нее был железный, с места точно не сдвинуть, если она что-то задумала, то такой и останется.

№№№№№№

К тому самому вечеру волхв и появился перед Огненным, кто еще так просто мог перенестись с одного места на другое.

– За Велесом отправляться тебе придется, – отрезал чародей, хотя перед огромным Змеем он казался песчинкой малой, но силы духа ему было не занимать и Змей почувствовал этого. А от того, что он спалит чародея, легче ему и миру, где обитала его Василиса, все одно не станет.

– Никуда я не пойду и царевну не брошу, и в твой мороз не потащу, отдали вам Дива и хватит, – отпирался скорее для вида Огненный.

Василиса взглянула на Волхва, потом на своего Змея, словно думала, кому она должна помочь, на чью сторону встать

– Я не пропаду тут, а ты разве не богу всего живого служишь, а если так, то должен отправляться за ним. и весь сказ. Мы не знаем, где он и что с ним, ему наверняка твоя помощь требуется.

Огненный хотел что-то сказать, но промолчал, ясно дело, что она была права, права как всегда, и пока они тут толкут воду в решете, мир погибает, и с него спросится за все за это.

Но и после этого Змей согласился далеко не сразу.

Глава 5 Трудное решение

Огненный принял решение не сразу, проявив странную медлительность, что очень удивило не только Василису, но и Волхва, хотя тому все было ясно и понятно с самого начала.

Он посмотрел на свою царевну так, словно их разлучали навсегда, и поиски Велеса не были таким уж важным делом, и произнес:

– Как она без меня от чужих драконов отобьется, а где мне ее потом искать, кот Баюн говорит, что береженного Велес бережет. Только волка своего не предлагай, сам знаешь, что такое волки против Драконов, да иноземных. Только мое пламя чудотворное и может их остановить и сокрушить.

Змей ясно торговался и требовал от Волхва чего-то, хотя тот никак не мог понять, чего же хочет этот коварный Змей. Горынычу часто и упорно приходилось что-то объяснять, этот понимал все с полуслова, но как-то легче от того не становилось все равно.

И трудно сказать куда бы их завел этот разговор и сколько бы они обо всем говорили, если бы в тот самый час не появился огромный медведь. Сначала он подумал, что этот Велес, потом понял, что это все-таки не он, к большому разочарованию, а просто медведь, который и должен был отпугнуть всех Змеев, которых он так боялся, вернее, за Василису боялся.

– Вот, просил охранника для царевны, я тебе привел, что еще тебе нужно.

Медведь сердито зарычал, не очень понятно почему, но зарычал, и Змею пришлось смириться и согласиться с ним, что ему пора отправляться в путь, и не стоит собирать тут всех диких животных, с ними царевне может быть не лучше, а еще хуже. Волхв оказался вовсе не так прост, как ему бы того хотелось.

Но рычал зверь напрасно, стало сразу понятно и Волхву и Змею, что Василиса его совсем не боится и готова на шею Медведю броситься.

– Ты это того, осторожнее, медведь все-таки, – предупредил он явно прощаясь и собираясь в дорогу.

– Но и ты тоже Змей, а ведь с тобой мы ужились и с ним уживемся, заявила Василиса как ни в чем не бывало.

– Хорошо, я пришлю Дива назад, как только там буду, -на прощание пообещал Огненный, он подхватил Волхва и туда отправился.

Ожидал ли такого поворота чародей или не ожидал, Змея это как-то не волновало. Конечно, он упрямый старик, но с ним будет проще, чем без него, в том нет сомнения.

№№№№№№

Василиса взглянула на Медведя, зверь окончательно успокоился, словно и не рычал грозно совсем недавно.

– Ну что делать станем? – заговорил он человеческим голосом, хотя при Волхве и Змее только рычал и ни звука, ни слова не произнесла

– А что нам делать, ждать и догонять, – покорно произнесла Василиса, хотя как говорит кот Баюн, хуже этого ничего быть не может, но выбор то не велик, его нет совсем. Надеюсь скоро к нам явится Див, втроем будет веселее.

Но Василиса ошиблась, на горизонте они заметили что-то летящее, и пока не могли разобрать, что это было такое.

Это оказался не Див, тот перемещался как комета или огненный шар, а этот просто летел, как птицы и драконы.

– Чужой дракон? —спросила Василиса

Медведь ничего не ответил.

Девица представила себе, как он мог расправиться с ее медведем и похитить его, без Огненного она почувствовала себя совсем незащищенной. А летун между тем яростно приближался

Девица успела пожалеть о том, что сама своими руками отпустила Огненного и осталась только с Медведем. Она надеялась, хотя медведь и умел говорить, но мысли читать не умел, потому что обидеть его не хотелось. Но если медведь и обился, то виду он не показал, глупостями заниматься не собирался.

№№№№№

А между тем чужой дракон к ним стремительно приближался. В этом что это был какой-то красный дракон, а вовсе не зеленый Горыныч, Василиса разглядела быстро, и тревога в душе ее нарастала

Глава 6 Неравная схватка

Василиса не ошиблась, перед ними был какой-то китайский дракон —средних разметов, но это никак не успокоило девицу – больших и неуклюжих чудовищ она боялась, меньше, а этот так и извивается в воздухе, места себей найти не может, змей настоящий. А всем известно, что Змеев девицы боятся больше, чем драконов, наверное это пошло от Василисы, и от той самой случайно встречи.

Медведь яростно заревел, залетный зверь ему тоже совсем не понравился.

– Ой, какая красавица и чудовище тут, а я думал ни одной живой души не встречу, – шипел Змей, приблизившись на опасное расстояние, от него пахло какими-то пряными травами и еще чем-то невероятным.

– Ты бы лучше пролетал мимо, а то Медведь убьет тебя, а мне потом за тебя отвечать перед Велесом.

– Кто, этот убьет, да он пусть достанет сначала, – усмехнулся и пронзительно захохотал Дракон, да так, что камни посыпались с горных вершин на приличном расстоянии.

Но Василиса к тому времени совсем страх потеряла, видя, что медведя надеяться не приходится, защищаться придется самой.

Дракон обнаглел тоже и приземлился совсем рядом, так что в пару прыжков мог до нее дотянуться,

Но в то самое время медведь изловчился и пошел на него. Дракон при виде красоты Василисы – таких белокурых красавиц прежде он не встречал, потерял бдительность. И медведю удалось вцепиться в него и потащить к краю пропасти.

Вот это он сделал напрасно, потому что сорваться и полететь вниз предстояло ему одному, Дракон мог спокойно расправить крылья и парить, конечно если они не повреждены.

Василиса пронзительно закричала, понимая, что может произойти, а ущелье было глубоким, тот, кто там оказывался, не мог выбраться назад, живым никто оттуда не возвращался.

Дракон понял все, что должно было случиться в тот момент, он тащил медведя за собой, и думал о том, что останется с девицей, когда тот исчезнет в пропасти, и это не самый худший вариант.

Только Дракон не знал, что в чужом мире все силы против него, и то, что в своем легко и просто тут может оказаться не по силам.

Последнее, что видела Василиса – как он шагнул в пропасть и заревел, Дракон пробовал увернуться, но у него ничего не вышло, хотя и был он гибким, но оставался приличных размеров, и хвост мешал ему это сотворить. Он запутался в шкуре медведя, за что-то там зацепился, и чудовище не могло взлететь, а застряло меж тех самых камней.

Вот в тот момент Василиса закрыла глаза, она четко ощутила, что не только медведя, но даже Дракона ей не достанется, и она останется тут в полном одиночестве. А дождешься или нет Горного духа, это еще большой вопрос.

Конец света лучше встречать в царском дворце рядом с батюшкой, волком, котом Баюном и всеми остальными его обитателями, Баюн же говорил, что на миру и смерть красна, правильно говорил.

Длилось все это очень недолго на самом деле, потому что когда царевна открыла глаза, то увидела валявшегося медведя вовсе не в пропасти, а на этой стороне, около входа в пещеру, Дракон трепыхался рядом с ним и никак не мог вытащить хвост из-под его шкуры. Но как они тут оказались.

И только подняв голову выше, Василиса заметила Дива, парившего перед ними в какой-то страшной высоте. Здесь без него точно не обошлось, она же забыла даже, что они его ждали, что оказался он тут не случайно и очень вовремя.

– Медведь, да поднимайся ты, что развалился, – крикнула Василиса, бросившись к зверю.

Она боялась, что он все-таки мертв или что-то такое случилось, может о камни сильно ударился.

Но охранник ее зашевелился и поднялся с большим трудом, Змей наконец освободился, и не стал дожидаться, пока его снова возьмут в плен. Он не понимал, что с ним такое случилось, почему он оказался в плену, хотя вроде бы сам готов был расправиться с медведем, но еще меньше он понимал, как и что потом творилось, почему они полетели в другую сторону, и кто всем этим руководил.

Дива он не видел, тот не собирался ему показываться, потому он и думал о каких —то странных силах. Но быстро усвоил, что от них надо держаться как можно дальше.

Медведь только посмотрел ему в след, и помахал лапой, а Василиса стала расспрашивать у Дива где Огненный, что с Велесом, и почему тут никого нет, и никто так и не вернулся назад? Ей хотелось все знать

Глава 7 Мир снегов и льдов

Пока Василиса сражалась с чужим драконом и спасала своего Медведя, и беседовала с Дивом о том, что происходила там, где оказался Огненный, сам Змей спасал весь остальной мир.

Из своего убежища он и не подозревал как там все плохо, как скверно, но вскоре в том смог убедиться.

Мир весь был покрыт снегом и льдом. Правда, раньше он не очень часто там бывал, да почти никогда и не был, потому не представлял каким он был, но если там кипела жизнь и люди не умирали сразу за зиму, значит все было не так скверно.

Велес просил его не дышать глубоко прежде, не чихать и не кашлять, чтобы пожара не случилось, теперь же он все это делал как можно старательнее и понимал, что должен отморозить этот пока что еще еле живущий мир, иначе, все будет совсем плохо.

И сначала все это делалось с весельем и отвагой, Змей почувствовал свою значимость, потом без особой отваги, а позднее он стал ощущать, что выдыхается, в мир был огромен, и становилось понятно, что на всех и на все его не хватит.

Но Змей не сдавался, он присел отдохнуть на проталину и снова взялся за дело. И сначала показалось, что сил прибавилось, но и огня и сил становилось все меньше, снег и земля под ним не загорались, а небольшой пожар бы не только не помешал, но и очень ему помог. И надо было надеяться только на свои силы.

Огненный и надеялся, он послал полузамерзшего ворона за Горынычем, и только потом понял, что толку от него никакого, поливать водой снег, конечно. можно, только без жара ничего путного не получится все равно.

Когда Горыныч появился вместе с вороном, все было уже сделано, ему ничего больше не оставалось, как похвалить брата и заверить, что это он спас мир, иначе даже трудно представить, что быть могло.

В пылу спасения ОЗ забыл о волхве. А ведь он привез его с собой и тот все время оставался рядом, хотя и корчился от страшного холода, замерзал и терялся в метели, но далеко не уходил, понимая, что Огненному нужна какая-то компания.

№№№№№

Горыныч увидел его первым, и заключая в объятья, пытался согреть, он понимал, что тот сам ни о чем не попросит. Чародей вообще никогда и никого не просил. Он вырываться из лап Змея не стал, он был таким горячим и таким забавным, что про себя волхв улыбнулся только.

Но не все были одинаково рады такому спасению,

Кащей, все это устроивший, и получивший ледяную власть над миром, теперь рвал и метал.

Сколько раз ему удавалось заморозить мир, но потом появлялся кто-то еще из спасителей, и все надо было начинать сначала. На этот раз казалось, что ничего такого и быть не может, а ведь было же, было.

Вот ведь казалось, все получилось, и мир погибал, и какой черт только этого Змея притащил?

В тот самый момент Кащей Волхва и увидел, и понял, откуда к нему беда нагрянула. И ничего удивительного, не только он, но и грозный Ний ничего не мог сотворить с этим стариком.

Волхв смотрел на Кащея сурово.

– Ты же знаешь, что ничего не выйдет, так зачем тебе надо все это снова и снова?

Ничего Кащей не ответил, он только скрипнул зубами и бросил какие-то ругательства в сторону Огненного, ведь это тот не смог устоять.

Но того это особо не волновало.

– Нам всем, даже тебе нужен этот мир, а если все замерзнут, сам ты с кем тут останешься?

Дело было сделано, но оставить спасенный мир Змей не мог до самого прихода Ярилы, потому что все его усилия будут напрасными, если тот не появится и не принесет то тепло и свет, который и не позволит вернуться назад тем холодам.

Глава 8 Где молодой бог?

Еще в те дни убедился Змей в том, что добрыми делами дорога в ад стелется, молодой бог куда-то бесследно пропал, словно его больше не было ни в этом мире, и ни в каком другом. Но если Змей дал слово его дождаться, то отступить никак не мог, иначе, что это будет за слово такое, которое так легко можно нарушить?

Но Василиса там, в одиночестве с Медведем, да что там вообще такое твориться может? Он никак не мог ума даже приложить. Тем более, прекрасно видел, как разлетались чужие Змеи- Драконы.

Все вороны шарахались от Змея в разные стороны, а он все никак не мог понять, куда ему бежать, и где искать Ярилу, который в тот раз упорно приходить не желал. Наконец явился ворон, посланный как можно дальше, и тот хоть что-то определенное стал рассказывать, что Ярило все еще был со Снегурочкой и никак не мог с ней расстаться.

Огненный прям подпрыгнул на месте.

– Он что влюбился в этот кусок льда и из-за этого все мы должны страдать?

– Да если бы, – говорил ворон, -он хочет растопит ее холод, и так упрямится, что хоть трава не расти. И все ему не то, и все не так. А как можно заставить ее полюбить, если этого ей не дано.

– Но ты все ему передал, надеюсь от меня?

– А то, конечно все

И Змей хотел отправить ворона назад, но тот понимая, что так будет успел куда-то смотаться и спрятаться, оказаться между молодым богом и Змеем, да врагу такого не пожелаешь даже

Так Змей понял, что помощников у него поубавилось, и все придется делать самому.

Ярило явно набивал себе цену, ждал, когда за ним придут снова и попросят его вернуться наконец в спасенный мир. Он очень удивился, когда никого так и не последовало за тем вороном, умчавшимся давно назад

– Они совсем обо мне забыли, – жаловался он Снегурочке, а та только усмехалась, – может и вовсе без меня обойдутся?

– Вот и останешься тут со мной, какая нам разница, что там творится.

Завывала метель, она укачивала Ярилу, завораживала, кажется он забыл для чего пришел в тот мир и что от него требовалось, кроме того, чтобы оставаться рядом со снежной глыбой, только издалека похожей на живую девицу.

Терпение же Оза было не безгранично, он думал о том, что должен все оставить и отправиться на свой остров к Василисе, раз даже богам ничего не надо, то с него спрос и вовсе не велик.

И когда он решился на такой шаг, появилась богиня Лада, скатившаяся в этот мир по радуге. Она решила посмотреть на то, что там творится, и как он теперь устроен

Болело ее сердце, она чувствовала, что требуется ее вмешательство и не ошиблась. Оз и выложил все, что так его волновало, и сразу нашлись те берегини, которые за Ярилой и отправились. Теперь точно ждать оставалось недолго, уж Ладу молодой наглец ослушаться никак не сможет, даже если и захочет.

А Змей проникся странной любовью к тому миру, для которого он успел сделать так много.

Глава 9 Горыныч у Василисы

Пока ОЗ охранял мир, который ему с большим трудом удалось разморозить, его навестил Горыныч. Он узнал обо всем, что происходило в остальном мире, и ему пришлось лететь сломя крылья на остров к Василисе, потому что можно было только представить, что там происходило, он даже побаивался, что не застанет ее в живых

За такой долгий срок случиться там могло что угодно, и если это так, то все шишки снова повалятся на него. Но Василиса оказалась цела и невредима и ничего страшного в то время с ней не случилось, к великой радости всех, она просто скучала и немного заждалась своего любимого Змея, хотя для начала и Горыныч сойдет, а там глядишь и Огненный вернется.

– Что у вас там такое происходит, вороны говорят, что мир не погиб, так что теперь творится?

– Мир не жив и не мертв, – выпалил Горыныч

– А это еще почему?

– Да потому что никак не могут Ярилу дождаться и вытащить их мира снегов и льдов, а без него сама понимаешь, ничего хорошего случиться там больше не может.

Напрасно Горыныч решил передохнуть и подкрепиться, перелет-то был не близким, Василиса дала ему поесть немного, и сразу же стала торопить его, собирать в дорогу

– Не понял, – возмутился он, – я к тебе, что зря летел что ли?

– Не зря конечно, но мы с тобой теперь должны спасать мир,

– Это как же мы его спасать будем? – еще больше удивился тот

– Да вот так и будем, ведь мы знаем, где искать Ярилу

В ответ послышалось странное молчание. Горыныч сделал вид, что он не понял, не расслышал да и вообще оказался не при делах.

Но Василису так просто не проведешь.

– Змей ты коварный, – это Горыныч то коварный рядом с ней, – давай поднимайся в небеса, иначе все, что сделал Огненный может оказаться напрасным. Ярила слишком молод, у него только ветер в голове, и нам с тобой надо не просто разыскать и убедить его в том, что от него все зависит, но и вернуть туда, где он и должен быть

– А мы смогем? —поинтересовался Змей

– Мы сможем, кот и волк никогда не сомневались в том, что я смогу все, что захочу и тебе сомневаться не стоит

Змей и сам понимал, что лучше не сомневаться, когда с ним рядом царевна, но сердцу и рассудку не прикажешь, он все-таки сомневался.

Василису это совсем не смутило, она все-таки заставила его подняться в небеса.

– Там поспишь, – ткнула она пальцем в небо,

– Это ты там можешь поспать, а мне лететь и лететь, – ворчал Змей, но слова эти его никого больше не волновали, судя по всему.

№№№№№№

Прекрасный и величественный мир раскинулся у них перед глазами, и можно было бы любоваться им, только некогда им было любоваться.

Мир снегов и льдов оказался пуст, встретили они там только коварного Локи в полном одиночестве.

– Ждать плохо, догонять еще хуже, – повторял он слова кота Баюна, – они были тут, -следы еще не стоптались, только были и сплыли.

Горынычу меньше всего хотелось связываться с Локи, но Василиса перед грозным богом отступать не собиралась.

– И ты не ведаешь, куда они сплыли?

– Может и ведаю, но что мне будет за то, что я расскажу вам страшную тайну? —поинтересовался он

– Да ничего тебе не будет, черти на том свете угольками расплатятся, только некуда тебе будет в гости ходить, ты не забыл, что твоего мира уже и в помине нет, а если и нашего не будет, будет с Горынычем век коротать.

– Мне и одном хорошо, – рявкнул Змей, компания Локи его явно не устраивала.

Тот понял, что ему и Змея не достанется, и решил, сменить гнев на милость, да и пусть эта противная девица в Лес Мертвых отправляется, туда ей и дорога.

– Так где же они.

– Ну Снегурочка, дурочка все-таки повелась на его уговоры и растаяла от страсти, вот и оказались они в месте которое я называть не буду

– Лес мертвых, – тяжело вздохнула Василиса.

Они поспешно простились с Локи и направились туда, хотя Горынычу хотелось этого меньше всего на свете, а делать нечего. Спасать мир так спасать.

Глава 10 Гости в лесу мертвых

Горыныч с самого начала знал какое это печальное и опасное место и в старые, недобрые времена старался облетать его стороной. Он не любил мрак и ужасы, которые там постоянно творились. И даже припомнить не мог, когда там появлялся в последний раз.

Но когда на спине его оставалась Василиса, ничего другого не оставалось, как только двинуться туда. Даже Змей понимал, что чем быстрее они там окажутся и найдут Ярилу и вернут в мир, тем легче будет им жить дальше.

Одна из голов повернулась к Василисе, ему хотелось посмотреть, как чувствует себя царевна. Если она и боялась чего-то, то вида не подала. Только прокричала что-то о том, что мог бы лететь и побыстрее. Ну совсем страх потеряла, что тут еще сказать можно,

Если Василиса и потеряла страх, то скоро она его нашла снова, потому что лес под брюхом у Горыныча был ужасен. Она никогда не видела его с высоты Змеиного полета, только стороной по земле обходила чаще всего вместе с волком, вот потому теперь и сторонилась, и старалась туда не смотреть даже.

Но он был огромен, и трудно понять, где им там придется искать Ярилу. И угораздило же его туда забраться, хотя понятно, что ему не хотелось оставаться Снегурочку, которая погибла с его участием.

Но разве он не понимает, что ее все равно придется оставить рано или поздно. Воскресить он ее не сможет и вернуть в мир не сможет тоже, так стоит ли из-за этого губить тот самый мир?

№№№№№№

Но быстро сказка сказывается, и быстро все у них там получилось.

Горыныч своими загребущими лапами поймал чертенка Прошку и потребовал, чтобы тот указал им, где находится Ярило.

Тот отнекивался недолго, понимая, что со Змеем шутки плохи, и на все его отговорки он только усмехался.

Тогда чертенок тяжело вздохнул и повел Василису в глубине леса, как выяснилось, они приземлились именно с той стороны, где в высоком замке, а их было четыре с разных сторон, Ярила и оставался.

Горынычу даже идти не надо было за ними, он завис над тем самым лесом и проследил за тем, куда они направлялись. Там около старого озера, превратившегося в болото, кто за ним мог ухаживать, и сидел печальный Ярило, и стояла перед ним тень Снежной Девы.

– Мне надо отправляться, я не могу тут долго оставаться.

– Я не отпущу тебя, – твердила она, – ты никуда больше не пойдешь. Я слишком много отдала для того, чтобы ты был со мной.

– Но ты не забывай, что я бог, и у меня есть свои обязанности перед тем миром.

– Там много богов, они обойдутся без тебя, – резко отвечала она.

– Но я без них не смогу обойтись, даже Леший сбежал из этого леса, а мне —то тут что делать?

Ярила злился, он чувствовал, что добрыми делами дорога в ад стелется, вот и пожалей такую Снегурочку, потом останешься в этом самом лесу мертвых и ни сна тебе ни покоя больше не будет. Но больше ничего он не успел сказать, перед ними появилась Василиса.

– Это ты, царевна, померла что ли? – удивленно спросил Ярило.

– Помрешь тут с вами, собирайся, нам давно пора отправляться в мир, Огненный сделал свое дело, а ты за тенями все носишься.

Что с ней стало, как она так могла разговаривать с богом? Чтобы не стало все еще хуже, Горыныч за всем сверху наблюдавший, просто выхватил Ярилу и поднял его вверх и потащил с того самого места, во второй его лапе была Василиса.

– Ну ладно, она, а ты что тут делаешь? Огненный твой мир спасает, а ты среди упырей и мертвяков остаешься? – возмущался Горыныч, – Снегурочка сама виновата, вот и пусть подумает, как ей дальше жить хотя кто бы мог это назвать жизнью. Но ты-то куда.

Ярила радовался в глубине души – ведь Змей как бы украл его и за него все решил одним махом, но с другой стороны было все как-то печально и тревожно, потому что он поступил с девицей, пусть и уже погибшей, не очень хорошо. Наверное за это придет к нему расплата, да еще какая придет. Но думать о том пока не хотелось, Надо было подумать, что он скажет Озу, когда там появится, а это случится уже скоро.

Но что-то говорить все равно придется, потому надо было смириться с положением и как-то спасать мир дальше, судя по всему настала его очередь.

Василиса что-то напевала в лапах Горыныча, как не порадоваться тому, что она так быстро ушла из этого леса.

Глава 11 А вот и Дунай

Горыныч благополучно приземлился в том самом месте, где прежде он оставил Огненного, и подивился тому, что мало что переменилось с той самой поры.

Но еще до того, как перекинуться парой слов с братом своим средним, они буквально наткнулись на Дуная, о котором так давно не было слышно и видно не было ничего.

Василиса завизжала от радости, только теперь она поняла, как соскучилась без своего мира и своих героев. Как бы хорошо не было в гостях у Змея, но дома —то все равно лучше. Да и Дуная она любила как брата родного, а может и больше, чем брата. Когда-то говорили, что он стать должен ее женихом и царевичем, но потом отправился он в заморские края, и невесту там себе отыскал, про царевну забыл.

Долго злилась на него Василиса за предательство корила, а потом поняла, что все равно нет никого лучше в этом мире, чем он сам. Вот и теперь разве случайно было то, что его а не кого —то другого она и встретила тут как раз

Дунай тоже рад был встрече с царевной, хотя никак не мог ей признаться, что позабыл он про нее в это время и даже не спросил у царя, куда она делась, такая вот была у него любовь странная.

Но иногда, когда увидишь человека, память словно просыпается вдруг и все другим становится в тот же самый момент. Так эти двое и встретились.

Оба Змея Дуная не любили, потому что не только в отношении Василисы был он таким странным парнем, но и ко многому и многим относился равнодушно. И они поспешили попрощаться с ним как можно скорее.

– Мне надо будет тут остаться, – говорит она Горынычу, – Огненному придется назад без меня воротиться. Все-таки тут мир мой, а чтобы сказки сочинять, надо жизнь какую-то еще прожить.

Огненный тоже думал о том, что придется теперь ему одному оставаться, но делать больше нечего было.

Остров все еще был пустынным и каким-то заброшенным, никого там больше не оказалось, и ему стало и грустно и скучно.

Только теперь они вспомнили, что Велес так нигде и не появлялся. Но ему надо было как-то привыкать жить без Василисы, ведь она умрет рано или поздно, царевны смертны, и жизнь свою она тоже должна как-то устроить. И вот тут ждал его подарок невиданной щедрости, на острове уже был Велес, искать и спасать бога всего живого не приходилось.

Он рассказывал как оказался в плену у Кащея, но смог в нужный момент вырваться.

– И это все ты, без тебя я бы там оставался до самого конца.

– Ты прошел первое свое испытание и прошел его хорошо, -говорил Велес, я могу гордиться тобой.

Ничего на это не ответил Огненный. Но он согласен был с тем, что все на этот раз обошлось и сложилось прекрасно, хотя сколько усилий ему для того потребовалось? И самое печальное, что могло с ним случиться, в этом испытании он потерял Василису. А в одиночестве мало радости, и сказки не пишутся, и жить не очень весело. Но жизнь все-таки продолжается, да и как могло быть иначе?

Глава 12 Огненные забавы

Жизнь в мире между тем налаживалась, когда холода отступили, пришло тепло, и все стало расти и развиваться. Не мог долго усидеть на своем острове и Молодой Змей.

Он вдруг понял, что ему куда-то очень хочется отправиться, где-то побывать вот прямо сейчас.

Велес прекрасно понимал все его стремления, но пока только наблюдал за тем, что творилось вокруг, вмешаться решил немного позднее.

Как-то вечером, когда делать было нечего, он и завел этот разговор о том, что есть тот самый им спасенный мир, а в нем остаются жены, потерявшие своих мужей.

– По-разному было с ними, – говорил Велес, – у кого-то муж погиб в сражении, у кого-то в схватке со зверем на охоте сгинул, а то и в болоте потонул. И остались они одни теперь на этом свете.

Оз прекрасно понимал, к чему тот клонит и все-таки спросил:

– А от меня ты чего хочешь

– А не отправиться ли тебе навестить вдовушек, и им веселей будет и тебе развлечение.

– Прямо вот так отправиться? —спросил Змей.

– Так не надо, перепугаешь только да спалишь все, а вот принимая облик мужа того же – это интереснее будет и они сговорчивее станут.

– А не перепугаются, покойник все-таки назад вернулся.

– Многие из них не видели мужей мертвыми, и не верят, что они погибли, так что выбирай тех, у кого они не померли, а просто пропали без вести, они сговорчивее будут.

Долго еще в тот вечер они говорили о том, как и что могло быть в том мире, но к утру Огненный решил, что надо будет сделать то, о чем говорил Велес.

Только об одном не предупредил его бог страсти, о том, что после такой ночки не захотят они ни с кем другим дело иметь и тосковать будут по возлюбленному, и ждать его возвращения

А зачем ему заранее это знать, волноваться начнет, переживать, уж лучше пусть все идет своим чередом.

№№№№№

Все получилось в первый раз именно так, как и предсказывал Бог всего живого. Нашел Огненный вдову, которая и не похоронила своего мужа, но была уверена, что он погиб давно, и с радостью она встретила того, кто как две капли воды на него был похож, она не вникала – он это был или не он, кто там вообще под личиной скрывался.

Тогда и Оз понял, что такое связь с земной женщиной и научившись за ними бегать, разучиться он уже никак не мог, даже если бы и захотел.

Лада возмущенно выговаривала все Велесу, а тот только говорил, что это лучше, чем воровать девиц, как Горыныч, а потом бросать их мертвых в озера да реки, чтобы как-то укрыть свои грехи.

– Но это обман, – возмущалась богиня любви.

– А кому хуже от такого обмана, ты мне только про горькую правду не рассказывай, сыты они уж ею по горло, а тут и Змеи сыты, и вдовам хуже не стало.

– Это все пока, но ты сам ведаешь, что будет хуже и очень скоро. Змей один, а их вон сколько и со временем будет все больше и больше.

Только рукой махнул Велес, не хотелось ему вовсе думать о том, что может случиться – случиться завтра, главное, что сегодня все ладно складно, а завтра будет только завтра, если вообще оно наступит.

Но в знак благодарности своему богу стал Оз думать, как помочь Велесу от медвежьей шкуры избавиться, чтобы он на земле мог вкусить страстей и любви земных жен, а не только на него с завистью взирать. И первым обо всем узнал Горыныч, как только они столкнулись на рубеже миров.

Но вывод Горыныча скорее удивил Огненного:

– Страсти до добра не доведут, зря я думал, что ты за ум взялся. А ты хочешь еще против самого Перуна пойти, забыл кто его той самой шкурой наградил.

Ничего Огненный не забыл, просто стремление помочь своему богу вкусить радостей жизни оказалось значительно сильнее. А что Перун, он и сам не живет, и другим не дает, разве же так можно оставаться?

№№№№№№№№

Горыныч улетел на этот раз встревоженный, поединок между Перуном и Огненным мог закончиться не просто гибелью братца его, но и мировым пожаром, что еще страшнее. Тогда и получится, что все их усилия по спасению мира были напрасными. И хотя у него было три головы, но понять, что делать и как быть он так и не мог. И боялся выдать чужую тайну, ведь если о том кто-то узнает, то Огненный его просто спалит и живого места не оставит. Хотя предназначен он был богатырю Добрыне для расправы, но тот может и не дождаться своего звездного часа. А все должно идти ладом, так как в книге писано

Глава 13 Савсение медведя

Операция по освобождению Велеса от медвежьей шкуры была в разгаре, оставалось только уличить Громовержца в чем-то подобном. Они подговорили Русалку Анфису соблазнить грозного бога и к их удивлению она не испугалась и бросила вызов всему остальному миру,

Волку и Огненному оставалось только появиться в дремучем лесу, где Анфиса и назначила свидание Громовержцу, и в самый интересный момент осветить пламенем то самое место.

Перун вскочил на ноги, хотел метнуть свои молнии, но передумал, ведь так можно спалить половину мира, п легче ему от того все равно не станет.

– Чего ты от меня хочешь, – спросил он Змея, которого с самого начала любил меньше, чем остальных его собратьев.

– Да ничего такого, – отвечал тот, – Велес был жестоко наказан за то, чем ты занимаешься просто так

– Он на мою жену замахнулся, – взревел Перун

– Вот в том только и разница

Огненный оставался на месте, русалка успела нырнуть куда-то в озеро, только ее и видели, а Перуну ничего не оставалось, как только испогнить требования Оза, – он прекрасно знал, что тот с самого начала оставался с Велесом и души в нем не чаял

Надо быть осторожнее, когда на землю спускаешься и оказываешься среди духов, ведь мир этот был для них родным и близким, а для него оставался, да и останется чужим, с небес он никак не мог знать, как и что там творится.

– Пусть будет по твоему, – заявил Перун и пустил в небеса молнию в знак того, что шкуры больше нет на Велесе.

Огненный усмехнулся и полетел, чтобы взглянуть на освобожденного бога.

№№№№№№№

Медведь как обычно брел по дремучему лесу. Он задумался о чем-то и вдруг понял, что нет на нем никакой шкуры, что у него обычный облик

Велес остановился от неожиданности и оглянулся по сторонам, что бы это значило? У него не было для того никаких объяснений. С недоверием он взглянул на небеса, понимая, что это как-то связано с Перуном, кто наградил его такой шкурой, только тот и мог от нее избавить. Но увидел он там не младшего брата, а Огненного Змея. Тот махал лапами и улыбался.

– Кого я вижу ну и как тебе в новом старом обличии?

– Это твоих лап дело? – спросил тот, – да как сказать, я уже сжился со шкурой.

– Ладно, не дури, так лучше будет, хотя теперь все девицы твои, ты же помнишь, как ты у нас неотразим.

– Вот это меня и смущает, – заговорил Велес, -но что сделано то сделано, теперь надо привыкать к этому облику.

– А может тебя на небеса отправить?

– Ничего я там не забыл, вот этого не вздумай, – пригрозил он плутовато улыбавшемуся Змею.

Тот должен был с ним согласиться, не надо так не надо. Велес тут был хозяином, к чему ему куда-то еще отправляться? Весть о том, что Велес стал прежним быстро разнеслась по миру.

Больше всех встревожилась Яга. Кот посмотрел на нее сердито.

– А тебе-то чего бояться, вон какая ты стала, не по зубам он тебе.

– Ты еще помяукаешь у меня, – пригрозила она, а думала о том, что много новых бед случится, когда девицы потянутся за ним, как бабочки на огонь, и многие сгорят в том самом огне так, что и следа не останется

Глава 14 Бог страсти

Баба Яга тревожилась не напрасно.

Одно дело, когда на земле появился медведь и скорее вызывал у всех страх, переходящий в ужас, а совсем другое, когда появился красавец, от которого и глаз не оторвать, и все теперь устремились к нему в одном порыве. Даже вдовушки у Оза спрашивали о Велесе и намекали, как хорошо было бы с ним встретиться, хотя бы на одну единственную ночку.

Оз сначала смеялся, потом сердился, и понимал, что конкурент у него появился очень серьезный. Но он уверял, что после такой ночки окажутся они в объятьях бабушки Яги и забудут про все свои шалости. Это помогало немного успокоиться, но не надолго, потом все начиналось сначала.

Тогда Оз начал сердиться и плеваться огнем, это действовало на них как-то успокаивающе. Но затухающие страсти тут же вспыхивали с новой силой.

Не только Оза, но и самого Велеса это совсем не радовало, потому что забот и хлопот у него прибавилось. Он печально вздохнул и спросил у Оза:

– Может это хорошо, что у меня была такая шкура,.

В тот момент он и сказал, что отправляется на остров, ему надо передохнуть и хорошо обо всем подумать.

– Я немного тут еще побуду, а потом вернусь к тебе, – заявил Огненный.

Наверное, последней Велеса увидела Василиса, подействовал он на нее, как Див, только теперь она потеряла покой и никак не могла забыть этого чаровника.

– Успокойся, – говорил Ярило, когда она отправилась искать в заповедном лесу Велеса, а встретила его, – Велес твой сбежал от вас и не скоро появится, Перун был прав когда шкуру ему подарил.

Случайно или не случайно подслушал эту беседу Огненный, когда возвращался от своей вдовушки.

Сначала он обрадовался, встретив Василису, а потом сильно расстроился.

– И ты за Велесом гоняешься, ну что с вами со всеми только делать остается?

Он хотел сказать, что заберет ее на остров, но потом вспомнил, что Велес как раз там остается, только махнул рукой да и решил что все должно оставаться так как и есть.

– Пусть все идет своим чередом, а там видно будет.

Так начиналась история Огненного Змея, а конца и края ей не видно было.

ОГНЕННЫЙ ЗМЕЙ

По всему миру расселились разные драконы, где только они не жили и не обитали. На славянских землях прижились по крайней мере три Змея.

Одни с водой связаны, а другие – с Огнем. Самым знаменитым, связанным с огнем, оказался Огненный Змей.

ОЗ с самого начала оставался с богом Велесом, книги читал, мудрости набрался, хотелось ему все знать, во все вникать. И когда на землю летал, то в ярости мог все спалить.

Был он блестящим (ослепительным) и огромным – все небо застилал, когда к славянским землям приближался. Головы у него, в отличие от трехглавого Горыныча, только одна была. Из пасти огонь валил, а из ушей дым вырывался – страшно и взглянуть на такое чудовище.

Умел ОЗ пользоваться всем этим преимуществом своим во время схватки с богатырями. Сражался он реже Горыныча, чаще его на помощь звали, когда надо было осветить и отогреть землю.

А когда Змей отправлялся погулять, то, приземлившись, шкуру сбросив, становился юношей прекрасным, да таким пригожим был ОЗ, что глаз не отвести. Любил гость с девицей какой ночку другую провести, если все девицы в страхе разбегались, он их не хватал, не воровал – спалить боялся, отправлялся в гости к вдовушке какой, там все было чинно и спокойно. Тогда, чтобы обмануть вдовушку оборачивался он ее мужем, воскресшим, да так хорошо, что не могла она его от мужа своего отличить. Вот и оставались вместе на какой-то срок. Потом Змей удалялся, так и не открывшись ей, кто же он такой. Только и забыть любовника своего таинственного вдовушка потом не могла.

Змей часто оставлял ей богатства, в награду за то, что у них было, и наследство для детей, которые могли после этой страсти народиться.

Если сделает несколько кругов около дома – то и появится в доме достаток и радость. Со спокойной душой после этого ОЗ на остров к Велесу отправлялся. Там он клады и охранял. Сказки сочинял вместе с богом своим. А на пластинах панциря его, говорят, сам Велес начертал древнейшие послания, чтобы они оставались для людей, так окаменевший Змей и сам становился хранилищем мудрости.

Много находилось героев, желавших со Змеем сразиться. Да почти никому это никогда не удавалось. Огненное пламя отпугнет любого, тогда они все и отправлялись Горыныча искать – у того во власти только вода была, а это все-таки не огонь.

Из всех людей Змей уважал только волхвов. И с ними знаниями всякими делился. Иногда по зову их на помощь дружине приходил, если предстояли тяжелые бои с ворогом лютым.

Когда Огненный Змей в небесах двигался, то хвост его огненной летной за ним тянулся, а если хотелось Змею немного развлечься, то искрами рассыпался он в небе – так первые салюты еще в те времена видели люди. А если кто хотел от Змея уберечься, то круг должен был на земле начертить и в середину его запрыгнуть. Тогда он не мог до человека дотянуться, так и улетал Змей, только пламенем дохнет от ярости – вокруг выжженная трава остается, но больших пожаров Змей не устраивался, так, только для острастки все и творил.

Змеи пережили все лихие времена, и нынче, то там, то тут появляются они снова и снова.

Это что, опять пожар?
Но  винить зачем татар?
К нам явился нынче Змей,
Огненный, таких гостей
Позовешь – и мир в огне.
О, девицы, тошно мне.
А Горыныч тушит вновь
Тот огонь, теперь герой —

Он запарился и вот
Радуга в тиши  плывет.
Это так пожарник- змей
Хочет  одарить людей.
Черти спрятались в болото,
Ведь сгорать им не охота,
Лучше в тине и на дне
Посидеть, ведь черт в цене.

Их едва там отыскали,
И вернули, и ругали:
– Как же так, весь мир горит,
В Омуте лишь черт сидит.
– Мы его не зажигали, —
Черти дружные кричали, —
Обвинят нас все равно,
Вот мы и пошли на дно.

Книга 2 Тугарин жжет

ПРОЛОГ

Чего только не случалось в заповедном лесу в разные времена с основания мира и до наших дней. Но большинство историй были стары, как мир и передавались из поколения в поколение.

Особенно трудно было в самом начале, когда не было золотой цепи – древнего славянского письма, и коту Баюну приходилось все запоминать, рассказывать по несколько раз, чтобы не забыть.

Но как только золотая цепь появилась, и все можно было записать, кот Баюн перевел дыхание и понял, что не надо больше так напрягаться, можно и передохнуть немного.

Одной из первых таких историй и была история о Змее Тугарине. Просто так совпало, что сочинял ее кот уже в пору, когда появилась золотая цепь, и сразу записывали ее черти-летописцы. Их долго и тщательно отбирал кот, а потом обучали волхвы, чтобы они могли оставить для потомков эти истории, да и многие другие.

История про Змея Тугарина, наша древняя сказка про Красавицу и Чудовище получилась очень занимательной, скажу я вам. И начиналась она с более древней сказки, о том, как Тугарин устроил в заповедном лесу настоящий погром. Много деревьев поломал, чертей подавил-покалечил, и пришлось ему после этого убежать в горы, как только он смог туда убежать, вырвавшись из плена, долго там оставался Тугарин, боялся, что обрушится на него Велес, и Царь Лесной обрушится, как только узнают, что он натворил.

Но время шло, никто ничего не сделал – все стало забываться, и тогда подумал Тугарин, как бы ему вернуться назад, потому что одиноко и пусто было ему в горах, где и за год порой ни одной живой души не встретить… А ведь он не виноват в том, что таким большим и неуклюжим уродился, таким тяжелым, что не мог он летать, как Огненный Змей, даже как Змей Горыныч летать не мог, да что летать, ведь и земля его тоже не носила.

Но обо всем по порядку, наша сказка не скоро сказывается, зато порой интересной кажется

Часть 1 Погром и после погрома

Глава 1 Приблудный Тугарин.

Разные происшествия случались в заповедном лесу, порой это были стихийные бедствия, а порой и не стихийные совсем. Часто в лесу гости появлялись, и бывали здесь обычно гости непрошенные.

Когда кто-то из Змеев наведывался сюда, то это можно было прировнять порой и к настоящей стихии.

И одно дело, когда любимец Яги Горыныч тут появлялся, останавливался где-то на поляне, в лес не заходил, и вызывал тех, кто ему был нужен, а совсем другое, когда старший его братец Змей Тугарин решил по заповедному лесу прогуляться. Ему всегда законы были не писаны, не собирался он соблюдать их. Вот и на этот раз взбрело ему в голову его Окаянную, что ждет его не дождется матушка – Яга. И не стал он ждать, пока она сама к нему выйдет – к ней и отправился.

Был он огромный, как гора, каленая стрела во лбу, глаза яростью сверкали, и совершенно диким показался он в тот миг. Ни на кого и ни на что не смотрел Тугарин, если кто-то на пути его оказывался, сминал, не задумываясь и под ноги не глядя.

Когда шел он, звери в разные стороны разбегались, птицы разлетались кто куда-то. Все сметал на своем пути Тугарин. А когда до избушки он добрался, и услышал, что Яга видеть и слышать его не желает, взревел он по-звериному и начал ломать и разбрасывать вековые деревья в разные стороны. Такой шум поднялся, что страшно всем вокруг стало. Соловей разбойник в дремучем лесу задумался, так чуть с ветки на землю не рухнул, едва удержался.

И черти и души, у него под ногами оказавшиеся, кто сам летел, кого кидал он подальше. Словно мячики летали они в разные стороны, а тут еще на мухомор огромный наступил он, споткнулся, чуть не рухнул и совсем озверел.

Но, увидев, что не черта раздавил, а только гриб поганый, еще пуще рассердился. Чертей он причиной всех своих бед считать привык, и так хотелось ему отомстить им, что аж взвыл он от ярости.

Когда пробирался он около болота, то ножища его подвернулась, задел он поваленное дерево, которое сам и свалил недавно, и рухнул в то самое болото. Он выл и ревел все сильнее, ему казалось, что кто-то схватил его и никак не отпускает из болота. Он рванулся, но таким тяжелым был, что увяз еще сильнее. И то ли страх его одолел в тот момент, то ли еще какая сила, только рвал и метал Тугарин, рвал и метал.

Там, где свалился Тугарин, в тот момент нежилась Кики, ни о чем не подозревая. И он упал рядом с ней, да так, что она вылетела из насиженного места своего. Придавил он чертей и лазовиков, которые под его тушей оказались. И решили они, что это конец света пришел, сколько не возились, но из-под глыбы этой выбраться так и не могли, только в болоте увязали все сильнее. Никогда прежде ничего такого не переживали они, было отчего чувств лишиться.

Кики не растерялась и набросилась на него с кулаками. Сначала Тугара не понял, что там такое происходить может, потом разглядел ее, и разъярился еще сильнее. Он забросил ее в ярости на высокое дерево, как былинку, и продолжал реветь. Кикимора верещала, раздумывая, стоит ли ей с дерева прыгать да ноги себе ломать, когда никого рядом не было. И снова бы она в руках Тугарина оказалась и еще дальше полетела. Она решила, что делать этого не стоит, с дерева кричать и ругать его было безопаснее и интереснее, хотя он легко мог и дерево повалить, но делать этого почему-то не стал.

Водяной побежал к Лешему:

– И долго ты будешь терпеть такое безобразие? – спрашивал он сердито.

Леший удивился тому, как просто Водяной все на его плечи перекладывает, потому и вздрогнул он.

– Иди к Болотному, это ваше место и пора бы уже самим разобраться с тем, что у вас под носом творится.

Костя понял, что надо что-то делать самому, помощи он не дождется. Болотный ему ни в чем не откажет, но даже теперь он никак не хотел мириться с Даниилом. Даже перед лицом опасности он оставался странно беспечным.

Так ни с чем и пришлось ему возвращаться назад и смотреть на то, что там еще без него произойти могло.

А Болотный никуда не бегал. Он свистнул всех лазовиков, которые еще не были придавлены, те подняли со дна злыдней. Их тут много Лешие из разных мест натаскали, и стали они все вместе Тугарина из болота вытаскивать. Долго и упорно они трудились, но и для всех вместе совсем не таким простым оказалось это дело.

Водяной, увидев такое безобразие, стал вопить еще громче Кикиморы:

– Зачем это ты достал злыдней, что ты потом с ними делать станешь?

Он почувствовал себя хозяином, и в ярости думал о том, что Болотный останется в стороне, а спросится все равно с него. И как тот смеет таким самоуправством заниматься?

Но грозный тон Водяного не смутил Даниила, он оставался спокоен и рассудителен.

– Нам надо Тугарина вытащить, а там и видно будет, – спокойно отвечал тот, – или ты хочешь, чтобы он тут до конца своих дней оставался?

Константин не хотел этого, но и самоуправничать никакому Болотному он не позволит. Тоже взяли себе моду, то Кикимора, чтобы его защитить, упыря оживила и гоняла тут их всех, и пугала весь мир, а теперь куча злыдней снуют, и непонятно куда разбегутся, что потом творить будут.

№№№№№№

Тугарин увязал все больше. Уже духи надрываться стали, а он рычал и сбрасывал их с себя, но они возвращались и наваливались на него со всех сторон. Силы оказались неравными. Их было много, и они старались от него избавиться. Наконец им удалось, они вытолкнули его наружу. Сначала он поверить не мог в то, что освободился из проклятого болота, потому убедился, что его больше никто тут не держит.

Он вскочил на ноги, но еще не верил, что освободился от плена, и бросился с диким ревом от проклятого этого места. Полетели новые деревья, им по пути поломанные, он разбрасывал их в разные стороны и повыше поднимал ноги, чтобы в новое болото не свалиться, он знал, что должен поскорее покинуть лес, чтобы не стать его вечным пленником.

Глава 2 Спасение утопающих

Черти бросились за своими собратьями, им придавленными, они догадывались, что он многих придавил, те сначала кричали и просили о помощи, а потом и кричать уже перестали. И неповрежденные, но дико уставшие черти и злыдни стали вытаскивать их и складывать на берегу. Если бы они были смертными, то показались бы всем мертвыми, а так оставалась надежда на то, что еще оклемаются, когда воздухом надышатся, и поймут, что не на дне болотном, а на берегу лежат. Кого-то приходилось откачивать, кто-то начинал шевелиться и стонать сам. Но они понимали, что еще не один час потребуется, чтобы они стали прежними, и угораздило же их вот так под Тугарином оставаться.

Злыдни неслись за Тугариным, облепив его плотным слоем, так что он не понимал, что ему еще можно сделать, чтобы от них избавиться и на ходу стряхивал их, но не так – то это было просто сделать. Они не хотели возвращаться в болото, ощутив освобождение. И Тугарин теперь был для них той спасительной соломинкой, за которую они хватались из последних сил и старались удержаться.

Черти на берегу копошились и приходили в себя, но какими же несчастными и помятыми они казались. Они даже не притворялись, некоторые просто были раздавлены в лепешку.

– Вот от двух зол и избавились, – размышлял в тот момент Болотный.

Он повернулся к Косте и улыбнулся. Ему показалось, что наступил тот момент, когда они могут забыть о прошлых ссорах и примириться, и он всегда к этому был готов. Но тот и теперь не собирался с ним мириться, а досадовал, что у его соперника все получилось так славно. В то время, когда он сам только и носился по лесу без всякого толка. Он ничего не успел ответить, потому что в тот момент раздался рядом голос Велеса:

– Что это с Тугарином вы тут делали, зачем он столько злыдней нахватал, что с ними делать станет?

Велес, которому вороны давно рассказывали о странном происшествии в заповедном лесу, добрался туда, когда все уже завершилось, и потому не мог он понять, что здесь правда было, а что только выдумки глупых птиц, готовых все перепутать.

– Это мы ему своих злыдней сбагрили, – говорил Водяной, словно именно он и устроил все тут.

Болотный засучил рукава и помогал доставать и откачивать чертей, которых оказалось придавленными очень много. Среди покалеченных попадались и злыдни, и лазовики, даже парочку упырей в суматохе достали, но потом по приказу Водяного быстро вернули назад. Лазовики трудились вовсю, они казались вездесущими и неутомимыми

– А с этими что случилось? – удивленно спрашивал Велес.

Он еще не мог понять, что в лесу у них тут происходило, и Леший начал ему объяснять, как сам Тугарин в болото и свалился.

Явилась Яга. Она узнала, что черти пострадали и понимала, что виновата перед ними, к ней Тугарин пробирался, на нее страшно сердит был. Она стала приводить их в чувства, приказала лазовикам собирать травы и костер разводить, чтобы поило приготовить, и только ахала да ругала Тугарина, который одним махом смог столько бед натворить.

В тот момент все забыли про Кики, а ее пришлось снимать с дерева, где она все еще сидела. Ноги ее затекли, и она боялась сама спуститься вниз. Она замолчала только когда увидела строгий взгляд Велеса.

Еще долго черти не могли прийти в себя. Они пили вонючий отвар, слушали ворчание Яги и жаловались, что были Змеем помяты и переломаны и страдали ну совсем ни за что, просто оказались под ногами у чудовища .

– Хватит, – остановила их Яга, – если бы не отлеживали себе бока дни и ночи напролет, то никакой Тугарин бы на вас не свалился, те, кто заняты делом, целы и невредимы, и должны еще с вами бездельниками возиться.

Черти стали роптать тише, но успокоиться они все равно никак не могли, сколько не старались.

Долго еще рассказывали о странном происшествии, сколько шуму оно наделало. Но о Тугарине они больше ничего не слышали. Убежал он в свои горы и злыдней на себе уволок. Что поделать, если не носила его земля, слишком тяжел да неуклюж был этот Змей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.