Новый рассвет
Михаэль Бахвалофф

© Михаэль Бахвалофф, 2022

ISBN 978-5-0053-7112-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

* * *

Коснулся первый солнца луч

Ложбинки на спине,

И, проскользив из тени туч,

Он замер на стене.

И осветил её он всю

На белой пелене,

Что ночью,

Страстью полыхав, горела как в огне,

И что сейчас, под сенью сна

Колышется едва,

И мысли что несёт она

Его за облака,

И что вернувшись с облаков,

Её он вновь обрёл,

А солнца луч, сместив покров

Её лицо нашёл.

И вновь воспрянув ото сна,

Поймав его вновь взгляд,

Сверкнув смарагдами, она

Метнула вновь разряд…

* * *

Под романтичностью заката,

Что тёплый вечер нам принёс,

Под сенью парка, что когда-то

Скрывал всех от рассветных рос,

Сидела пара, наблюдая

За красотою естества,

И трепет вечера вдыхая,

Шумела чуть ввыси листва.

И в промежутке меж закатом

И первым светом фонарей,

Та пара в тишине вечерней

Жила историей своей.

* * *

Мне б июнь, ночью звёзд и тебя,

Чтоб душой отдохнуть от всего,

Чтобы мыслью так плавно летя,

Потянуться бы вверх чрез окно.

Чтоб забыть обо всей чехарде,

Потеряться во времени дней,

Упорхнуть мыслью к дальней мечте,

И забыть о работе скорей.

Не декабрь с его пустотой

И морозом, несущим с души,

А июнь, ночь и звёзды с тобой,

И светили глаза чтоб твои…

* * *

Сколько страсти и порока

В её взгляда глубине,

Что в нём тонешь ты без срока,

Оказавшись вмиг на дне.

И в развратном этом взгляде,

Что прожёг тебя давно,

Прямо, ни на что не глядя,

Слиться снова суждено.

И в порывистых движеньях,

Снова в свете, как во тьме,

В плавных яростных скольженьях

Вновь окажешься на мне.

И опять сливаясь вместе,

Разделяясь лишь на миг,

Отзовётся в том предместье

Страстью вырванный вновь крик.

* * *

С.М.С.

Чертовка рыжая с развратным взглядом,

Волною страсти окатит с ресниц,

А повернувшись после к тебе задом,

Заставит кровь упасть всю ниц.

А с этой страсти и компрессор меркнет,

И пролетает Сергиев Посад,

Лишь в памяти навеки сверкнет

Тех глаз бесовски-карих взгляд.

И в страсти том водовороте,

Что завертел с тобою нас,

Мы роль играем на работе,

Чтоб после жить здесь и сейчас,

Чтоб без напутствий, объяснений,

Без всяких домыслов пустых,

И без занудственных решений,

Делить то время на двоих.

* * *

Как хочу я уткнуться скорее

Не в подушку, а в губы твои,

Чтобы мысли пошли веселее,

Устранив пустоту в эти дни.

Как хочу я уткнуться скорее

В аромат твоих рыжих волос,

Чтобы ярче стал день и светлее,

Устранив блики чёрных полос.

Как хочу я уткнуться скорее

В нежность кожи у шейки твоей,

Чтоб интим поцелуя проверя,

Опуститься чуть ниже бы с ней.

Как хочу я обнять поскорее,

И, вдыхая, везде целовать,

Чтоб потом, распалившись быстрее,

До утра никуда не вставать.

* * *

Ты без стеснения, без прока

Люби за всё и ни за что,

Люби без времени, без срока,

Недавно было, иль давно.

Люби, пока ты есть на свете,

Люби, пока не кончен мир,

Пока есть кто-то на планете,

Кто будоражит твой эфир.

Люби и в зной, и в зимний холод,

Когда весна падёт ковром,

Люби, пока душою молод,

Люби, не забывай о том.

* * *

Когда кого-то не хватает

Серее жизнь царит кругом,

И время, будто, замирает,

Стараясь сделать жизнь ту сном.

Часы ползут назло неспешно,

Минуты в годы претворив,

И заменяет всё небрежно

Печально выбранный мотив.

В итоге, отчеканив время,

Свой ускоряют часы ход,

Чтоб кругом лишь одним отмеря,

Той встречи разрешить исход.

И вдалеке том друг от друга,

За чередою дней, ночей,

Ворвётся в души снова вьюга,

Погаснет марево свечей…

Но снова будут как когда-то

И бой часов, и улиц шум,

Когда средь красок тех заката

Сольются двое, устав с дум.

* * *

Приходи ко мне чаще ты во сне,

Приходи хотя б на несколько минут,

Приходи в тиши, в лунной белизне,

Стрелки лишь когда чуть-чуть ползут.

И когда лишь дымкой пробудится город,

Убегая с ночи пеленой,

Чуть собой присытя пустоты той голод,

Вновь покинешь тот балкон с весной.

И опять отрывки, смутные виденья,

На границе были, яви, сна,

И опять кружатся, словно привиденья,

Мысли, что навеяла весна.

И опять приходишь ты ко мне несмело,

Вновь собой пленяешь ты мой взор,

И опять белеет под луной то тело,

Страсти разожгло что вновь задор.

* * *

Я одинок, когда тебя нет рядом,

Я одинок, когда уходишь ты,

Когда смотрю во след печальным взглядом,

Пытаясь различить твои черты.

Я одинок, когда ты пропадаешь,

Когда исчезнув в призраке метро,

Ты пустотою душу заполняешь,

Всё то, что было так живо.

Мне не хватает этих глаз игривых,

Что пробивают сердце напрямик,

И губ, развратных и красивых,

Что вскружат голову в сей миг.

И пустота, раскрывшись молчаливо,

Захватит душу коконом опять,

Чтоб дальше и печально, и тоскливо,

В душе ненастье осени срывать.

* * *

Твои глаза – океан,

Я в них тону без конца,

Как будто волны из стран

Пленяют мысли сердца.

Твои глаза будто тень,

Что накрывает волну,

И в тишине каждый день

Я вижу их глубину.

Твои глаза как волна,

Что разгонясь далеко,

Накроет всё без следа,

Везде пробравшись легко.

В твоих глазах я тону,

Без сил вернуться назад,

Я их познал глубину

И красоту без преград.

* * *

Я вдыхаю твой запах, и время течёт,

Распадаясь на сотни частей,

И в плену тех объятий, что время крадёт,

Мы проводим слияние дней.

Мы пытаемся время урвать и мгновенья,

Оставаясь в них только вдвоём,

И раскрывшись друг другу, мы без промедленья,

По отрезкам недели плывём.

Я вдыхаю твой запах, и время течёт,

Ускоряясь до света волны,

Но наступит уже скоро грозный отсчёт,

Где разлуки вновь дни суждены.

* * *

Войти куда-то иль в кого-то

Порою хочется сильней,

Ведь это место или кто-то

Собою манит, хоть убей.

Собою манит, зазывая,

И кущей страсти так пленя,

Уводит разум, вновь играя,

Черёд сменяя ночи, дня.

И, одержимый вновь пороком,

Отдавшись страсти глубине,

Ты по проторенным всё тропам,

Летишь к той пропасти на дне,

Что так манит и зазывает,

Как будто, царствие аид,

И что так прелести чертает,

Призывом наполняя вид,

И ты, предавшись наслажденью,

Сменить стараясь серость дня,

Отдавшись самоисступленью,

Забылся в пламени огня.

А в тишине после рассвета,

Когда всё выпито давно,

Воздевши очи к луне свету,

Печально выглянешь в окно.

И в серости огней рассвета,

Что озарят муть за окном,

Печальной трелью без ответа

Похмелье встанет над столом.

И в тишине оркестр бахнет,

Литаврами поддав настрой,

И вот давление вновь жахнет,

А страсть сойдёт пота струёй.

И в опустевшем сером мире,

С болезнью страсти на челе,

Ты отключишься вновь в квартире,

Пока ещё что не в себе…

* * *

На кровати развлекаясь

Нынче мило мы с тобой,

Обнимались, целовались,

Прогоняли вновь покой.

И летело время быстро,

Свой отматывая срок,

Но сигналом машиниста

Разразился вновь звонок.

После третьего аккорда

На будильника счету,

Встала ты, поднявшись гордо,

Снова начала игру.

И неспешно оказалась

Снова сверху ты на мне,

Ну, а трель всё продолжалась,

Отдавая дань весне.

* * *

Как не хватает обнимашек в карантине,

Когда ты мечешься квартирою пустой,

Когда так хочется прижать в ложбине

Ту девушку, что стала так родной.

Как не хватает той души под боком,

С которой можно ночью говорить,

С которой так уютно ненароком

Душою от работы отходить.

Как не хватает человека рядом,

Который украшает жизнь собой,

Который прожигает своим взглядом,

Сметая с сердца вновь покой.

* * *

Я хотел бы согреваться

В теплой складке между ног,

И с тобой не расставаться,

Распаляя сей чертог.

Выходить, входить игриво,

Чтобы снова заходить,

А потом опять красиво

И позицию сменить,

Чтобы снова королева,

Рокировку проведя,

С положенья сбоку слева,

Вновь залезла на меня.

И опять порывы страсти

Захлестнули вместе нас,

Подчиняя своей власти,

Начиная новый час.

* * *

Я хочу тебя раком в прихожей,

На столе разложить так хочу,

В позе связанной, страстно пригожей,

С нетерпением ждать как войду.

Я хочу тебя много и разно,

Только время, увы, не идёт,

Разве мысль, что цепляет заразно,

По разврату с тобою бредёт.

Вот она распаляет сознанье,

Погружая в фантазии плен,

Порождая и снова желанье

Провести в позах цепь перемен.

* * *

В лабиринтах интима и латекса,

Продираясь сквозь плёток хлысты,

Не оставишь в себе ты ни комплекса,

Всю явив глубину наготы.

И, где страстью и болью пылая,

Вновь господство тебя подчинит,

И от них в ярость счастья впадая,

Вновь оргазмом от боли пленит.

Наслаждаясь опять подчиненьем,

И стараясь послушною быть,

Ты пытаешься с томным стесненьем

Установлены рамки забыть.

Чтоб опять наказание грело,

Ну, а тело нещадно чтоб жгло,

Чтоб опять душа боттома пела,

Подчинение дальше бы шло.

* * *

Под закатом на душном проспекте,

Где цветы иногда лишь видны,

Протекает весь вечер в весёлом банкете

Праздник жизни, где люди пьяны.

Протекает неспешно, без фальши,

Тамада развлекает гостей,

Ну, а в самом конце, приземлившись подальше,

Сидит гость, чьей душе всё больней.

Простирая над стопками руку,

Он пытается жизнь заглушить,

Но унять боль, тоску, а с ней скуку

Он не в силах, сколь водку не пить.

Он пытался судьбу всё построить,

За неё бы вписался во всё,

Но уехал столы в лагерь строить,

А она тут нашла вновь своё.

И теперь вот один в ресторане,

Там, где свадьбу гуляет она,

Притулившися сбоку, спасаясь в стакане,

Водку хлещет до пьяного сна…

* * *

Хотелось бежать и орать, и долбить,

Но не было сил только взять и забыть,

И не было мыслей уже о другом,

Как только крутилась та мысль о былом.

И всё перебрав в голове сотни раз,

Забыть всё пытаясь те мысли о нас,

Тянулась рука, чтоб забыться во сне,

Фужер наполняя в наклонной струе,

И, осушив в тишине его снова,

Душа забывалась от сна вот такого.

Но только проснувшись на день так другой,

Она вновь не встретит привычный покой.

Эти же мысли, по сотне на дню,

Всё душу съедают почти на корню.

И в пустоте, что осталась внутри,

Только лишь пепел… Не видишь? Смотри!

* * *

Печальный секс под музыку дождя

Унес все мысли в тишину ночи,

Оставив в пустоте одну тебя,

И листья за окном в огне свечи.

А та слезинка, что, увы, катилась,

Не в силах была что-то изменить,

Всё прогорело, пусто, развалилось,

И прахом остаётся теперь гнить.

И перед зевом пустоты бескрайней,

Образовавшейся в тот миг простой,

Не собирая все осколки, грани,

Ты вырвешься за новою мечтой.

* * *

Те отношенья как сплетения снов,

В них пропадая, находишься вновь,

В них забывая, всё вспомнишь едва ль,

Их разрывая находишь печаль,

Возобновляя их вновь и опять,

Вновь прогораешь, чтоб снова пылать.

Ну, а в конце… Что там ведомо знать:

Вновь возгораться иль углем лежать?

Вновь обрести иль навек потерять?

Как интересно, всё это узнать?

* * *

На тротуаре жизни той

Она стояла бы с фатой,

Но не судьба, видать, то ей,

Она свободна от цепей.

И можно снова наслаждаться

Всем тем, что может попадаться:

Кутить, куражиться, кружить,

Ну, в общем, как и прежде жить.

Ну, а фата, на что она?

Однообразна и скучна,

Она не даст уже свободы

И естества своей природы,

Она стреножит резву лань,

Направив целомудрья длань,

И всё придётся позабыть,

Что так сумела полюбить,

И не придётся уже вновь

Разгорячить и в клубе кровь.

Но, отложив фату в сундук,

Она вновь вырвется из рук,

И вновь закружит хоровод,

И унесёт её вперёд…

* * *

Под пеленой, накрывшей диск луны,

Под синевой, что всё затмила рядом,

Мерцают звёзды в тишине Москвы,

Расцветив ночь мигающим парадом.

И этот вид на крыше увидав,

Он ей в стихах пытался передать,

Но сон, увы, с рассветом овладав,

Заставил под луною ночевать.

И только ветер, отыграв листвой,

Сорвал с настила этот черновик,

И вознеся его вверх над Москвой,

Подбросил к небу, будто бы на миг.

И лист летел, влекомый той судьбою,

Порывом ветра, свежестью утра,

Чтобы случайно, звёздной пеленою,

Упасть на пол возле её стола.

Чтобы она, проснувшись вновь с лучами,

Что ворвались в открытое окно,

Поднявшись мягко, потянув руками,

Присела, чтобы лист поднять его.

* * *

Давай сбежим от тех проблем,

Что закрутили чередом,

И уплывём от этих стен,

Что выросли уже холмом,

Давай мы взмоем над работой,

Оставив всю её внизу,

Что воскресеньем иль субботой

Кидает кости нам в тазу.

Давай укроемся дождями

От хилоты системы всей,

Чтоб там стоять под облаками

Среди тропических морей.

Давай забудем на минуту,

Единый день, неделю, час,

И вновь вернёмся мы к маршруту,

Который выбран был для нас.

* * *

А помнишь ночь, растворенные окна,

И чаек крик, и в тишине гудок,

И штору, что росой намокла,

И из окна текущий холодок?

А помнишь вечер, что пылал закатом,

И прорезал лучами сосен шум,

И миг казался Фаустом проклятым,

И красота рождала сотни дум?

А помнишь, как стояли на причале,

И пароход неспешно отплывал,

Как волны неба синеву качали,

Блистая золотом на белый трал?

А помнишь ли, костер под небом летним,

Где искры подлетали до небес,

Где ночь казалась чудом междусветным,

И ворожил где темнотою лес?

А помнишь ли, иные ты картины,

Где было просто, радостно дышать?

Теперь остались в жизни серпантины,

Вдаль по которым надо снова гнать,

Где ты один на скорости взрываешь,

Несясь вперёд шальною той тропой,

И постепенно снова пропадаешь,

Теряя то, что представлял собой…

Ты и летишь, ты и идёшь неспешно,

Из ночи в день, из дня вновь в ночь,

Как лодка в океане жизнь безбрежна,

И пустота всё не отходит прочь…

* * *

«Была ли это любовь?». Да кто его разберёт,

Когда меж страсти летя, впиваясь, мяли полёт,

Когда меж пожаров душевных тушили бензином вокруг,

Когда поистёрлися нервы и стрелок окончился круг,

Когда только лишь недомолвки и фразы стихают впотьмах,

Когда пустотою вползают в тебя и тревога, и страх,

Когда в полумраке исчезнет последняя спичка в душе,

Задайся уже ты вопросом: «Была ли любовь та в тебе?».

Задайся и будь откровенен, насколько ты можешь с собой,

Молчание, может, и лечит, но не приносит покой.

* * *

Вместо тысячи слов выбираем любовь,

И несёмся стремглав в небеса,

А потом, враз порвав, выпускаем мы кровь,

Прожигает что наши тела.

И потом, в тишине одиноко стоим,

Всё не в силах пройти, отступить,

Будто ангел над бездной, в тумане парим,

Продолжая в неверии жить.

* * *

На Патриарших в день душнейший

Два литератора сошлись,

Но разговор весьма простейший

Их иностранец дёрнул ввысь.

Он рассказал им про Пилата,

Про утро Канта пояснил,

Сказавши между, что когда-то,

И там, и там, как будто, был.

Но не поверив утвержденьям,

Его решили сдать в дурдом,

И началось тут приключенье,

Что многим стало страшным сном.

Один, скользнувшись, под трамваем,

Окончил дни свои, увы,

Другой, метаясь полуголым,

Доставлен в клинику Москвы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.