Эжен Марсэль
Последняя выжившая

0

Ну зачем, зачем я вписалась в эту авантюру?! Ведь я ненавижу океан, несмотря на то, что живу всю жизнь на побережье! Меня укачивает на всех видах водного транспорта, начиная с катамаранов. Я никогда не ходила в походы. Со спортом я не то чтобы на “Вы”, мы едва знакомы.

Какой черт меня попутал нажать кнопку “Записаться” и отослать анкету? Да еще и заплатить за это?! Ладно это был бы “Последний герой” одного из центральных каналов. Там очень прикольно наблюдать, как звезды и простые граждане валяются в грязи, живут в шалашах и едят личинок. Особенно, когда ты дома перед телеком, в безопасности с тарелкой всяких вкусняшек.

Но этот проект назывался “Последняя выжившая”, и финансировал его какой-то провинциальный канал на пару с никому неизвестным банком в Дагестане. Только один этот факт должен был меня напрячь! Но моя откуда ни возьмись появившаяся уверенность “а чё я не смогу чо ль” надела на меня шоры почище, чем на лошадь в пожар.

Недаром моя подруга Лелька все время мне твердила: “Лера, все твои горести – от ума, и тебя необычайно просто взять на слабо там, где нормальные люди даже слушать не будут”. Я записалась на программу по выживанию. Я! Человек, который саранчу считает исчадием ада, трепещет перед бабочками и пауками и уступает дорогу муравьям!

И вот теперь я на острове. Вы понимаете, НА ОСТРОВЕ! То есть вокруг меня океан, неизвестная растительность и наверняка куча насекомых! ОДНА! Господи, во что я влипла!

1

Но вы, наверное, ничего не понимаете, да? Начну по порядку. Меня зовут Валерия Мо́згова. Но все зовут меня Леркой, конечно. С такой фамилией у меня не было шансов родиться дурой, хотя по некоторым моим родственникам, носящим ту же фамилию, этого не скажешь. Я живу на берегу Охотского моря в поселке, который гордо именуется городом, под оригинальным названием (ни за что не угадаете) Охотск. Городок наш не курортный, а портовый (хотя и находятся смельчаки, которые купаются при +6).

Если вы представите себе женщину, достигшую возраста Христа, ростом примерно один метр шестьдесят пять сантиметров, весом в сто килограмм, с жидкими, мышиного цвета волосами до плеч, талией, которая обозначена только поясом юбки, и пятым размером груди, то получите довольно точный мой портрет.

Сколько себя помню, я всегда была пухленькой девочкой. В отличие от других детей у меня никогда не было проблем с аппетитом, что вполне устраивало маму и бабушку, но не могло не отразиться на моей фигуре. Папа же просто считал меня самой лучшей девочкой на Земле.

Когда я пошла в первый класс, то поняла, что в школе ценят не тех, кто хорошо кушает, а тех, кто выглядит как кукла Барби. В классе была еще одна “неудачница” – Лелька – тощая, высоченная для семилетнего ребенка дылда, с большими оттопыренными ушами и вечно косящим левым глазом. Нужно ли говорить, что мы подходили друг другу идеально, как Пузырь и Соломинка, и стали подругами не разлей вода на всю жизнь.

Я была послушной, умненькой ученицей. Меня любили все учителя, кроме учительницы физкультуры. Напрасно она пыталась меня научить прыгать через козла или отжиматься от пола. Кросс и метание мяча были мукой для нас обеих. Иногда мне казалось, что физручка видела меня в кошмарах, уж больно странно она на меня смотрела во время уроков. А канат?! Если бы он мог говорить, то когда видел мою приближающуюся фигуру, громко бы кричал: “Н-Е-Е-Е-Е-Т, только не она!”

Лучше всего мне давались точные науки: математика, физика, химия. По мне, так нет ничего прекраснее строгих рядов формул и цифр. Я много читала и неплохо писала сочинения. В тайне от всех, даже от Лельки, я вдохновенно кропала стихи в духе письма Татьяны Онегину. Иностранные языки были на уровне школьной программы, так как особо меня не вдохновляли.

Хуже всего, помимо физкультуры и музыки (медведь мне не просто на ухо наступил, а основательно потоптался) дела обстояли с географией и биологией. С первой в силу врожденного топографического кретинизма, со второй – из-за наличия всех видов фобий, связанных с живым миром нашей планеты. Из-за этого однажды со мной приключилась история, которую все, кроме меня, считают забавной. Лелька в тот день заболела. Учитель географии счел идею вывести учеников в лес для практических занятий отличной, и наш класс отправился отрабатывать навыки ориентации на местности. Каким-то невероятным образом я умудрилась заблудиться в трех соснах и отстать от одноклассников. Лес сразу стал на редкость недружелюбным. Ветер затрещал сухими ветвями деревьев. Все тропинки спрятались под покровом травы. Меня окружили всевозможные адские твари: бабочки, божьи коровки, муравьи. Где-то над головой перекликались птицы, явно договариваясь выклевать мне глаза. От ужаса я еле передвигала ноги. Слава богу, через целую вечность (хотя все говорят, что прошло не более получаса) меня отыскал учитель. Больше меня не брали ни на какие экскурсии, чему я была несказанно рада.

Удивительно, но несмотря на все эти трудности, я закончила школу с золотой медалью. Но что это я все о себе да о себе. Совершенно не лишним будет рассказать о Лельке, тем более, что она сыграла значительную роль в моих дальнейших приключениях.

Лелька, несмотря на свою внешность, мегамозг. Ей-богу, я не вру. Подруга самый настоящий гений. В школе она была аутсайдером не только из-за роста или косящего глаза, а еще и потому, что уже к семи годам была умнее и образованнее всех учителей вместе взятых, не говоря уже об учениках. Лелька могла смело идти вместо школы сразу на первый курс любого университета мира. Но она не хотела быть одинокой из-за своей гениальности, как это часто бывает. Ей хотелось найти друзей. И она обрела родственную душу в моем лице.

Конечно, Лельке было трудно притворяться, что она читает по слогам и не знает дробей в начальной школе, равно как и делать вид, что ей незнакома органическая химия или ядерная физика. Особо мнительные и мстительные учителя занижали подруге отметки. И вы не поверите, но школу она окончила не с золотой медалью, а с тройкой – по математике. Это было особенно смешно, потому что именно в математике Лельке не было равных.

Родители подруги погибли в научной экспедиции, когда мы перешли в старшие классы. Из родных у нее остался только дедушка Гриша по отцовской линии – старый морской волк с крупными просоленными морщинами на лице и вечным прищуром. Дед был классным. Я обожала приходить к нему домой вместе с Лелькой и слушать рассказы о дальних плаваниях и морские байки. Высокий, худощавый, как внучка, как только мы появлялись на пороге, он непременно ставил на плиту старенький чайник. Затем насыпал в железную кружку крупнолистный чай, настаивая до черноты и утверждая, что так заваривать чай его научили китайцы во время совместной службы. Потом дед Гриша выставлял на стол, покрытый неизменной синей в крупную белую клетку скатертью, разнокалиберные кружки, разливал по ним восхитительно пахнущий напиток и бросал пять обязательных кусков сахара. “Никакого сахарного песка, – говорил он, – настоящий сахар бывает только кусковым”.

В институт Лелька, в отличие от меня, поступать не стала, справедливо полагая, что ей там делать нечего. Тут наши пути ненадолго разошлись. Я уехала учиться на экономиста, а подруга подалась в хакеры. Не было ни одного уголка Интернета или Даркнета, который был бы ей недоступен.

Но Лелька быстро наигралась в “вольного” стрелка, ей хотелось быть полезной. Насмотревшись сериала “Мыслить как преступник”, подруга вообразила себя Пенелопой Гарсиа и отправила свое резюме в отдел аналитики ФСБ, предварительно взломав их сервер, чтобы убедиться, что письмо дошло до адресата. В органах оценили ее возможности по достоинству и пригласили в Москву, но она не хотела бросать деда Гришу, и Лельку взяли сотрудником в местное дальневосточное отделение.

Я окончила институт с красным дипломом, чтобы пойти работать ни много ни мало… бухгалтером. Сразу после выпуска я устроилась на работу в маленькую торговую фирму, в которой тружусь и по сей день. Карьера идет в гору семимильными шагами. Всего десять лет и, voilà, я заместитель главного бухгалтера. Коллектив у нас сплоченный и разделяет мою любовь к сладкому.

Жизнь стала размеренной, понятной и … чрезвычайно скучной.

2

Парня, как нетрудно догадаться, у меня отродясь не было. Эх, не в тот век и не в той стране я родилась! В XVI веке в какой-нибудь Италии мои многочисленные складочки на теле обязательно воспели бы в стихах поэты и запечатлели для потомков художники. Хотя я часто слышу, что у меня красивые глаза. Это как раз тот случай, когда если собеседнику нечего похвалить во внешности, то он начинает восхищаться глазами. Или умом. Глаза у меня и впрямь не подкачали: большие, как у персонажей аниме, ярко-синие с длинными пушистыми ресницами. Пользы от этого немного, но позволяет экономить на туши для ресниц.

Я неоднократно торжественно клялась заняться собой – похудеть, пойти в спортзал. Но с диетами не сложилось. Как только на горизонте появлялся кусок сочного жареного мяса с горой аппетитно пахнущей картошки фри или обожаемого “Наполеона”, вся уверенность в том, что мне необходимо сбросить вес, куда-то улетучивалась. В конце концов я махнула на все рукой и стала наслаждаться жизнью. Работа есть, квартира тоже, рядом семья, лучшая подруга и книги. Что еще нужно для счастья человеку?

Именно любовь к чтению привела меня к тому, что сейчас я сижу неведомо где, как дура, в вечернем платье, вся в песке. Но я опять отвлеклась.

В детстве у меня было две любимые книги: “Робинзон Крузо” У. Дефо и “Таинственный остров” Ж. Верна. Именно из-за них я так неровно дышу к реалити-шоу “Последний герой”, нередко представляя себя на месте победителей, когда им вручают главный приз. Хотя на что я бы потратила такие деньжищи, ни разу так и не придумала. Такие мелочи, как отсутствие силы воли или минимальной спортивной формы, меня ничуть не волновали.

В тот роковой день я наслаждалась просмотром любимой передачи. Во время рекламной паузы появилось объявление о наборе девушек, желающих поучаствовать в “региональном” шоу. Рука как-то сама потянулась к планшету и молниеносно заполнила все необходимые личные данные. Не скрою, меня смутили некоторые вопросы типа: “Имеете ли вы собственность?” или “Есть ли у вас близкие родственники или друзья?” Сама не знаю почему, на последний я ответила отрицательно. Ответ о том, что я зачислена в проект, который стартует через три дня, пришел через полчаса. Требовалось только оплатить небольшой взнос за участие – пять тысяч рублей. Сей факт меня, как здравомыслящего человека, бухгалтера, в конце концов, должен был, без сомнений, насторожить. Но я уже пребывала в иллюзорном мире – там, где я звезда телеэкрана.

Наутро, отправив деньги и быстро оформив первый в жизни отпуск, чем несказанно удивила весь коллектив, включая директора, я вихрем помчалась по магазинам. К письму от редакции телеканала прилагались списки необходимых и разрешенных вещей. Правда, было непонятно, зачем на острове вечернее платье. Решив, что оно необходимо для интервью, которое у меня непременно возьмут после моей победы, я купила длинное в пол синее платье с люрексом. Переливаясь на свету, как новогодняя игрушка, я пришла к выводу, что выгляжу в нем шикарно. Дополнили наряд умопомрачительные серебряные туфли на каблуке, которые по заверению консультанта делали меня выше и стройнее.

Воодушевленная первой удачной обновкой, я приобрела также новый купальник, шорты-бермуды, футболку с изображением пальмы, панаму в виде шляпы. Вспомнив, что в местах, где обычно проводят шоу, жутко жарко и масса насекомых, дополнила список покупок защитным кремом от загара и средством от комаров. На новую сумку денег уже не хватило, но, пребывая в радостном настроении, я решила, что повседневная торбень черного цвета вполне подойдет.

Уложив покупки в старенький чемодан и договорившись с Лелькой, что она будет поливать мой единственный цветок – фикус, я была готова плыть навстречу приключениям. Надо сказать, подруга отнеслась ко всей этой затее скептически и пыталась отговорить меня от звездного будущего. Однако, рассудив, что в ней нет ни капли авантюризма, я решила к ее доводам не прислушиваться. Поняв, что никак не сможет отговорить меня от участия, с точки зрения нормальных людей, в сомнительном мероприятии, Лелька подарила мне накануне отъезда новый смартфон с защитой от воды и пыли со словами: “По крайней мере, когда ты уронишь телефон в воду, а ты обязательно уронишь в первый же день, твой фотоотчет не пострадает, и ты не проведешь остаток дней съемок в самобичевании”. Я пыталась откреститься от такого дорогого подарка, но подруга настояла, аргументировав, что так ей будет спокойнее. Не найдя сил сопротивляться, я согласилась.

Через два дня я стояла у причала за полчаса до назначенного времени. Продюсеры шоу собирались доставить нас на райский остров самым экономичным, по их мнению, путем – по морю. В наш порт прибывает много судов, в основном грузовых. Иногда по пути в более интересные места заходят и красавицы-яхты. Неизвестно почему, я решила, что именно на яхте мы отправимся к месту проведения шоу (по моим предположениям, на Филиппины). При мысли о морском путешествии я уже пребывала на грани панической атаки, но вид единственного судна у нужного пирса и вовсе привел меня в ужас. Оно выглядело, как явно отжившая свой век грузовая посудина, переделанная под пассажирский лайнер. Успокаивало только одно – наличие спасательных шлюпок. На мгновение мне захотелось бежать оттуда со всех ног, но тут ко мне подлетел совершенно миниатюрный (мне по плечо) мужчина в смешном полосатом костюме и заорал: "Вы Валерия?" Пришлось признаться, что это я и есть. "Вам сюда, – снова завопил он, показывая на ржавое чудовище и подтверждая мои опасения, – все уже почти в сборе. Скоро отплываем!" Вероятно, из-за своего роста он считал необходимым говорить очень громко, полагая, что люди повыше могут его не услышать. А может, просто привык работать в порту, где довольно шумно.

По дребезжащему трапу я поднялась на борт в сопровождении Вано (так звали коротышку). В самой большой каюте, гордо именуемой "кают-компанией", уже собрались девятнадцать девушек-участниц и пятеро мужчин. Меня представили присутствующим. Глядя на потенциальных конкуренток, я поняла, что многие из них ничего тяжелее помады в руках не держали, и у меня есть все шансы победить. Это открытие мне сильно подняло настроение, и если бы не подкатывающая тошнота, то начало путешествия можно было бы смело назвать удачным. Как же я ошибалась!

Мне досталась крошечная внутренняя каюта на нижней палубе, размером больше подходящая для кошки, без единого окна, но по крайней мере с удобствами. Первые три дня путешествия не задались. Непереносимость морских прогулок давала о себе знать. Поэтому я старалась не отползать далеко от туалета. Как сказал Вано, до места назначения мы должны были добраться через неделю. Максимум дней за десять, если что-то пойдет не по плану. Мне было настолько плохо, что я даже не задумалась о том, что может пойти не так посреди океана. К тому же я не оставляла надежды все-таки насладиться поездкой, а также вечеринкой, которая должна была состояться за день до прибытия.

Наконец вечером четвертого дня я гордо появилась в кают-компании. Естественно, пришлось заново со всеми знакомиться. Мужчины представились членами съемочной группы, хотя, на мой взгляд, они были больше похожи на телохранителей. Никогда бы не подумала, что операторы и осветители выглядят как мясники с бойни. Девушки были разных возрастов и мастей. Самой младшей едва исполнилось восемнадцать. Самой старшей и нестандартной оказалась я, хотя не все девчата были модельной внешности.

Остаток поездки прошел почти скучно, без приключений. Погода была замечательной, океан тихим и завораживающе красивым. Как только мы вошли в более теплые воды, большинство девушек устроились принимать воздушные ванны на верхней палубе, некоторые – топлес на радость команды корабля.

Меня подобное времяпрепровождение не привлекало, поэтому я развлекалась тем, что снимала на камеру телефона все вокруг: внутреннее обустройство корабля, его обитателей (мужчин исподтишка, так как их все же побаивалась), великолепие морских пейзажей. Прямо перед отъездом я зарегистрировалась в соцсетях, в которые намеревалась выкладывать фотоотчет. Первым моим снимком было, конечно, фото нашего “лайнера”. Но wi-fi интернета на нашем корыте не оказалось, а собственным пользоваться меня душила жаба: международный роуминг, как ни как! Но перед вечеринкой желание покрасоваться, а также дать весточку Лельке и родным победило жадность, и в сеть улетели самые классные, с моей точки зрения, кадры.

Как и обещали, за день до планируемого прибытия организаторы шоу устроили грандиозную мега пати, приуроченную к началу первого сезона. Помимо всеобщей пьянки предполагалась фотосъемка для заставки телешоу и будущих рекламных роликов. Все участницы должны были надеть лучшие наряды. Я облачилась в свежекупленные платье и туфли, как смогла уложила волосы, щедро полив их лаком, и нашла себя неотразимо блистательной. Сумку с деньгами и документами решила на всякий случай взять с собой (а то мало ли что, как-то не доверяю я этим рожам).

Начался вечер просто великолепно. Все было так, как в моих розовых мечтах. Мы с девочками и гордо дефилировали по импровизированному подиумуму, и позировали возле каких-то кадок с заморскими растениями. В завершении каждую из нас сняли крупным планом для будущего портфолио.

Потом стартовала вечеринка. Я вообще-то крепкий алкоголь не пью, потому как, во-первых, не умею, во-вторых, практически сразу вырубаюсь. Но не в смысле, засыпаю, а просто на следующий день ничего не помню. Сама не понимаю, как меня уговорили поучаствовать в соревновании, кто больше выпьет текилы, с одним из громил, называющих себя оператором. Ну что сказать… я выиграла! Моего противника-собутыльника с позором унесли в каюту.

Засунув бутылку с минералкой к себе в сумку (утром точно пригодится), я решила, что мне стоит немного проветриться перед тем как идти спать. Но добравшись с трудом до палубы, поняла, что не в силах дойти до своей каюты. Увидев неподалеку спасательную шлюпку, я заползла под брезент и заснула, как оказалось, богатырским (точнее, пьяным) сном.

3

Проснулась я оттого, что кто-то настойчиво светил мне фонариком в лицо. Я с трудом раскрыла глаза и увидела небо, точнее солнце, которое безжалостно слепило меня. Неужели я проспала до обеда, а меня так никто и не хватился? Череп разламывался от боли. Создавалось впечатление, как будто внутри него располагалась миниатюрная колокольня, в которой со всей дури звонили в набат. Охая и ахая, держась за голову (видимо, опасаясь, что она отвалится), я наконец привела одеревеневшее туловище почти в вертикальное положение. Оглядевшись вокруг, я решила, что вчерашнее чрезмерное алкогольное возлияние сказалось необратимыми последствиями на мой мозг. Какого черта я на берегу вся в песке? И где все остальные? Пообещав себе больше никогда не пить, я поднялась. Ну как поднялась… Сначала у меня получилось только перевернуться на пузо. Потом, превозмогая тошноту, я смогла встать на четвереньки, и уже из этого положения (да и то не с первой попытки), пошатываясь и хватаясь руками за воздух, встала во весь рост.

Передо мной расстилалась, теряясь в горизонте, бесконечная гладь океана. Волны лениво разбивались о берег, не доставая до моих ног каких-нибудь полметра. Рядом уткнулась носом в песок спасательная шлюпка. В обе стороны от меня тянулся полосой белоснежный пляж, а за спиной начинались настоящие джунгли.

– Где я? – еще раз тупо спросила я сама себя. Хотя и дураку было ясно, что это не корабль.

– Где все? – поправил меня внутренний, практически протрезвевший голос.

– Наверное, все отправились разбивать лагерь в глубине этих зарослей и готовиться к съемкам, а меня не стали будить, – с надеждой сказала я.

– А-ха, и где тогда эта посудина, гордо именуемая “лайнером”? – ехидно вопрошал некто, поселившийся во мне.

– Корабль не мог подойти близко к берегу, иначе он бы застрял. Скорей всего, он где-то неподалеку, а все высадились на шлюпках. Надо просто немного пройти вдоль океана, и я обязательно на него наткнусь. На корабле должна остаться команда, они и подскажут мне, куда направились участницы, – твердо сказала я внутреннему критику и, гордо расправив плечи, побрела искать хоть кого-нибудь. Ей-богу, сейчас я бы расцеловала даже бандитские рожи из съемочной группы.

Через пару десятков метров я наткнулась на свою сумку. Нечто подозрительно похожее на первые признаки паники шевельнулось внутри, когда я ее подняла.

– Думаешь, никто не взял бы твою сумку, чтобы она не потерялась или ее не смыло волной, – снова съехидничал голос.

– Они просто приличные люди и не стали трогать личные вещи.

– Ну-ну… утешай себя.

– Заткнись! – вдруг заорала я. – И без тебя тошно и страшно! – И побежала вперед, спотыкаясь и утопая в песке.

Прошел час, судя по наручным часам, которые на последний день рождения подарили мне родители. Они и до этого мне нравились – стильные, подходящие под любой образ, но теперь к их достоинствам прибавилось еще одно: часы оказались водонепроницаемыми. Я уже давно стащила с себя чулки (предусмотрительно запихав их в сумку) и туфли. Солнце пекло не по-детски. Представляю, как это выглядело со стороны: помятая деваха в сорокоградусную по ощущениям жару бредет по берегу океана в переливающемся люрексом вечернем платье, с туфлями в одной руке и торбой в другой, и прической похожей на гнездо фламинго (расплавившийся на волосах лак послужил отличным клеем для песка). Я напряженно вглядывалась в океанскую даль, пытаясь разглядеть хоть что-то отдаленно похожее на корабль. Ужасно хотелось пить. Но больше всего пугали иногда мелькавшие мысли, что я здесь совершенно одна, и что бутылка минералки, захваченная случайно с вечеринки, – единственная жидкость, пригодная для питья и доступная мне, возможно, еще долгое время. Не улучшало мое состояние и никак не проходящее похмелье.

Еще через три часа я вернулась к тому месту, откуда начала путь. Сначала я обрадовалась, увидев следы на песке, но потом сложив два плюс два (к тому же рядом лежала моя шлюпка), я поняла, что следы мои собственные. И тут меня накрыла истерика. Я НА ОСТРОВЕ! ОДНА!

К счастью, мой припадок длился недолго, потому что на первый план вышла ее величество невыносимая всеобъемлющая жажда. Пить хотелось нестерпимо. Я решила сделать один, всего один малюсенький глоток. Но не получилось. Жадно припав губами к бутылке, не моргнув и глазом, я осушила ее наполовину. Господи! Ничего вкуснее, чем эта теплая почти выдохшаяся минералка, в жизни не пила! И тут же ожила ехидна в голове.

– Ну-с, мои поздравления. Теперь твои шансы выжить уверенно стремятся к нулю. Без еды ты, может, и продержишься несколько дней за счет ранее накопленного жира, а вот без воды никак.

– Да знаю, – на удивление беззлобно огрызнулась я, – уверена, здесь есть вода.

– Воды-то полно, вон целый океан: пей не хочу. А вот есть ли здесь пресная, это большой вопрос.

Оставив без внимания последнюю реплику внутреннего скептика, я сосредоточилась на составлении плана на остаток сегодняшнего дня, который медленно, но верно, близился к завершению. План – это наше все. Бухгалтер я или кто?! Проанализировав ситуацию и стараясь мыслить максимально позитивно, я автоматически выделила плюсы и минусы сложившихся обстоятельств.

Плюсы:

Я жива. Возможно, в отличие от моих сотоварищей по путешествию. Правда, если не найти срочно воду, то это преимущество ненадолго. Но как говорила Скарлетт О’Хара: “Подумаю об этом завтра”.

У меня есть шлюпка. Уплыть на ней, конечно, я никуда не смогу, но как импровизированная кровать на сегодня вполне сгодится. Надо только оттащить ее с пляжа под деревья, растущие рядом с пляжем.

У меня есть все шансы похудеть, так как ни сладостей, ни жареной картошки в ближайшем обозримом будущем не предвидится. А вон те деревья отдаленно напоминают пальмы. И даже моих скудных познаний в ботанике хватает, чтобы сообразить, что на пальмах растет что-нибудь съестное, надеюсь, бананы.

В глубине острова, похоже, буйная растительность, поэтому логически там должен быть источник воды (совсем не думать о воде не получается).

Минусы:

Я одна, и неизвестно, когда на “большой земле” узнают (если узнают) о нашем кораблекрушении и начнут поиски (если начнут).

Пальмы – это прекрасно, но я не умею лазать по деревьям, и как мне добывать пищу – непонятно.

Здесь сто процентов куча насекомых, не удивлюсь, если смертельно ядовитых, а у меня нет аптечки. Но даже если бы она была, то я успею умереть от страха при контакте с местной фауной.

М-да, получилось не слишком позитивно. Но все же похвалив себя за то, что плюсов получилось больше, чем минусов, я решила сначала искупаться. А затем, как и планировала, перетащить шлюпку к деревьям.

Купаться пришлось голышом, потому что нет ничего противнее, чем потом носить белье, пропитанное засохшей солью, которое из-за этого натирает кожу в самых неожиданных местах. Да и комплект у меня всего один – надо беречь. Вода была просто изумительной. Я с огромным удовольствием промыла многострадальные, и без того не особо роскошные, волосы от засохшего лака и прилипшего песка. Выходя из океана, я в первый раз порадовалась, что нахожусь на необитаемом (“Давай мыслить позитивно, пока необитаемом”) острове, и никто не может лицезреть эту картину маслом: “Располневшая Венера с трудом выползает из пены морской”. Солнце уже начало движение за горизонт и не пыталось меня расплавить, поэтому для перемещения шлюпки я надела только трусы и лифчик, рассудив, что в платье это будет делать крайне неудобно.

Ох, и нелегкая это работа тащить по песку предмет, предназначенный плавать. Шлюпка весила, наверное, не меньше тонны. Мне никак не удавалось сдвинуть лодку с места, несмотря на канат, продетый в нос (?), а может, корму. Я пыхтела, сопела, пыталась выкопать в песке траншею – проклятая посудина даже не пошевелилась. Прибавьте к ситуации еще мою “великолепную” спортивную форму, и вы поймете всю безнадежность затеянного мероприятия. Я шлепнулась рядом с лодкой, раздумывая, что же мне предпринять. Спать на песке не хотелось, но если ничего не выйдет, то придется.

Но бог, очевидно, меня за что-то любит, и через пару часов начался прилив. Дело пошло гораздо веселее. К ночи уровень воды дошел как раз до первых деревьев, растущих около пляжа. Привязав канат к ближайшему стволу, я забралась в шлюпку, положила под голову многострадальную сумку и уснула сном праведника под недовольное ворчание оголодавшего желудка.

Но ненадолго. Ночью я проснулась от того, что кто-то мокрый и холодный полз по ноге. Заорав дурным голосом, я скинула ЭТО с себя и стала судорожно искать в сумке мобильник, молясь, чтобы он не сел. Включив фонарик, я увидела, что окружена полчищами крабов, а несколько и вовсе забрались ко мне в лодку. Вооружившись туфлями и продолжая кричать, как пожарная сирена, я попыталась выкинуть незваных гостей с моего ложа. Мне кажется, они испугались не меньше моего. Вот представьте: вы краб, спокойно себе выползаете на берег подышать воздухом. Совершаете, так сказать, ночной моцион. И тут какое-то чудище, многократно превосходящее вас по размеру, начинает издавать дикие звуки и отбиваться от вас (хотя вы не нападали, а ползли по своим делам) каким-то непонятным предметом. Остаток ночи я провела при свете луны (зарядку в телефоне надо беречь), судорожно сжимая в руках туфли и всматриваясь в тени по сторонам.

На заре, устав от “неравной битвы” и переизбытка адреналина, я все же забылась нервным сном. Проснувшись от лучей солнца, яростно пробивающих себе путь даже через ветви деревьев, и мучительной жажды, я достала драгоценную бутылку с остатком воды. Как я ни старалась, но глотком дело не ограничилось, и без того скудные запасы жидкости обнулились. “Надо идти в глубь острова, ничего не поделаешь”, – подумала я и прислушалась. Но внутренний голос молчал, видимо, соглашаясь со мной.

Несмотря на жару, я напялила платье и надела туфли. Уж лучше идти медленно, спотыкаясь о камни и корни деревьев на каждом шагу, чем наступить босой ногой на какую-нибудь ядовитую гадину. Страх перед местной фауной был силен, но ужас перед мучительной смертью от жажды и голода оказался гораздо убедительнее. Повесив сумку за спину на манер рюкзака, я в последний раз проверила, хорошо ли привязана шлюпка, и отправилась на разведку.

Осторожно ступая по высокой и почему-то жухлой траве, я медленно углублялась в джунгли. Если бы не терзающие меня фобии, я несомненно смогла бы оценить окружающую красоту дикой природы. Вокруг незнакомые мне деревья (для простоты буду называть их пальмами) устремлялись ввысь. Между ними росли разнообразные кустарники и нечто, сильно смахивающее на бамбук. Щебетали весело птички, порхали яркие огромные бабочки, от которых я периодически шарахалась, как от прокаженных. Видела я и леденящих кровь пауков, но, к счастью, их паутины находились довольно высоко, и они не стали рассматривать меня в качестве пищи.

Постепенно у меня появилось ощущение, что я иду по пологому склону. На деревьях и кустарниках я обнаружила странный серый налет от земли до отметки, которая становилась все выше и выше по мере того, как я шла. Вдруг у меня над головой раздался пронзительный звук. Быстро обернувшись, я не удержалась на каблуках и кубарем покатилась, ломая все на своем пути.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.