Андрей Сомов
Чародей по вызову

Дело о зимнем охотнике

1

Анджей сидел на раскладном стульчике по центру ночного склада. Тьму вокруг разгоняли лишь рыжий огонек сигареты у него во рту да фонарь у ног. Круг света от последнего был нацелен на единственный вход. Солнце зашло полчаса назад. Уже скоро.

Да уж… День как начался паршиво, так и кончается не ахти…

* * *

Взглядом приговоренного к казни Анджей рассматривал внутренности бумажника. Холера… Вот вроде бы только получил деньги за предрождественскую работу… Но наступил срок квартплаты, потом пришли праздники, после праздников нужно было заново закупить продукты домой – и вот он снова на мели. Вправду, что ли, сдать крест в ломбард? Или пока повременить?

Со вздохом убрав пустой кошелек в карман, он застегнул пальто, надел шапку – голова тут же зачесалась – натянул перчатки, подхватил пакеты и пошел на улицу. Снежная перхоть покрыла его плечи, стоило только сделать шаг за стеклянные двери. Мороз приветственно лизнул чародея шершавым языком в лицо.

Highway to Hell раздался, как раз когда на светофоре замигал зеленый. Выругавшись про себя, Анджей поставил пакеты на заснеженную плитку тротуара и вытащил орущий голосом Бона Скотта телефон. Удивленно посмотрел на экран. Свайпнул вправо.

– Кинга? – Он уже и забыл, что обменялся с соседкой номерами.

– Привет. Ты ведь волшебник по найму, да?

– Чародей по вызову, – на автомате поправил ее. – Да, а что?

– Мне… Думаю, мне нужна твоя помощь.

Анджей оторвал трубку от уха и удивленно посмотрел на экран. Потом покосился на небо, в кои-то веки решившее ответить на его немые мольбы. Не к добру это… Но деньги нужны. С этой мыслью он снова поднес телефон к лицу:

– Сто злотых за диагностику. Еще триста сверху за решение проблемы.

– Да, хорошо, я согласна. Ты сейчас дома?

– Почти. Ходил в магазин за покупками, а то после праздника Трех королей еды дома вообще не осталось.

– Можешь подойти ко мне?

– Да, а что конкретно у тебя случилось?

– Я… Я не знаю. На меня напала какая-то тварь и укусила… А теперь с раной что-то странное…

– Что именно?

– Да не знаю я! – уже с истеричными нотками воскликнула Кинга. – Так ты придешь?! Клянусь, я заплачу!

– Хорошо, хорошо, ты у себя?

– Да!

– Окей, дай мне десять минут, я только заскочу домой взять инвентарь.

– Хорошо, жду…

Дзинь – ключи выскользнули из пальцев и упали на пол. Холера. Попытавшись поднять связку, Анджей вместо этого случайно выпнул ее за лестничный пролет. Холера! Чародей перегнулся через перила и посмотрел вниз, на ступени, куда она улетела. Еще раз ругнувшись, он протянул руку – ключи подскочили, словно их выдернули удочкой со дна реки. Металл тихо звякнул, когда на нем крепко сомкнулись затянутые в кожу пальцы.

Притягивание и отталкивание мелких предметов редко могло помочь в основных предназначениях магии. Поди завали демона метанием монеты, ага. Но зато телекинез был чертовски удобен и полезен в быту. А главное – подобные «элементарные воздействия» не тратили Запас. Так что даже такой Шулер от магии, как он, мог использовать их без ограничений.

Бросив пакеты и перчатки в коридоре, Анджей быстро прошел в спальню и взял из шкафа всегда готовый чемодан-инвентарь. Чародей на мгновение задержал сожалеющий взгляд на ноутбуке, примостившемся на собственноручно собранном столике из ИКЕА. Покрытый плотным узором пятен и царапин компьютер содержал всю демоноборческую библиотеку Шулера. К сожалению, аппарат уже давно и твердо решил переквалифицироваться в стационарный. И просто отказывался работать, если его снимали с зарядки. А уж реанимировать его потом – целая история… Придется положиться на память.

Опаздывающим экспрессом Анджей выскочил из квартиры, махнул через два лестничных пролета и уже через секунду звонил в дверь Кинги. Девушка открыла почти мгновенно:

– Ну наконец-то! Ты же говорил, что будешь скоро! – Короткие волосы гневно топорщились огненной короной, а зеленые глаза на остром лице искрили гневом.

Уперев маленькие кулачки в бока, девушка, нахмурившись и задрав голову, смотрела на него. В уме невольно всплыли ассоциации с возмущенным сурикатом. В спортивном костюме. Милота.

– Не кипишуй. С твоего звонка прошло семь минут, а я обещал быть через десять, – спокойно ответил Анджей, проходя внутрь.

Скинув ботинки и повесив на вешалку пальто, чародей остался в серых водолазке и брюках. После чего вновь подхватил чемодан и пошел вглубь квартиры. Тусклых ламп катастрофически не хватало. Ореолы света от них тянулись друг к другу изо всех сил, но все же не могли развеять взвесь теней, что заполнила длинные коридоры. Неудивительно, что девушка такая нервная по жизни. Тут так и кажется, что за тобой кто-то следит из залитого тьмой угла.

А Кинга тем временем взволнованно тарахтела:

– Я когда прибежала домой, уж думала все – пронесло. Демон ведь не может войти без приглашения. Но потом место укуса начало синеть, и становилось все хуже, и я не знала, что делать. А затем про тебя вспомнила и… Почему ты так на меня смотришь?!

Шулер лишь тяжело вздохнул и покачал головой:

– Мистическая образованность населения – вещь поистине удручающая… Во-первых, это только про вампиров говорят, что они не могут войти в дом без приглашения. Во-вторых, даже про них это лишь миф.

Глаза девушки стали напоминать малахитовые тарелки:

– Ты хочешь сказать…

– Да. Очень хорошо, что ты мне позвонила.

Слегка изогнутый полутемный коридор вывел их в гостиную, что засела минотавром посреди таких же полных сумрака тропок. Голый паркет. Пустые стены. Лысый потолок. Просторный зал казался заброшенным, не считая редких вкраплений жизни. Хрустального дворца люстры, примадонной висящего по центру. Пышного кресла, что устало развалилось под слепящим пятном окна. Присевшего рядом с ним старого тусклого журнального столика. Неповоротливой коробки телевизора, восседавшей на кряжистой тумбочке напротив них.

– Показывай, – сказал Анджей, усадив Кингу в кресло.

– Оно не болит, но… пугает. – Девушка аккуратно оголила ключицу.

Обычно это определенно заинтересовало бы чародея, но сейчас все портил четкий след укуса на теле девушки. Будто в нее вонзили кольцо из сотен спиц. Внутри пунктирного круга все уже было аж фиолетового оттенка, а вокруг раны по коже расползался морозный узор.

– Вендиго.

– Что?

– Вендиго, – повторил Шулер. – Индейский дух зимы и холода.

Анджей положил ладонь на место укуса и предупредил:

– Сейчас будет больно.

После чего использовал «зажигалку» – еще одно «элементарное воздействие». Тягучими каплями расплавленной меди пламя стекло с пальцев Шулера на рану. Крик Кинги осколками гранаты разлетелся по комнате.

– Извини, извини. – Чародей потушил огонь и убрал руку. – Вендиго относится к природным демонам. Такие всегда в первую очередь боятся серебра и огня. И нужно было действовать немедленно, чтобы остановить распространение яда. Не переживай, дальнейшее лечение будет безболезненным.

Щелк – откинулась крышка чемодана.

– Так что еще за вендиго? – спросила девушка, слегка отдышавшись.

– Я же сказал уже. Индейский дух зимы и холода. Славится пристрастием к людоедству и любовью к охоте. Если по официальной классификации – робленный демон класса «исчадье».

– И какого индейский демон забыл в Варшаве?!

– Глобализация, – пожал плечами Шулер. – Если уж нет ничего удивительного в том, чтобы встретить в крупном городе чернокожего или азиата, то почему с нечистью должно быть иначе?

Вытащив нужный флакон, Анджей быстро отвинтил крышку, взял Кингу за руку и высыпал ей в ладонь немного содержимого. Через секунду та же участь постигла еще один пузырек.

– Держи. Жуй и глотай, – бросил он, после чего отложил склянки в сторону и снова повернулся к чемодану.

– Что это? – с подозрением осведомилась девушка.

– Измельченные листья остролиста и зверобоя.

– И на кой мне их глотать?!

– Слушай, а у тебя не многовато вопросов для той, кто сама ко мне обратилась за помощью? – недовольно спросил чародей, доставая бинты и еще один флакон. Но Обет жег его изнутри, вынуждая ответить: – Как я уже сказал, вендиго до одури боятся огня. А остролист является кельтским деревом Солнца, олицетворения огня и света. Помимо этого, индейские шаманы использовали его листья как противоядие в своих обрядах. Лучшего средства от яда вендиго – да и от него самого – не придумаешь. Ну а зверобой в принципе традиционно используется для вывода из организма вредных паранормальных веществ. А теперь давай уже, ешь свое лекарство!

Смочив повязки выдержкой из остролиста, Шулер начал бинтовать Кингу:

– А сейчас – расскажи нормально. Что именно с тобой случилось? Я так понимаю, тебя кто-то спас?

– Э-э-э… нет. Этот… вендиго… напал на меня на улице. И тут же вцепился зубами. Сама не знаю как, но мне удалось вырваться и смыться от него.

Анджей замер:

«Удалось смыться? От вендиго? Прирожденного охотника?»

Чародей потянулся за склянкой с меленными листьями. Из полумрака коридора вырвалась смазанная тень. Шулер резко развернулся к уже стоявшему за его спиной вендиго. И щедро сыпанул тому в морду остролистом. Полетели искры, раздался вой.

Анджей сжал другую руку в кулак и использовал «зажигалку». Вокруг костяшек вспыхнул огненный кастет. Пылающий кросс в челюсть заставил вендиго отскочить назад. Пахнуло паленым. Тлеющая плоть пластами спадала с морды демона.

Чародей бросился к чемодану. Достал нужный флакон и бросил его себе под ноги – брызнуло стекло, взметнулось черное облачко. Анджей телекинезом толкнул пепел рябины сразу во все стороны, создавая защитный круг.

Смазанная тень разбилась о пустоту. От удара по воздуху пошла рябь, очерчивая незримую колонну. Чародей шагнул к Кинге. Вендиго по дуге метнулся к ней же. Взмах руки – в нечисть полетели «духовные скрепы». Простенькое сковывающее заклинание мгновенно выжрало треть Запаса Шулера.

На миг в демона словно впился десяток крюков, удерживая на месте, будто его резко дернули за пояс. Вендиго запнулся, потерял равновесие и покатился кубарем. Анджей схватил девушку и втянул ее под защиту пепла рябины. Промерзшая насквозь прядь волос, срезанная ледяными когтями, со звоном упала наземь. От удара она взорвалась снежинками прямо под ногами нечисти, что уже стояла вплотную к пепельной границе.

Высокий, с чародея ростом. Тощий, покрытый свалявшейся седой шерстью, с длинными подрагивающими ушами и короткой, полной костяных игл пастью, вендиго тяжело дышал. И пахло его дыхание, как ни странно, отнюдь не зимней свежестью. От этой мерзкой вони пепел рябины, к сожалению, не защищал.

Демон положил руку на невидимую преграду. Следом вторую. От бледных ладоней по воздуху заскользили морозные побеги. Вендиго навалился на барьер. Черные губы расползлись в улыбке. Кинга прижалась к Шулеру. Анджей молча показал демону средний палец.

Миг – и лишь ворчливое рычание висит в воздухе. А не сумевший прорваться вендиго вновь скрылся в одном из тусклых коридоров.

– Он ушел? – насторожено спросила Кинга, все еще прижимаясь к Шулеру.

– Да хрена с два, – вздохнул чародей. – Затаился и ждет, падла сверхъестественная.

– Тогда нужно позвать на помощь! Позвони в полицию! А лучше – сразу в Инквизицию!

– Бесполезно. Связи нет из-за «пурги».

Кинга покосилась в сторону окна, за которым шел снег…

– Холера, да не из-за этой! – поморщился Шулер. – Это особенность зимних демонов. Рядом с ними глушатся все радиосигналы.

«Вот всегда ненавидел это клише из фильмов ужасов…»

– И что нам тогда делать?!

– Я как раз над этим думаю…

Анджей озабочено перебирал содержимое инвентаря, пытаясь придумать хоть какое-то подобие плана. Получалось не особо.

Свечи, готовые чернокнижные печати, освященная земля… Нет. Бинты, крапива, верба… Тоже не то. Флаконы с пыльцой омелы, пеплом рябины, солью… Все не то.

Холера! Вообще никакого оружия при себе! Гримуар, вытатуированный на левой руке чародея, так и остался разряженным после работы в канун Рождества… Остальные козырные тузы он просто не взял с собой.

«Сходил, понимаешь, за продуктами! Заметка на будущее: вообще не выходить из дома без хотя бы минимального набора. Даже чтобы мусор вынести!» – поставил зарубку на память Шулер.

«Исчадье» – это плохо. Очень плохо. С «духом» или «бесом» Анджей бы и без подготовки вполне себе управился. Мог бы побороться с «чертом» средней руки. Но «исчадье» – это уже серьезная проблема…

«Так, ладно. Спасибо уже за то, что это не «дьявол» или, упаси Всевышний, «архидьявол». Да и вендиго – достаточно слабый представитель своего класса. Верхние круги. Второй-третий, не ниже. Всего лишь «исчадье» второго-третьего круга… Холера!»

Глубоко вздохнув, чародей покосился на соседку. Кинга сидела прямо на полу, обхватив колени и наблюдая за Шулером. Двухметровый защитный круг не то чтобы давал много простора… Но и не стеснял особо.

Первые несколько минут девушка страшно истерила, но сейчас вроде немного успокоилась…

– Ну вот какого этот вендиго вообще прицепился ко мне?

«Холера. Накаркал», – мысленно вздохнул чародей. А вслух пояснил:

– Вендиго – прирожденные охотники, но при этом весьма трусливы по своей натуре. Им нравится сам процесс охоты, нравится играть с добычей, травить ее. Они будут преследовать свою жертву, следить за ней. Но нападут только тогда, когда она окончательно ослабнет и выбьется из сил. Либо если решат, что у них нет другого выхода.

– Вечно мне везет как утопленнику. Почему бы тебе не сотворить какую-то магию и не вытащить нас отсюда? Ты ж волшебник!

– Чародей. Я чародей, а не волшебник. И я не могу вытащить нас отсюда при помощи магии.

– Чародей, волшебник… какая разница?

– Термин «чародей» означает, что я куда ближе к обычному фокуснику, чем к полноценному магу. Последний без труда прихлопнул бы вендиго и даже кого посильней… В моем же арсенале лишь горсть простейших заклинаний да несколько несложных ритуалов.

Кинга помолчала несколько секунд, осмысливая услышанное, а потом возмущенно спросила:

– И на кой я тогда вообще тебя вызвала?!

– Ты ведь осознаешь, что наняла человека, который берет в десять раз меньше, чем любой нормальный маг? Чего ты вообще ожидала?! – возмутился в ответ Анджей.

– Иисусе! Это вот вообще ни разу не обнадеживает, ты в курсе?

– Я бы и рад сказать, что все в порядке и волноваться не о чем, да мне Обет не позволяет!

– Что еще за Обет?!

Шулер мысленно выругался. Из-за нервов завелся на пустом месте… Теперь придется объяснять:

– Обет – это способ увеличить магическую силу, отказавшись от чего-то. Я принес три. Не врать, не красть и не спать. И в отличие от сделки с демоном тут не выйдет найти лазейку. Следовать приходится духу Обета, а не букве. Так что я не только врать и красть не могу. Но и лукавить, утаивать, мошенничать… И я обязан предельно полно отвечать на любой вопрос. Блин, я уже реально устал объяснять это каждому встречному. Сделать, что ли, визитки с пояснением, как в «Джокере»?

На какое-то время, пока Кинга обдумывала услышанное, воцарилась тишина. В голове Анджей начали формироваться зачатки плана…

– Так ты что, вообще не спишь?

«Да сколько у нее вопросов?!»

Чародей недовольно посмотрел на девушку. Та смущенно потупилась:

– Прости… Просто когда я на нервах – молчать выше моих сил…

С уст Шулера сорвался вздох столь тяжкий, что, казалось, он должен был тут же похудеть на пару килограммов:

– Да ничего… Я понимаю. И я действительно не сплю. Обет позволяет мне обходится без сна. То есть я всегда хочу спать, но последствий для здоровья особо нет. Ну, не считая макияжа в стиле панды, – добавил чародей, намекая на свои бледное лицо и темные круги под красными от недосыпа глазами. – Ладно, у меня, кажется, есть идейка, как нам выбраться из этой жопы.

– Правда?

– Ага. – Анджей достал из чемодана запасную пачку «Честерфилда», разорвал целлофан, вытащил сигарету и прикурил от «зажигалки»…

– Эй! Эй! Ты чего творишь?

– Выбраться хочешь?

– Ну… да…

– Тогда мне нужно покурить.

– Да как это вообще связано?!

– Холера. Ладно, смотри сюда. Табак рос в земле, нежился под солнцем, дышал воздухом, впитывал воду, жил, умер и является священным растением для нескольких племен. Все семь Магических Стихий. Сигареты – очень вредный, но эффективный способ быстро восстановить Запас, – пояснил чародей и одной тягой выкурил сигарету. Хлопнул себя по груди в поисках карманной пепельницы.

«А, точно… Она осталась в пальто».

Анджей огляделся. Пожал плечами и кинул окурок в полосу рябинового пепла на полу. Пока линия не разомкнется – все будет в порядке. Анджей тут же вытащил следующую сигарету, не прекращая ворчать:

– Надо реально наделать визиток… И про Обеты, и про сигареты, и про чародея… Хотя последнее, наверное, будет плохой идеей с точки зрения маркетинга.

2

Подготовив все нужное, он поднялся на ноги:

– Так-с, теперь нужно выманить этот айсберг из его океана.

– И как ты собираешься это сделать?

– Ну, весьма примитивным способом, если честно, – пожал плечами Анджей, хрустнул пальцами и продолжил, повысив голос: – Я ведь говорил, да? Вендиго – робленный демон. В отличии от рожденных, что приходят из Нави, этих можно назвать разумными лишь наполовину. Их разум по большей части затмевают эмоции, с которыми их примитивный мозг не в силах справиться. Они обычно руководствуются одними инстинктами. Демоническими, охотничьими инстинктами… Инстинктами убийцы, монстра.

Анджей помолчал, переводя дух и прислушиваясь. Тишина. Он наклонил голову к плечу. Упер основание ладони в подбородок. Надавил и довел до щелчка. Облегченно выдохнул и продолжил.

– Знаешь, робленным демоном может стать кто или что угодно. Человек, животное, дерево, камень… И причиной для этого обычно служит просто набор случайностей и совпадений. Потому мне обычно жаль людей, что стали демонами. Но только не вендиго! О нет! С этими подонками все по-другому. Там тоже есть несколько нюансов, но главное условие для того чтобы стать вендиго – ты должен годами питаться человечиной. Понимаешь? Этот прячущийся ублюдок был чудовищем задолго до того как превратился в демона. Так что этот мерзкий запах, этот уродливый облик… Он все это заслужил. Заслужил вечный голод! Заслужил существование дикого животного, а не человека!

От визгливого, нечеловеческого рева, заполнившего квартиру, задребезжали окна. Анджей вновь успел разглядеть лишь смазанную тень, до того как когти из фиолетового льда заскрежетали по воздуху.

Чародей швырнул в морду вендиго пыльцу омелы. Ошеломленно замотав головой, оглушенный демон отступил на пару шагов. Взмах руки – на шее нечисти захлестнулся бинт. Пропитанный вытяжкой остролиста, он моментально выжег на ней следы. Плоть почернела и покрылась трещинами, будто обугленное дерево.

Рывок – вендиго впечатало в барьер рябины. Пасть нечисти распахнулась в крике боли. Анджей тут же заткнул ее флаконом с остролистом. Восходящий удар локтем. Клац! Клыки вендиго раздавили стекло. Молотые листья, словно раскаленные угли, выжгли рот, язык и глотку демона. Уже неспособный даже кричать, он рванулся назад. Шулер дернул за бинт. Вендиго вновь врезался в преграду пепла. Чародей подхватил с пола открытую склянку и одновременно влил весь свой Запас в «стрелу Шу». Заклинание Ветра вонзилось в грудь демона и поделало в ней дыру с кулак размером. Анджей щедро плеснул туда вытяжкой остролиста. Повалил дым. Ледяные когти принялись раздирать в клочья тлеющую плоть. Вендиго вновь дернулся. В этот раз он все же вырвал обжигающий бинт из рук Шулера. В два прыжка вендиго скрылся из виду, оставив лишь туманный след и запах гари в воздухе. Чародей достал телефон, посмотрел на экран. Рядом с названием оператора горели все четыре полоски связи.

– Вот теперь эта сволочь морозная точно смылась…

Пара мимолетных касаний к экрану, и Анджей подносит смартфон к уху. Гудок. Второй.

– Да?

– Привет. Дариуш, у меня тут проблемка… Не подъедешь ко мне?

Анджей стоял на лестничном пролете и приканчивал уже десятую сигарету, когда из квартиры Кинги вышел Дариуш. Начальнику Отдела быстрого реагирования Инквизиции пришлось пригнуться, чтобы не удариться о косяк. Напоминающий телосложением фонарный столб, он как всегда был одет в классический костюм-двойку. Следом вышел красноволосый юноша в рваных джинсах и худи. На его волчьем лице застыла вуаль скучающе-презрительного выражения.

Дариуш подошел к Шулеру, рассеяно приглаживая ежик седых волос, что резко контрастировал с его весьма молодым для тридцати лет лицом.

– Что, святой отец, заценил поле битвы? – усмехнулся Анджей, демонстративно не глядя на юношу.

– Ну, до поля битвы ему еще далеко… Но фонит там сильно, это да.

– Ладно, пошли ко мне в квартиру. Там удобнее будет говорить.

Казалось бы, разница в один этаж, а у Шулера вся квартира не больше гостиной Кинги. Вот как это вообще работает, а?

– Девочка у меня в спальне сидит, дрожит. Отходит. Так что давай лучше на кухне поговорим. Окей?

– Как скажешь…

– Какого ангела?! – раздался позади них возглас.

Друзья повернулись к красноволосому, что застыл на дверном коврике, не в силах пошевелиться.

– А демонов в мой дом никто не приглашал, – пояснил Анджей. – На коврике с обратной стороны нарисован «ключ Соломона».

Простенькая чернокнижная печать прекрасно подходила для ловушек, так как не давала ступить ни шагу попавшему под ее воздействие демону. Но при этом «ключ» был абсолютно непригоден для охоты, из-за того что его требовалось заранее привязать к определенному месту.

Глаза демона превратились в пылающих алым светлячков. Из-под верхней губы поползли длинные клыки.

– Ты что, охренел, чародей?! – взревел вампир. – А ну немедленно выпустил меня!!!

– Слушай сюда, клыкастый! – прикрикнул в ответ Анджей. – У меня крайне паршивое настроение. Так что лучше заткнись, а не то я тебя так осиновым крестом отлюблю, что ты начнешь страдать педофильскими замашками и светиться на солнце! Вопросы есть?! Вопросов нет!

– Да ладно тебе, – вмешался Дариуш. – Отпусти моего раба…

– Я тебе не раб!

– Но ты же подписал рабское соглашение! – Инквизитор недоумевающе посмотрел на вампира.

– Да хватит уже так называть мой договор о найме!

Чародей растерянно повернулся к Дариушу:

– Это самовнушение, глупость, или он просто не читал условий контракта?

– Думаю, смесь первого и второго… Но все же отпусти его, а?

– Ладно, но пусть сваливает отсюда, пока Император не приперся…

Позади раздалось грозное шипение. Анджей со вздохом повернулся на звук:

– Ну вот, разбудили мне котейку, ироды.

Из кухни, встопорщив шерсть, вышел кот, размерами не уступающий средней собаке. На его рыжей шкуре порхали языки жемчужного пламени. С каждым шагом зверь увеличивался. Хлещущий по бокам хвост начал раздваиваться…

– Тихо, тихо, мой мальчик! – Анджей поспешил успокоить питомца. – Мерзкий кровосос уже уходит. Только успокойся!

Чародей схватил с тумбочки соль и высыпал немного на коврик, разрывая контур «ключа Соломона»:

– Все! Вали и не нервируй моего нэкомату!

Когда за вампиром захлопнулась дверь, Император сдулся до своих нормальных – но все еще здоровых – размеров и пошел устраиваться на излюбленное место: на табуретке с мягкой обивкой, стоявшей возле радиатора в углу кухни. А на самой кухне уже во всю хозяйничал Дариуш – по квартире полз запах кофе.

– Чай, молоко и два сахара? – уточнил у чародея инквизитор.

– Агась.

– Держи свое извращение, больной ублюдок. – Через минуту Дариуш поставил перед Анджеем дымящуюся кружку.

– Кто бы говорил про извращения. – Чародей покосился на лимонную дольку, плавающую в черном кофе священника.

– Я смотрю, Император ничуть не изменился.

– Ага. Все такой же: здоровый, как Хагрид, откормленный, как Дадли, и наглый, как Малфой.

– Последним он явно в хозяина пошел.

– Да иди ты.

– Правда, ты не упоминал, что он стал нэкоматой.

– Да как-то запамятовал. Это в начале зимы случилось. Как демон-хранитель он еще совсем зеленый. Даже говорить пока не научился.

На какое-то время кухню заполнило теплое, уютное молчание старых друзей.

– Значит, вендиго, говоришь? – перешел к делу Дариуш.

– Агась.

– Хорошо, – вздохнул инквизитор. – Я поставлю это дело повыше в очереди, раз уж ты просишь. Но, сказать по правде, у нас тут очередные сектанты-фанатики пытаются призвать «дьявола» низших кругов. Так что доберемся мы до твоих вендиго еще не скоро.

Анджей замер, не донеся чашку до рта, и напряженно спросил:

– Насколько все хреново?

– Ну, «хреново» – понятие растяжимое…

– По десятибалльной шкале. Если один – это «возможны множественные смерти», а десять – «тот случай, когда мы познакомились».

– Думаю, на троечку. Мы их почти прижучили. Но все равно не только мои гончие, но и Отдел расследований, и даже штурмовые группы заняты по горло.

– Спасибо, что приехал.

– Да ладно, – махнул рукой Дарикш. – Говорю же: мы их уже почти прижучили.

– Но что прикажешь делать девчонке? Сам знаешь, вендиго так просто не отступают от намеченной жертвы.

– Ну, можешь сам ей помочь?

– Прикалываешься? Я еще с последнего дела запасы не восполнил! Тату бесполезно до следующего полнолуния. – Анджей поднял левую руку. – «Кольцо четырех» все еще в шкатулке, на зарядке. Да и вообще я не думаю, что у Кинги найдется еще триста злотых, чтобы заплатить мне.

– А по ее квартире не скажешь, что она бедствует.

– Она ей в наследство досталась. И коммуналка сжирает половину ее зарплаты.

– Вы так хорошо знакомы?

– Да нет, просто встретили один раз Сильвестр вместе. Но Кинга, когда пьяная, не менее разговорчивая, чем когда напугана… Ладно, что-нибудь придумаю.

– Как скажешь.

Анджей постучался, выждал несколько секунд и вошел в спальню. Тусклый каменный слот. Душный, затхлый, словно во время стройки, воздух.

«Надо будет проветрить потом…»

Большую часть комнаты занимал зажатый меж стен рябиновый шкаф с инструментами. В другом углу развалился чемодан с одеждой. Он стоял там с самого въезда и уже обзавелся окантовкой из пыли на полу. Напротив двери – снежное пятно окна и покрытый кляксами от чая стол под ним. Три испещренные рунами банки из-под кофе на подоконнике – стеклянные емкости полнятся разноцветными дымами. Слева прилегла скомканная кровать, на краю которой его и ждала Кинга.

– Ну как ты?

– Нормально вроде, – слабо улыбнулась девушка. – Правду говорят: «У страха глаза велики», да?

– Ну… да. В детстве, когда я был совсем маленький, у соседей была собака. Большая, злобная и лохматая. Я боялся ее до жути! Нам даже переехать пришлось, так как я просто отказывался выходить из квартиры. А потом я вырос, и выяснилось… В общем, это был пудель. А к чему это ты?

– Э-э… Ну просто, когда та тварь напала на меня – мне она показалась чуть ли не с фонарный столб размером. А в квартире – с тобой – она выглядела не такой уж и страшной…

– Ну, пожалуй, – слегка растеряно протянул Анджей. – В общем, я поговорил с Дариушем, но Инквизиция, как и всегда, по уши в делах. Твоей проблемой они смогут заняться нескоро, а вендиго так долго ждать не будут. Так что с тобой вновь придется возиться мне.

– Ты мне поможешь? Спасибо, но… на кой это тебе? Денег у меня больше нет…

– В смысле? Ты ж мне за это уже заплатила, помнишь?

– Ой, да брось! Ты уже явно отработал свои четыреста злотых! Причем с запасом.

Анджей лишь пожал плечами и прошел к шкафу. В этот раз он нормально подготовится.

– Эй! Я думала, ты обязан отвечать на вопросы!

– Так ты же не задала вопрос.

– А говорил, нужно следовать духу, а не букве…

– У всего есть пределы, – вновь пожал плечами чародей. – Если бы я еще и на все незаданные вопросы отвечал – я бы вообще не затыкался.

– И все-таки. Почему ты продолжаешь мне помогать, если это обходится уже явно дороже, чем я тебе заплатила?

Шулер вздохнул столь тяжко, что, казалось, под ним должен был провалиться пол:

– Потому что у меня ни хрена нет. Ни таланта, ни денег, ни положения, ни влияния… Но, по крайней мере, у меня все еще есть мое слово. И если уж я взялся за что-то, то сделаю это до конца и на совесть.

Анджей помолчал какое-то время, после чего добавил:

– А еще надо мной довлеют Обеты. Обет не красть заставляет меня помочь тебе, раз уж ты заплатила. А Обет не врать вынуждает делать это до самого конца. Ей-богу, знал бы, что эта хрень еще и синергирует между собой, – в жизни бы не принес их. Ладно, теперь не отвлекай меня, пожалуйста.

– Ну и запах… – поморщилась девушка. – Даже здесь тянет.

Они стояли перед входом в пустой бетонный панцирь старого здания. Рыжие лучи засыпающего солнца падали на ржавые ворота, давно сорванные с петель и валяющиеся в пыли.

– Да, тут раньше был склад керосина и им тут все пропахло насквозь, – пояснил Анджей, поправив лямку тяжелой спортивной сумки, впивавшейся ему в плечо. – По городу, на самом деле, есть немало подобных пустующих зданий. Все-таки демоны не способствуют надежности инвестиций в недвижимость… Официально такие дома принадлежат городу и находятся во «временной заморозке». А на деле Инквизиция часто их использует под свои нужды. Резервные склады чего попроще, испытательные полигоны или тренировочные площадки. Ну и Дариуш позволяет мне пользоваться последними время от времени. Пока я не наглею с этим.

Внутренности пыльного короба освещали лишь проплешины света из маленьких окон под самым потолком. Вдоль дальней стены вытянулась шеренга стальных деверей. За одну из них Анджей и отвел Кингу:

– Побудешь тут. Я нанесу на дверь охранные руны. Полностью они не защитят, но задержат вендиго. Так что мимо меня никто не проскочит. Потому сиди тут тихо, а я пока подготовлюсь в зале.

– А ты не боишься, что пока ты будешь готовиться, на тебя и нападут?

– Нет, – покачал головой чародей. – Вендиго, как и большинство демонов, – твари ночные. С заходом солнца они буквально становятся сильнее и быстрее. Учитывая результат нашей дневной стычки и трусливую природу вендиго… До того как окончательно стемнеет, гостей ждать не стоит.

…В пятно видимости из мрака ступила высокая тощая фигура. Страшные раны на лице и груди вендиго уже почти затянулись. Демон шагнул внутрь склада. Замер и поднял взгляд наверх. Прямо на «ключ Соломона», начерченный на потолочной балке. Мерзко захихикав, вендиго вновь неспешно двинулся, по широкой дуге обходя ловушку. И шаги его гулким эхом отдавались в высоких сводах.

– Холера, ненавижу сериалы, – вздохнул Шулер, доставая смартфон. – Столько фишек демонам спалили…

И добавил, включая с телефона мини-проектор:

– А ведь я нехило так запарился, рисуя эту печать.

Раздалось тихое гудение, и еще один луч света пропахал тьму. На стене за спиной вендиго вспыхнул «ключ Соломона». Демон застыл на месте.

– «Ключ Соломона» – хрень трехмерная. Работает во всех направлениях, и ограничение тут только в радиусе воздействия… Хотя ты все равно вряд ли понял, что я только что сказал. – Анджей глубоко затянулся.

Вендиго лишь растянул черные губы в усмешке.

– И нечего лыбится мне тут. – Шулер отбросил сигарету в сторону. – Я в курсе, что твои дружки уже проникли на склад через окна за моей спиной.

Тлеющий окурок упал в керосин, разлитый по полу. Огненные змеи зашипели пламенным треском, прочертили тьму склада и в мгновение ока соткали пылающий лабиринт.

Анджей развернулся. Окруженные огнем, в десятке метров от него стояли еще два вендиго. Один из них – видимо, вожак – действительно был под три метра ростом.

Чародей приветственно помахал демонам.

– Огонь не будет гореть вечно, – внезапно прошипел высоченный вендиго.

– Ого, ты говорить умеешь! – искренне восхитился Шулер, хрустнув пальцами. – Редкость для вашего вида! Это даже заслуживает уважения. А вот решение послать на слежку вместо себя свою шестерку – уже тупо. Палевно слишком. Вы же вроде как прирожденные охотники. А ведь даже люди уже давно уяснили, что охотиться лучше всего в группе. Впрочем, ты прав. Огонь вот-вот потухнет. Но дело-то вовсе не в огне. Я еще вытяжку остролиста щедро распылил тут. И вы ее весьма активно вдыхаете.

Вендиго тихо зарычали и заозирались, недоверчиво принюхиваясь.

– Спасибо керосиновой вони за маскировку. Правда, из-за размеров склада концентрация вышла довольно маленькой. – Анджей наклонил голову к плечу. Упер основание ладони в подбородок. Надавил и довел до щелчка. – Так что нужно было потянуть время, и изрядно. Но вот… время… пришло!

Озадаченная тишина. Вожак вендиго повел головой, словно прислушиваясь.

– То есть… сейчас!

Младший вендиго согнулся в кашле, старательно выплевывая горелые ошметки своих легких. Вожак издал утробный рев. Тр-р-дз-дз-дзынь – развернулась длинная тонкая цепь с тяжелым, с ладонь размером, крестом на конце. Все – из чистого серебра.

«Хорошо, что я все же не сдал его в ломбард», – подумал Анджей, раскручивая крест-кистень.

Вожак прыгнул в сторону чародея. Еще один дикий рев сотряс склад, пока вендиго несся над пламенными зигзагами. Правая рука Шулера выпустила крест. Свист. Серебряный снаряд сбил вендиго в полете. Тот рухнул прямо в огонь. Седая шерсть вспыхнула, словно пропитанная бензином. Вожак вскочил и бросился к Анджею, но уже не так проворно. Отрава работала.

Шулер крутанул оружие. Серебряное било подсекло сзади ноги демона. Рывок запястьем – и крест по широкой дуге влетает в лоб вендиго, сбивая того с ног. Вожак рухнул обратно в уже затухающее пламя. Попытался встать. Не успел. Серебряный крест, описав еще один круг, рухнул вниз и проломил череп демона.

Анджей двинулся ко второму вендиго, все еще содрогавшемуся в кашле. Свист. Цепь захлестнула горло нечисти. Чародей рванул демона на себя, одновременно доставая кол из остролиста. Смертоносное дерево пронзило сердце вендиго. Вокруг кола вспыхнуло снежное пламя. Миг – и демона поглотил белый вихрь. Через секунду на пол упали лишь обгорелые кости. Да и те скоро исчезнут из Яви.

Вновь раскрутив крест, Анджей пошел в сторону последнего вендиго, что так и стоял, пойманный в «ключ Соломона»:

– Остался лишь ты, дружок обгорелый, – усмехнулся Шулер.

Наконец-то чудовищные звуки боя смолкли. Раздались приближающиеся шаги. Скрипнула дверь, и в проеме показался Анджей. Кинга облегченно выдохнула.

– Мишшн комплит, – поманил ее на выход чародей по вызову.

– Все кончено?

– Да-да, теперь все в порядке, только… – Анджей достал из-за пазухи тонкую брошюру и протянул ее девушке: – Вот! Держи и просвещайся!

– Что это?

– «Монстрология для чайников». Ну нельзя же всерьез верить, что демона остановит то, что ты его, видите ли, домой к себе не приглашала!

Дело об Урсыновском призраке

За окном перестал мелькать серый камень и показалась платформа. Механический голос объявил чуть невнятно нужную станцию. Анджей закрыл ленту новостей и убрал телефон в карман. Приехали.

Покинув вагон метро, чародей прошел к эскалатору. Поднялся. Прошел к турникету. Огляделся по сторонам и, перехватив поудобней чемодан, перемахнул через преграду. Проездной кончился… Месяц назад? Денег пополнить его не было до сих пор. К счастью, Обет по какой-то причине не реагировал на проезд зайцем. Дважды поднявшись по лестнице, Шулер покинул подземку. Слегка сутулясь, чтобы удержать чуть больше тепла в плену одежды, он быстрым шагом шел прочь от метро Стоклосы. Шершавый зимний ветер настойчиво дергал за подол пальто и терся колючей щетиной о щеки Анджея. В воздухе, скрадывая очертания Урсынова, застыла снежная взвесь.

Район на окраине Варшавы больше напоминал отдельный маленький городок внутри столицы. Тихий и немноголюдный. Со своими университетами, школами, торговыми центрами. С широкими полупустыми улицами. Со своим темпом жизни. Неудивительно, что местные весьма споро спохватились, когда у них в парке завелась нечисть. Позвонили в Инквизицию, поставили своё заявление в очередь… И вскоре осознали, что у вечно занятой более серьезными проблемами и демонами организации ещё не скоро дойдут руки до их проблемы. Если вообще когда-нибудь дойдут.

Обычно на этом этапе люди просто начинают обходить опасную территорию стороной, запрещают своим детям соваться туда и успокаиваются. В результате появляется очередное «проклятое место». Явление обыденное и даже привычное. Что, впрочем, не мешает ему то и дело губить заблудшие души…

В интернете даже гуляет теория заговора, мол, правительство таким образом борется с проблемой перенаселения. Гениальная идея… Особенно популярная среди тех, кто меньше всего знает о реальном положении дел. Статистика? Плевать. Частота появления демонов? Подумаешь. Нехватка магов и инквизиторов? Ой, да кому не пофиг?! О том, что сил на активную борьбу хватает только с наиболее опасными происшествиями, задумывались единицы. Ну, по крайней мере, такие обстоятельства обеспечивали работой Шулера от магии.

Анджей подошел к костелу. Высокими стелами и острыми гранями тот рвался к Небесам. Тяжелые крепостные ворота приветственно распахнули свои объятья. Он словно всем своим видом обещал, что уж тут-то мольбы страждущих непременно будут услышаны.

Чародей сверился с Google maps. Парк имени Иоанна Павла II… В этот раз вроде не заблудился… Кивнув самому себе, он свернул на тропинку, пролегшую меж хребтов сугробов рядом с церковью. Впереди, у лент аккуратных тропинок, его уже ждала небольшая группа.

Местные отличились. Перспектива заиметь у себя под боком «проклятое место» их явно не устраивала. И, решив не дожидаться чудесного пришествия «псов Господних», они скинулись на иное решение данной проблемы. Логично. Нормальный маг им, разумеется, был не по карману… Так что они нашли несравненно более дешевую альтернативу.

Анджей подошел к ожидавшим его клиентам. Трое мужчин среднего возраста – один из которых неожиданно носил сутану – желеподобная женщина и молодая высокая девушка с испуганным взглядом. Скорее всего, скидывалось значительно больше людей, но на встречу пришли только самые активные.

Священник что-то говорил девушке. Мягко, по-отечески положив руку на ей на плечо. До чародея донеслись отголоски разговора. «Не переживай, – успокаивал церковник. – Просто расскажешь, что видела…».

– Анджей Соколовски, чародей по вызову. Дешевле, чем у магов, быстрее, чем у инквизиции, – подойдя ближе, представился Шулер от магии, не забыв добавить рекламный слоган. Статьи по маркетингу утверждали, что это важно.

– Здравствуйте, пан чародей, – шагнул вперед священник. – Искренне надеюсь, что вы сможете нам помочь.

Церковник уже приблизился к пятому десятку, но был из того типа людей, что стареют красиво. Прямые, чеканные черты лица. Иней седины в волосах. Ровная осанка. И взгляд строгого профессора.

– Я тоже надеюсь. Может, для начала расскажете, что у вас случилось? В сообщении вы сказали только, что в вашем парке призрак убивает людей, а мне бы хотелось услышать подробности. Как убивает, сколько было жертв, когда это началось, возможно, вам даже известно, как он выглядит… В общем, мне нужно знать все, что знаете вы.

– Да Анка это… – гулко бухнул похожий на бультерьера мужчина в дутой куртке.

– Милош, – мягко обратился к нему священник. – Думаю, будет лучше, если мы не будем говорить наперебой. Это лишь запутает пана чародея.

– Да, конечно, отец Виктор. Вы правы.

– Так что за Анка? – переспросил Анджей.

– Анка Подлесна, – вздохнул Виктор. – Девушка, что, упокой Господь ее душу, покончила с собой в этом парке в прошлом месяце. Она была из моего прихода и часто посещала наш костел. Все мы хорошо знали бедную девушку. Ее нашли… повешенной… на ветке дерева… А потом возле этого самого дерева начали находить трупы.

– Когда повесилась Анка?

– Второго декабря рано утром я обнаружил ее, когда шел в костел.

– А убийства начались?…

– В прошлый понедельник, если мне не изменяет память.

«То есть тринадцатого января. Это выходит… сорок один день».

– Расскажите чуть больше об убийствах. Сколько их было, как их убили…

– Трое уже отдали Всевышнему душу в этом парке. И смерть их была… жуткой. Действительно жуткой, пан чародей. Их задушили их же собственными кишками.

– Холера… – приподнял брови Анджей. – Жестко.

– Это вы еще предельно мягко выразились, пан чародей.

– Ладно, но почему вы думаете, что это именно Анка?

– Беате довелось воочию увидеть ее. – Виктор кивнул на русоволосую девушку, что все это время стояла потупившись.

Анджей моргнул. Еще раз.

– И она осталась жива?!

– Именно так, – кивнул священник.

Шулер от магии повернулся к девушке:

– Пани Беата, расскажите, пожалуйста, об этой встрече.

– Ну, это было поздно вечером, – начала девушка, все еще не отрывая взгляд от земли. – Я иногда хожу в парк, чтобы… Ну… чтобы…

– Все в порядке, это не слишком важно. Продолжайте, – мягко улыбнулся Анджей.

– Спасибо. – Голова Беаты слабо шатнулась, отображая кивок. – В общем, я почувствовала… что-то. Это… Я не могу объяснить, такое странное чувство… В общем, я подняла взгляд, и на дереве сидела Анка. Почему-то в длинной бледной сорочке с вышивкой. Злая, как демон.

«Ну это-то как раз логично.»

– И что случилось дальше?

– Ну, она смотрела на меня, смотрела… А потом просто отвернулась. И у нее не было спины. Голова, шея, руки словно висели в воздухе.

– А когда она сидела лицом к тебе – все было на месте? Грудь, живот?

– Да. – Вновь лишь слабое движение подбородка вместо полновесного кивка. – А потом она просто исчезла.

«Девушка на дереве, отсутствие спины, удушение жертв… Да и сроки подходят. Но самоубийство…»

– Хм… Беата, ты хорошо знала Анку при жизни?

– Ну… Довольно.

– Ты не могла бы рассказать о ней?

– Ну… Она была доброй. Веселой, всегда рассказывала какие-то забавные истории. Часто ходила в церковь, говорила с отцом Виктором. Милош был ее соседом, она даже ухаживала за ним, когда тот заболел. Может…

– Да какая разница?! – вновь вклинился в разговор Милош. – Вас не расследовать жизнь Анки позвали, а изгнать ее призрака!

– Прошу прощения, но Милош действительно в чем-то прав, – решил вмешаться священник. – Это действительно так уж необходимо? Мы все хорошо знали Анку, и для нас несколько болезненно лишний раз ворошить эту трагедию…

– Да нет, – покачал головой Анджей. – Я просто прояснял для себя некоторые моменты.

Помолчав несколько секунд, чародей продолжил:

– Скорее всего, это русалка. Даже почти наверняка это русалка. Она же нимфа, она же мавка… Далеко не самый сильный демон, всего лишь «бес». Хорошо. Я решу вашу проблему.

«Гм… Последняя фраза, пожалуй, все же была слишком пафосной…»

– Когда? – деловито уточнил Виктор.

– Да прямо сейчас. Солнце уже, считай, село, инструменты у меня все с собой.

– Хорошо, я пойду с вами.

– Это… плохая идея. Очень плохая. Я не смогу гарантировать вашу безопасность.

– А я не могу гарантировать, что вы не сбежите с нашими деньгами. Я хочу удостоверится, что вы избавите нас от… проблемы.

– На этот счет можете не беспокоиться. Мне подобный фокус выкинуть не позволят Обеты.

– Че еще за обеты? – вновь влез в разговор Милош.

Анджей молча вытащил из кармана визитку и протянул ее мужчине. Тот слегка растеряно взял белый прямоугольник, а чародей заметил:

– Хотя вообще, вас на этот счет и святой отец мог бы просветить. Они приносят Обет безбрачия при выпуске из семинарии.

– Да, конечно, но… – Слегка растерянный Виктор забрал визитку у Милоша и с интересом глянул на ее текст:

«Способ увеличить магическую силу… Не врать, не красть и не спать… следовать духу Обета, а не букве… не могу лукавить, утаивать, мошенничать… должен предельно полно отвечать на любой вопрос…»

– Но то, что вы говорите, что принесли Обеты, – не означает, что вы их и вправду принесли. – Закончив читать, Виктор поднял взгляд на чародея.

Анджей открыл рот, чтобы возразить. Закрыл. И вздохнул:

– Логично… Ладно, но если что – я предупреждал, я не виноват. И со мной идете только вы, иначе изгнание демона точно превратится в форменное побоище.

Слава Ктулху, возражать никто не стал.

Оставив позади неравнодушных граждан, чародей и священник шли через украшенный снежным макияжем парк. Идти оказалось недалеко. Виктор остановился перед кованной скамейкой, за которой куталось в холодный плед развесистое дерево. Священник указал на одну из его ветвей. С руку толщиной, она шла почти параллельно земле на высоте метров двух.

– Вот тут я ее и нашел… Висящей в петле.

– И вы уверены, что это самоубийство?

– Ну разумеется! – Виктор странно посмотрел на чародея. – Да и полицейские подтвердили это…

– Ясно, – коротко ответил Анджей, положил чемодан на скамейку и с щелчком открыл его. – Давайте начинать, пока я окончательно не околел.

– Да уж, одеты вы несколько не по погоде.

Анджей недовольно покосился на заговоренную сутану священника, прекрасно защищавшую того от холода.

– Мой пуховик еще в конце ноября порвал бирзал. – Чародей потер левое ухо, на котором не хватало мочки.

Какое-то время Виктор молчал и нервно поглядывал по сторонам, пока Анджей рылся в инвентаре. Но священник очень быстро не выдержал давления тишины:

– Так значит, Анка стала русалкой?

– Скорее всего, – кивнул Шулер от магии. – Русалками становятся невинные девушки и некрещенные дети, убитые в лесу или возле водоема.

– Но это ведь не лес. – Виктор удивленно осмотрелся. – Да и водоемов никаких поблизости нет…

– Сверхъестественное – вещь весьма условная, – пожал плечами Шулер. – Парк как скопление деревьев вполне сгодится вместо леса.

– И все же, не понимаю, как такое могло случится прямо возле костела. Так потом еще и я проводил тут обряд. Читал молитвы, окроплял дерево святой водой…

«А я еще на обывателей гнал за мистическую необразованность… Куда уж им, если даже священники не знают таких базовых вещей. И чему их только в семинариях учат?»

Вслух же Анджей пояснил:

– Русалка – это природный демон, а не религиозный. Плевать ей на молитвы, святую воду и прочую религиозную атрибутику.

– И именно поэтому вы достали крест, – уточнил Виктор, смотря на массивный символ веры, приделанный к длинной тонкой цепи, что вытащил из чемодана чародей.

– Дело не в кресте как таковом, а в материале. Природные демоны не выносят огонь и серебро. Из последнего и сделаны и крест, и цепь. А против конкретно русалки еще хорошо работают верба с крапивой, – добавил Анджей, доставая из чемодана названные растения.

Подойдя к Виктору, Шулер сунул пучок жгучих листьев священнику:

– Бросите в лицо Анке, когда она бросится на вас. – А сам принялся раскладывать на асфальте вербовые ветки, чтобы загнать русалку в нужное место.

– Что?! Что значит, когда она бросится на меня?!

– То и значит. Раз уж навязались, то будьте хоть полезны. Возражения не принимаются. Либо делайте, как я говорю, либо уходите и не мешайте.

На мгновение Виктор заколебался. Но он должен был удостовериться. Пришлось остаться и продолжить наблюдать за чародеем.

Тем временем Анджей уже перешел к следующему этапу. Шулер высыпал на асфальт немного земли. После чего воткнул в получившуюся кучку птичьи кости. Последнее он раздобыл в KFC.

– Э-э-э… Что вы делаете?

– Ритуал «фонарь Харона». Он приманит демона, чтобы мы тут не ждали до утра.

– Как все сложно… Я думал, вы просто сотворите пару заклинаний и уничтожите демона.

– По-вашему, я бы работал за четыреста злотых, если бы был способен на такое? – риторически спросил Анджей, выливая на конструкцию из грунта и костей немного родниковой воды. – К сожалению, я лишь чародей.

– Это… Это же… Да вы же просто жулик! Разве нет?!

– Почти угадали, – флегматично ответил Анджей, убирая бутылку обратно в чемодан. – А теперь будьте добры немного помолчать.

Чародей протянул руку и начал читать заговор, формируя связь между стихиями Смерти, Земли и Воды. Вообще, «фонарь Харона» без проблем упрощался до заклинания. Только запитывать его в таком случае пришлось бы полностью самому. А Запаса Анджея на такое категорически не хватало. Ритуалы же большую часть энергии черпали из теллурических токов магии.

«Фонарь» начал мерно пульсировать, подобно загробному маяку. Почти за границей слуха закричала несуществующая сова. Прошла минута. Другая… Кожи словно коснулись несколько фантомных языков. Почувствовав опасность, Анджей хрустнул пальцами и задрал голову. На верхушке дерева сидела девушка.

Еще совсем молодая, в белой сорочке до колен. Длинные волосы потоками черного шелка ниспадали на стеклянные плечи. Тонкие аккуратные пальцы оканчивались жуткими желтыми когтями. Бледное лицо русалки отдавало легкой зеленью, а ее горло ошейником захлестнул бугрящийся след от петли.

Анджей наклонил голову к плечу. Упер основание ладони в подбородок. Надавил и довел до щелчка.

– Это Анка? – уточнил он, раскручивая серебряный крест.

Фарфоровый Виктор с трудом выжал из себя кивок.

– Ну что ж, давайте начи…

Русалка лезвием гильотины сорвалась вниз.

«Быстро!» – лишь и успел подумать чародей, отскакивая назад.

Когти русалки скользнули по щеке Шулера, оставляя за собой кровавый пунктир. Крест рухнул вниз. Мимо. Он просто отскочил от земли, а Анка с воем устремилась к Виктору.

Анджей метнул крест вслед за русалкой. Священник бросил крапиву Анке в лицо. Девушка отшатнулась от чудовищного жара. Цепь захлестнула ее горло, скрывая под собой след от удавки. Серебряные звенья тут же окутал пар.

Рывок. Полупризрачную и почти невесомую русалку с легкостью оторвало от земли. Она лишь и успела выдохнуть белое облачко в лицо Виктора. Цепь развернулась, и Анку юлой закрутило в воздухе. Бам! Ее впечатало в дерево. Шмяк – следом рухнул священник. Свист рассекаемого воздуха. Цепь захлестнула русалку и дерево. Рывок – Анку накрепко примотало к стволу. Серебро вновь окутала дымка испаряемой плоти. Дикий визг вспорол ночной парк.

– Прости, красавица. Потерпи немного. – Анджей снял с пояса пузырек с пеплом рябины.

Обходя дерево по кругу и пригибая голову, чтобы не зацепить ветки, Шулер понемногу высыпал на землю содержимое склянки. Пепел ложился ровной линией, воздвигая незримую границу. Непреодолимую для слабых демонов.

Трещало дерево, тлела плоть. Анка рвалась на волю. Серебро уже прожгло ее до костей. Казалось, еще немного – и девушка самая себя разрубит на части.

Замкнув кольцо, Анджей отпустил цепь. Русалка тут же скинула обжигающие оковы и бросилась на чародея. Воздух задрожал от удара. Анка застыла перед черной полосой, не в силах продвинуться вперед даже на волос.

Очередной визгливый вой вырвался из глотки русалки. Сделав шаг назад, она обрушила на пустоту лавину ударов. Незримая граница превратилась в марево. Пепел на земле едва заметно задрожал.

«Какого хрена?! – изумился про себя Анджей. – Что-то она какая-то до хрена сильная…»

Чародей достал из внутреннего кармана дезодорант, зажег на пальцах другой руки огонек. Нажал на распылитель. Струя пламени ударила беснующейся русалке в лицо. Попытавшаяся вновь взвыть Анка захлебнулась жаром. Кожа и мышцы лица моментально испарились, оставив лишь маску Самди. Русалка отскочила назад и прижалась к дереву, словно пытаясь забиться в угол.

– Вы как? В порядке? – подошел Шулер к Виктору.

– Почти… Я ног не чувствую…

– Это не страшно. Просто «объятия русалки», – упокоил Анджей, подтаскивая святого отца к скамейке. – Часик, может, полтора – и все пройдет. А пока посидите тут.

Уместив церковника на лавочке, чародей вернулся к Анке. На черепе той уже начала нарастать плоть.

«И опять-таки – слишком быстро…» – отметил про себя Анджей, доставая из чемодана сверток.

Чародей расправил фланелевую ткань с чернокнижной печатью и положил ее на землю перед Анкой.

– Эм-м… Что вы делаете?

«Ну да, конечно…» – вздохнул про себя Анджей.

– Готовлюсь к ритуалу «Велесового слова». У робленных демонов разум затмевают чувства и инстинкты. Поговорить с ними, если ты не шаман, – та еще задачка. А «Велесово слово» решает эту проблему.

– За каким лядом вам вообще говорить с ней?! Я думал, вы просто убьете ее!

– Не надо так кричать, – поморщился Шулер, доставая из инвентаря остальные ингредиенты. – Мне кое-что не дает покоя. Первое – ветка. Ее высота, расположение… Полутораметровой девушке было бы весьма непросто на ней повесится. Да и вообще, идти вешаться в парк – довольно странное решение. Кто так делает? Те, кто жаждет внимания. Непохоже на девушку, которую вы все мне дружно описали. Второе. Видите след на шее Анки? Это посмертный след. То, что ее убило. Он всегда остается на призраках умерших не своей смертью. В данном случае это странгуляционная борозда. След от петли, сдавившей горло.

По углам полотна чародей разместил церковные свечи из пчелиного воска и все те же кости из KFC.

– Ну верно, она ведь повесилась. Что тут странного?

– Вот только после повешения борозда идет под углом. А у Анки она горизонтальная. Это можно скрыть на теле, но не на отпечатке самой души. Ну и самое главное. Русалки появляются после убийства невинной девушки или некрещенного ребенка в лесу или возле водоема. Убийства, а не самоубийства.

Шулер поочередно зажег свечи. Вера, Жизнь, Смерть и костыль в виде Запретных Искусств. Подготовка к ритуалу завершена.

– Вы хотите сказать…

– Ее убили, – ответил Анджей, поднимаясь на ноги. – И я хочу знать кто.

На секунду он закрыл глаза, сосредотачиваясь. Вдохнул побольше воздуха…

– Слети, Гамаюне, птица Вещая, – загремел в ночном парке старославянский заговор. – С Небес Божьих, с Небес Сварожьих, с Белой горы да о сей поры, сядь на уста внука Даждьбожьего, отверзни его речи врата, яко реки берега, ради Ладьи Велесова слова! Да будет так! Гой!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.