Михаил Баковец
Миттельшпиль

© Баковец М.В., 2021

* * *

Пролог

Староста вернулся с припасами и… рабами. Да, да, следуя моему наказу нанять побольше крестьян для увеличения собственной деревни и созданию еще одного поселения, он не нашел ничего лучше, как купить рабов. Впрочем, Луавк мне об этом и твердил чуть ранее, так что я морально уже сам согласился, что придется стать рабовладельцем. Но все-равно подсознательно я рассчитывал увидеть обычных свободных людей, например, разорившихся крестьян, погорельцев или просто тех, кому деваться некуда, но при этом способных сделать самостоятельно выбор в деле устройства собственной жизни и жизни родных. М-да, что же, придется работать с тем, что есть. Освободить их, тех, на ком лежат простые чары, хм… хм, пожалуй, пока воздержусь и причин для этого хватает.

В свою защиту Эрх сообщил, что в баронство на границу с Пустым королевством никто не торопится идти, даже испытывая сильную нужду, и что его попутчик – Луавк – намекал на некую договоренность по рабам со мной. А тут на рабском рынке из-за долгов какого-то аристократа выставили несколько сотен крестьян – мужчин, женщин, детей всех возрастов. Двести сорок человек, ровно столько досталось мне (самых ценных, то есть мастеров и крепких молодых людей – юношей и красивых девушек, выкупили другие). А еще он купил тридцать семь воинов-горцев, чьи шеи украшали неснимаемые рабские ошейники, с семьями. Староста успел перехватить их из рук устроителя гладиаторских игр. Переплатил, конечно, но считал, что такое приобретение стоит затраченного золота и серебра. Это были те самые нетерисы, про которые мне говорил Луавк. Кроме неполных четырех десятков бойцов в довесок к ним пришлось взять еще сотню человек – женщин с маленькими детьми и стариков. Так что, в общем и целом я стал обладателем четырехсот рабов. В качестве места им для жизни я планировал выделить кусочки земли рядом с болотами и картофельными полями, на границе с бывшим жреческим феодом. Простые крестьяне устроятся поближе к безопасным территориям, нетерисам же придется обживаться на самой границе с нейтральными землями и Лесом, где возрастает риск столкнуться с монстрами из Пустого королевства. С другой стороны, голыми я их не оставлю, подкину амулетов, оружие и доспехи, дам несколько големов, которые станут принимать на свои стальные (или каменные, если металла мне будет не хватать) тела самые тяжелые удары, совать головы в эпицентр жаркой схватки. Но големы будут потом, пока что хваленым бойцам придется справляться самостоятельно.

На этом мои траты не закончились, так как для моих новых работников требовалось жилье, какие-то орудия труда, продукты на первое время, скотина и птица. Примерно половину из необходимого минимума я взял у Кольки, который получил благоустроенный доходный феод. Остальное пришлось покупать на городских рынках. Разумеется, отдавал не просто так, а под гарантию выплаты позже стоимости домашней утвари и живности. Вот только когда еще рабы смогут накопить денег, чтобы отдать долг да еще заплатить налоги? Вот то-то и оно.

Результат всего этого – желание все бросить и зажить прежней жизнью свободного петовода. Ну, или големовода, не суть важно. Когда я разъезжал со своими стальными бойцами по Пустому королевству, то чувствовал себя свободнее и счастливее, чем сейчас с баронской короной на голове, золотым запасом в сундуках и тысячами подконтрольных людей. Хорошо еще, что часть проблем я скинул на Николая, под чьим управлением оказалось примерно три четверти всех крестьян, поселений и сто процентов производства в моем баронстве. Правда, судя по донесениям, там бразды правления взяла его молодая жена, которая то и дело хватает ежовыми рукавицами управляющих и старост за горло.

Нет, особо жаловаться мне не на что, если посмотреть в будущее, которое весьма радужно светит. Но, черт побери, как же хочется получить эти дивиденды уже сейчас, а не через несколько лет!

Глава 1

– Господин, господин!

– Ваша милость!

От послеобеденного отдыха меня оторвали громкие крики мальчишек из деревни Эрха. Пришлось вставать с кровати и выходить из дома на улицу.

– Что случилось? – недовольно поинтересовался я у парочки знакомых парнишек, которые вечно отираются рядом со мной.

Есть две вещи, которые выводят меня из себя, разом портя настроение: когда мешают спать и не дают спокойно с аппетитом поесть. Вот сейчас один из этих пунктов был «выполнен».

– Господин барон…

– Ваша милость, там армия к нам едет!

– …много-много рыцарей и пехоты к нам идут!

И так не самое хорошее настроение упало ниже тараканьих подметок. У меня как специально больше половины дружины в разъездах. На месте всего десять солдат и полтора десятка боевых големов.

У меня еще теплилась надежда, что пацанва немного преувеличила приближающуюся проблему, но когда я выехал навстречу к «много-много рыцарей», то понял, что мальчишки даже преуменьшили число приближающихся к моей ставке чужаков. Только в голове колонны я насчитал семь десятков человек – рыцарей с магами и воинов-ветеранов, если оценивать тех по экипировке. А дальше массу остального войска скрывало густое облако пыли, растянувшееся более чем на километр.

– Это жопа, – произнес я себе под нос и сплюнул под ноги. – И на хрена с таким количеством солдат сюда эти уроды приперлись?

– Может, прослышали о болотных находках, а? – предположил Сергей Шацкий. Он стоял рядом со мной, тиская в руках ПКМ с большим патронным коробом, где лежала лента с двумя с половиной сотнями патронов. – Там одни жезлы выглядят так, словно королевским магам принадлежат. А про кристаллы ты сам говорил, что за такие убьют и развеют по ветру.

– А ты больше кричи, – буркнул я, рассматривая в бинокль приближающуюся небольшую армию. – Хм, показалось или там наши знакомые по памятной пьянке?

– Да? – удивился мой товарищ, поставил пулемет к ноге и приложил небольшой монокуляр к правому глазу. – А ведь точно – они… вот же предатели.

В голове колонны я заметил знамя виконта Ла Дагра, а рядом с ним ехал знакомый маг, с которым я распивал сравнительно недавно бренди. Да и знамя наемников Гектора мелькнуло… вроде бы.

– Да там половина знакомых морд, – сообщил мне Серега. – Слушай, может, и не по нашу душу едут, а? Вон как свободно прут, а ведь в курсе, что у нас есть огнестрельное оружие, и бьет оно дальше самого дальнобойного магического амулета.

– Если в гости, то у меня никакой горилки на них не хватит. Да и не прокормить мне такую ораву… тьфу, уроды, – вновь плюнул я с досадой, но при этом в душе слегка разжалась та пружина, которая держала в сильнейшем напряжении меня с момента, когда услышал о чужой армии, пришедшей на мои земли.

А ведь такое пренебрежение к моему праву феодала весьма примечательно. Если с дружеским визитом, то где гонец, что должен сообщить мне о прибытии такого количества гостей, да еще со своей армией? Да, все-таки тот факт, что я иной – играет свою роль. И не скоро меня будут уважать и бояться, как любого из местных аристократов. Вроде бы и приняли в свои ряды, но нет-нет, а проскакивает превосходство в поступках сиятельных аборигенов. Или… или я все это придумываю, может, тут не как на Земле, и в порядке вещей шастать через земли союзников и нейтралов? Может, во мне просто разыгралась паранойя?

– Может, навстречу двинем? – вновь спросил Шацкий. – Или пошлем кого?

Я на несколько секунд задумался, что делать. По статусу вроде бы и не положено ехать навстречу неизвестным, да и опасно. С другой стороны, периферийным баронам многое спускается, например… можно по их территории свободно передвигаться со своей дружиной, млин.

– Или давай я один к ним сгоняю, а? – поторопил меня с принятием решения товарищ. – Тебе ж не по рангу к ним ехать. А мне в самый раз.

– Хорошо, двигай им навстречу, только пулемет оставь, – кивнул я, соглашаясь с его предложением.

– Ок.

Парень передал ПКМ одному из землян в моей дружине, после чего взгромоздился на лошадь и неторопливо потрусил навстречу виконту и К°. Я за действиями своего подчиненного наблюдал через линзы бинокля. Смотрел и боялся, что вот сейчас, сию минуту, когда Серега приблизится к дворянам, по нему ударят магией или выстрелят из арбалетов.

– Уф, пронесло, – прошептал я спустя несколько минут, когда мой посланец добрался до виконта, перекинулся с ним несколькими фразами и тут же развернул лошадь назад, подстегнув ту. Через пять минут он опять стоял рядом со мной.

– Нормально все, Вить, не по нашу душу. Туземцы решили скататься в мегаполис и лично затариться ништяками, – радостно сообщил он мне, еще даже не успев выбраться из седла. – Реджинальд сказал, что вчера вечером отправлял гонца к нам. Думал, что тот остался здесь, напился типа.

– Первый раз слышу такое, не было же никого, хм… значит, говоришь, они в город правят? Ну-ну, удачи им, – произнес я. – Надеюсь, что останавливаться на ночлег они здесь не станут.

Когда виконт со спутниками приблизился к моему лагерю, что расположился неподалеку от холма с восстанавливаемым замком, я выехал к нему навстречу. Оказать уважение и узнать о планах гостей. С облегчением услышал, что останавливаться в моем феоде они не собираются, не пожелали терять время. Им же предстоит многодневный марш до мегаполиса и каждый час задержки – это траты: на провиант для солдат и слуг, для животных, для знати и так далее. В том числе и траты маны в охранных амулетах.

В целом я сам оказался виноват, что через мои земли пошли местные аристократы в Пустое королевство. Я и мои земляки. Но кто знал, что дорога, которую мы проложили сквозь пограничный Лес и по территории проклятых земель, привлечет к себе внимание поисковиков и дворян, которым голову вскружили богатство городов нашего мира?

Насмотревшись на товары, которыми расплачивались земляне, наслушавшись историй о невероятных сокровищах, валяющихся прямо под ногами в городах иных, дворяне, маги и самые известные искатели с купцами сколотили экспедицию в Пустое королевство. О том, что в городах полно монстров и всяческой нечисти, они знали, но не придали тому большого внимания. В целом они думали правильно: если уж иные, не обладающие магией, справляются с тварями, то магам и элитным воинам, увешанных защитными и боевыми амулетами, подобный подвиг тем более по плечу.

Всего набралось больше пятисот человек. Больше половины приходилось на «важняков» – дворян, рыцарей, магов, были даже двое жрецов, и их дружины. И около полутора сотен человек в рядах экспедиции были обычной «черной костью», свободными людьми, горожанами и крестьянами. Они в обмен на защиту и обещание малой толики добычи выполняли всю грязную работу в отряде. Для них несколько стеклянных бутылок или пара пудов железа (даже просто железа, а не изделий из него) будут считаться великим состоянием. Продав такие трофеи, они смогут купить дом в городе или крепкое подворье в деревне, зажив жизнью местных «кулаков», слабо зависящих от феодала. Знай плати небольшой налог и живи не тужи.

Честно признаться, я от этой новости приуныл. Нет, мне не жалко было чужого добра – мегаполис способен обеспечить хабаром несколько королевств, не то что герцогство и пару-тройку свободных баронств. Но огромное количество редчайших и ценных вещей свалит местную экономику с ног. Ну, нет здесь такого количества богачей с золотом и соответствующими товарами, чтобы переварить иномирные предметы роскоши, которые притащит на рынки вот эта толпа, что прошла через мои владения.

«А ведь они еще могут притащить на хвосте кучу тварей, тех же гоблов, – пришла неприятная мысль ко мне в голову. – Блин, куда не кинь, всюду клин, тьфу».

– Наших нужно предупредить, что у них конкуренты появились, – озвучил дельное предложение Шацкий. – Не хватало, чтобы столкнулись в городе или на дороге к нему.

– Надо, – кивнул я в ответ. – Займись этим, на вечернем сеансе связи расскажешь Палычу обо всем. И посоветуй, чтобы они пока от поселка далеко не отходили, а то ведь вся эта шатия-братия – бандиты натуральные и их ничто не сдерживает в Пустом королевстве. Запросто или поселок разорят, если из него защитники уйдут по делам, или команду наших сталкеров подкараулят и вырежут.

***

Проводив охотников до чужого добра, я решил заняться проблемой разбойников. В последнее время участились нападения на моих крестьян и рабочих, которые заняты подвозом строительных материалов к моему замку. Наверное, исчезновение гонца тоже дело их рук. Могу даже с ходу предложить версию, отчего так: в некие недалекие головы пришла идея, что в карманах моих слуг видимо-невидимо хабара иных.

Ловить бандитов было решено на живца.

Для разбойников я приготовил четыре телеги с сундуками и мешками, на одной под якобы небрежно накинутой дерюгой сверкают бока небольшого сундучка, отличающегося от прочих дорогой отделкой. Каждой управлял невзрачный мужичок. На той, где находился ценный груз, вместо возницы телегой управлял воин в потасканном снаряжении, еще один дружинник сидел в телеге за его спиной. На второй повозке сидела Лина, одетая достаточно ярко, чтобы привлечь к себе внимание окружающих. Не заметят сундучок, так захотят заграбастать в свои потные ручонки вот эту красотку. Ради того, чтобы превратить свою рабыню в заманчивый приз в глазах работников ножа и топора, я посоветовался с Эрхом. Уж кому как не простому мужику знать, как должна выглядеть секс-бомба для местных? Ведь из таких же мужиков и сколачиваются разбойничьи ватаги.

– Ну, ей бы зад попышнее, потолще, – почесал затылок староста, проводя оценивающим взглядом по телу рабыни. – Да вот эти самые побольше, – он поднял ладони на уровень своей груди и растопырил пальцы, словно бы прижимал к ней пару футбольных мячей. – Задницу еще юбками можно прикрыть, да и сидеть она будет, там не всяк и поймет, что по чем. А вот с сиськами беда.

– Это у тебя с мозгами беда, мужичье, – с раздражением ответила ему мигом оскорбившаяся Лина. – По себе и своей грязноногой бабе не равняй! Господин, почему он меня оскорбляет?!

Эрх чуть сжался и с опаской посмотрел на меня.

– Не оскорбляет он, а выполняет мой приказ, – ответил я ей. – А ты выполняй мой – слушай и делай, что тебе скажут.

Та обожгла меня злым взглядом, но смолкла, понимая, что спор приведет лишь к срабатыванию рабской магии.

– Можно ей напихать под платье тряпок каких-нибудь, – предложил я. – Шнуровку под горло, чтобы не было видно вкладышей, и сойдет.

– Ну, ежели только так, – кивнул староста. – Только не тряпки, а мешочки с зерном повесить, так похоже на нормальные груди будет. У нас некоторые девки такой уловкой мужичков завлекают, когда те в подпитии хорошем.

– Пф! – фыркнула Лина, показывая этим, что она думает про такую маскировку. Впрочем, деваться ей было некуда.

На одной из телег сидел и я, натянув на себя крестьянскую одежду, которая считается праздничной. Но как по мне, от обычной отличается только наличием пары-тройки нехитрых вышитых узоров или пришитых в разных местах крупных ярких пуговиц, да тем, что без заплаток и не застирана.

Я специально подобрал время для выхода нашего каравана, чтобы пришлось останавливаться на ночлег практически в чистом поле. Если бандиты проворонят приманку в пути, то дам им шанс напасть ночью на бивак.

Но нам повезло, если так можно сказать. На нас напали через несколько часов, как обоз выехал из моего лагеря. Ровно на границе моего феода с соседним, считавшимся герцогскими землями, в каком-то роде – коронные, которыми управлял не дворянин какой-то, а герцогский управляющий.

Место для засады было выбрано очень удачно: с одной стороны дороги был редкий лес, с другой лежал большой луг, заросший высокой травой. Вроде бы все открыто, взгляду полное раздолье. Но так только казалось. И в траве и среди низкого густого кустарника хватало мест, где можно было легко скрыться, использовав совсем немного маскировки в виде пучков травы и веток. Кроме того, у разбойников оказались при себе боевые амулеты и мощные арбалеты. Их воины используют в сражениях против латников и берут с собой искатели в Пустое королевство, против тварей с крепкой природной броней.

Бданг! Бданг! Бданг!

Бджи-и-иг!!!

Громко прозвучали удары тетивы, отправившие тяжелые короткие стрелы в возниц и солдат на телегах. Мигом позже прогудела боевая магия – воздушный кулак, который убил лошадь в головной телеге. И тут же из травы и кустов поднялся десяток человеческих фигур, и следом из-за деревьев выскочили в два раза больше мужиков, где они до поры прятались, ожидая, когда засадная группа сделает свою часть работы.

– А-а-а! – заревели они, потрясая всевозможным дубьем и корча лица в зверских гримасах.

– Бей! – в ответ крикнул я.

Мигом позже сундуки развалились на части, выпустив наружу несколько големов-Чаппи. Небольшие магические воины хоть и со скрипом, но сумели поместиться в сундуках. А то, что они не живые и не страдают от долгой неподвижности в скорченном положении, было на руку.

Пять големов и пять живых воинов. Возницы и пара бойцов на одной из телег были нетерисами. А под их неприглядной одеждой пряталась отличная броня, которую я зачаровал своей кровью. Потертые кольчуги и шлемы на бойцах хоть и выглядели хламом из пыльного угла лавки кузнеца, на самом деле таковым не являлись и были обработаны магической кровью. И последний штрих – амулеты. Самые лучшие, которые только смог купить в городе в магической лавке.

Арбалетные болты бессильно скользнули по магическому щиту. Они больше нам принесли пользы – сообщили про нападавших.

Откинув тряпку, которая прикрывала автомат, лежащий у моего правого бедра, я подхватил оружие и навел на тех разбойников, что бежали к дороге от дальних деревьев. С ближайшими противниками разберутся мои живые и магические дружинники.

Красная точка коллиматорного прицела легла на грудь одного из врагов – здорового мужика с самодельным копьем в руках, сделанного из косы, закрепленной на древке не поперек, а вдоль.

Автомат забился в моих руках, посылая горячую свинцовую смерть навстречу тем, кто еще несколько секунд назад уже в мыслях делил добычу с четырех телег и обирал тела убитых охранников да срывал одежду с тела единственной женщины в захваченном обозе.

– А вот хрен вам по всей роже! – заорал я, опустошая магазин автомата. Вместе с криком из меня уходило напряжение, страх, досада, которые сопровождали меня всю дорогу в трясучей телеге.

Наверное, даже будь нетерисы одни, и то легко бы справились с противником, что я в шесть раз превосходил их по численности. А с големами все произошло еще быстрее. Бандиты еще не успели понять, что попали, когда их стало на полдюжины меньше, а затем подключился я с огнестрельным оружием, успев свалить четверых самых дальних, у которых имелся небольшой шанс сбежать. Место засады сейчас играло против них, так как скрыться в редком лесу и на открытом луге было почти невозможно.

«Может, стоит сделать несколько собакоподобных големов, чтобы они искали всяких тихушников? – пришла в этот момент мне мысль в голову. – И в патрулях будут полезны. И вообще пригодятся».

Когда до немногих выживших джентльменов большой дороги дошло, что ситуация повернулась против них, то они попытались убежать. Увы, нетерисы одинаково ловко владели и мечами, и луками. Из шестерых беглецов я свалил двоих, остальные получили оперенные гостинцы между лопаток от моих солдат.

– Наконец-то! – с облегчением произнесла Лина, когда последний враг упал замертво на землю. – Как же мне эти штуки надоели.

Девушка дернула шнуровку на платье, расстегивая ворот, потом сунула руку себе в декольте и вытащила два мешочка с зерном, которые визуально увеличили ее грудь в несколько раз, до шикарного восьмого номера, сильно любимого местными представителями сильного пола из крестьянства.

– Господин, все закончилось, – сообщил мне один из дружинников. – Есть раненые – добить?

– Нет. Сначала расспросить, – отрицательно помотал я головой. – Есть вопросы, на которые хочу получить от них ответы.

От пленников я узнал, что верховодили в разбойничьей ватаге трое искателей. Именно им принадлежали арбалеты и боевой амулет. Вроде бы как искательскому отряду сильно не везло в последнее время, и они, те, кто уцелел после ряда неудач, решили выйти на большую дорогу, посчитав, что это будет куда безопаснее, чем самостоятельно совать голову в пасть мертвецам, демонам и прочим монстрам Пустого королевства. Свою смерть нашла почти вся банда за исключением одного из искателей и трех мужиков. Эта четверка попала вчера вечером под огненные чары, которыми приласкал их воин-одиночка. Наверное, тот самый гонец, про которого упомянув Ла Дагр. Бандиты устроили себе логово на небольшом островке в болоте. Там же хранится немногочисленное награбленное барахло и живут пленники – рабы, которые выполняют всю работу в лагере. Женщины из их числа скрашивали досуг.

К слову, среди убитых душегубов нашлись несколько бабищ (женщинами их язык не повернулся назвать). Каждая была вооружена или дубиной, или самодельным копьем из толстой жерди с заточенным и обожженным в огне одним концом. Все как на подбор невысокие, но кряжистые, мощные. У одной бицепс был почти как бедро у Лины!

Трофеев практически не было. Три арбалета, две кольчуги с комплектом поножей и наручей, четыре шлема, и только один из них был неплохим, другие три представляли собой конструкцию из двух стальных обручей с приклепанными на них кусками толстой твердой кожи. Также мы получили два меча, полдюжины топоров, пять кос и два десятка ножей и тесаков всякого вида и из дрянной стали.

Как только пленные стали бесполезны, рассказав все, что от них требовалось, то один из нетерисов перерезал им горло. Ни их, ни меня это ничуть не тронуло – издержки средневековья.

Некоторое время я раздумывал над тем, стоит ли идти на болотный остров или махнуть рукой на последних бандитов? Потом все же решил доделать работу до конца. По рации вызвал подкрепление, которое следовало за нами в отдалении. Меньше чем через полчаса мой отряд стал больше на десять големов и два десятка живых солдат. В числе последних были семь землян, вооруженных огнестрельным оружием.

К логову разбойников на болоте мы вышли в глубоких сумерках. Из-за того, что гать была старая и могла не выдержать големов, которые весили порядком, пришлось задействовать только живых солдат, да и тех слегка разоружить и лишить части защиты. Впрочем, против четверки раненых бандитов, которых даже с натяжкой нельзя было назвать воинами, землян и нетерисов хватит с лихвой.

Шли мы, ничуть не скрываясь, да и сложно как-то без специальных чар укрыться в топи на единственной стежке.

– Эй, что так долго? – прозвучал хриплый голос с островка, когда до того оставалось метров тридцать. – И чо так мало? Где остальные? Что случилось?

В ответ один из дружинников активировал световой амулет, подвесив яркий шарик над островком. Там словно маленькое солнышко вспыхнуло на высоте семи человеческих ростов. Стали четко видны несколько больших шалашей и две маленьких постройки из тонких бревнышек, щели между которыми были забиты сеном с глиной и мхом.

Говоривший с разинутым от удивления ртом вперил свой взгляд в заклинание над своей головой. Прийти в себя ему не дали: хлопнула тетива по наручу одного из дружинников, и миг спустя стрела ударила бандита в левую сторону груди. Тот отшатнулся назад, вскинул правую руку вверх, словно собираясь выдернуть оперенную смерть из своего тела. Но сил у него хватило лишь на то, чтобы коснуться древка кончиками пальцев, после чего упал на колени, а затем повалился на правый бок.

Хлоп! Хлоп!

С луков слетели еще две стрелы, улетевшие в сторону человеческих фигур, показавшихся у шалашей.

Хлоп!

Еще один снаряд сразил человека, выскочившего из ближней избушки.

Спустя минуту мой отряд захватил остров, не получив в ответ никакого сопротивления. Три разбойника, включая последнего искателя, который единственный мог доставить небольшие неприятности, так как имел при себе огненный боевой амулет, погибли от стрел. Еще одного нашли пьяного в шалаше. Его я решил с ближайшей оказией отправить в городскую герцогскую тюрьму. Пусть там узнают, по чьей вине пропал гонец. Вместе с пленником отдам и имущество убитого – кольчугу, шлем, комплект защиты для рук и ног, амулеты и конскую сбрую.

Освободили одиннадцать пленников – четырех мужчин и семь женщин. Увы, изначально было двенадцать, но одному из них не повезло – попал под стрелу вместе с бандитами, выглянув в самый неподходящий момент, заинтересовавшись световыми чарами. И поплатился, так как никто из дружинников не собирался разбираться, кто есть кто, рискуя жизнью, – про огненный амулет, активировать который можно мгновенно, мы все помнили.

Трофеев и здесь было очень мало. В основном мне достались непритязательные продукты и крестьянская домашняя утварь, которая стоит медный грош за сундук.

Глава 2

Отряд виконта вернулся назад спустя две с половиной недели. Вернулся не весь, по моим грубым подсчетам не хватает трети от числа ушедших, а то и больше. И заметил это не я один.

– Что-то маловато их возвращается, Вить, или мне кажется? – произнес Шацкий, стоя со мной на небольшом возвышении примерно в двухстах пятидесяти метрах от дороги, по которой неторопливо ползла вереница искателей и «искателей». – Было полтыщи, а сейчас человек триста навскидку. И лошадей меньше половины осталось.

– Зато трофеев набрали, сколько нам и не снилось. И что-то не видно, чтобы сильно потерями были расстроены – вон какие довольные рожи, – ответил я.

В самом деле, вернувшиеся из похода совсем не выглядели подавленными или с тяжким грузом у сердца. Нагружены как волы, но при этом нет-нет, а кто-то скалится счастливо, отпускает шуточки соседу, судя по выражению запыленных чумазых лиц. Почти к каждой телеге был прикреплен прицеп для легковой машины, а некоторые лошади вместо своих повозок волокли пару таких автоприцепов. Несколько крупных животных, скорее всего, тягловые химеры, тащили целый состав из прицепов. Но что меня поразило больше всего, так это «пазик», в который была впряжена шестерка мощных лошадей, даже крупнее, чем в моем трофейном (бывшем жреческом) феоде разводят тяжеловозов. Явно тоже химеры, только привычного вида для человеческого глаза.

Автобус выглядел новеньким и был из последней модификации, которую всего пару лет как запустили на автозаводе, насколько я слышал еще на Земле. На солнце лакокрасочное покрытие горело, как огонь. Цвет был ярко-красный с рисунком стилизованных языков пламени по правому (наверное, и на левом тоже имеется) борту. Красный цвет дополняли вставки черного в районе кабины, дверей и окон. Очень красивая радиаторная решетка, фары, обтекаемые зеркала и бампера заставляли думать, что глаза видят нечто иностранное. И только «газовская» эмблема честно отвечала, что сей продукт самый что ни на есть отечественный (о количестве импортных деталей умалчивалось).

– Фью-ю-ить! – присвистнул кто-то из моих дружинников земляков. – Офигеть они прибарахлились! Вот это карету себе прут!

– И напи***расили так, будто автобус чистят каждый час шелковыми платочками, не дают пыли накапливаться, – поддержал его второй дружинник из землян.

Тут из вереницы аборигенов выскочила небольшая группа всадников, семь человек, и направилась в мою сторону.

– Сам виконт решил нас порадовать визитом, – прокомментировал Сергей, опознав воина в самой пышной одежде и по знамени в руках одного из его спутников. – Хвастаться будет.

– Скорее всего, – кивнул я в ответ. – И, думаю, сегодня точно без пьянки не обойтись будет.

Так оно и оказалось.

Похваставшись количеством трофеев, особенно обратив внимание на «пазик-вектор», виконт заявил:

– Сегодня я угощаю всех! Крепкие напитки ставлю своей и твоей дружине!

Большая часть отряда аборигенов расположилась в чистом поле. Виконт со своими приближенными и десять дворян с магами заселились в мой поселок, разбитый рядом с холмом, где восстанавливался замок. Здесь слуги виконта растянули огромный шатер… с надписью «Арсенальное». Цвет был бело-красный, и краска не успела выгореть и смыться дождями, наверное, потому и привлек шатер внимание аристократа, сделав его своим трофеем. Хотя, подозреваю, что тащили они все подряд, потом выбрасывали мусор и брали что-то получше. Далее цикл повторялся. Думаю, что случись землянам оказаться на свалке высокоразвитой цивилизации, давным-давно вышедшей в космос, то они вели бы себя точно так же.

Кстати, жрецы не выжили. Им не помогли ни собственные силы, ни переносной алтарь с Силой их бога. Существа и твари, поселившиеся в городе и окрестностях, оказались не по зубам священнослужителям. А те, не ожидая такого, и излишне полагаясь на алтарь, не успели удрать, став пищей для живых и не очень монстров.

На столах появились бутылки со всевозможным алкоголем – пивом и коктейлями, вином, настойками, водкой и виски, бренди и абсентом. На улице скворчали на вертелах и в огромных жаровнях целые тушки и куски телятины, баранины, свинины и птицы с рыбой. Часть принадлежала мне, часть Реджинальд вытащил из своих запасов из специальных сундуков, на которых имелись чары, которые очень долго сохраняли любой продукт свежим – от свежей убоины до уже готового блюда. К слову, когда гулянка была в самом разгаре, мне удалось выцарапать один такой сундук в подарок. Изначально предлагал золото, но подвыпивший виконт в порыве щедрости и довольный до соплей результатами своего похода, отдал мне его даром.

Почти все время застолья гости рассказывали про свои приключения в Пустом королевстве и хвастались подвигами. О том, как гибли простые воины и слуги от теней, призраков и еще какой-то нечисти, неуязвимой для обычного оружия, говорили словно о чем-то веселом. Да и моменты, когда погибли несколько мелких дворянчиков, которых сожрали плотоядные растения, звучали так, будто рассказывались анекдоты.

– Там лианы им в штаны залезли, в рот, в уши, – пьяно хохотал виконт. – Но самое главное – это то, что в штаны! Представляешь? Какая-то жалкая трава их содомировала, ха-ха-ха!

Ла Дагр заплатил серебром за каждую тощую курицу, овцу и свинью, которых по моему приказу принесли крестьяне для застолья. Он и слышать не хотел о том, чтобы устроить праздник вскладчину. Впрочем, я сильно и не настаивал на этом. Вот еще буду кормить всех на халяву, да еще такую толпу. Может, тут так и принято, но я еще не настолько «одворянился» для этого.

Напились все так, что уснули прямо за столами и под ними. Меня, к счастью, слуги по указанию Лины утащили в дом. За Шацким пришли его наложницы. А вот все прочие, включая и дружинников из моего отряда, остались отсыпаться в шатре.

Остальная масса искателей провела вечер и ночь куда как тише. Пили меньше, ели мало, шумели… вот с этим было несколько хуже – за ночь в стане приключенцев появились несколько трупов, плюс были раненые.

Проснувшись после полудня, я испытал все прелести похмелья, с которым не смогли справиться никакие средства, кроме «'клин клином». Выпив бутылку дорогого вина, которое в прошлой жизни мог купить только на праздник или в качестве подарка, я через полчаса вновь почувствовал себя человеком.

От продолжения кутежа я отказался наотрез. Сослался на то, что, будучи не полноценным магом, от алкоголя испытывал крайне негативное ощущение на магические способности. И эту отговорку от меня восприняли серьезно. Тут к личной силе относились с пониманием, никто не хотел потерять, даже на время, умение фехтовать, творить чары и так далее.

Моему примеру последовали несколько земляков из дружины, но большая часть, которую возглавил Шацкий, опять составили компанию виконту и его спутникам в застолье.

Реджинальд Ла Дагр задержался у меня на три дня, щедро соря серебром и золотом, опустошая запасы трофейных спиртных напитков. С ним осталась малая часть спутников, прочие же ушли на следующий день после появления в моем феоде. Им хватило небольшого отдыха и результатов празднования возвращения из Пустого королевства, чтобы после всего этого поспешить к родному порогу.

После отъезда виконта остались загаженные кусты и груды костей. Дворяне не сильно утруждали себя поисками отведенных под туалет мест. А вот пустые бутылки из-под земных напитков забрали все, даже те, что побились. Маг виконта заверил, что даже битое стекло сумеет переплавить и придать нужную форму. Это было намного легче, чем варить стекло с нуля.

***

Не успел я распрощаться с Реджинальдом и его свитой и убрать все следы их пребывания в поселке, как появились новые гости. И вот им я был рад на порядок больше, чем местным аристократам.

Без всякого предупреждения (но оказалось, это просто связь не работала между абонентами в Пустом королевстве и за его пределами, такое уже бывало) ко мне приехали земляне из главного поселения в Пустом королевстве. В небольшой колонне ехала моя «буханка», а в ней…

– Анюта! – радостно закричал я, когда увидел, как из салона выбирается девушка.

– Витя! – улыбнулась она в ответ и миг спустя оказалась в моих объятьях.

– А где Маша? – Я вопросительно посмотрел на подружку, когда понял, что больше ко мне навстречу никто не спешит. Предчувствие болезненно кольнуло в сердце, в одно мгновение в груди поселился осколок льда.

– Она… с ней… – девушка отвела взгляд и вдруг всхлипнула, – нет ее… извини, Витя.

– Тише, тише, – я погладил ее по голове, стараясь не показывать свое состояние, – ну, чего ты? Потом расскажешь, хорошо? А сейчас пошли, я тебя в свой дом отведу, покажу, что и как, познакомлю кое с кем.

Та без слов кивнула и шмыгнула носом.

Оставив Шацкого вместо себя, я увел Аню к себе, где она все рассказала.

Оказывается, обе девушки не спешили ко мне по вполне прозаической причине – просто не могли ехать. Пока я крутился в баронских делах, принимая феод и разбираясь то с гоблинами, то с местным дворянством, то со жрецами, мои девушки также не сидели на месте. Им пришла мысль в голову, что должны соответствовать своему мужу, и… пошли с группой сталкеров в рейд. И этот поход стал для половины участников последним в их жизни. Среди погибших оказалась и Маша. Аня же получила тяжелое ранение и надолго оказалась прикована к больничной койке. При этом если бы не помощь Романа, то имела все шансы последовать за своей лучшей подружкой на тот свет. Целитель вытащил ее из последних сил, после чего во второй раз впал в кому, как было уже однажды, когда спас от смерти складского работника, которому выпустил кишки псевдокабан.

Когда я услышал про смерть Маши, то не поверил в это. Решил, что девчонки придумали историю ради… а ради чего? Разрыва со мной? Но о таком не шутят же, ведь так?!

Но девушка рядом была очень серьезна. Боль в ее глазах, когда рассказывала про гибель своей подруги, была настоящей, искренней. И я поверил, но не принял сразу данный факт. Накрыло меня лишь ночью. Кажется, мне приснилась Маша, мы с ней о чем-то беседовал, шутили, смеялись и вдруг я понял – ее больше нет. И в этот момент проснулся. Несколько минут лежал неподвижно, теряя воспоминания о недавнем видении, как это и бывает со снами.

– Зачем? – прошептал я и почувствовал, как в глазах стало щипать, и повторил: – Зачем? Почему она? Боже, зачем это? Что я сделал неправильного, что ты ее забрал?!

Я стиснул зубы, сжал кулаки, давя в себе стон боли от раны в сердце. Именно сейчас, в эти мгновения, когда был один и спокоен, счастлив, что рядом со мной вновь оказалась Анюта, я понял, что второй моей девушки больше нет. Маша навсегда покинула меня. Я больше не услышу ее смех, не смогу прикоснуться, взять за руку, не попробую ее блюда и не вручу подарок, чтобы увидеть в ее глазах счастье и получить заслуженный поцелуй.

Я думал, что успел очерстветь, наблюдая за чужими смертями и потерями. Но оказалось, что нужно было потерять свое, часть себя, чтобы почувствовать боль и тоску.

Глава 3

Цезарь, который был за старшего в отряде, который прибыл ко мне из земного поселения, привез не только мою машину, но и Ползуна. Когда я увидел этого голема, самое первое существо, которое появилось рядом со мной, то испытал некое чувство умиления. И мне показалось, что Ползун ощутил нечто похожее. Да и не мне одному, к слову.

– Кажется, он рад тебя видеть, – покачала головой Аня. – Надо же, что в жизни бывает.

– Мы с ним одной крови! – с пафосом произнес я и поднял вверх указательный палец. – А еще он у меня первенец.

– Ты так сказал это, словно номинируешься на миллион долларов, как мужчина, родивший первым ребенка, – прыснула Аня.

– Хватит глупости всякие говорить, – нахмурился я. – А то…

– А то? – посмотрела на меня она.

– А то узнаешь, какой я бываю в гневе, вот что.

Девушка только развеселилась сильнее.

От нашей шутейной перепалки меня отвлек Цезарь.

– Веселитесь, молодежь, – хмыкнул он, подойдя к нам.

– Ага, – кивнул я. – Не плакать же.

– Это точно – плакать не нужно. Не отвлекаю?

– Нет, Цезарь, ничуть. Что-то хотел?

– Хотел. Вить, меня Сан Палыч заслал к тебе за строительным големом. Твои боевые себя отлично показывают, практически в отрядах, когда их берут в рейд, потерь нет. А теперь ему хочется хотя бы одного голема с ковшом, а лучше два. Как, сделаешь?

– Хм.

– Железа мы привезли целый КамАЗ. Там около десяти тонн арматуры, листового, труб – профильных и обычных. Стальной трос – тонкий и толстый, новенький, в смазке, прямо со склада. Есть много нержавейки, это лично для тебя, тебе же нравится самураев из нее делать. Еще мы золота и ювелирки разной с собой взяли. Если хочешь, то тебе отдадим, или сами скатаемся в город к аборигенам и купим целебных зелий, чтобы ты быстрее восстанавливался.

– С железом вы очень удачно приехали, – обрадовался я. – Двух не обещаю, но одного сделаю и большого, крупнее, чем у меня. Только недельку подождать нужно, пока я крови своей наберу для этого. А за зельями у меня есть кому скататься, так что гони сюда золотишко.

Когда я ознакомился с ассортиментом в грузовике, то почувствовал, как меня начинает душить жаба. Ну, жалко было столь качественный материал тратить на големов. Палыч расщедрился на металлопрокат высшего качества, не бэу и без повреждений. Одни трубы чего стоят, ведь из них позже можно будет сделать водопровод в замке. Профильные тоже найду куда приложить. Листовое железо было от двух до пяти с половиной миллиметров. Это простое. Нержавейка же была вся двухмиллиметровкой. Да у меня ее с руками оторвут местные мастера-кузнецы, для которых столь прочная и стойкая к коррозии сталь была дороже серебра. Учитывая, что в кузнях у них хватает магии, обработать такой материал им вполне по силам.

«А ведь искатели притащили в основном одно барахло – тряпки да стекло. Металла привезли мало, так как он тяжелый, – пришла в мою голову интересная мысль. – Значит, на нем я могу легко поднять состояние и даже оказаться в плюсе. По этому поводу стоит с Колькиным тестем переговорить или даже войти с ним долю. Уж этот прожженный делец своего не упустит и полезного партнера не станет обманывать, хм, сильно. Нержавейка, тонкие листы простого металла и арматура с полосами – считай, это полуфабрикаты для доспехов и оружия».

Големы, будучи идеальными грузчиками – сильные, не боятся травм и долго не устают, – под моим руководством рассортировали содержимое в кузове КамАЗа. Все то, что я собрался использовать для продажи, утащили с глаз долой в укромное место. Оставшееся разделили на несколько кучек – для строительного голема в поселок земляков, для моих будущих магических бойцов и для нужд строящегося замка.

Пока мои посыльные катались в город за пополнением запаса целебных эликсиров, я набрал три литра своей крови. Впервые воспользовался сундуком для хранения продуктов и не мог на него нарадоваться. Даже холодильник не мог настолько качественно и на долгий срок сохранить кровь, как подарок виконта. Что делал я: сцеживал с себя некоторое количество крови через иглу с силиконовой трубкой, ровно столько, чтобы не потерять сознание; принимал эликсир и ждал, когда он восстановит мое здоровье; и вновь сцеживал кровь. Зелья и амулет для здоровья заменили услуги Романа. А сундук с чарами сохранности позволял накапливать кровь в большом количестве без боязни, что она испортится. С этим же сундуком мои дружинники уезжали на охоту за кровью монстров Пустого королевства. На время их отсутствия содержимое сундука перемещалось в холодильник.

Пока кровь собиралась, мне и помощникам без дела сидеть не приходилось. Все это время големы и земляне резали металл и придавали ему нужную форму. Когда стану обрабатывать кровью, то энергии из магического состава уйдет меньше на придание нужного вида этим кускам стали, а, значит, голем получится сильнее и крепче.

– Цезарь, а давай ты и своей кровушки сцедишь с литр, – предложил я земляку. – Вдруг это скажется на контроле голема в лучшую сторону.

– Хм, – задумался тот и потом решительно кивнул: – А давай. Поможешь?

– Конечно. Уж кто-кто, а здесь лучше меня прокалывать вену не умеет никто, – хохотнул я в ответ.

Голем для земного поселка получился лучше всяческих похвал. Он был крупнее самого большого аналогичного создания у меня. Тело состояло из трех фрагментов, на каждом из них имелось по две пары четырехсуставчатых ног. Ковш в передней части был похож на огромную пасть с редкими клыками в ладонь величиной, и он выстреливался големом на двадцать метров вперед на двойном тросе. Или же магическое создание могло его использовать в виде отвала или погрузчика, для чего имелись телескопические с шарнирами передние «лапы», внутри которых, собственно, и проходили тросы. Средний фрагмент ничего не нес, если не считать лап. А вот на третьем, заднем, имелись два огромных «зуба» более метра в длину и толщиной с человеческое бедро. Ими голем мог разрыхлять твердый грунт, чтобы удобнее потом убирать его ковшом. Или же вонзить в землю для дополнительного упора, для устойчивости при подтягивании заполненного грунтом ковша. Весил голем тонн пять, но при такой массе и габаритах передвигался с крейсерской скоростью в полсотни километров в час. Ну, и напоследок – кровь Цезаря сыграла свою роль, так как голем легко отзывался на команды того. А сам мужчина сообщил, что иногда словно бы принимает смутные образы от магического экскаватора.

– Доволен? – поинтересовался я у него, когда передал ему голема.

– Еще как, Вить, еще как. Даже не ожидал такого результата. Жаль, что всего один получился.

– Эй, эй! – возмутился я. – Это уже хамством попахивает. На одного голема ушла половина металла, что вы с собой привезли. А ведь мне была обещана часть его для личных нужд.

– Да я несерьезно сказал, – покладисто улыбнулся тот. – Должен же я погундеть, пожалиться, посетовать на зеленый виноград, как в басне лиса. А если серьезно, то я доволен на сто и один процент. Спасибо, Вить, – он протянул мне ладонь и потом крепко пожал мою. – Даю слово, что постараюсь отправить тебе еще один караван с таким же ассортиментом металла в самое ближайшее время. И подкину из оружия чего-нибудь полезного. Ты еще не научился копировать крупные калибры, кстати?

– Еще нет, – отрицательно покачал я головой. – Нужно искать магов, кому по силам сделать подходящий артефакт. Но здесь таких нет, увы.

– М-да, жаль, конечно. У нас есть тяжелые пулеметы, но почти нет к ним патронов, – с сожалением вздохнул собеседник.

На следующий день, как голем был готов и прошел приемку, земляки попрощались со мной и отправились в обратный путь к себе домой.

Ну, а я остался с любимой девушкой. Она, кстати, с самого первого момента стала недовольно коситься на Лину. То, что она имеет эльфийскую кровь, моя знакомая узнала быстро. И этот факт еще сильнее настроил землянку против аборигенки.

– Тебе эльфы нравятся? – высказала она мне вечером, сменив дневной наряд на майку и шортики, все, разумеется, сексуально-обтягивающее, подчеркивающее все выпуклости и впадинки на ее теле. – Ничего в них нет такого! Вечно вы мужики кидаетесь на экзотику. Дома негритянок и азиаток подавай, здесь эльфиек! Кобели вы.

– С чего такое суждение? – удивился я, не догадываясь еще о подоплеке вопроса.

– Как же, а рабыня твоя? – ехидно спросила она. – Или любовница, да? Ты с ней спал! – последняя фраза была утверждением. И черт ее знает – ткнула пальцем в небо или уже успела навести справки о моей личной жизни. Тут есть любителя потрепать языком обо всем, что было и чего не было.

– Не было такого, – открестился я, чуть не став просить извинения, согласившись с обвинением. Есть моменты, когда девушкам не нужно знать правды, что бы кто там не считал.

– Мне рассказали, – поджала губки она.

– Наврали. Что еще может прийти в голову разным недалеким личностям при виде меня и Лины? – сказал я. – Именно потому, что она рабыня, я и не спал с ней. По факту секс с ней – это насилие. А меня от такого воротит. Хотя в среде местных аристократов это весьма распространено, они берут все, что хочется и на что хватает сил. Женщин в том числе. Возможно, из-за этого и про меня такое говорят, ведь я барон, и с местными гулянки то и дело случаются.

– Вот, значит, чем ты тут занимаешься, барон, – покачала она головой. – Гуляем, веселимся, дворянчиков развлекаем.

– Еще строю замок, воюю с соседями, покупаю рабов, – стал перечислять я, потом с искренней грустью вздохнул, одновременно радуясь, что удалось легко соскочить с опасной темы. – Анют, ты не представляешь, как мне легко и беззаботно жилось до того, как я надел на себя эту чертову баронскую цепь.

– Ты мне свой замок еще не показывал. Когда?..

– А там нечего еще смотреть. Видела стройки на Земле? Вот там примерно все так же, только до стен еще даже не дошли, только подвалы делаются.

После долгих раздумий, совещаний и споров я согласовал с мастерами – местными и земными, проект замка. Предыдущий план был практически полностью изменен. Подвала как такового не будет, вместо него появится что-то вроде бункера или даже самый настоящий бункер с двумя этажами. А вот замок будет возведен поверх него. И все бы ничего, но строительного материала требуется прорва! А еще специальные амулеты, которые закладываются в стены, башни, в основание замка и так далее. Деньги на них есть, специально выделил и отложил, но самих амулетов в городских лавках нашлось слишком мало. Даже тесть моего сквайра не смог помочь. Только пообещал, что привезет из других городов, когда караван вернется. Но это будет нескоро.

– А у меня для тебя есть кое-какой подарок, – подмигнул я девушке. – Тебе должен понравиться. Как пелось в одной попсовой песенке: лучшие друзья девушек – это бриллианты! – С этими словами я протянул Ане небольшую резную коробочку.

Внутри лежали крупные серьги, обсыпанные мелкими сверкающими камешками, которые окружали два больших, с половинку горошины, розовых алмаза. Кроме сережек имелся браслет, свитый из золота и какого-то серебристого сверкающего металла, но не серебра или платины, изображающий венок с мелкими цветочками, которые были украшены драгоценными камнями. И что-то похожее на бусы (на шее была только одна нитка, но вот на груди к ней полумесяцами были прикреплены еще несколько ниток) из жемчужин, имевших чуть-чуть овальную форму и сверкавших едва ли не сильнее, чем мелкие бриллианты, которыми дополнительно были украшены бусы. Этот комплект я обнаружил среди болотных находок. Драгоценностей там хватало, но вот эти вещи были словно созданы друг для друга. Чувствовалось, что они вышли из-под руки одного и того же мастера. От каждого предмета едва-едва тянуло магией, сразу и не почувствуешь, если не присматриваться или мимоходом взять в руки и отложить в сторону. Интуиция моя молчала, опасности в предметах не чувствовал, поэтому и решил подарить.

– Ой! – охнула девушка, когда открыла коробочку, и свет заиграл на тысячах граней. – Какая красота! – Несколько минут она как завороженная смотрела на украшения, а потом бросилась мне шею. – Витя, ты супер-супер-супер!

Одной рукой она обхватила мою шею, во второй бережно держала подарок.

Я же, чтобы удержать ее, обхватил руками за талию.

Почти тут же последовали жаркие поцелуи, уже скоро ее язычок вовсю игрался с моим, а я опустил ладони на ее попу, по которой – чего уж тут скрывать – очень соскучился. Да и по прочим девичьим прелестям тоже.

Разгорячившись сама и разгорячив меня, Аня неожиданно отпрянула, чуть не заставив меня застонать от досады.

– Хочу надеть, – пояснила она.

В комнате имелось большое зеркало, высотой с рослого мужчину и шириной в метр, в овальной оправе из древесины драгоценной породы. Вся оправа украшена изумительной резьбой, которая являлась произведением искусства. Когда-то я хотел поднести эту вещь в дар кому-нибудь из местных влиятельных аристократов, но пока не нашел такого человека. Ну, не Ла Дагру же, этому пьянчужке, дарить эксклюзивную вещь? Не тянет он на такой подарок, даже в силу своего титула. А зеркало реально уникально. Больше такого нет, оно единственное на весь анклав землян. Возможно, где-то в глубине города или в каком-нибудь коттедже богатого предпринимателя есть похожее или даже роскошнее, но до него еще добраться нужно.

К слову, этот образчик изумительного искусства команда трофейщиков вытащила из загородного коттеджа, стоящего неподалеку от реки, за которой раскинулся зачумленный мегаполис. Пусть даже недавняя орава искателей – настоящих и примазавшихся, притащила множество зеркал, в том числе и большого размера, все равно создать аналогичную по красоте и сложности оправу местным мастерам не под силу без станка ЧПУ. Может быть, и магия в этом деле спасует. Тем более, даже на взгляд профессионала было видно, что стекло на зеркало пошло не ширпотребовское, а высочайшего качества. Оправа была оборудована ножками и подсвечниками с латунными или медными гильзами и чашками для сбора воска. Металл был покрыт мелким рельефом и обработан в тон древесине, так что совсем не выбивался из стиля. Укреплять вещь по своему способу я не стал. Ведь если зеркало пойдет в дар, то новый владелец решит сам наложить на него чары, которые обязательно вступят в конфликт с моими. Лучше всего – это укрепить тару, в которой будет перевозиться зеркало. И закрепить оное внутри намертво, чтобы не гуляло и не билось даже при жесткой транспортировке.

Пока я раздумывал над судьбой зеркала, вспоминал ее историю и прочее, Аня успела надеть украшения на себя, покрутиться перед отражением и только после этого услышать вердикт от меня:

– Вить, ты только посмотри!

Я обратил внимание на девушку и замер, восхищенный открывшейся картиной.

– Анюта, да ты в них как богиня красоты! Первый раз вижу, чтобы простые побрякушки так меняли девушку! – ответил я, когда вернулся дар речи.

Девушка и так была красавицей (модель как-никак), а после того, как надела украшения, стала еще прекраснее. Кожа выглядела, как у ребенка, казалась бархатистой, изумительно гладкой, волосы приобрели блеск, исчезли все морщинки, которых и так почти не было (почти, так как в тяжелых условиях даже самые молодые и крепкие теряют часть своей красоты), грудь немного увеличилась, стала выше и приобрела правильную форму полушарий с вздернутыми вверх сосочками, которые сейчас натягивали ткань блузки, сообщая о немаленьком возбуждении своей хозяйки. Осанка стала, да и весь облик тоже, как у королевы. Даже ножки не обошли изменения – смотрелись стройнее, изящнее, формы икр и бедер были изумительные – ни отнять, ни добавить. Любая фитоняшка душу бы продала за фигуру моей девушки. Можно сравнить с тем, как будто бы над ней поработала команда элитных высококлассных визажистов, которые не только скрыли недостатки и подчеркнули достоинства, но и сделали так, что никакой косметики не видно и красота кажется натуральной, природной. Не очень удачный пример, наверное, привел. Но мне в голову пришел только такой, когда смотрел на преобразившуюся Анюту.

– Это от украшений, да? Ты специально мне их подарил?

И тут я ступил на тонкий лед. Стоит ей сейчас подумать, что этот подарок я вручил из-за того, что считаю ее дурнушкой, то в отношениях у нас появится огромная трещина, которая однажды может зарасти, а может и превратиться в пропасть. Поэтому я приблизился к ней и обнял, крепко прижав к себе:

– Анька, вот не поверишь, но я совсем не знал об их свойствах. Выбрал их, так как показалось, что они очень хорошо подойдут для тебя.

– А эльфийке своей что подарил? – девушка подняла свою прелестную головку, уткнувшись мне в грудь подбородком, и посмотрела в глаза.

М-да, вот, значит, куда ушла ее мысль. Ну, лучше уж пусть об этом думает, ревнует, чем анализирует якобы мои невысказанные желания и мысли.

– Ничего.

– А хотел?

– Да, – кивнул я. – Сережки. По ощущениям, когда берешь их в руки, в них чуть-чуть есть магии, едва ощущается она, правда. Чем-то похожа на то, что исходит от твоих украшений.

– И все? – кажется, удивилась она.

– А что еще? – пожал я плечами, отчего голова Ани, лежавшая на моей груди, качнулась.

– Ну-у, – протянула она, – колечко какое-нибудь или цепочку.

– Она рабыня, Ань, – вздохнул я. – И этот статус с ней будет до конца жизни, если, конечно, не захочет ради мнимой свободы превратиться в калеку. Всякие кольца, браслеты и ожерелья, скорее всего, будут ей напоминанием об этом.

– Что-то совсем не видно, чтобы она чувствовала себя рабыней, – поджала девушка губки.

– А ты себе рабов как представляешь? – ехидно улыбнулся я. – На стройке в обносках под кнутом надсмотрщика? Или в цепях на помосте на базаре?

– Другие какими-то забитыми выглядят, а эта ну прямо королевой себя здесь чувствует. Аж бесит такое поведение, – призналась она.

– Скажи, что ты просто ревнуешь, – улыбнулся я и потянулся своими губами к рубиновым губкам девушки. Следующие несколько минут мы наслаждались поцелуями, а потом переместились в постель, где перешли к куда более откровенным ласкам. Там же и заснули, насытившись друг другом.

А утром Аня выбрала из болотных находок крупную брошь и заколку для волос, из золота и того странного серебристого металла, дополнительно украшенных мелкими драгоценными камнями. Ощущения от прикосновения к ним я испытывал точно такие же, как от украшений, что вручил вчера своей подружке. Сначала я подумал, что она взяла их для себя, но ошибся.

– Вот, подари их своей эльфийке, – сказала девушка. – Вместе с сережками. И узнай, пожалуйста, заодно, что это за вещи такие. Вдруг она в курсе?

– Хорошо, – кивнул я.

– Хорошо бы, если их купить можно. Вот девочки обрадуются, – добавила она.

Угу, вот оно что. Не столько забота о Лине, сколько подкуп или плата за информацию. Впрочем, мне не сложно подарить и расспросить. Дорого? Так ведь, по сути, для себя стараюсь, ведь какой мужчина откажется наблюдать рядом с собой восхитительную и сексапильную красотку, и пусть даже все отношения сведены только к деловым. Продать подарки Лина не сможет – рабская магия не позволит так хозяйским добром распорядиться. А убрать глубоко в сундук, хм… я искоса посмотрел на Аню, на которой красовался полный комплект вчерашних драгоценных подарков… нет, не уберет, ни одна нормальная женщина никогда не откажется от возможности улучшить свою внешность. А Лина обычная женщина, пусть чуть стервозная, гордая, не сломленная рабством.

Найти Лину удалось не сразу. Вроде бы можно вызвать ее к себе по связи господин-маг, но ни мне, ни ей ощущения при этом не нравились. Не то чтобы больно или неприятно, просто – сильно непривычно, чуждо, оттого и отвращение. А Лине еще неприятнее, когда на ее волю накладывается приказ все бросить и торопиться ко мне. Словно я перехватываю удаленно контроль над ее телом. Магия не всегда срабатывает так, как хотелось бы в этой сфере. Просто вопрос «Ты где, мне нужно поговорить/передать?» формируется в приказ рабу «немедленно следовать к господину, бегом!». Вот потому и не пользуюсь. Даже забываю порой вообще о такой возможности. Я и сейчас-то вспомнил только из-за того, что Анька со своим «рабыня» вытащила из подсознания нюансы владения личными рабами со сложными чарами подчинения.

Пусть самым простым способом я не стал пользоваться, зато рядом крутилась пара мальчишек. Вот их я и отправил на поиски девушки.

Появилась она только через час с лишним.

– Звал? Что-то случилось?

И вот как после этого ей вручить подарки? Она же так смотрит на меня, будто наши статусы прямо противоположны. Не, я немного утрирую, но ее облик очень близок к описанному мной.

– А где пропадала?

– Была в ближней деревне, со старостой договаривалась о провизии и рабочих руках для стройки, – ответила та. – Так что произошло? У меня еще слишком много дел, господин.

Вот не может она в беседе со мной не съязвить. И ведь наловчилась обходить магию, которая должна была наказать ее за желание нагрубить или оскорбить хозяина. Слова-то обычные, но вот тон их…

– Хотел тебе вручить награду за службу, вот и все. И задать пару вопросов.

Кажется, я сумел удивить собеседницу.

– Награду? – искренне удивилась она.

– Да, – я протянул ей коробочку с подобранными подарками, к ним приложил заколку, так как она чуть-чуть не уместилась. – Вот, прошу принять в благодарность за помощь, которую ты мне оказываешь.

Та медленно приняла подарки, открыла коробочку и уставилась на серьги с брошью. Взяла последнюю кончиками пальцев, поднесла поближе к глазам, словно те стали подводить ее, и тут они так широко распахнулись, что сделали Лину похожей на анимешных красоток.

– Не может быть! – воскликнула она и в полном шоке уставилась на меня. – Я не могу взять… а-а-рх…

– Прощаю! – торопливо произнес я, снимая наказание, которое девушка навлекла на себя своим отказом выполнить мое указание. Получается, она в самом деле не хотела брать эти вещи от меня. Интересно, почему – из-за цены последних или негативных последствий от ношения их? Черт, нужно немедленно это прояснить, не хватало еще, чтобы побрякушки навредили Ане.

– Спасибо, – кивнула она. Болезненного приступа ей хватило, чтобы быстро прийти в себя.

– Почему не хочешь носить их? – задал я вопрос. – Что с ними не так? Проклятые? Опасные? Ни в коем случае нельзя надевать?

– Совсем наоборот. Очень даже можно и нужно.

– Тогда почему ты против? – удивился я, в принципе, уже зная ответ. Но даже так собеседница сумела меня огорошить.

– Это очень дорогие украшения.

– Да и плевать, – хмыкнул я. – Не дороже денег. У меня их хватает. Еще и земляки принесли побрякушек и золота из нашего города.

– Ты не понимаешь, – вздохнула она. – ОЧЕНЬ ДОРОГИЕ! За такую сережку, – она осторожно коснулась пальцем, все так же удерживая брошь, серьги в коробочке, – можно купить баронство вроде того, которое ты отбил у жрецов и отдал своему вассалу.

– Это…

– А за две сережки можно купить хорошее, богатое виконтство. За этот комплект – просить герцогство у короля.

– А-а-ахринеть, – только и выдавил я из себя.

– Еще не передумал дарить?

Я отрицательно помотал головой.

– Спасибо, – улыбнулась она, потом протянула мне коробочку и заколку. – Подержи… те, господин.

– Ох, и язва же ты, – вздохнул я, принимая у нее вещи.

Оскорбленным или тряпкой (какой-нибудь школьник из клана анимешников обязательно назвал бы ОЯШем или тряпкой-куном) я себя не ощущал, принимая без ответа такие словесные выпады. Женщинам вообще многое простительно, они слишком эмоциональные и на язык несдержанные, он у них работает подчас быстрее мозга. Да и нужно понимать, когда тебя в самом деле оскорбляют, а когда это ближе к игре в самоуспокоение. Ведь у Лины, по сути, с ее статусом остается для поддержания настроения вот такая игра в слова-интонация. Она потому и взяла на свои плечи работу управляющей баронства, потому что это позволяет ей хоть на время забыть о рабской магии, вплетенной намертво в ее ауру. Почувствовать себя свободной, вольной давать распоряжения, а не выполнять их самой.

Девушка ловко надела серьги, которые были хоть и большими, но не… э-э, не висюльками, так сказать. Центром являлась очень красивая жемчужина, похожая на те, что были в ожерелье Ани. В тело жемчужины, как ножка у вишенки, входила золотая тонкая, но очень прочная игла, на которой крепились семь изогнутых узких лепестков из серебристого металла, усеянных мелкими бриллиантами. Когда Лина закрепила первую сережку, то та выглядела, словно тонкие паучки лапки тянутся к жемчужине в центре мочки с обратной стороны уха, снизу. Смотрелось это очень красиво, вот только распущенные волосы к такому украшению точно не подойдут, всю красоту закрывают. Правда, Лине было все равно – она как раз таки прикрыла мой подарок от посторонних глаз. Только брошь оставила на виду, прикрепив ту к платью. Заколка почти полностью скрылась в прическе, лишь самый кончик, увенчанный цветком из драгоценных камней, торчал.

А еще она изменилась точно так же, как Аня вчера. И грудь (вот уж точно – как волка ни корми, а он все равно в лес смотрит) стала выглядеть больше, чем у моей подружки после воздействия магических украшений.

«Четвертый или больше?» – мелькнула у меня мысль. И оторвать взгляд от двух полушарий, эффектно натянувших платье и смотрящихся в декольте, я смог только через несколько секунд.

– Видишь, что они делают?

– Да. Магия иллюзий?

– И она тоже. А еще целительская магия, ментальная и десятки сложнейших чар из других разделов. Каждое украшение – это искуснейший артефакт. Тем более, эти драгоценности выглядят старинными, из того времени, когда были мастера, кто обогнали свое время. До сих пор превзойти их не смог никто, хотя похожие украшения можно купить в крупных ювелирных лавках в столицах королевств и герцогств, – сообщила она мне. – А еще, если долго носить эти украшения, то тело меняется и все изменения, которые создаются ментальными и иллюзионными заклинаниями, становятся реальными.

– То есть у тебя появится такая же грудь однажды, как вот эта ненастоящая красивая, если будешь носить сережки с брошью постоянно?

Та сжала губы в ниточку, взгляд похолодел.

– Какой же вы… настоящий мужчина, – произнесла она, потом подтвердила мою догадку. – Да, через несколько месяцев постоянного ношения эти изменения через ауру закрепятся в теле. Это произойдет незаметно и безболезненно.

– И откуда ты все это знаешь? – удивился я.

– Позвольте не отвечать на этот вопрос? – попросила она.

– Как хочешь, позволяю то есть. Однако какие хорошие сережки, себе, что ли, подыскать похожие побрякушки. Кстати, а при чем тут ментальная магия? – я вопросительно посмотрел на собеседницу. – Эта иллюзия проецируется только у меня в голове?

– Не только. Есть и иллюзия, есть и легкое ментальное воздействие, но практически неуловимое. Те, кто носит амулеты от ментального нападения, и которых волшебная вещь защитит от действия артефактов-украшений, даже не заметят разницы.

– Так что делают ментальные чары? – решил я окончательно прояснить вопрос и, не понимая, почему она не отвечает ясно.

– Большая часть работы ментальных чар связана с желаниями носителя артефакта.

– Хм. Хм… – я медленно провел взглядом от кончика заколки до шикарной иллюзорной груди и расплылся в широкой улыбке. – Вытаскивает желание владельца и реализует в виде иллюзии, значит. Например, мечту о большой груди.

Девушка передо мной стала краснеть, потом побледнела, на скулах заиграли желваки, на смену бледности опять пришло покраснение, а затем лицо Лины покрылось пятнами.

– Господин, позвольте мне вернуться к работе, – нейтральным, совсем без эмоций тоном произнесла она.

– Я ведь слышал от тебя слова про коровье вымя у женщин однажды, мол, что красота не в размере, – продолжал потешаться я. – Или как там правильно фраза звучала?

– Господин, – в голосе собеседницы проклюнулись ростки едва слышимой мольбы.

Я еще раз как следует показательно «помацал» взглядом ее новую грудь.

– Гы-гы, – глумливо засмеялся я, потом кивнул. – Хорошо, Лина, ступай. Если не понравился подарок, то можешь не носить его.

Наверное, немного зло поступил с ней, но удержаться от этой шутки не мог. Решил ответить девушке ее же оружием. Если увижу ее без украшений, то пойму, что задел ее очень сильно, посмеявшись над потаенной мечтой. Ну, а продолжит носить их, то стоит ожидать более концентрированной язвительности вплоть до завуалированных насмешек в свой адрес.

И с расспросами о природе украшений все вышло удачно. Теперь, когда она увидит подобные артефакты на Ане, то подумает, что я украсил подружку после нашего, только что состоявшегося разговора.

– Ладно, пора идти и радовать Аню, – негромко сказал я сам себе. – Думаю, новость о возможностях болотной бижутерии ей очень понравится.

Глава 4

Идею создания пса-голема я не забыл. И как только появилось свободное время и восстановились силы от частого кровопускания, я занялся этим проектом. В магическом кровавом активаторе смешались три ингредиента: моя кровь, как основная часть, кровь убитой твари из Пустого королевства, за которой пришлось ехать в Лес, и кровь из крупной бойцовой собаки, которая в этом мире используется для охраны рабов и гладиаторских игр. Размером псина была с молодого теленка, высотой примерно метр и десять сантиметров в холке, а весила около девяносто килограммов. Самое важное – эта порода отличалась отличным обонянием и была очень умная, потому и использовалась в рабском, кхм, бизнесе. И я очень надеюсь, что эти таланты перейдут к моему магическому созданию.

Тратить металл на эксперимент было откровенно жаль, это же около центнера выйдет, может и больше. И потому взял камни, которых благодаря стройке у меня имелся огромный выбор. Собранную горку камней я полил кровавым раствором, представляя примерный облик будущего голема. Красная жидкость буквально за пару секунд впиталась в материал, как вода в сухую губку. Несколько секунд после этого ничего не происходило, но вот камни зашевелились. Это выглядело со стороны так, что под ними кто-то ворочается. Некоторые из них стали лопаться, с других осыпаться песок. И вдруг разом все они взметнулись вверх.

– Вот ты, собака, напугал, – отпрянул я машинально назад от последнего эффекта. Взлетели, оказывается, не камни, это встал на лапы голем. Несколько секунд он стоял неподвижно, а потом, как после купания по-собачьи встряхнулся, только полетели не водяные брызги, а мельчайшая пыль. Стоило ему очиститься, как вид его преобразился. До этого это было похожее на фигуру крупного хищного животного с чертами волка, дога и местной породы собак. Серую статую, так будет точнее. Но едва пыль слетела, как у меня в голове пронеслась мысль: «кровавая гончая». Камни, из которых был создан голем, приобрели розоватый оттенок, а трещины между ними, там, где соединялись части тела, были ярко-алыми и точно таким же цветом светились глаза существа. Почти что адская гончая из известной компьютерной игры, которая там была создана из раскаленных камней и вулканической лавы.

Голем был длинноног с широкими, немного вытянутыми вперед лапами, вооруженными мощными когтями. Длинный тонкий хвост состоял из осколков камней с множеством острых граней и служил голему таким же оружием, как пасть и когтистые лапы. Зубы все были ромбовидными, с остроконечными острейшими краями. Размер пасти был таков, что создание было способно легко перекусить пополам ногу крупному мужчине ниже колена.

Голем, едва предстал передо мной, тут же стал ластиться ко мне, как настоящая собака. Вот только его попытка потереться о мои ноги своим твердым боком чуть не уронила меня на землю.

– Тихо, тихо, – остановил я его щенячьи радости, – с ног же собьешь, – потом потрепал его ладонью по каменной голове и задумался над именем. – Цербером будешь, вполне похож, хоть и не о трех головах.

Не удержавшись, я завел «уазик», приказал Церберу бежать следом и рванул в поля. Нужно же проверить способности нового создания. Под влиянием чувства хорошо сделанного дела я совсем позабыл о безопасности, покинув поселок только с новым големом. К счастью, все обошлось. Когда спохватился, что забрался слишком далеко в глухие места, то решил тут же возвращаться.

«Зараза, из-за этого сейчас Шацкий начнет капать на мозг, – мысленно скривился я. – И прочие дружинники-телохранители станут косо смотреть, так как он им устроит выволочку, что не усмотрели за мной».

Но когда вернулся домой, то услышал совсем другое.

– Там к тебе гонец с охраной от Реджинальда прибыл, – сообщил мне Шацкий. – С каким-то важным письмом лично в руки. Сидят в столовой. О содержимом послания даже не догадываюсь – этот молчит, как партизан на допросе.

– Через двадцать минут подводи к моему дому, там встречу, – сказал я.

Заскочил в дом, умылся, быстро переоделся, накинул баронскую цепь и сунул печать в карман и сказал по рации:

– Готово. Веди.

Точно так же по рации товарищ сообщил, что гонец стоит перед дверью. Выждав пару минут (барон я или кто), я вышел на улицу. Там сразу же заметил трех незнакомых воинов в кольчугах и остроконечных шлемах. Все молоды, наверное, потому и выбраны в гонцы – за прыть. Воины в возрасте вряд ли станут торопиться, даже по приказу, если не война идет. Разве что из чувства долга, но таких верных и исполнительных псов стараются держать поближе к себе или отправляют лишь с очень важными посланиями.

– Господин барон, – все трое вежливо поклонились.

Я ответил кивком, потом поинтересовался:

– Где письмо?

– Вот, – один из них расстегнул кожаный тубус, висевший у него на груди, вытащил из него свиток толщиной с большой палец и длиной не более пятнадцати сантиметров (ну чисто сигара, только не черная и без скругленных концов), перевязанный шнурком с яркой сургучной печатью величиной с десятирублевую монету, и вручил его мне. – Господин виконт просил дать ответ, ваша милость.

Видимо, он и был гонцом, а прочие – это охранники. На этот раз, как посмотрю, Реджинальд перестраховался и решил защитить своего человека от опасности столкновения с разбойничьей бандой.

– Хорошо.

С письмом я вернулся в дом, где тут же сорвал печать и сдернул шнурок, после чего углубился в чтение. Если выбросить всю витиеватость, то суть послания в приглашении меня на некий бал, который открывает вскоре герцог Десткар. Аристократ королевских кровей, влиятелен и богат. Раз в год приглашает к себе любого дворянина и видного человека, даже если тот обделен титулом. Например, купцов или ученых, знаменитых искателей, музыкантов, путешественников, что оставили заметные следы своими деяниями. Виконт каждый раз посещает это мероприятие с друзьями и сейчас приглашает составить ему компанию. Ехать придется достаточно далеко, в столицу герцогства – Тсаб. Жаль, что про сам город собутыльник ничего не рассказал, а я про него ничего не знаю.

– Ехать или нет? – вслух произнес я. – И неохота, и полезно выйти в местный свет. Если сидеть в своем медвежьем углу, то ничего в моей жизни не изменится. С другой стороны, в крупном городе должны найтись покупатели на мои товары, а у продавцов нужные мне вещи. Значит, еду.

О чем и сообщил гонцу. Писать не стал, попросив передать на словах ответ. Думаю, собутыльник не обидится, авось, спишет за блажь иного.

Я собрался взять практически всех из ближнего окружения, включая Николая с его женой. Но тут же нарвался на кучу отказов. Шацкий со своим гаремом ехать никуда не хотел, Аня почему-то испугалась показаться среди сотен родовитых и не очень дворян и совсем уж не дворян. Причину объяснять не стала. А ведь модель, к окружающему вниманию должна быть привычна, к десяткам оценивающих взглядов чужих людей, завистников и недоброжелателей. Или ее пугает непонятный статус, то ли жена, то ли любовница и оттого стыдно?

«Тогда бы сказала и все, – покачал я про себя головой. – Все-таки до чего же женщины странные и нелогичные».

Колька сначала тоже отказался, когда я сообщил ему по радиосвязи предложение скататься в гости в центр одного из местных государств. Но на следующее утро связался и сказал, что так и быть составит мне компанию. И я сразу догадался, что это за маневры – жена заставила. Ерана даром что с каплей орочьей крови в крови, своего никогда не упустит, и купеческой крови куда больше, чем у степных воинов. И тут вдруг такой шанс – герцогский бал.

Также со мной ехали пятнадцать дружинников: восемь нетерисов и семь землян. У вторых кроме обычного местного оружия и боевых амулетов еще и огнестрельное имеется. Десять големов: пять самураев, из них двое лучников, трое чаппидов, которых я взял за проворство, один многолапый копатель (на всякий случай) и Арахн. Колька взял четырех наемников, которые составляли его свиту.

Ехать мне предстояло в фургоне, который тащили тяжеловозы из его феода. Еще два фургона везли товары, которые я надеюсь продать в герцогстве. Правда, грызли подозрения, что Ла Дагр и его компания точно так же поступят и потащат с собой кучу земных вещей – от автомобильного зеркала и пустой пивной бутылки до тканей и металлолома.

Пока я умащивал свой зад на мягком сиденье в фургоне, оборудованном рессорами, мой сквайр уже сидел в жестком конском седле. К своему основному скакуну дополнительно имел двух перекладных. За то время, что мы не виделись, он уже не казался собакой на заборе, забираясь на лошадь, видать, женушка как следует за него взялась. Интересно, он в такие моменты меня вспоминает или уже позабыл, кто свел его с Ераной? С другой стороны, в семейной жизни ему скучно не бывает. А если вспомнить Землю, то сколько же хороших пар распалось под влиянием серой бытовухи! Однообразие, как плесень – портит даже самое лучшее.

Дорога до столицы виконтства Ла Дагр прошла спокойно. Это мои мысли, по мнению же нетерисов и Ераны – крайне скучно. То есть ни с кем не подрались, никто не напал.

Когда я въехал в город и направился к дворцу Реджинальда, то опасался, что тот пожелает устроить очередное застолье и на пару дней задержит отъезд. Каково же было мое удивление, когда в путь мы выдвинулись этим же днем.

– Друг мой Виктор, как я рад тебя видеть! – виконт облапил меня и принялся лупить по спине.

– Приветствую, Реджинальд, – я ответил ему тем же и тут же задал вопрос о самом важном для меня: – Когда отправляемся?

– Сегодня! – заявил тот. – У меня уже почти все готово.

– Ого! – искренне удивился я и внутренне порадовался такому повороту.

– Нужно торопиться успеть занять места для обоза на постоялом дворе и комнаты в городской гостинице, – пояснил он. – Может быть, даже повезет заселиться до повышения цен. Или ты хотел задержаться, посмотреть на мой двор, дворец, побывать на охоте?

Ага, понятно. Дельцы, акулы от бизнеса, не могут пропустить такое мероприятие, как крупный бал правителя, на который стекаются гости отовсюду, даже, так сказать, из-за границы. И, разумеется, цены должны взлететь до небес.

– Я получил бы от этого огромное удовольствие, но лучше это сделать в другой раз, Реджинальд. Сперва дела, – ответил я.

– На обратном пути оставлю тебя погостить у себя, – широко улыбнулся тот и хлопнул меня по плечу. – Сейчас прикажу управляющему, чтобы он начал готовиться к веселью. Эх, клянусь всеми богами, что ты его запомнишь на всю жизнь!

А я почувствовал, как волосы встают дыбом везде, где они есть. В понимании виконта такая память должна сопровождаться декалитрами спиртных напитков.

Реджинальд выехал верхом, но в обозе для него была приготовлена роскошная карета. Сам же обоз впечатлял: восемь фургонов и одиннадцать телег, полсотни слуг. С собой взял мага и двадцать пять дружинников в качестве боевого отряда.

– Там купцов будет столько, сколько не на всякой ярмарке увидишь. Мои товары, которые я набрал в городе иных в Пустом королевстве, они с руками оторвут. А ты что так мало с собой повозок взял?

– Там самое ценное и малогабаритное, эм-м, небольшое, – пояснил я.

На следующий день к нам присоединился небольшой отряд, состоящий из свит двух баронов, которые также следовали в Тсаб на бал. И чем ближе мы подъезжали к герцогству, тем все больше и больше видели отрядов подобных нашему. А перед въездом в город и вовсе едва не дошло до кровопускания, когда Реджинальд не захотел пропустить свиту какого-то виконта из далекого графства. Только вмешательство стражи помешало пролиться крови. Сержант гвардии герцога Десткара предупредил, что за использовании силы – оружия и магии – на территории города будет наложен огромный штраф и виновники выпровожены вон. Исключение делается лишь для дуэлей, но и они не могут проводиться на, так сказать, ровном месте, прописаны правила, неисполнение которых в Тсабе настоятельно рекомендуется не нарушать. Наказание за дуэль, которая по факту превратилась в обычную уличную поножовщину, для всех участников весьма сурово.

Обозы мы уже успели оставить на постоялом дворе под городскими стенами, заняв его полностью и опередив буквально на полчаса других. Мы уже отъезжали от него, направившись к городским воротам, когда туда подкатила вереница повозок и несколько десятков всадников.

«Ха, – ухмыльнулся я, – опоздали господа-товарищи. Как говорится: кто первым встал, того и тапки».

А вот с комнатами нам не так повезло. Пришлось полтора часа объезжать адреса, пока виконт не нашел просторный дом, хозяин которого сдавал его на время бала. Большая конюшня и имеющийся сад, хоть и крохотных, размером не больше полутора соток, подкупили моего спутника, и он решил остаться вместе с баронами. Звал и меня, утверждая, что комнат хватит на всех, а слуги с дружинниками потеснятся вместе в полуподвале и на конюшне. Я едва сумел отказаться, придумав тысячу и одну причину, почему не могу остановиться в этом доме.

Впрочем, зная, что нужно искать и уже не зацикливаясь на гостиницах, дело с поиском жилья у меня пошло быстрее.

Отыскав взглядом ватагу городской ребятни из тех, что поприличнее (эдакий средний класс – не бесполезные попрошайки, готовые обмануть, но и не детки из обеспеченных семейств), я поманил их к себе.

– Господин, – уважительно произнес самый старший из них, возрастом девять-десять лет, поклонился и вопросительно посмотрел.

– Нужен небольшой дом для меня и моих людей на время бала.

– Далеко от дворца или поближе? – уточнил он, чем меня несколько удивил таким серьезным подходом к делу.

– Поближе, конечно, но не под самыми стенами. Тихий, спокойный домик, где смогу жить только я со свитой.

– Будет стоить дорого. Таких два дома, от обоих даже ногами топать не больше четырех сотен шагов. В одном имеется конюшня, – сказал он. – Проведу за монету каждому из нашего отряда.

– Название у отряда-то есть? – усмехнулся я.

– Кречеты Тсаба! – важно сказал он.

– Громкое название, смотрите – оправдайте его, – произнес я, потом сунул руку в кошель и достал несколько мелких серебряных монет. – Держи, по остальному рассчитаемся на месте.

Но тот руку за деньгами не торопился тянуть.

– Господин, простите, но это серебро, а мы берем по пыльку за небольшие услуги, – ответил он. Судя по алчным огонькам в глазах, ему пришлось побороться с самим собой, чтобы отказаться от серебра в пользу меди.

– Ты не уточнил, что нужны медные монеты. Поэтому я решил сам определиться с металлом. Бери.

– Благодарю, господин, – пацан тут же сграбастал деньги и сунул парочку монет себе за щеку, а прочие передал соседу. – Я профошу, фас. Пфошу за мной.

Дом мне понравился больше того, чем выбрал себе Ла Дагр, пусть здесь и не было сада, и комнат раз-два и обчелся, но ощущения от присутствия в нем были приятными, почти домашними. До дворца отсюда было рукой подать, даже виднелись башенки и шпили дворца герцога, который был самой высокой постройкой на ближайших улицах. Владельца дома на месте не было, но имелся его управляющий, который общался с нами. Из минусов – цена. За каждого дворянина в день требовалось заплатить по малой золотой монете, за слугу, наложницу или жену – большую серебряную. За лошадь или иное животное, например, собаку или комнатного зверька, птицу нужно было выложить по мелкой серебряной монете, такая же плата была и за големов. Вот только магических воинов более одного на человека не полагалось. За порчу имущества налагался крупный штраф, и отвертеться от него не выйдет, так как стража тут же повяжет. Тем более что вблизи дворца служителей правопорядка было преизрядное количество и все они (ну, или большинство) служили на совесть, так что откупиться малой мздой – дав им взятку и удрав – не выйдет.

В дом заселился я, Николай с Ераной, два дружинника-нетериса, которых я планировал использовать больше в роли гонцов, слуга (не мой, его взяла с собой Ерана) и три голема – големопес и мечник самурай. Остальных солдат – магических и живых, я отправил на постоялый двор в обоз, чтобы сэкономить на жилье.

До бала оставалось аж восемь дней, а город был уже переполнен до отказа. Наверное, на Земле можно похожее увидеть в летнее время в небольших городках рядом с живописными местами, особенно у больших рек, таких как Ока, Волга. Слышал на работе от клиентов автостоянки, что небольшой поселковый район рядом с Окой с середины июня до середины августа увеличивает свое население с тридцати тысяч жителей до ста! В основном там были эдакими мигрантами москвичи, имеющие в поселке и рядом с ним жилье, те же дачные коттеджи. Тот, кто мне рассказывал, служил в полиции и с тоской вспоминал этот кошмар. Многократное увеличение населения при обычном штате райотдела, по его словам – это ад! А уж про москвичей доброго слова я от него не услышал (хвалил лишь молодых москвичек, отрывающихся по полной вдали от родных). По его словам, летом каждый третий конфликт связан именно с их поведением. Ну, не могут «столичники» не выразить презрение в адрес провинциалов, «замкадышей», отсюда и вечные свары. Учитывая, что собеседник сам был «замкадышным», да еще постоянно разбирал чужие проблемы, то про москвичей он ни разу не сказал хорошего. Впрочем, что-то мысли уже ушли не туда. В общем, Тсаб был переполнен, а народ все продолжал и продолжал ехать. Только ночью можно было отдохнуть от криков, конского ржания, шипения и рычания химер, звона подков и угроз «отрезать пятки по самую шею каналье!» и прочего раздражающего шума.

Я по наивности рассчитывал свободное время провести с пользой, конкретно – пройтись по лавкам, на базар зайти, попытаться завести связи и прояснить цены. Особенно интересовали магические вещи и знакомства с магами-артефакторами. Да только куда там при таком вавилонском столпотворении. Дважды чуть дело не дошло до дуэлей. Повезло, что меня приняли за сильного мага по моей ауре и сопровождению в виде големов. И повезло, что в обоих случаях у чванливого дворянчика нашелся в свите маг, который и смог разобрать, что я Одаренный и могу приголубить не только мечом, но и магией. После второго происшествия я плюнул и заперся в комнате.

Но отдохнуть или заскучать мне не дали. На третий день моей жизни в городе в ворота снимаемого дома постучался посыльный из дворца с приглашением для меня к герцогу для дружеской беседы.

– И когда ж мы успели подружиться-то, – покачал я головой, ознакомившись с содержимым опечатанного письма. – М-да, дела-то какие разворачиваются. Интересно, что ему от меня надо?

Посоветовавшись с Ераной, которая была более подкована в подобных визитах, я решил ничего и никого с собой не брать – ни подарки, ни свиту. К друзьям не ходят с дружинниками и тем более боевыми магическими созданиями. А подарки у меня почти все излишне громоздкие (один из них – то самое зеркало, о котором только недавно думал), чтобы брать их с собой.

Письмо, полученное от тут же умчавшегося гонца, послужило мне пропуском на главных воротах. Дальше меня остановил внутренний патруль гвардейцев, которые проводили до кого-то из герцогской челяди, того, кто имеет больший вес среди прочих слуг.

– Здравствуйте, господин барон, – поклонился он. – Прошу следовать за мной.

На этом перепасовка меня, как переходящего знамени, не закончилась. Слуга отвел меня к другому, который представился помощником управляющего замком.

– Я Ротсаен, помощник управляющего его сиятельства герцога Десткара, – произнес он с чуть уловимым превосходством. Словно говоря: «я буду куда повыше какого-то барона из захолустья, хоть и не имею титула». – Я отведу вас к герцогу, когда он освободится. Сейчас же он занят.

«Вот же гадство, – скривился я про себя. – И стоило приходить, чтобы оказаться в коридоре в ожидании приема? А герцог – козел!»

К чести человека, о котором так нелестно подумал, мое ожидание не затянулось. Через двадцать минут Ротсаен предстал перед моими глазами с сообщением, что меня ждут.

Вскоре я оказался в просторной комнате с высокими потолками, рядом с которыми «сталинки» покраснели бы от стыда, если бы умели. Четыре с половиной или пять метров, никак не меньше. Под стать потолку была и площадь помещения.

«Больше сотни квадратных метров, сто двадцать, наверное», – подумал я, бросив быстрые взгляды по сторонам.

Не меньше, чем размерами, комната поражала роскошью. Мебель, гобелены, статуи, оружие – все это было сработано великолепными мастерами, не жалевшими своих сил и ценных инкрустаций для украшения предметов.

Окна имелись только в одной стене. Но они занимали половину ее. Стекла сюда пошло невероятно много. Наверное, я увидел за время своего путешествия и проживания в Тсабе, меньше этого хрупкого прозрачного материала, чем стекольщики использовали в комнате герцога. Пол был сделан из какого-то блестящего полупрозрачного светло-светло-коричневого камня с зелеными, черными и красными прожилками. Вдоль стен его закрывали шкуры животных, многие из которых были при жизни опасными хищниками, судя по размерам клыков и форме зубов. Увидел я там и шкуру гиены, которая стала самым первым донором для меня, когда я поселился в Казачьем Засаде.

В самую последнюю очередь я увидел хозяина дворца. В первое мгновение у меня мелькнула мысль: «Николай Романов! Вылитый».

Герцог был необычайно похож на последнего российского императора, даже имелась похожая бородка с усами. Разве что растительности у герцога было немногим меньше на лице. Отличался и, так сказать, цветами – был жгучим брюнетом с ярко-зелеными глазами и очень светлой кожей, будто редко бывает на улице или использует что-то от солнца и ветра для защиты кожи.

Владелец замка стоял рядом с гобеленом, где был изображен он сам в полном латном доспехе без шлема с двуручным мечом, который он держал перед собой двумя ладонями за рукоять, направив острие в землю.

– Ваша светлость, – поклонился я и представился: – Барон Виктор Тэрский. Я получил от вас письмо с приглашением на дружескую беседу, – нужное слово я слегка выделил тоном, чтобы посмотреть, как отреагирует собеседник.

Тот в ответ чуть улыбнулся и указал на деревянное резное кресло с мягким сиденьем:

– Присаживайтесь, барон.

Сам он устроился напротив меня в точно таком же кресле. Разделило нас расстояние в пару метров и низкий квадратный столик из темной древесины, но блестевшей так, будто был сделан из стекла. Или это отшлифованный камень, но со структурой, повторяющей текстуру дерева? Хм, вполне может быть, и если не существует такого минерала, то создать его может магия. Наверное, может.

– Перекусить не желаете? – предложил он. – Выпить? Не смотрите так на меня, – вдруг усмехнулся он. – Не стану я вас спаивать и выпытывать секреты или кабалить клятвами и обещаниями, сорванными с хмельного языка. Просто стараюсь быть радушным хозяином.

– От небольшого количества вина не откажусь, ваше сиятельство, – ответил я.

– Я вас угощу «Черной каплей» с выдержкой восемь лет в бочках из мелорна, редчайший напиток. Уверен, что вы такого не пробовали никогда.

– Откуда я бы мог взять такое, если вино настолько редкое, как вы говорите, – хмыкнул я.

Через пять минут в комнату быстро вошли две девушки в длиннополых строгих платьях и смешных чепчиках. У каждой в руках имелась корзинка с крышкой. В одной лежали три невысоких, но пузатых с хитро изогнутым длинным тонким горлышком бутылки. И два бокала. В другой корзинке находилась закуска – кубики сыра, фрукты, тоненькие маленькие ломтики копченого мяса.

– Форма горлышка придумана королевским алхимиком. Помогает сохранить вкус напитка, перелитого из бочки в стекло, и еще является защитой от обмана. Только на королевской винокурне могут отливать такие бутылки, больше нигде. Даже в соседних королевствах не смогли раскрыть секрета.

Одна девушка встала в метре слева от меня, вторая заняла аналогичную позицию рядом с герцогом, сложив руки перед собой так, что напомнили мне телохранителей с Земли.

Перед этим они налили в каждый бокал примерно на четверть очень темного, почти черного густого вина. Не знаю насколько правильно для вина иметь сильный аромат, но от этого сорта по комнате распространился запах лета, по-другому и не сказать. В нем смешался аромат цветов, луговой травы, фруктов, только-только разрезанных, и больше всего пахло виноградом, который нагрелся на солнышке, созрел и был готов лопнуть от легкого прикосновения. Вкус был еще лучше. Мне немного стало стыдно, когда я – как показалось – сделал пару глотков, но в один момент опустошил бокал, где было налито грамм сто пятьдесят этого божественного напитка.

Стоило мне поставить его на столик, как «моя» служанка ловко наполнила ровно настолько, сколько в нем было до этого.

«Опыт не пропьешь», – мелькнула глупая мысль, пришедшая из памяти, когда с друзьями отдыхали в кафе, на природе или у кого-нибудь на квартире и где частенько звучали шутки вроде «наливай, что – краев не видишь».

Герцог в отличие от меня употреблял вино маленькими глотками, смакуя каждый.

– Я вам сейчас немного завидую, барон, – произнес он, когда вино закончилось у него в бокале.

Я вопросительно посмотрел на него, гадая про себя, что у меня есть такого, чего нет, но хочется иметь моему высокородному собеседнику.

– Первое знакомство с «Черной каплей» – это на всю жизнь. Удовольствие настолько велико, что можно опустошить небольшой бочонок этого напитка и не заметить даже. Во второй раз вкус немного притупляется.

Не зная, что ответить, я решил проверить эффект от вина.

«А он прав, вино вкусное, хорошее, но больше заглатывать его, как не в себя, не хочется. Точнее, хочется, но себя контролирую», – подумал я, сделав пару маленьких глотков чудесного напитка и возвращая бокал обратно на столик.

– Заметили, ведь так?

– Да, ваше сиятельство, с первым глотком второй бокал не сравнить, – согласился я с ним. «Интересно, что же он от меня хочет получить, раз не жалеет такое дорогое вино и ведет пространные беседы? Не поверю, что правитель огромного феода, у кого в вассалах ходят графы да виконты, решил просто так снизойти до барона с окраин королевства, да еще иного. Или в этом-то и фишка? Что он от меня хочет получить или узнать – мощное оружие, секреты технологий, тайны кладов?»

Вскоре этот вопрос прояснился.

Некоторое время мы вели несерьезную беседу на разные темы «какое впечатление от Тсаба?», «а как прошла дорога?», «с кем прибыли?», «много ли проблем в баронстве… помогу, чем смогу, все-таки вы, барон, сейчас охраняете рубежи нашего королевства», «ваши големы очень интересные, наши маги создают заметно отличающихся по магической части от ваших».

И вот после големов он перешел к главному, ради чего и прислал письмо мне.

– Барон, мой интерес вызван вашими големами.

– Желаете купить, ваша светлость? – про вежливость я не забывал. Мне совсем несложно титуловать собеседника.

– Хотел бы, но не стану. Мои маги сомневаются, что големы станут подчиняться мне и только мне. Какая-то часть контроля останется у вас, барон. Для меня такое неприемлемо, – отрицательно покачал он головой. – Но воспользоваться ими я хочу.

– Желаете нанять меня с големами для какого-то дела? – догадался я. Тот факт, что собеседник довольно хорошо знает про меня, по крайней мере, о моей главной ударной силе, слегка царапнул душу и заставил насторожиться. Интересно, кто ему поставляет информацию? Деревенские? Или наемники, которым я плачу деньги? У меня сейчас из чужаков в дружине только нетерисы, а вот у Кольки служат «дикие гуси». И у него же имеются големы моего производства.

– Для долгосрочного дела – уточню, – кивнул он и тут же задал вопрос: – Что вы знаете об эльфийских жемчужинах?

– Ничего, – тут же ответил я. – Впервые слышу.

– Это очень дорогой товар, очень, – подчеркнул он. – Жемчужницы пресноводные, встречаются в крупных озерах. Но озера эти в нашем мире можно пересчитать по пальцам обеих рук. Половина недоступна из-за своего расположения – это горные озера, контролируемые дроу и снежными эльфами, это озера в эльфийских пущах и это единственное озеро у орков. Хотя ходят слухи, что их шаманы смогли переместить жемчужницы в другие водоемы, и те там прижились и стали размножаться. Но это неподтвержденные слухи. Жемчужницы живут на большой глубине, начинают встречаться примерно после пятнадцати человеческих ростов от поверхности…

«Больше двадцати метров, почти, или не почти, три атмосферы давления, – прикинул я про себя. – Только для аквалангистов или редких мастеров безаппаратного ныряния».

– …самые богатые россыпи находят на глубинах свыше тридцати человеческих ростов…

«За пятьдесят метров! Предел даже для аквалангистов, тут уже тоже глубже погружаться могут только мастера», – присвистнул я про себя.

– …то, что они живут там, где почти всегда темно и холодно, помогает жемчужницам хорошо себя чувствовать на дне подземного озера во владениях дроу. Кто создал эльфийских жемчужниц, никто не знает, самая расхожая версия, что это сделали далекие предки эльфов, когда те еще были общим народом и не раскололись. Отсюда и название.

– Они такие дорогие?

– Очень дорогие. Но цена не за красоту, точнее, не только за красоту, но и за особый эффект замедлять старение и возвращать здоровье, восстанавливают ауру, помогают магам быстрее пополнять резерв маны, лечат последствия, полученные от отравления магическими эликсирами, ядами, от поражения боевыми чарами, неплохо защищают от проклятий. Все это происходит от ношения нескольких жемчужин. Колье из двух десятков крупных жемчужин поможет повернуть возраст вспять и вернуть организм на тот момент, когда он был на пике развития и здоровья. Из них делают пуговицы для мужских костюмов, вшивают в одежду, чтобы не вводить в искушение окружающих, если в тех владелец сокровища не уверен.

Догадаться, что от меня нужно собеседнику, было не сложно. Сначала разговор о големах, потом о ценной добыче, которая обитает там, куда человеку очень сложно добраться. Правда, с магией можно (или нет?) пройтись и по дну водоема вроде Байкала. Герцог знает место, где можно набрать жемчуга, но с его силами это невозможно или итоговая выручка по сравнению с затратами будет мизерной, не стоящей такого напряжения. И вот тут помогу ему я со своими магическими созданиями, отличающимися от поделок местных артефакторов. Интересно, что мне с того будет? Правда, задал я вопрос другой, насчет возможностей добычи жемчуга при помощи магии.

– Жемчужниц всегда охраняют сильные химеры, всегда, – ответил герцог. – Что их привлекает и откуда берутся твари – этого не знает никто. По слухам опять же, они рождаются из первых жемчужниц. И только когда плантацию начинают защищать достаточное количество химер, там появляются первые жемчужины…

«Понятно, никто ничего не знает… прям как в древности на Земле, когда сначала считали, что планета стоит на трех слонах, потом плоская, потом неподвижная и солнце вращается вокруг него. Так и здесь – одни слухи и догадки».

– …их привлекает магия, это известно точно. Поэтому обычно используются люди без амулетов, специальные пловцы. Существуют особые зелья, которые помогают им дольше находиться под водой и погружаться очень глубоко. Но таких мастеров мало и любая их ошибка заканчивается гибелью или увечьем.

– Я уже понял, что хотите использовать моих големов, которые слабо излучают магию и имеют большую самостоятельность. Тем более мне по силам быстро изготовить голема любой формы, – сказал я. – Так, или ошибаюсь?

– Да, – подтвердил мою догадку собеседник.

– Еще хочу предположить, что озеро с жемчужницами находится не очень далеко от моих владений.

– Почему так? – он с интересом посмотрел на меня.

– А зачем тогда говорить так подробно о ценной добыче? – пожал я плечами. – Затем, чтобы заинтересовать меня в ней, чтобы я сам принял участие в этом деле. Вряд ли я смогу контролировать этот процесс, если точка добычи находится в далеком баронстве или графстве, или на одной из ваших «коронных» земель, с которыми я нигде не имею общей границы. Остаются территории рядом с моим баронством. Вы могли бы просто купить големов, без подробного пояснения, зачем они нужны. А раз все же рассказали, значит, желаете взять меня в партнеры, в компаньоны.

– Хм, – хмыкнул он, – практически все верно. Кроме разве что баронства.

Я вопросительно посмотрел на него, так как он сделал паузу, решив уделить внимание бокалу с вином и блюду с закусками. Наконец, он решил, что выждал достаточно для оказания эффекта, и продолжил:

– Озеро расположено на ничейной земле, рядом с вашим феодом, барон, – произнес герцог. – Фактически это уже окраина Пустого королевства. Из озера вытекает исток, который впадает в большую реку, которой любят пользоваться искатели, чтобы сократить и облегчить дорогу в зачумленные земли.

Про реку я знал, именно так попали к нам искатели из отряда Кессы. А вот об озере слышал впервые.

– Боюсь, я там не смогу держать достаточно сил, чтобы охранять добычу, – вздохнул я, быстро подсчитав затраты на добычу жемчуга. Даже если он такой дорогой, то… да именно потому, что он такой дорогой, и нужна сильная охрана. Иначе некоторые искательские отряды пожелают легко и просто разбогатеть за мой счет. – Глушь и лакомая добыча привлекут многих, даже тех, кто старается держаться в стороне от откровенного разбоя. Даже если выделите часть своих солдат для охраны, все равно этого будет недостаточно. Те же искатели просто объединятся. А уж сражаться они умеют и имеют достаточно защитных и боевых амулетов, чтобы быть опасными противниками. Им «помогут» твари из Пустого королевства, – я развел руками. – Не представляю, чтобы в таких условиях велась продуктивная добыча жемчуга. И в чем-то противники будут правы, так как на ничейных землях и особенно в Пустом королевстве действует право сильного.

– Именно потому я хочу, что вы, барон, включили озеро в свои владения, – огорошил меня предложением собеседник.

– Включить? – сильно удивился я. – Не потяну, ваше сиятельство, никак. Мое баронство и так излишне увеличено, как бы не попасть под суд за такие поползновения.

– Именно потому я хочу предложить вам виконтство, а чуть позже и графство. Благодаря последнему титулу вы можете легко увеличить свой феод, – во второй раз удивил меня хозяин дворца. И заодно заставил задуматься над вопросом: а не собираются ли меня кинуть с оплатой за добычу жемчуга? Для местных титул очень важен. Они сами платят гору золота, чтобы перескочить от сквайра в бароны, из баронов в виконты и так далее. Мне просто невероятно повезло с деревенскими, оказавшимися не просто свободными, но и сохранившие баронские регалии, ну, и с местностью, конечно.

– В этом случае любое поползновение на жемчужную плантацию, расположенную на ваших землях, будет считаться серьезным преступлением, – добавил герцог.

– Сколько? – спросил я, увидев, как непонимающе нахмурился он, пояснил: – Какая часть от добычи будет моей? Награда титулом мне льстит, но вы же знаете, что я из иных, а у нас принято более материальное поощрение…

И тут начался торг, про который совсем не хочется упоминать. Несколько раз дело доходило до завуалированных угроз с обеих сторон. Единожды собеседник сорвался на крик и разбил бокал о стену. Но в итоге мы договорились. Условия получил не самые красивые, но и неплохие – жить и нагуливать жирок с них можно.

Обязательства друг друга мы закрепили с помощью магической клятвы на крови при помощи особого артефакта, за которым герцог сам ходил в сокровищницу. Жаль, что я мало знаю про магию, и пришлось больше полагаться на интуицию, которая ни о чем опасном не вещала.

Глава 5

Бал на фоне мероприятия, проведенного герцогом (это я про договор на разработку жемчужной плантации), как-то затерялся среди испытываемых мной эмоций и ощущений. Впрочем, я больше наблюдал за праздником со стороны, чем находился в центре событий. Даже от компании Ла Дагра мягко отказался, который так и норовил поблистать среди сотен гостей.

Все время меня мучила мысль «а не продешевил ли я?». Ведь судя по всему, меня выбрали из расчета, что я плохо знаю местные реалии. Например, добыча эльфийского жемчуга карается теми же самыми эльфами, которые не терпят конкурентов? Может такое быть? Запросто! Или разработку глубоководной плантации придется вести в самых жестких условиях, отбиваясь от тварей подводных и монстров сухопутных. Или на добытчика упадет некое проклятье, что совсем не пустая угроза, учитывая, что живу сейчас в мире меча и магии. И обо всем этом герцог «забыл» меня предупредить.

Зато титул я получил очень быстро и без каких-либо палок в колеса. Этому благоприятствовал факт, что к Десткару в гости приехали многие высшие аристократы. Не пришлось кататься по их владениям и договариваться. Получение мной титула виконта беспрецедентным шагом назвать было нельзя, насколько я смог узнать, наведя справки через Реджинальда. Но и чем-то обыкновенным это событие также не было. Буквально за три дня мой компаньон сумел сделать всё – создать новые регалии, договориться с еще одним герцогом, несколькими маркизами и графами из числа своих гостей и провести церемонию награждения. При этом я остался по-прежнему свободным «бароном», но с подчинением королю. Вроде бы стал его вассалом, но так как лично не присягал, а все шло через особый амулет, я был больше свободным, чем зависимым.

Тут же после вручения мне награды мной, Дасткаром, еще один герцогом и двумя маркизами был заключен союз и еще один договор на добычу и распространение эльфийских жемчужин. Мне по нему отдавалась треть от всей добычи! Это очень много, учитывая, что часть жемчуга будет отправляться в королевскую казну. Но на меня же взваливалось все обеспечение: плата наемникам, их кормежка и проживание, за инструмент и орудия труда рабочим и жалованье самим работникам, сооружение защитных укреплений и так далее. Союзники брали на себя защиту от посягательств со стороны закона, так сказать. То есть меня никто не мог назвать захватчиком, мол, действую по разрешению и воле короля. Мне даже должна прийти грамота от его лица с королевской печатью (я про себя решил, что разработку плантации начну проводить, только получив эту «цидульку»), благословляющей – по-другому и не скажешь – на освоение пустующих земель и разработку всех месторождений, наземных, подземных, подводных и воздушных. Также мои союзники обещали выслать на помощь войска или покарать моих недругов, если те успеют удрать с места преступления, а дотянуться до них у меня потом не выйдет.

В общем, как и на Земле чиновники, в этом мире мои новые знакомые рассчитывали загрести горячие каштаны из костра моими руками. Ничего удивительного в этом даже не увидел. В родном мире это практикуется еще более по-хамски. Какой-нибудь хрен (или п**да) из администрации, какой-нибудь службы, инспекции за печать и подпись с разрешением заняться бизнесом требует «ты дорогу сделай перед своим объектом, от ближних фонарей к тебе провода кинут, оплата освещения с них на тебя ляжет, еще пару детских площадок поставь в рамках благотворительной акции, приведи в порядок фасад дома, где твой магазин или офис расположен, возьми в связи с политической обстановкой несколько беженцев или мигрантов на работу» и так далее. Это все я не с пустого места взял – постоянно встречается в жизни частных предпринимателей чуть выше среднего ранга. И это не считая обязательных взяток и откатов. Плюс – налоги. Думаю, все о них помнят. Вот и получается, что я (образно, конечно, охраннику автостоянки до статуса ИП ой как далеко) должен с нуля поднять дело, при этом отдавать львиную часть заработанного другим просто потому, что они сумели забраться высоко во власть. Мне же от них, кроме штампов, ими же и придуманных, видеть ничего не приходится. Получается даже, что в этом мире более честные взаимоотношения. Хотя бы из-за того, как я быстро из баронов в виконты перешагнул. По мыслям местных – это огромный почет и уважение, и только в благодарность за это я должен взять их в «жемчужную» долю. Пришлось опять напомнить, что я иной и у нас приняты несколько другие правила, хотя я и стараюсь жить по законам нового мира.

Было и еще кое-что полезное, что лично я считал важнее всех прочих преференций. Во-первых, союзники гарантировали мне предоставление магических вещей и алхимических зелий. Почти любых. Да, платить я буду полновесным золотом из своего кармана, но ведь не за ширпотреб какой-то. И во-вторых, один маркиз из компаньонов поклялся свести меня с артефактором, которому под силу создать магический копир большого размера. Не просто свести, а помочь уговорить того в срочном виде заняться этим заказом. Десткар же пообещал (без твердой гарантии) разузнать о приобретении крупных кристаллов-накопителей для будущего артефакта. Тут я рассчитывал убить двух зайцев: отвести даже тень подозрения, что обладаю такими камнями, и попытаться пополнить их запас.

Когда пришло время возвращаться домой, то мне едва удалось отговориться от предложения Реджинальда покутить в его владениях, что он озвучил ранее по пути в Тсаб. Мне пришлось намекнуть, что на балу принял «предложение, от которого нельзя отказаться» и сейчас кровь из носу нужно приступать к его выполнению. Тут с этим все было строго: поклялся – выполни. И Ла Дагр от меня отстал, приняв мою отмазку с пониманием.

Конечно, члены «жемчужного» альянса не называли сроков начала добычи драгоценностей, и я хотел сначала дождаться королевской грамоты, но с другой стороны – раньше сядешь, раньше выйдешь. Плюс, мне самому стало интересно это дело.

Мои владения увеличились почти на восемьдесят километров. Больше шестидесяти было до озера и еще двадцать включали сам водоем и земли вокруг него. Правда, по словам дворян, с кем я обсуждал это, кроме озера, точнее его содержимого, полезного там ничего нет. Земли каменистые, лугов и полей почти нет, зато холмов и оврагов с болотистыми участками хватает. То есть ни посеять ничего, ни собрать дикорастущее нельзя. Кроме того, в том месте была вотчина монстров Пустого королевства. Фактически там не было Леса, отделяющего те страшные места от более-менее безопасных, и потому Пустоши, скажем так, узким языком вытягивались вперед, захватывая озеро и некоторую часть реки со всеми землями вокруг. От того и вольготно себя чувствовали в тех краях монстры.

Сейчас по площади мой феод был равен крупному графству, но вот по качеству оставался все тем же баронством. Самая богатая часть земель мне досталась от жрецов. Сейчас именно от Кольки идут хорошие денежные поступления в казну, все прочие поселения и территории пока что убыточны.

Двенадцать дней я готовился для дальней дороги к озеру. Вроде бы что такое чуть больше пятидесяти километров? Тьфу и растереть, даже с грунтовыми дорогами около часа езды на машине, про хороший ровный (а ведь в России полно неровного) асфальт и вовсе молчу.

С собой я взял максимальное количество бойцов, отдав предпочтение магическим. Солдаты из плоти и крови по большей части остались охранять мое имущество в виде поселений, крестьян, дорог и полей.

За это время, что шла подготовка, я успел сделать еще трех каменных големопсов и наделать больше тысячи патронов к автоматам и дробовикам. Для последних я копировал только «волчью» картечь в магнумских патронах, которая очень эффективна на дистанции сорок-пятьдесят метров. Тридцать боевых големов, два многолапых «бульдозера» и пятнадцать дружинников. Половина были землянами, половина нетерисами. Последним даже приказывать не пришлось – они рвались в драку сами, настолько заскучали от жизни под моим началом. Будучи отличными воинами и зная, что их родные защищены и не испытывают большой нужды, они чувствовали зуд в теле, не желая что бы то застаивалось, а клинки тускнели в ножнах. Старшим у них был Бъерк, с подручными Роном и Туалисимом. Старшим над землянами и вообще всем отрядом воинов считался Шацкий. Со мной напросилась Аня, хотя я очень не хотел ее брать в такое опасное место. Но она сумела настоять на своем. Дать резкий ответ, приказать остаться ей я не смог, наверное не «мужиг», как показалось бы в глазах многих тридцатилетних девственников и «ояшей».

Не смог оставить дома, зато постарался по максимуму защитить ее в походе. Так она стала носить зачарованные моей кровью щитки для рук и ног, а также кирасу из… алюминия. Этот легкий металл после того, как впитал кровавую магическую смесь, стал прочнее легированной стали. Дополнительно девушку за пределами фургона сопровождали два голема – пес и самурай.

«Уазик» пришлось оставить в поселке у холма, так как жаль было топлива, плюс за ним просто не угнались бы остальные. Тем же лошадям требовался отдых, кормежка, уход и контроль за состоянием здоровья. Я и сам раньше не знал, насколько они капризны и слабы. Человек куда выносливее и может перенести на порядок больше проблем, чем крепкая лошадь.

Вышли рано утром, и я рассчитывал к вечеру приблизиться к окрестностям озера, отыскать для ночевки удобное место, а следующим утром оказаться на берегу водоема. По словам высокородных компаньонов, там где-то есть остатки старых укреплений, которые возводили несколько раз до меня предыдущие охотники за сокровищами на дне озера. Последняя такая попытка была предпринята около двадцати лет назад. И она с треском провалилась, когда ныряльщиков сожрали водяные твари, а форт разнесли по бревнышку сухопутные хищники.

Уже к середине дня местность, по которой двигался мой отряд, разительно поменялась. Исчезли рощи, их сменили редкие группки кривых низкорослых деревьев, густое разнотравье, годное для заготовки сена, исчезло. Вместо зеленой травы там стелились по земле колючие плечи кустарников или сорняков. У некоторых были настолько огромные и твердые шипы, что их приходилось объезжать, чтобы не повредить колеса на повозках и копыта лошадей. И это произошло довольно резко – бац, и вокруг раскинулся какой-то постапокалипсис в природе.

Пять раз разведчики поднимали тревогу, когда замечали стаи крупных хищников. К счастью, до стычек с монстрами дело не доходило. Наверное, те понимали, что им не светит справиться с таким количеством противников или чуяли, что больше половины среди нас совсем непригодны в качестве еды.

Из-за того, что приходилось петлять, иногда двигаться не вперед, а в сторону, перпендикулярно основному направлению, к цели мы приближались очень и очень медленно. Хорошо, что я включил в отряд многолапых многофункциональных рабочих големов. Их экскаваторные ковши срывали крутые стенки в оврагах, там, где на обход пришлось бы потратить времени больше, чем на земляные работы. Один раз нам на пути попалось огромное поле колючек, которому не было видно ни конца, ни края. Обходить оказалось слишком долго, так бы мы до вечера не приблизились к озеру и на половину дистанции. И вот тут я порадовался, что однажды решил сделать големов рабочего типа и тому, что взял с собой пару таких созданий. Своими ковшами они проделали проход в колючках, которые иначе как минным полем и не назвать. Им пришлось снимать верхний грунт, чтобы гарантированно убрать шипы. Это плети растений сгнивали от непогоды и времени, а вот колючкам хоть бы что сделалось. Ими земля была завалена, как гравийная дорога щебнем. Безопасно себя здесь чувствовали только големы, чьи каменные и металлические ступни были не по зубам шипам. И вот, чтобы полностью обезопасить всех прочих, големы-рабочие срезали верхний слой грунта и откидывали его в сторону. В результате вышла траншея глубиной сорок-пятьдесят сантиметров и шириной примерно два с половиной метра. Протянулась она на семьсот или семьсот пятьдесят метров. На создание безопасного пути ушло больше часа. Примерно столько же или больше мы потратили бы на обход. Зато сейчас сохранили силы и успели немного отдохнуть, а всадники еще и обиходили своих скакунов.

– Чем-то напоминает дорогу через Лес, – заметил Сергей, когда отряд прошел через поле колючек. – Как бы не запустить к себе что-то вроде той гоблинской орды.

Я посмотрел на черную полосу, смотревшуюся на поле уродливым шрамом.

– М-да, умеешь ты подкинуть проблем, Серый, – вздохнул я. – Теперь сам этого сценария боюсь. Блин, придется чапиидов направить, чтобы они нарвали побольше стеблей с шипами и забросали дорогу.

– И погуще.

– Да уж сам разберусь, – отмахнулся я от подсказок. – Вот только от гоблов это не поможет, у них какой-никакой, а разум есть – расчистят они наше заграждение, сволочи.

– От животных зато прикроет.

Я оставил для создания заграждения пару големов, приказав им завалить проход так, чтобы иголка к иголке. И дожидаться возвращения отряда здесь же, по возможности избегая драк. Думаю, имея неуязвимость к колючкам, от противников из плоти крови они легко убегут в центр поля, куда тем нет дороги.

Как и думал, так и вышло – за один день дойти до озера не получилось. Возможно, нажми мы слегка на педали, образно говоря, то перед сумерками уже оказались рядом с ним. Но в темноте искать место для безопасного ночлега?! Боже упаси. Поэтому, еще до того, как солнышко коснулось горизонта, мы не только подыскали себе подходящую площадку под бивуак, но и приступили к его укреплению. И опять основная нагрузка легла на пару рабочих големов. Собственно, я и брал их, чтобы тащили два тяжелонагруженных фургона и обустраивали позиции. Но в итоге они оказались еще более многофункциональные.

Своими ковшами и манипуляторами-клешнями они создали ров и вал вокруг лагеря. Простые же големы в это время перед рвом растягивали колючую проволоку. Ловкие чапииды справлялись с этой задачей на пять с плюсом.

– Мне все больше и больше нравятся големы, – сообщил мне Сергей, наблюдая за работой магических созданий. – Кормить не надо, почти не устают, энергию, считай, из воздуха берут. Плюс не нарушат никогда устав гарнизонной караульной службы, менять в нарядах не нужно. И еще сто и одна причина.

– Давай я тебе сделаю бабу железную, и ты придумаешь сто второй, сто третий и сто четвертый плюс? – подмигнул я ему. – Раз они так тебе нравятся.

– Чур меня, чур! – показательно испугался он и замахал руками. – Мне вполне себе нравятся и живые, тепленькие девочки.

Хотя он и хвалил таланты моих созданий в плане караульной службы, совсем уж скидывать на них охрану лагеря не стал. Ночью вместе с големами дежурили и живые солдаты. Один парный пост, который сменялся каждый час.

Ночь прошла тихо, без особых происшествий. То ли нам так повезло с выбором места под бивуак, вокруг которого не водились монстры, то ли тех отпугивали мои големы. Встали все с первыми лучами солнца и после быстрого завтрака, в ходе которого големопсы провели разведку ближайших окрестностей, тронулись в путь.

К полудню вышли к озеру. С двух сторон оно было окружено высокими холмами, на которых было очень мало растительности. Они охватывали подковой водоем. Даже вездесущие колючки с неохотой росли на их склонах, а на вершинах и вовсе не было ни единой былинки – всю пригодную для их роста почву ветра и дожди сметали вниз. При взгляде сверху на озеро то было похоже на запятую – жирная точка с изогнутым хвостиком. От хвостика отходили несколько крохотных ручейков. От точки – небольшая речушка. Последняя, видимо, впадает в ту большую реку, которой любят пользоваться искатели для проникновения в Пустое королевство. Примечательной была вода – голубая-преголубая, будто подкрашенная специфическими чернилами. А ведь ее придется как минимум брать для технических нужд, а то и вовсе пить после очистки. Надеюсь, земные технологии и магические способы обеззараживания в тандеме справятся со всякой гадостью.

– Знаешь, мне это все, – я обратился к Шацкому, указав на озеро с холмами, – напоминает старую разработку полезных ископаемых. Холмы – терриконы, озеро – огромный карьер. Потому здесь ничего и не растет, так как все вокруг завалено на многие метры пустой породой. За столетия тут всего ничего нормальной земли ветром надуло, отсюда и все эти сорняки. Я был как-то в Тульской области, в Кондуках, там похожая местность, только водоем меньше, холмы ниже и зелени хватает.

– Ну, в принципе, похоже, я и сам был в нескольких местах, где затопленные карьеры и шахты имелись, сравнить есть с чем, – кивнул тот, соглашаясь со мной. – Кстати, вон там вроде бы что-то похожее на укрепления стоит.

Он показал на участок местности в изгибе между «точкой» и «хвостиком». Приложив бинокль к глазам, я признал его правоту: в самом деле, укрепления, вернее их остатки. Земляные валы (точнее, песчано-глиняно-щебеночные, примерно так как-то) и россыпь камней на склонах. Чтобы до них добраться, отряду пришлось сделать большой крюк, обходя озеро. Кстати, озеро было очень большое: от конца «хвостика» до дальнего берега «точки» было километров шесть-семь, «хвостик» имел ширину от сотни метров до трехсот, а «точка» (была в виде небольшого овала, можно даже сказать, что слегка сплюснутый круг) около трех в самой широкой части. И глубина тут немалая, если верить Десткару. При измерениях старыми экспедициями шнур с грузами показывал в нескольких местах до шестидесяти человеческих ростов от поверхности до дна.

Вблизи старые укрепления выглядели еще более удручающе. В валах имелись огромные промоины и канавы, камни были разбросаны далеко в стороны, от фундамента каменного форта ничего не осталось. Внутри периметра лежали кирпичи, камни, трухлявые бревна и доски, иногда взгляд замечал ржавые скобы и полосы… и кости. Костями здесь было усыпано все. Местами они лежали кучами, закрывая собой землю. Растительности здесь не было, поэтому ничего не скрывало от наших взглядов эти страшные следы прошлых попыток заработать на ценной добыче, таящейся в озере.

– Многовато косточек-то, – покачал я головой.

– Тут не только человеческие, – один из землян из дружинников сделал несколько шагов и стукнул носком сапога по вытянутому зубастому черепу, размером с крупную дыню. – Ого, вот это зубки! Годзилла нервно курит в сторонке!

– А что герцоги с маркизами об этом рассказали? – посмотрел на меня Сергей.

– Они сами мало что знают. Последняя экспедиция была очень крупная, сформирована искателями и несколькими мелкими дворянами. Всего их было сотни три – ныряльщиков, воинов и рабочих. Успехи имелись и крупные, поэтому через месяц к ним пришла подмога, все те же ныряльщики и воины с магами и химерами – кстати, череп может принадлежать одной из них. Но когда пришли сюда, то наткнулись на тысячи монстров, которые пировали в форте. Следов боя никто не заметил, словно тварям достались мертвые тела, – рассказал я. – Маги тут же атаковали, натравили химер… хм, думаю, все вот эти отметины на валах остались от боевых чар. Потом они полезли внутрь пылающих развалин за жемчугом…

– Нашли или те, кто перебил защитников, забрали хабар? – не стерпев, перебил меня Шацкий.

– Что удивительно – нашли.

– Может, убийц сожрали монстры? – предположил дружинник.

– Может, и так. Или произошло нечто другое, о чем мы никогда не узнаем, – пожал я плечами.

– Узнать бы надо, – не согласился со мной все тот же дружинник. – Нам же тут жить придется. И хрен его знает, откуда ждать беды – с воздуха или с земли? И что можно есть из озера, а что лучше закопать поглубже и залить бетоном.

– Вы из озера вообще ничего жрать не смейте, – холодно произнес Шацкий. – Ясно? Может, как раз какую-нибудь местную фугу тут повар и приготовил на ужин, по незнанке потравив всех.

– А воду откуда брать? Или ввести экономию? – нахмурился боец.

– Или специально потравил, но уйти с богатством не сумел. Насчет воды придумаем что-нибудь. Если анализы покажут, что она даже после фильтрации непригодна для употребления, то придется искать большую цистерну и несколько раз в неделю привозить из замка сюда, – сказал я. – Ладно, хватит гадать. Осмотримся, переночуем и назад.

В принципе, вся округа хорошо просматривалась, берега были голыми, ровными, если что или кто прятался, то был очень мелким. Разве что на обратной стороне холмов могла сидеть в засаде армия монстров, но обнаружить ее поможет только разведка.

Ничего интересного и полезного тут не было. Даже крупных камней, пригодных для возведения укреплений нет. Все они уже собраны на месте руин древнего форта.

Еще нужно будет подыскать место для собственных укреплений, так как восстанавливать старые у меня и мыслей не было. Во-первых, так близко к воде не хотел располагаться, а то вылезет какой-нибудь кракен и «дорогая не узнает, какой у парня был конец». Во-вторых, из суеверных чувств и мнительности не было ни малейшего желания жить (пусть и не мне, хотя кто знает, как повернется жизнь) на костях.

Например, новый форт стоит возвести на самом ближайшем холме к озеру на другом берегу, он же самый низкий (холм, да и берег тоже) – и двадцати метров не наберется в высоту, в то время как есть пара точек подальше, что поднимаются метров на триста. Макушка широкая и почти плоская. Если ее еще немного разровнять, то получится идеальная площадка примерно двадцать пять на сорок метров с пологими скатами по трем сторонам и обрывом с четвертой. В этом месте когда-то давным-давно был самый мягкий грунт, который за годы вымыло и выдуло.

Думаю, рабочие големы справятся с плотным каменистым слежавшимся грунтом, для таких случаев я их и создавал. От места будущего форта до озера расстояние триста пятьдесят или четыреста метров. Путь до воды, конечно, неровный, но после оборудования форта големы приведут его в порядок, создадут более-менее приличную дорогу. Как раз на засыпку крупных ямок пойдут камни из старого форта. Материал для стен придется везти из баронства, тьфу, виконтства. От своего замка. И только дерево, так как камни выйдут слишком тяжелым грузом и потребуют очень много времени для создания из них укреплений. С бревнами же, даже из сырого леса, работать куда проще. Тем более что срубы можно изготовить в моих владениях, обжитых, а потом разобрать и перевезти сюда.

«Хм, так и сделаю, пожалуй», – согласился я со своими мыслями.

Вторая ночь в этих недружелюбных и глухих местах опять прошла тихо и не принесла ни малейших неприятностей. Словно все твари перевелись здесь или были выбиты в те давние времена, когда здесь погибла последняя экспедиция и больше свою популяцию не восстановили. Еще один вариант, что здесь живет кто-то очень и очень опасный, я решил не озвучивать даже в мыслях. Ну его, еще накличу крупные неприятности на свою голову.

Как и сутки назад, мы вновь встали с первыми лучами солнца и быстро сделав все необходимые дела, тронулись в обратный путь.

Глава 6

Итак, разведывательный поход к озеру прошел успешно. Потерь в отряде нет, угрозы на месте не обнаружены, примерный план разработки жемчужной плантации создан. Дорога тоже проверена и разведана. Вот там придется ставить пару дозорных постов теперь, чтобы контролировать свои, блин, земли. Тут есть от чего кривиться и ругаться. Я теперь королевский вассал, пусть и с большими оговорками. И должен платить налог, который, к слову, лег на меня с момента, как надел баронскую корону. Но останься я бароном Тэрским и обо мне нескоро вспомнили бы. Только сейчас, когда так скоропалительно, хоть и без особых церемоний, стал виконтом, обо мне узнали при дворе, а налог увеличился в три раза – за титул и новые земли. И плевать там при королевском дворе всем, что пользуюсь я едва ли пятой частью территории, остальное все неугодья, с которых я и медного пылька не заработаю. Еще налог за дружину был, за боевых големов и химер, за размеры замка, за высоту стен, за количество осадной техники и… да много чего было. Правда, были и плюсы. Например, мне, как пограничному феодалу, стоящему на краю с опасными землями, откуда постоянно в королевство приходят различные твари, сделаны значительные послабления. Налоги плачу меньше и не все, дружину могу содержать больше, чем остальные феодалы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.