Рената Окиньская
Толстушка отвечает жестко

Бизнес-центр, в котором посчастливилось работать Маше, мог похвастать наличием аж трех точек общепита.

Первая позиционировала себя как столовая-бистро, и была сущим кошмаром, как с гастрономической, так и с эстетической точки зрения. Вход в сие заведение располагался во внутреннем дворе, попасть куда можно было по узкой улочке, протиснувшейся между двух глухих стен. Кормили там дешево и абсолютно невкусно, расшвыривая неаппетитные порции в одноразовую посуду. Посуду полагалось выбрасывать за собой в специальный контейнер, но далеко не каждый посетитель этим озадачивался.

Маша, вместе со своей верной подругой и коллегой Любашей, пару раз заглядывали туда в надежде поэкономить семейный бюджет, но если в первый раз качество обеда они попытались списать на то, что им просто не повезло, то со второго стало очевидно: третьего не будет!

Откровенно сказать, столовая-бистро была позорным пятном на чести уважающего себя бизнес-центра, и, судя по состоянию, была очень близка к тому, что ее вот-вот закроют. И слава Богу!

Вторая точка общепита являлась полной противоположностью первой и с величавой гордостью носила статус ресторана. Ресторан этот имел персональный вход с фасадной стороны здания, улыбчивых администраторов при этом входе, и чутких услужливых официантов, профессионально разносивших к укрытым белыми скатертями столам меню, страдавшее от излишней вычурности.

Сюда Маша с Любашей зашли и вовсе один раз. Подруги догадывались, что цены будут высокими, но чтоб настолько… А потому, в своем заказе им пришлось ограничиться кофе и усиленно делать вид, что ради него, собственно, сюда и пришли.

А поскольку одного кофе, пусть и хорошего, на обед все же мало, им пришлось еще быстренько сбегать в ближайшую бургерную…

Наконец, третья точка общепита, имела самую непростую судьбу. Просторный зал, попасть в который можно было через холл первого этажа, на памяти Маши не единожды менял своих хозяев, и перевидал самые разные форматы и концепции. Но все что-то не срасталось, и он, бывало, месяцами стоял пустой.

И недавно помещению все же улыбнулась удача: его арендовали двое поваров, с условием, что будут использовать кухню не только для обеспечения питанием сотрудников бизнес-центра, но и для приготовления блюд навынос.

Поначалу честолюбивые планы Игоря-старшего и Игоря-младшего, вызвали понятный скепсис у местной общественности: видели, знаем!

Но отец и сын Звонаревы оказались не только замечательными поварами, на стряпню которых вскоре «подсели» все местные и пришлые любители покушать, но и неплохими управленцами.

А потому в обеденный перерыв немаленький зал исправно заполнялся народом под завязку, да и в необеденное он не пустовал, а кухня теперь спозаранку радовала и дразнила носы спешащих на работу сотрудников аппетитными запахами.

В первый раз Маша с Любашей заглянули сюда из любопытства, и без особых надежд, но, как говорится, пришли и остались.

С приходом в бизнес-центр семейства Звонаревых, остались в прошлом перекусы всухомятку и заказы с доставкой, а соседняя бургерная навсегда утратила часть своей клиентуры.

Машино знакомство с кулинарными талантами новых поваров началось с заказа щей, котлеты по-киевски и пюре. Она как раз стояла и размышляла, брать ли ей десерт, когда бывший в тот день на раздаче Звонарев-старший, видя ее замешательство, посоветовал:

– Попробуйте вареники с ягодами.

От неожиданности Маша вздрогнула – Звонарев-старший был мужчиной крупным, мясистым, с лицом «братка» из лихих 90-х. Однако улыбка на бандитской физии была веселая, заразительная, и глаза добрые, и Маша, которая к вареникам, тем более с ягодами, вообще-то относилась равнодушно, кивнула:

– Давайте!

Щи оказались густыми и наваристыми, сытными, с мягкими кусочками мяса и хорошо протомленной капустой. Котлета порадовала плотной, в меру хрустящей панировкой, сочным куриным филе и растекающимся сливочным маслицем. Пюре услаждало небо своей картофельно-сливочной сущностью.

Но когда Маша, ощущая приятную сытую негу во всем теле попробовала (скорее из вежливости, поскольку есть уже не хотелось) первый вареник, то неожиданно заявила:

– Я влюбилась!

Любаша удивленно уставилась на нее, не донеся до рта вилку с кусочком медовика, и обескураженно поинтересовалась:

– В кого?!

– В вареники! – восхищенно ответила подруга.

– Ты чего? – засмеялась Любаша. – Что, прямо вот так вкусно?

– А ты попробуй!

Мария любезно подтолкнула к ней плошку и подруга попробовала. Тончайшее, плотное, но не резинистное, и хорошо проваренное тесто, скрывало в себе микс из настоящих ягод, чуть сладковатых, с нужной кислинкой и ощущением лета в послевкусии. Солировала вишня, малина и клубника вместе составляли ей достойное сопровождение. Все, что смогла произнести Любаша, это:

– М-м-м!

Но Маша понятливо подхватила:

– А я о чем говорю?!

Вот так и получилось, что семейство Звонаревых своим появлением украсило Машину жизнь.

***

Марии очень нравилась ее работа. Она была из тех редких людей, кто всегда знал, чем хочет заниматься в жизни, поэтому Маша отучилась, устроилась по специальности и проработала на фирме уже больше десяти лет. Правда, когда она устраивалась, это была совсем маленькая фирмочка, а сейчас разрослась до солидной организации, и переехала в этот замечательный бизнес-центр.

Бизнес-центр Маше тоже нравился – красивый, современный, стильный и очень деловой. У Маши иногда даже возникало впечатление, что она не просто ходит на работу, но еще и немножечко снимается в сериале про современную бизнес-жизнь. Кроме того, до метро было всего семь минут прогулочным шагом.

А вокруг тоже была красота. Ванька иногда приезжал к ней после работы, они брали по стаканчику кофе и отправлялись бродить по центру города. Маша эти прогулки просто бесконечно любила. Подрастающий сын все больше отдалялся от нее, но в такие часы они снова были вместе, только вдвоем, болтали обо всем на свете…

В общем, все было бы просто прекрасно, если бы не одно небольшое (хотя это как посмотреть) но…

Маша была пятьдесят восьмого размера.

Собственно, ее этот факт не особо смущал. Те времена, когда она из кожи вон лезла, и была готова на любые подвиги ради того, чтобы сбросить пару килограмм, остались в далеком прошлом.

В свои тридцать пять Маша поставила твердую и окончательную точку в вопросах собственного похудения и решила любить себя такой, какая есть.

Правда, частенько находились люди, которые были уверены, что жить такой, какая есть, она и права-то не имеет, но обычно Маше удавалось довольно легко от них отмахиваться.

Но не в этот раз.

Новая столовая привлекла повышенное внимание со стороны работавших в бизнес-центре людей, и уже на второй день, когда Маша с Любашей двигались со своими подносами вдоль раздаточной ленты, выбирая, что бы вкусненькое позволить себе на обед, она еще раз убедилась, что не все эти люди хорошо воспитаны.

– Господи! – услышала она шепот у себя за спиной. – Если бы у меня была такая задница, я бы себе рот зашила, а не нагребала кучу жратвы!

Шепот был громкий и нарочито вызывающий, услышала его не только Маша, и не только Любаша, но и все в радиусе пяти метров, включая Игоря-младшего, стоявшего сегодня на кассе. Парень бросил на говорившую быстрый, ничего не выражающий взгляд, и тут же вернулся к своим обязанностям.

Взбешенная Маша медленно обернулась и смерила взглядом двух девиц: одну в черном брючном костюме, другую в узких джинсах и белоснежной рубашке, перепоясанной ярким красным поясом. Обе длинноногие, поджарые, тонкие, красивые.

Обе смотрели на Машу с самоуверенными улыбками. Две грациозные стройные кобылки рядом с грузной упитанной слонихой.

– В чем дело? – поинтересовалась та, что в брючном костюме, коротко стриженная блондинка.

– Дело в том, что неприлично громко вслух обсуждать чужие задницы в общественном месте, – сухо ответила Маша.

– А подслушивать нехорошо, мы, вообще-то, между собой разговариваем! – влезла вторая – брюнетка с высоко завязанным конским хвостом.

– Если вы разговариваете между собой, то почему же это слышит вся столовая? – сложила руки на груди Маша.

– А почему вас это так задевает? – с фальшивой улыбкой поинтересовалась блондинка.

– Я не люблю невоспитанных людей, – сообщила ей Маша.

– Сама же влезает в чужой разговор, а нас обвиняет в отсутствии воспитания! – возмущенно воскликнула брюнетка.

Между тем, Игорь-младший рассчитал Машин заказ, и она автоматически протянула ему карту для оплаты.

– А вы постарайтесь не делать содержание своего разговора достоянием общественности, и люди не будут вас упрекать в отсутствии воспитания, – посоветовала она, подхватывая свой поднос. Маша посчитала разговор оконченным и отправилась вслед за Любашей к свободному столику, но в спину ей полетело:

– Вообще-то, на правду не обижаются!

Не сказать, чтобы Маша сильно обиделась на замечания двух невоспитанных хамок, но когда твою внешность вот так вот прилюдно и громогласно обсуждают – не задевать это не может.

– Маш, не бери в голову! – пробормотала Любаша, разглядывая расстроенное лицо подруги.

Вообще, сама она тоже не могла похвастаться особой стройностью, как-никак сорок восьмой размер носит, просто на фоне подруги это не бросалось в глаза, и Любаша, которая общалась с ней постоянно, как-то уже привыкла чувствовать себя чуть ли не худышкой.

– Да я и не беру! – досадливо отмахнулась Маша. – Просто, в самом деле, не люблю хамок! Ладно… Надеюсь, я поставила их на место и больше это не повторится.

Но, увы, она очень сильно ошибалась…

***

Об этом инциденте Маша почти сразу забыла. Уж конечно, не в первый раз ей намекали на то, что она толстая. Когда-то ее это сильно задевало. Лет десять назад подобная выходка могла бы довести ее до слез, вогнать в депрессию или спровоцировать очередную яростную и бесполезную попытку привести себя в «нормальный» вид.

Сейчас она просто выбросила из головы оскорбительные высказывания двух высокомерных задир. Но, к сожалению, сами красавицы-задиры ставить точку в этой истории не хотели – уже на другой день, проходя мимо их столика за подносом, она услышала тихое:

– Смотри, жиробасина пришла!

Ответа Маша не расслышала, а вот раздавшееся вслед за этим гаденькое хихиканье ввинтилось в уши болезненным саморезом. Она гордо молча прошла мимо, но Любаша не выдержала, вернулась к нахалкам, и сообщила:

– Худая корова еще не газель! – Жаль, но этим она лишь вызвала новый приступ обидного хохота. Обе девушки были по-настоящему хороши собой: их в легкую можно было сравнить и с газелью, и с трепетной ланью, и с грациозной кошечкой. А Любашина неуклюжая попытка заступиться за подругу лишь подлила масла в огонь.

С тех пор эти оскорбительные подколки стали постоянными. Как-то раз, снова столкнувшись с девушками у ленты раздачи, Маша услышала:

– Я поражаюсь, это ж как же надо себя не любить, чтобы так над организмом издеваться? По-любому уже и спина больная, и колени никакущие, а к сорока развалиной будет! – ехидно произнесла блондиночка.

Как всегда, это было сказано якобы для подружки, но так, чтобы слышали все. Реплика долетела даже до стоявшего у кассы Игоря-старшего, который после этих слов как-то недовольно нахмурился.

– Вам еще не надоело меня обсуждать? – не выдержала Маша.

– А с чего вы решили, что это про вас? – нахально поинтересовалась брюнетка, ставя себе на поднос салат из свежих овощей.

– Интуиция подсказала, – холодно ответила та.

– Лучше бы вам интуиция подсказала о своем здоровье позаботиться!

– Мое здоровье – это мое личное дело.

– Да?

– Да!

– А наши разговоры – это наше личное дело! И вас они не касаются!

– Девчонки, ну что вы ко мне так прицепились? Неужели больше поговорить не о чем?

– А это не ваше дело, о чём мы разговариваем! – тряхнула хвостом брюнетка, а блондинка добавила:

– А что тут непонятного? Позволяете себе ходить в таком виде, так уж будьте добры готовьтесь к тому, что вас будут обсуждать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.