Ваня Кирпичиков
Бутылка

Антон Антонович Антонов жил в одиночестве в своей квартирке. Всем соседям казалось, что Антошка обитал здесь вечно. Он мыслился им всегда, но никто не знал ни мать его, ни отца. А были ли они? Одним словом, Антон был основой созерцания этого дома. Его неотделимым свойством. Нельзя было сказать про это жилье безымянно. Все связывали эту обитель только вкупе с Антошкой. “Антошкин дом” – так он числился в реестре домов унылого городишки.

Но хоть и странно было прошлое Антонова, оно всё-таки не пугало окружающих. Больше жителей волновало поведение соседа-загадки – пил Антошка мрачно и сурово. Запирался в своей квартире-утробе и тихо сосал всякие жидкости-премудрости. Дебош и вопли не сопровождали пьянство, но из квартиры сочилась жуткая атмосфера небытия, от которой становилось неуютно – соседям чудились приведения, полуголые девки с пухлыми губами, намазанными зелёнкой, малыши с взрослыми глазами отчаяния. В эти часы прелюбодеяния кругом ощущался стойкий запах хлора. Безумные смельчаки подходили к двери Антоновича, чтобы понять происходящее и выяснить необъяснимое, но, не выдержав гнетущей атмосферы и рвотного запаха химиката, стремглав убегали прочь, оставив позади себя мокрые следы ужаса.

Но этим не заканчивалась пьянка Антошки – он выходил из своей мистической кельи-квартиры в мир, во двор и чудил здесь уже по полной программе – метался от человека к человеку и умолял их не двигать никакие предметы. Когда же его не слушали и всё же что-то убирали со своего места во дворе, он визжал, хватался за голову и кричал что-то невнятное и неразборчивое. Его глаза были полны ужаса. Казалось, что он ожидал от перемены мест предметов кошмарных последствий. Если же Антошка выбегал за пределы двора – на улицу, то и там было невесело – он хватал прохожих за руки и верещал в окружающий его негостеприимный мир, чтобы люди ничего не двигали.

Все страхи его были связаны с вещами – их нельзя было перемещать. Всякое изменение положения тел в пространстве пугало Антошку. Однако, он снисходительно относился к постоянному движению вещей – числил для себя, что подобная динамика не критична. Но сдвинуть статичный предмет со своего места – это табу. Такое видение, бытие вещей в пространстве приводили в бешенство Антонова. Он представлял собой сгусток истерики и тревоги. С течением времени, не сразу, местная публика сообразила речи Антошки – он кричал, что, если сдвинуть любой предмет, то следствием появится на этом месте…НИЧТО, и оно погубит Антонова. Он верил в ничто, боялся его и пытался уберечь себя от него.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.