Екатерина Замарацкая
Сон. Verum

Глава первая

Это было странное место, в котором я оказалась. Такое реальное и удивительное. И хотя этот город, как мне показалось на первый взгляд, шел абсолютно вразрез с тем, что происходило в тех местах, которых я жила, но все же, внутри него было тепло и комфортно.

Бен, так звали азиатского парня, которого я первым повстречала в этом мире, не был красивым, но обаятельным его можно было назвать. Черные прямые волосы до ушей, широкая улыбка и глаза, наполненные искренней добротой. На нем была темно–синяя рубашка с укороченными рукавами и темно–зеленые шорты до колен, на ногах были сандалии песочного цвета. Телосложение было спортивным, но он был не сильно раскачан.

Мы сидим на траве на краю парка, вдалеке проходят ретро–трамвайчики: они были слегка пузатые и вытянутые, с красными боками и ярко–желтой крышей. Спокойно проезжали по рельсам вдоль парка. Небо было чистым, без единого облака, и, хотя мы находились в центральной части города, где и был расположен парк, не было ни шума машин, ни суеты, только спокойствие и свежий воздух, такой чистый, что слегка начинала кружиться голова. Все было ново, и я с интересом разглядывала абсолютно все, что попадалось мне на глаза. Электрические провода не были похожи на те, что были в моем мире, они представляли собой полупрозрачные тонкие трубки, тянущиеся вдоль дороги или шли от дома к дому. На всех зданиях, будь то маленький магазинчик с безделушками или же массивный дом, но на каждой крыше или сбоку на стене были установлены огромные солнечные батареи.

– А зачем так много батарей? – удивленно спросила я своего нового друга.

Он повернулся ко мне, и улыбка растеклась по его лицу:

– Хах, как зачем? Это же экологично! Тем более это полная неиссякаемость и вседоступность источника энергии! И, конечно же важно, что это бесплатно и доступно для каждого человека.

– Да, конечно. В моем городе, да и стране, тоже такие есть, но не особо пользуются популярностью. – констатировала я.

– Неужели? Как же такое возможно? – удивился Бен, глядя на меня с легким недоумением.

– У нас это очень дорогое удовольствие…И, видимо, они не настолько хорошо сконструированы, как у Вас. – ответила с улыбкой на лице я.

Впрочем, пора бы рассказать о себе: я была небольшого роста, очень худенькая и хрупкая, но, несмотря на это, у меня был здоровый румянец на щечках, большие и выразительные зеленые глаза с густыми ресницами, длинные каштановые волосы ниже плеч. Пухлые алые губы и широкая белоснежная улыбка. Я понятия не имела, как попала в это место, но этот вопрос не сильно волновал меня, так я полностью была погружена в его изучение.

Пока я и Бен продолжали сидеть на траве, я увидела, как чуть подальше от нас возле кустов стояли два высоких парня, один из них был с длинными черными волнистыми волосами, одетый в черные джинсы и оранжевую футболку, другой был с легкой щетиной, русыми короткими волосами. На нем была пепельная толстовка с капюшоном и джинсовые шорты синего цвета. Первый, которого я описала, громко закричал, что–то вроде «Ты проспорил, милый, теперь выполняй наказание», и после этого один из них, который был более хрупкий, отошел на край дороги и опустился на колени, начав расстегивать ширинку штанов тому, у кого он якобы проиграл. Сказать, что я была в шоке от происходящего, это ничего не сказать.

– Что происходит? – спросила я Бена, но он не успел ответить, продолжая смотреть на меня с непониманием, как справа от нас остановилась маленькая белая машина и рыжеволосый парень, открывая дверь, ответил мне:

– Что здесь странного? Это нормально. Это же их дело, им нравится, не в нашем праве указывать им, как жить.

– Это их выбор. – добавил Бен, – Я честное слово поражен твоей реакции. Мне так весело смотреть на тебя, такая странная, но забавная.

Я еще несколько раз обернулась на тех ребят и не могла понять, как так, в открытую, на улице, у всех на глазах, без осуждений и упреков… В голове не укладывается. А спустя минут пять и мне стало все равно на то, что там произошло.

– Пойдем, я познакомлю тебя со своими друзьями, – сквозь улыбку, сказал Бен и подал мне руку.

Мы направлялись в другую сторону от парка. Бен сказал, что мы пересечем мост и уже будем на месте. Справа от моста текла чистая и прозрачная река, по которой плыли разноцветные утки, а справа была огромная поляна с лавочками по краям. Ребята, которые там находились также поразили меня. Все были азиатами, но у каждого из них кожа была другого цвета: у одного черная, у другого прозрачно–белоснежная, у третьего смуглая. При этом у одного чернокожего азиата были темно–рыжие волосы, у белокожего чистый блонд и прочее. Одеты были также странно, кто в балахонах, кто в деловых брюках и футболке, другой и вовсе был в коротких пляжных шортах, оголив пресс.

– Это самое странное количество таких азиатов, что я видела своими глазами! – поражена увиденным сказала я.

– Эм, разве у Вас не так? – продолжал смеяться над моими словами Бен.

– Да нет, может быть, – помедлила я, – хотя нет, точно не видела хотя бы кого–то подобного. Были исключения, о которых писали в журнале или всплывало постом в какой–нибудь социальной сети.

Бен остановился, повернулся ко мне лицом и, положив руку на мое плечо, спросил:

– Прости, я болван. Я представился, а забыл узнать твое имя, вот невежда! – пробубнил он и хлопнул ладонью себе по лбу.

– Да ничего страшного, я…– и тут меня словно переклинило. Это было жутко странно, но я никак не могла вспомнить своего имени. Щеки начали покрываться краской, а кончики пальцев слегка подергивались. Бен в ожидании смотрел на меня, все также сияя улыбкой. Я понимала, что ответить все же нужно, поэтому быстро начала осматриваться по сторонам, а потом внезапно выдала, – Нана, – не понимая, откуда это взяла.

– Приятно познакомиться, загадочная девушка Нана.

Мы уже спускались с моста, как незаметно стало темнеть, вечер наступил внезапно. Все дороги были выложены мелкой брусчаткой, свет от неоновых ламп рисовал на ней причудливые узоры и переливы. Улицы уходили в разные стороны, одноэтажные квадратные домики тянулись вдаль, скрываясь в загадочной темноте. Чуть выше головы висели цветные вывески с иероглифами, красные фонарики лентой тянулись над входом в каждый домик. Как я поняла, это был район магазинов, кафе и прочих заведений. Я старалась не отходить от Бена, хотя постоянно то и дело засматривалась на витрины, наполненные необычными и интересными безделушками. От дома к дому тянулись золотые ленты с красными флагами. Но если поднять голову чуть выше входа в какой–нибудь магазин, то можно было заметить полупрозрачные электронные пластины, на которых появлялась странная реклама, состоящая из непонятных символов и знаков, которых я раньше не видела.

– Мы пришли, – резко сказал Бен, взяв крепко меня за руку, – будь рядом, а то потеряешься, – все также мило улыбаясь добавил он.

Снаружи эти домики казались очень крохотными, но войдя внутрь они были очень просторные, длинные коридоры тянулись вглубь, разветвляясь в разные стороны. Играла китайская музыка, по крайне мере мне так казалось, мимо нас проходило очень много ребят с яркими напитками в руках, все были также странно одеты, начиная от пижамы и заканчивая деловым костюмом. Мне было и смешно, и непонятно, словно бы я оказалась в самой странной компании этого города. Периодически снова появлялись эти голограммы с непонятными знаками, а потом также внезапно исчезали. Дойдя до конца длинного коридора, мы снова оказались на улице, где по краям стояли деревянные столики со стульчиками, над головой висели цветные гирлянды и фонарики возле небольших зеленых кустов, что росли по краю площадки.

– Эээй, привет, Бен, – внезапно подошла к нам высокая стройная брюнетка, тоже азиатка, в красном шелковом платье с короткими рукавами, на ногах были деревянные сандалии на высокой платформе и голень обвивали черные кожаные ленты. Она подошла к Бену и, слегка приобняв, поцеловала его в щеку.

– Привет, Мэй, прости, что задержался, но вот познакомься с моим новым другом, – сказал Бен, указав рукой на меня, – это Нана.

Мэй была действительно удивительно красивой девушкой, слегка вытянутое лицо завершалось маленьким острым подбородком, аккуратные пухлые губки словно слегка тянулись улыбнуться, аккуратный маленький носик, вдоль раскосых глаз росли пышные длинные ресницы, делая ее взгляд очень обворожительным и манящим.

Она тут же повернулась ко мне, также приобняла и поцеловала в щеку. Так как я была гораздо ниже ее, то ей пришлось слегка наклониться, чтобы провести этот «ритуал».

Чуть позже подошли еще ребята, и все мы направились к столикам, которые вскоре были заставлены различной едой и напитками. Композиция была довольно странной, в глубоких чашках были чипсы из жуков и кальмаров, ароматная лапша разных цветов, словно бы специально окрашенная для привлечения внимания или это же была фишка данного заведения, хотя я так и не поняла, куда мы пришли. Голова то и дело поворачивалась направо и налево, чтобы рассмотреть все, что окружало меня.

Бен словно никуда и не отходил от меня, но тут же он подошел с двумя стеклянными бутылочками, вручил мне одну из них, и сделал глоток. Я последовала его примеру и тоже сделала глоток, хотя ярко–голубая жидкость не вселяла в меня доверие. Напоминало что–то вроде фруктового пива, только вкус гораздо ярче и, словно бы, натуральнее, будто пару минут назад туда были добавлены ягоды.

– Хотел тебя спросить, Нана, – внезапно начал разговор Бен, – ты недавно сказала, что «в твоем городе, в твоей стране такого нет». Что это значит?

– Ты о чем именно? – не понимая вопроса спросила я.

– Я о том, что такое «город» и «страна»? – озадаченно глядя на меня, допытывал Бен.

– Ну как, город – это крупный населенный пункт с развитой инфраструктурой, а страна… Стоп, да вы дурачитесь надо мной? – все также не понимала я, и слегка смеясь, подозревая, что ребята так странно шутят надо мной.

– Эм, нет, я правда не знаю, о чем ты. – с серьезным лицом ответил Бен.

Я была в замешательстве, подозревая, что ребята просто шутят надо мной, поэтому решила подыграть им:

– А страна – это территория, которая имеет как географические, так и политические границы, имея свою национальность и культуру.

Бен и Мэй смотрели на меня с непониманием, выдерживая паузу, а потом он снова начал смеяться, добавив:

– Ты все–таки очень забавная девочка. Понятия не имею, о чем ты говоришь, но из твоих уст это выглядит, как бред ученого.

В голове было много вопросов и я не знала, как мне внести хоть немного ясности в происходящее.

– Бен, ты задал мне очень много вопросов, теперь могу и я тебя кое о чем спросить?

– Конечно, давай присядем, и я отвечу на все твои вопросы. Мы прошли к пустому столику, по пути Бен взял еще парочку бутылок газированного пива и, как только мы сели, он продолжил:

– Так что ты хотела у меня узнать?

– Тебя смутили мои слова, тогда скажи мне, а как называется то место, где мы сейчас находимся?

– Смешная ты, тут находишься, а не знаешь, – с усмешкой ответил он.

– Я серьезно, Бен.

– Ну ладно, ответить я все же могу. Ты говорила что–то подобное про свой «город», только у нас это фактории, и их тысячи по всему куламу, в каждой фактории есть свои маршалы, которые отвечают за соблюдение порядка в своей фактории.

Столько непонятных слов, словно мы говорили с ним об одном и том же, но на разных языках. Он видел мое полное непонимание в глазах, поэтому решить все объяснить.

– Эх, ты как с луны свалилась, ну хорошо, я вижу, что ты ничего не поняла, поэтому постараюсь объяснить. В мире шесть куламов, разделенных между собой океаном, на каждом куламе есть фактории. Дальше ты уже знаешь.

Я всеми силами попыталась понять, о чем он сказал, и хотела было списать все на сон, если бы все это не было столь реальным. Бен видел мое замешательство, поэтому взял меня за руку и повел куда–то между домиков по дороге, прихватив с собой Мэй.

Дорога вела все выше и выше, пока мы не подошли к огороженному черным железным забором, обрыву. Бен ладонью направил меня к самому краю, откуда открывался вид на весь город, или факторию, как ее называл он.

Миллиард ярких огней, светящихся платформ освещали идеально чистое ночное небо, казалось, что и внизу, и наверху все было усыпано звездами, а мы были отдельной планетой в этой космической красоте.

      По дорогам вдалеке тихо проезжали машины, по реке мягко проносились черные катера, с высоты, напоминающие маленьких уток.

– Бен, я еще немного помучаю тебя вопросами? – с неловкостью спросила я.

Он улыбнулся, подошел поближе и сказал:

– Конечно, вот смотри, заметила, что все отличается между собой?

Я вгляделась в эту ночную красоту и заметила, что, действительно, в каждом уголке все отличалось друг от друга, и Мэй продолжила, подойдя справа ко мне и положив свою ладонь на плечо:

– Это все локи фактории, и каждая из них представляет собой нечто уникальное и необычное, их много, но, чтобы это понять, предлагаю тебе завтра прогуляться с нами по некоторым из них, потому что за один день ты это явно не осилишь.

– Локи, это, своего рода, районы, ведь так? – частично понимая, спросила я.

Бен наклонился ко мне, и его широкая улыбка снова засияла:

– Чудачка. Но ты права, только районами их уже давным–давно никто не называют.

Я не понимала ни где я, ни кто эти ребята, но мне было необычайно спокойно и хорошо, не ощущая ни капли волнения и тревоги. Газированное пиво слегка ударило в голову, мне нужно было умыть лицо, чтобы немного освежиться, поэтому я попросила Мэй показать мне, где туалет. Она указала мне направление, но попросила возвращаться поскорее.

Я спустилась и направилась ровно туда, куда она и указала. Постепенно я вышла к пересечению улиц, где должна была находиться уборная, но пока глазами я не могла ее увидеть. Яркие огни и толпы людей немного сбивали с пути, но, заметив небольшой спуск, я решила дойти туда, в надежде, что найду там то, за чем шла. Спуск напоминал дорогу, ведущую под здание к парковке, только стены были выложены зелеными кирпичиками и по стенам висели массивные зеркала с золотыми рамами. Когда я увидела, что туда спускается несколько девушек, а оттуда доносится легкий звук музыки, решила направиться туда. Спускаясь все ниже и ниже, я подошла к одному из зеркал и начала поправлять свои волосы. Почему–то мне показалось, что я выгляжу как–то нелепо, белая блузка слишком стягивала тело, а волосы закрывают ключицы. Я расстегнула пару пуговиц от блузки и потянула за заднюю засть, оголив плечи посильнее, а волосы убрала назад. Пощипала себя за щеки, чтобы появился румянец. Взгляд был встревожен и, глядя на себя, я понимала, что что–то не так, внутри тело слегка покалывало от этого непонимания, словно это была жажда истины. Хихикающие девушки проходили все дальше, заходили за поворот и их смех сливался с нотами классической музыки, едва доносившейся оттуда.

Внезапно со спины я услышала низкий мужской голос и резко повернулась. Передо мной стоял красивый мужчина, лет тридцати пяти, в дорогом черном костюме, белой рубашке и черной бабочке, отпаренных черных брюках и кожаных наполированных туфлях. Светлые волосы были зачесаны назад, щетинистое лицо было очень ухоженными, а приятный парфюм словно мелодия играл в воздухе. Его глаз я не смогла разглядеть, так как они были спрятаны под темно–коричневыми широкими прямоугольными очками. Он улыбнулся, глядя на меня, завел руку за талию и сказал:

– Моя восхитительная леди, что же вы стоите здесь, ведь Вас уже давно все ждут.

Я тут же убрала его руку с талии и отошла от него на пару шагов, но он снова подошел ко мне близко и вновь положил руку на талию. Его настойчивость меня раздражала, и я не понимала, что ему от меня нужно, хотя от него не ощущалось угрозы, да и выглядел он очень уж уважаемо.

– Вы, наверное, меня с кем–то путаете, я здесь совсем недавно, и вряд ли Вы можете меня знать. – настойчиво ответила я и снова попыталась убрать его руку с талии.

– Ошибаетесь, моя юная леди, Вас ждут, поэтому давайте пройдем, – сказал он своим низковатым голосом и указал ладонью в ту сторону, куда недавно ушли девушки.

Я обернулась назад и еще раз посмотрела на то место, откуда я пришла, чтобы вернуться сразу, как узнаю, что происходит. Как только мы повернули, я тут же увидела роскошный банкетный зал, где было очень много элегантно и дорого одетых людей, мужчины все были в смокингах или пиджаках, словно сделанных на заказ, одежда была также идеально подобрана, как и у этого мужчины, который ко мне подошел. Девушки, словно были из модельного агентства, пышногрудые, в обтягивающих черных и красных платьях, уложенные волосы, вечерний макияж и сладкий парфюм, который донесся до меня, как только я повернула сюда. Мраморный черный пол ловил на себе лучи от хрустальных люстр, висящих на потолке и сияющих, словно миллионы бриллиантов. На черных стенах повсюду висели такие же массивные зеркала с узорчатой золотой оправой.

– Мне кажется, что я не соответствую Вашему дресс–коду, мистер – раздосадовано ответила я мужчине, имя которого так и не знаю.

Он оголил свои зубы и начал смеяться, но не только он один, девушки и мужчины, стоящие с бокалами шампанского, тоже начали смеяться. И этот смех эхом отражался от стен, заглушая мелодию, что играли музыканты в глубине зала.

– Не говорите ерунды, сладкая, – промурчал мужчина и усадил меня на белый кожаный диванчик, что был в углу зала, в самом начале. Рядом с диванчиком стоял маленький круглый стеклянный столик, а на стене также висело зеркало.

Я посмотрела в него и увидела другую себя. Почему–то мои волосы были ярко–рыжего цвета с прямой челкой, в тот момент, как я посмотрела в отражение, я подтягивала к бровям свои прозрачные очки в белой тонкой оправе. На мне также была белая блузка, но она была прозрачнее, нежели являлась на самом деле, через которую просвечивалась грудь. Кожа была прозрачно–белого цвета, словно бы была напудрена. Оторваться от этого отражения было практически невозможно.

Мужчина, все также сидящий рядом, взял мою руку и, поцеловав кончики пальцев, посмотрел в мои глаза. Его взгляд был острым и выразительным. Я не заметила, как он снял очки, но сейчас его глаза прожигали меня, как пламя свечи лист бумаги. Мое дыхание стало тяжелым и воздух был словно раскален. Его золотые глаза не переставали смотреть на меня, он продолжал держать кончики мои пальцев, словно едва касаясь их, но я никак не могла оторвать свою руку из его мертвой хватки.

Мне стало не по себе, пиво, что я пила, давно закончило свое свойство, но это пьянящее состояние окутывало мое тело, сдавливая в невидимых объятиях.

Внезапно мужчина встал, и я тоже последовала за ним, и, хотя я тут же попыталась направиться в ту сторону, откуда пришла, как он сжал меня за талию и притянул к себе. Жадный взгляд и острые скулы не давали мне покоя. Я не могла ничего сделать против, поэтому направлялась туда, куда и он.

Дальше зал становился менее освещен. Когда мы продвинулись еще дальше, музыка стала слышна отчетливо, и я смогла узнать Моцарта и его Лякримоза. Все и всё кругом было роскошно, официанты в черных жилетках подносили гостям вино и шампанское, девушки в черных приталенных платьях разносили на широких серебряных подносах закуски. Обстановка напоминала вечер в высшем обществе. Я еще раз посмотрела на себя в одно из зеркал, мимо которых мы проходили, и заметила, что и джинсов на мне нет, а моя блузка аккуратно заправлена в белую короткую юбку из плотного мягкого материала, а на ногах были изящные белые лодочки.

Казалось, что мы идем вечность, и, периодически, я ловила на себе такие же острые взгляды гостей, которые смотрели на меня как голодный волк на овечку, заплутавшую в лесу. Я, периодически, терла пальцами глаза, так как ощущала давящую пелену и дурман.

– Быть может Вы представитесь, господин? – внезапно прервала тишину я, взглянув на мужчину, который привел меня в это место.

Он кинул на меня свой вострый взгляд и вновь оголил острые белые зубы:

– Акер.

– Скажите, зачем вы привели меня сюда, Акер? – дрожащим голосом спросила я его.

Он тут же резко наклонился ко мне и провел по шее кончиком носа, прошептав на ухо:

– Для того, чтобы скрасить ваш скучный вечер и показать вам, моя дорогая, истинные наслаждения.

Его горячее дыхание обхватывало горло так, что становилось трудно дышать. Я нервно улыбнулась, и ладонями уперлась в его грудь, пытаясь отодвинуться от него. В этот раз он не препятствовал. Резко повернулся и остановил официанта, проходящего мимо него, взял пару бокалов белого вина и протянул один мне. Мне срочно нужен свежий воздух. Горло пересохло, поэтому я все же взяла бокал и сделала пару глотков. Действительно, легче мне стало. Я попыталась собраться и подыграть ему:

– Это все, конечно, замечательно, и я осмелюсь поддержать ваше предложение, но мне все же необходимо немного уединиться, если вы, конечно же, не против, а потом я вновь к вам присоединюсь, – твердо и мелодично произнесла я, понимая, что возвращаться я не намерена.

Он все также прожигал меня своим взглядом, потом опустил глаза вниз и оголил свои зубы, вновь подняв на меня взгляд. Обхватил ладонь и едва коснулся губами моих пальчиков:

– Буду с нетерпение ждать вашего возвращения.

Он тут же отошел от меня и направился к одной из мужских компаний, которые стояли недалеко от бильярдного стола, которого я сначала не заметила. Осмотревшись по сторонам, я предположила, где бы мог быть выход и направилась туда, стараясь идти таким же шагом, как и мы вместе, чтобы не привлекать внимания, но как только я повернула, как тут же сердце громко застучало в груди, и я спешно начала искать выход.

Мимо меня также проходили красивые девушки, громко смеясь и что–то обсуждая. Один коридор сменялся другим, словно бы я мышь в лабиринте, которой наградой будет не сыр, а дверь, ведущая наружу. Скорее всего здесь несколько выходов, надеюсь, что один из них в скором времени, попадется мне на глаза.

Перед глазами был словно дым, который дурманил меня так, что ноги становились расслабленными, а движение медленным, но я щипала себя за руки и продолжала искать выход. Мимо меня прошли две высоких стройных девушки, на каждой из них была белая строгая блузка и юбка–карандаш до колен, маленькие ступни были в черных лакированных лодочках. К уху был прикреплен черный микрофон, в который они с кем–то разговаривали. Они открыли дверь и выкатили оттуда длинную вешалку на колесиках, на которой висели вещи, словно предназначенные для показа мод. Одна из девушек повернулась лицом к двери, откуда вышли и произнесла кому–то:

– Через час Вы должны быть на месте, без опозданий!

Я слегка нагнулась и спряталась за одной из таких вешалок, они прошли мимо меня, а я проскользнула в ту комнату, из которой был виден свет.

Внутри было два парня в серых комбинезонах, они разгружали остатки вещей, видимо, начали закрывать машину. Это помещение напоминало огромный склад, заполненный коричневыми картонными коробками. Я так и не выпрямляясь, пробиралась между этими коробками ближе к выходу, и когда эти мужчины отвлеклись на разговор и отошли вглубь склада, я мигом прошмыгнула в маленький промежуток между дверью и машиной (стояла она почти вплотную), и яркий свет ослепил меня.

Я оказалась снаружи и на улице уже ярко светило солнце, словно бы было около шести или семи утра. Привыкнув к свету, я посмотрела и увидела, что нахожусь рядом с гаражным кооперативом, где кругом стояли черные, зеленые и красные сооружения, на каждом из них были проштампованы белые цифры. Необходимо было немедленно уходить отсюда, хотя куда идти я понятия не имела.

Вроде бы я была там внизу не больше тридцати минут, но прошло уже часов семь или восемь, как такое возможно. Незнакомые улицы, дома. Все совершенно отличалось от того места, где я была вчера. Вдалеке я увидела дорогу и тут же направилась к ней, когда я подходила, мимо меня прошла девушка, подошла к длинному автобусу, у которого не было крыши, и спросила девушку, рядом с которой было свободное место:

– Скажите, Вы же девушка?

– Да.

– Это автобус для женщин, отлично, тогда я успею на встречу – добавила она и плюхнулась на сиденье. Автобус тут же двинулся с места и поехал дальше по маршруту.

«Автобус для женщин» – проносилось у меня в голове. Значит есть и «автобус для мужчин». Посмотрев на проходящих мимо меня людей, действительно, было непонятно, кто из них девушка, а кто парень. Навстречу мне шла пара, у худощавого парня, ростом который был около метра восьмидесяти, были голубые длинные волосы, завязанные в хвостик, он шел в белых кроссовках, голубых джинсах и белой рубашке с засученными рукавами, а рядом с ним шла низенькая пухлая, как мне показалось, девушка, но очень грубой внешности, в свободной голубой футболке и трико. Коричневые волосы были коротко подстрижены, слегка подбриты виски. Выглядела она мужиковато, но при этом голос был достаточно высокий.

Пока я шла вдоль улицы, мне встречалось еще много людей, которые были то парни с милым женским личиком, то девушки и широкими скулами, и грубой кожей. По поводу одежды я уже не говорю, потому что все здесь одевались так, как им угодно, а окружающим было все равно.

«Мда, ну и городок» – сказала я себе.

Белоснежные квадратные здания с коричневыми крышами, на которых были такие же солнечные батареи, как и в месте, где я ознакомилась с Беном. Все дома были не более двух этажей с большими окнами, через которые можно было видеть, чем человек, если находится дома, занимается. Вдоль дороги тянулся свежестриженный газон, а трава была сочно–зеленой. Небо было таким же голубым, как и вчера, ни единого облачка. Кругом была идеальная чистота. Разбрызгиватели были установлены около каждого дома. Было легко дышать. Периодически, я останавливалась, закрывала на пару секунд глаза и полной грудью вдыхала чистый и свежий воздух. А потом снова шла вдоль дороги. Через дорогу от меня располагались магазинчики, около входа стояли в несколько этажей паллеты с овощами и фруктами. Милый дедушка в темно–синей фуражке, зеленой клетчатой рубашке и синих плотных штанах, с повязанным фартуком, на котором были нарисованы овощи, аккуратно складывал покупателям в бумажные пакеты овощи, и они о чем–то смеялись. И, что я точно заметила, здесь все улыбались и смеялись. Обстановка была очень доброжелательная и уютная.

Чуть подальше, дома по моей стороне заканчивались, и когда я дошла до туда, то увидела огромный песчаный пляж, тянущийся далеко за горизонт. Пышные волны ударялись о берег. Я сняла туфли и босыми ногами наступила на мягкий и горячий песок, направляясь к самому берегу. На пляже было немного людей, кто–то гулял с детьми, кто–то также, как и я, одиночно смотрел на волны. Это место было идеальным, словно с обложки журнала. Не могу объяснить почему, но на мне не было ни очков, ни ярко–рыжих волос, хотя блузка и юбка все же остались. Все здесь было загадочно, таинственно, но прекрасно.

Когда я возвращалась обратно к дороге, вдруг услышала, как кто–то окликает меня. Оглядевшись по сторонам, я увидела, как в мою сторону движется высокая блондинка с аккуратно уложенными локонами, при этом размахивая правой ладонью над головой. Ее одежда выглядела необычно, но очень стильно: плотный белый пиджак в стиле милитари с золотыми круглыми пуговицами и, что удивило, с замком, плавно переходящим в плотные узкие брюки, которые больше были похожи на леггинсы с черными треугольными вставками в области коленей и голеней. Руки были прикрыты длинными черными лаковыми перчатками, уходящих под рукав пиджака. На талии плотно был пристегнут черный кожаный ремень, сбоку завязан как галстук. На ногах были тоже лакированные ботинки на шнуровке и высокой платформе с тракторной подошвой.

Я ждала, когда девушка подойдет ко мне, чтобы узнать, зачем я ей нужна. И пока я завороженно следила за ее походкой, которая была мягкой и сексуальной, не заметила, как блондинка уже стояла около меня.

– Нана, привет, везде тебя ищу. – нежным голосом сказала девушка.

– Ищешь? Мы, вроде, не знакомы. – все также не понимая, ответила я.

– Ну как, ты же подруга Бена? Или я напутала…– задумчиво произнесла она, и добавила, – Нет, ты именно такая, как он тебя описал.

– Да, все верно, но зачем меня нужно было искать?

– Вы договаривались, что он проведет тебе экскурсию, но ты куда–то пропала, и вот, – показала девушка рукой на меня, – я тебя нашла, поэтому, давай, поехали, а то тебя ждут.

– Эм, хорошо, но на чем мы поедем? – осмотрелась по сторонам я в поисках транспорта, на котором приехала девушка.

Девушка засунула руку в карман, который я вообще не заметила, и достала оттуда маленький пульт. Когда же она нажала на одну из кнопок, то из–за недалеко стоящего дома подъехал мотоцикл. Звук мотора был еле слышен. Сначала мне показалось, что он, как обычные мотоциклы, едет по дороге, но, приблизившись к нам, я заметила, что колеса не касались асфальта, а находились на пятнадцать–двадцать сантиметров над ним. Сам мотоцикл был обтекающей формы, темно–вишневого цвета, и блестел, словно его долго и упорно натирали воском. Спереди висел круглый фонарь, по обеим сторонам руля были закреплены маленькие овальные зеркала, примыкающие к рулю длинными тонкими стержнями. В переднее крыло была встроена белая решетка радиатора, как на машине. По бокам от бензобака была встроены керамические белые вставки. Когда я обошла мотоцикл, то сзади увидела турбину, как у самолета, только гораздо меньших размеров.

– Бен был прав, ты странная, – с улыбкой ответила девушка, вырвав меня из затянувшегося разглядывания транспорта.

– Я так понимаю, что турбина нужна, чтобы разгонять самолет?

– Да, правильно, что позволяет тратить меньше энерготоплива. Может мы уже поедем? – ответила девушка, усаживаясь за железного коня.

Я аккуратно подошла к мотоциклу и села сзади девушки, обхватив ее слегка за талию. Она нажала на несколько кнопок на сенсоре, и мы отправились в путь. Мимо проносились маленькие аккуратные домики, с солнечными батареями на крыше. Чем дальше мы удалялись от берега, тем больше зелени было вокруг: по обе стороны дороги росли высокие деревья, плотно покрытые листвой, у домов подстриженные газоны с сочной травой. Хотелось делать до невозможности глубокие вдохи.

Когда мы повернули резко вправо, то за густыми деревьями начали виднеться огромные сооружения, напоминающие массивные сияющие кристаллы, упавшие на траву.

– Что это? – восхищенно произнесла я.

– Экофермы.

– И что же там производят?

– Там выращивают экологически чистые продукты: овощи, фрукты, мясо.

– Мясо? В смысле животных? – с недоумением спросила я девушку.

– Нет, мясо. Хватит вопросов, скоро сама все узнаешь.

Мы добрались до этого удивительного места, остановившись около одного из кристаллов, который вблизи был высотой с пятнадцатиэтажный дом. При детальном рассмотрении, можно было увидеть, что он полностью состоял из солнечных батарей, сияющих в свете солнца.

Мы слезли с мотоцикла, и я поняла, что, видимо это уже традиция, снова забыла познакомиться.

– Мое имя ты знаешь, а как же тебя зовут? – спросила я ее.

– Френча. – улыбнулась она и направилась было идти, как я ее остановила.

– Куда ты? Я думала…

Но не успела я договорить, как она добавила:

– Мы позже увидимся, у меня кое–какие дела, а пока иди к ребятам, – добавила она и указала пальцем на выходящих из здания уже знакомых мне Бена и Мэй.

Когда я снова перевела взгляд на Френчу, а точнее на место, где она стояла, ее уже не было. Видимо, также незаметно исчезла, как и появилась.

– Эй, ты куда вчера пропала? Мы тебя везде искали! – слегка недовольно произнес Бен, который все равно улыбался мне.

Одеты они были уже по–другому, в отличие от дня, когда мы познакомились. На Бене был черный пиджак, застегнутый на молнию и черные узкие брюки. На передней части пиджака, который напоминал спортивную мастерку, был изображен темно–красный контурный треугольник, заключенный вкруг. Этот элемент продолжался и на рукавах пиджака. На ногах были классические лакированные туфли, как у истинного джентльмена.

Мэй выглядела также обворожительно, как и в прошлый раз. Мне кажется, что, какая бы одежда ни была на ней, она всегда будет роскошной. Как у Фрэнчи, у нее был белый обтягивающий комбинезон, но выглядел немного иначе: верх напоминал водолазку, который сразу же закрывал ладони перчатками. На плечах были желтые вставки. С внутренней части бедер были черные линии, которые волнами соединялись по краям талии комбинезона. На ногах красовались красные ботильоны на высокой платформе и широким каблуком. Черная шнуровка плотно стягивала обувь. Волосы уложены в высокий хвост. На груди висел кулон на еле заметной серебряной цепочки с красным перевернутым треугольником.

Пока разглядывала их одежду, вспомнила, что Бен задал мне вопрос, поэтому поспешно постаралась ответить:

– Я случайно забрела в место, где было много зеркал при входе, – но не успела я договорить, как Мэй перебила меня:

– Ты была на нулевом уровне? Ого! Теперь понятно, почему ты там осталась.

– Мужчина сказал, что меня там ждут, но я совершенно никого не знала там. – не понимая этих загадочных событий, ответила я.

– У нее еще и приглашение было. И ты молчала! – пробурчал Бен.

Хоть мне и нравилось находится здесь, но море вопросов и загадок начинали раздражать меня. Ребята пошли внутрь здания, и я последовала за ними.

Внутри здание было удивительным и прекрасным. Если поднять голову, то непонятно, где потолок здания. По бокам тянулись стеклянные коридоры с металлическими перилами, по которым проходили люди в белых комбинезонах, но они были просто белые, без лишних деталей. Видимо, у каждого был свой отдел или область деятельности. Уже от дверей здания тянулись длинные коридоры, подсвеченные тонкими светящимися проводами на верхней части.

– Пойдем, мы все тебе покажем. – сказал Бен, положив ладонь мне на спину, словно бы направляя меня.

– Френча сказала, что это экофермы, и мы сейчас на одной из них, я правильно понимаю? – допытывала Бена я, словно маленький ребенок, познающий мир. Хотя, на самом деле, со стороны это так и выглядело.

– Да, именно. Немного терпения и ты сама все увидишь. – ответил Бен, широко улыбнувшись.

Когда мы дошли до конца одного из коридоров, то перед нами появилась огромная площадка, которая была разделена прямоугольным металлическими блоками, внутри которых росли овощи. Люди в таких же белых комбинезонах контролировали поливку, так называемых овощных грядок, над которым летала маленькая полукруглая металлическая фигура, похожая на фасоль, из которой лилась вода, словно это беспроводной смеситель для душа, только применяется в другой сфере. Другие люди, чуть дальше, посыпали грядки голубым порошком и тоненькими грабельками распределяли по поверхности.

Подняв голову кверху, я увидела стеклянный потолок, через которое ярко сияло солнце. На стенах располагались небольшие балкончики, с которых свисали гроздья винограда разной формы и расцветки. Не успела я задуматься, как же его собирают, как увидела двух людей, которые промчались мимо нас на небольших прямоугольных платформах, которые мчались по воздуху.

– Удивительно, что вы так трепетно занимаетесь выращиванием овощей и фруктов. Френча сказала, что есть выращивание и мяса. Как? – восхищенно произнесла я.

– Мы давно научились получать культивируемое мясо, обходя стороной такой устаревший способ, как убийство животных.

– Но как получается выращивать?

– Конечно, изначально для базового набора нам потребовалось мясо животных, таким образом, в распоряжении фермы поступила огромное количество животных образцов, состав которых используется как образец качества. Аминокислоты, витамины, соли глюкозы и другие ингредиенты позволяют вырастить из пробирки волокно, которое становится самым настоящим мясом, при этом мы сохраняем жизнь животным, которых раньше ежедневно убивали для спасения мира от голода.

– Очень разумно. А для чего же теперь используются животные? – продолжала расспрашивать я Бена.

– Как для чего? Они свободно живут вне нас, кто–то берет себе животное в качестве питомца, при этом они оба проходят курс дрессировки для адаптации.

– Замечательно! – восторженно произнесла я, сжав кулачки около подбородка.

– Может мы пойдем дальше? – вклинилась в разговор Мэй.

Мы прислушались к ее совету и направились дальше. Пройдя в другой сектор, перед нами раскинулся парк внутри здания, на левой стене которого располагались этажи, состоящие из стеклянных кубов, внутри которых стояли столы и компьютеры. Внутри сидели люди в бежевых комбинезонах, и работали за сине–прозрачными сенсорами, которые висели в воздухе над столом. Между этими блоками из стены торчали деревянные горшки, в которых росли пальмы. Рядом с блоками проходила брусчатка молочного цвета, справа к потолку тянулись высокие белые колонны, обвитые лианами. У самого низа правой стены тянулась небольшая речка, в которой плавали розовые и белые кувшинки.

– Что это за сооружение? – спросила я, продолжая разглядывать стеклянные блоки с людьми.

– Это офисы. Как раз мой сектор. – ответила Мэй.

– А чем Вы тут занимаетесь?

– Из этого сектора мы следим за тем, чтобы все исправно работала, каждый этаж отвечает за свой блок работы, кто–то следит за тем, чтобы поливочная станция работала исправно, уровень воды в системе был в норме, и хватало места для хранения продуктов. Другой блок занимается отслеживанием целостности солнечных батарей, и распределением солнечной энергии по всем этажам экофермы. Еще один блок отвечает за интеллектуальную часть, чем, кстати, я и занимаюсь, там проходит дистанционное обучение всех сотрудников основам работы, повышению навыков. И, – сделав паузу, она добавила, – мне, к сожалению, нужно покинуть вас, так как с минуты на минуту у меня начнется обучение новичков, поэтому увидимся позже.

Я попрощалась с Мэй, проводя ее взглядом, пока она не пропала из виду, и повернулась к Бену, со словами:

– Я так понимаю, что ты тоже здесь работаешь. А какова специфика твоей деятельности?

– Я работаю в другом блоке, здесь только эко культивирование.

– Поэтому у тебя форма другого цвета?

– Да, именно. Если тебе интересно, то мы можем пройти в другой блок, и я тебе все покажу. – ответил Бен, заведя пальцами волосы к затылку.

– Конечно, пойдем к выходу? – с нетерпением вырвалось у меня.

– Зачем? Чтобы попасть в другой блок, мы можем пройти через коридор. – ответил он, направив меня вглубь кристалла.

– Но я не заметила, что снаружи здания как–то соединены.

– Потому что коридоры идут под землей. – уточнил Бен.

Мы направились к тому месту, где смогли бы попасть в один из кристаллов. Когда мы подошли к двери, ведущей к коридору, Бен открыл шкаф, стоящий слева от входа, на который я сначала не обратила внимание, и взял с вешалки один из комбинезонов.

– Тебе стоит переодеться, чтобы не привлекать лишнее внимание, да и соблюдение правил в том блоке обязательно. – уточнил Бен.

– Хм, а в этом блоке я разве не привлекла внимание? – полюбопытствовала я.

– Здесь часто проводятся экскурсии, поэтому всем без разницы, а там, где работаю я, доступ исключительно для сотрудников.

– И ты так просто хочешь взять меня туда? Человека, которого едва знаешь? – произнесла я, при этом встав спиной к Бену и натягивая на себя черный комбинезон как у него.

– Ты не все. – констатировал он и направился внутрь коридора.

Я тут же застегнула молнию и направилась вслед за ним. Этот коридор чем–то напоминал небольшое метро, только не было ни перрона, ни электричек, ни вывесок с расписанием, только длинная черная полоса, тянущаяся вдаль. Сбоку был закреплен поручень, как у эскалатора, да и само покрытие, на котором мы стояли, было как у него, только мы двигались не вверх или вниз, а прямо.

Я встала рядом с Беном и взялась за поручень, который двигался вместе со мной. Мы медленно плыли по черной дорожке, и вскоре дверь, в которую мы вошли, скрылась за поворотом.

– Бен, я хотела бы спросить у тебя. – внезапно вспомнив о некоторых вопросах, решила начать разговор я.

Бен слегка облокотился на поручень и повернулся ко мне, приподняв свой подбородок.

– Я хотела бы уточнить насчет того, что ты мне сказал, когда мы были у входа в здание.

Он ухмыльнулся и спросил:

– Так, и что же именно ты хочешь знать?

– Как ты сказал тогда, что я была на нулевом уровне и у меня было приглашение, хотя, я совершенно не понимаю, о чем ты. Что особенного в этом месте? – кусая губы, начала свои расспросы.

– Ну, странно, что у тебя не было приглашения, но, что хочу тебе сказать, – помедлил он, – тебе круто повезло, что ты оказалась там. – сказал он и потрепал ладонью по плечу.

Я убрала руку с поручня и нервно отошла от него, вспомнив того мужчину, который был в том месте.

– Все в порядке? – с тревогой в голосе спросил Бен.

– Да, прости, просто вспомнила того человека, как его там, Акер, кажется. – в голове начали возникать небольшие воспоминания того вечера.

– Ух, – слегка округлив глаза, удивился он, – ты знакома с самим Акером.

Совершенно ничего не было понятным, поэтому, пока была возможность, я попыталась докопаться до истины и расставить все по полочкам.

– Так, давай по порядку, – решительно начала я, – что такое нулевой уровень?

– Думаю, ты должна была сама догадаться, это самое крутое место, где собирается элита среди всех факторий. Там своя жизнь, словно свой мир, которого достоин только лучший, да и не каждый лучший туда попадет, поэтому я и удивился, – восторженно начал он, – а когда ты сказала, что тебя сопровождал Акер…

– Стоп! Это просто крутая тусовка? И все? – задрав брови, продолжила я.

– Нана, это не так. Это место как отдельная фактория, где свои правила и своя идеология жизни. Попасть туда можно только если получить приглашение от одного из членов этого клуба. Френча, девушка, которая тебя доставила сюда, часто бывает там, потому что она случайно стала фавориткой одного из людей, которые там находятся, хотя и работает в соседнем блоке с Мэй.

– Насчет этого я тебя еще помучаю, а теперь скажи мне, кто такой этот Акер?

– Это правая рука маршала нулевого уровня, поэтому оказаться в его фаворитах дорогого стоит. Если тебе вдруг посчастливится быть там еще раз, не будь глупенькой, и про меня не забудь – сказал Бен и растянулся в широкой улыбке. – Там самые шикарные девушки, ух…

– Бен, соберись, – ответив ему улыбкой, добавила я, – не забуду, хотя особого желания оказаться там у меня нет. Этот Акер, словно маньяк, который вцепился в меня своими ручонками, я еле выбралась оттуда. – внутри кровь начала вскипать от недовольства.

Лицо Бена стало багровым от моих слов. Буквально пару секунд он смотрел на меня, словно получил шоковое потрясение от услышанного.

– Ты была рядом с ним и ушла оттуда… Ты, действительно, очень странная. Даже какая–то ненормальная, я скажу.

– Да что в этом такого!? – недовольство и непонимание вскипали в жилах и уже были готовы вырваться наружу, но тут Бен произнес:

– Так, мы уже на месте, поэтому продолжим наш разговор позже. Теперь у меня к тебе есть много вопросов.

Мы вошли в абсолютно такую же дверь, из которой и вышли, как мне показалось, но внутри было все иначе. Кругом не было столько света и растений, а только свет неоновых ламп, слегка горящих синим светом и металлические стены, и потолки. У всех сотрудников, проходящих мимо, была такая же форма, как и у Бена, и, теперь и у меня. Мы подошли к лифту, что находился недалеко от двери, Бен достал прозрачную карту, приложил ее к панели слева от лифта, и, когда панель загорела зеленым светом, дверь лифта открылась и мы вошли внутрь. Я посмотрела на табло с номерами этажей и увидела также обозначение нулевого уровня. Видимо, Бен что–то мне не договаривает, ведь у него, как у сотрудника данного блока должен быть доступ к этому уровню, раз лифт может спуститься туда. Вопросов с каждой минутой, находящейся в этом месте, становилось все больше.

Бен больше не произнес ни слова с того момента, как мы вошли в здание. Он молча смотрел перед собой, и на лице не было ни единой эмоции, поэтому я взяла пример с него, все также будучи поглощенная вопросами.

Выйдя из лифта, мы очень долго шли по длинному коридору, по обеим сторонам которого находились двери с подобными панелями, как у лифта. Возможно, был необходим доступ к каждой из них. Вскоре мы подошли к одной из дверей, Бен приложил карту и дверь открылась. Оказавшись внутри, Бен расслабился, и улыбка снова засияла на его лицо.

– Прости, не успел тебя предупредить. – внезапно начал он, – в коридорах здания не положено разговаривать, такая возможность есть только в пределах твоего кабинета.

– А почему так?

– Лишние разговоры могут отвлечь от работы, таким образом, ты можешь совершить ошибку в своем детище.

– А что будет, если ты случайно с кем–то начнешь разговор? И почему в кабинете это возможно?

– Как правило, сначала выговор, потом увольнение. А кабинет – это твоя зона ответственности, где работаешь только ты. У каждого свои методы работы: музыка, фильмы или еще что–то, но в рамках адекватного, конечно же. Я, например, всегда включаю джаз или блюз в системе, это помогает мне сосредоточиться на процессе. А вне кабинета ты можешь войти в зону чужого комфорта и уже будешь ответственен за его ошибки.

– Хм, как странно, с одной стороны, это забота о сотрудниках, чтобы каждый занимался своим делом, с другой – скукота, как же без общения. – рассуждала я.

– За это не переживай, для этого есть отдельные комнаты отдыха, где мы все собираемся и можем обсудить детали проекта, если он включает работу нескольких секторов, или же просто обсудить планы на выходные. Просто рабочее время должно быть посвящено работе, вот и все.

– Мда, мне пока это кажется чуждым.

Тем временем я решила осмотреться в его кабинете. Он был разделен на две секции: в одной стояли деревянные стол и стул, покрытые в несколько слоев лаком, над столом висел полупрозрачный экран, на котором еле заметно изображался кристалл, напоминающий здание, в котором мы находимся. Слева у стены стоял тоже деревянный шкаф, весь забитый старыми книгами. Переплеты некоторых книг или отсутствовали, или были очень сильно потерты. В этом кабинете было очень уютно и более привычно для меня. Справа вместо обычной стены была прозрачная стеклянная, через которую виднелась рабочая зона Бена. Та комната напоминала научную лабораторию, все столы были заставлены микроскопами, пробирками. На стенах висели черные шкафчики, через которые, к сожалению, ничего нельзя было разглядеть. Но я решила снова вернуться взглядом к комнате, в которой мы находимся:

– Откуда у тебя столько старых книг? Я думала, что у Вас тут все суперсовременное и необычное. – с легкой ухмылкой произнесла я.

– Я обожаю книги, сейчас такие уже не достать, поэтому для меня каждая из них дорога.

– Ты фанат и старой мебели, как я посмотрю, – пробормотала я и провела пальцем по краю стола.

– Да, не спорю, мне некомфортно сидеть за этими пластиковыми столами. Когда я заполняю отчеты, сидя за этой мебелью… Атмосфера другая, приятная. – голос Бена стал мягким и волнительным, чувствовалось, что это, действительно, важно для него.

– А чем ты все–таки занимаешься?

– Пойдем, я лучше тебе покажу.

Бен снова приложил карту к панели у двери, она открылась, и мы прошли внутрь его лаборатории. Он тут же провел меня к одному из микроскопов и попросил посмотреть внутрь. Маленькие точечки соединялись и образовывали небольшое пятнышко, едва заметно и другие точечки прилипали к этому пятнышку, постепенно сливаясь с ним.

– Что это? – заинтересованно спросила я.

– Это из маленьких клеток образуется клетка, из которых позже можно будет вырастить человеческую кожу.

– Что?! Из этой клетки? Кусок человеческой кожи? – с каждым вопросом голос становился слегка выше.

– Да, я занимаюсь биоинженерией, в этом секторе мы занимаемся выращиванием человеческих органов и тканей, потом они передаются трансплантологам в клиники, что позволяет полностью восстановить кожу человека после того же ожога, а также, заменить непригодный орган на совершенно новый.

– И что, можно хоть все органы поменять на новые? Выращенные из пробирки? – со смешком добавила я.

– Да, это позволяет человеку прожить не семьдесят или девяносто лет, а больше ста, при этом выглядеть замечательно.

Бену нравилось то, что его работа привела к восторгу, ведь здесь это обычное дело, а в ее глаза можно было увидеть признание.

– Вот, посмотри сюда, – продолжил он, открыв один из черных шкафчиков на стене.

Подойдя поближе, я увидела тонкие волокна ткани, которые находились в растворе в больших колбах. На каждой из них был прикреплен стикер и бирка с данными. Волокна были и толще, и тоньше, едва уловимые взгляду; также они были отсортированы по цветам.

– Это образцы или же… – начала я, но он перебил меня.

– Это уже готовые к работе продукты. Скоро мне их нужно будет отдать для пересадки. Для нас это также нормально, как дышать. А вот для тебя это прям открытие человечества, – прибавил он, и его красивая улыбка засияла ярким светом, притягивая свет от ламп.

– Да, ты прав, я удивлена тем, что ты мне показал. Чем еще ты занимаешься?

– Моя работа заключается в этом, но, думаю, мне есть, что показать. Давай пройдем к моему другу Алексу, его кабинет в конце коридора.

– Хм, пошли.

Чуть позже мы уже стояли у дверей такого же биоинженера, который с радостью впустил нас к себе. На нем был такой же черный костюм с перевернутым треугольником в круге на верхней части. Светлые густые волосы едва касались плеч. Голубые глаза в свете люминесцентных ламп напоминали об океане, у которого я недавно сидела. Я уже привыкла к тому, что все здесь улыбаются и выглядят прекрасно, словно бы спущены с конвейера, поэтому мы познакомились и Алекс повел нас в свою лабораторию, которая была закрыта темными панелями.

– А теперь приготовься удивляться, – сказал Бен, и перед моими глазами открылся бесконечно длинная комната, вдоль которой висели стеклянные цилиндрические колбы, внутри которых были полупрозрачные мешочки пудрового цвета. Когда я дрожащими ногами подошла поближе, то увидела маленьких детей, эмбрионов, которые были словно в утробе матери, но находились вне ее. Сбоку на каждой колбе была панель с показателями, и присвоенный номер.

– Это что…Дети? Вы выращиваете детей? Что? – в голове было столько вопросов, казалось, я даже не успевала их задавать даже у себя в голове.

– Да, именно. Это экстракорпоральное оплодотворение только более усовершенствованное, так как ребенок берет данные от родителей и растет вне утробы матери. – констатировал Алекс.

– Я понимаю, что это было придумано в борьбе с бесплодием, а зачем растить его вне тела матери?

– Бен, ты был прав, она очень странная, – обратился он к Бену, но потом снова перевел взгляд на меня и продолжил, – матерям, которые хотят завести ребенка, необязательно ради этого жертвовать красотой своего тела для его появления. Достаточно сдать необходимые анализы, выбрать пол ребенка и все.

– Выбрать пол? – Я продолжила свои расспросы, при этом разглядывая малышей в этих колбах.

– Да, мы помещаем данные родителей в пробирку, вводим необходимые коррективы и все, потом начинается выращивание плода. Этих ребят, – он указал на один из рядов с эмбрионами, – на днях уже заберут их матери, остальных через две недели.

– Это что, поставлено на поток?

– Фу, какое слово, – скорчил лицо Бен.

– Скорее, это системность и порядок. Таким образом мы можем вести учет людей, контролировать их прирост и упадок, регулировать физические и умственные показатели и доводить их до совершенства. – подытожил Алекс.

В голове не укладывалось: «А в чем же уникальность ребенка, если в нем все идеально. И эти номера… Получите Вашего малыша с номером триста восемьдесят восемь, распишитесь и до свидания. Брр, жуть какая».

Я медленно пошла вдоль рядом с колбами и смотрела на малышей, которые там находились. В одном ряду уже были готовые к своему появлению младенцы, а, уходя дальше, находились совсем крохотные эмбрионы, которым еще предстоит вырасти.

В голове было миллион вопросов, ответов на которые я не знала. Столько удивительного и непонятного, загадочного и чуждого, к которому мне предстоит теперь привыкнуть. Оставались вопросы, почему все в курсе моего присутствия здесь, но при этом я сама совершенно не понимаю, как оказалась в этом странном месте.

После небольшого знакомства с Алексом, Бен взял меня за руку и повел к лифту, когда же мы вышли на пятнадцатом этаже, я увидела огромную комнату, где за малышами пришли их новоиспеченные родители. Высокие стройные девушки в черных комбинезонах несли закутанный сверток с младенцем, которого передавали родителям. Они подписывали документы и забирали малыша. Возможно, это, действительно, было удобно: вы создаете семью, у вас есть малыш, а, может быть, и несколько. Не нужно уходить с работы, менять рацион или одежду, потому что ты не помещаешься в нее. Даже нет нужды забрасывать спорт, а потом снова восстанавливаться и начинать все с самого начала. Нет смысла останавливаться или замедляться, когда ты можешь двигаться дальше в том же темпе, только теперь у тебя будет еще и малыш.

– Черт, сегодня проверка, – с досадой выдал Бен, указывая пальцем на несколько человек, которые появились в конце комнаты.

– Что будем делать? – спросила я.

Все здания были бесконечно огромными, повсюду коридоры и кабинете. Этот этаж не исключение. Бен, продолжая держать меня за руку, повел в сторону одного из коридоров, слегка ускорившись, но не привлекая к себе внимания, чтобы нас не заметили. По правой стороне также шли закрытые двери, но одна из них была слегка приоткрыта. Любопытство – мое второе имя, поэтому я, невольно, заглянула в комнату, но тут же остановилась, когда увидела, что происходит внутри: целые ряды голых мужчин и женщин стояли в идеально ровном ряду, а женщина в белом комбинезоне специальным прибором наводила на них красным лучом, делая отметки в электронном блокноте–сенсоре, который висел в воздухе рядом с ней.

Бен резко остановился и прикрыл дверь рукой, поспешно потянув меня за собой, заметно ускорившись. То, как он сжал мне руку, говорило о том, что я увидела лишнее.

Как мы дальше дошли до конца очередного коридора, а потом и до выхода к тоннелю между блоками, я не заметила, так как в моей голове вертелось одно: они что, выращивают не только эмбрионы детей, но и создают новых людей? Это что, клоны?

Больше с Беном мы не разговаривали, я лишь кивала головой в ответ. Я ожидала, что мы вернемся в первый блок, но мы оказались в третьем по счету блоке. Внутри все было иначе: бордово–красные стены и черный прорезиненный пол. Бен вставил карту в отсек шкафа, дверь открылась, и он достал оттуда желтый овальные очки, линзы которых держались только на верхней части черной пластиковой оправы.

– Для чего это? – спросила я, прервав наше молчание.

– Без этих очков здесь бесполезно находиться. Через них можно видеть всю информацию на информационных панелях. Сними очки. – спокойным голосом объяснял Бен.

Я послушалась. Когда сняла очки, то вокруг меня были простые черные коридоры и комнаты, по бокам освященные красными проводами, которые освещали путь. Но, надев их обратно, увидела, что над дверями тянулась полосатая красная лента, и быстро проносился текст, который я не успевала прочитать. Подходя к концу коридора, нам навстречу вышел высокий парень, с темными волосами чуть длиннее ушей, закинутые назад. Густые брови и хмурый взгляд ограняли его темно–зеленые глаза. Широкие острые скулы и маленькие впадины делали его взгляд еще более серьезным и брутальным. На нем был черный кожаный костюм с красными вставками около плеч. На ногах были кроссовки с высокой голяшкой.

– Что ты забыл в этом секторе, Бен, – низким сухим голосом спросил парень.

– Провожу экскурсию для нового сотрудника, – также сухо ответил Бен.

Парень острым взглядом осмотрел меня с ног до головы, уголки его губ слегка приподнялись, образуя кривую улыбку, и правая бровь слегка дернулась вверх. Все выглядело, словно бы он с презрением посмотрел на меня.

– На экскурсию в блоке не более пятнадцати минут. – выдал он.

– Есть. – резко и сухо ответил Бен, слегка опустив подбородок вниз, в знак уважения.

Среди всех людей, которые встречались мне в этом месте, это был единственный человек, который так посмотрел на меня. До этого все были милыми и дружелюбными. Когда мы свернули за поворот, на электронном указателе появилась стрелка с надписью: «Сектор А».

– Может ты уже скажешь, за что отвечает этот блок, и что это за черствый человек, которого мы встретили?

– Ты бы потише. Этот черствый человек, как ты сказала, сын маршала в нашей фактории. – едва слышно произнес Бен.

– С этим ясно, а что скажешь о месте, в котором мы находимся?

– Сейчас дойдем до нужного места, и я все тебе расскажу. – ответил он и указал на коридор, который тянулся дальше.

Дальше мы снова пошли молча, но это было ненадолго, потому что перед нами появилась большая металлическая дверь, и, вставив ключ–карту, она открылась, и мы оказались в небольшой комнате, словно бы это была комната–смотрителя. Черный прорезиненный пол с металлическими вставками, посреди комнаты стоял прямоугольный железный стол, с огромным сенсором сверху. Подойдя поближе, я увидела, что это схема здания, со всеми ответвлениями и обозначениями. Над столом висел огромный черный экран, на нем быстро мелькали какие–то схемы, графики и много текста на непонятном языке. Слева в стену было вмонтировано два экрана, на который также появлялись показатели и графики, а также списки людей, как мне показалось, которые каждую секунду сменялись на другие. С другой стороны, и напротив меня стояли блоки с выдвижными выезжающими клавиатурами. На экранах висело меню пользователя, возможно, необходим доступ, чтобы получить информацию. Над блоками также висело еще четыре экрана, но они были выключены. Много проводов были аккуратно закреплены на стенах и слегка подсвечивались красным цветом.

– Это комната начальника смены, отсюда можно управлять работой всего блока и связываться с членами других блоков. Я решил привести тебя сразу сюда, так как нет времени бродить по всему блоку, моя смена начнется через час. – спокойным голосом выдал Бен.

– Хм, хорошо, я вообще удивлена, что ты меня знакомишь с этим местом, я думала, будет экскурсия по горо…фактории, – еле слышно добавила я.

– Если ты не увидишь главное, то не поймешь остального. Тебе нужно понимать происходящее, чтобы жить здесь. – ответил он и начал пальцами проводить по сенсору на столе.

Одна картинка сменялась другой, он ввел несколько цифр и экран над головой замигал частым красным цветом, а потом там появилась такая же схема, как и на столе.

– В данном блоке идет разработка транспорта, который бы был удобен и практичен, одну из наших разработок ты уже видела.

– Это мотоцикл, на котором я сюда приехала? – заинтересованно спросила я.

– Да, именно, в него встроена турбина, позволяющая держаться ему в воздухе, а биотопливо, которое и производится в этом блоке, дает возможность движению.

– Классно, а как производится это биотопливо? – продолжая задавать вопросы, вглядывалась в таблицы, которые показывал мне Бен.

– Все биотопливо производится из пищевого сырья, взять, например, ту же сою или зерно, все тщательно перерабатывается в ЦКТ сферах и готово к использованию, при этом не загрязняя воздух. Кстати, вот как они выглядят, – и он сделал пару нажатий на сенсор, как перед глазами появилась картинка с одной из комнат, в которой стояло около сорока этих ЦКТ сфер, цилиндрические емкости от которых отходило много металлических труб, плотно соединенных между собой.

Люди, находящиеся там, будучи в красных комбинезонах, ходили с электронными планшетами и фиксировали показатели с приборов. Дальше Бен еще раз ввел какие–то цифры и на экране появилась комната, где идет переработка сырья, который и будет дальше использоваться для создания биотоплива. По длинной движущейся ленте в огромную металлическую чашу падали спрессованные куски материала, то есть сырья, которые после станут необходимым источником передвижения транспорта.

Бен прикоснулся пальцем к запястью и перед ним появился небольшой квадратный экран с временем:

– Так, видимо, остальное покажу в следующий раз, потому что моя смена скоро начнется.

– Отлично, тогда пошли к выходу, я наберу Френче, и она доставит тебя в твой блок. – добавил он и вышел из системы.

Мы двигались спешно. Уже перед выходом он обнял меня и, не успела я повернуться, как на мотоцикле подъехала Френча и указала на сиденье сзади нее, при этом улыбнувшись Бену белоснежной улыбкой.

Я не стала задавать вопросов: куда меня везут и зачем? Потому что здесь все было странно, и с этими странностями мне еще предстояло разобраться.

– Ты тоже сейчас поедешь на смену? – спросила я Френчу, когда мы уже подъехали к стеклянной высотке.

– Нет, тебе стоит отдохнуть, а вечером я за тобой заеду, – улыбаясь, ответила она, – вот ключ, передашь их администратору, и она проводит тебя в номер, прими душ, поспи, а то жутко смотреть на твои синяки. Внутри ты найдешь все, что нужно.

– Хорошо, спасибо, что тратите на меня свое время.

Когда она уже начала включать тумблеры на мотоцикле, она добавила:

– Акер, кстати, просил напомнить, что ждет еще одной встречи.

Не успела я спросить ее, как она мгновенно набрала обороты и скрылась из виду. Что же ему нужно от меня, и как он связан с Френчей. Очередные загадки. Я осмотрелась и увидела, что мы находились недалеко от кристаллов, которые виднелись вдалеке, отражая свет от батарей.

Автоматические двери резко распахнулись и передо мной тут же появилась девушка в белой рубашке и черной обтягивающей юбке. Темные волосы были заколоты на затылке. Она молча протянула ладонь и чего–то ждала. Сначала я не поняла, что ей было нужно, но потом вспомнила о ключе, который дала мне Френча, и передала ей. Девушка мило улыбнулась и пошла вглубь здания. Я последовала за ней.

Небольшой прозрачный лифт быстро довез нас до нужного этажа. Когда я ступила на этаж, двери лифта тут же закрылись, и он унесся прочь. Пол был выложен кафелем молочного цвета. На широких стенах висело бесчисленное число зеркал причудливых форм. Не успела я посмотреться в одно из них, как девушка остановилась, провела картой по панели у двери, и она открылась. В ответ я кивнула ей и зашла внутрь. Странно, что девушка не разговаривает.

Войдя во внутрь, я тут же встала в ступор. Прямо передо мной вместо стены был огромный аквариум. А, пройдя вглубь комнаты, я поняла, что это комната примыкает к аквариуму. Массивные черепахи слегка загребая воду, проплывали мимо, маленькие рыбки темной полосой проскользнули наверх. Внизу красовались ярко–красные кораллы и зеленые водоросли, из которых то и дело высовывали свои носы желтые рыбки. Пару минут я стояла неподвижно, разглядывая всех персонажей подводного мира, которые красовались предо мной. Чуть позже я все же смогла оторвать свой взгляд, чтобы осмотреть комнату.

Полы были из дубового паркета, мягкая большая кровать накрыта пушистым коричневым одеялом; мягкая спинка кровати шла до самого потолка, она была обита белой кожей и вставками из белых камней. Слева от кровати стояла небольшая деревянная тумбочка желтого цвета, а на ней красовалась причудливая черная лампа, от которой едва исходил свет. Справа от меня к стене примыкал деревянный стол, на котором стоял сок в графике и столовые принадлежности. Перед самим аквариумом, как я сначала думала, находилась небольшая черная плетеная кушетка, которую часто можно было увидеть в кабинете психолога. Будучи завороженной черепахой, я сначала не заметила ее. Зайдя за стол, я увидела проход в другую комнату, это была ванная комната, но выглядела она также необычно: справа стеклянный прямоугольник примыкал к стене и подсвечивался синим цветом по краям, слева от него стояла вытянутая белая капсула, которая тут же наполнилась водой. Загорелись цветные огни – символы. Мимо комнаты проплыла большая тигровая акула. Я сложила вещи на маленькую тумбочку и решила разобраться с этими символами. Нажав на желтый круг, снизу начала подниматься розовая пена.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.