Олег Машинин
Крил

Глава 1

– Что за показуху вы здесь устроили? – зло бросил молодой человек, сплюнув на пол.

Он сидел в деревянном кресле в центре небольшой ярко освещенной комнаты. На вид ему было лет двадцать пять-двадцать шесть. Одет в черные брюки из грубого материала, такого же цвета мешковатую куртку и темные громоздкие ботинки. Черные волосы были коротко подстрижены. Из-под густых черных бровей сверкали ненавистью маленькие серые глаза.

Крил, так звали этого молодого человека, с презрением смотрел на сидящих напротив него на небольшом возвышении в мягких удобных креслах четырех человек.

Юноша попытался подняться, но силовой кокон не позволил ему даже шевельнуть рукой. Он зло усмехнулся и снова сплюнул.

– Ну что, друзья, начнем? – сказал один из сидевших напротив юноши.

Это был пожилой, совершенно седой человек, одетый в длинный золотой плащ. Двое других, сидевших по правую руку, были одеты в серебряные плащи. Они были одного возраста с говорившим. Четвертому было лет тридцать. На нем была голубая форма воздушной гвардии.

– Я, как повелитель этой звездной системы, – спокойно начал человек в золотом плаще, – и как председатель союза объединенных свободных планет…

– Я знаю, кто ты, отец, – насмешливо перебил его Крил.

– Не смей называть меня так, – прогремел говоривший, – Ты мне больше не сын! – Несколько секунд он с презрением и ненавистью смотрел на сидевшего в деревянном кресле молодого человека. Потом искры в его глазах померкли. – Извините, друзья, – сказал он уже более мягко, – как председатель союза свободных планет, как главнокомандующий воздушной гвардии объединенных планет, обвиняю этого человека, – он указал рукой на Крила, – в том, что он предал все те идеалы и принципы, которые ему старались привить с детства, идеалы добра и справедливости. Я обвиняю его в том, что он предал свою семью, предал весь свободный народ, населяющий нашу галактику. На его совести тысячи смертей ни в чем неповинных граждан.

Я обвиняю его в том, что именно он собрал вокруг себя кучку таких же негодяев, как и он сам. С их помощью захватил несколько планет и провозгласил себя императором. Именно он, запугивая людей, заставлял их следовать за собой и вести борьбу против законной власти – власти совета объединенных свободных планет, именно он развязал эту войну, в которой погибло так много людей.

Будь ты проклят!

– Прекрасная речь, отец. Ой, извините, господин судья, – рассмеялся Крил, – или как вас лучше называть – председатель Гувер? А вы, – он с ненавистью обвел остальных глазами, – напыщенные индюки, борющиеся за равноправие и свободу. За равноправие с кем? С этими грязными оборванцами, населяющими большую часть планет. С этими недоразвитыми жалкими людишками? Все они – ничтожества по сравнению с нами, выходцами из благородных семей.

Мы, только мы, поймите это, наконец, сверхлюди, мы должны держать их всех в кулаке и отрывать голову всякому, кто попробует высунуть ее. Мы должны повелевать, а не играть с ними в демократию и равноправие. Они должны повиноваться любой нашей прихоти, иначе – смерть.

Прозрейте же вы, наконец! Только мы вправе решать, что и как нужно делать, они все слишком тупы и ничтожны…

А тем, кто пойдет против, одна дорога – на гильотину. Только страх может держать в повиновении это безмозглое стадо. Им нужны пастухи, а не советчики, им нужны…

– Довольно, – перебил его Гувер, – мы достаточно хорошо знакомы с твоими бредовыми взглядами. Все мы – выходцы с одной планеты, все мы – сыновья Земли, и поэтому все мы равны перед законами нашего общества.

– Но выслушайте меня… – закричал Крил.

– Я сказал: довольно! – перебил его седой человек в золотом плаще. – Мы здесь собрались не для того, чтобы слушать, а для того, чтобы вынести тебе приговор. Ты слишком долго избегал наказания, пряча свое лицо под маской… Да так искусно, что мы очень долго не знали, кто же стоит за всеми этими выродками…

Но твой брат Курт все же выследил тебя и притащил сюда.

– Лучше бы я его пристрелил, – сквозь зубы процедил человек в синей униформе воздушной гвардии, – сколько моих хороших друзей погибло в этой войне. – Он с силой сжал кулаки так, что кости хрустнули на всю комнату.

– Я тоже люблю тебя, братец, – улыбнулся Крил. – Какими же вы все были болванами. Я ходил среди вас, выслушивал ваши планы, как схватить предводителя вражеской армии, как устроить западню. Я смеялся до боли в животе и думал, какие же вы идиоты, сами мне рассказывали, как намерены, разгромить мою маленькую армию. Именно благодаря этому мои скромные войска, по сравнению с вашей армадой, и причинили вам столько хлопот. Ослы! – И Крил громко расхохотался.

Курт вскочил со своего места, сжимая кулаки. Но его остановил голос отца.

– Сядь на место, – повелительно сказал он, – пусть себе тявкает, ведь укусить он уже никого не сможет. Мы вырвали ему все клыки.

Он посмотрел на Крила:

– Здесь находятся мои верные друзья: маршал Крафт, доктор Браун, ты их, конечно же, хорошо знаешь, – он помолчал. – Мы долго думали, что же с тобой сделать… О том, что ты – предводитель шайки бандитов, знаем только мы вчетвером… Мы решили, что так и должно остаться. Пусть люди не знают, что человек, который причинил им столько страданий – мой сын. Это плохо скажется на их настроениях, могут начаться волнения…

– А как же ваша хваленая демократия, – спросил Крил, – или ты боишься потерять свой трон?

– Дело совсем не в этом. Я бы с радостью ушел на покой, только бы предотвратить эту бессмысленную войну. Люди устали жить в страхе, что на них могут напасть. Сейчас, когда бандиты уничтожены, они вздохнули спокойнее, и не к чему бросать зерна сомнения на вспаханную почву. Ведь если откроется, что во всех их бедах повинен мой сын, эти зерна могут дать нежелательные всходы. Так что мы решили скрыть это.

– Вы хотите прикончить меня, чтобы никто об этом не узнал? – губы Крила скривились в презрительной усмешке. – Браво, отец, ты кое-что начал понимать. Я бы на вашем месте поступил бы точно также.

– Мы не хотим убивать тебя, – не обращая внимания на слова Крила, продолжал Гувер, – мы придумали кое-что поинтереснее… Думаю, тебе это понравится…

Ты отправишься на Эльдор. Я думаю, что если существует ад, то он, несомненно, находится на этой планете. Тяготение превышает G почти в полтора раза. Поначалу тебе будет очень тяжело, но к этому быстро привыкаешь. Днем очень жарко, температура иногда достигает пятидесяти градусов выше нуля, ночью же она падает до минус двадцати. Сильные ураганы также не такая уж редкость на Эльдоре. Снег, выпавший ночью, быстро тает утром, выбрасывая в атмосферу ядовитые пары. Вдыхая их, можно запросто обжечь свои легкие, вот поэтому в утренние часы там необходимо носить защитные маски.

Ты спросишь, зачем же выходить с утра из помещений?

Во-первых, там нет никаких строений, не считая небольшого форта, который кольцом окружает единственный маленький порт на этой планете. Но я думаю, тебе удастся как следует разглядеть его, пока ты будешь проходить там некоторые процедуры…

Так вот, поскольку там нет никаких строений, кроме форта, жить тебе придется в пещере, выдолбленной в скале. А выходить из убежища с утра заставляет работа. Потому что именно утром и вечером можно не бояться ни палящего солнца, ни лютой стужи.

На Эльдоре нет никаких живых организмов кроме больших свирепых медведей. Нет пресной воды. Поэтому, чтобы получать необходимые для жизнедеятельности вещества, тебе придется работать.

Единственно ценное, что есть на этой планете – это залежи гранита и мрамора. Именно их добычей ты и будешь заниматься, чтобы потом обменять их на продукты и пресную воду. Чем меньше будет добыто гранита и мрамора, тем скуднее будет твоя трапеза.

Эльдор – это планета-тюрьма. Там собралось множество подонков и убийц. Среди них тебе самое место.

Ты будешь вынужден работать, чтобы жить. Советую тебе сразу выбросить из головы мысли о побеге, это просто невозможно. Единственный выход с этой планеты – это космопорт, который надежно защищен фортом. Многие пытались взять его штурмом, но после первой же попытки выбрасывали эту мысль из головы. Попав туда, ты поймешь, почему.

Человек в золотом плаще оторвал взгляд от Крила, повернулся ко второму сыну в форме и сказал:

– Курт.

Тот встал и вышел из комнаты. Вскоре он вернулся, держа в руках большой меч.

– Это, – сказал Гувер, беря меч из рук старшего сына и поднимая его вверх, вороненая сталь заблестела, – единственное, что ты возьмешь с собой на Эльдор. Надеюсь, те уроки фехтования, которые тебе преподавали в детстве, не прошли даром, и ты не погибнешь в первой же схватке… Хотя смерть может оказаться для тебя наилучшем выходом из Ада, в котором ты окажешься! – Гувер опустил меч и с сочувствием, или это просто показалось, посмотрел на Крила. – Поверь мне, драться тебе придется много, чтобы утвердиться в обществе, на которое ты сам себя обрек. Ведь единственное, что ценится на Эльдоре, это грубая физическая сила. Так что будь осторожен, найдется немало желающих попробовать свежего человеческого мяса. – На мгновение в глазах осужденного промелькнул страх, но Крил быстро овладел собой, и его лицо опять приобрело надменное выражение. Но Гувер уловил мгновение страха в глазах сына. – Да, да, не удивляйся… – слегка дрогнувшим голосом продолжал он. Все-таки не смотря на все зло, которое причинил Крил, в самом потаенном уголке сердца повелителя еще теплилась маленькая крупица любви к младшему сыну. – … каннибализм на Эльдоре – привычное дело… Таким оружием, – Гувер вновь поднял меч, – снабжаются все осужденные, чтобы иметь хоть какой-то шанс выжить. Видишь, даже таким нелюдям, которые не заслуживают жизни, мы даем шанс поиграть в прятки со смертью. Возможно, это не гуманно, и проще бы было стереть вас с лица вселенной, но… как ты знаешь, совет отменил смертную казнь. – Он передал меч Курту. – Это оружие выковано много веков назад мастерами, которые знали секрет превосходной дамасской стали. Он передавался из поколения в поколение, и на его лезвии кровь врагов нашего рода. Надеюсь, он будет защищать тебя достаточно долгое время, за которое ты успеешь понять, как низко ты пал…

Ты получишь его по прибытии на Эльдор, – говоривший вздохнул. – Ну вот, пожалуй, и все, что я хотел тебе сказать. Ты отправляешься в Ад через несколько часов. Тюремный корабль уже готов и ждет моего приказа. – Человек в золотом плаще посмотрел на одного из сидящих рядом. – Теперь дело за доктором. У тебя все готово?

– Да! – утвердительно кивнул доктор Браун. – В соседней комнате приготовлены все необходимые инструменты.

– Тогда начнем, – Гувер поднялся из своего кресла. Его примеру последовали остальные.

– Что вы еще задумали? – испуганно прокричал Крил. – Уж не собираетесь ли вы промыть мне мозги!

– Нет, – печально ответил его отец. – Это было бы слишком легко для тебя. Ты до конца своих дней должен помнить, за что тебя сослали на Эльдор. Доктор сделает тебе небольшую пластическую операцию, чтобы никто не смог опознать в тебе моего сына.

Курт подошел к осужденному и ослабил силовое поле ровно на столько, чтобы Крил смог подняться. Потом, надев на него наручники, он грубо толкнул своего брата вслед удаляющимся людям.

– Лучше убей меня, брат! Слышишь, убей меня, брат! – с мольбой в голосе произнес Крил, с которого спала разом вся спесь.

– Ты мне не брат, – с презрением бросил Курт, толкая осужденного в открытую дверь, в которую вошли Гувер и его верные друзья.

Крил споткнулся о порог и, если бы не силовое поле, удержавшее его от падения, то он упал бы на пол маленькой, ярко освещенной комнаты.

– Убейте меня! – взмолился он, посмотрев на отца.

– Нет, – покачал головой повелитель, – смерть для тебя это слишком простой способ избавиться от своих грехов. Мы же хотим, чтобы ты страдал за них всю оставшуюся жизнь! – он схватил Крила за руку и подвел к большому белому столу.

Рядом с ним стоял металлический стол поменьше, покрытый белоснежным куском материи. На ней лежали блестящие инструменты. Рядом со столом стояло несколько компьютеров, мониторы которых ярко горели. Провода от них подходили к небольшому голубому куполу, висящему над столом.

Доктор Браун уже облачился в белый халат и натягивал себе на руки резиновые перчатки.

– Нет, я не хочу этого… – закричал Крил, изо всех сил пытаясь вырваться из сковавшего его движения силового кокона.

Гувер и Курт подняли осужденного и уложили его на операционный стол. Курт усилил силовое поле, плотно прижавшее Крила к белой поверхности. После этого человек в голубой форме воздушной гвардии снял у лежащего наручники.

– Нет! – кричал осужденный.

– Мы можем чем-нибудь помочь? – спросил Гувер, взглянув на доктора.

– Да, – кивнул Браун, – сядьте вон туда, – он указал рукой на три стула, стоявшие в углу операционной. – И постарайтесь не мешать мне! – после этих слов доктор взял кислородную маску, лежавшую рядом с инструментами, и накрыл ее лицо Крила.

Маршал Крафт и Курт подошли и уселись на указанные им стулья. Гувер потоптался на месте, потом подошел к лежавшему на столе человеку и, наклонившись, тихо сказал:

– Мне очень жаль, сын. Но за свои преступления нужно платить! – он отвернулся и направился к стульям.

– Как ты, дружище? – спросил Крафт у опустившегося рядом с ним друга.

– Все нормально, – ответил Гувер. – Но иногда мне кажется, что в том, что произошло с моим сыном, есть и моя вина!

– Ты не прав, отец, – возразил Курт. – В том, что произошло, виноват только он сам. Именно он выбрал свой путь и, пройдя по нему, он должен за все ответить сполна.

– Я уверен, что Курт прав!– кивнул маршал. – О сам выбрал свой путь. И в этом нет ни толики твоей вины!

– Наверное, вы правы, друзья мой, – ответил Гувер. Но в его голосе Курт уловил нотки неуверенности.

Проклятия, которыми осыпал окружающих лежавший на столе юноша, начали постепенно стихать. Осужденный уже начал блуждать в садах Морфия.

Через несколько секунд доктор Браун снял с лица Крила маску, и, посмотрев на сидевших в углу, сказал:

– Он спит! Я могу начинать?

Председатель союза объединенных планет, молча, кивнул…

Глава 2

Крил открыл глаза и осмотрелся вокруг. Он лежал на жесткой железной кровати в маленькой, полутемной комнате. Стены и низкий потолок комнатушки были выкрашены в серый цвет. Тусклый свет пробивался сквозь узкий проем, вместо двери в котором была стальная решетка.

На нем были все те же черные брюки, мешковатая куртка, надетая поверх черной футболки, и черные высокие ботинки.

Крил попытался подняться, но тут же рухнул обратно на подушку, которая всего скорее была набита камнями, такой жесткой она была.

Страшно болела голова.

Крил закрыл глаза и попытался вспомнить, что же с ним произошло.

Сначала был суд, на котором его собственный отец приговорил Крила к пожизненному заключению на какой-то вонючей планете. Как ее название? Черт, вылетело из головы. Потом его отвели в ярко освещенную комнату с белыми стенами и уложили на операционный стол. Он сопротивлялся изо всех сил, но они были сильнее. Потом…

черт, что же было потом!

Он открыл глаза и попытался сесть на кровать. Это стоило ему огромных усилий и получилось лишь со второй попытки. Крил спустил ноги на пол и опрокинул железную миску. Темно-зеленая жидкость, по-видимому, его обед, разлилась по черному полу.

Крил попробовал встать, осторожно держась одной рукой за кровать. Пол под его ногами еле заметно вибрировал. Он протянул руку и коснулся противоположной стены. Она тоже вибрировала. Крил снова опустился на кровать.

– Ну что же, теперь я хотя бы знаю, где я нахожусь, – подумал он. – Несомненно, я на корабле, везущем меня на… черт, как же название этой планеты?

В углу его камеры стоял унитаз. Осторожно поднявшись и держась одной рукой за стену, он подошел к нему и справил нужду.

Потом его вырвало.

– Чтоб тебя! – выругался он, когда часть блевотины попала ему на ботинки.

Отойдя от унитаза, он медленно подошел к решетке и вцепился в нее обоими руками, чтобы не упасть. Голова шла кругом.

– Эй, кто-нибудь! – попытался крикнуть Крил, но вместо крика из его горла вырвался слабый шепот. Он поднял руку и слегка помассировал горло. Ему страшно хотелось пить. Кашлянув пару раз, Крил хотел сплюнуть на пол, чтобы очистить рот от противного привкуса, но на плевок не хватило слюны.

– Эй, кто-нибудь! – собрав все свои силы, вновь попытался крикнуть Крил. На этот раз ему это практически удалось, но все равно его голос прозвучал не настолько громко, чтобы привлечь хоть чье-то внимание.

Отойдя от решетки, он опустился на колени. Упершись руками в пол, он наклонил голову и сложил губы трубочкой, попытался втянуть в себя пролитую на полу жидкость.

Он никогда не чувствовал себя более ужасно. Дело было совсем не в физическом состоянии, бывали случаи, когда он чувствовал себя и похуже. Дело было в том, что он, потомок знатной семьи, должен был уподобиться свинье и лакать еду прямо с грязного пола. – Я отомщу! Я отомщу! – звучало у него в голове. – За каждую каплю, слизанную мной с пола, вы ответите потоками крови!

На вкус темно-зеленая жидкость напоминала мясной бульон. Сделав несколько маленьких глотков, Крил почувствовал, как сухость во рту начала постепенно отступать. Ком, стоявший в горле и мешавший кричать, провалился внутрь. Противный привкус, оставленный блевотиной, также постепенно исчезал.

Слизав все, что можно было собрать, Крил уселся на пол и уперся спиной о кровать. Подняв руку, он брезгливо вытер губы и закрыл глаза.

– Я отомщу! – прошептал он. – Я отомщу!

Питательная жидкость приятно разливалась по всему телу, наполняя его силами. Голова прекратила кружиться. Но жуткая головная боль не отступала. Поднявшись на ноги, Крил взял пустую миску и снова подошел к железным прутьям.

– Эй, кто-нибудь! – с новыми силами закричал он и застучал пустой миской по решетке. – Эй!

На этот раз его явно услышали. Где-то вдалеке послышались шаркающие шаги. Зазвенели ключи. Послышался скрип открывающейся двери. Щелкнул выключатель.

Яркий свет, озаривший узкий коридор, больно ударил по глазам Крила, заставив его невольно зажмуриться. Когда боль наконец-то прошла, он осторожно открыл глаза и увидел перед собой здоровенного охранника в серой тюремной форме.

– Ба, – усмехнувшись, сказал он и сплюнул на пол. – Никак наш красавчик проснулся! А мы уж думали, что ты коньки отбросил. Ты проспал трое суток!

– Дай мне немедленно что-нибудь попить и поесть, свинья! – зло бросил Крил.

Ухмылка сползла с лица тюремщика. Он быстро просунул руку сквозь прутья и, схватив заключенного за затылок, с силой вдавил его в стальную решетку. Кровь брызнула из разбитого носа и губ, заставив Крила застонать от нестерпимой боли.

– А ты я вижу наглец! – без особой злости сказал охранник.

Он уже давно был на службе и не раз сталкивался с заключенными, которые в начале полета считали себя пупом Земли, но, подлетая к Эльдору, становились кроткими как ягнята. Он умел присмирять непокорных, с лихвой используя силу, которой наделила его матушка природа. У него не было никаких сомнений, что и этого молодого наглеца ждала та же участь.

Дыхнув на заключенного перегаром, смешанным с острым запахом чеснока, он ласково продолжал:

– Запомни раз и навсегда. Свинья здесь только одна. Это ты! Ко мне ты будешь обращаться только на вы! Ты понял меня! – он с новой силой вдавил лицо Крила в холодные прутья. – Не слышу!

– Да, сэр! – простонал заключенный, уже больше не в силах бороться с болью, пронзившей его лицо.

– Так-то лучше, – улыбнулся здоровяк и выпустил свою жертву из стальных объятий.

Крил рухнул на пол. Кровь, сочившаяся из разбитого лица, намочила его футболку. Во рту стоял противный привкус железа.

– Ну, так о чем ты хотел попросить меня, свинья! – услышал он иронический голос своего мучителя.

Крил поднял руку и провел ею по лицу, стирая кровь. Потом он посмотрел на говорящего.

– Не могли бы вы принести мне стакан воды и немного пищи, сэр!

– Вот так-то лучше, – улыбнулся тюремщик. – Быстро я его обломал! – подумал он. – А меня предупреждали, что он очень опасен. Какая чушь! Никто не может устоять перед ласками старины Макса! – от этой мысли ему стало очень приятно, и он улыбнулся еще шире.

(Скорее всего, он никогда не слышал о змеях, населявших пустыню на родной планете Крила. Они всегда затихают, прикидываются полуживыми, когда готовятся к смертельному броску. Крил любил охотиться на них, так как мясо этой смертельно опасной хищницы считалось деликатесом, и отлично изучил их повадки. Он не раз применял стратегию этих змей. Решил применить ее и сейчас).

– Советую тебе подружиться со мной, – сказал тюремщик вслух. – Нам с тобой вместе лететь еще довольно долго и, если ты вздумаешь мне дерзить, то с тобой может произойти какой-нибудь несчастный случай… Твоя задница находится в моей полной власти. Если я скажу, прыгай, ты должен только спросить «Как высоко, сэр?». Если скажу, отжаться, ты должен спросить «Сколько раз, сэр!». Если я скажу, поцелуй себя в задницу, ты должен изловчиться и сделать это, не забывая при этом громко почмокивать! Ты все понял, свинья?

– Да, сэр!

– Я не слышу тебя!

– Да, сэр! – крикнул Крил, поднимаясь на ноги.

Тюремщик развернулся и вышел из тюремного отсека. Минут через десять он вновь появился перед Крилом, держа в руках поднос. Поставив его на пол, он протолкнул поднос ногой внизу под решеткой и, развернувшись, молча, удалился.

На подносе стояла большая тарелка, наполненная уже знакомой Крилу темно-зеленой жидкостью, три больших куска черного хлеба и маленькая пластиковая бутылка с водой.

– Спасибо, сэр! – крикнул ему вдогонку Крил, поднимая поднос и садясь с ним на кровать.

Он отхлебнул из миски и, отломив большой кусок хлеба, засунул его в рот. Тщательно пережевав его, он проглотил и запил водой из бутылки.

Только сейчас он понял, насколько был голоден, и с удвоенным усилием набросился на еду…

Смачно рыгнув, он поставил поднос с пустой посудой на пол и выпихнул его в коридор. После этого, устроившись поудобней на кровати, закинув руки за голову и уставившись в потолок, он, молча, стал ждать тюремщика.

На корабле ему явно ничего не светило. Конечно, он мог бы попытаться справиться с этим мордоворотом, но… он был не в лучшей физической форме, и не был абсолютно уверен в благополучном исходе этого поединка. Мощь охранника он уже испытал на себе, о чем свидетельствовали распухший нос и губы. К тому же, как он выберется из камеры? Значит, оставалось только ждать и не злить эту свинью, чтобы он не вытряс из него весь дух, который ему понадобится на планете.

Эльдор! – всплыло в памяти название планеты. Это свидетельствовало о том, что его мозг приходит в норму. – Отлично, – подумал Крил, – нужно набраться сил, чтобы оказаться на планете во всеоружии! Мы еще посмотрим, кто кого… – с этой мыслью он задремал.

Секунды складывались в минуты, минуты в часы, часы в дни. Крил ел и спал, спал и ел, стараясь ничем не вызывать гнев охранников.

Оставаясь один, он старался поддерживать свою физическую форму, отжимаясь от пола и подтягиваясь на прутьях решетки.

Иногда он перекидывался с охранниками ничего не значащими фразами. Иногда целые сутки молчал.

Нигде так быстро не течет время, как в заключении. Обыденность и однообразие съедают дни, превращая их в ничего не значащие мгновения. Крил потерял счет времени. Прошла неделя или, может быть, месяц, он не знал.

В очередной раз, забирая пустой поднос, тюремщик сказал:

– Через несколько суток мы будем на Эльдоре. Так что приготовься попасть в Ад! – и, развернувшись, собрался уйти.

– Одну минуточку, сэр! – остановил его Крил. – Разрешите спросить?

Охранник обернулся.

– Валяй, только покороче. Мне некогда с тобой здесь лясы точить.

– Что это за корабль?

– Ты что, еще не догадался, – изумился здоровяк, – а выглядишь вполне сообразительным. Ты на тюремном звездолете класса «А», предназначенном для транспортировки разных мерзавцев, вроде тебя.

– Но насколько я могу судить, сэр, остальные камеры пусты.

– Какой ты наблюдательный, – сплюнул на пол тюремщик. – Здесь и вправду никого больше нет. Хотя корабль и рассчитан на двадцать заключенных, ты летишь в нем один. Это, конечно, очень странно – жечь топливо из-за одного ублюдка, но… таков приказ. А я привык выполнить приказы, поэтому и держусь на этой службе уже много лет, – выпятив грудь, сказал он.

– Ты на этой службе, потому что у тебя мозг не больше наперстка. Иначе ты бы сообразил, что это не твоя заслуга. Просто на такую говеную работу найдется не много желающих! – подумал Крил, а вслух сказал. – А как я попал сюда?

– Тебя доставили на борт накачанным транквилизаторами. Мне и моему напарнику сказали, чтобы мы с тобой были поосторожнее, потому что ты, якобы, очень опасен. – Охранник опять сплюнул на пол и с улыбкой посмотрел на Крила. – Но, по-моему, они тебя переоценили. Ты просто душка. – Он громко рассмеялся. – Давно у меня не было таких смирных заключенных.

– Да, сэр! Вы быстро научили меня дисциплине! – покорно кивнул заключенный.

Охранник довольный зарделся.

– А кто меня доставил на корабль?

– Ну, хватит с меня твоих глупых вопросов, – проворчал здоровяк, – я тебе не справочная. Скажу только, что через пару суток ты попадешь в такое место, по сравнению с которым мой корабль покажется тебе райским уголком. – Он развернулся и сделал шаг к выходу.

– Еще, одну минуточку, сэр, – крикнул Крил.

– Ну что еще, – зло бросил через плечо охранник.

– Не могли бы вы принести мне маленькое зеркальце?

Охранник обернулся и, сощурив глаза, подозрительно спросил.

– Зачем оно тебе? Ты что, хочешь полюбоваться на свою рожу? Или перерезать свои вены?

– Что вы, сэр, ни о каком самоубийстве я и не думал. У меня слишком много врагов, которые требуют моего отмщения… Поэтому, я очень дорожу жизнью! Мне просто хочется привести себя в порядок.

– Какие мы щепетильные, – загоготал тюремщик и, не ответив, направился к двери в конце узкого коридора. При выходе он щелкнул выключатель, погрузив коридор в полумрак. Осталась гореть только маленькая синяя лампа над дверью камеры Крила.

Прошли сутки, за ними вторые. Заключенный больше не повторял своей просьбы. Охранник тоже молчал.

Когда по подсчетам Крила они уже должны были подлетать к Эльдору, появился его здоровенный «друг», неся в руках все тот же поднос.

– Это твоя последняя трапеза на моем корабле, – сказал он, пропихивая поднос под решеткой. Крил с удивлением обнаружил, что к похлебке, кускам хлеба и бутылке с водой прибавилась тарелка с большим куском дымящегося мяса. Заключенный поднял глаза и с удивлением посмотрел на тюремщика.

– Будем на месте через три часа, – сказал он, не обращая на взгляд Крила никакого внимания. – Ты вел себя очень хорошо, поэтому я приготовил тебе дополнительную порцию к той бурде, которой ты питался все это время. К сожалению, ты больше никогда в жизни не попробуешь настоящего мяса, если, конечно, не мясо остальных заключенных, которых ты сможешь проткнуть своим мечом.

– Вы очень любезны, сэр, – выдавил из себя Крил, и, натянуто улыбнувшись, принялся за еду.

Охранник наблюдал за заключенным, переминаясь с ноги на ногу, потом залез в грудовой карман и извлек оттуда маленькое круглое зеркальце.

– Вот, – сказал он и протянул его сквозь решетку. – Можешь привести себя в порядок.

Крил вскочил с кровати и протянулся за зеркальцем, чуть не опрокинув поднос. Дрожащими руками он поднес его к лицу и взглянул на свое отражение….

Из зеркала на него смотрел совсем незнакомый человек!

Он закрыл глаза и опустился на кровать. Через секунду он открыл их и вновь посмотрел в зеркало.

Лишь серые глаза выдавали в нем прежнего Крила… Все остальное: лоб, нос, подбородок, губы, даже изгиб бровей – были чужими и незнакомыми.

Он внимательно стал рассматривать свое отражение. Исследовав каждый сантиметр своего нового лица и не найдя никаких следов операции, Крил прошептал:

– Этот чертов доктор и впрямь гений! Сделал из меня совершенно другого человека и при этом не оставил никаких следов!

– Ты что-то сказал? – как будто издалека услышал он голос тюремщика.

Крил посмотрел на него.

– Ничего, сэр, – покачал он головой, – так, просто мысли вслух. – Поднявшись с кровати, он протянул через решетку зеркало.

– Знаешь, парень, – пристально глядя на осужденного, сказал охранник, беря зеркало и засовывая его обратно в карман, – у тебя было такое выражение лица, как будто ты увидел свою рожу в первый раз…

– Ну что вы, сэр, – горько рассмеялся Крил, – с этим лицом я состарюсь и умру… – Он отвернулся и, усевшись на кровать, принялся за еду.

Глава 3

Корабль вздрогнул и застыл на месте. Гул посадочных двигателей, доносившийся до камеры Крила, стих.

Через несколько минут появился тюремщик и взглянув на заключенного.

– Ну, вот мы и на месте, – сказал он, снимая с пояса стальные наручники. – Ну-ка просунь свои лапки вот сюда.

Крил послушно просунул руки в маленькое окошечко, сделанное в решетке. Охранник защелкнул наручники на его запястьях.

– А теперь отойди к дальней стене, – приказал он.

Крил повиновался.

Здоровяк в серой форме повернул голову и крикнул.

– Эй, Роджер, можно открывать решетку.

Решетка отъехала в сторону. Охранник вытащил из кобуры парализующий пистолет и направил его на заключенного.

– Только без глупостей. Шаг вправо, шаг влево будут расцениваться как попытка к бегству. Стреляю без предупреждения! Понятно? – Крил кивнул. – Тогда выходи, – сказал тюремщик, помахав пистолетом, и сделал шаг назад.

Крил медленно вышел из своей камеры и остановился.

– Направо, – приказал здоровяк. – Вон к той двери!

Крил послушно зашагал в направлении, указанном вооруженным человеком. Перед дверью он остановился. Щелкнул замок, дверь открылась. Перед Крилом стоял совсем еще юный парень в серой форме с пистолетом наготове. Он сделал шаг назад, освобождая дорогу. – Совсем еще зеленый, – подумал Крил, внимательно рассматривая юношу. – Кто же так держит оружие! Не было бы твоего напарника, я бы в два счета разоружил тебя! Ты бы даже пискнуть не успел!

– Не задерживаться, – услышал он сзади грубый голос и почувствовал у себя между лопаток холодное дуло парализатора.

Проходя мимо молодого тюремщика, здоровяк взял из его рук черную папку и бросил:

– Не забудь захватить его меч!

Пройдя по лабиринту коридоров, они подошли к выходу из корабля. Спускаясь по опущенному трапу, Крил зажмурился. После полутемного тюремного звездолета, свет яркого солнца казался нестерпимым.

Их встречали трое. Двое здоровых парней с автоматами наперевес (должно быть они вылезли из той же навозной кучи, что и мой провожатый, - подумал Крил и улыбнулся), одетые в черную форму, и маленький, совершенно лысый человек, неопределенного возраста в безупречно сшитом костюме из мягкой зеленой материи.

Лысый сделал шаг вперед и приветливо улыбнулся.

– Привет, Макс. Как долетели?

– Здравствуйте, сэр. Спасибо, долетели отлично! – он протянул лысому черную папку. – Его документы.

– Отлично, отлично, – пробормотал человек в зеленом костюме, беря папку и пристально сверля Крила маленькими черными глазками.

Крил молча, стоял, опустив голову, и смотрел себе под ноги.

– А это его оружие, – сказал Макс, беря из рук подошедшего молодого напарника завернутый в грубую черную материю меч и передавая его одному из автоматчиков.

Лысый кивнул, не переставая смотреть на осужденного.

– Ну что же, прошу за мной, – сказал он и, развернувшись, сделал шаг по направлению к строению.

– Извините, сэр, – остановил его охранник с тюремного звездолета. – Если вы не возражаете, мы немедленно отчаливаем. – Он поднял голову и посмотрел на сгущающиеся тучи. – Похоже, скоро здесь разразится песчаная буря, и мне бы очень не хотелось потом выгребать песок из каждого уголка своего звездолета. К тому же, – он посмотрел на лысого, – мы выполнили свою работу. Теперь он – ваша головная боль.

– Как вам будет угодно, – пожал плечами человек в зеленом костюме. – Если хотите лететь немедленно, я не возражаю. Счастливого пути!

– Благодарю, сэр, – облегченно вздохнул «друг» Крила. – А вам счастливо оставаться!

Двое автоматчиков подошли к Крилу и встали по бокам.

– Прошу за мной, – повторил лысый и зашагал к зданию.

– Одну минуточку, сэр, – услышали все голос Крила.

– Да! – поднял брови лысый, остановившись.

– Насколько мне удалось понять из вашего разговора, теперь я нахожусь в вашей юрисдикции?

Лысый, молча, кивнул.

– Тогда… – Крил быстро развернулся и, сделав стремительный шаг по направлению к своему «другу», что есть силы ударил его ногой в пах. Охранник со звездолета выпучил глаза и со страшным стоном рухнул на взлетную площадку.

– А-а-а! – истошно завопил он, схватившись руками за свои причиндалы и катаясь по песку.

Крил плюнул на него и громко сказал:

– Счастливого пути, свинья!

Автоматчики, лысый и молодой напарник Макса, застигнутые врасплох такой дерзостью заключенного, стояли с открытыми ртами.

Но оцепенение быстро спало, и люди с автоматами метнулись к Крилу, сбив его с ног. Один из них вдавил заключенного в песок, упершись ему коленом в спину.

– А-а-а! – слышались вопли.

Крила удовлетворенно улыбался. В рот ему набился песок, но он не обращал на это никакого внимания. Змея сделала свой бросок! Интересно, хватит ли ему льда, чтобы остудить напухшие яйца! Но то, что трахать своего смазливого напарника он не сможет несколько недель, это факт!

– Ну-ка, поднимите его, – услышал он голос лысого. В нем не было ни капли гнева. Скорее в его голосе звучал интерес.

Крила схватили за плечи и грубо поставили на ноги. Заключенный смело посмотрел на человека в зеленом костюме, и несколько раз сплюнул, очищая рот от песка. Сзади истошные крики переросли в слабый стон и невнятное бормотание.

– Вы очень рисковали, – сказал лысый, пристально глядя в глаза Крила. Осужденный не отводил глаз. – Мои люди могли вас покалечить. А калекам на Эльдоре приходит быстрый конец.

– Это стоило того! – ответил Крил и еще раз сплюнул.

– Вы или очень смелый или очень глупый человек. – Задумчиво проговорил лысый. – Хотя… на глупца вы не похожи. Ведите его в мой кабинет, – бросил он своим людям и быстро зашагал к большому желтому зданию.

Крил поплелся за ним, подгоняемый автоматчиками. Обернувшись, он с удовлетворением увидел что его «друг» все еще лежит на земле, а вокруг него прыгает его молодой напарник.

Крила по узкому коридору (в котором им повстречался спешивший человек в белом халате, должно быть, доктор, посланный человеком в дорогом костюме, чтобы оказать помощь тюремщику со звездолета) провели в большой светлый кабинет, где за огромным дубовым столом уже сидел маленький, лысый человек, изучавший содержимое черной папки. Он даже не поднял глаза на вошедших, поглощенный своим занятием. Автоматчики усадили Крила на жесткий деревянный стул, стоявший посередине кабинета, а сами встали по бокам.

Заключенный стал внимательно осматривать кабинет. Пол в кабинете был застелен мягким ковром цвета морской волны. Стены и потолок были выкрашены желтой краской. Большое окно, занимавшее большую часть стены за спиной лысого, было закрыто белыми жалюзями. По бокам дубового стола и в каждом углу стояли большие цветочные горшки, в которых росли высокие экзотические растения с большими цветами ярко фиолетового цвета. Цветы распространяли по кабинету приятный аромат. Всю стену по правую руку от Крила занимали высокие стеллажи. В них аккуратно были расставлены черные папки. В левом углу стоял два больших обтянутых коричневой кожей кресла. Между ними расположился маленький столик, искусно инкрустированный золотом. Чуть поодаль стоял огромный кожаный диван, рядом с которым находился очень красивый бар, сделанный из такого же превосходного дуба, что и стол. Бар был забит множеством бутылок разных размеров и цветов. Рядом с баром была маленькая дверь.

Человек, сидевший за столом, на котором помимо большой зеленой лампы стояла золотая чернильница, массивная золотая зажигалка в виде головы тигра и хрустальная пепельница, в которой дымилась толстая сигара, молча, перелистывал дело Крила. Время от времени он поднимал голову и бросал на заключенного быстрые взгляды. Так продолжалось минут двадцать, двадцать пять. Когда лысый дошел до последней страницы с подписями обвинителей, его брови поползли вверх. Он поднял голову и долго смотрел на Крила. Потом захлопнул папку и, брезгливо отодвинув ее от себя, взял из пепельницы сигару, успевшую за это время истлеть почти наполовину, и глубоко затянулся.

– Позвольте представиться, – сказал он, выпуская дым. – Я начальник тюремной колонии на этой милой планете. Меня зовут мистер Старк.

– Как мне приятно, – с издевкой усмехнулся Крил.

Старк, не обративший на реплику заключенного никакого внимания, продолжал:

– Я ознакомился с вашим делом, и по правде сказать, мне очень жаль, что у нас отменена смертная казнь. – Он затянулся. – Таким выродкам, как вы – не место среди живых. (Крил усмехнулся.) На ваших руках много крови, и была бы моя воля, я бы самолично пристрелил вас как бешенную собаку, хотя мне и претит насилие. – Он снова затянулся. – Приговор вам вынесен самим главой союза и маршалом Крафтом! Я первый раз сталкиваюсь с тем, чтобы такие великие люди самолично выносили приговоры всякой падали но… видимо … вы и впрямь неординарная личность. – Он пристально смотрел на Крила. Крил продолжал ухмыляться. – Мне предписано вышвырнуть вас за ворота форта, что я с радостью и сделаю. Одно ваше присутствие в моем кабинете оскорбляет мое человеческое достоинство! Хотя, была бы моя воля…

– Ну и что бы ты сделал, свинья, – нагло рассмеялся Крил. – Ты всего лишь … – Сильный удар по затылку, заставил его замолчать на полуслове. Крил зажмурился. В глазах вспыхнул сноп искр.

– Благодарю вас, лейтенант, – как будто издалека услышал он голос Старка.

Крил открыл глаза и с ненавистью посмотрел на человека за столом.

– Придет время, – процедил он сквозь зубы, – ты и твои прихвостни ответите за это…

– Сомневаюсь, – покачал головой начальник тюремной колонии. – Ваше время уже прошло! Лейтенант, – он посмотрел на одного из автоматчиков, – вышвырните этот кусок дерьма из моего кабинета и подготовьте его к выходу.

Крила грубо поставили на ноги и толкнули по направлению к выходу.

– Направо, – скомандовал один из автоматчиков, как только они оказались за дверью кабинета, – и прямо по коридору!

Пройдя мимо нескольких дверей, они уперлись в большую железную дверь в конце коридора.

– Стоять! – скомандовал лейтенант и, подойдя к двери, толкнул ее от себя. Дверь открылась. – Вперед!

Крил вошел в большую квадратную комнату, пол и стены которой были выложены белым кафелем. У стены прямо перед входом стоял маленький железный стол, за которым сидел худощавый человек с копной рыжих волос. Волосы, по-видимому, плохо знакомые с расческой торчали в разные стороны. Большие очки с толстыми линзами скрывали большую часть его лица.

Рыжий листал журнал с изображением голой девицы на обложке. Оторвавшись от своего занятия, он поднял голову и посмотрел на вошедших.

– Он ваш, док, – сказал лейтенант и закрыл за собой дверь.

Доктор кивнул и, бросив еще один взгляд на обнаженную девицу в откровенной позе, закрыл журнал. Открыв один из ящиков, он бросил его туда и встал из-за стола.

Рыжий оказался очень высокого роста и настолько худой, что белый халат болтался на нем как на вешалке. Из-под халата, доходившего ему до колен, торчали волосатые ноги, обутые в резиновые шлепанцы.

Доктор подошел к заключенному и, внимательно рассмотрев его сквозь толстые линзы очков, благодаря которым его глаза казались просто огромными, сказал:

– Раздевайтесь. Снимайте все. Одежду выбросите вон туда, – он указал на железный ящик, стоявший неподалеку у стены. Его голос напоминал скрип несмазанной телеги.

Один из охранников снял с Крила наручники и, прищурившись, сказал:

– Не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус, сопляк. Иначе горько пожалеешь! Только дай мне повод!

Заключенный подошел к железному ящику и стал стягивать с себя одежду. Оставшись совершенно голым, он повернулся и вопросительно посмотрел на доктора.

– Вон к той стене, – указал рыжий на дальнюю стену.

Крил послушно прошлепал к указанной стене.

Доктор уселся за свой стол и, выдвинув один из ящиков, что-то нажал внутри. Прозрачная перегородка из толстого стекла выехала из пола и отгородила пространство, в котором находился заключенный, от остальной части комнаты.

Из потолка под большим напором на Крила обрушились струи горячей воды. Процедура продолжалась примерно минуту. Затем вода прекратила литься, и Крил услышал голос рыжего:

– Теперь глубоко вздохните и постарайтесь не дышать. Это займет не больше минуты. Придется потерпеть.

Крил набрал полные легкие воздуха и затаил дыхание. Часть комнаты, в которой находился заключенный, быстро наполнилась каким-то зеленоватым газом. Все тело больно защипало, как будто миллионы острых иголок воткнулись в беззащитное тело. Крил сжал зубы, чтобы не закричать. Казалось, этому не будет конца…

Наконец, послышалось громкое шипение, и потоки свежего воздуха выдули зеленоватый газ в маленькие отверстия в стене.

– Можно дышать!

Потом его еще несколько раз обливали то горячей, то холодной водой, затем посыпали каким-то белым порошком, вновь обливали водой и вновь посыпали порошком.

Наконец, изнуряющие процедуры были завершены, и стеклянная перегородка въехала в пол.

– Теперь отойди вон в тот угол, – крикнул доктор.

Крил отошел в указанный угол.

– Встанете на черный квадрат на полу.

Крил подчинился. Как только он встал на квадрат, с потолка опустился прозрачный цилиндр, полый внутри, заключивший юношу в стеклянный плен. Из потолка ударили струи горячего воздуха, за несколько секунд высушив мокрое тело. После этого цилиндр въехал в потолок.

– Я закончил, – сказал доктор. – Можете вести его на склад.

Наручники вновь защелкнулись на запястьях Крила, и его в чем мать родила вытолкнули в коридор.

Они долго шли по коридору, то опускаясь, то поднимаясь по железным лестницам. Им не встретилось не души. Тело Крила закоченело и покрылось мурашками. Наконец, поднявшись еще по одной лестнице, они очутились на складе.

Склад был большим и уставлен стеллажами, на которых аккуратными стопками была сложена всевозможная одежда.

– Эй! Есть кто-нибудь живой? – крикнул один из сопровождающих заключенного.

– Минуточку! – послышался в ответ женский голос. Из-за одного из стеллажей вышла симпатичная высокая женщина лед сорока, в руках она несла толстую папку. Ее белые волосы были коротко подстрижены, а синяя форма подчеркивала стройность фигуры. Подойдя к вошедшим, она улыбнулась, обнажая ровные белые зубы. Внимательно с ног до головы рассмотрев Крила (нагота видимо совсем не смущала заключенного, он даже не попытался прикрыться), она спросила:

– Новенький? – голос был мягким и приятным.

– Новенький? – кивнул лейтенант и расплылся в улыбке. – Как дела, Мариночка?

Улыбка сползла с лица женщины.

– Да вот, составляю опись, – проворчала она, – Лысик приказал. Надоело! Слава Богу, через месяц прилетит смена… Ну, ведите его за мной.

Они прошли сквозь стеллажи и оказались у небольшой стеклянной кабинки.

– Зайдите вон туда, – указала женщина на кабинку, а сама уселась за стол, на котором стоял компьютер и, выдвинув клавиатуру, нажала несколько кнопок.

Курт зашел в стеклянную кабину. По его обнаженному телу пробежало несколько полосок света.

– Так, – сказала женщина, глядя на экран компьютера, – Рой, – она подняла голову и ласково посмотрела на лейтенанта, – тебе не составит труда принести одежду.

– Конечно, Мариночка, – с готовностью закивал охранник.

– Стеллаж номер сорок пять. Это вон в том дальнем углу, – она показала рукой, – принеси любой узел.

Лейтенант бросился выполнять поручение.

– И не забудь обувь, – крикнула ему вдогонку кладовщица, – стеллаж с обувью рядом. Номер сорок три.

Охранник быстро вернулся и бросил к ногам вышедшего из кабины Крила мешок и высокие меховые сапоги.

– Одевайся скорее! – сказал он, снимая с заключенного наручники. Подойдя к столу, он что-то шепнул женщине на ухо. Та громко и звонко рассмеялась.

Крил развязал мишек и высыпал его содержимое на пол. Внутри мешка находились: нижнее белье, шерстяные носки, теплые штаны, толстовка, теплая меховая куртка с капюшоном, шерстяной шарф и меховые рукавицы. А также маленький прозрачный респиратор и темные солнцезащитные очки. Быстро натянув на себя одежду и унты, он засунул в карманы куртки маску, очки, рукавицы и шарф.

– Я готов, – громко сказал он.

Охранники обернулись…

Опять щелкнули наручники, и Крила повели к выходу.

– Запомните, – сказала напоследок женщина, взглянув на Крила, – одежда с автоматическим подогревом и охлаждением. Замена элементов подогрева через каждые девять месяцев. – После этих слов она посмотрела на охранников. – Вы сегодня будете на вечеринке у Сильвера?

– Да! – в один голос ответили охранники.

– Тогда увидимся там… А сейчас извините, мальчики, у меня и правда много дел. Да и у вас тоже! Так что до вечера?

– До вечера!

В следующей тесной комнатушке их встретил маленький сгорбленный старичок. Подойдя к Крилу, он сказал.

– Ну-ка, наклонись, сынок.

Крил наклонил голову. Старик измерил шею заключенного какой-то скобой и, кашлянув, обдав при этом Крила зловонным запахом гниющих зубов и внутренностей, зашаркал к маленькой двери в углу комнатушки. Вскоре он вернулся, неся в руках блестящий обруч.

– Ну-ка, наклонись-ка еще разок.

– Это еще зачем, – спросил Крил, с опаской глядя на предмет, который держал в руках старик.

Старичок посмотрел на охранников. Тут же один из них с силой надавил на голову заключенного, заставив его наклониться. Старик быстро развел концы обруча и застегнул его на шее заключенного.

– Так-то лучше, сынок, – захихикал он. Но его хихиканье быстро переросло в тяжелый кашель, нещадно согнувший старика пополам. Вытащив из кармана платок, старик закрыл им рот. Приступ продолжался не меньше минуты. Наконец, кашлянув в последний раз, он отодвинул от лица платок и, взглянув на него, увидел маленькие капельки крови. Покачав головой, старик спрятал платок в карман и слезящимися глазами посмотрел на Крила.

– Ты хочешь узнать, зачем этот ошейник, сынок?

Крил зло посмотрел на старика.

– Ну что же, – улыбнулся старик, доставая из грязного халата маленькую черную коробочку с двумя кнопками. – Желание клиента для меня закон, – сказал он и нажал на одну из кнопок.

Такой сильной боли Крил никогда не испытывал. Казалось, тысячи раскаленных иголок воткнулись в его тело, разрывая плоть и огненными языками облизывая внутренности юноши. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Мозгу вдруг стало тесно в голове, и он приготовился взорваться внутри. Крил согнулся пополам и рухнул на пол. Он хотел закричать, но крик застрял в распухшем горле. – Я больше не могу терпеть эту боль! Господи, пожалуйста, я сделаю все, чтобы она ушла!

Старик улыбнулся и нажал на другую кнопку.

Боль, сковавшая огненными тисками тело заключенного, отступила, как морская волна отступает после прилива, освобождая песчаный пляж, оставив в мозгу юноши слабый нудящий зуд.

– Поднимите его, – услышал Крил голос старика, доносившийся словно с другой планеты.

Сильные, грубые руки схватили скорчившегося на полу человека и рывком поставили его. Ноги Крила тут же подогнулись, и он повис на руках охранников.

– Теперь ты знаешь, сынок, зачем нужен этот ошейник.

Крил поднял голову и взглянул на старика.

– Не волнуйся, – вновь улыбнулся старик, – это не причинило твоему телу никакого вреда. Это лишь иллюзия боли. Через несколько минут даже слабость отступит, и ты вновь сможешь петушиться. Ты так забавно корчился на полу, – старик хихикнул. – Чудесный приборчик, не правда ли!

– Правда, старый, сморщенный идиот, – еле слышно прошептал Крил. – Когда я выберусь с этой вонючей планеты и соберу достаточное количество единомышленников, то я вернусь, обязательно вернусь, хотя бы для того, чтобы засунуть этот ошейник в твою сморщенную задницу и с улыбкой смотреть, как ты корчишься у моих ног! – И, подавшись вперед, он плюнул старику прямо в лицо.

Старик спокойно вытер плевок и, подойдя к заключенному почти вплотную, размахнулся и врезал Крилу кулаком. Голова юноши мотнулась назад. В глазах заплясали искры. На скуле, с левой стороны, начал вздуваться большой синяк.

– Совсем неплохо для старика. Правда! – засмеялся он. – Уберите его с глаз моих долой!

Крила вытащили в коридор. Сзади раздался громкий кашель. – Скоро ты сам подохнешь, старый пердун! – подумал заключенный и улыбнулся.

Когда они подошли к следующей двери, силы Крила полностью восстановились. В комнате их встретила очень толстая пожилая женщина. При ходьбе складки ее жира колыхались под синим комбинезоном. Создавалось впечатление, что ты смотришь на ходячий пудинг, а не на живого человека. Она подошла к столу и уселась в большое кресло. Кресло жалобно застонало, но выдержало.

– Вот это, – сказала она писклявым голосом, сверля Крила маленькими поросячьими глазками, и, наклонившись, вытащила из-под стола маленький мешок, – твой паек на несколько дней. – Она швырнула мешок заключенному. Крил поймал его на лету. – Можешь съесть его сам или попытаться выкупить за него несколько дней своей никчемной жизни у своих новых друзей. Но, скорее всего, у тебя его просто отберут перед тем, как зажарить на костре… – она забарабанила пальцами по столу. – Хотя у тебя есть несколько шансов остаться в живых и пожить на этой милой планете какое-то время. Первый, если ты хорошо владеешь мечом, и второй, если твоя попка кому-нибудь приглянется. Думаю, у такого красавчика найдется много почитателей… – она громко рассмеялась и махнула рукой. Складка жира, мотнувшаяся вверх, едва не разорвала комбинезон.

Охранники заржали и вытолкнули Крила в коридор.

Они побывали еще в нескольких комнатах, где заключенному сделали инъекции от всех известных бактерий, расплодившихся на Эльдоре. Объяснили график поставки мрамора и гранита. Предупредили, что если он самостоятельно попытается снять сторожа, так они называли ошейник, сковавший шею Крила, то последует немедленный взрыв, который разорвет его голову на сотню мелких кровавых осколков. – Прекрасный способ самоубийства, – многозначительно сказал ему пожилой мужчина в последней комнате.

Наконец его подвели к большой железной двери. Один из охранников, сопровождавших Крила, нажал на кнопку в стене, и железная дверь со страшным скрипом отъехала в сторону. Они вышли на улицу. Солнце нещадно пекло, несмотря на предохранительный стеклянный купол, закрывающий форт сверху.

– Иди вон к тем большим железным воротам, – с нетерпением в голосе указал рукой лейтенант, мечтающий поскорее спрятаться в прохладном помещении. – Там тебя ждут. И не вздумай дергаться. Ты на прицеле! – он вынул из кармана маленький ключ и снял с заключенного наручники.

Крил медленно побрел к воротам, рядом с которыми стоял высокий человек в черной форме охранника. В ожидании заключенного он переминался с ноги на ногу, видимо жаркое солнце было ему очень неприятно. Крил обернулся и увидел своих провожатых, стоявших рядом с открытой дверью и державших его под прицелом.

Как только Крил подошел к ожидавшему его человеку, тот протянул меч, завернутый в меховые ножны. Крил бросил мешок, который нес в руке и, взяв оружие, поднял глаза.

– Даже не думай, сынок, – покачал головой высокий человек, глядя на Крила. – Тебе снесут башку раньше, чем ты успеешь вытащить свой меч!

Крил повесил меч за спину и попробовал, легко ли он сможет до него дотянуться в случае необходимости. Рука с первого раза нашла рукоятку. Он поднял голову и прочитал надпись на воротах, сделанную большими красными буквами:

Я УВОЖУ К ОТВЕРЖЕННЫМ СЕЛЕНЬЯМ.

Я УВОЖУ СКВОЗЬ ВЕКОВЕЧНЫЙ СТОН.

Я УВОЖУ К ПОГИБШИМ ПОКОЛЕНЬЯМ.

БЫЛ ПРАВДОЮ МОЙ ЗОДЧИЙ ВДОХНОВЛЕН:

Я ВЫСШЕЙ СИЛОЙ, ПОЛНОТОЙ ВСЕЗНАНЬЯ

И ПЕРВОЮ ЛЮБОВЬЮ СОТВОРЕН.

ДРЕВНЕЙ МЕНЯ ЛИШЬ ВЕЧНЫЕ СОЗДАНЬЯ,

И С ВЕЧНОСТЬЮ ПРИБУДУ НАРАВНЕ,

ВХОДЯЩИЕ ОСТАВТЕ УПОВАНЬЯ.

– Среди этого сброда кто-то читал «Божественную комедию» Данте? Как трогательно! – прошептал Крил.

– Чего? – не понял охранник.

– Ничего. Выпускай меня!

– Открыть ворота, – раздался громкий крик высокого.

Ворота медленно открылись. За ними был проход, упирающийся в другие ворота. Крил поднял мешок и, повесив его на плечо, вопросительно посмотрел на охранника.

– Удачи тебе, сынок, – сказал тот. – Как только выйдешь, держи направление на скалы. И постарайся подольше оставаться в живых. – Высокий человек дружески улыбнулся. – Теперь можешь идти!

Крил развернулся и пошел в образовавшийся проход. Подойдя ко вторым, все еще закрытым воротам он невольно обернулся. Первые ворота начали медленно закрываться.

Крил с тоской, внезапно обрушившейся на него, смотрел на двор форта, на посадочную площадку до тех пор, пока двери не закрылись, отрезав его от последнего островка внешнего мира. Крил отвернулся.

«Месть – это блюдо, которое подают холодным», – всплыла у него в голове древняя пословица. Он сжал кулаки и, погрозив небесам, громко крикнул:

– Я выживу, отец! Выживу, чего бы мне это не стоило! Вы сделали большую ошибку, оставив меня в живых! Ты и твои друзья умоетесь кровавыми слезами, когда я найду способ вырваться с этой вонючей планеты!

Ворота медленно открылись. Крил опустил кулаки и, немного помедлив, сделал первый шаг в неизвестность.

Глава

4

Яркое палящее солнце, стоявшее в самом зените, больно ударило Крила по глазам. Он зажмурился и, быстро вытащив из кармана солнцезащитные очки, надел их. Его одежда быстро отрегулировала температуру, обдав тело приятной прохладой. Чтобы не получить солнечный удар, Крил натянул на голову капюшон. Было жарко, очень жарко, но регулятор температуры, встроенный в его куртку, помогал сносить этот зной.

Вздохнув полной грудью, он закашлялся, почувствовав, как его легкие обжег горячий воздух. Вытащив из кармана маленькие фильтры, которые ему дали в одной из комнат форта и вставив их в нос, Крил побрел по укатанной песчаной дороге к скалам, видневшимся вдалеке. Путь предстоял не близкий, да еще учитывая 1,5 G…

Пройдя около километра, Крил засунул руку в карман и вытащил из него маленький темный пузырек.

– В этом пузырьке таблетки, которые помогут поскорее приспособиться твоему телу к здешнему тяготению, – так сказал доктор, делавший ему прививки. – Будешь принимать их, когда почувствуешь себя совсем хреново. – Он воткнул в вену Крила шприц и ввел маслянистую желтоватую жидкость. Крил поморщился. – Этот коктейль заставит твои мышцы поскорее наращивать массу. – Доктор вытащил иглу и взглянул на Крила. – В пузырьке тридцать таблеток. Не расходуй их понапрасну. Через месяц твое тело привыкнет, мышцы приспособятся. Или ты просто сдохнешь. Одно из двух!

– Откуда такая доброта? – спросил Крил, потирая руку в том месте, куда втыкалась иголка.

– Никакой доброты, – покачал головой доктор, – это стандартная процедура для всех вновь прибывших заключенных. Мы просто хотим уравнять их шансы с теми, кто уже привык к здешним условиям. Запомни, используй эти таблетки только в крайнем случае…

– Но я не чувствую никакой тяжести, – сказал Крил, вертя пузырек в руках.

– Потому что внутри форта искусственно поддерживается нормальная сила тяжести. Но стоит попасть за его стены…

Посмотрев на пузырек, Крил засунул его обратно. Хотя он и чувствовал себя погано, но время принятия лекарства, по его мнению, еще не наступило.

Сильный порыв ветра, налетевший на Крила и заставивший его остановиться и загородить лицо рукой от летящего красноватого песка, внезапно утих. Крил снял с плеча мешок и, присев на корточки, поставил его на песок. Затем развязал его и, порывшись внутри, достал большую пластиковую бутылку. Открыв крышку, он сделал жадный глоток. Вода, хотя и была теплой, приятно освежила горло. Посмотрев с соблазном на воду, он подумал «Не сделать ли мне еще один глоток». Все же Крил устоял перед искушением и, закрутив крышку, убрал бутылку в мешок. Поднявшись, он закинул мешок на плечо и, немного постояв, побрел дальше. Груз, который планета возложила на его плечи, с каждым шагом становился все тяжелее.

Минут через тридцать Крил увидел вдалеке облако поднимающейся пыли. Внимательно приглядевшись, он смог различить черную точку, мчащуюся по дороге в его направлении.

– А вот и группа встречающих, – подумал он и, остановившись, достал из кармана пузырек. Открыв его, Крил высыпал на ладонь одну красную таблетку. Забросив ее в рот, он поморщился. Таблетка была очень горькой на вкус. Проглотив ее, он закрыл пузырек и убрал его обратно в карман. Усталость постепенно стала отступать.

Сбросив мешок на землю, и сняв меховые ножны, он стал спокойно ждать первой встречи с заключенными Эльдора…

Точка быстро приближалась, увеличиваясь на глазах, пока не приняла очертания большого допотопного грузовика. Грузовик страшно громыхал и выбрасывал из выхлопных труб черные клубы дыма, которые стелились за ним по песку, накрывая его, словно черная шаль.

– Неужели эта колымага с двигателем внутреннего сгорания? – с удивлением подумал Крил. Такие ему приходилось видеть лишь в учебных фильмах, которые рассказывали об истории двигателестроения…

Ржавый грузовик резко затормозил в нескольких метрах от Крила, обдав его облаком красноватой пыли и выхлопных газов. Из его кабины выскочили три человек с обнаженными мечами и медленно направились к юноше. На них была такая же одежда, как и на Криле, но вся запачканная грязью и засохшей кровью.

Остановившись в паре метров от него, троица стала внимательно рассматривать своего нового «товарища», решая для себя, что можно ожидать от этого юнца. Крил, молча, ждал, держа ножны в левой руке.

– Посмотрите, друзья мои, – сказал самый высокий из них (Он был выше остальных почти на голову), – к нам прибыло свежее мясо. Похоже, сегодня вечером нас ждет пирушка! – Все трое громко заржали.

– Эй, красавчик, – крикнул один из них, – а ну-ка кинь сюда свой мешок и меч. Живо! И тогда ты, возможно, сможешь до вечера наслаждаться прелестями нашей планеты.

Крил даже не шелохнулся.

– Посмотрите, он, по-моему, язык от страха проглотил! – трое опять громко заржали.

– Ты что оглох, сопляк? – сказал самый высокий и, выставив меч вперед, вразвалку двинулся на Крила. – Придется научить тебя хорошим манерам. Быстро сюда мешок и меч, я сказал!

– Он не может пошевелиться от страха, – не прекращая ржать, крикнул один. – А может он глухонемой? Ну, скажи, ты глухонемой?

Крил сделал шаг назад и, приняв боевую стойку, вытащил меч, отбросив в сторону ножны.

– Я просто жду, когда вы меня вежливо попросите, – спокойно сказал он. – А ты, – он посмотрел на медленно приближающегося человека, – держись от меня подальше, грязная свинья. От тебя ужасно воняет!

Смех оборвался.

– Что ты сказал, сопляк, – прогремел высокий, – да я тебя… – не закончив фразу, он замахнулся мечом и с громким криком бросился на юношу.

– Хорошо, что я успел проглотить таблетку, – пронеслось у Крила в голове. Он быстро отскочил в сторону и, сделав молниеносный выпад, проткнул нападавшего насквозь. Теплая кровь фонтаном брызнула из раны, заливая руку Крила. Он быстро выдернул меч и оттолкнул мертвое тело, которое рухнуло в песок, орошая его изрядной порцией алой крови и вывалившихся наружу внутренностей. Как только сердце перестало биться, сработал взрыватель ошейник. Раздался приглушенный взрыв, и голова убитого разлетелась на тысячу кровавых осколков, обдав стоявших рядом людей липкими брызгами.

Крил вновь занял боевую стойку.

Двое остальных «встречающих» стояли с открытыми ртами, глядя на мертвое тело своего товарища. Наконец оцепенение, охватившие их, спало и они, выставив перед собой мечи, бросились на Крила. Очень хорошо помня участь своего спутника, двое применили другую тактику и напали на юношу с разных сторон. Меч Крила летал из стороны в сторону, отражая удары, градом сыпавшиеся на юношу, и наносил ответные выпады. Двое были плохими фехтовальщиками и надеялись, прежде всего, на численное превосходство, а не на умение владеть мечом. Поэтому поединок длился недолго….

Крил отбил очередной неловкий выпад одного из нападающих и, сделав круговое движение мечом, срубил его голову. Обезглавленное тело рухнуло на песок. Отрубленная голова откатилась под грузовик. «Сторож» отлетел в противоположную сторону и там взорвался.

Последний оставшийся в живых с ужасом в глазах отбросил в сторону меч и, упав перед Крилом на колени, начал молить о пощаде, ползая в пыли и целуя меховые сапоги победителя.

Крил схватил его за волосы и, подняв голову, приставил к горлу меч.

– Ты все еще хочешь посмотреть, что у меня в мешке?

– Простите, сэр.. мистер… простите меня.. Ради бога не убивайте меня… – захныкал стоявший на коленях человек. Слезы текли по его грязным щекам. – Я все для вас сделаю.. Пожалуйста… Ой, я… кажется… обмочился!

Крил громко захохотал и отпустил его волосы. Затем, подойдя к одному из мертвых тел, он наклонился и тщательно вытер о его куртку свой меч. Подобрав ножны, он спрятал свое оружие. Повесив его за спину, Крил поднял свой мешок и взглянул на валявшегося в песке человека.

– Встань, – повелительно произнес он. – Как тебя зовут?

– Серж, – дрожащим голосом ответил тот, медленно поднимаясь с песка и размазывая по лицу слезы и сопли. – Но, вообще-то, все зовут меня Ветерок! – добавил он.

– Почему Ветерок? – поднял брови Крил.

– Это очень длинная история, – немного осмелев начал Серж, – когда я появился на этой планете, мне было…

Крил поднял руку.

– Как-нибудь потом расскажешь. А сейчас заткнись и отвези меня к своему пастуху.

– К кому? – не понял Ветерок.

– К своему пастуху. Вы же все – стадо безмозглых баранов, и вами наверняка должен кто-то управлять!

– А-а-а, – протянул Ветерок. – Вы хотите видеть мистера Моро? Главу нашей колонии?

– Да, именно, главу, – кивнул Крил. – Как ты туго соображаешь.

– Это я мигом, – запрыгал вокруг Крила Серж. – Вмиг доставлю. Как вы их, сэр, а… Так им и надо… Нечего было наезжать на благородного господина!

– Заткнись и поехали!

– Да, да! Я просто хотел выразить вам свое восхищение. Какой выпад… вот это был удар…

Крил схватил говорившего за грудки и притянул его к себе.

– Заткнись, я сказал, и заводи свою колымагу!

– Но, мистер, – залепетал Серж, – сначала нужно погрузить тела этих негодяев, которые осмелились напасть на вас.

– Это еще зачем? – поднял брови Крил, выпуская ветерка. – Пускай остаются здесь.

– Что вы, сеньор, – всплеснул руками Серж, – мы обязательно должны их забрать с собой…

– Уж не хочешь ли ты сказать…. – Крила передернуло.

– Конечно! – потер руками Ветерок. – Мы устроим вечером настоящий пир. Давненько я не ел мяса! – Он подошел к одному из трупов и попытался забросить его себе на плечо. – Вы не поможете мне, мистер?

– Нет уж, давай сам, – устало проговорил Крил. Действие таблетки начло постепенно проходить, и на него навалилась страшная усталость. Подойдя к грузовику, он открыл дверь кабины и, забравшись внутрь, уселся на жесткое сидение. Откинувшись на спинку, он закрыл глаза. – Рано расслабляться, – подал его мозг предостерегающий сигнал. – Сначала нужно потолковать с их пастухом. Этот разговор расставит все точки над i! – Он открыл глаза и стал наблюдать за тем, как Серж, пыхтя, тащит второе мертвое тело к грузовику. Минут через десять тела и мечи были загружены в кузов, и Ветерок тяжело дыша, забрался в кабину.

– Теперь мы можем ехать? – проворчал Крил.

– Да! – кивнул Серж и потянулся к замку зажигания. – Ой, одну минуточку, мистер! – спохватился Ветерок. – Чуть не забыл. – Он выпрыгнул из кабины и залез под грузовик. Крил повернул голову и увидел Сержа вылезающего из-под грузовика. Он держал отрубленную голову за волосы. Бросив голову в кузов, Ветерок забрался в кабину.

– А голова-та тебе зачем, – удивился Крил.

– Да что вы сеньор, – захихикал Ветерок. – Человеческий мозг просто божественен на вкус, – он причмокнул языком. – Его сначала отвариваешь, потом добавляешь…

– Заткнись, – с отвращением в голосе перебил его Крил. К горлу подступила тошнота. – Давай поскорее заводи свой драндулет, и постарайся хоть немного помолчать! От твоей трескотни начинает болеть голова. – Он зло посмотрел на человека, сидевшего за рулем. – Иначе я отрежу твой длинный язык!

– Слушаюсь, сер, – притихшим голосом сказал Серж, вжав голову в плечи и повернув ключ зажигания. Мотор сперва несколько раз чихнул, выдав облако черной гари, затем завелся…

Грузовик ужасно трясся, катя по песчаной дороге, подпрыгивая на кочках и страшно скрипя. В кабине сильно пахло выхлопами.

– Долго еще? – крикнул Крил, пытаясь переорать треск мотора.

– Да нет, – крикнул в ответ Ветерок, – еще минут пять. Сейчас доберемся вон до той высокой скалы, завернем за нее, проедем метров сто по узкому проходу и будем на месте.

– А ты уверен, что к тому времени этот тарантас не развалится?

– Что вы, сэр, – рассмеялся Серж, – он в полном порядке! Не обращайте на этот шум и скрип никакого внимания. Мы на нем доставляем в форт мрамор и гранит. Взамен получаем необходимые для ремонта запчасти и топливо.

Горы быстро приближались.

– Ваш глава… как уж ты его назвал?

– Моро. Мистер Моро или доктор Моро. Кому как нравится.

– Да, да, мистер Моро. Кто он? – От крика у Крила запершило в горле. Он развязал свой мешок, стоявший у него на коленях, и достал оттуда бутылку. Сделав глоток, он протянул бутылку водителю. (Чтобы приручить собаку, дай ей кость – эту истину Крил выучил хорошо). Серж с благодарностью в глазах сделал осторожный глоток и протянул бутылку обратно. Крил убрал бутылку в мешок.

– Ну, так кто он? – повторил свой вопрос Крил.

– Ну… – Серж задумался, – ну… в общем, он руководит нами.

– Он что, хороший фехтовальщик?

– Да, в общем-то, не очень.

– Как же тогда он сумел подчинить вас себе, – изумился Крил, – насколько я понял, здесь ценится только грубая физическая сила!

– По большому счету вы правы, и на Эльдоре кто сильнее тот и прав. Но… Моро появился на Эльдоре примерно три года назад. И сразу же нарвался на кучу неприятностей. Но с честью вышел из них… Мистер Моро очень умный человек. Это признают все. Он многому научил нас. С тех пор, как он попал к нам, мы стали лучше питаться и вообще лучше жить. Он придумал, как с наименьшими усилиями добывать большее количество товара и после длительных переговоров с начальником форта поднял его расценки.

– Что за товар? – спросил Крил.

– То, что мы добываем на этой чертовой планете. Гранит и мрамор. Мы называем просто «товар». – Ветерок замолчал и уставился в грязное лобовое стекло.

– Продолжай, – повелительно бросил Крил.

– Ну, в общем, скоро вы все сами увидите. – Он бросил взгляд на спутника. – Я думаю, вы займете достойное место в нашем обществе. Особенно после моего рассказа. Вы запросто разделались с Диком и Жаном, а ведь они были неплохими бойцами.

– Я бы этого не сказал, – устало усмехнулся Крил.

– Вы правы, сэр, – Серж вновь бросил быстрый взгляд на спутника, – по сравнению с вами… – Он присвистнул. – То, что вы с ними проделали. Я еще ни разу такого не видел… Понимаете, здесь собрались люди, которые убивали и грабили, ну, в общем, совершали свои преступления с помощью более совершенного оружия. А это… – он указал на меч, лежавший на коленях Крила, – … единственное, что нам позволено здесь иметь. Вот нам и приходится учиться махать этими железками, чтобы выжить… Не сочтите за лесть, но вы лучший боец, которого мне приходилось видеть за всю свою жизнь!

Крил усмехнулся.

– Сэр, может, вы научите меня парочке своих приемов. Я бы с удовольствием отрубил несколько голов, – мечтательно сказал Ветерок.

Крил посмотрел на него

– У тебя, что же есть враги?

– Ну, враги не враги… Вы знаете, как меня некоторые называют в лагере?

– Ветерок?

– Да, Ветерок. А еще как?

– Ну и как же?

– Вонючкой, сэр!

Крил громко расхохотался.

– Ты знаешь, от тебя действительно сильно воняет, – не переставая смеяться, крикнул он.

На мгновение в глазах Сержа вспыхнул злой огонек, но тут же погас. Он натянуто улыбнулся

– Вам виднее, сэр.

– Расскажи мне еще что-нибудь о Моро. Кстати, почему его называют доктором?

– Ну, потому что он очень хорошо разбирается в медицине. Мистер Моро лечит нас. И вообще, как я уже вам говорил, он очень умный. У него у единственного из нас нет на шее этого украшения, – Серж отнял руку от руля и потрогал блестящий обруч.

– Что?! – с нескрываемым удивлением крикнул Крил. – Ты хочешь сказать, что он прибыл без него?

– Нет, – ответил Серж, – он, как и все, появился с ним. Но мистер Моро нашел способ его снять.

– Как же он это сделал? – Крил с удивлением посмотрел на водителя. – Насколько мне известно, это невозможно! Если попытаться снять его, произойдет взрыв!

– Все верно, мистер, – кивнул в ответ Ветерок, – некоторые пробовали это проделать. Их головы разлетались на мелкие кровавые осколки. Но доктору Моро как-то удалось избавиться от сторожа!

Машина подкатила к высокой скале. Серж притормозил, двигатель на малых оборотах заработал намного тише. Затем он крутанул баранку, заставляя грузовик повернуть направо.

– Мы почти на месте, – сказал он.

– А за что Моро попал на Эльдор? – спросил Крил.

– Не знаю, – пожал плечами Ветерок, – ходят разные слухи. Говорят, что когда-то он был выдающимся ученым. – Серж немного притормозил, объезжая глубокую выбоину на дороге. – Он ставил незаконные опыты на живых людях. Создавал биороботов, используя человеческие органы. Ну и все такое… Хотя лично я в это не верю. – Не переставая говорить, Серж повернул налево и осторожно завел машину в узкий проход. – Еще поговаривают, что с помощью своих роботов он попытался захватить какую-то маленькую планету. Но это всего лишь слухи… – Ну вот мы и на месте.

Машина выехал из узкого прохода. Крил увидел большую прямоугольную площадку. В углу стояли три больших грузовика. Серж подъехал к ним и резко нажал на тормоз. Грузовик остановился. Ветерок протянул руку и повернул ключ зажигания. Колымага дернулась несколько раз и застыла на месте.

– Вот мы и дома! – радостно сказал Серж и выпрыгнул из кабины. – Я сейчас сообщу, что мы прибыли, – бросил он и со всех ног побежал к каменным ступенькам, выдолбленным прямо в скале.

Лестница вела в пещеру. Поднявшись по ней, Ветерок исчез внутри.

Крил достал из кармана пузырек и, высыпав сразу две таблетки, забросил их в рот. Поездка на этой колымаге полностью его доконала. Силы же, он был абсолютно в этом уверен, ему еще были нужны.

Открыв дверцу грузовика, он выпрыгнул наружу. Развязав свой мешок и достав наполовину пустую бутылку, он сделал два больших глотка. Горьковатый привкус от лекарства исчез. Убрав бутылку обратно, он огляделся. Площадку, на которой он стоял, со всех сторон окружали отвесные скалы. Крил пару раз нагнулся, разминая затекшую спину. Высокие скалы отбрасывали тень и почти полностью закрывали этот маленький каньон от нещадно палящего солнца. Лишь в середине площадки узкая полоска песка блестела на солнце.

Крил услышал неясный шум и обернулся. По каменным ступенькам ему навстречу спускалось человек пятнадцать. Крил поднял мешок и начал пятиться назад до тех пор, пока его спина не уперлась в каменную преграду.

– Отлично, – подумал он, бросая мешок и обнажая меч, – теперь хотя бы моя спина надежно защищена!

Впереди спускавшихся шел Серж и что-то оживленно объяснял, размахивая руками и показывая то на Крила, то на грузовик. Они медленно спустились по ступенькам и направились к Крилу. Люди остановились метрах в пяти от него и с интересом уставились на юношу.

– … так вот, когда он начал… – громким голосом продолжал свой рассказ Ветерок.

– Заткнись, – прервал его высокий широкоплечий блондин с мечом в руке.

Он был одет в черную футболку, которая обтягивала его широкий торс. Короткие рукава наполовину закрывали мощные бицепсы. Остальные были одеты в куртки, а их мечи покоились в меховых ножнах.

Блондин сделал шаг вперед и, зло, посмотрев на Крила, произнес.

– Мне сказали, что ты убил наших друзей. – Крил молчал, спокойно глядя на говорившего. – Вонючка также сказал, что они первые на тебя напали, и у тебя было право защищаться. – Незнакомец оценивающим взглядом смотрел на Крила. – С его слов ты отличный боец… – блондин криво усмехнулся, – но мне хотелось бы самому в этом убедиться! – он выставил меч вперед и начал медленно наступать на Крила.

– Постой! – остановил его юноша. – Мне что же придется драться со всеми? – спросил он без единого намека на страх.

– Конечно, нет, – ответил блондин, хотя в его голосе читалась фальшь, – я просто хочу убедиться, что ты имеешь право на жизнь. Я быстро решу твою судьбу!

– Значит, ты Бог? – спросил Крил.

– Это еще почему? – блондин остановился.

– Потому что, лишь Бог решает судьбу человека. – Крил слегка улыбнулся. – А ты, по-моему, слишком мелковат для Бога! Возможно, ты Ангел? Хотя вряд ли! От Ангела не может так вонять!

В людской толпе послышались громкие смешки.

– Так значит ты остряк, – процедил сквозь зубы блондин и бросился на Крила.

Крил сразу понял, что его соперник очень силен и во много раз превосходит тех недотеп, которые первыми встретили его после выхода из форта. Мечи летали с быстротой молнии. Соприкасаясь, они высекали искры. Крилу пришлось вспоминать все уроки, полученные им в детстве от лучших учителей при дворе его отца.

Его противник вкладывал в свои выпады и удары всю мощь, пытаясь поскорее покончить с юношей, рассчитывая только на свою силу. Это было его ошибкой. Он быстро выдохся. Крил же вел бой по другому сценарию. Круговыми движениями он отражал удары блондина, практически не тратя на это своей энергии.

Пару раз Крил мог бы запросто прикончить своего соперника, но не делал этого. Он наносил лишь неглубокие, но довольно болезненные уколы, заставляя тем самым блондина совершать еще больше ошибок и терять свои силы.

Почему он не прикончил этого здоровяка?

На то были свои причины. Во-первых, Крил не был абсолютно уверен в том, что толпа не набросится на него и не разорвет его на части. Конечно, он бы забрал с собой в Ад несколько человек, но… расставание с жизнью не входило в его планы. Во-вторых, ему необходимо было продемонстрировать все, на что он был способен, чтобы сразу отбить охоту у остальных вставать у него на дороге. И, в-третьих, он был уверен, что за их поединком наблюдает пастух этого стада, и излишняя жестокость могла бы перевесить чашу весов не в его пользу.

Его противник весь вспотел. Пот заливал ему глаза. Из груди вырывалось тяжелое дыхание. Кровь, сочившаяся из ран, искусно нанесенных Крилом, уже насквозь промочила черную футболку. Силы явно его покидали. Он сделал неуклюжий выпад, пытаясь проткнуть живот Крила. Юноша с легкостью парировал удар и, быстро взмахнув мечом, рассек блондину лоб. Здоровяк отскочил назад и приложил руку к ране. Кровь хлынула между пальцами. Он опустил руку и посмотрел на ладонь, которая окрасилась его кровью. Блондин громко закричал и хотел снова броситься на своего противника, но его остановил повелительный голос:

– Достаточно, Рон!

Блондин повернул голову и посмотрел на говорившего человека. Затем перевел взгляд на Крила и сделал неуверенный шаг в его направлении.

– Я сказал, достаточно! – раздался все тот же повелительный голос.

Блондин заскрежетал зубами и нехотя засунул свой меч в ножны за спиной.

– Мы еще не закончили! – процедил он сквозь зубы, с ненавистью глядя на Крила. Развернувшись, он быстро зашагал прочь, грубо расталкивая толпу, оказавшуюся на его пути.

Крил наклонился и поднял свой мешок. Он вытер об него свой меч, закинул мешок на плечо, затем поднял меховые ножны и спрятал в них свое оружие.

От толпы тем временем отделился темнокожий человек небольшого роста и подошел к Крилу. «У него нет меча», – отметил про себя Крил.

На вид ему было лет сорок. Черные густые волосы были коротко подстрижены. Высокий лоб изрезан морщинами. Широкие скулы, полные губы. Из-под густых черных бровей смотрели карие глаза. Чуть приплюснутый нос с горбинкой. Лицо его можно было бы назвать привлекательным, если бы не широкий белый шрам, пролегающий через всю правую щеку и чуть-чуть приподнимающий уголок рта.

– Добро пожаловать в нашу общину, – приветливо сказал он и улыбнулся, обнажая ряд белоснежных зубов, – меня зовут мистер Моро или доктор Моро. Каму как нравится. – Он вопросительно посмотрел на Крила.

– А меня зовут мистер Крил или великий воин Крил. Кому как нравится, – ответил юноша.

Чернокожий громко и весело рассмеялся.

– Рад вас приветствовать, мистер Крил, – сказал он, протягивая руку. – Я глава этой общины.

Крил, секунду помедлив, пожал протянутую руку. Рука у Моро была сухая, рукопожатие твердое.

– Раз уж вам выпала великая честь поселиться на этой Богом забытой планете, – сказал Моро, выпуская руку юноши, – то вам придется выполнять некоторые неписаные законы, принятые в нашей общине. Пойдемте со мной, я покажу вам наше жилище, а заодно и познакомлю с некоторыми правилами. – Он развернулся и направился к каменной лестнице. Крил последовал за ним. Толпа почтенно расступилась, освобождая проход.

Они подошли к лестнице, когда их остановил голос Сержа.

– Постойте, мистер Моро, – чернокожий остановился, когда Вонючка подбежал к нему.

– Что прикажете делать с трупами?

– Ты что не знаешь порядок, Ветерок. Отнесите их на кухню, пока они еще не начали вонять.

– Слушаюсь, сэр! – отдал честь Серж и побежал к грузовику.

– Пойдемте, – сказал Моро, жестом приглашая Крила следовать за ним.

Поднявшись по каменной лестнице, они оказались в большой полутемной пещере. Сквозь узкие щели, прорубленные в ее стенах, падали полоски приглушенного солнечного света, освещая множество деревянных лежаков, накрытых грязными шкурами. На некоторых из них спали заключенные, тихо постанывая во сне.

Они молча прошли сквозь пещеру и, миновав еще несколько маленьких комнат, уперлись в железную дверь. Несколько людей, встретившихся им по пути, с интересом рассматривали Крила и о чем-то перешептывались.

Моро открыл дверь.

– Заходите, мистер Крил, – пригласил он, отступив назад.

Крил вошел внутрь и очутился в небольшом квадратном помещении. На стенах, освещая комнату, висели несколько факелов. Языки пламени отбрасывали на низкий потолок причудливые тени. В углу было набросано несколько ярко-красных шкур. В центре комнаты стоял стол, выдолбленный из большой глыбы мрамора. Рядом с ним стояло несколько мраморных кресел.

– Присаживайтесь, – сказал Моро, указывая на одно из кресел.

Крил подошел к столу и, положив на него мешок и меч, уселся в указанное кресло. Моро присел в кресло, стоявшее рядом.

– Во-первых, хочу сразу вас предупредить, что вы нажили себе смертельного врага, – начал Моро, – Рон считался у нас лучшим бойцом, а вы с легкостью одолели его да еще в присутствии стольких свидетелей. Он вам этого никогда не простит!

– Я что же, по-вашему, должен был дать себя убить, чтобы не затронуть его больное самолюбие? К тому же не так уж он и хорош!

Моро улыбнулся.

– Я видел, как вы искусно владеете мечом. Но, на вашем месте, я бы все равно был очень осторожен. Рону не знакомо слово честь, и я не удивлюсь, если узнаю, что он попытался воткнуть свой меч вам в спину.

– Плевал я на него!

– На него, может быть, вы и плевали, но у него много друзей.

– Я плевал и на них, – сказал Крил. – Вот это, – он положил руку на меч, лежащий на столе, – быстро охладит их пыл. Не хватало еще, чтобы лев боялся шакалов.

Моро снова улыбнулся.

– Вы очень смелый и в то же время, не обижайтесь, очень глупый человек. Вы, я вижу, забыли, что лев охотится в одиночку, а шакалы охотятся стаей.

Крил задумался. «Его слова не лишены смысла. Не хватало еще, чтобы мне и в правду воткнули нож в спину!»

– Вы убедили меня, мистер Моро, – кивнул головой Крил, – я постараюсь быть осторожным!

– Вот и славно, – Моро облегченно вздохнул. Ему сразу понравился этот юноша. «Неужели небо наконец-то послало мне достойного соратника. Возможно, вдвоем мы сможем найти способ, как выбраться отсюда. Его меч и моя голов -, прекрасный тандем», – думал он, глядя на собеседника, – «конечно, он молод и горяч, но это исправит время. К тому же, он, несомненно, очень умен. Это читается в его глазах. А умные люди большая редкость на Эльдоре. Нет, безусловно, мы поладим!»

– Кто вы? – спросил Моро, в упор, глядя на юношу. – Вы не похожи на тех, кто находится здесь. Ваша манера держаться, ваша осанка, наконец, ваше умение фехтовать – все говорит о том, что вы не простой сын какого-нибудь фермера, который, проснувшись однажды утром, решил стать кем-то большим и, взяв в руки оружие, стал направо и налево сеять трупы, чтобы достичь своей цели. Скорее вы похожи на выходца из благородной и знатной семьи, по воле случая ставшим убийцей! – Он, не отрываясь, смотрел на собеседника. – Хотя, возможно, вы и сознательно отнимали человеческие жизни, но тогда я абсолютно уверен, что вы делали это во имя какой-то цели, а не просто ради забавы…

– Вы прекрасно разбираетесь в людях, – улыбнулся Крил, – но, почему вы решили, что я попал сюда именно за убийство?

– Это не трудно, – махнул рукой Моро, – на эту чудесную планету ссылают лишь убийц. Вы же знаете «гуманную» политику наших правителей. Отмена смертной казни! Как это чудесно… – он зло расхохотался, – они заменили мгновенную смерть адскими страданиями, о которых даже и не подозревают простые обыватели. Зато в глазах этих никчемных людишек весь совет выглядит просто великолепно. Ненавижу этих мягкотелых индюков, играющих в демократию. Была бы моя воля… – он с силой ударил кулаком по столу и внезапно замолчал. Как замолкает человек, вдруг понявший, что сказал что-то лишнее. – Извините, но, кажется, я немного увлекся, – сказал Моро, кашлянув в кулак. – Ну, так кто вы?

Крил задумался. В свои двадцать пять лет он хорошо разбирался в людях и сразу увидел в Моро своего единомышленника. После же таких откровений доктора он еще больше в этом убедился. Конечно, он не собирался рассказывать этому человеку свою историю, по крайней мере, пока, но в тоже время Крил прекрасно понимал, что ему просто необходимо заручиться поддержкой Моро. Он видел, как силен авторитет доктора среди этого сброда, и, став другом чернокожего, он обеспечит тем самым свою безопасность. Здесь нужно было сыграть наверняка!

– Вы правы, – начал юноша, – я родился и вырос в богатой и знатной семье. Мне с детства помимо всевозможных наук преподавали уроки фехтования. Вот откуда мое умение владеть этим древним оружием. – Он поерзал в кресле и, устроившись поудобнее, продолжал. – С самого раннего детства у меня была мысль, что мое рождение дает мне право управлять людьми, стоящими ниже меня. И чем взрослее я становился, тем сильнее росла моя убежденность, что только тоталитарная власть, власть, основанная на уничтожении слабых и несогласных, может навести порядок в избалованном демократией и равноправием обществе. У власти должны стоять сильные люди, которые не остановятся ни перед чем, чтобы добиться своей высокой цели.

Какой цели, спросите вы? Господство сильных над слабыми. Только мы, сверхлюди, должны стоять у штурвала! – он заметил искру заинтересованности, промелькнувшую в глазах его слушателя. – Я вырос и, набравшись сил, стал шаг за шагом осуществлять свои грандиозные замыслы. Нашлось довольно много людей, которые разделяли мои взгляды и с энтузиазмом встали под мои знамена. Мы захватили несколько небольших планет и провозгласили на них истинную власть. Власть сверхлюдей! Но… – Крил на секунду замолчал, – удар воздушной гвардии объединенных планет был неожиданным и очень мощным… В живых остались немногие. Не знаю, что стало с остальными, а меня засунули на эту богом забытую планету… – Крил замолчал и посмотрел на Моро. Тот тоже молчал. – Эти свиньи не учли одного, – с ненавистью продолжал юноша, – они думали, что, запихнув меня на эту планету, заставят тем самым отступиться от своих взглядов и принципов. Они думали, что я здесь загнусь. Это грубый просчет с их стороны. Я не только собираюсь выжить, но и найти способ вырваться с Эльдора для того, чтобы отомстить и заставить их преклонить свои благородные колени. Они еще пожалеют, что не прикончили меня сразу! – последнюю фразу он громко прокричал, вскочив со своего места и тряся кулаками.

– Вы сумасшедший, – покачал головой Моро, – отсюда нет выхода!

– Может я и сумасшедший, – внезапно успокоившись, ответил Крил и вновь уселся на свое место, – но неужели такие люди как мы что-нибудь да не придумаем! А? – он весело подмигнул Моро.

Доктор улыбнулся и, встав со своего места, протянул руку.

– Добро пожаловать на Эльдор, мистер Крил. Я рад, что вы удостоили нас чести своим присутствием. Мне нравится ваш задор и ваша уверенность в благополучном исходе! Возможно, вы правы и когда-нибудь нам удастся вырваться на свободу.

Крил встал и пожал протянутую руку. Он правильно раскинул карты. Моро стал его надежным другом. И, пока он будет ему нужен, Крил будет с ним ласков и нежен. А когда им все-таки удастся вырваться на свободу (а у Крила не было никакого сомнения, что такой день настанет), способности Моро в генной инженерии ему очень пригодятся. Ну, а когда он станет не нужен, Крил, не задумываясь, раздавит этого черномазого…

– Я тоже рад, что вы скрасите мое одиночество! – улыбнулся он, тряся руку доктора. – А сейчас мне хотелось бы узнать, чем дышит ваше стадо? – Он выпустил руки и уселся на место.

Моро громко расхохотался.

– Мое стадо. Мне это нравится. Я введу вас в курс дела. Пока отдыхайте, а я скажу, чтобы нам принесли чего-нибудь перекусить. Вы, должно быть, проголодались с дороги! – он направился к выходу.

– Спасибо, – сказал ему вслед юноша, – только что-нибудь… не человеческое.

Моро опять захохотал.

– Хорошо. Но со временем вы привыкните к «деликатесам».

Глава 5

Прошло три недели. Для Крила они, пожалуй, были самыми тяжелыми за всю его жизнь. Хотя, его положение после поединка с Роном и после того, как Моро перед всеми объявил, что юноша находится под его покровительством, было достаточно привилегированным, но, не смотря на это, ему вместе со всеми приходилось работать в каменоломнях.

И быть всегда начеку!

Хотя Моро и прикрывал его спину, но… таков уж был Крил. Он никому и никогда не доверял до конца. Находясь в постоянном физическом и нервном напряжении, сказывалось тяготение и косые взгляды Рона и его друзей, юноша не раз был на грани отчаяния, которое накатывало на него внезапно как морская волна…

Крил поселился в комнате Моро. Только там он чувствовал себя в безопасности и мог хоть немного расслабиться.

Они много разговаривали. Моро оказался очень приятным собеседником. В минуты откровения, сидя за мраморным столом, когда тусклый свет факелов играл на их усталых лицах, и они потягивали бурду, которую Моро гнал из серого мха, росшего на стенах пещеры (на вкус она была настоящей отравой, но прекрасно очищала мозги), собеседник Крила много рассказывал о себе. Те слухи, касающиеся Моро, о которых поведал ему Серж в первый день его заключения, не были лишены основания…

Моро родился в достаточно богатой семье. С детства он был неординарным мальчиком. Намного раньше своих сверстников он окончил начальный курс обучения и стал самым юным абитуриентом престижного межгалактического колледжа. Благо его родители не жалели средств на его обучение. Поступив на факультет генетики, он вскоре закончил его с отличием, пройдя программу обучения за два с половиной года, хотя она была рассчитана на пять лет. Еще пять лет ему потребовалось на доскональное изучение таких наук, как медицина, робототехника, химия и геология.

Учителя в один голос предрекали молодому студенту великое будущее. Множество исследовательских лабораторий и институтов жаждали заполучить юного гения, предлагая ему баснословные гонорары.

Закончив колледж в двадцать лет и получив по всем дисциплинам наивысшие балы, он на удивление многих отклонил все поступившие к нему предложения, за которые любой, кто учился вместе с ним, продал бы дьяволу душу. И, окончательно шокировав всех, поселился на маленькой, никому не известной планете, которую населяли несколько сот далеких от науки колонистов. Заработав за годы учебы достаточно средств: делая доклады, проводя консультации, а также используя деньги своих родителей, щедро снабжающих ими свое любимое дитя и предоставляя при этом полную свободу выбора их тратить, он выстроил на планете небольшую лабораторию, оснастив ее по последнему слову техники. После этого он полностью прекратил связь с внешним миром.

Моро пропал на долгие годы. Он не отвечал на запросы, не принимал у себя гостей, кроме торговцев, снабжающих его нужным оборудованием и всем необходимым. Рассчитывался он с ними золотыми слитками со своими инициалами. Поговаривали, что он научился делать золото из «воздуха». Он даже не прилетел на похороны своих трагически погибших родителей. (Во время экскурсии по подземным катакомбам Марса у них отказали кислородные баллоны, и они задохнулись.)

Научный мир постепенно забыл про гениального мальчика в водовороте новых открытий и новых имен. И лишь состарившиеся поседевшие учителя, на глазах которых когда-то создавался Моро, тихими вечерами собравшись вместе, изредка вспоминали чернокожего юношу.

«Он слишком рано и ярко зажегся и поэтому быстро сгорел, как звезда, падающая с темного небосвода!» – говорили одни.

«Гениальность и сумасшествие всегда ходят рядом. Возможно, он сошел с ума на той планете» – вторили другие.

«Как много он мог сделать для человечества, но… видимо он и вправду сгорел!» – кивали головами третьи.

И лишь немногие, предпочитавшие помалкивать, были убеждены, что родник, питавший Моро, не полностью иссяк, и он еще взорвется с новой силой, выбросив какое-нибудь открытие, которое взбудоражит и потрясет весь научный мир.

Именно последние и оказались правы!

Чернокожий юноша слишком рано понял свою гениальность…

С раннего детства он был убежден в том, что намного лучше остальных. И с годами эта уверенность росла в нем, преображаясь в навязчивую идею. Моро, как и Крил, со временем стал считать себя сверхлюдьми, которого коснулась десница Божья. Он был уверен, что ему все дозволено…

Но он был слишком умен, чтобы высказывать свои мысли вслух. Моро скрывал их в глубине своей эгоистичной натуры.

Когда всепоглощающий эгоизм и гениальность справляют свадьбу, то их браку суждено произвести на свет гениального злодея!

Именно так и случилось!

Получив от общества все знания, которые ему были необходимы, Моро приступил к осуществлению своего плана. Не много не мало, он хотел стать властелином мира! В этом как он думал, ему должна была помочь армия созданных им клонов.

Еще учась в колледже, он много времени проводил в генетических лабораториях. Засиживаясь там целыми сутками, он ставил всевозможные опыты. Это его настолько увлекало, что порой он забывал о сне и еде и, если бы не руководители, силком выпроваживающие его за двери, он бы начал падать в голодные обмороки.

Множество опытов привели его к усовершенствованию способов клонирования. Проводя опыты над животными, он добился таких поразительных результатов, что даже ученые, проводившие всевозможные тесты и анализы, не могли отличить оригинал от копии. Оставался последний шаг…

Создать клона человека!

Но Моро прекрасно понимал, что ученый совет не даст своего согласия на проведение такого опыта. (Клонирование человека было запрещено много веков назад.) Поэтому, окончив свое обучение, он и направился на маленькую невзрачную планету, чтобы вдалеке от посторонних глаз и ушей продолжить свои исследования. И в один прекрасный момент создать копию человека, уподобившись тем самым Всевышнему!

Планету К-9 он выбрал неслучайно. Прекрасно понимая, что для осуществления своих замыслов ему потребуются огромные капиталовложения, он изучил геологию сотен планет. И, когда его поиски готовы были зайти в тупик, он случайно наткнулся на эту планету. Изучив спектр, Моро пришел к выводу, что на К-9 есть залежи золота. Это было первой причиной, по которой он поселился на этой планете. Второй причиной было то, что К-9 находилась в малонаселенной части галактики. Ну, и третьим, немаловажным фактом, было то, что у него под рукой находился неограниченный живой материал. На К-9 не было централизованной власти. Ее населяли колонисты. Они жили маленькими семьями по пять-шесть человек и вели непрерывную конкурентную борьбу со своими соседями за территории по добыче редкого минерала, который раз в год забирал с планеты грузовой звездолет. Залежи минерала на планете были настолько ничтожны, что кредиток от его продажи хватало колонистам лишь на то, чтобы сводить концы с концами. Работа в шахтах была сопряжена с риском и часто заканчивалась несчастными случаями, которые вызывали лишь вздохи облегчения у окружающих.

«Одним ртом стало меньше! Возрадуемся! Аллелуя!»

Перебравшись на К-9, Моро истратил почти все свои сбережения на строительство укрепленной, как военный форт, лаборатории. Высокие толстые стены надежно защищали его от непрошеных гостей. Придумав хитроумный способ вырывания золота у недр планеты, Моро приступил к добыче драгоценного металла. Ему очень не хватало надежного помощника и друга, но вряд ли он мог кому-нибудь довериться. Поэтому его помощниками и друзьями стали бездушные машины, помогавшие в добыче золота и переплавки его в слитки.

Собрав необходимое количество желтого металла, он посетил множество заводов, специализирующихся на производстве необходимого ему оборудования. Сделав заказ и расплатившись золотыми слитками, он вернулся на К-9 и с нетерпением стал ждать дня, когда он сможет приступить к проведению опытов.

И вот наконец-то настал тот день, когда ему доставили заказанное им оборудование, и он смог приступить к опытам…

Завлекая к себе в лабораторию местных колонистов, он всегда имел под рукой необходимый живой материал. Приглашая по одному или паре человек, он устраивал для них экскурсию по своей лаборатории и, проводя по множествам кабинетов, обязательно заканчивал экскурсию в золотом хранилище. Глаза колонистов алчно загорались при виде желтого металла, и они были готовы на все, чтобы получить хотя бы маленький кусочек этого сверкающего великолепия.

Проводя всевозможные тесты и беря десятки анализов, тех, кто не подходил по каким-то параметрам, Моро отпускал, не забыв при этом вежливо поблагодарить за оказанную помощь и выдать щедрое вознаграждение. Другие же на веке оставались в стенах его лаборатории. За несколько лет он убил сорок шесть человек. Но, конечно же, он не считал это убийством. Они послужили науке, а что может быть прекраснее, чем умереть ради великой цели…

Множество его опытов заходили в тупик. Клоны, выращенные из клеток доверчивых колонистов, никуда не годились. Одни жили несколько суток, другие сходили с ума, третьи были полнейшими идиотами. Всех снова приходилось отправлять в преобразователь. Но он не отчаивался. После очередной неудачи набрасывался на работу с удвоенной силой.

И вот однажды свершилось…

Из одной единственной клетки, взятой у молодой колонистки, Моро вырастил полностью идентичного ей клона. Все процессы, протекающие в организме двойника, давали положительные результаты. Клон был умен и сообразителен, как и его прототип, а с помощью небольшого изменения в мозге полностью подчинялся своему создателю. Моро наблюдал за своим творением в течение целого года. Результаты были превосходными! Не лишним будет сказать, что клон даже забеременел от Моро.

Наконец-то! Наконец-то после стольких лет добровольного заточения он добился своего. Пришло время для осуществления третьего этапа плана.

Выбрав небольшую планету неподалеку от К-9, он посетил ее. Планетой правила богатая и знатная семья. Правила справедливо уже многие годы. Благодаря большому пожертвованию, сделанному Моро в фонд защиты детей, организованный пожилой женой правителя, его на должном уровне приняли при дворе. Очаровав правителя и его супругу, он стал желанным гостем в их дворце. А благодаря изысканным манерам и большим пожертвованиям, несомненно, говорившим об огромном состоянии чернокожего человека, он стал прекрасным претендентом на роль жениха их единственной молодой, но уже избалованной дочери. Моро не возражал.

На одном из вечерних приемов, когда правитель глотнул лишнего и заснул прямо на диване, Моро взял у него образец ДНК и стремглав помчался на К-9, несмотря на протесты его молодой невесты, пытавшейся поскорее сыграть свадьбу и затащить его в постель…

За два месяца он создал клона и вместе с ним полетел обратно.

Дальше события развивались в бешенном темпе. Убив старого правителя и перенеся всю информацию из его мозга в мозг клона, он заменил его «своим» человеком. С его помощью он надеялся полностью подчинить себе планету. Тогда бы у него было множество материала для создания армии клонов. Но ему помешала случайность. Двойник правителя совершал конную прогулку и, не справившись с лошадью, упал, при этом сильно ударился головой. Через сутки он пришел в себя. И все бы было ничего, но что-то произошло в мозге клона и он начал выказывать неповиновение своему создателю. Такого Моро стерпеть не мог. Вечером, пригласив клона на свой корабль, якобы для того, чтобы обсудить с ним важные дела вне стен дворца, он хладнокровно убил его. И надо же было такому случиться, что как раз в тот момент, когда он вынимал из спины двойника окровавленный кинжал, в его каюту весело смеясь, ввалились его будущая жена и будущая теща…

Сначала его хотели немедленно казнить, несмотря на запреты смертной казни. Но потом, все как следует взвесив, родственники покойного правителя (не мог же Моро сказать им, что перед ними всего лишь подобие и что тело настоящего правителя давно уже сожжено, а прах рассыпан над одним из океанов) пришли к выводу, что смерть слишком легкое наказание для предателя и убийцы….

Так Моро попал на Эльдор.

– Послушай, – спросил Крил, когда они в очередной раз вернулись из каменоломен и разговаривали в комнате Моро, – как тебе удалось избавиться от своего ошейника?

Чернокожий бросил взгляд на юношу.

– Это было не так-то просто. Для этого необходим еще один такой же ошейник. Понимаешь, на стороже стоит электронный замок. Чтобы открыть его, необходимо поменять полярность. А чтобы…

– Мне совсем неинтересно знать подробности, дружище, – перебил его Крил, – ты же знаешь, что касается научной стороны вопроса, я пас. Просто скажи, сможешь ты его снять с меня или нет. И что для этого необходимо?

– Снять его я смогу, но при условии, что у меня появится другой ошейник.

– Но они же взрываются, как только…

– Да! – кивнул Моро. – Это очень хитроумное устройство. Его микропроцессор подсоединен к нервной системе человека. Он неустанно следит за потоками крови, которые гонит сердце по нашим кровеносным сосудам. Как только эта информация перестает поступать, это говорит о том, что человек либо мертв, либо ошейник отделен от шеи, процессор подает команду на взрыватель. И БАХ – следует немедленный взрыв. К тому же ошейник посылает сигналы в форт. Наши тюремщики всегда знают численность своих подопечных.

– Так как же тогда…?

– Как я снял свой, – улыбнулся Моро, – на самом деле мне просто повезло. Как тебе известно, помимо того, что я являюсь главой общины, я еще и доктор. Месяцев восемь назад произошел несчастный случай. В одной из каменоломен произошел обвал. Камни придавили четырех человек. Трое из них скончались на месте. А вот четвертого, чуть живого, доставили в мой кабинет. Я тебе его показывал. Там есть все необходимые инструменты для несложной операции. Когда его внесли, он еле дышал. Я ничем не мог ему помочь, его раны были смертельными. Жизнь затихала с каждым ударом сердца…

Это был мой шанс.

Выпроводив всех вон, я охладил его и свой ошейник азотом, это должно было отсрочить момент взрыва на несколько секунд. Затем …

В общем, мне удалось это сделать. Голова несчастного разорвалась, а мой сторож взорвался практически в моих руках. Слава Богу, руки не пострадали. Но вот это, – Моро коснулся шрама на своем лице, – я заработал именно тогда.

Крил надолго задумался.

– Послушай, – начал он, – меня очень тяготит Рон. С ним что-то нужно делать! – он хищно улыбнулся. – Вот и появится второй ошейник.

Моро нахмурился.

– Ты еще слишком мало времени пробыл на Эльдоре и не знаешь всех законов, царящих в нашей общине.

– А в чем проблема? – поднял брови Крил. – Что или кто – помешает мне разделаться с ним?

– Чтобы вступить с кем-нибудь в поединок, – ответил Моро, – необходимо привести достаточно убедительные доводы. К тому же, если одна из сторон не согласна с приведенными обвинениями, то может просто отказаться от боя. И никто после этого не сочтет его трусом. А я уверен, что если ты вызовешь Рона на поединок, то он попросту откажется. – Моро замолчал. – Вот если бы, – задумчиво начал он, – ты смог его спровоцировать напасть первым да еще при достаточном количестве свидетелей. Тогда ты бы смело мог отправить его в мой операционный кабинет, не опасаясь последствий. Остальное дело техники.

– Но когда я прибыл сюда, на меня первого напали. Не интересуясь моим мнением!

– Это было далеко от нашего лагеря, – пожал плечами Моро, – они смогли бы сказать, что ты первый набросился на них, и они убили тебя, защищаясь!

– И этому бы поверили?

– А что бы осталось делать. Их было трое. И если бы они в один голос утверждали это, то…

– А как же Рон? – спросил Крил. – Он тоже первый напал на меня.

– Не совсем так, – возразил темнокожий. – Вспомни хорошенько. Он предложил тебе помериться силами. Ты не отказался. Он был вправе убить тебя.

– Но я же не знал, что можно отказаться! – возмутился Крил.

– Именно на этом и сыграл Рон. Но, я думаю, что если бы ты знал об этих правилах, то все равно не отказался бы!

– Естественно!

– Так я и думал, – улыбнулся Моро.

– А что если я нарушу это правило и просто убью этого шакала? Что будет потом? Что за эти последует?

– Тебя попросту изгонят отсюда. Или убьют. Одно из двух. Ты же не сможешь совладать с парой сотен мужчин. Каким бы искусным бойцом ты не был. И даже я не в силах буду тебе помочь. – Моро допил содержимое своей кружки и поднялся со стула. – Пора спать, – сказал он и, зевнув, подошел к шкурам, наваленным в углу. Устроившись на них поудобнее, он закинул руки за голову, – завтра срок доставки мрамора и гранита на базу. Мы получим взамен продукты и все необходимое.

Крил поднялся со своего места и потянулся.

– А кто поедет? – спросил он, подходя к своим шкурам, наваленным на полу недалеко от «постели» Моро.

– Раньше всегда ездил я, – ответил чернокожий зевая, – да еще несколько человек. – Он закрыл глаза. – Но после того, как я «умер» для электронной базы форта, я не показываюсь нашим тюремщикам на глаза. – Он открыл один глаз и посмотрел на готовящегося ко сну юношу. – Если хочешь, можешь поехать ты.

Крил растянулся на своих шкурах.

Единственными соседями заключенных были большие свирепые медведи с длинной ярко-красной шерстью. У них, по всей видимости, была одна навязчивая идея – убить всех, кто попадется им под тяжелую лапу. Заключенные заманивали этих зверей в узкое ущелье и забрасывали сверху камнями. Справиться с ними с помощью мечей было практически невозможно. Их мясо было непригодно для пищи. В нем содержались вредные вещества, вызывающие долгую и мучительную смерть тех, кто решился отведать медвежатины. А вот шкуры были очень теплыми и заменяли заключенным простыни и одеяла.

– Может быть, я и прокачусь для разнообразия, – зевнул Крил. И, услышав храп, доносящийся с соседней «кровати», завернулся в мех и заснул.

Глава 6

Три грузовика, страшно рыча, ехали по дороге, ведущей к форту. Снег, выпавший за ночь, почти полностью растаял под лучами восходящего солнца, но в воздухе было еще полно ядовитых паров, заставлявших людей прибегнуть к помощи масок.

В кузовах машин были аккуратно сложены большие куски мрамора и гранита. Рессоры машин жалобно и протяжно поскрипывали, моля поскорее освободить их от непосильной ноши.

В первом грузовике ехали Крил с Сержем. Ветерок весело насвистывал себе под нос какую-то мелодию.

– Чему ты так радуешься? – спросил Крил.

– Сегодня хороший день, – улыбнулся Вонючка, – во-первых, мы получим запас провизии, он погладил себя по животу и тот громко заурчал в ответ, а во-вторых, после того как доставим груз к нам в пещеру, вернемся обратно и примем душ.

– Что? – не понял Крил.

Серж громко и весело рассмеялся.

– Мистер Крил, скоро вы все сами увидите. Я уверен, вы будете в восторге! – он замолчал и начал снова насвистывать себе под нос, крутя баранку.

Крил, молча, уставился на дорогу. У него осталось еще две таблетки, которые он берег для решающей схватки с Роном. Чувствовал он себя превосходно. Мышцы практически не болели, постепенно приспособившись к «грузу» за плечами. Юноша хорошо выспался. Его желудок, получивший с утра изрядную порцию сухарей и вяленого мяса, довольно молчал. А небольшая порция пойла, приготовленного Море, быстро очистила его мозг от остатков сна.

Как все же универсален человеческий организм, – думал он. – Человек может привыкнуть ко всему. Даже к самым тяжелым условиям. Конечно же, не каждый. Люди делятся на две категории.

Одни, попав в невероятно тяжелые условия, постепенно привыкают к ним, другие попросту ломаются.

Третьего не дано.

В реальности выживают только хищники, которые не останавливаются ни перед чем, ни перед какими преградами, чтобы урвать свой кусок мяса. Весь вопрос заключается в том, сможет ли хищник прожевать оторванный кусок или он им подавится. «Никогда не зарься на то, что тебе не по зубам», – любил говаривать его отец.

– Господи, дай мне хотя бы один шанс вырваться отсюда! Тогда я оторву такой кусок, который застрял бы в горле у любого. И, тщательно пережевав его, проглочу даже не поперхнувшись! – прошептал он.

– Вы что-то сказали, мистер Крил? – услышал он голос Сержа.

Юноша посмотрел на Ветерка.

– Ничего. Просто мысли вслух.

Грузовик резко затормозил перед воротами форта. Крил больно ударился головой о ветровое стекло и, громко выругавшись, зло посмотрел на Вонючку.

– А я что, я ничего! – испуганно проблеял Серж, вжавшись в сиденье.

Крил поднял руку и потрогал ушибленное место.

– Если ты еще раз так резко остановишь свою колымагу, не предупредив меня, – процедил он сквозь зубы, – я познакомлю тебя со своим другом, – Крил похлопал по мечу, лежавшему у него на коленях.

– Извините меня, сэр… мистер Крил… этого больше не повторится! – пролепетал Ветерок.

– Какой же ты все-таки трус! – Крил брезгливо поморщился и отвернулся.

Убедившись, что наказания не последует, Вонючка с облегчением выдохнул.

– Конечно, я трус. Поэтому до сих пор и числюсь в списках живых, – он три раза нажал на клаксон.

Большие железные двери вздрогнули и начали медленно открываться. Серж включил передачу и осторожно нажал на газ. Остальные грузовики последовали вслед за ним. Плавно остановившись у следующих ворот, Ветерок выключил зажигание и, открыв дверь кабины, выпрыгнул наружу.

– Мы на месте, – сказал он, посмотрев на Крила. – Вылезайте.

Крил выпрыгнул из грузовика и посмотрел на остальные машины. Люди, ехавшие в них, уже покинули свои места и спешили к медленно закрывающимся первым воротам.

– Скорее, мистер Крил, – крикнул ему Серж, – мы должны успеть убраться отсюда!

Крил пару раз присел, чтобы размять затекшие ноги и поспешил вслед за Вонючкой. Он последним выскочил в закрывающиеся ворота. Железные двери с грохотом захлопнулись у него за спиной. Он посмотрел на стоящих людей.

– Что теперь? – спросил он.

– Теперь мы можем посидеть, – ответил один и, усевшись на песок, прислонился спиной к железной двери. Остальные последовали его примеру. Серж уселся рядом с Крилом.

– Они разгрузят наши грузовики, – сказал он, закрыв глаза, – затем загрузят всем необходимым. Пройдет минут двадцать. Пока можно вздремнуть. – Он открыл один глаз и посмотрел на восходящее солнце. – Часа через три здесь будет пекло. Мы должны за это время успеть отвести все на базу и вернуться обратно, чтобы освежиться! – Серж закрыл глаз. – Думаю, успеем.

Крил достал из кармана маленькую пластиковую бутылку и, отодвинув маску, прополоскал горло. Серж, услышав звук булькающей воды, открыл глаза.

– Можно и мне, – попросил он, – мой запас кончился часа три назад. Очень хочется пить.

Крил, молча, протянул бутылку. Вонючка с благодарностью во взгляде взял ее и сделал жадный глоток. Громко рыгнул и протянул бутылку обратно. Крил, закрутив крышку, убрал бутылку в карман. Прислонившись к воротам спиной, юноша закрыл глаза.

– Нужно поскорее что-то решать с Роном, – думал он. – Моро говорил, что этот здоровяк очень вспыльчив. Нужно сыграть на этом. К тому же, – он поднял руку и потрогал у себя на шее ошейник, – нужно поскорее избавиться от этого.

Прошло минут тридцать, прежде чем из-за ворот послышались протяжные гудки. Заключенные, сидевшие на песке, быстро вскочили на ноги. Ворота медленно открылись. Грузовики стояли на тех же местах что и раньше, только вместо кусков гранита и мрамора их кузовы были нагружены бумажными коробками разных размеров.

Рядом со вторыми закрытыми воротами стоял человек в форме тюремщика. Крил узнал его. Это был тот, кто провожал Крила у ворот. На его плече висел автомат. В руках была маленькая коробочка. Крил узнал коробочку, доставившую ему столько неприятных секунд, когда сморщенный старикашка нажал на одну из кнопок. Заключенные подошли к грузовикам, с опаской косясь на охранника.

Тот, увидев Крила, улыбнулся.

– Я вижу, ты еще жив! – Крил промолчал. – Мы с интересом наблюдали за твоей схваткой, – продолжал охранник. – Великолепно двигаешься! – он сунул руку в карман и достал небольшую блестящую флягу. – Это тебе, – сказал он и бросил флягу Крилу.

Юноша на лету поймал ее и, повертев в руках, спросил:

– Что это?

– Это коньяк из моих личных запасов, – ответил человек с автоматом.

– И за что это? – поднял брови Крил.

Остальные заключенные столпились за спиной юноши и с интересом наблюдали за диалогом.

– Мы всегда ставим на новичков! – ответил охранник. – Долго ли они продержатся или сразу сломаются и поплывут по течению. – Говоривший поднял руку и почесал подбородок. – Я поставил на тебя сто кредитов! Ставки были один к пяти, – он опустил руку, – так что благодаря тебе я загреб неплохой куш.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.