Анастасия Лукомская
Зелёная рыбка

© Лукомская Анастасия, текст, обложка, иллюстрации, 2017

© Рафиев Алексей, предисловие, 2017

© Иван Филимонов, фото, 2017

© Sarah Kerrigan, фото на обложке, 2016

© ООО "Дрим Менеджмент", 2018

* * *

Вступительное Слово к Настиной Книге

+

как много можно написать о том,

что вмещается в одно единственное восклицание «АХ!»…

я отношусь к самым счастливым людям,

когда-либо жившим на этой крошечной планетке —

мне даже стихи присылают особенные,

инстинктивно окружая прекрасным и истинным:

будто огораживают от случайной неправды,

могущей сорваться с моего детского языка,

который учит меня слушать свою речь…

микроскопичность Настиного самосознания

сообщает мне каждой строчкой её творений

моё же собственное величие,

ведомое ей, а, следовательно – она (Настя) РЕАЛЬНА!

и: я переживаю счастье, граничащее с умилением,

а потом – вдруг становятся мокрыми глаза:

приходит понимание того, что я сделался

ещё огромнее в своей ничтожности -

ведь во мне прибавилось веры в человеческую

полноценность!

а это так важно,

что может сказаться на судьбах целых народов!

сотни спасённых через Настю галактик

заливаются смехом младенческой радости

в моём оттаивающем после долгих бурь сердце…

ведь: «стоит увидеть всё целое вместе,

Меня и галактика даже не вместит,

И даже не двадцать галактик, а двести

Не вместят меня целиком,

Я – целое небо и целая суша,

Я – все эти звёзды и все эти души,

Я – всё, что придётся однажды разрушить,

И всё, что создастся потом»…

это особенный дар: молитва за всю Вселенную! -

не прошитая заученными штампами из молитвослова

попытка очеловечить свою мёртвую речь хотя бы

смутным воспоминанием души, а прорыв к тому себе,

который смотрит на огненный Стикс,

как на родниковую воду, призванную отмыть

добровольно взваленные на себя не свои преступления!

про ЭТО и шёпотом говорить стоит лишь тогда,

когда шёпот переплетён с глубокими вдохами!

это – страшная власть смирённой гордыни над животной

составной переставшей быть постылой телесности,

способной укутать в тёплую звёздную шаль продрогшие

на сквозняках одиночества сполохи заиндевевших в

космическом инкубаторе людских имён!

это воскресение Веры, Надежды и Любви —

ещё один УЖЕ оформившийся голос Ренессанса

моей ненаглядной Русской культуры!

«Никто никогда не слышал про это кино,

Ведь была засвечена киноплёнка,

Молодая японка

В голубом кимоно

На руках качала каменного ребёнка»…

это – стройная череда кодов, без которых поэзия

лишена своего базового смысла творить не только

образами, но и образы, как первопричину замысла

сжатого в точку «здесь и сейчас» прошлого и будущего!

это – право на обнуление эпох иллюзий

богооставленности,

среди окаменевших в демонических застенках детей

которых

чётко различим голос упраздняющей Вселенскую

катастрофу

Настиной молитвы за человека по имени Человечество!

не знаю я, как ещё можно писать вступительное «Слово»

к этой жуткой и одномоментно прекрасной книге…

любая попытка филологического препарирования

данного артефакта представляется мне преступлением —

ведь это творчество, а не искусство!

единственное, что вызывает во мне беспокойство —

физиологическая молодость (недостаточная опытность)

автора…

именно через данную брешь в Настино самосознание

имеют шанс прокрасться вирусы, транслируемые

забронзовевшими истуканами окололитературных

процессов…

прости мне, Настенька, мою любовь к тебе…

надеюсь, она не была и не будет для тебя

обременительной…

я очень стараюсь!

а беспокойство моё – это пустяк, крошечная слабость,

которую мне приятно себе позволить – и только…

последнее, что хочу пока нашептать

в самую твою прекрасную душу:

не слушай никого, включая меня, если слова не

отзываются

детской, очищенной от любой гендерной примеси

восторженностью -

даже не в сердце, а в той обители твоего умозрения,

где утрачены противоречия, а двойственность

пребывает в услужении у твоей личности!

я желаю тебе именно твоей, свободной от рефлексий

воли,

слитой с волей Божьей, как Луна лун соединена с

Солнцем солнц!

будь больше всего, что было, есть и будет,

потому что ты уже есть та, кто ты есть!

и никогда ничего не бойся!

не с луны ты свалилась, милая, а притопала,

прилетела вернуть земле лунный свет,

без которого ночь перестаёт быть ночью в её

первозданности…

храни нас ВСЁ!

Алексей Рафиев, поэт

Часть 1. Я свалилась с Луны

Всё, что просится в висок,

Нужно встать и встретить грудью,

Если где-то очень ждут,

Надо двигаться скорее.

Дмитрий Вагин

* * *

Я выходила ночью на балкон,

И ночь была лиловая, как слива,

Вдали гремело, начинался ливень,

Лила вода, лила со всех сторон.

Не по часам проснулась ровно в три.

Случайный сон, как голос в телефоне,

Вдруг оборвался. В тёмных лужах тонет

Пунктир гудков. Погасли фонари.

Проснулась в три. Нашла на кухне джин.

Глотнула джин. А как же три желанья?

Лизнула самокрутку для дыханья.

Где зажигалка? Light my fire, Джим!

Вода летела, словно из окна,

И разбивалась у подножий дома.

Перезвони мне голосом знакомым

Хотя бы там, где нет конца и дна!

18 июня 2017

* * *

Я – маленький остров в большом океане,

Песчинка в пустыне, колючка в саванне,

Я – ёжик, забывший дорогу в тумане,

Я – веточка в бурной реке,

Я – Богом забытая хлебная крошка,

Случайная нота поющей гармошки,

Смешной муравьишка на маленьких ножках,

Горячая капля саке.

Я – буква в романе, мазок на иконе,

Кристалл кокаина в подпольном притоне,

Я – розовый волос волшебного пони,

Я – белый бумажный цветок,

Я – рисинка в суши, я – соли крупица,

На крыше мансарды – кусок черепицы,

Я – петелька шерсти на тоненьких спицах

И в трубке короткий гудок.

Но стоит увидеть всё целое вместе,

Меня и галактика даже не вместит,

И даже не двадцать галактик, а двести

Не вместят меня целиком,

Я – целое небо и целая суша,

Я – все эти звёзды и все эти души,

Я – всё, что придётся однажды разрушить,

И всё, что создастся потом.

12 декабря 2016

Тишина

Мне в толпе до того одиноко —

Эти люди по тысяче раз

Говорят мне про йогу и Бога

И присутствие здесь и сейчас,

Про открытие чакр и пространство,

Что всецело подвластно уму,

Про здоровье, любовь и веганство.

Сразу хочется съесть шаурму.

И куда ни придёшь – разговоры

Про трансерфинг и прочий буддизм.

Я трансерфлю побольше хардкора,

Потому что достал оптимизм.

Эти звуки сливаются в хаос,

А слова превращаются в фарс.

– Эй, чувак! Просветлёнка осталась?

– Как всегда, по пятьсот за сеанс.

Замолчите, вы все упоролись!

Я свою потеряла волну,

Я не слышу свой внутренний голос,

Я не слышу свою тишину.

1 февраля 2016

* * *

Время трещит, но пока не ломается,

Спит Нострадамус, молчат аналитики.

Скоро ли гибель – какая нам разница?

Нас не касается, мы вне политики.

Где-то война и деревни горящие,

Мёртвые дети в брезентовом кузове,

Кажется, всё это не настоящее,

Лишь бы не рушились наши иллюзии!

Стряпает повар вселенское кушанье.

На сковородке шипит, извивается

Мягкая плоть обгорелого сущего.

Что там готовится? Нас не касается!

Белый зародыш тревоги проклюнулся

В заспанных лицах подземного месива.

Море волнуется, суша волнуется,

Скоро всё кончится, кончится весело!

5 сентября 2017

Письмо незнакомому другу

Допустим, ты есть, просто мы не знакомы,

Живёшь себе в сером обшарпанном доме

В каком-нибудь Павловске или Кронштадте

И пишешь такие же точно тетради.

Мы будто бы сделаны по трафарету,

Ты смотришь на мир через призму сюжетов

И видишь удачные кадры и сцены,

Монтируя всё, что покажется ценным,

А ночи проводишь в свиданьях с блокнотом,

Любимый твой город стоит на болотах,

Ты любишь морошку и Белое море,

И в планах – поход на Алтайские горы.

Привет тебе, если ты есть в самом деле

В каком-нибудь эго, каком-нибудь теле,

В каком-нибудь Роме, каком-нибудь Кае,

И тоже сегодня мне пишешь, я знаю.

Тебе неизвестен мой адрес и индекс,

Ты шлёшь сообщения в хронос и виндоус,

В какой-нибудь паблик, какой-нибудь конкурс,

Бутылку с посланием выбросив в космос.

И может, однажды, как в старом сюжете,

Наткнусь я на тексты случайные в ленте,

В сети коротая бессонные ночи,

И сразу узнаю тебя между строчек.

А может, ты первый окажешься ближе

И встретишь мой томик на полочке в книжном,

В карманном формате и мягкой одёжке,

Ночные деревья на лунной обложке.

И если узнаешь – пиши мне на яндекс,

Пиши мне вконтакте, оставь мне свой адрес

В каком-нибудь Павловске или Берлине,

Я очень хотела бы знать твоё имя.

28 февраля 2017

Сталкеры мирозданья

Словно сталкеры мирозданья

На большой голубой планете,

Мы – подопытные созданья

В чьём-то важном эксперименте.

Нас испытывают на прочность,

На свободу и человечность,

Сквозь окошечко днём и ночью

Наблюдает за нами вечность.

Вечность хочет сказать о высшем,

Только мы ни во что не верим,

И себя изнутри не слышим,

И дерёмся за кость, как звери.

Брат сдаёт за копейку брата,

И никто никому не нужен,

С оправданьем, что так и надо,

Мы друг друга едим на ужин.

Вилка – в левой, а ножик – в правой,

И приятного аппетита,

Ложь задействуем, как приправу,

Переварим и будем сыты.

Вечность смотрит на нас с печалью,

Вечность смотрит на нас с тревогой,

Не для этого нас зачали,

Дав способность увидеть Бога.

Мы – проекция мирозданья

И возможность иной свободы,

Нам по силам все испытанья,

Мы – начало переворота.

14 декабря 2016

* * *

Нас отсюда не выманит ни тишина лесов,

Ни вечерние запахи майских садов,

Ни удивительные голоса соловьёв,

Пробуждающих память о первозданном —

В городе музыка и плеск фонтанов.

В городе свой особый, гранитный уют,

Только тебя как будто и ждут

Освещённые улицы, предлагая маршрут

Мимо искусно подсвеченных скверов зелёных,

И пустые скамейки для самых влюблённых.

Если заглядывать в окна, то каждый раз

Что-то новое происходит здесь и сейчас,

Кто-то играет в театре, где-то играет джаз,

Кто-то танцует вальс, кто-то занят боксом,

Кто-то мешает текилу с коксом.

Чем пестрее толпа, тем больше мы здесь одни,

Чувствуя, как коротки наши дни,

Словно бабочки, слетаемся на огни

В непонятном трансе,

Попадая на вечный праздник.

Нас не выманит из богато наряженных городов

Ни пасторальная свежесть деревенских лугов,

Ни родной, как детство, запах костров.

Только небо шепчет: "Ещё не поздно!

Приезжай посмотреть на живые звёзды!"

12 мая 2016

Я свалилась с Луны

Я свалилась с луны на огромный концерт,

Как здесь много людей – или я интроверт,

Я забыла язык, я явилась извне,

Я полжизни жила на щербатой луне.

Я так долго не слышала голоса звон,

А теперь я на сцене держу микрофон,

Еле слышный delay добавляет объём,

Это песня о том, что мы все не умрём.

Отпустите свой страх, оторвитесь наверх,

На безлюдной луне места хватит на всех,

По бесплотному замку для каждой души

Вы найдёте легко в бесконечной тиши.

Это всё – рок-н-ролл бестелесной страны,

Я упала с луны, где слова не даны,

А теперь я пою, и ментальный посыл

Воскрешает людей из телесных могил.

Не держите себя, отпустите свой страх,

Это скоро сгниёт и останется прах,

Оторвитесь наверх, море Ясности ждёт,

Открывая желающим лунный курорт.

Где-то пенится море густых Облаков

И снуют катера через озеро Снов,

Я на сцене стою и кажусь вам немой,

Я свалилась с луны и зову вас домой.

12 февраля 2017

Синхронизация

Шарами рыжего уюта

Горят фонарные столбы,

Что так похожи почему-то

На ленинградские грибы,

А я сижу у края пруда,

Дыша полуночной Москвой,

Мне предстоит большое чудо —

Синхронизация с тобой.

Скользит над городом по рельсам

Ночное лёгкое метро,

И возвращаются повесы

С субботних пьянок и пиров,

А я не знаю их маршрутов,

Мне хорошо гулять одной,

Мне предстоит большое чудо —

Синхронизация с тобой.

Спустилась первая прохлада,

Но мне сегодня повезло,

Сияет сердце, как лампада,

И мне от этого тепло,

И я сижу, как юный Будда,

Любуюсь полною луной,

Мне предстоит большое чудо —

Синхронизация с тобой.

26 сентября 2015

* * *

Если не врёт календарь,

За окном – сентябрь,

И скоро накатит хмурая осень.

Вот уже рыжий фонарь

Блоковских песен просит.

Вот уже чёрные кошки

Всё чаще перебегают дорогу,

Плавно, пронзительно, понемножку

К сердцу подкрадывается тревога.

Вот уже – сотни осенних сдвигов -

Трещин сознания первосортных,

В сумке теперь обитает книга -

"Солнце мёртвых".

Вот уже то, о чём говорить нельзя,

Но о чём постоянно пишется,

Отчуждение нарастает, друзья

Становятся бывшими.

И не склеить из прежних кусков

Новой дружбы, любви и света.

Демоны хитро глядят с холстов -

Я пишу их портреты.

Вот уже Питер стучится в дверь

И зовёт на сырые поляны.

Вот уже в душу стучится зверь -

Хочет свободы обетованной.

До весны на помощь никто не придёт,

Это ловушка, не так ли?

На столе недописанный натюрморт -

Яблоки пахнут стихами Тракля.

Сегодня первое сентября,

И возврата из осени нету,

Но я по-прежнему верю, что всё не зря,

И во мне остаётся лето.

1 сентября 2016

Silentium

Стихи развороченных улиц

Мне снились, и падала мгла.

Потом я, конечно, проснулась,

Но записать не смогла.

Я краешком их зацепила,

Но дрогнула резко рука,

Внезапно почувствовав силу,

И рыбка слетела с крючка.

Не надо ходить в заповедник,

Навязчивый таксидермист,

Стихи превращаются в бредни,

Когда их наносят на лист.

Закрой свои бледные губы,

Молчи, если песня сладка,

Стихи превращаются в трупы,

Когда их снимают с крючка.

22 ноября 2017

* * *

Я сижу как будто вечность в этом номере отеля,

Никого в лицо не знаю, не считаю дни недели.

За окошком – снег апрельский на пустом футбольном поле,

Вся страна лежит в разрухе, и на то Господня воля.

А в отеле – телевизор, сериалы, передачи,

К нам придёт на помощь Путин, и не может быть иначе.

Я сижу в своей ячейке и втыкаю в телеящик,

Заменяя свежесть жизни на сюжет ненастоящий.

Ни засовов, ни решеток – я сижу здесь добровольно,

А могу пойти наружу и сказать "С меня довольно",

Но снаружи слишком тихо, все давно заснули дома,

И не хочется нарваться на случайных незнакомых.

Словно смерть вокруг гуляет вольным ветром в чистом поле,

Я на ключ закрыла дверцу, я готова ждать в неволе,

Но чем громче телевизор сны транслирует цветные,

Тем быстрей попутным ветром в пропасть катится Россия.

21 апреля 2017

* * *

Растекаясь по улицам свежей осенней прохладой,

Я неслышно иду вдоль Фонтанки и Летнего сада,

Сквозь оранжевый свет фонарей и неровные блики,

Отражаясь во всём, становясь вездесуще-безликой.

Я – шаги по асфальту, и тело моё невесомо,

У меня в этом городе нет постоянного дома,

И поэтому странно носить постоянное имя,

Называться собой, различая границы с другими.

Это всё – о любви, что случается с первого взгляда,

Я давно влюблена в эти линии стройных фасадов,

И поэзию Блока, и спящее Марсово поле,

Это – та красота, что спасает от страха и боли.

Я теряю себя, потому что люблю безответно

И не жду ничего – мне достаточно этого света,

Мне достаточно быть здесь и чувствовать наше единство,

Растворяться внутри, ощущать его гостеприимство.

Я люблю этот город за то, что такими ночами

Мне достаточно быть, я совсем о тебе не скучаю,

И меня здесь практически нет – я всего лишь фигурка,

Безымянный ночной силуэт в тишине Петербурга.

12 октября 2016

* * *

Я напишу про запах спелых яблок,

Что падают в заброшенном саду,

И про ворон – бессовестных нахалок —

Они кричат, дерутся на лету.

Про то, как осень сеет отчужденье,

Роняя в души зёрна параной,

И про ночные тёмные виденья,

Что предлагают выход в мир иной.

Про холодок и сырость звёздной ночи,

Про то, как зябко сонному ежу,

И про грибы, растущие на кочках,

Но о любви, прости, не напишу.

Такая глупость – постоянно биться

В одну и ту же стену много лет.

Сломает крылья сбрендившая птица,

А за стеною – ничего и нет.

5 сентября 2016

* * *

Больше не за что держаться, я – случайное явленье,

Неопознанные буквы посреди стихотворенья,

Просто недоразуменье, не имею положенья

И мигрирую в пространстве вне земного тяготенья.

На земле – одно притворство, я придумываю эго,

Компилирую приметы, сочиняя человека,

Недостатки и упрямства, вкусы, свойства и капризы,

Многоликое сознанье расщепляя через призму.

Как луна на синем небе, я повисла в звёздном свете,

А вокруг – открытый космос, а внутри – гуляет ветер,

Млечный путь спиралью вьётся, источая запах мёда,

И случайная условность стала точкою отсчёта.

13 мая 2017

* * *

Я – человек. Я – пушечное мясо.

Подвижная и лёгкая мишень.

Стрелок следит за мною через щель

Внимательно прищуренного глаза.

Вдыхаю горький холод октября.

Стреляй смелей, спина моя открыта!

Но я иду – и снова не убита,

И первый снег в конце календаря

Танцует под фонарными огнями

И падает, как строчки наизусть.

Он за спиной. Сейчас я не боюсь.

Мне всё равно, когда придут за нами.

Смотрю вперёд, но будущего нет.

Не строю планов, связей и карьеры.

Нас обрекли с рожденья к высшей мере

И распылят в какой-нибудь момент.

Стучится в мир пьянящая свобода,

И не сносить беспечной головы.

И всё дрожит. И в воздухе Москвы

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.