Даниил Мантуров
Марсианин

Глава 1. Прибытие

«Выбирайте любой, все однотипные, – указала нам риелтор на одинаковые модули, повторяющие по форме общий купол. – Квартал рабочий, но на большее вы пока и не наскребёте. Как только выделили государственные субсидии, цены взлетели. Месяц назад было дешевле, но тогда и лотереи не было».

Нам повезло сорвать куш, не купив лотерейного билета. Бездушный генератор чисел стал перстом судьбы, забросившим нас одним щелчком на задворки Вселенной, преподнеся выдворение с родной планеты как счастливый случай: переселение молодоженов на Марс по программе «Марсцелина». Впереди нас ждали равные возможности, а в прошлом – грязь небожителей, активно сливавшаяся с верхних ярусов.

Распродав все, что было, мы, окрыленные надеждой, уселись в космолет. В мутном экране далеких звёзд отражался мужчина, вымотанный долгими разговорами о будущем, завистливыми взглядами соседей и сомнениями от нежданного счастья. Зеркальный пластик поглотил загар постоянно тлеющего мусорного полигона, не справляющегося с потребительским жором Землян, занимающих верхние этажи километровых новостроек. Когда-то голубая планета ощетинилась километровыми многоэтажками, превратившись в стальную космическую мину.

Нам социальный лифт не грозил, а хороший пинок – пожалуйста, прямиком на облагораживание необъятных просторов суровых планет. Я провел мозолистой ладонью по впалым щекам и задержал взгляд на Маше, которая сладко спала, мечтая о будущем вне уровневых ограничений.

Бронзовый комбинезон, под цвет ее рыжих, рассыпавшихся по спинке кресла волос, обтягивал мускулистые руки, с огромной скоростью измельчавшие бытовые отходы на местной мусороперерабатывающей фабрике, где её вижн, отражающий невероятную скорость, уже несколько лет не сходил с экрана почетных работников. Она гордилась своими достижениями, но прекрасно понимала, что выше головы не прыгнешь, а вот лишиться последнего легко. Ей уже двадцать пять. Лет десять, и молодое поколение смахнет тебя в архив, показывая новые фокусы измельчения и переработки.

Наши семьи, жившие неподалёку, являлись потомственными мусорщиками, других профессий нижний ярус не предусматривал. Телемедицина и такое же образование давно лишили профессии добрую половину человечества, вознеся оставшихся минимум на пятидесятый ярус. С таких высот ни грязи, ни запах собственных потребностей не ощущался. Как и не были видны лица учеников, слушающих единую для всех граждан нулевого уровня запись образовательного минимума. Только виртуальный учитель следил оптическими модулями за будущими мусорщиками, усердно выполняющими домашнюю работу.

Роботы заполонили все сферы. Даже для получения медицинской помощи достаточно было лечь в капсулу и, приняв изрядную долю радиации сканирующего модуля, обрести бесплатный рецепт на солнечные витамины закрытого бесконечными трассами солнца. Они загружали наши холодильники единым для всех проднабором и раз в квартал скидывали под двери ящики с униформой и нижним бельем.

Стюард в синем комбинезоне и белых перчатках, несколько поморщившись, подал мне на подносе два конверта: «Один для вас, Михаил Николаевич, а другой для вашей супруги, Марии Андреевны. Они подписаны. Впрочем, даже если перепутаете, их содержимое одинаково. Вы же умеете читать?» Словив на себе мой волчий взгляд, он опять поморщился и удалился.

Космические линии ещё не успели перестроить с обслуживания туристов на переселенцев. Конверт содержал рекламные проспекты и брошюры, выполненные на жёлтой, некогда обёрточной бумаге, являющейся сейчас главным показателем класса люкс. Его представители могли себе позволить бумагу, найденную каким-то мусорщиков на заброшенном заводе и взлетевшим за облака на фоне огромного спроса на данный раритет.

Среди кучи ненужной информации я наткнулся на призыв правительства Земли к активной реновации. В моде теперь эколюкс: замки на побережье и охотничьи домики в лесах. Школы с учениками, резвящимися на зеленой траве. Небожители решили очистить помойку. Нет, не от собственноручного произведённого мусора, а от грязных мусорщиков, санитаров Земли и свидетелей гадкого к ней отношения тех, кто общается с природой лишь через огромные экраны, демонстрирующие необъятные поля и высокие леса. Всё встало на свои места, мышеловка щелкнула, перебив пуповину с Землей, теперь мы Марсиане. Вздутый куполами-городами Марс выглядел по-доброму наивно, словно усеянный мыльными пузырями игривых ангелов, решивших дать еще один шанс тем, кто по уши погряз в собственных грехах.

По прибытии в Марсопорт мы прошли медосмотр в капсулах-сканерах, а затем открытыми автобусами были доставлены к своим кварталам согласно заполненным листам первоначального капитала.

– Ипотека пожизненная. – обрадовала нас риелтор, суетливо подсовывая планшетку с договором. – Но, если и на детей лотерею выиграете, они могут наследовать дом с правом выплаты. Считайте, выгодное вложение: пока вы продолжаете свой род, дом ваш, с учетом ежемесячный платежей в 50% от зарплаты. Каждого! Вот здесь пальчики приложите.

– А если мы без работы останемся? – испуганно спросила Маша.

– На Марсе? – засмеялась риелтор. – Это невозможно. Главное, чтоб налог на воздух опять не подняли, а так… Да на что тут тратить, – начала она и осеклась. – Решайтесь, а то вон еще сорок семей стоит.

Действительно, за нами уже образовался хвост из страждущих. Может, обратно вернемся, денег хватит, а что потом? А здесь перспектива: школа с учителями, детский сад должны сдать через несколько месяцев, для переселенцев с детьми и будущих марсиан и работа вдали бесконечного тления мусорного вулкана. Солнце, распластавшееся своими лучами по прозрачному куполу, имитирующему Земное небо, окончательно убедило меня в правильности выбора. «Главное, чтоб воздух не подорожал», – думал я, оставляя свой отпечаток рядом с пальчиком Маши.

Глава 2. Работа

К ипотеке прилагалась работа, которую выбирал каждому переселенцу местный совет согласно заполненным еще на Земле анкетам. Может, это и к лучшему. Не надо нервничать, ожидая собеседования, а потом изображать из себя мастера с пятнадцатью руками (четырнадцать рабочих и одна запасная) или волшебника, умеющего уместить в Марсианских сутках, которые отличаются от земных всего лишь на тридцать семь минут, месяц работы, а лучше два.

Я еще вздрагивал от воспоминаний о хождении по Земным конторам. Сфера у всех была одна, но и в этом кластере имелся огромный профессиональный разбег от работы на полигоне до руководящих постов второго уровня. Наши руководители не спускались на бренную землю, предпочитая отдавать распоряжения с экранов планшеток.

Я мечтал бороздить океанские просторы, собирая постоянно фонтанирующую нефть из давно прогнивших нефтепроводов. Закидывать огромные боны и гнать эту нечисть к берегу, а потом скармливать бактериям, ожидающим кормежки в огромных чанах. Ученым умам так и не удалось вывести бактерий, пожирающих пластик, что стало бы бомбой замедленного действия в давно уже полимерном мире. А я был бы рад даже небольшой шхуне, ловящей пластик огромными сачками, которые давно уже изгнали из океана всю живность, отправленную по частным аквариумам и очищенным, силами любителей естественного мира, резервациям.

Прибыльные рабочие места передавались по наследству, и единственный способ сменить поле профессиональной деятельности – объединиться браком с тем, кто хотел бы жить подальше от нефтяных приливов и пластиковых ветров, несущих колкие гранулы с мусороперерабатывающих заводов. Руководство одного из таких предприятий так же отказало мне в работе, просчитав, что моя жизненная энергия не устоит неподвижно двенадцать часов у сортировочной ленты, а необъятные полигоны, вытеснившие некогда цветущие поля, позволяли носиться савраской по живущему свой жизнью организму, предотвращая газовые взрывы клокочущего нутра.

Планшетка, вырвав меня из воспоминаний недельной давности, выдала сообщение: «Ждем вас завтра на улице Энтузиастов к семи утра». Смущало место встречи. Улица Энтузиастов – это задворки нашего квартала, где только реальные энтузиасты могли согласиться жить так близко к палящему солнцу и обломкам, оставшимся от соседних планет. Куда нас не выкинь, мы тащим за собой свой самовар, надеясь, что в этот раз он уж точно не рванет, как это уже было на Венере и Юпитере, осколки которых до сих пор проникают через атмосферу Марса. Купол Марсограда уже неоднократно пробивало частичками некогда ближайших планет. Неудачный угол, и всё. Твоя голова станет временной латкой защитного купола. Конечно, за это сразу давали звание героя Марса и освобождали семью от ипотеки, без права переезда. Намёк был очевиден – растите новых героев! Мне быть героем не хотелось, и я искренне радовался, что избежал подобной участи, вовремя подписав договор ипотеки в середине квартала.

К 7 утра у кромки купола образовалась бригада из 15 человек. Робот-инструктор, повторяя зацикленный текст, демонстрировал на своей груди ролик, требуя расписаться за технику безопасности и надеть рабочий костюм. О таком я точно не мечтал! Профессия инженера купола меня никак не вдохновляла. Так близко к героической участи я себя еще ни разу не ощущал. Даже бегая по бурлящему вулкану отходов, я твердо стоял на ногах, заранее зная, где готовится новый выплеск. Сейчас же я, словно муравей в трехлитровой банке, должен был ползать по своему участку, выискивая слабые места в пластиковой чешуе, очищая нарисованную лазурь от красной от пыли.

Человек ко всему привыкает. Даже опасность, повышающая адреналин, со временем становится обыденностью. Так и я за месяц привык к высоте и стал даже оборачиваться вниз, постепенно приучая себя к прелестям новой работы. Привык и к снаряжению: кенгурятнику, крепившемуся к профилю, соединяющему прозрачные пластины купола между собой. Аварий с падением еще не случалось, либо они тщательно скрывались. Меньше знаешь – лучше спишь.

Ежедневно, дойдя до высшей точки купола, я минут на десять замирал, обозревая просторы нового мира. Мог бы я себе позволить подобное на Земле? Нет! Каждый уровень стоил огромных усилий, а тут весь Марс твой и зависит от тебя, как, впрочем, и ты от него. Живя на пепелище изгаженной почвы, сухих лесов и грязных водоёмов, я каждый раз наслаждался теперь Марсоградом. Его ровными улочками и круглыми домишками – модулями, выкрашенными в голубой и зеленый цвет, словно оазисы в красной пустыне.

В центре, на главной площади, чудо-архитекторы смоделировали из административных зданий солнечную систему, раскидав по орбитам центры жизнеобеспечения. Солнцем этого «великолепия» являлось здание Марсовета в 20 этажей, где разместилось правительство города и чиновники с Земли. Стремление вверх у человека не вытравить никакими переселениями, и я вспомнил Землю с её небоскребами. Неужели нам заложен один путь развития – саморазрушение от непреодолимого желания возвыситься над самим собой?

Далее на каждой импровизированной орбите располагалось здание здравоохранения, школа, недостроенный детский сад, спортивный комплекс, Дом культуры, оранжерея и ангар для роботов. Они были поменьше и поскромнее, от чего казалось, что Марс призван плодить чиновников, а не новых жителей, нуждающихся в социальной инфраструктуре.

Далее плотным кругом встали прачечные, ателье и магазины. Астероидно-коммерческое кольцо окружило социальную сферу, охраняя неприкосновенность всеобщего блага.

На последней орбите располагались жилые дома. Уменьшаясь от центра к периферии.

Ближе к магазинам расцвели дома местной верхушки из шести модулей, образующих соцветия простеньких полевых ромашек, которые ещё можно было найти на Земле на межах районных полигонов. Я тоже мечтал о таком. Плоскость моих желаний примарсилась и требовала увеличения модульности жилища, особенно в свете маячившей на горизонте счастливого будущего лотереи на потомство.

Я ещё не был в центре Марсограда, лишь любовался цветными модулями, лелея марсианскую надежу. Единственным, чего мне так не доставало, были трава и деревья, которые все же встречались вокруг Земных домиков нулевого яруса.

Местная администрация, зная о чаяньях переселенцев, сообщила в местных новостях, что с Земли везут, нет, не растительность, а пластиковые имитаторы, созданные по новейшим технологиям мусор-переработки. На изображении под статьей красовались огромные пластиковые деревья, по форме напоминающие анальные пробки, и трава, скрученная в аккуратные безжизненные рулоны. Это было ожидаемо, куда-то же надо было свозить весь хлам преображаемой Земли.

В ушах вновь крутилась мотивационка: «Только лучшие достойны такой работы!» – и я пополз вниз по прозрачной кольчуге нового пластикового мира.

Глава 3. Женская доля

«Воспитатель», – радостно сообщила Маша после пятого приглашения. Ей никак не везло с трудоустройством. Отказаться было нельзя, но отказать могли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.