Анна Велес
Смерть с обложки

© Велес А., 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

1

Кошмар вернулся. Алиса снова видела Ваньку. Лучший друг во сне выглядел моложе, будто ему снова восемнадцать. Как и всегда в той странной реальности. И это обстоятельство всегда пугало Алису. Друг сидел на песке, на берегу реки. Этот чистый песок цвета яичного желтка девушка знала очень хорошо, как и небольшой пятачок травы, просто ядовито-зеленой, где сбоку раскинулся ивовый куст. А там, в воде, видны огромные камни. В реальности Алисе нравилось это место. Оно было настоящим, а не таким… картинным и неестественно ярким. Но она снова была здесь. С погибшим другом. Алиса снова наблюдала пятна крови на футболке Ваньки – она знала, что там, под одеждой, у друга несколько ран. Но, как и всегда в этом кошмаре, Ваньке не было дела до того, что он мертв. Друг продолжал сидеть на песке, улыбаться застывшей ухмылкой жуткого пупса и играть в ножички. Сам с собой.

Алиса не хотела быть здесь, видеть все это снова. Она пыталась отвернуться, уйти, но… куда уйдешь из кошмара? Девушка попыталась закричать. Просто чтобы заставить мертвого друга прекратить его ужасную игру, в которой он иногда втыкает ножичек не в песок, а в собственные ноги, криком стереть с его мертвого лица этот оскал…

Ванька встал, будто услышал ее крик, и направился к реке. Это Алиса тоже видела раньше во множестве вариаций. Она побежала вперед, чтобы не дать другу скрыться под водой, она хотела схватить его за руку, но… Алиса знала, что он мертв. И притрагиваться к его покрытому порезами холодному телу… Девушка отдернула руку, с отчаянием продолжая следить, как Ванька погружается все глубже.

Во сне она стояла у кромки воды и теперь уже смотрела на тот берег. Потому что знала: там Ванька выйдет из реки, сядет на такой же желтый песок и продолжит свою игру. И вот друг показался из воды, как и всегда, обернулся, помахал девушке. С его лица так и не пропала эта жуткая улыбка. Но тут Ванька указал куда-то рядом с собой. В воду. Откуда тут же начал подниматься второй затылок. Кто-то еще вставал из реки.

Алиса снова закричала. Теперь уже просто от ужаса и отчаяния. Она не могла полностью разглядеть вторую фигуру, восстающую из воды. Видела только, что это женщина… Еще миг, и вторая покойница тоже обернется… Девушка даже во сне закрыла себе глаза руками, чтобы не знать…

– Алиса! – Сквозь весь этот ужас прорвался мужской голос. – Открой глаза!

Властный, но обеспокоенный голос. Смутно знакомый. Еще девушка почувствовала на плечах чьи-то руки. Сильные и в то же время удивительно нежные. Она потянулась к этому пока еще невидимому человеку, постаралась сосредоточиться только на его голосе. И наконец открыла глаза.

Олег облегченно вздохнул и прекратил ее трясти.

– Спасибо, – прошептала девушка и постаралась сдержаться, чтобы не расплакаться от облегчения.

– Спасибо? – раздраженно осведомился Олег. – Такая вежливая Королева Мертвых! Ты лучше в благодарность объясни мне, почему ты опять влипла в кошмар?

Последние слова он произнес намного спокойнее и мягче. Алиса подвинулась, давая ему место, и быстро огляделась. Просто чтобы убедиться, что она точно проснулась.

Девушка по-прежнему была в своем доме, в собственной гостиной, на диване. Все вещи на своих привычных местах. Вот рядом высокое кресло с резной спинкой и подлокотниками, которое они с Олегом называли троном, вот журнальный столик, на стене чуть дальше картина, которую недавно подарил ей ее напарник и сожитель, слева видны ступени лестницы, ведущей наверх в спальню.

– Что? Снова забыла свои чертовы пилюли выпить? – спрашивал Олег.

– Я ничего не забываю, – надменно сообщила ему девушка. – Когда живешь с полицейским, который помешан на порядке, это нереально.

– Рад, что привнес в твою жизнь хоть каплю гармонии, – с усмешкой отреагировал он. – Что-то новое?

В целом постоянный сюжет ее кошмара он знал.

– Да, – усаживаясь удобнее и задержав его руки в своих, призналась девушка. – У Ваньки появилась подруга. Но я ее не разглядела. Не знаю, кто она, и ничуть об этом не жалею. Ты разбудил меня вовремя.

– Вот поэтому я все еще живу с тобой, – заметил Олег. Его обычная холодная ухмылка сейчас получилась немного блеклой. – С тобой не соскучишься. Мне начать пытать тебя? Допрос с пристрастием? Или ты все же можешь сама объяснить, почему заснула?

– Устала. – Хель пожала плечами. – Я закончила роман. Убрала дом, после этого собиралась вечером праздновать. Все приготовила, съездила за сиропом и взбитыми сливками. Потом приняла ванну с ароматической пеной… О, наверное, это было лишнее. После нее я и прилегла тут, казалось, на пару минут. Но получилось, похоже, несколько дольше.

– Ага! – Полицейский улыбнулся уже более весело. – Сливки и сироп? Я всегда за праздник. Но не считаешь, что для игр это давно устарело?

– Смотря куда намазывать, – не удержалась от усмешки девушка. – Если на торт, то самое оно.

– Торт? – Олег удивленно приподнял брови. – Ты реально приготовила торт?

– Ну, я же сказала, собралась праздновать, – напомнила Хель.

– Я приглашен? – осведомился полицейский.

– Почему нет, – спокойно отозвалась девушка. – Всегда пожалуйста. Ты любишь сладкое?

– После мяса – да, – весело ответил он.

– Мясо тоже есть. – Алиса снова стала собой. – Поужинаем? Ты наверняка голодный.

– Как скажешь. – Олег вскочил с дивана, галантно предложил ей руку. – Я бы добавил «моя королева», но ты уже однажды напомнила мне, что повелеваешь только мертвыми.

– Их кормить не надо. – Девушка понемногу расслаблялась и возвращала себе приподнятое настроение.

Они прошли на кухню, начали накрывать на стол. Олег жил здесь уже больше четырех месяцев. Часто готовил сам. Они привыкли работать как одна команда. Вообще, они были напарниками во всем.

– Шикарно, – приступая к еде, честно отметил полицейский. – Спасибо за ужин. И… поздравляю.

Алиса кивнула в ответ, пережевывая мясо. Как и всегда, она ела спокойно, наслаждаясь пищей.

– Вообще, то, что ты закончила роман, это реально праздник, – продолжал Олег. – Мне надоело готовить самому. А еще ты вечно меня будишь, когда ложишься за полночь.

– Можно подумать, у тебя нормированный рабочий день и ты подрабатываешь у меня домработницей, – не удержалась Хель от сарказма. – Мы потратили состояние на доставке за эти два с половиной месяца.

– Теперь настанет эра экономии, – усмехнулся он в ответ. – Слушай, а ты мне скинешь почитать свой роман? Должен же я иметь хоть какое-то преимущество. Я живу с тобой. Моя привилегия читать это раньше редактора. И кстати, ты ни разу не спрашивала мое мнение о том, как ты пишешь.

– Роман я тебе скину, – отозвалась суховато Алиса. – Что до рецензий… А я ни у кого и никогда мнение не спрашиваю. Я пишу, потому что мне это нравится. Отзывы… Я их измеряю размерами роялти. Получать деньги с продаж выгодно и в плане поддержки самомнения.

– Логично, – согласился Олег.

– Что до тебя, – спокойно и деловито продолжила Хель. – Ты прочел все, что я написала. Если бы тебе не нравилось, ты бы и первой книги не осилил.

Полицейский лишь кивнул. Она была права. Его это обычно раздражало. И восхищало одновременно.

– Тогда за столь лестное мое отношение к твоему творчеству я заслужил обещанный торт! – заявил он.

– Сейчас. – Алиса чуть улыбнулась. – Последний ритуал с правильным использованием сливок и сиропа, и через пять минут можем есть.

Она встала из-за стола, достала все необходимое из холодильника. Полицейский честно собирался наблюдать этот почти сакральный процесс, но тут кто-то настойчиво начал трезвонить у калитки на входе.

Алиса нахмурилась.

– Похоже, что-то случилось, – сказала она. – Я про торт никому, кроме тебя, не говорила, так что прихлебателей не жду.

– Я не сомневаюсь в твоих кулинарных талантах, – заметил Олег, вставая с табурета и собираясь на выход. – Но вряд ли кто-то настолько ими вдохновлен, чтобы так бешено сюда рваться. Давай лучше открою я.

Девушка согласно кивнула, но все равно отправилась следом за ним. Полицейский набрал код, открывающий замок на калитке, и обычным ключом отпер входную дверь. Стоило ее распахнуть, и Соколиный Глаз, лучший детектив отдела специальных расследований, который возглавлял Олег, ввалился внутрь. Вид у Глаза был странный, всклокоченный, полудикий, на лице застыло выражение скорби и беспокойства.

– И? – Олег ненавидел задавать банальные вопросы типа «что случилось». А еще он уже понимал, что дело плохо, и старался сохранять спокойствие.

– Олег! – Глаз вцепился в рукав начальника. – Мышку убили!

Полицейский нахмурился.

– Глаз, – с явным раздражением сказал он, – ты пьян? Что это за бред? Не самый лучший вариант являться сюда в таком виде.

– Да иди ты… – довольно агрессивно отреагировал детектив, но заставил себя сдержаться. – Я уже полтора месяца в завязке. Ты не слышал? Я сказал: Мышку убили!

– Подожди… – Олег машинально схватился за руку Глаза и сжал ее. – Мышку… Нашу Мышку? Надюху?

– Черт! – Детектив свободной рукой провел по всклокоченным волосам, его губы подозрительно тряслись. – Да! Нади больше нет…

Олег повернулся и посмотрел на Хель. У девушки был оторопелый и даже испуганный вид.

– Соберись! – велел начальник детективу. – Давай, Семен. Сейчас это важно. Расскажи все.

– Нет. – Глаз отпустил рукав Олега, снова вцепился себе в волосы. – Нет времени. Никто пока не знает. Нам надо ехать. Там… Ты сам должен увидеть и решить… Что нам теперь делать…

Олег не понимал, что все это значит. Новость о смерти одного из членов его команды выбивала из колеи. Хотя смерть всегда не вовремя. Настораживало и сбивало с толку поведение Соколиного Глаза. Эта секретность и… еще что-то, помимо потрясения и скорби. Это Олегу заранее не нравилось.

Он снова посмотрел на Алису: даже не ради поддержки, а потому что ей надо было что-то сказать… объяснить…

– Три минуты. – Тон Хель был холодным и непререкаемым. – Ждите оба у машины. Я только ключи возьму…

Она умела встряхнуть, вернуть в обычное состояние. И всегда сделать наперекор.

– Куда? – с раздражением возразил ей полицейский. – Ты там что забыла?

– Кто-то должен вас туда отвезти. – Как всегда в стрессовых ситуациях, Хель становилась очень собранной и логичной. – И не надо говорить, что справишься сам, Олег. Разговор по телефону во время вождения запрещен. Если там все так плохо… – она чуть сбилась, – я смогу помочь.

Развернувшись, девушка отправилась вверх по лестнице. Олег понимал, что она нужна ему. Но вот… имел ли он право втягивать Хель в это?

2

Они подъехали к какому-то совершенно обычному многоквартирному дому в тихом районе. Здесь не было привычных ограждений, какие устанавливает полиция, пока работает на месте преступления. Не было людей и автомобилей с мигалками.

– Что это за адрес? – спросил Олег, который еще в дороге успел переговорить с начальником управления.

– Квартира с почасовой оплатой. – Глаз в пути более-менее взял себя в руки, но выглядел по-прежнему очень несчастным.

– Ненавижу эти почасовые бордели, – раздраженно прокомментировал начальник отдела, выходя из автомобиля. – Только непонятно, что здесь могла забыть Надюха.

– Там… – Детектив так и не решился рассказать начальнику и Алисе, что их ждет наверху. – Ты сейчас сам все поймешь.

– Почему нет экспертов и группы? – Олега вся эта таинственность нервировала все больше. – И вообще, как вы узнали?

– У Нади сегодня был выходной, – торопливо стал рассказывать детектив, ускорив шаг, чтобы показывать начальнику дорогу. – Никто из нас ее не видел. Она никому не звонила. Вечером я задержался в отделе. А тут звонок…

– О ней сообщили конкретно вам? – удивилась следовавшая за ними Алиса.

– Да. – Глаз послал ей тоскливый взгляд. – Труп нашла хозяйка квартиры. Срок аренды истек, она пришла. И… на тумбочке у кровати была визитка Нади. Хозяйка увидела слово «полиция». Сначала она позвонила на сотовый Мышки, но тот был отключен. Тогда она набрала номер отдела. Валя взяла трубку…

Они поднялись на третий этаж, где одна из дверей была приоткрыта. Олег решительно шагнул внутрь, Алиса аккуратно проскользнула за ним. В узкой прихожей стояла какая-то тумба, на стене висело маленькое зеркало и пара крючков для одежды. Алиса увидела все это мельком, пока они спешили дальше, в единственную комнату в квартире.

Олег влетел в помещение первым и резко остановился, будто врезался в преграду.

– Какого!.. – Он уже собирался наорать на подчиненных за дурацкий злой розыгрыш, но замолчал.

Начальник отдела быстро осматривал место преступления. Полупустая комната, где у стены сидели его сотрудники. Серега, который сейчас выглядел по-настоящему серым, потерянным и несчастным. Валька, съежившаяся и зареванная. А в полутора метрах от них – старая кровать с посеревшим несвежим бельем и труп женщины… Черные чулки, один из которых спустился ниже колена, широко разведенные ноги, яркое вульгарное белье, черный парик с прической «под пажа». Тонкие руки раскинуты в стороны и прикованы наручниками к металлической спинке кровати. Рана на шее – кровавая полоса. Алые губы, белила, жирные черные стрелки у глаз, неоново-синие тени на веках, и пустые глаза… Надюхи.

Узнавание просто выбило Олега из колеи. Он не мог поверить. Начальнику отдела начало казаться, что он задыхается. От потрясения, отчаяния и какого-то странного чувства… вины… и гнева.

Алиса как-то сразу вобрала в себя всю картину. Не детали, не нюансы, а атмосферу, образ… Ее немного затошнило. Не от увиденного здесь, а от того, что все эти декорации места смерти вдруг будто выкинули девушку в ее сны. Такое же мерзостное ощущение неправильности, нереальности картинки. Слишком нарочито: поза, вульгарность, пошлость, яркие краски – дешевое белье цвета фуксии, черный парик, алые губы. Это Надя?

Алиса успела привязаться к этой девушке. Они стали почти подругами. Тихая и серьезная на работе, Мышка была милой доброй хохотушкой вне стен управления. И это она? Нет…

– Где ее вещи? – спросила Хель.

Олег дернулся от звука ее голоса, как от удара, и резко развернулся. Казалось, он сейчас впервые будет с Алисой зол и жесток. Но он удержал резкие слова в последний момент. Он еще помнил, что эта женщина никогда ничего не говорит просто так.

– Посмотри! – твердо заявила девушка. – И подумай! Она не могла прийти сюда в этом. Не май месяц за окном. И вообще! В этом еще никто и никуда не ходил!

Олег нахмурился, снова повернулся к кровати и распятому на ней трупу, начал цепко осматривать детали…

– О господи… – Полицейский резко выдохнул. – Имитация…

Облегчение и надежда нахлынули так резко, что Олег с трудом удержался от желания осесть на пол и рассмеяться. А еще он испытал просто бесконечную благодарность к Хель, и сейчас это его ничуть не раздражало.

– Серый, – начальник отдела сам не замечал, что его голос звучит со злым ликованием, – вызывай экспертов. Глаз! Семен, надо начинать обыск. Это подстава! Ищем вещи Надюхи, ее сумочку, одежду, обувь. Ее настоящие вещи! И конечно, следы и отпечатки.

Это сработало. Они поверили, что ужасный образ, созданный здесь, лишь подделка. Ведь в это так хотелось верить…

– Алиса. – Олег повернулся к своей подруге и постарался улыбнуться. Он редко называл ее по имени, да еще прилюдно. Но сейчас Олег делал все, чтобы отблагодарить напарницу. И постараться отгородить от всего этого. Пусть и с таким ужасным опозданием. – Тебе нельзя здесь оставаться. Ты поедешь домой?

– Нет, – твердо ответила девушка. – Я бы хотела что-то еще сделать. Но не здесь. И Валя…

Алиса понимала, что подруга держится с большим трудом. Начальник отдела не стал спорить. Если Алиса способна еще хоть чем-то помочь, он не откажется. Без обдумывания причин, почему он это делает.

– Хорошо. Один вопрос… Это белье. – Полицейский подошел совсем близко к кровати, стал осматривать яркие трусики, такие неподходящие именно этой мертвой девушке. – Тут не надо быть экспертом по женской части, чтобы понять: это что-то не слишком дорогое.

Как это часто бывало, его вопрос выражался в предложении продолжить мысль или ее подтвердить.

– Дешевая китайская синтетика, – заверила его Хель. – Но смотрите, они слишком чистые. И трусики и бюстгальтер. Там, под мышками…

Она немного смутилась. Указать на место между ногами трупа она не смогла.

– На нее надели все это после смерти, – понял Глаз, уже осматривающий тело с другой стороны. – Тут даже ярлычок не срезан.

– Точно имитация, – удовлетворенно изрек начальник отдела. – Я смогу уговорить начальство оставить дело нам. Никто не тронет ее… память…

Ему было трудно произносить эти слова о своей подчиненной. Но хоть в этом, малом, он Надюху защитил. В слишком малом… Олег старался отогнать эти мысли. Сейчас – только дело. И Алиса.

– Мне нужен обыск в квартире Надюхи, – сказал он девушке. – Валю туда отвезешь?

– Естественно, – кивнула она чуть надменно. – Я смогу быть понятой.

– Оставим все среди своих, – согласился Олег, теперь уже четко, по-деловому. – Найти бы и второго такого же понимающего.

– Не проблема, – уверила его Хель. – Я забираю Валю.

Он кивнул, полностью переключаясь на обыск, но все же постарался быть с ней максимально вежливым, как когда-то обещал.

– Как закончите, пожалуйста, поезжай домой. – Это был приказ, пусть и мягкий. Для него – самое теплое выражение заботы.

Алиса кивнула и наконец-то пошла прочь от страшного тела на кровати.

3

Хель вывела зареванную Вальку во двор, усадила в свою машину, указав на бардачок, подсказала: «Платки там». Она старалась быть деловой и собранной. Тело Надюхи осталось в квартире, но ведь еще ничего не кончилось. Девушка достала сотовый и набрала знакомый номер.

После смерти Ваньки у нее остался лишь один настоящий друг, которому Алиса доверяла полностью. Дениса она знала с детства. Когда-то у них была целая команда: Ваня, Саня, Дима, Диня. И две девочки – Алиса и Рита. Много лет они держались вместе. Не дружили так, как в детстве, уже не были командой, но оставались… стаей. Которая развалилась после убийства Ваньки. Рита пила все чаще и больше, Саня лечился от игромании. Принудительно. Дима жил в Интернете, занимаясь неизвестно чем, но регулярно занимая деньги у всех знакомых и друзей. Остались только Денис и Хель. И даже больше сблизились, переживая смерть близкого человека, поддерживая друг друга. Беспрекословно и без вопросов. Как это и делают настоящие друзья.

Денис ответил после второго гудка.

– Привет, – весело поздоровался он. – Как там твои криминально-мистические будни?

– Бурно, – честно призналась девушка. – Ты свободен?

– Акклиматизируюсь, – с самоиронией признался друг.

Денис был известным видеоблогером. Большую часть жизни он колесил по миру, снимая свои фильмы. После каждой поездки дня три он приходил в себя, просто лежа дома на диване. И страдая от бессонницы.

– Мне нужна помощь, – сказала Хель.

– Куда ехать? – тут же деловито поинтересовался Денис.

– Сейчас скину адрес в сообщении, – пообещала девушка. – От твоего дома недалеко.

– Буду через пятнадцать минут, – пообещал друг и отключился.

Удовлетворенная результатом переговоров, Алиса заняла свое место за рулем.

– Тебе лучше? – спросила она у Вальки, включая зажигание.

– Нет, – честно призналась оперативница. Но, по крайней мере, она перестала плакать.

Квартирка была просто крохотной, но чистой и уютной. Тут чувствовалось присутствие Надюхи, и это удручало. Алиса старалась не думать об этом, как-то отвлечься. По сути, от нее мало что требовалось, только наблюдать. Девушка стояла в прихожей, прислонившись к стене, и делала все возможное, чтобы не замечать мелочи, напоминающие о погибшей подруге. Ей важно было лишь одно: в шкафу Надюхи нет, не было и не могло быть такого дешевого пошлого белья, какое на нее надели там…

Пока Алиса с видимым спокойствием стояла у стенки, ее друг шатался по ограниченному пространству, проявляя любопытство, но не трогая ничего руками, как предписывали правила.

– Красивая девочка, – вернувшись к подруге, сказал он. – Была. Молодая совсем. Жалко.

– Если бы она была уродливой старухой, о ее смерти все равно стоило бы сожалеть, – возразила ему Хель. – Особенно такой смерти.

– Была бы старухой, – ничуть не смутившись, заспорил Денис, – было бы менее жалко. Хоть пожила… Слушай, а эта ваша Надя, она точно в полиции работала?

Разговор услышала Валя и уставилась на понятого с удивлением.

– А что? – с вызовом поинтересовалась она. – Не похожа?

– Совсем нет. – Невозмутимость Дениса заслуживала высших наград. – Посмотрите внимательно на эту комнату. Она принадлежит скорее школьнице, чем взрослой женщине.

Алиса заинтересовалась его словами. Ее друг все-таки был художником и видеорежиссером. Он любил наблюдать и всегда был очень внимателен. А еще его профессия сделала Дениса неплохим психологом.

– Разве тут где-то мелькает пошло-розовый цвет? – осведомилась между тем Валька, захлопывая дверцы шкафа. – Или толпы плюшевых мишек?

– У вас какое-то шаблонное представление о школьницах, – усмехнулся понятой. – Дело не в этом. Смотрите, тут все до наивности аккуратно. Милые сувениры на столе, блокноты со стикерами, ровные стопочки. А эта старомодная привычка ставить около ноутбука фотографии в рамочках?

Хель чуть усмехнулась. Ей стало понятно, где Денис смог рассмотреть красоту Нади.

– Кстати, эти блокноты и ноутбук мы изымаем, – решила оперативница, подходя к рабочему столу убитой подруги. – Все ее личные вещи… и даже фото.

– Шкаф? – на всякий случай поинтересовалась Хель, хотя знала, что там ничего яркого и вульгарного быть не может.

– Естественно, нет, – усмехнулась Валька. – Я сфотографировала все. А ты становишься все больше похожа на Олега.

Денис слушал их разговор с живым любопытством, но при этом продолжал осматриваться.

– Не знаю, хорошо это или плохо, что Алиса напоминает этого вашего Бездушного. Хотя… Ты же у нас и сама Королева Мертвых. – Понятой, стараясь не мешать обыску у стола, отошел к другой стене комнаты. – И на полках фотографии…

Вид у него стал задумчивый.

– Что-то не так? – Алиса слишком хорошо знала своего друга.

– Не знаю. – Денис нахмурился. – Это другие фотографии. Какая разная девочка.

– Можно конкретнее? – Валька напряглась.

– Вот тут ей… Надежде лет двадцать, – послушно стал объяснять молодой человек. – И она… Похоже, тогда она пережила что-то печальное или тяжелое. Трагедию. Она выглядит очень уязвимой. Плечи напряжены и сгорблены, голова опущена. И вот еще эта фишка! Она прикрывает лицо волосами. Так делают очень неуверенные в себе люди. Они будто себя стесняются. А там на столе ваше совместное фото. Алиса, вы и Надя. И это совсем другой человек. Она же просто безмятежно счастлива. И да! Она влюблена!

– Вообще-то, – оперативница искоса глянула на Хель, – я бы не сказала, что у Мышки была счастливая влюбленность. Она с момента прихода в отдел сохнет по Олегу.

– Не может быть, – категорично возразил Денис.

– Это почему? – Такое мнение Хель несколько позабавило. – Вроде бы ты с Олегом знаком, и вы нормально ладите. Чем это он не достоин?

– Кстати, да, – подхватила Валька. – Он во всех отношениях мужик нормальный. Отмороженный слегка… Ну, у него с эмоциями беда. Но это не значит…

– Я не о том, – остановил защитную кампанию Денис. – При чем тут вообще ваш Олег? Это не несчастная любовь! У нее все хорошо! Было… По крайней мере, на той фотографии лицо счастливой женщины, которой повезло в любви. Понимаете?

– Похоже, мы не все о ней знали. – Алиса внимательно изучала фотографию на столе. – Я помню, когда сделали этот снимок. Две недели назад. Наш девичник. Да… А ведь Надя реально ожила за последнее время!

Валька хмурилась, рассматривая рабочий стол Надюхи.

– Надо будет обязательно проверить список ее вещей. – Оперативница сделала какие-то пометки в своем электронном блокноте. – Когда их найдут. А тут… вроде бы все?

– Вы уже закончили? – Денис все еще изучал книжные полки.

– У тебя еще какие-то идеи? – Алиса подошла и встала рядом с другом.

– Нет, ничего особенного. – Он хотел пробежаться пальцами по корешкам книг, но вспомнил, что так делать нельзя, и убрал руки в карманы джинсов. – Снова этот школьный подход. Учебники на полках. Психология. Криминалистика. И тут же какие-то новомодные самоучители. Как стать уверенной в себе, научиться общаться… Никаких женских романов, классики и прочего. Хотя вот тут, Алиса, пара твоих книг.

– Я ей и подарила, – кивнула девушка. – Она их на видное место поставила, вместе с фотографиями.

– Красный уголок, – заметил ее друг. – Подарки, сувениры, снимки. Все важное и памятное.

Он опустил глаза и даже улыбнулся.

– Ну, хоть что-то! Внизу скопилось хотя бы несколько дешевых детективов!

– Мне не очень нравится ваш тон, – заметила Валька. – Я тоже люблю детективы. Не стоит так пренебрежительно относиться к этому жанру.

– Надеюсь, я не задел вашу профессиональную гордость, – совершенно серьезно и без тени усмешки выдал Денис. – Вообще, я сам любитель жанра. Просто здесь на самом деле совсем неудачные дешевые романы, где куча крови и преступления такие, что любой маньяк прочтет и ужаснется способам лишения жертв жизни. А еще там всегда слишком странный вычурный антураж на месте преступлений и совершенно глупые надуманные мотивы.

– Вычурный антураж? – Хель нахмурилась и тревожно глянула на Вальку.

– Что? – забеспокоилась подруга.

– Не знаю пока. – Девушка задумалась. – Какая-то деталь… Вернее, что-то такое… Надо вспомнить. Но, наверное, уже завтра. Сегодня слишком тяжелый день.

– Тебе бы домой, – тут же заботливо предложил ей друг.

– И мы тут закончили. – Валька сфотографировала все на книжных полках. – Так что ты свободна.

– Только у тебя целая куча вещей. – Алиса указала на упакованные в специальные пакеты папки и блокноты, ноутбук и чемоданчик криминалиста, куда Валька собрала образцы отпечатков пальцев с мебели в квартире. – Надо тебя закинуть в управление. Денис? Тебя тоже домой подвезти?

– А смысл? – пожал он плечами. – Мне все равно не спать. Я лучше доеду, поставлю машину и прогуляюсь. Дома надоело.

– Меня тоже домой не тянет, – призналась Валька. – Но Олег сегодня больше ничего делать не даст.

– Алиса, – друг чуть улыбнулся, – а ты езжай. Я свободен, так что, Валентина, если хотите, могу помочь вам доставить это все в вашу штаб-квартиру. И… может, по пиву? Немного совсем?

Оперативница благодарно кивнула.

4

Когда Алиса утром вошла в кухню, Олег заканчивал готовить завтрак. У них уже сложился такой четкий распорядок. Полицейский просыпался раньше своей подруги, но ему редко удавалось не разбудить и ее. Потому он после душа отправлялся на кухню, куда позже спускалась Алиса. Зато ужин всегда был ее обязанностью. Все по-честному.

Утро что-то изменило. За окном плакал холодным дождем голый черно-серый ноябрь. Но пока это не угнетало, оставаясь там, извне. Не чувствовалось и тягостности предыдущего вечера. Эти двое выбрали совместное сосуществование только ради комфорта и желания чувствовать человеческое тепло рядом. Это действовало безотказно. Каждый из них по-своему переживал смерть Надюхи. Но первое потрясение прошло, совместно проведенная ночь остудила гнев и боль потери, дала силы держать эмоции под контролем. И говорить о них – между собой.

– Вижу, ты готова к рабочим будням, – заметил полицейский, когда девушка усаживалась за стол.

На Хель был один из ее любимых черных брючных костюмов и шелковая ярко-синяя блуза с высоким воротом в восточном стиле.

– Привычка, – нехотя призналась она. – Чем женщине хуже, тем лучше она старается выглядеть. Это помогает держаться. Достань торт. Надо его съесть, иначе испортится.

Олег чуть усмехнулся. Его всегда забавляла привычка девушки переходить с делового тона на бытовые темы.

– Тогда я буду обязан тебе дважды, – заявил он, доставая ее вчерашний кулинарный шедевр из холодильника. – За мной ужин в любом ресторане по твоему выбору.

Она только кивнула.

– Насчет привычки держаться… – начал он, приступая к еде. – Верно подметила. Сейчас плохо, и это еще мягко сказано. – Олег тяжело вздохнул. – Все еще не могу поверить, что Надюху убили. Мне всегда казалось, что она последняя из моей команды, с кем такое может произойти.

– Знаешь, как она говорила? – поделилась Алиса. – Иногда и с хорошими людьми случаются плохие вещи.

– И, к сожалению, чаще, чем с плохими, – согласился Олег. – Спасибо тебе за помощь вчера вечером.

– Так вот за что ты считаешь себя обязанным, – поняла Хель. – Надя моя подруга. Я бы не осталась в стороне. К тому же вам всем вчера досталось. Слишком резко и слишком больно. И мне тоже. Что бы я делала тут одна весь вечер? Сходила с ума? Нет. Я могу только действовать. Иначе никак. И боюсь, тебе придется смириться, что я и дальше собираюсь участвовать в этом деле.

Она тут же вспомнила разговор о книгах в квартире Нади. Что-то связанное с детективами… Алиса должна была проверить, потому что это важно.

– Трудно с тобой, – признался между тем полицейский. – Я каждый раз ломаю голову, как бы тебя о чем-то попросить, и каждый раз ты сама предлагаешь помощь как личное требование. Да. Ты снова мой консультант.

– Удивительное взаимопонимание, – усмехнулась девушка. – Жить с тобой становится все комфортнее.

– Согласился бы, если бы не твои вернувшиеся кошмары, – не остался Олег в долгу. – Хотя я вчера вернулся домой через час после тебя. И все было спокойно.

Алиса нахмурилась. У них с Олегом были темы, которые им не нравились. Оба – здравомыслящие люди, не только не увлеченные мистикой, но в принципе ее игнорирующие. Но у каждого из них нашлись способности, которые ни он, ни она не могли объяснить. У Алисы были ее сны. У Олега – болезненное ощущение присутствия его погибшей невесты в те моменты, когда появлялся нюанс, способный помочь в раскрытии дела.

– Кошмар не повторялся. – Девушка внимательно смотрела на своего напарника. – Но и одного раза было достаточно. Не считаешь, что это случилось как-то слишком вовремя?

– Я бы назвал это предзнаменованием, – согласился Олег. – И это первая причина, почему ты в деле. Боюсь, тебе придется в следующий раз смотреть свой личный фильм ужасов очень внимательно. Хотя, естественно, я разбужу тебя вовремя.

Алиса поморщилась, но кивнула. Она знала, что в кошмарах по неизвестной причине появляются важные детали, указывающие на преступника.

– Вторая причина? – поинтересовалась Хель.

– Ты сама ее назвала. – Олег только пожал плечами. – Ты Надюхина подруга. Никто не знает, когда, с кем из нас и о чем конкретно Мышка могла обмолвиться. А носиться между работой и домом, сверяя показания, мне неудобно.

– В этом случае ты хочешь держать все яйца в одной корзине, – иронично заметила девушка. – Я могла бы тебе напомнить: мотаться между домом и работой контрпродуктивно хотя бы потому, что уже давно изобрели телефон. Но главное, ты принял устраивающее меня решение.

Олег одарил свою напарницу кривой ухмылкой.

Утренний разговор улучшил его настроение. Насколько это было возможно. Полицейский считал, что он уже пережил самое трудное расследование в своей жизни, когда искал убийцу Жанны, своей невесты, погибшей пять лет назад. Но он это выдержал. Возможно, было легче, потому что Олег смог пережить потерю, гнев и скорбь и просто желал отдать невесте последний долг. Но тут…

Он не любил Надюху как женщину. Но Мышка была частью его команды. Олег выбрал ее среди десятков претендентов, поверил этой девушке. И Надюха ни разу его не подвела. Полицейский понимал, что она была влюблена в него, поэтому бережно и тактично вел себя с ней, чтобы не задеть ее чувства. Он доверял ей. Он привык к ее тихим, но всегда точным комментариям, к ее просто уникальному таланту находить подход, «ключик» к любому человеку. Надя была внимательна, очень аккуратна, упряма в работе. И еще она была мягкой, милой, застенчивой… Тот самый хороший человек, с которым просто по определению не должно случаться ничего плохого.

Но все же случилось. И теперь Олега душил гнев, а еще страстное желание возмездия. Найти и наказать! Жестоко, насколько это возможно. Таким был взгляд Олега на мир: сначала действия, а скорбь и горе потом. Или… гнев вместо боли и скорби. За это его называли Бездушным.

Все, кроме Хель. Потому что она сама была Королевой Мертвых. Его зеркальным отражением. Той, кто идет вперед и действует. Олег никогда не признался бы ей, что в этом деле девушка нужна ему именно поэтому – Хель сама пойдет вперед и потащит за собой весь отдел. Она не даст им просто лить слезы и тонуть в отчаянии. Они вместе заставят остальных злиться и действовать.

5

В общей комнате отдела висело то самое настроение похоронного уныния, которое Олег и ожидал. И которое собирался изменить. Сразу. Сейчас.

Он галантно пропустил вперед Хель, потом закрыл дверь, решительно направился к своему обычному месту. Общая комната была просто пространством, где в хаотичном порядке стояли рабочие столы, стулья на колесиках, пара кресел. Еще тут была доска, куда всегда вывешивались материалы текущего дела. Вокруг этой самой доски обычно и собиралась команда, рассаживаясь, как кому удобно, но чтобы все видели материалы и могли передавать друг другу документы или фото.

Но у каждого сотрудника отдела были свои привычные места. Так, Серый, информационный гений отдела, молодой, весь какой-то взлохмаченный парнишка двадцати пяти лет, в вечных рваных джинсах, предпочитал устраиваться за одним из столов, обязательно установив перед собой ноутбук.

Соколиный Глаз, самый старший в команде, лучший детектив управления, благодушный и порой нетрезвый, занимал дальнее местечко у окна. Валька – оперативница, резкая, стервозная, яркая, переменчивая во всем, раз в месяц меняющая мужчин и цвет волос, зато въедливая и решительная в работе, – всегда сидела ближе ко входу, в одном из кресел.

В отделе недавно появился Виктор. Отличный оперативник, спокойный, вдумчивый, уравновешивающий остальную пеструю компанию. Он выбрал себе место справа от доски. А слева обычно сидела Мышка. Олег раздраженно поморщился, увидев ее пустой стул. Сам он всегда садился в центре. Не стал менять привычки и сегодня.

Алиса устроилась рядом с Валькой, успев пожать подруге руку в знак поддержки. А еще она учтиво кивнула начальнику управления, который тоже был здесь.

Когда Олег настоял на возобновлении дела о гибели его невесты спустя пять лет после случившегося, его руководитель часто посещал отдел. Они были знакомы давно и в целом, можно сказать, дружили. Сегодня начальник управления не мог не появиться в общей комнате. Пожилой, крепкий, усталый, с каким-то беспомощно-затравленным выражением лица, он сидел чуть дальше остальных, почти у самого входа в кабинет Олега.

Полицейский кивнул всей своей команде, обернулся к высокому гостю.

– Начальник? – в своей обычной манере, иронично-задорной, обратился он к руководству. Только давалось это Олегу сегодня чуть труднее, чем всегда. – Сказать, что рад видеть?

– Скажи, – кивнул ему Александр Дмитриевич. Обычно при подчиненных он придерживался официального тона, но сегодня оставил формальности в стороне. – А еще придумай хоть что-то, чтобы я был рад оставить вам это дело.

Олег раздраженно нахмурился.

– Сразу скажу всем, – начальник управления тяжело вздохнул, – я тоже считаю, что мы разберемся сами. Семейное дело. Но там, наверху, есть сомнения. Слишком странные обстоятельства, слишком неприглядно все выглядит. Дайте мне хоть что-нибудь, чтобы я смог помочь!

Вся команда переглянулась. Еще никогда начальник, всегда немного суровый, ворчливый и строгий, не говорил так. Расстроенно и… по-человечески.

– Без проблем, – между тем решительно заявил Олег. – Готов слушать?

– Сколько надо, – тем же почти просящим тоном пообещал Александр Дмитриевич.

– Хорошо. – Начальник отдела тут же переключил внимание на команду. – Я не буду вам говорить, чтобы вы относились к этому расследованию как к очередному. Это не так. Это реально наше семейное дело. Но это не значит, что надо ползать по управлению, как траурные мухи. Мы и только мы должны найти этого ублюдка. Кто не согласен – на выход.

Олег сделал почти театральную паузу. Естественно, никто не двинулся с места. Валька гордо выпрямилась, Глаз полез за своим блокнотом, Виктор просто продолжал сидеть и ждать начала совещания. Серый чуть потер усталые глаза, что-то кликнул в своем любимом ноутбуке. Олег также заметил, что Хель тихонько достала из своей сумочки планшет и, будто не обращая ни на кого внимания, тихо спросила что-то у своей подруги-оперативницы.

Полицейский криво улыбнулся. Они смогут.

– Начали, – сухо скомандовал он. – Убийство Надюхи. Что мы об этом знаем?

– Время смерти 19.30. Способ… – Браво начав отчет, Серый чуть сбился. – Мышке перерезали горло, перед этим обездвижив ее шокером.

– Не думаю, что нам станет от этого сильно легче, – тут же заметил Соколиный Глаз, – но все же следов сексуального насилия на теле нет.

– Легче! – призналась Валька.

– Намного, – к общему удивлению, живо поддержал ее Александр Дмитриевич. – Ведь это уже… факт! Если ничего не было, то доказать, что весь этот антураж ложный, будет проще.

– То, что это имитация, было понятно уже вчера, – напомнил ему Олег. – Не буду заставлять никого из вас это озвучивать. Коротко. После того как Надю убили, ее переодели, накрасили и уложили на кровать. Подробности оставим тупым любителям сплетен. Что еще нашли во время осмотра места преступления?

– Отпечатков ноль, – тут же доложил Виктор. – Отчет экспертов уже есть. Все вымыто с каким-то дезинфицирующим средством. Везде только следы талька.

– Медицинские перчатки, – озвучила очевидную догадку Валька.

– Кстати, – Глаз просмотрел свои записи, – по орудию убийства. Лезвие очень тонкое и острое. Длина не более восьми-десяти сантиметров. Наши криминалисты считают, что это хирургический скальпель.

– Вот как? – заинтересовался Олег. – Скальпель, медицинские перчатки и больничная чистота. Почерк? Указание на профессиональную деятельность убийцы? Или очередное представление?

– Пока делать выводы трудно, – заметил Виктор. – Вот только удар был уверенным и четким. Это точно профессионал. Но вот медик ли?

– А убили Надю там же, где мы ее нашли? – спросила Валька. – Прямо в комнате?

– Вот тут есть нюанс, – ответил ей Глаз в своей обычной дружелюбно-отзывчивой манере. – Это случилось там. Но! Думаю, каждый из нас может представить, что будет, если перерезать человеку горло.

– Море крови, – коротко описал ситуацию Олег. – И брызги в разные стороны. Оттереть все – не реально.

– Но это все же случилось там, – повторил детектив. – Кровь замыли с моющим средством. Однако при помощи спецсредств это все равно можно увидеть. Так вот, там было что-то расстелено. Надю оглушили, разложили… похоже, на куске клеёнки, и только потом убили. Следы говорят об этом.

– Кровь должна была забрызгать убийцу, – заметил Виктор.

– Так и было. – Глаз всегда напрягал экспертов, выуживая из них все детали. – Но и он сам тоже был в каком-то защитном костюме.

– Он просто маниакально аккуратен, – отметил начальник отдела.

– И как ни ужасно об этом говорить, меня сейчас это радует, – откликнулся Александр Дмитриевич. – Маниакально! Все указывает, что мы имеем дело именно с очередным психом. А это ваша епархия! Мы имеем очень весомый шанс отстоять это дело! Если, конечно… – У него появилось страдальческое выражение на лице. – У нас есть доказательства имитации на месте преступления.

– Именно на месте преступления, – стал докладывать Серый, – было установлено, что нижнее белье и чулки, надетые на тело Нади, ей не принадлежат. Эксперты подтвердили, что вещи неношеные, только приобретенные. Более того, они точно были надеты уже на мертвое тело. Как и парик.

– Косметика, – дополнил Виктор, – тоже не принадлежала Наде. На месте преступления не было обнаружено одежды, в которой она пришла в ту квартиру, сумочки, смартфона и документов. Позже все эти предметы были найдены в мусорном ящике недалеко от дома.

– Только ее вещи? – уточнил Олег.

– Да, – кивнул Глаз. – Перчаток, защитного костюма, орудия преступления, вообще хоть чего-то, указывающего на преступника, обнаружено не было.

– Так вот, – продолжил Виктор. – В сумочке Нади была совершенно другая косметика. По цветовой гамме… Или как там правильно женщины это называют?

– Главное, даже другой марки, – спас его от женских тем старший детектив.

– Макияж ей явно наносил не профессионал, – впервые подала голос Алиса. При этом она продолжала смотреть только в свой планшет и немного хмуриться. – Если, конечно, эта нарочитость не была специальной. Грубый, вульгарный, слишком яркий макияж. Создание некоего образа… Не Надиного. Или все же просто неумелая рука. Но это точно не сама Надя делала.

– В доме Надежды был проведен обыск, – подключилась Валька, и в ее голосе звучало мстительное победное удовлетворение. – Там тоже нет косметики данной марки или белья и чулок, подобных найденным на месте преступления. И никаких париков.

– То есть, – медленно, значительно переспросил начальник отдела, – все эти прибамбасы убийца принес с собой? И сознательно создавал ту картину, которую мы застали?

– Выходит, так, – пожал плечами Серый. – Что бы это ни значило.

– Это может значить только одно, – ответил ему Виктор. – Подготовленное, продуманное убийство.

Вся команда начала переглядываться, будто проверяя друг друга. Такое поведение преступника бывалым сотрудникам отдела специальных расследований говорило только об одном: перед ними действия сумасшедшего социопата. Все понимали – их профиль. Ведь отдел изначально создавали для раскрытия серийных убийств. И, даже несмотря на пережитое потрясение и горечь потери, все начинали собираться, – теперь уже не напоказ, ради начальства, а реально сосредотачиваться на нюансах дела, заражаться обычным профессиональным азартом.

Олег с удовлетворением наблюдал эту картину. В принципе, иного он и не ожидал. Они должны были встряхнуться, прийти в себя… Пусть, как он сам подозревал, версия с маньяком в будущем окажется ложью во спокойствие руководства.

Начальник отдела снова покосился на свою напарницу. Он понятия не имел, что она забыла в своем планшете. Могла бы намекнуть по дороге… Олег начал привычно раздражаться. Полицейский предпочитал всегда контролировать ситуацию и не любил неожиданностей. А эта женщина со своим обычным своеволием…

Алиса, будто почувствовав его состояние, на миг подняла глаза. Похоже, девушка наконец-то нашла в планшете то, что искала. На ее лице промелькнула победная улыбка. Она кивнула своему напарнику решительно и как-то… обнадеживающе.

– Это уже хлеб, – нарушил тишину Александр Дмитриевич. – Я сам готов отстаивать версию маньяка. Но есть один факт, к которому, клянусь, привяжутся. Ее визитка. Убийца выкинул все вещи Надежды. Кроме контактов отдела. И что это? Вызов? Или намеренная дискредитация? Преступник знал, кто такая Надя? Или это послание маньяка? Как мне отстоять последнюю версию? Есть еще хоть что-то?

Олег снова покосился на Алису. Выражение злого удовлетворения на ее лице не изменилось.

– Вся эта сцена. Там в квартире – дискредитация. И вызов. А что-то про маньяков… Похоже, – это начальник отдела произнес наигранно лениво, – тут должен прозвучать бравурный марш и аплодисменты. А еще мы все должны пасть ниц и умолять ее вымолвить хоть слово. Да, Хель?

Девушка позволила себе надменную усмешку, неспешно поднялась с места, подошла к напарнику и просто сунула ему в руки свой планшет. Спокойно, царственно, как всегда. Но все с тем же удовлетворением.

– Когда закончим это дело, можем выступать с таким номером в каком-нибудь шоу, – насмешливо заметил Олег.

– Сначала посмотри, – серьезно предложила Хель.

И он посмотрел. На миг Олегу показалось, что она просто дала ему фотографию с места преступления. Только… почему-то внизу, под изображением кровати и мертвого тела женщины, прикованной наручниками к изголовью, шли какие-то тонкие изломанные буквы, будто истекающие кровью.

– Вот черт! – На этот раз Бездушный даже не пытался скрыть изумление. – Серьезно?

Он повернул планшет так, чтобы изображение смогли увидеть остальные.

– Для понимания, – сухо и официально, как всегда, когда тема была ей неприятна, начала комментировать Хель. – Вчера я выступала в роли понятой на обыске в квартире Нади. И там из художественной литературы были представлены только детективные романы Краева, что мне показалось странным. И… появилось какое-то смутное воспоминание. Надо было проверить. Этого автора печатает то же издательство, что выпускает мои книги. Потому я знала, что серию этих детективов сейчас начали переиздавать под новыми обложками. Я как-то их мельком видела. Это один из них.

– Да ладно! – не сдержался даже вечно спокойный Виктор. – Убийство с обложки?

– Как в кино? – по-детски недоверчиво переспросил Серый, уже давно подобравшийся поближе.

– У Надюхи старое издание, – сдержанно и деловито уточнила Валька.

– Важно, что у нее вообще были эти книги, – заметил Соколиный Глаз. – А это уже связь в этом деле.

– И то, что нам нужно. – Александр Дмитриевич облегченно вздохнул и слабо улыбнулся.

– Наверное, – заметила Хель. – Вам явно пригодится информация о том, что у Краева в этой серии детективов шесть романов.

Серый присвистнул. Его коллеги тревожно переглядывались. Еще пять возможных трупов – это уже слишком. А ведь они только хотели отстоять дело Надюхи, оставить его в отделе…

– Еще момент! – взволнованно вспомнила Валька. – Кулон!

– Ты потеряла цацку? – раздраженно поинтересовался Олег. – Это сейчас важно?

– У Нади пропала цацка, – в тон ответила оперативница, в тот момент совершенно забывшая о субординации. – Кулон серебряный, в виде сердечка. В квартире украшения нет. В ее вещах на месте преступления…

– Сейчас! – Глаз уже просматривал список. – Нет. Кулона нет.

– А ведь Надя все время его носила, – припомнил Виктор. – Всегда крутила пальцами. И он исчез?

Все снова стали взволнованно переглядываться.

– Стоп, – решительно остановил их начальник отдела. – Все необходимо перепроверить. Начальник? Тебя устроит эта версия? Есть убийство, место преступления превращено в картинку с обложки дешевого детектива. Есть вероятность, что будут еще трупы… И вишенка на торте – исчезнувший кулон жертвы. Как мы все подозреваем, это трофей. Для маньяка достаточно? И кстати, визитка как вызов нашему отделу, который занимается как раз такими уродами, тут самое оно.

– Более чем, – закивал удовлетворенно Александр Дмитриевич. – Мне нужна эта картинка. Обложка. Я к генералам. А вы… Работаем! Теперь дело точно у нас!

И он тут же засобирался на выход. Начальник шагал торопливо, забавно переваливаясь, как старый медведь. Но при этом было видно, что настрой у него решительный, да и состояние значительно улучшилось. Олег удовлетворенно кивнул, когда за шефом закрылась дверь.

– Я ненавижу банальности, – сказал полицейский Алисе в своем любимом насмешливом тоне, который теперь давался ему привычно легко. – Такое только в голливудских фильмах бывает.

Он кивнул на ее планшет и картинку на экране.

– Естественно. – Она тоже иронично скривила губы, превращаясь в мгновение ока из милой девушки со сказочным именем в надменную Королеву Мертвых. – Это не тот сюжет.

– В смысле? – вмешался в их диалог бесстрашный Серый. – Убивает не фанатик этого Краева? И самого автора на допрос звать не будем?

– Он живет в Омске, – оповестила его Хель. – Тираж его книг составлял не более четырех тысяч. Это литература из серии чтива. Фанатики бывают только у знаменитостей.

– Тогда почему его перепечатывать взялись? – задал логичный вопрос Глаз.

– Вот это я постараюсь узнать, – пообещала девушка.

– Если бы ты еще взяла на себя труд прочесть этот роман, помощь была бы неоценима, – иронично заметил Олег. – Если возьмешься, заранее сочувствую.

– После такого потока вежливости и обходительности у меня просто нет выбора, – насмешливо отозвалась Хель и, развернувшись, отправилась к своему стулу.

– Всех остальных я тоже попросил бы привести себя в рабочее состояние, – с привычным раздражением обратился начальник отдела к своей команде, откладывая планшет напарницы на стол. – Может, наше руководство и довольствуется такой версией. Но я – нет. Хоть я предложил ему нечто для доклада в верхах. Но для себя самих мы еще ни на что не ответили.

Сотрудники отдела быстро расселись по местам, готовые продолжать работать.

– Пока мы все здесь, – уже спокойнее продолжил Олег, откровенно нехотя, с досадой, – давайте пройдем основной этап. Что мы знаем о Надюхе?

И снова по общей комнате разлилось скорбное тяжелое молчание. Коллеги заново переживали потерю. Но… Этим ее не вернуть, и вряд ли тот, кто убил Надю, придет и сдастся сам.

– У меня готова обычная вводная, – нерешительно начал Серый. – А у тебя, Олег, есть ее личное дело.

– Я его ни разу не открывал, – пожал плечами начальник. – Я на работу людей беру, а не папки с документами. Могу кому-то из вас выдать почитать, в обход правил.

– Ты вообще наши личные дела не трогал? – удивился Виктор.

Олег посмотрел на него с раздражением. Повторяться он не собирался. Его обычная реакция как-то ободрила команду. Их Бездушный остался собой. В этом было что-то… привычное. И это успокаивало.

– Моей вводной хватит. – Серый открыл нужный файл на своем ноутбуке. – Надежда Васильевна Баранова. Двадцать шесть лет. Всего… Родители погибли, когда девочке было четырнадцать. Жила под опекой старшей сестры Ольги, которой тогда исполнилось двадцать.

– Ольга! – тут же вспомнила Алиса. – Она сейчас живет с мужем и двумя детьми за городом. У нее муж фермер, кажется. Или работает у фермера. Надюха была очень к ним привязана. Особенно к племяшкам.

– Я смотрел ее контакты и звонки за последнее время, – продолжил информационный гений отдела. – Все не разобрал пока. Но Ольга – один из ее самых частых контактов. Общались по телефону почти каждый день, и по мессенджерам постоянная переписка.

– Они не просто сестры. Они дружили, – дополнила Валька. – Надя дорожила сестрой и часто говорила, что в долгу перед ней. За то, что та не сдала ее в детский дом, должно быть.

– Нет. – Серый болезненно поморщился. – Боюсь, дело не в этом. Надя отучилась в самой обычной школе, собиралась поступать на социологический факультет. Но… Она познакомилась с неким Дмитриевым Георгием Павловичем. Ей тогда было всего восемнадцать. Еще в одиннадцатом классе училась. Он на девять лет старше. И все было плохо.

– Абьюз? – тут же нахмурившись, предположила Хель. – Насколько плохо?

– Не знаю, – неохотно признался Серый. – Но спустя полтора года отношений, когда Надя уже не общалась ни с сестрой, ни с друзьями, никуда не поступила и нигде не работала… ее доставили по «Скорой» в больницу. Реанимация. Сильная травма головы, сломаны несколько ребер и правая рука, перелом шейки бедра…

– Где он? – коротко и зло спросил Олег.

Начальник отдела специальных расследований повидал многое за восемь лет службы. И убийства, и драки с побоями. Он понимал, что в определенной ситуации сам смог бы кого-нибудь убить. Защищая, спасая, предотвращая еще большее насилие. Но он так и не смог научиться спокойно относиться к так называемому домашнему насилию. Можно сражаться с равным, но измываться над тем, кто слабее… Олег не переносил таких людей.

– Сидит он. – В голосе Серого появилось мрачное удовлетворение. – Надюха наша тогда все же дала показания! Да еще оказалось, она не первая. Могла бы стать и не последней. Там по совокупности ему десятку дали.

– Надо будет проверить, – отметил Виктор. – Вдруг вышел по УДО.

Олег одобрительно кивнул.

– Что дальше? – Вопрос был адресован Серому.

– Еще год она проходила реабилитацию в центре психологической помощи женщинам, жертвам насилия, – продолжил парнишка. – И я пока не все посмотрел… Но примерно в то же время там случился какой-то инцидент. Я не успел пока…

– Я займусь сам, – решил Олег. Сейчас он готов был сделать все что угодно, только бы лишний раз не травмировать свою команду. Он начальник – нервы и боль надо брать на себя. – Дальше академия?

– Верно. – Серый кивнул и вдруг улыбнулся. – А ведь мы с ней на одном курсе учились. Надюха, естественно, была отличницей. А я так… как придется.

– Вы дружили? – удивилась Валька.

– Какое там! – Парнишка помотал головой. – Надя тогда ни с кем не общалась почти. По учебе, конечно, да. А друзей не было. В принципе я вспомнил: на курсе знали, что с ней что-то случилось. Ее и не трогали. Только… – Он загрустил. – После выпуска ее не хотели нормально распределять. Из-за того же. С ее-то идеальным дипломом! Служба поддержки граждан. Девочка на телефоне…

– Но ты рекомендовал ее в отдел, – напомнил Олег.

Удивились все, не только Серый.

– Ты запомнил? – за всех спросил Глаз.

– Это моя команда, – коротко и сухо отозвался начальник. – Дальше мы знаем. Надя была с нами. Теперь ее окружение. Личная жизнь.

Глаз и Серый продолжали смотреть на него с недоумением. Они были уверены, что Надюха сохла по начальнику.

– Когда мы осматривали ее квартиру, – аккуратно начала Алиса, – мой друг, которого я попросила быть вторым понятым, заметил, что на последних фотографиях Надя выглядела счастливо влюбленной. А Денис видеорежиссер. Лица – его профессия.

– Вообще, я думал, это очевидно, – откликнулся Олег. – Я знал, что раньше Надя была в меня влюблена. Но последнее время она перестала смущаться и явно потеряла ко мне интерес.

– Я даже не знал, что она интересовалась тобой, – немного удивился Виктор. – Надя последние полтора месяца встречалась с моим другом. Его зовут Прохоров Анатолий Сергеевич. Он работает в МЧС. Я же их и познакомил. И там, кажется, все было серьезно. Хотя я не расспрашивал особо.

Он тут же замолчал и расстроенно закрыл лицо руками.

– Черт… А если и правда серьезно? – Виктор уставился в стол. – Как я ему скажу? Он сейчас в командировке…

– Тебе придется с ним поговорить, – как можно мягче напомнил Олег. – Лучше, если именно ты. Когда он вернется?

– Сегодня вечером, – нехотя отозвался Виктор. – Я все сделаю.

– Хорошо, – кивнул начальник. – С подругами понятно. Что еще?

– Нам она говорила только о семье, – вспомнила Валька. – Мы даже о ее новом мужчине не знали.

– Еще Надя упоминала, что общается в Сети, – добавила Алиса. – Имен не называла, говорила, там девочки говорят на… психологические темы. Думаю, вся переписка у нее в ноутбуке.

– Да, мы все привезли, – поддержала оперативница. – Еще у Нади на квартире было много каких-то блокнотов. Все исписаны. Закладочки в них. Возможно, там что-то важное. И она упоминала при мне некую Лелю. Как-то у нее зазвонил телефон, но Надя говорить не стала, бросила только одну фразу: «Леля, перезвоню позже». Мне ничего не объяснила.

– Когда это было? – тут же деловито уточнил Серый, уставившись в ноутбук и что-то набирая на клавиатуре.

– Неделю назад, – припомнила Валька.

– Леля… – Алиса задумалась. – И еще Катя. С месяц назад. Та же история с телефоном. Я запомнила, потому что тогда у меня сложилось впечатление, будто Надя не была рада, что я присутствовала при этом звонке.

– Катя. – Серый что-то просматривал на экране. – Я еще распечатку звонков с Надюхиного номера не получил, но во входящих на смартфоне был вызов от какой-то Кати. Вчера. В районе пяти вечера.

– Надо установить обеих этих дам, – распорядился Олег. – Адреса, пароли, явки.

– Конечно, – рассеянно откликнулся гений информации. – Установлю по номерам телефонов. И тут в ее записной книжке есть некая Марина, Наташа и… Людмила Владимировна. Кстати, еще есть номер, записанный просто как «Центр». В принципе, и все. Круг общения минимален. Наши номера, эксперты, родные. И еще твой друг, Витя.

– Единственный номер с мужским именем? – уточнил Олег. – Не считая рабочих?

– Есть еще Вадим, – тут же откликнулся Серый.

– Это муж ее сестры, – пояснила Алиса. – Надя как-то его упоминала.

Валька кивнула, подтверждая слова подруги.

– Плохо, – коротко постановил начальник отдела. – Ничего и никого. Но при этом убийство было заранее спланировано и хорошо подготовлено. И визитка Нади на тумбочке. Преступник знал, кто она.

– Отработаем всех ее подруг, – в привычно легком и обманчиво беспечном тоне заявил Глаз. – Они могли кому-то о нашей Надюхе рассказывать. Кому-то не тому.

– Вот когда Серый их всех установит, – тут же решил Олег, – ты, Глаз, и поедешь узнавать. И Валентина тоже. Я займусь центром и… – Он чуть поморщился. – Возьму Надюхину медицинскую карту. Семья тоже на мне.

Он вопросительно посмотрел на Хель. Его напарница кивнула. Олег не слишком любил общаться с людьми, тем более с родственниками жертв. А тут еще такая ситуация – убита его сотрудница. Нужны вежливость и сострадание. С последним у Бездушного было туго, потому что он не видел смысла в пустых словах.

Алиса могла помочь. Она тоже не любила формальных соболезнований, но чисто по-женски, интуитивно, как-то находила общий язык с теми, кому плохо. Лучше всех с такой задачей справлялась Надюха… Которой теперь нет…

– Сделаем, – кивнул Глаз. – Только прежде я бы все же доехал еще раз до экспертов. Мало ли что! Они не могли сразу выдать все результаты. А там еще куча всего. И с места преступления, и с Надюхиной квартиры. Отпечатки, следы…

– Надо еще раз заехать к Надюхе, – безапелляционно заявила Хель. – Я доверяю своему другу. Денис просто так ничего не скажет. И если уж он обратил внимание на эти детективы, надо еще раз их посмотреть.

– Мы же уже выяснили, что книги имеют значение. – Олег нахмурился.

– Логика, – устало напомнила девушка. – В доме ни одной книги из художественной литературы, кроме этих романов Краева.

– А ведь Надюха любила читать! – вдруг вспомнил Глаз. – Чуть перерыв, она за чаем и с книжкой.

– Женские романы, – закивал Серый. – Она их в какой-то библиотеке брала. Я еще смеялся тогда, типа, раньше в библиотеку за классикой ходили, а теперь за чтивом.

Олег почувствовал уже не раздражение, а настоящую злость. По его плечам прошел знакомый озноб, а за ним волна тепла. Будто чьи-то руки обняли сзади. Он ненавидел это ощущение.

Когда погибла Жанна, его невеста, полицейский был на работе, ждал ее звонка. Но невеста не звонила. Олег заработался. Почти забыл… Тогда впервые пришло это ощущение, будто Жанна подошла сзади и обвила его плечи руками. На самом деле невеста так поступала часто, и это всегда раздражало Олега. И в тот вечер он почувствовал это раздражение, а потом… беспокойство и страх. Ведь Жанна не позвонила. Через двадцать минут, когда он вылетел из здания управления и понесся к дому родителей невесты, он нашел ее труп.

С тех пор ощущение рук погибшей на своих плечах всегда знаменовало для Олега нечто важное. Поворот в расследовании, важную деталь в деле… Алиса назвала это проявлением интуиции. Олег согласился с такой формулировкой. Но общение с погибшей его бесило.

– Давай я еще одну мелочь добавлю, – значительно сказала ему Хель, которая, похоже, прекрасно понимала, что чувствует ее напарник. – Там не только нет больше никаких книг. Но и эти стоят в самом низу стеллажа. Создалось впечатление, что их уже давно никто не трогал.

Полицейский понимал ее логику. Он кивнул, соглашаясь.

– Ты же все равно предпочитаешь читать в бумажном варианте, – через силу усмехнулся он и постарался вернуть себе обычную уверенность и решимость. – Так! В целом работаем по обычной схеме. А значит, мы забыли еще один момент. Кто заслужит пятерку за урок?

– Лучше кусок пиццы, – проворчал Серый. – Ответ простой. Мы должны установить все перемещения Мышки за вчерашний день. И кстати, записи с камер у того дома, где… ну, где мы ее нашли, – у меня уже есть. Там напротив аптека располагается и отделение банка.

– Можешь заказать пиццу, – милостиво разрешил начальник. – И давайте поторопимся. Никто не знает, насколько правдива версия с маньяком. У нас мало времени. Либо будет еще труп, либо… наверху поймут, что мы их немного ввели в заблуждение. До этого момента мы должны иметь новую версию и желательно подозреваемых.

6

– Ты не веришь в маньяка.

Это был не вопрос, а утверждение. Хель, как обычно, уверенно вела автомобиль, глядя только на дорогу. И при этом сразу задала тон беседы.

– Можно подумать, ты веришь, – усмехнулся Олег.

Покинув управление, он вздохнул свободнее. Обычно он любил их общую комнату и даже свой кабинет. Но теперь, без Надюхи, все стало каким-то… неполным. Ее пустое место возле доски, задания, которые он поручил бы именно ей, и теперь не знал, кем Надюху заменить. И конечно, общее настроение. Начальник отдела сделал многое, чтобы заставить всех действовать, но он не мог запретить людям скорбеть. Ведь им Нади тоже не хватало.

И потому на улице, в автомобиле с Алисой, было спокойнее. Пусть она все равно обсуждает с ним расследование.

– Я не верю, – охотно согласилась девушка. – Это как в первой серии «Касла». Все слишком гладко, я бы так не написала.

– Железный аргумент, – привычно усмехнулся полицейский. – Так в деле и запишем.

– Маньяк, устраивающий сцены своих преступлений под обложки книг, – надменно заметила Хель. – Такое подойдет лишь для американского фильма.

– «Касл», между прочим, тоже американский сериал, – напомнил Олег. – Смотри иначе. Преступление было заранее подготовлено. И очень тщательно. Убийца принес с собой не только моющие средства, защитный костюм и перчатки. Он купил ей белье и парик. Казалось бы, это как раз отлично вписывается в поведение маньяка. Но… Не было сексуального насилия. Я книгу не читал и не собираюсь. Однако даже по обложке понятно, что там изображена девушка легкого поведения. Если бы копировали сюжет, без секса не обошлось бы.

– Мы с тобой уже как-то это разбирали, – согласилась девушка, аккуратно вписывая автомобиль в поворот. – Теория серийных убийц-психопатов. Без секса там вообще никак. И мы в этом сами убедились, когда расследовали дело Жанны. В том случае была имитация действий психопата. Тут это тоже возможно.

– Все как-то слишком прямо на это указывает, – безапелляционно заявил полицейский. – И еще. Это дело Надюхи. Она была отличным полицейским. В прошлом Мышка пережила насилие. Я тебе стопроцентно могу сказать, что при малейшем намеке на слежку за ней, при любом подозрении, что в ее окружении появился кто-то странный, склонный к насилию, Надя рассказала бы об этом в отделе. Может, не лично мне – меня она стеснялась, – но Глазу точно. Или Вальке.

– Или мне, – поддержала его Алиса. – Я все время вспоминаю наши с ней разговоры. Любые. Мало ли какая деталь всплывет. Надя серьезно занималась изучением психологии. Гендерной. Женские темы, как избавиться от материнских программ, самосовершенствование, саморазвитие и прочее. Темы абьюза мы тоже касались. И согласна, если бы она почувствовала угрозу, то точно сказала бы.

– Весь тот кошмарный цирк, устроенный на месте ее смерти, – Олег досадливо поморщился, вспомнив, как впервые увидел декорации гибели своей подчиненной, – был рассчитан на шаблонное мышление. Убийства по книжке, исчезнувший кулон, как трофей, карточка Нади, чтобы дело точно попало нам. А ведь мой отдел именно на маньяков и заточен, о чем напоминает любой журналист, кому не лень о нас писать.

– Похоже. – Алиса сбавила скорость: они подъехали к дому, где у Нади была квартира. – Только если это все отвлекающий маневр, тогда как и где искать настоящего убийцу?

– Как и всегда, – пожал плечами Олег. – Среди тех, кто был рядом с ней.

Девушка повернулась, посмотрела на напарника очень внимательно и задумчиво, а потом вдруг выдала:

– Надеюсь, у тебя есть алиби на вчерашний день?

Полицейский рассмеялся. Коротко, но искренне. Он не жалел, что выбрал жизнь с этой женщиной.

– А ты уверена, что Надюха не покушалась на твой торт? – в ответ осведомился он.

Алиса улыбнулась и молча открыла дверь автомобиля со своей стороны.

Они столкнулись у двери в квартиру Нади. Олег и Алиса только поднялись на этаж, а эти двое уже были там. Мужчина и женщина. Чем-то неуловимо похожие, оба немного возмущенные и в большей степени испуганные. Или встревоженные. Вот только тревога бывает разной. Иногда люди еще только подозревают о том, что впереди есть что-то пугающее. В другом случае тревога становится следствием свершившегося действия. У этих двоих тревога была другой. Они оба уже интуитивно поняли, что именно случилось, но еще не хотели в это верить.

Олег при виде их нахмурился. Да, он планировал встретиться с родными Надюхи, но только когда сам назначит эту встречу. И не потому, что к этому ему надо подготовиться морально. К такому никто и никогда не сможет быть готов. Просто у полицейского еще не было ответов на те вопросы, которые точно зададут родственники. Теперь встреча станет… просто тяжелой эмоционально. Для обеих сторон.

Хель никогда в таких встречах не участвовала. Она подозревала, как это тяжело, но за неимением опыта всех нюансов не знала. Пока девушка лишь рассматривала родных погибшей подруги с некоторым любопытством, будто пыталась соединить их образы с самой Надюхой.

Сначала Алиса обратила внимание на мужчину. Он казался… простым. Какой-то уютный. Неяркий, но опрятный, в меру усталый. Как это ни смешно, но у него было честное лицо и далеко не глупый взгляд. И в нем застыли тоска и отчаяние.

Женщина была очень похожа на Надюху. Не просто родственное сходство, а нечто большее, неуловимое, но важное. Что-то в осанке, в движениях – а женщина в принципе не могла стоять спокойно. Распущенные волосы, как у Надюхи, которая просто ненавидела прически с хвостами или косами. Та же манера одеваться. Даже если бы Алиса не знала, что у подруги есть сестра, сейчас она бы не сомневалась в их родстве. Но в то же время… как же они были не похожи! У Надюхи всегда светилась улыбка во взгляде. Некое доброжелательное, располагающее выражение. Ее сестра выглядела недовольной и капризной и еще немного грозной. Такую Мышкой точно не назовешь. Надюха иногда бывала усталой. Потрудившейся и довольной результатом. Эта женщина излучала вселенскую вековую усталость и раздражение.

– Вы из полиции? – нарушил затянувшуюся паузу мужчина. Как-то нервно, но с надеждой.

– Начальник отдела специальных расследований, – сухо представился Олег и неохотно шагнул ближе.

– А вы – родственники Нади? – вежливо поинтересовалась Алиса, стараясь как-то сгладить неизбежный страшный момент.

– Вадим, – кивнул ей мужчина. – Надя моя… как это называется? Заловка? Сватья? Короче, она сестра моей жены.

– А вы Ольга. – Алиса постаралась улыбнуться, снова как можно более доброжелательно и мягко.

– Почему тут опечатано? – В тоне женщины прозвучал вызов. – У моей сестры неприятности?

В ее облике все говорило: она ничего другого не ожидает.

– С Надей все в порядке? – более тактично выразился ее муж.

– Здесь не место для таких бесед, – решил Олег. – Лучше войти в квартиру. Все равно у меня к вам обоим будут вопросы.

Хель с интересом ждала реакции. По ее глубокому убеждению, Олег выбрал правильный тон. Эти двое… настораживали.

– Если Нади нет, как войти? – с претензией осведомилась ее сестра. – У меня ключей нет!

– Будьте любезны, – с сарказмом выдал полицейский. – Позвольте мне открыть дверь.

И он достал из кармана связку Надюхиных ключей. Этот жест возмутил сестру убитой. Казалось, она сейчас просто взорвется. Но Вадим аккуратно ухватил жену под локоток, заставляя ее отойти в сторону.

– Заходите. – Олег распахнул дверь. Ольга окинула его возмущенным взглядом и гордо прошла внутрь квартиры.

– Она жива? – тихо спросил Вадим, придержав Олега за рукав.

Впервые с момента встречи с этими людьми полицейский растерял всю свою обычную холодность. Он устало закрыл глаза и отрицательно качнул головой.

– Черт! – Вадим зажмурился, как от боли. – Надя…

Олег удивился. Пока из обоих этот в принципе не совсем уж близкий и не кровный родственник переживает о смерти Надюхи больше, чем ее родная сестра. Это настораживало еще больше. Полицейский вопросительно посмотрел на свою напарницу. Хель пока не спешила входить вслед за Ольгой. Но теперь кивнула и отправилась в квартиру.

– Покурим? – коротко предложил Вадиму Олег.

Тот кивнул с явным облегчением.

Ольга сидела на скромной полуторной кровати сестры. Как-то неловко сдвинув колени, сложив руки в наполеоновской позе.

– Всегда с ней одни проблемы, – ворчливо сообщила она Алисе.

Хель посмотрела на женщину через плечо и пошла к книжным полкам. Что-то было не так. В этой Ольге. Настораживающее.

– То этот ее роман века, – раздраженно перечисляла женщина. – А потом больницы и психотерапевты! То этот чертов центр!

Ольга брезгливо поморщилась. Алиса подавила тяжелый вздох. Девушка сразу обиделась за погибшую подругу, готова была ее защищать, язвительно, хлестко… Только интуиция подсказывала: спешить не стоит.

– Вечно она кому-то помогает, – продолжала в том же тоне сестра Нади. – То эти болезные девицы ее, то полиция… Какая из нее полицейская?

– Весьма неплохая, – как бы в никуда заметила девушка, потому что ответа от нее явно ждали.

Нет, все-таки эта Ольга не то чтобы ей не нравилась. Просто… она вызывала странное чувство жалости. Хотя вроде бы и не с чего.

– Хорошая? – Женщина нервно дернула плечами и поджала губы. – И чем это закончилось? Снова кого-то спасала под пулями? И вот…

Хель только успела сообщить сестре Нади о факте смерти. И тогда началась эта обличительная речь. Подробностей она пока не спрашивала. Но сейчас… Хель с сожалением посмотрела на нижнюю полку, где стояли еще романы Краева, и потом обернулась к Ольге.

– Ее убили не из-за работы, – уточнила Алиса, стараясь говорить мягко, сочувственно.

– Еще хуже, – с упреком прокомментировала сестра погибшей. – Даже не из-за работы… Но вот мне интересно: о чем Надька думала, а? Как теперь-то… Как я дочкам своим скажу, что их тетки нет? Что она умерла…

Ольга явно распаляла себя. На последних словах почти перешла на крик. Скандальный, вызывающий… И вдруг сорвалась. Алиса видела, как женщина вдруг прикрыла глаза, вся будто сморщилась… Как задрожали губы Ольги.

– Как я им скажу, что не досмотрела… Не уберегла… Сестренку…

Ольга зарыдала. Горько, откровенно, жалобно. Стыдливо прикрывая рот рукой.

Девушка облегченно вздохнула. Пусть все-таки так… В какой-то момент Алиса почти поверила в то, что сестра Надюхи бессердечная стерва. Но когда женщина начала заводиться и переходить на крик…

Каждый переживает горе по-своему. Кому-то нужно прижаться к стенке в темноте и побыть одному, пока первая боль не уляжется, не отпустит сердце. Кто-то ищет поддержки и цепляется за других. Кто-то злится. Как сама Хель и Олег. Но… этой женщине проще было выплеснуть свое горе через обиду… не на сестру, не на ее выдуманные прегрешения, а на саму смерть…

– Держите. – Алиса достала из сумки пачку бумажных платков. – Ну-ну, тихо…

Она сама поразилась, насколько ей удалось быть ласковой с Ольгой. Преодолевая некую собственную нелюбовь к нарушению личного пространства и прикосновениям незнакомцев, девушка все же приобняла плачущую сестру подруги. При этом думая, что ей самой это бы не помогло. Не помогает и сейчас…

– Как так-то, а? – жалобно спрашивал Вадим. Он нервно курил, сидя на корточках возле подъезда. До лавочки было всего два шага, но мужчина ее не замечал. – Надюшка… Как же так! Она же… Да ведь, если что, если беда… Надо было только позвонить!

Олег раздраженно вздохнул. Во-первых, он три года назад бросил курить. Но запах сигарет иногда вдруг вызывал резкий приступ тяги к табаку. Полицейский не любил, когда на него что-то давит. А во-вторых, его бесило ощущение какой-то собственной беспомощности и чувства вины. Он тоже недоглядел… А ведь как этот Вадим прав. Надюха могла просто позвонить! Начальник отдела прекрасно знал, что его номер стоит у Надюхи в быстром дозвоне. Но она не позвонила…

Полицейский нахмурился. Мысль была важной.

– Значит, она не имела возможности это сделать, – сказал он. – Ей не дали.

Значит, убийца знал не только то, кто такая Надя, но и то, что она может вызвать помощь. Действовал очень быстро…

– Не было… – Вадим вцепился себе в волосы. – Черт! Но ведь она обещала! Что при малейшем намеке будет звонить!

– Когда обещала? – быстро спросил Олег.

– Тогда еще, – убито пояснил мужчина. – В тот раз…

– Надя всегда была такой… светлой, – рассказывала Ольга.

Женщина выплакалась, но еще иногда всхлипывала и утирала платками лицо. И при этом все больше походила на сестру.

– Скромненькая такая, а глаза поднимет, улыбнется… В ней огонек был. – Она попыталась улыбнуться, но тут же снова поджала губы, вспомнив былую обиду. – За ней тогда парни стаями ходили. Я завидовала. У нее и фигурка ладная, и волосы шикарные, и личико милое. А мне на диетах неделями сидеть надо было, чтобы в 44-й размер влезть.

Алиса бесцельно моталась по крохотной комнате, как накануне ее друг Денис. Она не считала нужным как-то комментировать рассказ сестры Нади. Девушка не умела успокаивать. А лишние слова и лесть… В этом Хель в принципе не видела смысла. Да и зачем подталкивать то, что движется само.

– И тогда появился он, – продолжала Ольга. – Георгий. Вернее, Георг. Богатый, взрослый, такой… обаятельный. А ведь это я встретила его первой!

Алиса лишь приподняла брови, слегка удивившись. В тоне женщины прозвучало нечто… Гордость, что такой мужчина обратил на нее внимание, хотя Ольга прекрасно знала, чем закончилось для сестры знакомство с этим «обаяшкой».

– Но как только он увидел Надюшку, я отошла на второй план. – Детской обиды меньше не стало, но появился упрек, даже отголоски злости. Уже не на сестру. – И полетело у них. Конфеты, букеты, дорогие шмотки, украшения… Я была против, когда Надя решила переехать к нему. Рано ей. Но… Она выглядела такой влюбленной! А он уверял, что сможет о ней позаботиться лучше, чем я. Конечно! – Она взмахнула руками, и в тоне появилась нотка горечи, теперь уже иной, своей. – Я-то тогда на двух работах пахала, чтобы нас с сестренкой содержать! Денег хватало на еду и секонд-хенд. А еще Наде учиться надо было, поступать. И они уехали.

Ольга помолчала, но потом продолжила:

– Сначала она и приезжала часто, и денег присылала даже. – Похоже, второй момент был для сестры важнее. – Но… Надюшка как будто поблекла тогда. Стала молчаливой и робкой. Но ничего не говорила. Нормально, и все. А потом ее подружки как-то забегали в магазин, где я работала. Спрашивали, чего она пропала, даже не звонит и не отвечает в соцсетях.

– Подруги? – Алиса знала, что будет в этой истории дальше, и не хотела это слышать. А вот контакты Нади могут оказаться важны для дела. – У нее было много подруг?

– Да, одноклассницы, – отмахнулась Ольга. – Маринка, Светка и Галька. Но Светка уже тогда нос воротила. Особенно после всего этого. Маринка уехала с мужем куда-то на север. А вот с Галкой Надюшка вроде бы еще дружит.

Снова судорожный вздох и всхлип. Ольга поняла свою ошибку. Дружила…

– А как вам удалось тогда спасти Надю? – поторопила Алиса. Ей очень хотелось побыстрее завершить эту тягостную встречу. И забрать книги…

– Не мне. – Снова поджатые губы и недовольный вид. – Вадьке. У меня не было сил и возможности ее искать. Я одна… У нас нет никого. А Вадька, к счастью, только из армии вернулся. Встретила его… Сказала все. Он и нашел…

– Да я же Надюшку и Ольку с детства знаю! – уверял Вадим. – Мы жили буквально крыльцо в крыльцо. Это же деревня! А… Частный сектор, так правильно называют.

Олег кивнул. Он знал, что Надюха была прописана у сестры как раз в таком вот частном секторе. И полицейский без труда представил это соседство.

– Всегда дружили, – продолжал мужчина. – Они и в армию меня вместе провожали. И ждали… Хоть они… У меня же мать пила страшно, а отец смотался давно. Только девочки мои и ждали. А дождалась только Ольга. Пришел – Надюхи нет… Сестра сначала молчала, но потом я настоял. Ольга и рассказала. Что уехала Надька, совсем изменилась, пугливая стала и несчастная. Что видела у нее синяки на руках и ногах. Что пропала теперь уже совсем… – Вид у него стал скорбным, но в глазах появилось нехорошее расчетливое выражение. Мстительное.

– Как ты ее нашел? – коротко поинтересовался полицейский.

– Не важно, – дернул плечом Вадим. – Это уже не важно. И тогда не было… главное, я успел. «Скорую» вызвал…

Его передернуло.

– Я понимаю, ты многое видел. – Мужчина мазнул взглядом по Олегу. – Работа такая. Но там… Кровищи было… И Надька… А ведь кровь ее! Лицо вдрызг. Синее все, с черным. Дышит… я тогда только на это надеялся. Она дышала! С хрипами, страшно… Но она дышала! Я всю дорогу об этом только и думал, пока ее вез. В «Скорой». И врач сказал, что должна выкарабкаться. Тогда она смогла… А теперь…

Он снова закрыл лицо руками.

Олегу все это нравилось с каждой минутой все меньше. Полицейский слишком хорошо понимал эту бессильную ярость Вадима, его горечь. Но… начальник отдела себе такого позволить не мог. Да и не хотел. Этим Надюху точно не вернешь и убийцу не выследишь. Расчет Олега на то, что этот родственник убитой хоть что-то знал о возможной причине, почему Надюху убили, провалился. Или… все же надо уточнить. Только сначала как-то резко этого мужика собрать.

– Сдается мне, – задумчиво выдал полицейский, – ты выбрал не ту сестру.

Подействовало. Вадим резко выпрямился, изменилось и выражение лица.

– Не ту, – чуть помолчав, сознался он. – Хотя… Да. Надюшку я любил всегда. Лет с двенадцати. Детская не проходящая влюбленность. Когда вырос и в армию ушел, все мечтал, как вернусь к ней.

Он тяжело вздохнул и наконец-то встал, разминая затекшие от сидения на корточках ноги.

– Но когда пришел, все уже было иначе, – продолжал Вадим сухо. – Надюшка выбрала другого. Неудачно выбрала. От слова «совсем». Хотя даже после всего этого я еще надеялся. Только она… – Мужчина болезненно поморщился. – Она даже касаться себя не давала. Даже если случайно. Сжималась вся, вздрагивала. Надя знала – я никогда не причиню ей вреда. Только этот гад из нее все нормальное женское выбил. Сломал девчонку. И… Ольга всегда на меня засматривалась. Я и решил… Теперь мы все равно семья. У нас с Ольгой дети, дом. Все в норме. И Надюшка рядом. Хоть так…

Он обреченно вздохнул и пожал плечами.

– Зато все и всех устраивает, – закончил Вадим.

– Всех? – переспросил Олег, криво улыбнувшись. – Тогда почему Надюха уехала?

– Тут как-то пусто, – вдруг заметила Ольга, более менее успокоившись и окинув квартирку сестры взглядом. – Будто чужое все.

Алиса удивилась.

– Вчера был обыск, – заметила она суховато. – Мы забрали Надюшины вещи. И теперь так… А что? Вы раньше сюда не приходили?

– Зачем? – пожала плечами Ольга. – Надька тут работала!

Она нервно усмехнулась.

– Ее очередная блажь, – устало пояснила сестра. – Жила у нас, все нормально было. А тут… Собралась снимать эту конуру. Сказала, до работы ближе. Но это чушь.

Алиса нахмурилась. Она помнила, что Надюха переехала в эту квартиру буквально полгода назад. Подруга как-то случайно упомянула в одном из их многочисленных разговоров ни о чем.

– Но у вас есть какие-то предположения, почему она сняла эту квартиру? – вкрадчиво стала выспрашивать девушка. – Вы же близки были с сестрой. Растили ее…

– Были близки, – неохотно кивнула Ольга. – До Георга. А потом… Надька как зверек. Вроде ручной, улыбается, кивает. Жили хорошо. Она и зарабатывала неплохо, и по дому помогала. Девочки мои в ней души не чаяли. Надя с ними всегда возилась. Но вот о себе… Спросишь – только улыбнется, скажет «все в порядке». Или просто переведет тему. Закрытая она.

– Но что-то же должно быть! – настаивала Алиса. – Просто так такие девочки из дома не уходят.

– Центр, – нехотя выдала Ольга. – Все тот же центр, где сестренку в порядок приводили после Георга. Реабилитационный. Для жертв насилия. Надька туда часто ходила. И когда в академии училась, и потом. Волонтер…

Она тяжело вздохнула в очередной раз, но уже не стала неприязненно поджимать губы.

– Наверное, ей так и правда было лучше, – призналась сестра. – Там такие же девочки. И… они друг другу нужны. Я думаю, Надя сюда из-за них переехала. Ну… – Женщина беспомощно взмахнула рукой. – У нас хозяйство, дети. Вадим… Мужик все-таки. Те… из центра, могли его смущаться. И еще Надя что-то делала по просьбе врача. Той женщины, что ей помогла тогда.

– Психолога? – уточнила Алиса. – Надюшка сама классный психолог. Так в этом дело? Она что-то писала? Научная работа?

– Не знаю, – честно призналась Ольга. – Наверное. Сестренка все с какими-то блокнотами ходила, что-то там писала. И… Она же тут книги не держит? А Надька без книжки… это странность! Но тут их нет. Значит, работала. Она же упертая и решительная. Не отвлечешь, если что.

Алиса улыбнулась. Впервые за весь этот разговор. Искренне, тепло.

– Упертая, это точно, – признала она. – Тихой сапой через все преграды. Это она умела.

Ольга кивнула. На ее лице появилось странное выражение. Будто она только что сообразила, что Алиса и Надя были знакомы.

– Ну, – смущенно заметила сестра погибшей, – не важно… Пусть и работала. Главное не это. Тут Надька все-таки одна. Без нас. И вот наконец-то нашла себе кого-то! И есть куда привести!

– А вы его видели? – Про себя Алиса молилась, чтобы Ольга сейчас не подумала, что тот «кто-то» и мог убить ее сестру.

Ольга только помотала головой.

– Видел я его, – признался Вадим, – Надюшкиного нового. Издали. Он как-то за ней заезжал к нам. Но она не знакомила нас.

– Почему? – Олег догадывался о настоящей причине, но хотел знать версию своего собеседника.

– Сглазить боялась, – усмехнулся Вадим. – Сама сказала. Я же видел: она в последнее время ожила. Глаза снова заблестели. Перестала сохнуть по безопасному варианту.

– Что? – Полицейский был немного выбит из колеи.

– Она так делала раньше, – чуть смутился Вадим. – Влюблялась в тех, от кого ей точно ничего бы не перепало. Говорила, так спокойнее. Просто надо привыкнуть не бояться мужиков. Кстати… – Мужчина посмотрел на начальника отдела недоуменно: – Ты же Олег? Она вроде и тебя упоминала…

Наконец они уехали. Олег и Алиса проводили родственников Нади, уверив их, что, конечно, будут держать в курсе расследования. Когда за ними закрылась дверь квартиры, оба вздохнули спокойнее.

– Можешь оценить шторм по десятибалльной шкале, – предложил Олег вместо вопроса «как ты?».

– Вряд ли, – подумав, призналась Алиса. – Честно, не разобралась даже. Сначала эта Ольга казалась невыносимой бесчувственной сукой, а потом…

Девушка пожала плечами.

– Знаешь, когда она заплакала, – продолжала она. – Я вдруг так остро ощутила, что Нади больше нет…

Олег нахмурился. Ему это не понравилось. Нет, он не боялся, что его напарница сейчас расклеится. Он просто не любил, когда ей было плохо. Сам полицейский лечил свои душевные раны просто. Он приходил в дом Хель, обнимал свою подругу, чувствовал ее тепло, и становилось легче. Сейчас это же нужно было ей. Но… гордая Королева Мертвых так себя не вела. Возможно, потому, что полицейский никогда не давал ей возможности так поступить. Как теперь дать ей понять, что он готов помочь?

– Я растерялась, – продолжала девушка. – И, наверное, не спросила у Ольги многое из того, что положено узнавать. Ну, там… где она была вчера, когда последний раз видела сестру. Полицейские вопросы.

Алиса усмехнулась. Очень натянуто. Олег просто чуть раскинул руки, приглашая ее к себе. Ему было приятно, когда в глазах Хель мелькнуло удивление, но потом девушка шагнула к нему в объятия, обвила его шею руками, уткнулась лицом ему в грудь.

– Пользуйся на здоровье, – тихо прошептал он. – А что до вопросов… Оно и хорошо. Их допросят позже. Глаз или Витька. Я не хочу, чтобы это делала ты или Валька. На всякий случай.

– Ты их подозреваешь? – В ее тоне не было удивления.

– Вне подозрения только ты и сотрудники моего отдела, – весомо заявил полицейский. – И то только потому, что у вас всех подтвержденное алиби.

Хель чуть отстранилась и слушала его с ироничным интересом.

– Это поганое дело, – недовольно поморщившись, продолжил Олег. – И не только потому, что погибла Надюха. Это классический вариант поганого дела. Слишком малый круг общения жертвы. Но при этом хорошо спланированное преступление. Убийца рядом, но вычислить его очень трудно.

– Такой же классический вариант, как «Десять негритят» или убийство в закрытой комнате? – предположила девушка.

– Оба случая – чисто литературные преступления, – надменно усмехнулся полицейский. – Логические задачки для любителей жанра.

– Кстати, о жанре. – Хель отступила от своего напарника. – Может, уже заберем то, за чем пришли?

Он снова поморщился, вспомнив, почему вообще согласился ехать сюда. Книги. На которые указала Хель и… погибшая невеста самого Олега. Он достал из кармана перчатки, заранее подготовленный пакет для улик и неохотно подошел к стеллажу.

– Их тут всего-то три, – осматривая книги, заметил он. – Ты говорила, в цикле должно быть шесть романов.

– А ты говорил, что мы ищем не маньяка, и все это не имеет значения, – возразила Хель. – Кстати, Ольга даже не знала, что тут есть эти детективы. Она сказала, вся библиотека Надюшки хранится у них в доме. Сестра считала, что здесь Надя только работает.

– Идем отсюда. – Олег упаковал книги, и больше его в квартире погибшей подчиненной ничего не задерживало. Здесь было слишком мало места. И как-то… неуютно. – Я хочу быстрее вернуться в отдел. Если хочешь, могу сам сесть за руль.

– Я не парализованная и не безумная, – надменно отреагировала его напарница. – Моя машина, я и вожу.

Полицейский даже не стал это комментировать.

7

На этот раз в дороге он сам вернулся к обсуждению расследования.

– Ты сказала, что вначале сестра Надюхи вела себя как бесчувственная стерва, – напомнил Олег.

– Да. – Девушка сразу поняла, к чему этот вопрос. – Все выглядело очень естественно. Ее упреки, ворчанье, слезы. И вообще, они не могли дозвониться до Нади, потому пришли ее искать. Все выглядит натурально.

– Слишком натурально, – уточнил полицейский. – Вот… Давай сыграем. Представь, что ты решила убить кого-то из своих родственников.

– И кого мне убивать? – иронично поинтересовалась Хель, на миг оторвав взгляд от дороги, чтобы послать напарнику усмешку, очень похожую на его собственную фирменную. – Мама и отчим в Италии. Это трудно. Сестер и братьев у меня нет. Даже двоюродных. Ваньки тоже теперь нет.

– Хорошо. – Теперь и он позволил себе кривую ухмылку. – Забудь про родственников и близких. Давай представим, что ты решила убить меня.

– О! – Идея подняла девушке настроение. – Щедро! И интересно… Сейчас.

Она аккуратно вписала автомобиль в дорожный поток на центральном проспекте города и только после этого вернулась к разговору.

– Ну, тебя я бы точно не убивала бы в своем доме, – стала рассуждать Хель. – Во-первых, по-любому, последствия и грязь убирать пришлось бы мне. И еще это слишком подозрительно.

– Логично, – одобрительно признал полицейский.

– Лучше всего это сделать где-то на пути от твоего управления до моего дома, – продолжала девушка. – Рискованно, но… Я позвонила бы тебе, попросила зайти в магазин. Ну, не знаю! Майонез купить!

– Ягоды или фрукты, – подкорректировал он. – Ты не ешь жирные соусы.

– Пусть так. – Идея убийства увлекала ее все больше. – Ты слишком гордый, чтобы брать такси и проезжать всего два квартала до дома. Тут и стоит нападать. Выбраться с моего участка незаметно можно через задний двор. Ведь напротив калитки – камера. Пройти по соседней улице, на перекрестке встретить тебя. Выстрелить из-за угла.

Она насмешливо скривила губы.

– Вот и все. – Хель была довольна. – Потом вернуться, закопать где-то оружие. По дороге, естественно. Как и перчатки и какой-то там защитный костюм.

– Продуманно! – Олег явно развлекался. – Столько деталей! Все, что нужно, чтобы на тебе не нашли следов пороха. Главное, если до такого дойдет, чтобы ты ничего не забыла.

– Я бы на твоем месте старалась вести себя паинькой, чтобы как раз до этого и не дошло, – заметила девушка в ответ.

– Ужин по-прежнему за мной, – усмехнулся он. – Ладно, и завтрак тоже. Так, что потом?

– Все просто. – Алиса казалась беспечной. – Часа два на якобы ожидание, а потом звонок в отдел, беспокойство в трубку, немного истерики, и все дела!

– Бинго! – Олег одарил ее самой едкой из своих усмешек. – Попалась! Именно этого я и ждал. Смотри, та же логика. Ты убийца. И ты разыгрываешь беспокойство. Делаешь такой естественный первый шаг!

– Вот оно что! – Напарница поняла его сразу. – Но это не правило и не норма. Только один из десятков возможных вариантов.

– Но зато ты понимаешь, что я имею повод их подозревать, – уже серьезно заметил полицейский. – Хотя, если честно, мне больше не дает покоя этот центр. Я хочу знать об этом заведении все.

– Приехали. – Алиса припарковалась на стоянке управления. – Я за любую информацию. Только бы не было больше плохих новостей.

Когда они поднялись на этаж, где располагался отдел, и вошли в общую комнату, Олег второй раз за день учуял запах табака. И тут же ощутил резкое желание закурить, даже привкус горького дыма во рту.

Это снова вызвало у него приступ раздражения. Начальник грозно посмотрел на Валентину. Олег знал, что оперативница иногда курит. Он сам пару раз позволял себе сигарету в тот короткий период, когда проводил ночи с Валькой. Оперативница знала, как начальник ненавидит запах табака. Обычно она виновато улыбалась, когда Олег заставал ее, но сейчас в ее ответном взгляде был лишь упрямый вызов. Как и у Серого. Похоже, эти двое только что вернулись из курилки.

– Что еще плохого? – обреченно поинтересовался начальник отдела.

– Да вроде пока ничего, – ответил Серый как-то жалобно. – Только новых непоняток выше крыши.

– А еще меня, похоже, решили заточить в отделе, – воинственно пожаловалась Валька.

Олег кивнул.

– Жить хочешь, тут посидишь, на пару с Хель, – решил он. – Мне начать злиться?

Вопрос явно был адресован компьютерному гению. Начальник напоминал, что не любит задавать очевидные вопросы.

– Витя уехал разговаривать с теткой, которая сдавала ту квартиру, – стал докладывать Серый, чуть успокоившись. – Перевод был на карту. Хозяина счета я тебе через пару часов назову. Но что-то мне подсказывает: это та Катя, которая звонила Мышке вчера. И вот это уже непонятно! Потому что сейчас эта Катя не отвечает! Абонент не абонент.

– И ее поехал искать Глаз, – подхватила успокоившаяся Валька. – Мне остались только камеры. И там, у той квартиры, никакой Кати не было. Зато я могу показать вам убийцу.

Оперативница указала на экран своего ноутбука. Хель взглянула в указанном направлении, по-кошачьи сощурилась, а потом насмешливо хмыкнула.

– Понятно, – проследив за ее реакцией, сказал Олег язвительно. – Дай угадаю. Мужик неопределенного возраста в джинсах, куртке неярких цветов, в бейсболке или капюшоне. С сумкой в руках или с рюкзаком.

Валька только развела руками.

– Никто не говорил, что будет легко, – в тон отозвалась она. – Ну, конечно, можно было бы попытаться вычислить его рост или еще что-то… Если это вообще мужик… А так, рюкзак обычный, куртка тоже, родинок на пол-лица нет, да и самого лица все равно не видно. Даже цвета волос не разберем. И ко всему прочему, он или она пришел пешком. Тачку или такси тоже искать бессмысленно. Ну, разве что там какой-то логотип на рюкзаке невнятный.

– Знак ГТО на груди у него, больше не знают о нем ничего, – процитировал начальник отдела Маршака.

– Вот нет, начальник, – заспорил с ним Серый, почему-то мотаясь по комнате и даже не пытаясь подобраться к своему ноутбуку. – Был бы этот самый значок, мы уже имели бы список подозреваемых. Сейчас это просто узнать. Потому что сдать этот самый ГТО не так легко и…

– Я понял, – успокоил его Олег. – Неудачный портрет убийцы и неопределенная Катя, это все странности?

– Нет. – Валька аккуратно прошла мимо Хель, все еще стоящей у стола. – Могу сказать еще кое-что. У дома Надюхи тоже есть камеры. И тут кое-что интересное.

– Мы знаем, когда она отправилась на ту квартиру? – предположила Алиса. – В те же пять часов после звонка неуловимой Кати? Потрясающе легко просчитываемая новость.

– И это тоже, – кивнула ей оперативница. – Хотя если уж для писательницы недетективных романов это не сенсация, то что говорить о нашем скромном отделе! Но Надюха на самом деле ушла из дома после этого звонка. Важно и интересно другое…

– Надька не ночевала дома, – подхватил Серый, продолжая нарезать круги перед доской.

– И вернулась она в свой дом вчера только в восемь утра, – закончила Валька, выводя на экран нужную запись с камер. – Вот она. Такая живая… Радостная…

– Радостная, – согласилась с ней Алиса. – Ага… А как мы знаем со слов ее родных, у них дома Надюшка тоже не появлялась…

– И твой дружок уверял, что Надюха влюблена, – напомнил Олег своей подруге. – Вот только ее любовником вроде был друг Витьки.

– Друг, который в командировке, – продолжила Хель его мысль.

– Который точно в командировке, – уточнил Серый. – Витька перед уходом к тетке это еще раз подтвердил. Да и я проверял.

– Значит, мы далеко не все знаем, – сделал очевидный вывод начальник отдела. – Но! В Надюхином телефоне номера лишь двоих мужчин. Вадима и этого Витькиного друга. Может, это был просто веселый затянувшийся девичник?

– У нее слишком довольный вид для этого, – снова рассматривая изображение на экране Валькиного ноутбука, возразила Хель. – И не надо говорить, что мой жизненный опыт к делу не пришьешь. Она явно провела ночь с мужчиной. И хорошо провела.

– Согласна, – поддержала подругу оперативница. – Хотя мой жизненный опыт в этих делах точно можно было бы зачесть за мнение эксперта. Но у нас есть и другие доказательства. В смартфоне Мышки нет никаких переписок о девичнике. Да и с кем ей гулять?

– Явно не с той же Катей, – задумчиво предположил Олег. – Что вы там говорили про общение Нади в Сети? Форумы? Чаты? Если этого нет в смартфоне, то…

Он обернулся к Серому:

– Мне нужно тебе приказывать заняться ее ноутбуком?

– Сам был бы рад! – нервно заявил парень и смешно всплеснул руками. – Но…

Он указал на черный экран этого самого ноутбука, стоящего на столе.

– Я думала, это твой, – миролюбиво сказала Алиса. – А что с ним? Он умер? Это было бы реальной странностью.

– Он жив, но спит, – угрюмо отозвался Серый. – Глубоко и беспробудно. Потому что я уже полтора часа не могу подобрать к нему волшебного слова. Зачем только я научил Надюху составлять сложные пароли!

Олег нахмурился.

– И что? – спросил он без раздражения и даже с любопытством. – Совсем никак? А в смартфоне нет заметок? Еще Надюха обычно вела блокнот. Если сам не можешь, плюнь на гордость, подсмотри.

– Уже давно плюнул, – признался парень. – Но в смартфоне точно нет. В ее ежедневнике тоже. И только не надо об очевидном! Там еще гора блокнотов, я знаю! Собираюсь посмотреть…

– Морально зреет, – почти весело уточнила Валька. – Мне делать нечего, могу помочь. Хель?

– О нет, – ядовито улыбнулась девушка. – Меня ждет чтение.

– Нет. – За всем этим Олег чуть не забыл о книгах, которые притащил с собой. – Вернее, можешь пока начать читать в электронном виде. С этого надо снять пальчики.

– Думаю, пока Серый может порыться в бумагах и сам. – Валька протянула руку за пакетом для улик, где лежали детективы.

– Занимайтесь. – Олег выдал свою любимую кривоватую усмешку. – Не всем удобно, но бывает. Я у себя.

Ему надо было разобраться с центром реабилитации. Начальник отдела хотел знать об этом месте как можно больше, прежде чем ехать туда на беседу. Он уже почти скрылся в своем кабинете, когда услышал тихое, но ядовитое замечание Хель:

– Он такой красавчик, когда командует, да?

Комментарий явно предназначался Вальке, и та весело хмыкнула в ответ.

– Вы серьезно? – почти со священным ужасом переспросил писательницу Серый.

Олег обернулся. Алиса смотрела на него с нарочитой невинно-милой улыбкой на губах. Начальник отдела распахнул дверь в свой кабинет и сделал приглашающий жест.

– Мне срочно, ну, прямо очень срочно, нужно снять пальчики с этих книг! – Валька тут же поспешила к выходу из общей комнаты, стараясь, чтобы ее начальник не видел веселой улыбки, которую она пыталась скрыть. Серый всем своим видом показывал, как он уже успел углубиться в поиск пароля от спящего ноутбука. Олег мог поклясться, что подчиненный тоже с трудом прячет улыбку.

– Мне еще покомандовать? – спросил полицейский Алису.

Она только чуть мотнула головой.

– Сейчас не время и не место, – сообщила девушка иронично. – Потом рассчитаешься. Я буду ждать Валю в допросной. И ты же сам говорил, что я предпочитаю читать книги в бумажном виде.

Олег одарил ее фирменной холодноватой улыбкой и наконец-то скрылся в своем кабинете. Он понимал, что должен своей подруге все больше. Ее выходка была наглой, но зато хоть немного выбила Серого и Вальку из их мрачного настроения. Олег усмехнулся, усаживаясь за компьютер. Он с Хель сочтется. Позже…

8

За час мало что изменилось, только Олегу надоело сидеть на одном месте. Прежде чем заняться центром, он проверил одну вещь, о которой они все забыли. Георг, бывший мужчина Надюхи. Тот самый, кто сломал девчонке жизнь и так и не вышел по УДО. Чтобы это узнать, начальнику отдела потребовалось всего пятнадцать минут. И новость его удовлетворила.

Пусть Надюхи уже нет, но то, что этот урод еще сидит, и вряд ли с комфортом при его-то статье, полицейского порадовало. А еще Олег был доволен тем, что получил фактическое подтверждение своих умозаключений. Подозревать Георга в убийстве Мышки было бы слишком просто. А в этом деле явно мало простого.

Еще за полчаса начальник отдела выяснил, что реабилитационный центр для женщин, попавших в трудные жизненные ситуации, существует в их городе уже 12 лет. И за все это время ни разу, ни в каких криминальных историях никто оттуда замешан не был. Естественно, кроме тех девушек, кто попадал туда вынужденно. Центр весьма тесно сотрудничает с правоохранительными органами и имеет отличную репутацию.

За все двенадцать лет с центром, носящим название «Феникс», был связан всего один скандал. Где-то семь лет назад, как и говорил утром на совещании Серый. Олег помнил, что Надюха попала на реабилитацию как раз в это время. Но все же решил проверить.

Когда он все же достал из своего сейфа личное дело Надюхи, в дверь протиснулся Серый.

– Начальник, – с порога заявил он. – Я с наглой просьбой. Но такова судьба. И я не с пустыми руками.

– И какой был пароль? – поинтересовался Олег.

– Потому я здесь. – Подчиненный, явно обрадованный, что разговор сразу пошел в нужном русле, подобрался ближе. – Только сначала… Я сразу-то наглеть не хотел. Сначала пошел к Алисе. Она в допросной с этими детективами… И знаешь, там у нее в книжках текст не только типографский.

Начальник нахмурился. У Серого всегда была эта дурацкая привычка: заставлять задавать лишние вопросы. Все из этого парня надо клещами тащить!

– Там куча заметок на полях, – тут же поспешил исправиться компьютерный гений. – И судя по всему, явно сделанных не Надюхиной рукой. Алиса там разбирается. А я к ней шел спросить. Вы же ездили к Мышке домой. Ты говорил, что по дороге захватишь еще и Надюхину медкарту…

Олег нахмурился еще больше. Конечно, из-за незапланированной встречи с родственничками, очередных обнимашек со своей мертвой невестой и вообще из-за всего на свете о карте начальник отдела напрочь забыл.

– Понял, – тут же отреагировал на его выражение лица подчиненный. – Да вообще-то Алиса уже сказала, что вы ее не привезли. Только вот ей медкарта тоже почему-то нужна. Она просила позвонить Глазу, может, он захватит.

Раздражение начальника отдела немного поулеглось. Вообще, у Хель тоже был номер телефона Соколиного Глаза. И девушка вполне могла попросить об услуге детектива сама. Но Алиса никогда не считала нужным лезть в расследование без ведома своего друга жизни. Это его вотчина, даже если Хель выступала в роли консультанта. Она уважала границы. Даже если Олег их и не проводил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.