Эл Соло
Кризис

Глава первая

Кендис пришла на вечеринку одна, она это ненавидела, но, пообещав, не смогла отказаться. "Это всё Мартин виноват, – сердито подумала Кендис. – Нас обоих пригласили, а у него внезапно возникла эта дурацкая командировка. На подобные вечеринки замужние женщины должны приходить с мужьями".

Несмотря на то, что Кендис знала многих гостей, ей было одиноко. Практически все, пришедшие на вечеринку, были всё ещё в поисках вторых половинок, и уже разбились на парочки. "Все прекрасно проводят время, кроме меня, – подумала она. – Чёрт, у меня депрессия. Депрессия? Нет! Вот жизнью своей я недовольна. Какая-то она скучная и заурядная. Мне казалось, что в двадцать восемь лет, в самый расцвет, жизнь должна быть наполнена потрясающими событиями. Где это всё?"

Молодая женщина не понимала, откуда приходят эти грустные мысли. С внешностью у неё всё в порядке. Когда она шла по улице в обтягивающем платье, мужчины оборачивались. Великолепное тело, длинные ноги, упругая задница и невинное личико.

Однажды Мартин сказал, что у неё лицо ангела и тело шлюхи. "Когда же он это сказал? Точно, в день нашей свадьбы. Господи, кажется уже прошло пару тысяч лет. Последнее время он редко смотрит на меня, а о комплиментах можно и не говорить. Теперь всё свободное время Мартин тратит на работу, дерьмовую работу, которая швыряет его из города в город. Кто-нибудь должен установить по всей стране огромные рекламные плакаты, советующие женщинам никогда не выходить замуж за менеджеров по продажам огромных корпораций. И можно добавить туда ещё несколько десятков профессий".

Кендис не сомневалась, если бы не её работа, она точно свихнулась бы в одиночестве. Работала она в картинной галерее, в центре города. Конечно, у большинства художников не всё в порядке с головой, а покупатели настоящие снобы, но, с постоянно разъезжающим мужем, это было спасением.

Поглядывая по сторонам, Кендис видела, что остальные женщины прекрасно проводят время. Шепчутся с мужчинами, смеются, потягивают коктейли. И выглядят все просто шикарно. Кендис пожалела, что не надела чего-то более смелого, возможно тогда зажатость бы исчезла. "А разве я зажата? – удивилась она. – Чёрт, нужно полегче с этими коктейлями, в них слишком много водки. У меня уже мысли начинают путаться".

Джанет вновь задумалась о том, что на подобные вечеринки нужно ходить только одиноким. Большинство девушек и женщин пришедших сюда явно не имели парней или мужей, по крайней мере, впечатление создавалось именно такое. А все мужчины казались холостяками. Одна из девушек, расположившихся на другом конце комнаты, сидела на полу, демонстрируя всем свои роскошные ляжки. Любой внимательный наблюдатель мог даже увидеть подвязки, удерживающие восхитительные чёрные чулки.

Кендис не носила чулки, поэтому и поясов с подвязками в её гардеробе не имелось. У неё были чёрные колготки, но сегодня она предпочла телесный цвет. И теперь, глядя на ноги, сидящей на ковре девушки, начала жалеть о своём выборе. "В чёрных колготках мои ножки смотрелись бы не менее привлекательно", – подумала она. Самое экстравагантное, что стояло в шкафу Кендис, была пара чёрных туфель на громадном каблуке, но она редко их надевала, поскольку в них она начинала смахивать на шлюху или проститутку.

Почти все женщины на вечеринке были в похожих туфлях. Мартину они тоже нравились. В тот последний раз, когда она надела их в ресторан, после возвращения домой, муж заставил её ходить по комнате, словно модель по подиуму, в одних туфлях. Вначале Кендис смущалась, а затем расслабилась, и начала хихикать. Неприличный показ закончился тем, что Мартин трахнул её прямо на ковре в гостиной.

"Нужно было надеть эти туфли на вечеринку, – подумала Кендис. – Возможно, если бы мужчины больше обращали на меня внимания, я бы почувствовала себя лучше".

– Так-так-так, – раздался мужской голос, – это же королева вселенной – Кендис Леонард. Моя первая и единственная любовь.

– Я слышала, что тебя тоже пригласили, – вздохнула она. – Если не хочешь, чтобы я тебя убила, говори потише.

Этого мужчину звали Эл Горман. Он был художником, и продавал свои работы через галерею, где работала Кендис, его картины хорошо расходились. Приходя в галерею по делам, он постоянно начинал домогаться Кендис. И она вечно его отшивала. На работе, вдалеке от чужих глаз, это было легко. Женщина сомневалась, что на вечеринке всё будет также просто. Она терпеть не могла чужих скандалов. И сама не любила портить посторонним людям настроение.

– Можно присесть?

Женщина кивнула. "Если он будет стоять, то продолжит орать, перекрикивая других гостей".

– Кендис, ты меня ненавидишь?

– Нет.

– Тогда давай отыщем в этом доме кровать, и попытаемся её сломать.

– Перестань, Эл. Я замужем.

– Ты пришла с мужем?

– Нет. Ему пришлось уехать в командировку.

– Вот – наш шанс. Я хочу заставить эти глаза лучиться счастьем.

Началась старая песня: Эл настаивал, а Кендис пыталась отшучиваться. Происходящее, в сущности, полностью повторяло их препирательства в галерее, за исключением одного момента. Мужчина сидел рядом с ней, почти прижавшись, и Кендис ощущала исходящие от него ароматы лосьона после бритья и табака. В привлекательности Элу нельзя было отказать: красивое лицо, густая шевелюра, довольно мускулистое тело.

– Мартин не должен оставлять такую красотку одну, – усмехнувшись, сказал он.

– Я же не Красная Шапочка, чтобы бояться ужасных волков, – парировала она.

– А мне бы хотелось тебя съесть, – сказал Эл, пристально глядя ей в глаза. – Узнать, какая ты на вкус.

Покраснев, женщина стала смотреть по сторонам, пытаясь понять, не смотрит ли кто на них, но остальные гости, похоже, были увлечены собственными разговорами.

Первые несколько минут Кендис пыталась избавиться от Эла, а потом, решив, что против её воли, в полной комнате людей, он всё равно ничего не сможет сделать, позволила ему остаться. К тому же, мужчина он был привлекательный, и мог скрасить её одиночество.

Поэтому, когда Эл приобнял её за плечи, и ткнулся носом в ушко, Кендис не стала отстраняться. Это польстило её самолюбию. Последнее время Мартин редко обращал на неё внимание, и приятно было снова вспомнить эти ощущения.

Неожиданно кто-то выключил верхний свет, правда, в комнате стало не совсем темно, несколько светильников поддерживали приятный полумрак. Тихая приятная музыка, льющаяся из дорогой аппаратуры, навевала на Кендис одновременно грусть и восторг. Она прижалась поплотней к Элу, и, внезапно, тот её поцеловал. Посопротивлявшись несколько секунд, она принялась отвечать. "Не думай о Мартине", – пронеслось у неё в голове. Оказалось, что целуется красивый художник просто великолепно.

Оторвавшись от горячих губ Эла, женщина ещё сильней прижалась к мускулистому мужчине. Пару минут они спокойно сидели, слушая музыку, а затем Эл снова поцеловал Кендис, на этот раз более жадно. Она застонала, когда его язык скользнул ей в рот, а рука накрыла грудь.

Судя по тому, как он поглаживал и сжимал сиськи, она не сомневалась, что Эл, невероятно опытный любовник, знающий, как доставить женщине удовольствие. Виновато она подумала о Мартине. С самой свадьбы она хранила ему верность, и никогда не занималась ничем подобным. "Целоваться и обниматься на вечеринке с другим мужчиной. Я с ума сошла".

Правда, подобная мысль не заставила Кендис протрезветь, и оторваться от мужских губ. Расстегнув пару пуговиц на рубашке Эла, женщина начала водить пальцами по его волосатой груди. Он был более заросший, чем Мартин. Ей нравились волосатые мужчины. Чтобы волос было в избытке на груди, животе и вокруг члена. У Эла на груди был такой роскошный ковёр, что, Кендис не сомневалась, между ног у него заросли ещё гуще. "Что за мысли, я точно схожу с ума, – подумала она. – Нет, это не сумасшествие, я просто ужасно возбуждена".

Продолжая жадно целовать Кендис, Эл тоже расстегнул несколько пуговиц на её блузке, и, запустив в неё руку, снова принялся массировать сиськи. Поскольку женщина не пыталась его останавливать, мужчина потянул одну из чашек лифчика вниз, пока не обнажилась грудь, и начал пощипывать торчащий сосок. Кендис затрясло от возбуждения. Груди у неё были очень чувствительными, и Кендис обожала, когда с ними играют.

Неожиданно она услышала женские стоны. Пытаясь понять, что происходит, как только Эл оторвался от её губ, Кендис обвела взглядом комнату. Несмотря на полумрак, женщина всё-таки смогла кое-что разглядеть. Стонала та девушка, в чёрных чулках, которая раньше сидела на ковре, неприлично широко раздвинув ноги. Сейчас ноги у неё были раздвинуты ещё шире, правда, всё интересное прикрывала голова мужчины.

– О господи, посмотри, – прошептала она Элу.

– Что, возбуждает? – усмехнулся он.

– Мне никто не сказал, какая это вечеринка!

– А что не так? Люди в наши дни делают всё, что захотят, если, конечно, это никому не мешает. Мне бы очень хотелось проделать что-то подобное с тобой. Уверен, ты гораздо вкусней самого невероятного мороженого.

– Ох, Эл.

Усмехнувшись, мужчина расстегнул застёжку лифчика, которая располагалась прямо между упругими холмами. И начал сжимать то одну сиську, то другую. В ухо он шептал Кендис, какое у неё потрясающее тело, и как ему хотелось бы нарисовать её голой. Распаляя женщину, Эл чувствовал, как она всё сильней прижимается грудями к его ладони.

– Обожаю такие сиськи, – прошептал он. – Пойдём, отыщем себе удобную кровать.

– Господи, мы не можем. Послушай, Эл, я замужем. Ты что, не понимаешь? И, вообще, мы уже зашли слишком далеко. Перестань… ох… прекрати меня ласкать… ммммм.

Не обращая внимания на слова Кендис, мужчина наклонился, и, немного оттянув в сторону край блузки, обхватил губами затвердевший сосок. Волна удовольствия накатила, заставив возбуждённую женщину протяжно застонать. Она уже не сомневалась, что скоро отправится с Элом искать кровать. И станет исполнять все его желания.

Когда мужчина всасывал в рот то один, то другой сосок, Кендис завелась настолько, что сама не заметила, как её рука начала искать инструмент Эла. Дрожь прошла по телу женщины, когда кончики пальцев наткнулись на твёрдый холм. "Боже, я сжимаю хуй Эла Гормана, – подумала она. – Блядь, я точно свихнулась".

Женщина уже не помнила, когда была так возбуждена. Проворные пальчики пробежались по твёрдому холму: отыскали головку и прошлись по всему древку. Дубинка у него в брюках была большая. Кендис нравились длинные и толстые. Продолжая ощупывать вставший член, она поняла, что Эл не обрезан, головка формой напоминала шлем. "Все мужчины слишком много думают об этих штуках, – подумала она. – Женщинам важно не много, чтобы член был достаточно толстым и твёрдым". Инструмент Эла совпадал с её запросами. Большая дубинка мощно подрагивал под тканью брюк.

Когда рука Эла поехала вверх по ноге, Кендис, наконец, согласилась отправиться искать свободную спальню. Женщина боялась, что иначе, он трахнет её прямо на этом диване, а она была не такой смелой, как девушка в чулках. Поднявшись, и отправившись к лестнице на второй этаж, они прошли мимо лежащей на ковре парочки. Тот мужчина, который раньше вылизывал киску, теперь уже лежал между раздвинутых ног девушки, резко двигая задом. Сидящие вокруг парочки продолжали потягивать коктейли, обжиматься, и поглядывать на трахающихся. Кендис даже заметила несколько членов, торчащих из расстёгнутых ширинок. Она снова удивилась, что никто её не предупредил о том, какая будет вечеринка. Но сожалеть об этом было поздно. Эл уже тянул её вверх по лестнице. Алкоголь и страсть, смешавшись, превратились в мощный афродизиак, разжёгший в ней безумную похоть.

Отыскав пустую спальню, Эл втянул в неё Кендис, и закрыл дверь. Она была благодарна, что он не включил свет. "Если бы мы занялись этим при свете, я, наверное, умерла бы от чувства вины".

Через пару секунд парочка уже лежала в кровати. Эл снова жадно впился в губы Кендис, засунув язык глубоко ей в рот. Мужская рука немедленно оказалась под юбкой, скользнула вверх по ляжке, и обхватила киску. Некоторое время он поглаживал пухлый лобок, а затем попытался стянуть с Кендис колготки. У него ничего не получалось, и она решила ему помочь. Упёршись пятками в кровать, женщина высоко приподняла бёдра, и Эл легко стянул с неё колготки вместе с трусиками.

– Обнажение, – усмехнулся он. – Обнажение Кендис.

Даже в темноте женщина покраснела, прекрасно представляя, что сейчас произойдёт. Когда она возбуждалась, то начинала буквально исторгать потоки липкого нектара. Кендис всегда этого смущалась. Она протяжно застонала, когда мужские пальцы прошлись по мокрым складкам.

– Ниагарский водопад, – выдохнул он.

– Я не должна этого делать.

– Перестань болтать. Лучше вытащи мой хуй. Расстегни ширинку, и вытащи.

Пока мужчина продолжал играться с киской, Кендис расстегнула ширинку и, засунув туда руку, вытащила член. Большая дубинка подрагивала, словно от нетерпения. Обхватив пальцами ствол, женщина начала двигать рукой, медленно натягивая и стягивая крайнюю плоть с головки. Конечно, ей больше нравились обрезанные, но этот тоже был хорош.

Мужчина лизнул ей ушко. – Как тебе?

– Большой.

– Да, большой. Большая толстая салями для голодной киски. Я уверен, тебе нравятся большие.

Кендис ничего не ответила. Она с наслаждением ощупывала и подрачивала толстую дубину, возбуждаясь всё сильней.

– Мне хочется вылизать тебя, – сказал он. – Я не могу позволить ароматному нектару утекать. Любишь, когда тебя вылизывают? Любишь?

– Да, люблю, – ответила она, уверенная, что Эл дразнит её. "Все женщины это любят". Кендис всегда кончала, как сумасшедшая, когда Мартин нализывал ей киску.

Выдернув член из пальцев женщины, мужчина быстро слез с кровати. В комнате было темно, но, услышав шелест ткани, Кендис догадалась, что он раздевается. Наконец Эл снова забрался на кровать, и вытянулся у неё между ног. Когда он широко раздвинул её согнутые в коленях ноги, Кендис протяжно застонала. А потом мужчина заставил её громко взвизгнуть, накрыв ртом мокрые чувствительные лепестки.

Внезапно она пожалела, что они не включили свет. Ей захотелось увидеть, как Эл выглядит голым. Пробежаться взглядом по мускулистому и очень волосатому телу.

Ощущения от движений языка были чудесными. Горячая лента скользила вверх и вниз, забираясь между мокрыми, липкими складками, практически стирая большую часть вытекающего сока. Ароматного нектара было столько, что Эл смог бы напиться, если бы мучался от жажды. Настоящий Ниагарский водопад.

Возбуждённо женщине хотелось громко взвизгивать каждый раз, когда горячий язык задевал клитор. Куннилингус всегда был самым лёгким способом для Кендис достичь оргазма. С Элом это работало также хорошо, как с Мартином. Наслаждение постепенно росло, а затем мощная волна удовольствия накрыла её с головой. Резко задёргав задом, Кендис кончила. Она продолжала потираться киской об язык, пока не ушла последняя волна.

Наконец Эл оторвался от киски. Привстав, и подобравшись к женщине поближе, он поцеловал её. – Господи, я едва не захлебнулся.

– Прости, я всегда очень мокрая.

– Мне это нравится, – усмехнулся он. – Ты мокрая, а у меня твёрдый. Прекрасно совпадение, правда?

Выбравшись из-под мужчины, заставив его улечься на спину, Кендис быстренько повернулась, и вскоре прижалась щекой к волосатому животу. Довольно потянувшись, Эл, вздохнув, закинул руки за голову. Женщина принялась медленно водить пальцами по промежности, животу и бёдрам, вокруг торчащего члена. Она не ошиблась, он был очень волосатый. Кендис ощущала его аромат. Его мужской аромат. Подвинув лицо ближе к твёрдой дубине и яйцам, женщина жадно потянула носом. Кендис обожала аромат мужской промежности. Даже Мартин не знал, как сильно она это любит. Стоило ей только уткнуться носом в яйца мужа, между ляжек начинало полыхать.

Хорошенько высунув язык, она стала водить им по члену, заставляя толстую дубинку раскачиваться. Желая хорошенько его облизать, Кендис обхватила пальцами распухший инструмент, и начала водить языком от самого корня до головки. Одновременно она принялась щекотать мошонку кончиками пальцев. Затем просунула ладонь под волосатые яйца, и приподняла их. Нежно сжав кожаный мешочек, Кендис стала его массировать и оттягивать.

– Хватит дразнить, возьми его в рот! – прохрипел Эл.

Тихонько захихикав, женщина, наконец, обхватила губами распухшую головку. "Мужчины и пары минут не могут потерпеть, когда им облизывают член", – пронеслось у Кендис в голове. Распухшая дубинка мощно подрагивала в горячем рту. Аромат и вкус члена всё сильней и сильней заводил женщину. Медленно она наклонялась, заглатывая раскалённую плоть, пока вся дубинка, полностью, не скрылась у неё во рту. Покрепче сдавив член губами, Кендис медленно начала приподниматься, и когда губы оказались у вершины, головка оказалась полностью прикрыта крайней плотью.

Насаживаясь ртом на торчащий инструмент Эла, женщина всё сильней возбуждалась. Ей нравился его член. Длинный и толстый, нежный, словно шёлк, но, одновременно, невероятно твёрдый, готовый забраться в самую тесную пещерку. Впервые поиграв с мужским орудием, Кендис буквально влюбилась в эти ощущения. Она обожала массировать вялые колбаски, заставляя их становиться всё больше и твёрже, а потом, обхватив губами, высасывать из них вкусный сок.

Решив устроиться поудобней, женщина приподнялась на колени, продолжив массировать яйца и насаживаться ртом на член. Ей нравилось ощущать, как распухшая головка пульсирует, а древко мощно подрагивает, растягивая губы. Кендис не волновалась, что Эл может кончить, она обожала глотать семя. Обожала массировать яйца Мартина, когда он разгружался ей в рот. Бедный Мартин. Женщина испытала новый приступ вины, стоя на коленях, обхватив губами дубинку другого мужчины. Струйки слюни так щедро текли у неё изо рта, что вскоре волосы вокруг члена и на яйцах начали слипаться. "Роскошный хуй", – в который раз подумала возбуждённая женщина. Перестав двигать головой, она полностью стянула крайнюю плоть с головки, и начала крутить вокруг неё языком.

Обхватив руками голову женщины, Эл заставил её остановиться. – Блядь, если ты продолжишь, я кончу тебе в рот! – прохрипел он. Подтянув Кендис к себе, мужчина уложил её на спину. А затем, подхватив ноги женщины под коленками, забрался на неё, упёршись ладонями в кровать. Кендис застонала, когда распухшая головка принялась тыкаться в нежные складки, пытаясь отыскать мокрую дырочку. Наконец вершина дубинки нашла сладкую цель, и твёрдое древко начало уходить всё глубже и глубже, растягивая мокрые стенки горячей пещерки.

Наклонившись, мужчина зашептал Кендис в ухо. – Я знал, что ты горячая штучка. Как только я увидел тебя, мне всё сразу стало понятно.

– Перестань болтать, и еби меня! Еби! – застонала она.

Засмеявшись, мужчина приподнялся и забросил пятки Кендис себе на плечи. Когда Эл снова наклонился, коленки женщины прижались к сиськам, а влагалище, немного приподнявшись, оказалось на одном уровне с торчащим членом. Не собираясь больше ждать, он резко задёргал задом, вбивая член в тесные глубины. От резких движений кровать начала раскачиваться и визжать.

Поскольку Кендис всё ещё была почти полностью одета, лишившись только туфлей, колготок и трусиков. Она вспомнила молодость, когда заднее сиденье машины было единственным доступным местом для секса. "Мы напоминаем парочку похотливых подростков".

Кендис наслаждалась. Возбуждение было невероятным, такого с Мартином она уже давно не испытывала.

Всё быстрей и быстрей она двигала бёдрами навстречу члену. Удовольствие росло взрывными рывками. Толстая дубинка резко вонзалась в неё, казалось максимально растягивая пылающие глубины. Кендис понимала, что даже мысли о муже уже не смогут заставить её перестать двигать бёдрами. Чувство вины полностью растворилось в кипящей похоти. Никогда ещё она не изменяла Мартину, но сейчас совершенно не жалела о том, что нарушила клятву верности. "Может быть, завтра, протрезвев, я начну мучиться угрызениями совести. Да, очень возможно".

Трахался Эл великолепно: мускулистый зад резко поднимался и опускался, скорость движений не падала, а только росла. Летающая взад-вперёд мошонка, снова и снова встречалась с дырочкой зада. Как-то раз, одна из её подружек пошутила, что женщина никогда не сможет полностью узнать мужчину, пока он яйцами не пошлёпает её по заднице. Если так, то Эла она узнала очень хорошо.

Неожиданно Кендис ощутила, как рука мужчины пробралась между ягодиц, и палец прижался к анусу. Застонав, она попыталась напрячь дырочку зада, чтобы не пустить палец. – Не надо, – простонала она.

У Кендис ничего не получилось. Скользкий от соков палец, как она не старалась, легко вошёл в зад. Чувствуя, как он погружается всё глубже, женщина одновременно смущалась и наслаждалась. Смущалась из-за того, что столько раз отказывала Элу, а теперь позволяет ему вытворять с собой такое, а наслаждалась благодаря растущему ощущению блаженства.

Едва Эл задвигал пальцем в тесной попке, женщина резко взлетела на вершину блаженства. Захрипев от удовольствия, она обхватила мускулистую шею мужчины, и, опираясь пятками о широкие плечи, яростно задвигала задом. Насаживаясь киской на член, а попкой на палец, Кендис испытала самый долгий оргазм в своей жизни. А когда первый начал ослабевать, то пришёл второй, ещё более сильный. Глубины влагалища и зада начали сжиматься в едином ритме, и, совершенно внезапно, на самом пике удовольствия, из уретры ударила струя, а затем вторая.

Эл рассмеялся, когда понял, что произошло. – Ты, оказывается, ещё и брызгалка. Великолепно!

"Господи, что за брызгалка? Почему он смеётся? Что произошло?" – проносилось у неё в голове. Тут мужчина захрипел, отвлекая Кендис от смущающих мыслей, и начал наполнять горячую пещерку семенем. Он выдавал одну горячую струю за другой, казалось наполнив киску до краёв.

– Мне очень жаль того, кому придётся спать в этой кровати, – усмехнулся Эл, слезая с Кендис.

Чувствуя ягодицами мокрое пятно, женщина смущённо захихикала.

Глава вторая

Несколько дней Кендис мучалась угрызениями совести. Мысленно благодаря Эла Гормана за то, что он не появлялся в галерее. Наконец Мартин вернулся домой, и она решила, что лучше перестать думать о случившемся. И полностью посвятить себя мужу.

Случайный секс ничего не изменил, она продолжала любить Мартина, и приятно проводила время в его компании. Чувство вины заставляло женщину постоянно спорить с самой собой. С одной стороны Кендис напоминала себе, что она была на вечеринке одна: одинокая, грустная и выпившая, прекрасная цель для осады Эла. "Я не виновата. Всё само получилось". Но с другой стороны, Кендис понимала, что она уже не ребёнок, и полностью отвечает за свои поступки.

На следующий день, после возвращения Мартина домой, она стала уговаривать его пойти в ресторан. Он отказывался, но Кендис настаивала, пока муж не согласился. Красиво одевшись, они отправились в маленький, тихий ресторанчик. После нескольких бокалов вина и большого куска мяса, Мартин слегка расслабился.

Кендис заметила, что муж выглядит усталым. Во всём виновата тяжёлая работа, не сомневалась она. Казалось, он был опустошён умственно и физически. Пытаясь разговорить мужа, Кендис принялась расспрашивать его о работе и самочувствии.

– С работой всё в порядке, – сказал он. – Но, возможно, мне снова придётся уехать на несколько дней.

– Неееет, Мартин, – застонала Кендис.

– Так получилось.

– Последнее время я тебя почти не вижу.

– Слушай, мы уже говорили об этом.

– Я скучаю по тебе, особенно по ночам.

Несколько раз в прошлом они уже обсуждали эту тему. Постоянно приходя к тому, что, если Мартин бросит работу, их уровень жизни резко упадёт.

– А разве ты не можешь найти способ хорошо провести вечер без меня? – спросил он. – Если хочешь сходить в ресторан, можешь позвать Френка.

– Френка?

– Да. Знаешь, я попросил его, время от времени, приглашать тебя на ужин.

Френк Мейсон был лучшим другом Мартина. Они дружили несколько лет, познакомившись в колледже. Недавно он развёлся, и с тех пор Кендис его редко видела.

– А, может быть, с твоим опытом, тебе всё-таки найти другую хорошую работу?

– Кендис, в кризис сложно найти работу. Возможно, через полгода, когда ситуация станет получше. Но не сейчас.

Женщина решила не настаивать, всё равно у неё не было таких мощных аргументов, которые заставили бы Мартина передумать. Поскольку он строил карьеру, её глупая жалоба на то, что ей одиноко по вечерам, казалась ему детским капризом, совершенно не стоящим серьёзного обсуждения.

– Я закажу шоколадный мусс на десерт, – сказала она. – Мне хочется чего-нибудь убийственного.

– Убийственного? – рассмеялся Мартин. – Шоколадный мусс всегда поднимал тебе настроение.

Кендис хотелось насладиться этим вечером. Она съела мусс и выпила чашечку крепкого кофе. Заплатив по счёту, они вышли из ресторана, и, держась за руки, направились к машине.

– Прекрасный вечер, – сказал Мартин.

– Давай вернёмся домой, и займёмся любовью.

– Конечно, почему нет? – усмехнулся он.

"Придётся тебе поработать сегодня, – подумала Кендис. – Если сексом не заниматься – брак развалится".

Когда они приехали домой, она, оставив мужа в гостиной, пошла наверх, переодеваться. Раздевшись, Кендис решила ничего не надевать, кроме пары туфель. Высокие каблуки помогали ей демонстрировать длинные ноги во всём блеске. Достав и надев абсолютно новые туфли, женщина медленно спустилась по лестнице.

– Господи боже, – присвистнул удивлённый Мартин, когда жена вошла в гостиную.

– Нравятся туфли? Вчера купила.

– Мне нравятся туфли, и всё остальное.

Не услышав в голосе мужа восторга, Кендис заволновалась. Подойдя к маленькому бару, она налила немного водки в пару бокалов, и добавила несколько кубиков льда. С бокалами в руках, женщина подошла к дивану, и остановилась перед мужем.

– Мартин, я тебя ещё возбуждаю?

Мужчина посмотрел на жену, когда она наклонилась, протягивая ему бокал. Слегка отвиснув, сиськи закачались почти у него перед лицом. Сперва он приподнял на ладони одну из грудей, а затем ущипнул сосок.

– А разве не ясно?

– Нет. Поэтому и спрашиваю.

Поставив бокал на столик, Мартин, заставив жену упереться одной ногой в диван, рядом с ним, медленно повёл рукой по роскошной ляжке, пока не добрался до пухлых губ влагалища. Он начал щекотать нежные лепестки, забирался между ними, трогал мокрую дырочку, поглаживал клитор. Прикосновения были чудесными. Закрыв глаза, женщина стояла, подрагивая от удовольствия.

– Приятная киска, – сказал он.

– Значит, ещё нравится?

– Конечно.

Медленно потягивая водку, женщина продолжала стоять рядом с мужем, наслаждаясь его игрой. Осушив бокал, и поставив его на кофейный столик, Кендис присела на диван. Расстегнув брюки мужа, она вытащила член.

– Вот мой здоровяк! – пьяно захихикала она, добавлять водку к нескольким бокалам вина было лишним.

Кендис обожала дубинку мужа. Большая, распухшая головка очень походила на сочную сливу, с острыми, чётко очерченными краями, словно выточенными из камня. Иметь парня с таким красивым членом мечтала бы любая девушка, а у Кендис он был. Если бы только не запутанные отношения…

"Думай о красивом хуе, – приказала она себе. – Забудь о Мартине и Эле Гормане. Думай о хуе".

Заметив большую каплю на вершине инструмента, она принялась растирать её по головке.

– Спусти штаны, – сказала Кендис. – Я хочу пососать.

– Пойдём наверх. В кровать.

– Нет, сперва здесь. Я хочу пососать в гостиной.

Не собираясь спорить с женой, мужчина быстро стянул брюки с трусами до лодыжек. Наклонившись, она обхватила губами член, и принялась насасывать и облизывать головку, будто вкусный леденец. Кендис обожала сосать член мужа, ей нравилось ощущать, как он пульсирует у неё во рту. Нежно массируя голову жены, Мартин показывал, как ему хорошо.

"Мы прекрасно подходим друг другу", – подумала она.

Женщина представить не могла, сколько раз, за шесть лет брака, они занимались сексом. "Пятьсот, семьсот, тысячу". Обхватив нежными пальчиками яйца, Кендис ощутила, что они невероятно твёрдые. Это могло означать только одно – Мартин едва сдерживается, чтобы не кончить. В другой раз Кендис не отказалась бы проглотить вкусное семя мужа, но сегодня, видя, насколько он устал, она сомневалась, что его хватит на второй заход. Сдёрнув рот с твёрдой дубинки, она поднялась на ноги.

– Пойдём наверх. Моя пизда захотела твоё толстое салями, – улыбнулась Кендис.

Усмехнувшись, Мартин поднялся с дивана.

– Салями? Это что-то новенькое!

Покраснев, Кендис отвела взгляд. "Моё большое салями!" – прозвучало у неё в голове. И она немедленно вспомнила, что именно так называл свой член Эл Горман. Ей тут же захотелось хорошенько себе врезать.

Поднявшись на второй этаж, супруги прошли в спальню. Мартин разделся, и отправился в душ. А Кендис, сбросив туфли, растянулась на кровати. Страсть уже бурлила в ней, посасывая инструмент мужа она всегда безумно возбуждалась. Палец сразу же стал скользким, как только женщина вдавила его между пухлыми губами влагалища. Да, из неё уже текло. Клитор распух, превратившись в упругую горошину. Оттянув кожаный капюшон, Кендис начала играться с розовым комочком.

Когда Мартин вернулся из ванной, то обнаружил, что жена уже трахает себя тремя пальцами. Кендис ничего не пыталась скрыть. Наоборот, увидев мужа, она ещё шире раздвинула ноги, продолжая всаживать пальцы в раскалённую пещерку.

– Выеби меня, дорогой!

Не прошло и пары секунд, а Мартин был уже на кровати. Подобравшись поближе к жене, он направил член в киску. Возбуждённая женщина застонала, когда головка растянула влажную дырочку.

– Выеби меня, – снова застонала Кендис, высоко задрав ноги.

Это была не лучшая их ночь. Женщина могла сказать, что муж слишком устал. Конечно, он двигал бёдрами, но без особого энтузиазма, словно бесчувственный автомат. Кендис попыталась отыскать тот угол, при котором твёрдое древко будет задевать клитор. Но, пока она пыталась, Мартин захрипел, и кончил, не доставив ей никакого удовольствия. Ещё одна пропавшая ночь. Выпустив несколько горячих струй во влагалище, мужчина выдернул член и скатился с жены. "Только не разревись", – приказала она себе. А заплакать ей хотелось. Секс с прилипчивым Элом Горманом был в несколько сот раз лучше, чем с любимым мужчиной.

Полежав немного, и услышав, как Мартин захрапел, она вылезла из кровати и вышла из спальни. Похоть продолжала бурлить, не давая заснуть. Спустившись в гостиную, Кендис, не включая свет, отыскала пульт телевизора. Опустившись на диван, она включила телевизор, и сделала звук потише. "Пусть спит. Получил своё удовольствие, а на остальное ему наплевать". Правда, Кендис тут же поняла, что сама виновата: "Я же видела, как он устал, зачем было предлагать секс? Чего же я ещё хотела?"

Хотела она того, что недавно получила от Эла Гормана, громадных волн наслаждения, закончившихся сладким взрывом. Вспомнив тот потрясающий вечер, женщина обхватила ладонью киску. Нежные складки были всё ещё влажными и припухшими после секса с Мартином. Прикрыв глаза, Кендис начала освежать в памяти вечеринку. Как они с Элом извивались на кровати, в полной темноте. "Господи, какие же у него волосатые яйца", – подумала женщина, и попыталась представить, какие бы ощущения возникли, если бы она попыталась их пососать. Теребя пальцем набухший клитор, Кендис кончила, воображая, как водит языком по яйцам Эла. Одного оргазма ей было мало. Поэтому, запихнув три пальца в киску, она понеслась к следующему.

* * *

Несколько дней спустя Мартин снова уехал в командировку, и в тот же день его друг, Френк, появился в галерее. Это было сюрпризом для Кендис. Она думала, что он сперва позвонит, и назначит встречу. Кендис не видела Френка пару месяцев, и была удивлена тем, как хорошо он выглядит.

– После развода ты даже помолодел, – сказала она.

– Сбросил обезьяну со спины! – рассмеялся он.

Френк продавал недвижимость, и дела у него шли великолепно. Прогулявшись по галерее, посмотрев картины, он вернулся к Кендис.

– Мартин просил присмотреть за тобой.

– Не нужно за мной присматривать, Френк. Мне уже не пять лет.

– Конечно-конечно, я всё понимаю. Но ведь мы можем сходить в ресторан, и посидеть за одним столиком.

Продолжая беседу в шутливом тоне, Кендис слегка задрожала, когда заметила, что Френк разглядывает её сиськи. Сегодня она пришла на работу в белой шёлковой блузке, и бюстгальтер довольно хорошо просвечивал. Френк всегда откровенно её разглядывал, даже когда был женат. Только теперь его взгляды казались более пристальными. "Это Эл Горман виноват. Соблазнил меня, и заставил смотреть на других мужчин, как на вероятных партнёров". Ощутив приятную дрожь в животе, женщина поняла, что не отказалась бы оказаться в постели с Френком.

"Кендис, ты чокнутая, – подумала она, – он друг Мартина. Френк постоянно пялился на твои сиськи, это ещё ничего не значит". Кендис была уверена, что о таком Френк даже не думает, они ведь с Мартином лучшие друзья.

Наконец, она согласилась пойти с ним на ужин. – Только разделим счёт.

Мужчина мотнул головой. – Никогда! Я же тебя пригласил!

Не дожидаясь её ответа, Френк направился к выходу. Кендис смотрела вслед мужчине, представляя, каков он в постели. И как выглядит голой его аппетитная задница, ей тоже хотелось узнать.

"Кендис, ты ужасна", – думала она.

Прежде она никогда не смотрела на Френка оценивающим взглядом. "Это Мартин виноват. Если бы он вчера хорошенько меня выебал, я не осталась бы такой возбуждённой. И мне в голову бы не пришло, разглядывать красивую задницу Френка".

Кендис уже почти успокоилась, когда, внезапно, в галерее появился Эл Горман, с картиной в руках. Пройдя в одну из подсобок, и оставив там картину, мужчина вернулся к столу Кендис, широко улыбаясь. – Я думал о тебе.

– Не думай слишком много, это тебе вредно.

Увидев Эла, Кендис едва не покраснела. Этот мужчина трахнул её несколько дней назад. "Он вылизывал мне киску, я сосала его член. А затем мы кувыркались в чужой кровати". Эл подошёл так близко к столу, что его промежность оказалась почти перед лицом сидящей женщины. Разглядывая холм на брюках, Кендис задрожала, практически ощутив вкус члена.

– Крепкий орешек, – усмехнулся он.

– Я не крепкая, а замужняя. И мне хочется, чтобы всё так и оставалось.

– Хорошо-хорошо.

Отойдя от стола, Эл заговорил о новой картине. Сексуальное напряжение исчезло, как только он заговорил о деле. Кендис поймала себя на том, что из-за этого ей стало грустно. Ей хотелось, чтобы Эл начал добиваться нового свидания. И, возможно, она бы согласилась. Но создавалось полное впечатление, что красивого художника она больше не увлекает. Похоже, Эл был из тех мужчин, которые добившись своего, начинают искать новую добычу, полностью теряя интерес к завоёванной пассии.

"Бедная маленькая Кендис, – подумала она, – ты никогда не понимала мужчин". Женщина была счастлива, когда Эл ушёл из галереи. Ей не хотелось слушать его рассказ о новой картине. Кендис с удовольствием свернула бы полотно в трубочку, и запихнула бы её в волосатую задницу Эла. В пять тридцать, закрыв галерею, она поехала домой, готовиться к свиданию с Френком.

Добравшись домой, Кендис, первым делом, смешала себе мартини. Медленно потягивая коктейль, она просматривала почту, а затем разделась и забралась под душ. Едва горячая вода потекла по телу, женщина сразу же почувствовала себя лучше. Выбросив все печальные мысли из головы, она начала думать о Френке. И даже когда взяла мочалку в руки, продолжала размышлять о нём. Намыливая сиськи, женщина почувствовала, как начинает возбуждаться. Когда же она спустилась к киске, то этот побочный эффект стал ещё заметней. Между ляжек полыхало и зудело всё сильней, а соски вытянулись и затвердели.

Немного позже, когда она закончила делать причёску, и собиралась начать выбирать одежду, волна возбуждения снова накатила. В этот раз Кендис решила немного себе помочь. Встав перед трюмо, поставив одну ногу на стул, она принялась мастурбировать, разглядывая себя в зеркало. Ей нравилось смотреть, как пальцы скользят по нежным лепесткам, заставляя их набухать и мокреть.

Женщине не понадобилось много времени, чтобы довести себя до оргазма. Всё быстрей и быстрей она натирала нежные складки, а когда больше не смогла терпеть, то, пару раз ущипнув клитор, взлетела на вершину удовольствия. Протяжно застонав, она задвигала задом, словно насаживаясь на член воображаемого любовника. Пощипывая клитор, Кендис спокойно могла прийти к второму и третьему оргазму, но решила остановиться.

"Господи, я словно маленькая девочка, открывшая для себя мастурбацию, – подумала она. – Вчера трахнула себя пальцами, а сегодня опять натираю клитор. Я превращаюсь в нимфоманку? Подобной одержимости у меня раньше не было. Но прежде я и сексом занималась гораздо чаще. Не моя вина, что Мартин совершенно потерял ко мне интерес. Внимание других мужчин это подтверждает. Даже лучший друг Мартина смотрит на меня с желанием".

Выбрав колготки дымчатого цвета, Кендис натянула их. Потом достала из шкафа туфли на высоком каблуке. "Интересно, каков Френк в постели? – задумалась она. – Просто глядя на мужчину, никогда ничего не поймёшь".

Кендис всегда считала, что у людей есть две личности: первая – для обычной жизни, и вторая – для секса. И всегда непонятно, какая личность более реальная. Она почувствовала это на собственном опыте. Занимаясь сексом, Кендис была ближе к тому, какой она хотела быть или стать.

Постепенно одеваясь, и представляя, как Френк её трахает, женщина снова возбудилась. Решив, что, мастурбировать второй раз за вечер, это уже слишком, она попыталась отвлечься от грязных мыслей. Спустившись в гостиную, Кендис включила телевизор, и смотрела какой-то комедийный сериал, пока в дверь не позвонили. Схватив сумочку, она пошла открывать Френку. Мужчина улыбнулся, увидев Кендис.

– Минута в минуту, – сказал он. – Тебе нравятся? Нравятся пунктуальные мужчины?

– А мне кажется, ты опоздал на пару минут, – поддразнила его Кендис. Заперев дом, она взяла Френка под руку, и они отправились к его машине.

Пока они ехали в центр, то договорились посетить ресторанчик, который славился вкусными стейками. Когда они приехали, им пришлось немного посидеть в баре, дожидаясь, пока освободится столик. Как только они переступили порог ресторанчика, Френк начал отпускать Кендис комплименты.

– Умопомрачительно выглядишь, – сказал он. – Я всегда думал, что Мартину повезло. – Френк повернулся к ней, когда уселись на высокие барные стулья. – Роскошное тело. Великолепные ноги. Честно, Кендис, эти ноги будят во мне зверя!

– Даже не знала, что мои ноги так сильно тебе нравятся, – рассмеялась она.

– Ножки, и всё остальное!

– Но ноги на первом месте.

– Точно! Высокие каблуки, чулки, подвязки.

– Мужчин, правда, возбуждают подобные вещи?

– Конечно.

Когда один из столиков освободился, они прошли в обеденный зал. Кендис была довольна этим свиданием. Ей нравились шутки и жадные взгляды Френка. Было приятно вновь ощутить себя желанной женщиной. И чувство вины Кендис не тревожило. Ведь это всё придумал Мартин. Именно он попросил Френка сводить её в ресторан. А она, как хорошая жена, послушалась любимого мужа.

Ей нравился Френк, она думала, что он очень красивый мужчина. Узнав о его любви к ножкам, Кендис порадовалась своему выбору туфлей.

– Уже встретил кого-нибудь? – спросила Кендис.

– Пока нет, – усмехнулся Френк.

– А я думала, скоро мы будем гулять на новой свадьбе.

– К чёрту свадьбы. Мне хочется отдохнуть от старого брака.

Кендис хотелось расспросить Френка об его женщинах. У всех ли них были длинные ноги? Надевали ли они подвязки? Снимал ли он с них чулки, прежде чем насадить на член? "Мужчины очень странные, у всех них есть маленькие бзики. Например, Мартину нравится мой рот. Он постоянно говорит, что ничего его не заводит так, как мои скользящие по члену губы. Мартин даже познакомился со мной, заведя разговор о необычной форме моего рта. А Френка, оказывается, сводят с ума мои ноги. Как приятно".

Когда они поужинали, Кендис уговорила Френка вернуться к ней домой, на пару бокалов. Он хотел отправиться в какой-нибудь ночной клуб, потанцевать, но она сказала, что слишком устала. День на работе выдался трудный, и завтра предстоял денёк ничуть не легче.

– Поехали ко мне, поболтаем, выпьем, – убеждала она, и Френк согласился.

Когда они вернулись к ней домой, Кендис сразу подошла к маленькому бару и принялась смешивать коктейли. И лишь почувствовав нежное прикосновение к шее, осознала, что Френк стоит у неё за спиной. В следующую секунду, мужские руки обхватили талию Кендис, а горячие губы впились в шею.

Задрожав от возбуждения, женщина прижалась к мужчине спиной. – Френк, ты же его лучший друг.

– И что?

Больше Кендис не упоминала о муже. Она не знала, что говорить, и, вообще, ей не хотелось о нём разговаривать. Женщина повернулась, и рот Френка быстро отыскал её губы.

Приятная дрожь пробежала по телу Кендис, когда сильные руки начали прохаживаться по её изгибам. За несколько лет, сколько она знала Френка, он первый раз прикасался к ней. Просунув ладони между их телами, и добравшись до сисек, Френк крепко стиснул их. Затем его руки заскользили вниз по телу, к талии, и легли на задницу. Обхватив ладонями упругие ягодицы, мужчина их стал нежно сжимать и поглаживать.

Протяжно застонав, Кендис сильней прижалась к Френку. Она ощутила животом его член, тот был твёрдым, невероятно твёрдым. Женщине захотелось отодвинуться, и стиснуть его пальцами, но массирующие ягодицы руки доставляли ей слишком много удовольствия. Тут Френк прошептал: – Давай разденемся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.