Ольга Шерстобитова
Как покорить дракона

Утро выдалось промозглым. По улицам клубился густой туман, и я куталась в старенькую серую шаль, едва ли не вздрагивая каждый раз, когда из белесой пелены появлялись другие горожане, и торопилась дальше. В корзинке, которую крепко сжимала в руке, лежали две буханки хлеба, небольшой кусок мяса и немного овощей и зелени. Все, что я смогла приобрести на пару последних монет, оставленных отцом до того, как он две недели назад пропал, отправившись в соседний город продавать резные шкатулки из дерева. Мой отец – большой мастер по этой части, да только дела почему-то в последний год у него шли не очень удачно.

Тетушка Лара намекала матери, будто это связано с множеством слухов, которые бродят по городу. Еще бы! Я отказала уже пятерым женихам, решившим ко мне посвататься, а двум младшим сестрам не выйти замуж, пока не покину дом я, самая старшая. Матушка каждый раз вздыхала, когда я объясняла свой отказ простой фразой: «Не по сердцу». Отец закрывал глаза и пока не пытался переубедить. Но перед его отъездом я поняла: если он вернется из последнего путешествия ни с чем, то выбора мне не оставят, выдадут за первого, кто посватается, иначе семья будет голодать и не переживет зимы. Да я бы и сама такого не смогла допустить. Мы живем дружно, уважаем и поддерживаем друг друга, но не всегда понимаем.

Я вздохнула и, решительно шагнув за поворот, столкнулась с Гансом. По нему сохла почти вся женская половина нашего города. Красивый, как ни смотри. И крутая сажень в плечах, и рельефные мускулы. Глаза карие, в них мелькают золотинки, темные волосы заплетены в косу. На плечах, конечно, мешок с убитой дичью. Ганс – охотник, этим зарабатывает и живет. И если бы не оказался столь безжалостен, то, может, и был бы у нас шанс остаться вместе.

Но я слишком хорошо помнила, как однажды к берегу реки, куда мы отправились с ним на прогулку с моей семьей, вышла медведица с медвежатами, просто попить. Она не собиралась нападать, но Ганс пытался похвастаться передо мной и убить медвежью семью. Я не позволила. И наши пути разошлись. Так мне казалось. Но Ганс – мужчина упрямый и своенравный, явился свататься к моим родителям, едва мне исполнилось восемнадцать. И до сих пор не может простить отказа.

– Здравствуй, Лира, – ухмыльнулся он, очаровательно улыбаясь, показывая соблазнительные ямочки на щеках.

Наверное, до сих влюбленные в него полгорода так и не могут понять, как я не поплыла от его красоты и отказала. Месяц прошел, а слухи все ходят и обрастают подробностями «как это было», словно снежный ком. И зачем Ганс только пошел свататься, ведь между нами все еще тогда стало ясно? Не понять.

– Здравствуй, Ганс! – вежливо ответила я, пытаясь пройти мимо.

Он не позволил. Опустил мешок, зажал меня между стеной и своим телом, дыша прямо в лицо.

– Ты чего? Отпусти!

– Сама ведь скоро ко мне придешь, дикарка!

Я вытаращилась на него и ничего не ответила, только попыталась ослабить захват.

– У вашей семьи не осталось денег. Твоя матушка, я слышал, больна и почти не встает с постели, как пропал глава семейства.

– Тебе-то что? Отец вернется, и все будет…

– Хорошо? – ухмыльнулся он.

Я дернулась.

– Не будет. Хватит наивно верить в невозможное!

Он прижался теснее, и я с трудом сдержала вскрик. В узкий проулок, через который я собиралась попасть домой, сократив путь, мог в любой момент заглянуть прохожий и увидеть нас в таком недвусмысленном положении. Кричать же было нельзя. Никак. Позора потом не оберешься.

– Ганс, отпусти! Не приду я.

Он вздернул мой подбородок, обжег колючим взглядом, от которого внутри все заледенело, а потом чуть наклонился, провел рукой по моему бедру, не давая вырваться.

– Придешь. Сама. Встанешь на колени и попросишь сделать своей. И ночью докажешь, как сильно пожалела о своем отказе. И так и быть… поведу потом в храм, чтобы стала моей женой.

Он отпустил резко, я чуть не упала. И не успела ни ответить, ни влепить заслуженную пощечину, как он подхватил с земли мешок, нырнул в другой проулок, а я… я осталась с колотящимся от его ужасных слов сердцем, с непонятной вспыхнувшей злостью, с ощущением грязи, которая будто полилась на меня из ниоткуда. Да за кого он меня принимает?

Мой отказ тогда был вежлив и спокоен, не оставив причин для обиды. Но Ганса, как я выяснила, задел основательно и неизбежно.

Я осторожно подняла корзину и увидела в нем записку. Развернула. Почерк Ганса, чуть рваный и угловатый.

«Твой отец две недели назад хотел сократить путь через Запретный лес».

Я охнула уже от одной этой фразы. Запретный лес… эти земли от того и носят такое название, что переступать границу, где он начинается, никто не рискнет – сгинет там навеки! Земли принадлежат дракону, который однажды спас жизнь градоначальнику. Уговор был один: он не лезет на наши территории, люди и маги – на его. Иначе… делает дракон с ними, что хочет, они его по праву. Так говорили… Но сколько правды в этих словах, никто не проверял.

«Я купил магический поисковик, взял у твоей матери каплю крови для его активации».

Что? Почему же матушка ничего не рассказала? Или потому и слегла, что не осталось нам ни малейшей надежды? Но не верить словам Ганса я не смела. Не смог бы он обманывать. Ему взятая капля крови, зачарованная магами, не позволит лгать.

«Он замер на границе Запретного леса, Лира. Твой отец ушел туда и не вернулся».

Ужас накрыл с головой, не давая возможности нормально вдохнуть.

«Сегодня я активировал маяк повторно. Твой отец еще жив».

Сердце забилось чаще.

«Надеюсь, ты примешь правильное решение, придешь и смиришься с неизбежным. Я накажу, но потом… обещаю, ты не пожалеешь о своем выборе».

И вся радость от новостей об отце схлынула, как не бывало. Он еще жив, но ему не выбраться из Запретного леса. И как продержался две недели-то? Не понять!

Но предложение Ганса – мерзкое до тошноты, до крика, до черноты в глазах… Только где взять деньги на лекарство для матушки? И на что жить сестрам? Куда мы пойдем, если останемся одни? Что с нами станет?

Я нащупала кулон на шее. Его перед смертью подарила бабушка, которая верила, что он убережет меня от всех бед на свете. Не уберег. Я осторожно стянула его, полюбовалась чуть мерцающей синей каплей. Красивый камень, так подходящий к моим глазам! А потом решительно направилась в ювелирную лавку.

Надо быть сильной и смелой, даже когда весь мир против тебя, а за плечами стоит беда.

* * *

Наверное, люди, когда узнают, куда я ушла, скажут, что сошла с ума. И вряд ли окажутся не правы. Только сумасшедший отправится в Запретный лес. Мне же… надо разыскать отца, вернуть его в семью, какую бы цену не пришлось за это заплатить.

Дорога ночью оказалась пустынна и тиха. Луна выплыла из-за сизых туч, освещая путь. Но мне все равно было страшно, и приходилось по крохам собирать остатки сил и храбрости, чтобы делать шаг за шагом. Деревья казались мрачными чудищами с корявыми ветками, уханье сов заставляло вздрагивать, а на каждый шорох я оглядывалась, словно он грозил бедой.

Но назад не повернула. Замерла возле развилки. Первый путь вел в сторону торгового тракта, по которому все из нашего маленького городка ездили в соседний, в два раза больше по населению. Второй же уходил за серебряную черту, где начинался Запретный лес.

А еще никто и никогда не видел дракона, что живет в замке в дремучем лесу. Может, и нет его? А живет где-то тут сильный колдун? Или земли прокляты? Мне оставалось только гадать.

Я вдохнула поглубже, запахнулась в свой плащ и решительно пересекла черту. Постояла, рассматривая точно такой же лес, что и за спиной. Это ведь маги для людей провели черту, но непонятно, изменила ли она хоть что-то. Лес как лес.

Сейчас еще можно было повернуть обратно, отказаться от безумной затеи – разыскать отца, но я не намерена отступать. Чтобы вернуть в свою семью мир, я готова попросить помощи даже у самого дракона!

Все лучше, чем соглашаться на предложение Ганса. Вот если бы он отправился в лес сам, решив помочь… я бы искренне извинилась и согласилась стать его женой. И пусть бы любви между нами никогда не случилось, но спасение чей-то жизни – чем не первый шаг для новых отношений? Я готова была пожертвовать своим счастьем ради жизни отца, но как сейчас, после того разговора и записки, оставить гордость, согласиться на унижение?

Да, дракон в моем случае был лучшим вариантом. При таком-то раскладе…

Я немного поплутала по незнакомому лесу, набрела на тропинку и решила идти по ней. Через пять часов, когда уже валилась с ног от усталости, мечтая отдохнуть, неожиданно лес расступился, а я буквально носом уперлась в каменную стену. Высокую такую, с три моих роста, надежную и основательную. Кованые ворота внушали ужас, и я словно приросла к месту, рассматривая шпили замка, видневшиеся за стенами. Мрачный, пугающий, таящий в себе опасность…

И что теперь делать? Незаметно я туда точно не попаду. И приходил ли сюда отец? Или просто бежал без оглядки? И бродит сейчас по лесу? Но разве можно за две недели выжить в нем? А другого жилья на землях дракона точно нет.

В словах Ганса, что он жив, я не могла сомневаться. Убедилась уже, что не лгал точно. Он запускал магический артефакт поиска при двух свидетелях-магах, они бы не стали обманывать, слишком сурово наказание за подобное нарушение закона. И слова охотника подтвердили, едва я к ним пришла.

Посмотрела на кольцо, которое прилагалось для того, чтобы постучать и известить о своем присутствии, потянулась к нему. Все равно же не смогу плутать по лесу, уставшая и не знающая, где искать отца. И за стену не переберусь.

Дернула и отпустила. Гулкий звон пошел по стенам, затих. И я уже собралась уйти, подумав, что из этой затеи ничего не вышло, как ворота неожиданно заскрипели и приподнялись, пропуская меня.

Я проскользнула внутрь, и они тут же опустились, отрезая путь к отступлению.

Луна в этот момент почти скрылась, небо стало светлеть, предвещая рассвет, и я смогла разглядеть опрятный двор и ухоженный сад, который располагался справа от меня. Впереди же – мрачная громада замка, увитого диким плющом. Башни с алыми черепичными крышами, чуть грубоватые арки, мощные переходы. Наверное, окажись я здесь при других обстоятельствах, сочла бы его красивым и даже уютным. Но сейчас… От замка веяло силой, загадкой и… опасностью.

Я вдохнула и направилась ко входу. Дверь открылась, пропуская меня в замок. Тепло блаженно разлилось по телу, и я невольно улыбнулась. Может, зря накручиваю?

Вспыхнули свечи в нескольких канделябрах, в небольшом зале, где я оказалась, появился мужчина в строгой черной форме. Легкая седина в волосах, пытливый взгляд карих глаз.

– Здравствуй, дитя. Что ты тут ищешь?

– Здравствуйте! – отозвалась я, разглядывая мозаичный пол. – Две недели назад у меня пропал отец. Магический поиск показал, что он направился в Запретный лес. Я ищу его.

Мужчина задумчиво осмотрел меня и тихо ответил:

– Он жив и находится в этом замке.

– Правда?

Я так удивилась, что даже не засомневалась в его словах.

– Я могу его увидеть?

– Все, кто преступил границу, не возвращаются обратно. Это закон. Когда-то и я вот ушел из дома и остался служить в замке, принеся клятву верности своему хозяину.

– Но…

– Возвращайся домой, дитя. Так для всех будет лучше. И забудь о своем отце. Здесь он будет в безопасности, хоть никогда и не вернется домой.

Я покачала головой, вспомнив о матери и сестрах, и попросила, понимая, что иначе никак:

– Могу я поговорить с хозяином замка?

Он вздрогнул, нахмурился.

– Тысячу раз подумай, прежде чем решится на этот шаг, – тихо сказал мужчина.

Я кивнула и чуть задрожала.

– Я готова.

– Меня зовут Арнольд, я дворецкий, – представился он.

– Лира.

Он повел меня через зал, который вывел в коридор, и мы заплутали по замку. Я видела мало: из трех свечей Арнольд оставил зажженной одну, словно не желал, чтобы я рассмотрела окружающую обстановку. Но замок был чист, ухожен и красив. Нет, здесь не имелось особой роскоши и богатства, но и не гуляли сквозняки, что не могло не радовать. А уют чувствовался даже в узорчатых коврах, подобранных со вкусом.

– Если не передумала, хозяин там, – указал Арнольд на дверь, возле которой мы остановились.

Видимо, сам он не решился открыть ее и заявить о моем присутствии.

Я поблагодарила и осторожно открыла дверь, тут же охнув от непередаваемой красоты. Огромный зал, где я оказалась, поражал. Мощные колонны, увитые дикими благоухающими розами, стояли рядами. Стены, казалось, сделаны их хрусталя, а пол – из стекла, которое, как ни странно, не позволяло скользить ногам. В огромные, от пола и почти до самого потолка, окна, едва прикрытые занавесками, виднелось звездное небо, которое начинало светлеть. У дальней стены, что оставалась в полумраке, внезапно вспыхнули свечи, и я увидела сидящего в кресле мужчину.

Черные волосы рассыпаны по плечам, но вовсе не кажутся растрепанными. Волевой подбородок и узкие скулы, тонкая нить губ и невероятного цвета глаза – будто расплавленный янтарь. Хотя в свете мерцающих свечей мне почему-то показалось, что они наливаются золотом.

Почудится же!

Одет мужчина был в алую, расшитую золотом тунику и черные штаны. На ногах – высокие сапоги, на поясе – ремень с ножнами, из которых торчит рукоятка меча.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.