Сергей Носачев
Тишина

Странным образом он не замечал на Кире прозрачной раковины маски – только лицо. Глаза, губы, нос. Ничего особенного, всё как у остальных. Ирка была даже красивее. Но на неё и других Гоша смотрел спокойно, а на Киру – чаще искоса робко поглядывал, краснел. Иногда они встречались взглядами, и если Гоша не отводил трусливо глаза, они переглядывались по несколько минут. Ему хотелось думать, что они буквально ведут диалог, очень личный, интимный: менялись выражения лиц, полуулыбки разрастались в ширину лица, готовые взорваться хохотом, а потом исчезали, и они вглядывались друг в друга – серьёзные, озадаченные, заинтересованные, а потом снова – взгляд прятался под ресницами, щеки краснели, и на них проступали едва заметные ямочки.

За два года всё, на что Гоша решился, помимо гляделок, – поздравление с Днём Рождения в личку, «Мне тоже возьми, пожалуйста» в общий инструкторский чатик, когда Кира поехала за грелками, и пара неуклюжих приветственных объятий, пока это ещё было разрешено. Ему было сорок, и он не хотел, чтоб его считали старым козлом, чтоб было стыдно – даже за саму попытку, не говоря уже об отказе. Согласие пугало не меньше. Что он будет делать с двадцатипятилетней девчонкой? Как? Он привык говорить: путаться в словах, заикаться и мямлить – не нарочно, конечно, но это давно стало частью его шарма, и других способов он не знал. Последнее его свидание было ещё до Закона о тишине. А что теперь? Смски и смайлики? Он перерос пошлую безличность смс-приглашения на свидание. Только вот других вариантов не было.

Кира защёлкнула ботинки, скорчила плаксивую гримасу, и, подмигнув ему, пошла на занятие. Гоша выдохнул и рванул следом. Мороз мгновенно пролез под куртку. Гоша спешно застегнул молнию до горла и накинул капюшон. Кира замешкалась у стойки с лыжами, выпутывая свои палки. Гоша коснулся её локтя. Ошейник предупредительно завибрировал. Гоша одёрнул руку. Кира испуганно обернулась. Улыбнулась и вопросительно посмотрела. Гоша достал телефон и немеющими пальцами отстучал ей сообщение.

– Мы можем увидеться? Погулять. Или кофе.

И пока она читала, дописал: «Если не хочешь – это ничего. Можешь сказать».

– Завтра.

Кира улыбалась. Она снова махнула ему и заторопилась на занятие. Гоша задумчиво посмотрел ей вслед, а потом вспомнил, что и его ждёт ученик. Он растёр руки, натянул варежки и взял сноуборд.

Работа инструктора нравилась ему общением. Много людей, и все – уникальные, но понять это можно было только разговорив их. Гоша пытался найти подход к каждому, дать почувствовать себя комфортно – всё ради того, чтобы они показали себя: выпустили свои крылья и рога, вытянули изящные длинные шеи и хоботы, распушили перья и хвосты. Но последние карантины всё изменили. «Не собираться больше трёх» переросло в протокол «Венера». Маски можно было снимать только дома и в специальных «чистых комнатах» – когда хотелось поесть или высморкаться. Благодаря «Венере» появился первый отечественный суперкомпьютер «ПМ». Но он не исследовал вселенную и не просчитывал сложные теории – он выдавал электронные пропуска и отслеживал передвижения всех и вся. Поэтому его стали называть «Павлик». Павлик Морозов. Вирусы становились агрессивнее и страшнее, и перепуганные люди не протестовали. Так появился «Закон о тишине». Говорение ведь куда опаснее чихания или кашля. Значит, нужно запретить разговаривать. Отчаянная попытка правительства продержаться ещё немного за счёт того, что обсудить его никчемность просто не смогут.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.