Н. Данченко
Возвращение в Запределье

Глава 1

День почти без сюрпризов

Селектор ожил.

– Перова, зайдите!

Сердце ушло в пятки. Что ещё нужно этому демону во плоти? Я всего неделю работаю на замене секретарем у нашего директора, а уже успела стать неврастеничкой, вздрагивающей от каждого звука из его кабинета, не говоря уж о том адском моменте, когда Кирилл Павлович входит в приемную.

Я потёрла вмиг вспотевшие ладони о юбку (хорошо, что черная), втиснула ноги в шикарные туфли на высоких каблуках и с дрожащими коленками пошла к кабинету Главного. У двери остановилась, осмотрела себя насколько могла, поправила прямую юбку, доходящую ровно до середины колена и идеально выглаженную белую блузку. Кажется, всё в порядке, придраться не к чему. Глубоко вздохнула и постучала.

– Войдите! – раздался оттуда властный голос и я мелко перекрестившись, открыла дверь.

Кабинет директора был настолько шикарным, что лично я бы в нём согласилась жить. Он в любом случае лучше моей однушки в «хрущевке». Хозяин кабинета восседал за дорогим столом из натурального дуба и надо сказать, они идеально подходили друг к другу. В смысле дорогие вещи и мой шеф. Сам Кирилл Павлович Вознесенский был как голливудский актер – красив, успешен, уверен в себе и… недосягаем. Впрочем, практически все сотрудницы нашей большой фирмы не теряли надежду. Кроме меня. Мне такого счастья вовек не надо.

– Перова, если я буду лежать с инфарктом, вы доползёте до меня, когда я буду уже на том свете! – язвительно сказал шеф, и я поняла, что он явно не в настроении. Впрочем, это его обычное состояние.

– Простите, Кирилл Павлович, – пролепетала я. – Вы что-то хотели?

– Да, ещё чуть-чуть и моё незатейливое желание выпить кофе было бы уже в прошлом, – похоже, все мои старания выглядеть как можно жалостливее этого ослепительного гада не трогали.

– Кофе и всё? – не сдержалась я.

Вот ведь козел! Не мог что ли сказать по селектору? Обязательно, чтобы я туда-сюда бегала?

– Кофе и минет.

– Что??? – я вытаращила глаза на шефа.

– Перова, вы оглохли что ли? Кофе и меня ни для кого нет! – тщательно жестикулируя красивыми губами, повторил Кирилл Павлович.

Я с облегчением перевела дух, вот что только не послышится с перепугу.

– Сейчас принесу, – пообещала я, пятясь к выходу под тяжелым взглядом шефа.

– И постарайтесь сделать это до того, как наступит завтра! – крикнул он уже в закрывающуюся дверь.

Кофе я делала со скоростью человека пытающегося попасть в Книгу рекордов Гиннеса. Один раз чуть не разбила чашку, два раза пролила, махнула рукой – потом вытру – и ринулась обратно в кабинет.

– Разрешите.

Главнюк даже не поднял головы на звук моего роболепского голосочка.

Ну и слава Богу. Сейчас поставлю и незаметно скроюсь, авось ближайшие полчаса обо мне не вспомнит.

Со всей возможной поспешностью, я подошла к столу шефа и… запнувшись о собственный каблук другой ногой, выплеснула кофе прямо на дорогие брюки моего горячо «любимого» начальника.

– Ой, – в ужасе произнесла я и замерла на месте, глядя, как шеф в бешенстве поднимается с кресла.

– Это всё, что вы можете сказать? – прорычал, еле сдерживая себя, Кирилл Павлович.

– Я сейчас! – испуганно заблеяла я, упала на колени, и с треском оторвав левый рукав блузки, принялась яростно вытирать брюки шефа в том самом месте, куда приличным девушкам даже смотреть не положено. Я вытирала и чувствовала, как плоть мужчины начинает твердеть, а он сам замер, словно…

Скайп забулькал и я впустила на экран компа Светку.

– Ну как, ты прочитала? – нетерпеливо спросила она.

– Ты только пять минут назад прислала мне файл, – возмутилась я.

– Не пять, а семь. За это время можно было всю главу пробежать глазами.

– А я вот только две страницы успела.

– Да уж, бета-ридер мне достался…

– Зато бесплатный, – буркнула я.

Подруга пропустила моё ворчание мимо ушей.

– Ну так как тебе? Только честно!

– Если честно, то… всё как-то вторично…, – мягко сказала я, что думаю.

– Что именно?

– Ну вот пролитый на брюки кофе, например. Мало того, что он горячий и у него там все…э-э… сварятся всмятку, так и к тому же я читала этот приём уже в двух или трёх…

– Ерунда!

– …десятках книг. Хотя про оторванный рукав было свежо, да…

– Правда, здорово? – просияла Светка. – Ну а кофе, что кофе… Это ведь художественный инструмент, мне эротику надо показать с первой страницы, иначе читать не будут.

– Ну тогда замени уж чем-нибудь…

– Чем?

– Не знаю, – пожала плечами, с фантазией у меня всегда было туго, я же не писатель. – Мороженым, например.

Подруга на секунду задумалась, но быстро подхватила:

– И пусть она тогда слизывает его языком! Ооо! Это бомба! – впала в творческий экстаз Светка и, даже не попрощавшись, отключилась.

А я побрела на кухню ставить чайник. Светка вознамерилась стать писателем любовных романов и была абсолютно уверена, что её ждет успех и лавры, по крайней мере, «50 оттенков серого». Идея эта пришла после того, как её карьера актрисы закончилась на первых же пробах, где ей предложили роль в рекламе средства от геморроя. Она решила не растрачивать свой талант и подалась в писатели, в надежде, что однажды её книгу экранизируют, и она сыграет в фильме, конечно же, главную роль.

Скайп снова булькнул и я, чертыхнувшись, побежала в комнату.

– Я ещё не…

– Брось, – ответила мне экранная Светка. – Я через пару минут пришлю тебе новый вариант. Его почитаешь. Я тебе забыла напомнить, что у нас встреча сегодня.

– В восемь. В парке, в кафе «Аида», – хором сказали мы друг другу.

– Я помню, приду.

– Как раз успеешь прочитать первую главу.

– Там пятьдесят шесть страниц! – снова возмутилась я.

– Секс с восьмой по пятнадцатую. Если он, конечно, ещё тебя интересует, – с намёком произнесла подруга и я, не удержавшись, отключила её.

В отличие от Светки, успевшей побывать замужем уже два раза, я ещё ни разу не примерила на палец обручальное кольцо. Все мои отношения заканчивались неизменно быстро и безрезультатно, так что я махнула рукой на личную жизнь, найдя даже свои прелести в одиноком существовании в холостяцкой квартире.

На встречу со Светкой я традиционно опоздала, хотя собираться начала за час до выхода.

– Я прощу тебя, если скажешь, что задержалась из-за того, что не могла оторваться от моего романа, – заявила мне недовольная подруга.

– Так и есть, – заверила я её и почти не покривила душой.

Я плюхнулась на пластмассовый стул уличного кафе и про себя отметила, что новые туфли выдержали первое испытание короткими перебежками.

– Как-то пусто, – сказала я, обведя взглядом столики.

Парочка по соседству и мужичок неопределенного возраста и социального положения – не в счёт.

– А что ты хотела? Жара, все на дачах либо на морях.

– На море я бы тоже не отказалась, – мечтательно сказала я, пригубив уже успевший нагреться напиток, который подруга взяла для меня заранее.

Светка оживилась.

– Так найди себе мужика!

– О, нет! – пресекла я сразу попытку подруги вырулить на её любимую тему: «Наташа и мужчины в её жизни». – Я теперь феминистка, независимая и уверенная в себе женщина. И точка.

– Да ну какая феминистка! Лучше бери пример с меня. Мужчины такую женщину не пропускают.

– Только ни с кем счастья у тебя не было. Будто я не понимаю, что ты таким образом пытаешься забыть Лекса.

– Кого? Не знаю о ком ты.

Я долго поддерживала упорное Светкино желание делать вид, будто ничего не было, но сегодня у меня другое настроение.

– Знаешь. Ты ведь помнишь, какой сегодня день?

– Не помню, – упрямо сказала подруга, но потому как она опустила глаза, я поняла, что она ничего не забыла.

– Ровно пять лет назад, в этот день, мы попали в Запределье, – произнесла я то, что она и так знала.

Видимо, моя подруга поняла, что я сегодня решила удариться в воспоминания и меня не отговорить, и больше не стала отрицать то, что с нами случилось, как это было обычно.

– Знаешь, меня всё тянет сходить в ту комнату смеха. Просто посмотреть…

Светка хмуро отпила из своего стакана и резко поставила его на стол.

– Нет её больше. Закрыли. Четыре года назад ещё.

Я удивленно воззрилась на неё. Значит, она там была после того, как мы вернулись!

– Ты ходила и ничего мне не сказала? – возмутилась я.

Светка замялась.

– Я… я случайно там рядом оказалась, ну и заглянула.

Ну конечно, так я и поверила! Но решила не выводить подругу на чистую воду. В конце концов, сейчас это уже не так важно.

– И?

– Что и? Я уже сказала, закрыли твою комнату смеха. Замок висит и табличка «На ремонт».

– Так может открыли уже? Четыре года уже прошло.

– Ну знаешь, вон у тебя ремонт уже третий год идет, а квартира как в сюрреализме: одна стена коридора в обоях в розовый цветочек, другая – в бежевую полоску.

– Просто мне не хватает…

– Мужика тебе не хватает.

Я вдруг представила вампира Нела, клеящего в квартире обои и рассмеялась.

– Вот что смешного я сказала?

– Извини, просто у тебя на любую мою фразу один ответ.

– Да потому что это правда.

– А пойдём, посмотрим, – вдруг сказала я и Света, конечно, не поняла такого резкого поворота темы.

– Куда пойдем?

– В комнату смеха. Найдём то зеркало…

– Это ещё зачем?

Я поддалась вперед и, глядя подруге в глаза, спросила:

– А ты бы не хотела вернуться?

– В Запределье? НИ-ЗА-ЧТО! И потом, ты же знаешь, что зеркало не причём. Нас туда перенес ключ. А он, если ты помнишь, остался на той стороне. На шее гоблина. Фу, как вспомню!

Последняя фраза подруги была вполне понятна. Провести больше месяца в зеленой шкуре маленького уродливого гоблина с огромными ушами, было испытание не из легких.

Я снова откинулась на спинку стула.

– Вот поэтому я и не верю в наше возвращение. Просто хочется снова ощутить себя…

– … в сказке.

Я кивнула и задумалась, бессознательно вертя в руках опустевший стакан.

– А пошли! – вдруг сказала Светка и решительно встала из-за столика.

– Что? – удивленно подняла на неё глаза.

– Ты же хотела! Пошли. Ну прогуляемся в конце концов.

Упрашивать меня не пришлось. Мы шли сначала медленно, словно и впрямь бесцельно прогуливались, но чем ближе мы подходили к маленькому старому строению в конце парка, тем быстрее становился наш шаг. Но едва мы подошли к двери, как нашему разочарованию не было предела, хоть каждая из нас и пыталась его скрыть.

– Ну, я же говорила.

Я смотрела на замок и покосившуюся табличку и кусала губы. Затем медленно обошла строение и на задней стороне, там, где узкий проход между стеной и оградой парка зарос травой, я обнаружила в стене низкое, небрежно заколоченное окно. Я в задумчивости уставилась на него.

– Если бы ты была сумасшедшей, я бы решила, что ты раздумываешь, как туда влезть, – произнесла Светка, которая последовала за мной.

– А ведь доски совсем трухлявые, держатся на честном слове.

– Нет, Наташа, они держатся на гвоздях. А здание наверняка на сигнализации.

Я окинула скептическим взглядом строение, больше напоминавшее большой сарай.

– Это? Шутишь? – спросила я подругу, указывая на обсыпавшуюся штукатурку и кое-где виднеющиеся кирпичи.

– Нет, я всё ещё пытаюсь тебя отговорить.

Но авантюрное настроение уже заполнило моё сознание, и я ухватилась за нижнюю доску на окне. Потянула. Ещё раз. И ещё. С четвертой попытки доска с треском оторвалась, а я едва не шлепнулась. Я победно взглянула на подругу, недовольно сложившую на груди руки, и ухватилась за следующую доску.

– Если ты мне поможешь, дело пойдёт быстрее.

– А ты не задумывалась, что проникновение на чужую территорию незаконно?

– Вот если ты не хочешь, чтобы нас схватили, помоги. Чем быстрее влезем, тем меньше шансов, что увидят, как мы тут околачиваемся.

Светка, вздохнув и удрученно помотав головой, всё-таки ухватилась за доску вместе со мной. На счёт раз-два-три, мы оторвали её с первого раза. Образовавшейся прорехи вполне хватало, чтобы через неё могла влезть миниатюрная девушка. Ну такие как мы со Светкой.

– Я первая! – заявила подруга и, не дожидаясь моего согласия, полезла в окошко. Я всеми силами помогала ей.

Прошло минут десять, прежде чем она справилась с этой задачей.

– Ну что так долго? – нетерпеливо спросила я, когда она скрылась в темноте проема.

– Тут ни черта не видно!

– А мобильник тебе на что? Помоги мне!

Общими усилиями мы втянули меня вовнутрь. И первое, что я сделала – начала чихать.

– Сколько пыли, – успела сказать я, прежде чем опять чихнула.

Светка тем временем зажгла фонарь на телефоне. Света льющегося из оконного проема хватало не сильно. Зато в лучах хорошо были видны летающие пылинки.

Комната, куда мы попали, оказалась небольшим подсобным помещением. Под ногами скрипели какие-то доски, шуршали старые газеты и ветошь.

– Смотри! – указала я на стену, у которой стояли зеркала.

Мы бродили от одного кривого зеркала к другому, искаженные лица в пыльных отражениях не веселили нас как тогда, когда мы были совсем молодыми. Да и не развлекаться мы сюда пришли. Думаю, каждая из нас искала именно то зеркало, которое стало проходом в другой мир. Сколько времени прошло, прежде, чем мы опомнились, неизвестно, но в какой-то момент Света вздохнула.

– Надо идти. Может, теперь ты успокоишься и начнёшь жить полноценно?

Я грустно улыбнулась и медленно побрела к светлому проему, слыша за собой шаги подруги.

– Давай ты первая, – предложила я ей.

Светка хотела возразить, но поглядев на меня, молча полезла в проём. Пока, пыхтя, она словно уж, пыталась выбраться, я в последний раз оглядывала помещение с зеркалами. Ну что ж. Наверное, подруга права. Надо перестать жить прошлым. Вздохнула и посмотрела на свет, льющийся из проема. Светка уже вылезла и, наверняка, нетерпеливо дожидается меня. Бросив сумку в окно, чтобы было удобнее, я с трудом полезла, прикрыв веки от льющегося в глаза света и… выпала, едва не расквасив себе нос. Как ни странно, падение оказалось болезненным, хотя до земли вряд ли было больше метра. Я приоткрыла глаза и тут же их закрыла, помотав головой. Не может быть! Спустя секунду я снова решилась посмотреть на то, что меня окружало. Либо я сошла с ума, либо это… лесная поляна. Обычная такая, небольшая поляна, окруженная деревьями.

– Да вы издеваетесь! – вдруг раздался чей-то громоподобный голос.

С ужасом я обернулась и увидела огромное серое существо. На почти безволосой голове располагались маленькие глазки, уродливый нос и толстые губы, из-под нижней выпирали небольшие клыки. По всей видимости, это была самка, поскольку её грудь свисала на живот, а бедра были прикрыты повязкой. Несмотря на свой угрожающий вид, существо сейчас не выглядело опасным. Больше…удивленным.

– Ты кто? – спросила я вмиг пересохшими губами.

Существо, перестав оглядывать себя, зыркнуло в мою сторону.

– Да ты не поверишь, Наташа!

Мои глаза полезли на лоб.

– Света???

Глава 2

Новый поворот

– Почему я? Нет, ну почему именно я?!

Вот уже почти десять минут существо топало по поляне и взывало к судьбе, Богу и справедливости. А я в это время ощупывала себя на предмет выявления ушибов и вывихов и осматривала местность. Впрочем, ничего интересного, кроме булькающего котелка на разведенном на поляне костре, я не увидела.

– Света, прекрати причитать. Скажи мне лучше, что это не сон!

Существо, бывшее моей подругой, остановилось и зло уставилось на меня.

– Нет, Наташа, это не сон. Это кошмар! И я очень надеюсь, что он скоро закончится.

– Закончится? Светка! Мы в Запределье! Неужели ты этого не понимаешь? – вскричала я. – Мы вернулись! Мы снова здесь!

– Да ну? – язвительно произнесла Светка. – А тебя больше ничего не беспокоит? Ну, например, что твоя самая близкая подруга превратилась в чудовище?

– Ну так тебе же не привыкать, – неосмотрительно ляпнула я.

От Светкиного гнева меня спас шум ломаемых веток, ещё секунда и на поляну выбежал человек.

– Фух, успел! – проговорил, тяжело дыша, парень.

Я всмотрелась в знакомое лицо.

– Тиллиус? Тилли, это ты???

Молодой человек поправил очки и скромно улыбнулся.

– Рад вас видеть, Наталья и… эмм…

Светка стояла, подбоченясь, и гневно смотрела на мага.

– Ну-ну, говори!

– Светлана? – полувопросительно произнес Тиллиус и чуть слышно пробормотал. – Надо же, как интересно получилось.

– Что? – взревела Светка. – Так это ты во всём виноват?

Тиллиус съёжился и помотал головой.

– Не совсем. То есть, это, конечно, я повесил на её шею ключ. Но я не видел другого способа.

Пока Тиллиус всё это произносил, Света угрожающе надвигалась на мага.

– Стоп-стоп, – остановила я обоих. – Давай всё по порядку. Светка теперь кто?

– Орк.

– Кто? – опять взревела моя подруга, и я невольно потрясла пальцем в ухе.

– Вернее орчиха. Вы бы это сразу заметили, если бы я не попросил её надеть повязку на бедра. Так-то орки не сильно этим беспокоятся.

– А вот это… – Светка ловко потрясла отвисшими грудями. – Любоваться оставил?

Тиллиус смутился.

– Нет, здесь я её упросить не смог. Сказала, что не станет прятать красоту.

– Хорошо, оставим это… на время, – добавила я, видя, что Светка собирается возмутиться. – Откуда у тебя ключ и как вообще произошло, что мы снова оказались тут?

– О, это долгая история, – Тиллиус набрал воздуха в грудь и на одном дыхании выдал: – Мастер Йорка лишился рассудка после того, как побывал в вашем мире. Мага Оливуса похитили, Лекс отправился на его поиски и пропал. Мирания готовится к войне с Проклятыми. Нел решил жениться на их королеве, чтобы помешать нападению. А у Готлона уже пять артефактов из девяти, – Тиллиус перевел дух и добавил. – А я не знаю, что со всем этим делать, поэтому позвал на помощь вас.

Пару минут мы стояли притихшие. Новостей было так много, что мозг с трудом их переваривал.

– Я, конечно, дико извиняюсь, что опять со своей ма-а-аленькой проблемкой, – робко начала Светка, а потом заорала, что есть мочи. – Но я вообще-то до сих пор орк!!!

– А, – Тиллиус опять поправил очки и, заикаясь, проговорил, – тут, увы, я ничем не могу помочь. Ты, как и в прошлый раз, переместилась в тело, у которого был ключ.

– А какого лешего ты вообще повесил ключ на орчиху???

– И вообще, кто она такая? – добавила к Светкиному вопросу я.

– Грэб – моя телохранительница. Видите ли, времена настали неспокойные и я нанял её, чтобы она меня охраняла. Вот уже почти пять месяцев мы перемещаемся на исходные точки открытия врат, в надежде, что Света будет поблизости и ключ сработает. Сегодня мы тоже ждали, но мне срочно надо было отлучиться, и я оставил Грэб с ключом.

– Стоп-стоп. Погоди, почему именно Света? – не скажу, чтобы меня это задело, просто было любопытно. Честно.

Тиллиус снова поправил свои очки, чем начал меня раздражать и опасливо сказал:

– Дело в том, что я поставил магический маячок на Свету, перед тем, как вы покинули Запределье.

– Магический… Чего? – не врубилась Светка.

– Маячок. На всякий случай. Так я мог отследить, когда ты появишься в непосредственной близости от врат. Как чувствовал, что понадобится… Сегодня он сработал. Ты и ключ оказались в одной точке пересечения и вот, вы тут. К счастью, вдвоем, – улыбнулся Тиллиус, то ли радуясь этому обстоятельству, то ли гордясь собой за придумку.

– Это что же получается, я пять лет ходила под «колпаком»? – возмутилась моя подруга.

– Н-нет, под маячком, – поправил маг. – Только почему же пять лет, всего год.

Я уставилась на нашего друга.

– Тилли, ты разве не знаешь, что время на Земле и в Запределье идёт по-разному? Здесь год, там пять лет.

– Правда? – удивился маг. – Я об этом не знал.

– Мы поняли это, когда по прибытии на Землю выяснилось, что нас не было дома пять месяцев, а не один. Нас даже объявили в розыск. Но это ладно… Неужели гоблин вам не рассказал?

– Увы, мастер Йорка после возвращения вообще мало что говорит, – удрученно вздохнул Тиллиус. – Чаще поёт.

– Поёт? – не поняла Света.

– Да, всё время одну и ту же балладу.

– Это какую?

Тиллиус неуверенно взглянул на нас, а потом, решившись, расправил плечи, и старательно кивая головой, пропел:

– Между нами тает лё-о-од…

– Ой, я не могууу! – Светка согнулась пополам и расхохоталась. – Я тебе говорила, Наташа, что однажды эта песня сведет кого-нибудь с ума?

– К сожалению, это очень грустно, – не разделял Тиллиус Светкиного веселья. – Поскольку мне теперь приходится приглядывать за мастером Йорком. А это весьма обременительное занятие, – маг вздохнул так грустно, что было понятно, что он нисколько не преувеличивает.

– Йода мастер твой сейчас где а? – наконец, успокоившись, спросила Света.

Тиллиус недоуменно захлопал глазами, и мне стало его жалко.

– Света, перестань. Говори нормально. Не обращай внимания, Тилли. Она имеет в виду, где сейчас этот мастер Йорка?

– В деревне, тут неподалеку. Собственно, именно к нему я отлучался. Он срочно вызвал меня, а никогда не знаешь, действительно ли что-то случилось или он нечаянно тронул магическую связь.

– Так, ладно, это всё, конечно, забавно. Очень рады были тебя повидать, Тиллиус. Передавай привет всем нашим, когда увидишь. А теперь возвращай нас обратно, пока орчиха ещё на месте, – заявила Света, протягивая магу ключ-кристалл.

– Я… я не могу.

– Как это не можешь?

– В следующий раз врата откроются только через три месяца. А до этого времени вам придётся побыть в Запределье.

– Три месяца?! Ты понимаешь, что в нашем мире – это больше года? – возмутилась Светка-орк. – И что мы будем всё это время делать здесь?

– Искать мага Оливуса и Лекса. Спасать Миранию от Проклятых, а мир от Готлона. Всё так, Тиллиус? – улыбнулась я. – Ты ведь за этим вызвал нас сюда?

– Вы мне поможете? – с надеждой спросил юный маг.

– Да раз плюнуть, делов-то! – сердито ответила Светка, видимо понимая, что деваться нам некуда.

– Тилли, ты ведь понимаешь, что мы простые девушки с Земли, а не воинственные амазонки? – усмехнулась я, вспоминая, как мне однажды пришлось прикинуться одной из них, чтобы победить в королевском турнире, но это долгая история.

Юный маг улыбнулся.

– Вы мои единственные друзья. Мне не к кому больше обратиться с тех пор, как пропали учитель и Лекс. А Нел… он, в общем-то, всегда непредсказуем и сам по себе.

Тиллиус опасливо на меня взглянул, но я лишь безразлично пожала плечами. Это имя меня больше не волновало. Любовь к вампиру была в прошлом. В том прошлом, когда я в неё ещё верила.

– Конечно, мы тебе поможем, Тилли. Во всяком случае, очень постараемся. Да, Света? – оглянулась я, ища поддержки у подруги, но, к удивлению, орчиха уже наяривала что-то ложкой из котелка.

– Жрать хочу, жуть.

– Боюсь, эта особенность осталась тебе от Грэб. Она хотела есть постоянно, – сказал Тиллиус и замер, словно к чему-то прислушиваясь, но вскоре произнес: – Опять мастер Йорка зовёт. Думаю, нам лучше пойти в деревню. Это близко.

На тушение костра ушло не больше минуты. Из всех вещей у Грэб была только дубина. Взвесив в руке, Света сначала хотела её бросить, но я убедила взять первобытное оружие с собой. Прихватив котелок, с явным намерением съесть оттуда всё до последней крошки, орчиха двинулась за нами, ломая кусты и молоденькие деревца.

Глава 3

Новые знакомства

Идти до деревни, действительно, пришлось недолго. Однако за это время я успела пару раз споткнуться и чуть не сломать ноги из-за каблуков. Всё же что ни говори про удобство новых туфель, для прогулок по лесу они не годятся. Поэтому сделала зарубку в памяти первым делом попросить в деревне какую-нибудь удобную обувь. Надеюсь, по пути не встретится какой-нибудь местный Юдашкин, а то джинсы и лапти станут новым модным трендом.

Деревня, оказалась большой, но вопреки моим ожиданиям, встретила нас удручающей пустотой и мрачностью. Никаких тебе весело бегающих босоногих детишек, баб, останавливающих на скаку коней, и мужичков, вальяжно взирающих на это с покосившихся лавочек. Единственная женщина, заметившая с порога нашу троицу, затолкала любопытно высунувшегося сынишку обратно в дом и торопливо захлопнула за собой дверь.

– Что это они все попрятались? Из-за меня что ли? – спросила Светка.

– Нет, к тебе, то есть к Грэб, они уже привыкли. Уныние сейчас во всей Мирании, – вздохнул Тиллиус. – Особенно в деревнях. В последние месяцы участились случаи нападения Проклятых.

– Пробуют Миранию на зуб? – догадалась я.

– Можно и так сказать…

Расспросить подробнее, кто такие Проклятые, я не успела, мы пришли к какому-то двухэтажному домику, который был, пожалуй, самым большим из увиденных в деревне.

– Трактир «Слепой поросенок», – прочитала Света на вывеске. – Странное какое-то название.

Тиллиус пожал плечами, по всей видимости, наименование заведения его интересовало меньше всего.

– Мы остановились здесь, пока ждали открытия врат.

– Не думала, что в деревнях есть гостиницы.

– Неподалеку пролегает тракт, и здесь часто останавливаются путники перекусить и переночевать. В трактире всегда есть посетители.

Тиллиус оказался прав. Едва мы вошли вовнутрь, как оказались в большом зале со столами, за многими сидели люди, а за одним даже тройка гномов. Я пригляделась, но, увы, ни Делти, ни Иланы среди них не было. Зато в зале стоял призывный запах жареного мяса и тушеной капусты.

– Есть хотите? – спросил Тиллиус.

– А то! – заверила его орчиха.

– Света, у тебя ещё в котелке есть еда, – напомнила я ей.

Подруга быстро выгребла деревянной ложкой остатки пищи, засунула в рот и промычала:

– Уже нет.

– Давай сначала всё же познакомимся с мастером Йорком, а потом подумаем о еде.

– Не хочу я думать о еде, я хочу её есть! – возмутилась Света, но побрела за нами.

Тиллиус привел нас к комнате на втором этаже.

– Не самая лучшая, конечно, – смущенно проговорил юный маг, – но нам приходиться экономить.

Внутри комната оказалась самой простой. Пара кроватей, покосившийся комод, потрепанный половик, призванный добавить уют скудной обстановке. Единственным интересным объектом в комнате оказался маленький зеленый гоблин. Он был настолько знакомым, что на минуту я застряла в дверях.

– Ой, до чего же мерзко я выглядела, – скривилась Светка, рассматривая своё бывшее тело.

На гоблине был какой-то бесформенный серый балахон с капюшоном. Мастер Йорка взглянул на нас и в качестве приветствия пропел:

– Между нами тает лё-о-од.

– О, боже! – простонала Света. – Если так будет всё время, то я долго не выдержу.

– Я Наташа, а это Света в теле Грэб, – на всякий случай представила я нас мастеру Йорку.

– И сегодня мы только вдвоё-о-ом! – пропел снова гоблин, и я поняла, что разговор наш бесполезен.

– Похоже, что с мастером всё в порядке. Снова ложный вызов, – вздохнул Тиллиус.

– А ты со всеми можешь поддерживать такую… эм-м… мысленную связь? – заинтересовалась я.

– Она не мысленная. Я улавливаю эманации магических волн, которые… – взглянув на моё лицо, Тиллиус понял, что ушёл в другую сторону, поправил очки и добавил: – Нет, только маги могут слышать такую связь.

– Удобно, – оценила я. – Почти так же круто, как и телефон.

Тиллиус хлопал глазами, но я решила, что объяснять слишком долго и полезла в сумочку, которую не забыла прихватить с поляны. Покопавшись в ней, достала мобильный телефон.

– Не работает, как я и думала. Прости, Тиллиус, показать не могу, но поверь на слово, у нас на Земле, общаться на расстоянии могут все.

Тут я заметила, что подруга бесцеремонно копошится в комоде.

– Света, ты что ищешь?

– Какое-нибудь тряпье, чтобы прикрыть свой стыд и срам.

– Срам у тебя уже прикрыт, а грудь можно обвязать простынёй.

– Да никто внимания не обратит, ты же орчиха… – начал Тиллиус и не закончил под гневным взглядом Светки.

Она бросила поиски, выпрямилась и, указывая на себя, сказала:

– Я, прежде всего, женщина и не важно, какое у меня тело. Да, вы можете видеть во мне лишь толстое неуклюжее чудовище, но внутри, слышишь, внутри я такая же, как и вы, чувственная и ранимая. Моё сердце сейчас больше вашего, но оно также трепетно бьется, когда я слышу доброе слово и пусть даже самый незатейливый комплимент, брошенный мне случайно. Так не будьте же черствы ко мне. Я женщина! И этим всё сказано! – закончила Света свою исповедь, проникновенно глядя на Тиллиуса.

– Я… я не знал…, я не думал…– заикаясь, проговорил юный маг, глаза за очками увлажнились и, казалось, что он вот-вот заплачет, тронутый такой речью.

– Вот, Наташа, а они мне предлагали роль в рекламе средства от геморроя! Мне! Той, которая могла сыграть Джульетту или Офелию!

– Мы под впечатлением, – заверила я её.

– То-то! Ну давайте вашу простыню.

Обвязавшись ею, как в бане, орчиха стала выглядеть ещё более нелепо, но я решила ей об этом не говорить.

– Так, если я сейчас не поем, у меня лопнет голова, – заявила Света и решительно направилась к выходу из комнаты.

Я секунду поколебалась и, решив всё-таки оставить на потом исследование сумки на предмет полезности содержимого в этом мире, последовала за подругой. Вместе с нами в общий зал спустились и Тиллиус с мастером Йорком. Сев за стол, мы заказали себе еды, Светка сразу тройную порцию.

– Ну что, времени терять не будем, – сказала я. – Нужно спасать наших. А значит, нам необходим план. С чего начнём?

– Нужна команда, – заявила Светка.

– Нас уже четверо.

– Прости, Наташа, но полоумного гоблина можно в расчёт не брать. Единственная польза от него будет, если он своей песней сведет всех врагов с ума.

– Но что нам делать? Я больше не знаю, кого просить о помощи, – растерянно произнес Тиллиус.

– Нас с тобой никто не найдё-о-от, – вставил своё «слово» мастер Йорка.

– Наёмники, – заявила Света, пододвигая к себе одну из принесенных нам мисок. – Воины, которые будут нас защищать.

Тиллиус печально покачал головой.

– Боюсь, у нас нет денег, чтобы нанять хотя бы одного воина.

– Но ведь об этом же никто не знает, – резонно заметила Светка.

– Не поняла. Ты хочешь обмануть наёмников?

– Ну почему сразу обмануть? Пообещать оплату после похода, а там, по пути, если найдём деньги – честно всем заплатим.

– Что значит «найдем», Света? Конечно, Запределье – мир чудес и магии, но и здесь монеты не валяются под ногами.

– Но ведь в прошлый раз мы нашли сокровища в пещере? – напомнила подруга, выбрав ложку побольше и с удовольствием зачерпывая похлебку.

– Света, это была случайность! Второй раз так может и не повезти. Ты представляешь, что с нами сделают наемники, когда узнают, что их обманули, и денег нет?

– Тьфу, ну что ты из всего делаешь трагедию? Мы ещё никого не наняли, а ты уже паникуешь.

– Просто потом паниковать будет уже поздно, – заметила я.

– В общем, предоставьте это дело мне. Я знаю, как нужно действовать.

Почему-то некстати вспомнилась встреча с троллями, когда Светка уверяла нас, что с помощью дипломатии урегулирует нашу проблему. Чем тогда всё закончилось – лучше не рассказывать. Но делать нечего, если Света что задумала, с пути её уже не свернёшь.

– Ну хорошо, а как ты будешь искать наёмников?

– О, это самое простое, – промычала орчиха, отодвигая уже пустую миску и придвигая вторую. – Мы повесим объявление.

– На шею? – спросил Тиллиус.

Я невольно рассмеялась, представив Тиллиуса скромно стоящим на улице с табличкой на шее. Света, видимо, тоже это вообразив, помотала головой.

– Нет, расклеим на столбах. У вас есть столбы?

– Только если позорные. Ну и дорожные.

– Вот, на них и повесим. Тащи пергамент, – распорядилась Светка.

Тиллиус аж вспотел.

– А… а бумага не подойдёт? – спросил он. – А то пергамент я, наверное, найти не смогу.

– Так у вас и бумага есть? Гляди, Наташка, такими темпами у них скоро и принтеры появятся. Давай, Тиллиус, свою бумагу и ручку или чем у вас там пишут.

Юноша кинул и поспешил выполнять поручение. Уже через пару минут Светка выводила чернилами буквы на серой бумаге.

– Значит так, раз денег для оплаты у нас нет, будем писать витиевато. Так, чтобы к нам потом нельзя было придраться. Тьфу, как вы пишите такими тоненькими палочками?

– Перо нормальное, это просто у тебя пальцы теперь большие, – заметила я.

Объявление Света писала долго, пару раз «украсила» бумагу кляксами, но в итоге, вполне довольная результатом, продемонстрировала объявление нам.

«Ищутся приключенцы для совместного поиска приключений на свою голову. Вы – мужчина с В/О, Ч/Ю, без В/П и М/П Возможна материальная помощь. Конфиденциальность гарантируется».

– Нет такого слова «приключенцы», – заметила я.

– Ты писатель или я? – заупрямилась Света.

Зная Светкин характер, я решила не напоминать, что у неё не только нет изданных книг, но даже ни одного законченного романа.

– Всё равно, мне кажется, на это объявление никто не клюнет, – с сомнением сказала я.

– Я тебя умоляю. На это клюнули оба моих бывших мужа. Всё, допишите место и время и идите, вешайте.

– А ты?

– По закону Архимеда, после сытного обеда, чтоб желудком не страдать, полагается…

– …поспать, – со вздохом закончила я.

– Ну я знаю альтернативное окончание этой фразы, но это потом, пусть сначала переварится. А сначала поспать, да, – зевая, Светка встала из-за стола и потопала к лестнице на второй этаж.

Я грустно посмотрела на опустевшие миски. А затем со вздохом промокнула перо и дописала: «Трактир «Слепой поросенок», комната 4»

– Ну что, пойдемте, – позвала я друзей выполнять ответственное Светкино поручение.

Что в Тиллиусе прекрасно – он никогда не возражал. А мастеру Йорку, похоже, было абсолютно всё равно, что вокруг происходит. Выйдя из трактира, мы пошли к дороге. На предложение Тиллиуса повесить объявление на позорный столб, я, подумав, отказалась, всё-таки рано падать духом. Посему пришлось топать до самого тракта, где стояли дорожные указатели.

– А что такое, вот эти Ч/Ю, М/П? – спросил Тиллиус.

– Чувство юмора, материальные проблемы, и так далее, – механически расшифровала я, известные всем на Земле сокращения.

Тиллиус поправил очки:

– Какой интересный набор качеств для наемника.

– Ой, у кого о чем болит, – сказала я, имея в виду Светку. – Не обращай внимания. Лучше просвети меня, Тилли, каким образом мы говорим на вашем языке?

– А, это одно из свойств ключа.

Заметив мой заинтересованный взгляд, маг приободрился. Обычно я не люблю слушать его объяснения непонятных мне вещей, а тут проявила любопытство.

– У каждого из Великих артефактов есть несколько взаимосвязанных свойств. Способность понимать другой язык – одно из свойств ключа. Правда, для этого артефакт должен «услышать» его и тогда он сможет передать это свойство владельцу.

Пока Тиллиус рассказывал, наша троица дошла до тракта. Вешая объявление на столб, я обратила внимание, что дорога была совсем пустой.

– Тилли, думаешь, кто-нибудь придёт?

Маг пожал плечами и посмотрел на небо:

– Кажется, дождь начинается.

– Мы промокнем под дождё-о-ом, – радостно пропел мастер Йорка, кажется, впервые попадая в тему.

Добрались до трактира мы как раз в тот момент, когда пошёл ливень. Света ещё спала, расположившись на полу, видимо, справедливо полагая, что под её тушей хлипенькая кровать дешевой таверны не выдержит. Я тоже не долго думая, решила идти на боковую. День был насыщенным, а затянувшие небо тучи создавали ощущение позднего вечера, отчего спать хотелось ещё больше. Уснула я под бормотание мастера Йорка. Кажется, он напевал свою любимую песню.

Утро выдалось шумным. Проснулась я оттого, что Света ругалась с Тиллиусом. Вернее, она ругалась, а он смущенно молчал и являл собой само раскаяние.

– Что случилось? – не поняла я спросонок.

– О, ты проснулась! Представляешь, этот хмырь спал с нами в одной комнате!

– Какой хмырь? – на всякий случай я осмотрела помещение.

– Вот этот! – орчиха ткнула толстым пальцем в Тиллиуса. – Весь из себя такой скромняшка. Очки, взгляд стыдливый, а сам!

– Что сам? – совсем ничего не понимала я.

– А сам, не стесняясь, спал с нами в одной комнате! А если бы я была в неглиже?

Я застонала и накрылась подушкой, мечтая ещё немного поспать.

– Он вчера тебя видел и в глиже и в неглиже, – напомнила я подруге из-под подушки.

– Это не считается! Он всё равно не должен был спать с нами в одной комнате, а если бы он нас обесчестил?

Я выглянула из-под подушки одним глазом и оценила Светкины объёмы.

– Тогда это был бы его первый подвиг на сексуальном поприще.

Пока подруга соображала, что я имею в виду, продолжила, взывая к Светкиному благоразумию:

– Мы не можем снимать две комнаты, нам надо экономить.

Светка посидела, насупившись, секунд тридцать, потом «оттаяла»:

– Хорошо. Прощу тебя, если за завтраком сгоняешь.

Тиллиус понял, что у него появился шанс и тут же ринулся его использовать. Правда почти сразу вернулся обратно.

– Там этот… – поправил он очки, – приключенец просится.

– Урра! – заорала Светка. – Попёрли!

– Что делать? – спросил нас Тиллиус.

– Как что? Зови скорее!

– Погоди, – остановила я Светку. – Дай хоть себя в порядок привести, ты же сама только что возмущалась про неглиже!

– Ах да, точно, – опомнилась она. – Так, Тиллиус. Скажи, чтобы подождал, нужно предложить ему чай, кофе…

– …и минет, – буркнула я. Похоже, после прочитанного Светкиного «шедевра», кофе теперь у меня всегда будет ассоциироваться с этим словом.

К счастью, меня никто не расслышал и Тиллиус убежал выполнять поручение.

– Ну чего лежишь? Вставай! Сейчас к нам такие мужчины пойдут, ух! Мускулистые, с двуручными мечами, с боевыми шрамами, – воодушевленно описывала подруга, пока я заправляла постель.

Но меня волновало другое.

– Что мы им будем говорить, когда они спросят про оплату?

– Да зачем им деньги? Им же мечом помахать – одно удовольствие.

– Угу, ну вот так и говори, посмотрим, сколько претендентов останется.

– Мы с тобою только вдвоё-о-ом, – вдруг пропел молчавший до этого мастер Йорка, и я сильно подозревала, что он прав.

Тиллиус вернулся, когда мы со Светой уже расставляли стулья, словно жюри на конкурсе талантов. Орчиха уселась сразу на два и те жалобно скрипнули, грозясь каждую минуту развалиться.

– Ну, впускай по очереди, – важно махнув рукой Тиллиусу, приказала Светка.

Тот, чувствуя важность момента, сглотнул, кивнул и, поправив очки, наконец, приоткрыл дверь и пригласил первого «приключенца».

Когда претендент явился перед нашими очами, Светкиному разочарованию не было предела, я это почувствовала, даже не глядя на неё. Кажется, наемник был ещё младше Тиллиуса. Светловолосый сухощавый мальчишка явно не походил на могучего воина, готового одним взмахом меча разделаться со всеми врагами. Кстати, меча при нём тоже не было. При нем вообще не было никакого оружия.

Мы в замешательстве несколько минут разглядывали его, но он стоял, улыбаясь, и ничуть не смущался нашего пристального внимания.

– Следующий! – наконец заорала Светка.

– Погоди, – остановила я подругу. Было неудобно вот так выставлять человека за дверь, даже не дав сказать ему ни слова. – Давай хоть узнаем, кто он.

– Да что тут узнавать? Видно же, что про приключения он знает только из книжек.

– О, – приключения – моё второе имя, – наконец подал голос юноша. Он оказался у него мягким и довольно певучим.

– А первое какое? – спросила я.

– Лоренс! Меня зовут Лоренс! – юноша так величаво произносил своё имя, что было очевидно, что оно ему очень нравится.

– Лори, угу. Приключения, значит, любишь?

– Я жажду их! Я странствую по свету в поисках приключений!

– А когда их встречаешь, что делаешь? – спросила я, ещё раз оглядывая простую одежду гостя в поисках незамеченного ранее оружия.

– Воспеваю! Я менестрель!

– Чего? – не поняла Светка.

– Музыкант по-нашему, – произнесла я уголками губ для подруги.

– Не-не, – замахала рукой Светка. – Музыкант не нужен. Следующий!

– А ещё я летописец! – тут же добавил Лоренс и дальше уже более вкрадчивым голосом продолжил: – Я опишу ваш героический путь и великие подвиги и восславлю вас по всему Запределью! Ваши имена будут с трепетом произносить и младенцы, едва научившиеся говорить, и седобородые старцы, что уже много повидали на своём веку, а храбрые воины будут шептать их, идя в последний бой.

Лоренс говорил и в этот момент выглядел точно змей-искуситель. Я скосила глаза на Свету и точно! Она замерла, словно загипнотизированная сладкими речами.

– Лори, – мягко прервала я его. – Боюсь, наши подвиги будут не столь велики.

– Ну почему же? – очнулась Светка. – В пути всё может быть. Вот, к примеру, в прошлый раз, мы разве не героически спасли Илану?

Лоренс тут же вытащил из своей наплечной сумки толстую стопку прошитых листов и с готовностью записывать Светкины откровения, нацелился в блокнот пером.

– Ой нет, давайте сейчас не будем это вспоминать, – простонала я, представляя, сколько времени потребует рассказ. – Света, зачем тебе летописец, ты ведь и сама можешь всё настрочить.

– Наташа, я автор любовных романов, героический эпос не мой жанр. К тому же, я могу совершать подвиги, но восхвалять саму себя – это как-то нескромно.

Я бы хотела спросить у моей дражайшей подруги, какое из наших бедствий она считает подвигом, но наученная опытом многолетней дружбы, решила не начинать затяжную дискуссию.

– В любом случае, Лоренс не тот, кого мы искали в команду. Нам нужны мускулистые воины с двуручными мечами, помнишь? – надавила я на Светкину мечту.

Мечта пересилила желание Светки попасть в летописи Запределья.

– Да, Лоренс, ты извини, но у нас вакансия на конкурсной основе. Ты не прошёл.

– Ну если передумаете, то я до завтра побуду в трактире.

– Не передумаем, иди, – махнула ручищей Света, едва не задев по носу топтавшегося рядом мастера Йорка, и Лоренс удрученно покинул комнату.

– Жестокая ты, Наташа. Вот тебе жалко что ли было, если бы он с нами пошёл?

– Да какой с него прок, Света? Будет только под ногами мешаться. Нам вон мастера Йорка хватает, – кивнула я на гоблина и тут же добавила, – вы уж извините за прямоту.

– Между нами тает лё-о-од, – как ни в чем не бывало, пропел мастер Йорка.

– Ладно, ты права, – вздохнула Света. Правда печалиться долго не стала. – Следующий!

– А всё, – растеряно поправил очки Тиллиус.

– Как всё? – не поняла Светка.

– Больше никого нет, – смущенно сказал юный маг, словно это была его вина.

– Ты внимательно посмотрел? – не поверила орчиха.

– Очень, – заверил её Тиллиус.

Похоже, Светкин план по набору крутых «коммандос» летел коту под хвост.

– Ну может позже подойдут, – не желала сдаваться моя подруга. – Всё-таки день только начался.

С этого момента мы засели в комнате трактира «Слепой поросенок», ожидая, что приключенцы вот-вот потянутся косяком. Больше всех рассчитывала на это Светка, отчего из комнаты она отлучалась только на время трапезы, то есть всего лишь семь-восемь раз. К вечеру сдался даже Тиллиус, который, кажется, возлагал большие надежды на все наши замыслы. И лишь Светка продолжала верить в свой утопический план. Один мастер Йорка был абсолютно равнодушен ко всему происходящему.

Когда солнце уже потихоньку клонилось к закату, мы с магом и гоблином, возвращаясь с ужина, увидели как Света, распахнув окошко, пытается отогнать какую-то птицу.

– Кыш! Пошла, глупая!

– Света, мы принесли тебе поесть, как ты просила, хотя хозяин был не сильно доволен, что мы таскаем еду в комнату.

Причина, по которой моя подруга осталась в комнате, а не пошла на не-знаю-какой-по-счету-ужин была в моей решительной позиции, что мы с Тиллиусом и мастером Йорком тоже хотим есть, поэтому если Света так желает, то пусть сама сторожит своих приключенцев. Помучавшись сомнениями, Светка всё же решила остаться, наказав нам принести ей еду.

– О, отлично, а то уже живот с голодухи сводит. Я уже думала поймать эту сову и сожрать.

– Сырую? – с опаской спросила я. Неужели теперь Светка способна на такое?

– Какую сову? – встрепенулся Тиллиус.

– Кыш-кыш, – продолжала махать рукой орчиха. – Да не знаю, сова как сова, они, что, разные бывают? Кружит тут уже кучу времени. Никак не отгоню.

– Это почтовая сова! – воскликнул Тиллиус и бросился к окошку.

Светка так обалдела от его прыткости, что перестала отгонять птицу.

– Почтовая сова? – удивилась я. – Её случайно не Букля зовут?

Вопрос, по-видимому, показался Тиллиусу странным. Он на секунду замер, затем замотал головой.

– Нет. Её вообще никак не зовут. Она же птица.

Слова юноши были настолько логичны, что я не нашлась, что ответить.

– А вот у меня хомяк был. Масяней звала, – пробормотала я, чувствуя, что после такого признания мой рейтинг у Тиллиуса заметно упадет. К счастью, юный маг был слишком увлечен отвязыванием какой-то бумажки с лапки совы, которая в отсутствии помехи в виде размахивающего руками огромного орка спокойно уселась на подоконнике. Тилли так сосредоточенно читал письмо, что мы не смели его отвлекать, терпеливо ожидая, когда он закончит и расскажет всё сам. Хотя, признаться, мне было жутко любопытно.

– Это от Нела, – наконец сообщил Тиллиус. – Он пишет, что через неделю состоится их свадебная церемония.

– Кого их? – не поняла я.

– Я разве не говорил? – поправил очки Тиллиус. – Он решил жениться на королеве Проклятых, чтобы помешать нападению её войска на Миранию.

– Ах да, было что-то такое, – припомнила я слова мага.

– Значит, его план начал осуществляться, – просиял Тиллиус.

А вот у меня, наоборот, сердце словно что-то царапнуло. Глупость какая-то, я же давно забыла вампира!

– Ну а в чём именно состоит его план? Как он собирается помешать королеве напасть на Миранию? – спросила я у мага.

– Затрах… то есть залюбит до смерти? – засмеялась Светка и я бросила на неё хмурый взгляд.

– Что? – возмутилась она. – Ты ведь сама сто раз твердила, что теперь тебе всё равно!

– Так что с его планом, Тилли? – попыталась я отвлечь внимание присутствующих своим вопросом.

– Не знаю, он мне не говорил.

– А в записке он помимо даты свадьбы больше ничего не написал?

Тиллиус ещё раз взглянул на бумажечку, словно там неведомым образом могли появиться новые слова, и помотал головой.

– Нет, больше ничего.

Я немного подумала, а потом решительно сказала.

– Нам надо ехать туда.

– Зачем? – закатила глаза Светка.

– Ему может быть нужна наша помощь. Подумайте, он совершенно один среди врагов.

– А мы прямо сможем ему помочь! – всплеснула руками подруга и на этот раз таки задела по носу мастера Йорка, на что тот что-то обиженно пропел.

– Не ты ли недавно жаждала героических приключений, которые запишут в историю Запределья? – поддела я подругу. – Спасение Мирании – отличный шанс. К тому же, мы поможем другу, который не раз выручал нас из беды.

– Другу? Ой-ли? – прищурила Светка глаз, но я сделала вид, что не понимаю её намека.

– Хорошо, давайте проголосуем. Кто за то, чтобы ехать на помощь Нелу?

Я и Тиллиус подняли руки сразу, видя это, Светка поколебалась, но со вздохом всё же проголосовала за поездку тоже. Мастер Йорка воздержался.

– Собираемся! – бросила я. – Завтра утром трогаемся в путь.

– Как завтра? – запротестовала Светка. – А как же воины с большими мечами?

– Ждать мы больше не можем. Не тронемся в дорогу завтра – опоздаем.

– Опоздаем на что?

– На свадебную церемонию, – ответила я и отвернулась, делая вид, что занята сборами. В конце концов, не говорить же им, что у меня ой, какое плохое предчувствие от этого союза Нела с королевой Проклятых.

– Ну раз так, тогда выбирать не приходится. Тиллиус, разыщи Лоренса и скажи, что мы берем его в команду.

Я тяжко вздохнула, но возражать не стала, иначе чего доброго Светка заартачится, и уговорить её двинутся в путь, будет во много раз сложнее. Оставалось надеяться, что Лоренс не сильно будет нам мешать. Я слабо махнула рукой Тиллиусу, показывая, что согласна и он ушёл за нашим новым попутчиком.

Глава 4

Приключения начинаются…

Радость Лоренса не знала границ. Я с тайной надеждой осторожно попыталась выяснить, не владеет ли менестрель какими-нибудь ценными боевыми навыками или зачатками магии, ну или на худой конец – знаниями, которые могли нам пригодиться, но, увы, несколько сотен песен и сказаний – это все богатства, которыми обладал наш летописец. В конечном итоге, поняв, что Лоренс в лучшем случае, будет лишь развлекать нас в дороге, я оставила его на попечение Светки, а сама занялась сборами. Впрочем, вещей много не было. Тиллиус по моей просьбе обменял у одного из постояльцев трактира ручку с голой женщиной (не спрашивайте откуда она у меня) на удобную одежду и ботинки из мягкой кожи. И то и другое оказались мне немного великоваты, но выбирать не приходилось, и с грустным вздохом я запрятала мое любимое платье и новые туфли на дно вещевой сумки. У Светки, понятное дело, не считая пары запасных простыней, одежды не было совсем. По счастью, она была слишком занята инструктажем Лоренса, а то стенаний по этому поводу было бы не избежать.

– А куда именно вы направляетесь? – спросил Лоренс в паузе между вдохновенным рассказом Светки, как мы избежали казни и другими приключениями.

– На свадьбу к королеве Проклятых, – ответила я, не видя смысла скрывать.

– К Ядовитой королеве?! – воскликнул Лоренс и его глаза округлились.

Я на секунду отвлеклась от укладывания Светкиных простыней и взглянула на Тиллиуса. Тот пожал плечами:

– Возможно, я мало что о ней знаю.

– О, о ней ходит много интересных и жутких историй! – вдохновенно начал менестрель, но я его остановила жестом руки.

– Потом. У тебя ещё будет время рассказать их нам по дороге.

– Да, только скажи, почему Ядовитой? – не удержалась Светка.

Лоренс понизил голос и в нём появились таинственные нотки.

– Говорят, что королева Проклятых смертельно опасна. У неё в услужении находятся мерзкие крылатые твари. Поцелуи её одурманивают, а запах, который от неё исходит – ядовит.

– Она не моется что ли? – прервала орчиха рассказ Лоренса и вся атмосфера таинственности разом исчезла.

– Я не знаю, – немного обиделся менестрель. – Но на вашем месте я бы к ней не приближался.

– Ты, кстати, тоже идёшь с нами, не забыл? – спросила я в надежде, что Лоренс сам откажется нас сопровождать, но тот, наоборот, лишь ещё больше преисполнился энтузиазма.

– Конечно! Это же такая возможность узреть ту, о которой ходят легенды!

– Но-но! Ты наш фанат, а не её, – ревниво осадила его Светка.

– Что такое фанат? – спросил Лоренс и приготовился записывать.

Как я уже успела заметить, наш новый попутчик почти не выпускал из рук перо и свой блокнот и записывал туда не только Светкины истории, но и все непонятные слова, которые слышал от нас. И хоть я уже успела к этому привыкнуть, тем не менее, его скрупулезность меня немного раздражала.

– Смотри, испишешь свой блокнот ещё до того, как начнутся приключения, – проворчала я.

– Это невозможно. Он волшебный. Один маг подарил его мне. Сколько бы я не писал, листы в нем никогда не заканчиваются. Как и чернила, – похвастался Лоренс, показывая дорожную чернильницу.

– Ух ты! Наташа, прикинь, если бы у нас была не заканчивающаяся помада или духи? Купил один раз дорогущую косметику и пользуешься всю жизнь! Вот это я понимаю, магия, а никакие-то там огненные шары. Учись, Тиллиус!

– Угу, вот и будешь всю жизнь ходить с губами одного цвета и с ароматом, от которого уже через три года тошнить будет, – ответила я Светке. – Заканчивайте бесполезный трёп. У нас есть дела поважнее. Тилли, как долго добираться к землям Проклятых?

Тиллиус задумчиво потер переносицу, отчего очки слезли на нос, он их поправил и, наконец, ответил.

– Если нигде не задерживаться и, по возможности, сокращать путь, то, думаю, не менее шести недель.

– Сколько??? – гаркнула Светка так, что Тиллиус невольно втянул голову в плечи.

– Ну может, пять с половиной.

Я растерянно опустилась на край кровати.

– Тиллиус, мы не успеем к свадьбе Нела.

– Ха, уплыл твой ухажер! – зазубоскалила Светка.

Я зло взглянула на ехидничающую подругу, но быстро переключила внимание на нашего юного мага.

– Тилли, неужели нет никакого быстрого способа добраться до земель?

– На грифонах можно, – вдруг влез в разговор Лоренс.

Мы уставились на летописца и он, видя наше внимание, воодушевился.

– Если добраться до Восточных холмов, где обитают грифоны, то можно договориться с ними, чтобы они перенесли нас. Они очень мощные существа с огромными крыльями и могут преодолевать большие расстояния.

– А они точно согласятся нас перенести? – с сомнением спросила я.

– Конечно. Я договорюсь! – заявила воодушевленная Светка.

– Только в земли Проклятых они вряд ли полетят. Туда ни одно живое существо не согласиться, но они могут доставить нас в Ткарийскую Империю.

– Это страна граничит с землями Проклятых! – подхватил Тиллиус. – Если всё получится, мы успеем!

Думала я недолго.

– Ну что же, раз это единственный шанс попасть в землю Проклятых так быстро – летим на грифонах.

Следующим утром мы постарались встать как можно раньше, чтобы не терять времени. Заспанный сын хозяина таверны выдал нам в дорогу свертки с едой, о которой попросили накануне и мы, рассчитавшись за комнаты, покинули заведение.

– Это не запасы, это издевательство, – ворчала не выспавшаяся очиха. – Этих кулечков не хватит и до обеда.

– А ты поумерь свой аппетит. Столько еды, сколько ты поглощаешь – ведет к ожирению, а тебе ещё три месяца жить в этом теле.

Так, тихонько переговариваясь, мы шли по пустой, только ещё просыпающейся деревне. Где-то настырно кукарекал петух, а через минуту к нему присоединился лай какой-то разбуженной собаки.

– Стоять! – вдруг послышался окрик за спинами.

Мы оглянулись и увидели вдалеке небольшой конный отряд, состоящий то ли из пяти, то ли из шести всадников. Приказывали остановиться они явно нам, поскольку других людей вокруг не наблюдалось.

– Бежим! – загорланила Светка и бросилась наутек.

– Да погоди ты! – крикнула я ей вслед, но она даже не подумала останавливаться.

Нам ничего не оставалось, как побежать за ней.

– А ну стой! – крикнули ещё более командным голосом и, оглянувшись на бегу, я заметила, что всадники пришпорили коней, намереваясь нас догнать.

– Зачем мы убегаем? – стараясь сохранить ровное дыхание, спросил Лоренс.

– А зачем они за нами гонятся? – резонно спросила орчиха.

С одной стороны бежать ей было удобно из-за больших ног, когда она одним шагом могла преодолеть расстояние равное нашим трем. С другой стороны, вес её тела мешал ей бежать легко и быстро. Поэтому надолго её прыти не хватило и вскоре мы стали бежать почти наравне. Я боялась, что мастер Йорка останется где-то позади, но к моему удивлению, он ничуть от нас не отставал. Не сговариваясь, мы бежали к лесу, который уже маячил перед глазами. Однако, то что добраться мы до него не успеем, вскоре стало ясно всем. Топот копыт слышался совсем рядом, а мне почему-то казалось, что мою спину вот-вот огреют кнутом. Она заранее вспотела.

– Именем короля! Остановитесь! – вновь прозвучал голос, и я в недоумении стала замедлять бег.

Видя, что я останавливаюсь, остальные тоже стали тормозить. Светка обернулась.

– Ну чего застряли? Они уже близко!

– Да остановись ты! – махнула я рукой. – Они нас всё равно догонят, узнаем хоть что им надо.

Подруга что-то хотела возразить, но не успела. Всадники остановились возле нас, окружив неровным кольцом.

– Именем короля, сдавайтесь! – произнес один из всадников, и я обратила на него внимание. Седые усы явно говорили о том, что он был старше остальных, а командный голос выдавал главного в отряде. Все всадники были в легких кожаных доспехах. С поясных перевязей свисали мечи. На всякий случай я подняла руки.

– Кто это? – шепотом спросила я у рядом стоящего Тиллиуса.

– Дорожный патруль. Они…

– А ну не шептаться! – запретил седоусый. – Кто такие?

Поскольку мои спутники разом «потеряли голос», ответила я.

– Мы мирные путешественники.

– Коли мирные, то почему в побег пошли?

– Почему же пошли? Побежали, – поправила Светка, но осеклась под моим предупреждающим взглядом.

– Прошу э-э…покорнейше простить, Ваше м-м…всадничество, – пробормотала я какую-то чушь (ну откуда я знаю, как к нему обращаться?) – Мы просто испугались.

– Да, мы вообще боимся резких окриков, – опять встряла Светка. – В нас пробуждается древний инстинкт, и мы бежим.

– Что это ещё за инстинкт такой? Колдовство, что ли? – подозрительно спросил седоусый, услышав явно незнакомое ему слово, и я резко вспомнила, что магия в Мирании запрещена.

– Что вы, что вы! Инстинкт означает на орочьем «страх», – никогда не думала, что я могу так самозабвенно врать.

– Ага, я ещё много таких слов, «на орочьем» знаю, – ляпнула Светка и я пожалела, что стою не настолько близко к ней, чтобы наступить ей на ногу.

– Люди, орк, гоблин – странная у вас компания, подозрительная, – задумчиво разгладил усы главный. Он ими явно гордился.

– Ой, какие у вас усы красивые! – попыталась я его отвлечь от ненужных мыслей.

Мои слова главному явно понравились, он даже немного приосанился, а губы тронула улыбка.

– Ага, прям как у Бармалея, – добавила орчиха.

Я пообещала себе, что как только мы останемся одни, я стукну Светку или попрошу Тиллиуса наложить какое-нибудь заклятие молчания.

– Кто такой Бармалей? – нахмурился усач.

– О, это Великий Король орков! Бесстрашный и устрашающий! – вдруг произнес Лоренс, и я подумала, что, возможно, мы не зря взяли сказочника в нашу команду.

– Дык, вроде король орков этот, как его… Л-Шшаррен II, – вдруг встрял в разговор один из патрульных.

Усач снова подозрительно сузил глаза.

– Да-да, он. А Великий Бармалей – это его прапрапрадедушка, – нашелся Лоренс.

– Прапра, – на всякий случай добавила я ещё два «пра», если в отряде найдется знаток истории орков.

– А если он прапрапра, тогда откуда она знает, какие у него были усы? – ещё более подозрительно спросил главный.

– Да что ты привязался? – возмутилась Светка. – На фотке видела, в инстаграмме.

– На орочьем это значит…, – нервно начала я, но продолжить не успела.

– А ну хватит! За дураков нас держите? А ну ребята, вяжите их, – скомандовал усач и прибавил: – Именем короля, вы арестованы!

Всадники соскочили с коней и устремились к нам.

– Оружие на землю! – скомандовал кто-то из них.

Я с опаской оглянулась, ища, кто же из моих спутников вытащил оружие. Если только Лоренс своё перо. Но судя по таким же ищущим взглядом, друзья тоже не понимали, о каком оружии идёт речь.

– Орк, бросай, говорят тебе, дубину.

Ах вон оно что! Я уже и забыла, что моя подруга вооружена таким опасным предметом. Светка, видимо, тоже только сейчас поняла, чего опасаются патрульные. Она вскинула лапищу с дубиной и с криком «Эге-гей!» завертела её над головой. Мужчины похватались за мечи.

– Светик, прошу, не надо! – взмолилась я.

– Врёшь! Не возьмёшь! – рычала разгоряченная подруга. – Орки не сдаются!

– Бросай оружие! – кричали патрульные. – Хуже будет!

– Между нами тает лё-о-д, – вдруг загорланил рядом мастер Йорка.

Лоренс что-то торопливо записывал в блокнот, Тиллиус нервно то снимал, то снова надевал очки, видимо готовясь вступить в бой. А мне казалось, что я нахожусь в дурдоме и всё это: и патрульные и Светка в теле орка и гоблин с магом и летописцем и вообще всё Запределье – это одна моя большая галлюцинация.

– Погодите! – вдруг вскричал Тиллиус и хаос остановился. – Я вспомнил!

Все присутствующие настороженно скосили глаза на юношу, который что-то лихорадочно нашаривал в карманах. «Сейчас, сейчас, где же оно», – бормотал Тиллиус. Не знаю, что искал там наш юный друг, но про себя я молилась, чтобы он нашел это быстрее. Все были так заинтригованы, что не двигались с места и не издавали ни звука. Тишину нарушила пролетевшая мимо и весело чирикнувшая птичка. Зашевелился кто-то из патрульных.

– Давай быстрее, – прошипела я. – Эффект неожиданности заканчивается.

И словно в ответ главный очнулся и гаркнул:

– Именем короля…

– Вот! – воскликнул Тиллиус и поднял над головой, будто знамя, какой-то свиток.

– Что вот? – подозрительно спросил усач.

– Королевское помилование! Эта бумага – королевский запрет на арест, казнь и заключение под стражу предъявителя сего и его спутников.

Такого поворота не ожидал никто. Патрульные стали переглядываться, не зная как им поступить.

– А ну дай сюда! – скомандовал усач и, взяв протянутую Тиллиусом бумагу, стал придирчиво её изучать.

Ожидание было томительным и нервным. Притих мастер Йорка, Светка зависла со своей дубиной, и лишь Лоренс продолжал строчить в блокноте с таким усердием, что кончик его пера подрагивал от возбуждения.

– Подлинное, – наконец вымолвил главный, и я снова начала дышать.

Патрульные расслабились, мы тоже.

– Не знаю, за какие такие заслуги король выдал тебе помилование, но вам сильно повезло. Если бы не бумага, ждали бы вас тюремные камеры, – сказал усач, возвращая свиток Тиллиусу. – По коням, ребята!

Отряд уезжал, а я не могла поверить, что мы вот так легко отделались.

– Тиллиус, я тебя расцелую! – не смогла сдержать эмоций. – Когда ты только успел наколдовать эту бумагу?

Тиллиус смущенно поправил очки и ответил:

– Вообще-то она настоящая. Мне её выдала принцесса Алиана. Но это было почти год назад, помилование мне ещё ни разу не понадобилось, поэтому я успел забыть о нем.

Алиана – королевская дочь, с которой мы познакомились в наше прошлое пребывание в Запределье. Однажды она помогла нам выбраться из тюрьмы, с тех пор мы с ней сдружились.

– Хвала мерлиновым яйцам! – произнесла Светка. – Я думала, нам конец. Тилли, в следующий раз вспоминай варианты нашего спасения чуть быстрее.

– Света, ну ты меня удивила! – похвалила я подругу. – А помнишь, когда ты была в теле гоблина, ты постоянно падала в обморок?

– Было дело, но сейчас я нравлюсь себе больше.

– Это воинственная кровь орков сказывается, – улыбнулся Тиллиус.

– Только я прошу, в следующий раз сдерживай себя, боюсь, твоя вспыльчивость выйдет нам боком.

– Простите, а что такое мерлиновые яйца? – влез в разговор Лоренс, и я оставила подругу саму отвечать на этот щекотливый вопрос.

За разговорами мы не заметили, как дошли до леса. Я привычно втянула свежий воздух, вслушалась в птичьи трели. Несмотря на то, что я городской житель почти до мозга костей, я очень люблю вылазки в лес по грибы. Такие прогулки для меня как отдушина, частичка тихой природы, в которой отдыхаешь от шумного мегаполиса.

– Терпеть не могу лес, – заворчала Светка. – То мордой в паутину вляпаешься, то на ветку напорешься. Вокруг букашки, комары размером со слона…

– Смотрите, кажется там какая-то избушка, – вдруг воскликнул Лоренс и указал вдаль.

Я пригляделась, благо лес был ещё редким, и между деревьями разглядела какой-то покосившийся домик.

– О, отлично! Наведаемся в гости, может там что пожрать дадут, – обрадовалась Светка.

– Может не стоит? – с опаской сказала я.

Время, проведенное в Запределье, научило меня не лезть туда, куда не приглашают. Да и куда приглашают тоже лучше особо не соваться.

– Да ерунда! Мы от патруля отбились, а тут какая-то избушка, – ответила на мои сомнения подруга, уже вовсю топая к домику.

– Ну вообще-то мы не отбились, нас королевская бумага спасла, – пробормотала я, но Светка уже не слушала.

Разве у нас оставался выбор? Конечно, все пошли следом за ней. Правда, надо признать, что избушка выглядела вполне себе безобидно: плохонькая, покосившаяся, то есть именно такая, в которой могла бы жить… ну, к примеру, лесная ведьма.

– Эй, кто в теремочке живет? – гаркнула орчиха. – Открывай ворота, пришли господа!

Я вздохнула и постучала в хлипенькую дверь. Никакого ответа.

– Ну вот, видишь, Света, никого нет дома, пошлите, – с облегчением сказала я, отвернувшись от двери. И как только я это произнесла, как за спиной послышался скрип.

Глава 5

Лесная колдунья

Я обернулась, дверь была приоткрыта, но никого за ней я не увидела.

– Мм, пожалуй, мы зайдем сюда в другой раз, – сказала я, отходя от домика.

– С каких это пор ты стала такой трусихой? – спросила подруга и двинулась к двери.

– С тех пор, как мы несколько раз вляпывались в неприятности там, где их можно было избежать, – сказала я в спину входящей в избу подруге.

Стукнувшись о дверной косяк, Светка недовольно заворчала, что понастроят хибарок, в которые приличным оркам не залезть и вошла в полусогнутом виде. Сначала у меня была предательская мысль подождать снаружи и послушать, что произойдёт внутри. Всё-таки, если что, у Светки есть дубина, но покорив себя за молодушие и пристыдив, что бросила подругу, махнула рукой остальным, чтобы подождали, и пошла следом.

Войдя, я чуть не уткнулась носом в широкую орочью спину. Выглянула из-за неё, осматривая дом. Оказалось, что в нем только одно помещение, впрочем, здесь было всё необходимое для жизни. Стол со стульями, кровать, сундуки, которые, видимо, заменяли шкафы и печь, возле которой возилась какая-то старушка. Она явно что-то пекла, потому что по дому разносились умопомрачительные ароматы. Старушка как раз вытаскивала из печи пироги и, казалось, так была увлечена своим делом, что не замечала нас.

– Ну что встали, проходите, раз пришли, – вдруг сказала старушка, не оборачиваясь.

– День добрый, эмм, бабушка, – спохватилась я.

– Ну пусть будет добрым, раз так желаешь, – усмехнулась старушка и стала выкладывать на блюдо, стоящее на столе, большие пироги.

У Светки в животе громко заурчало, а она сама вполне явственно сглотнула слюну. Мне стало неудобно от такого откровенного намека, хотя глядя на румяные пышные пирожки, я сама еле сдерживалась, чтобы не забыть о правилах приличия.

К счастью, старушка была весьма догадливая.

– Садитесь за стол. И друзей своих позовите, пусть тоже в дом заходят.

Откуда старушенция знала про наших спутников, если за дверь не выглядывала, осталось для меня загадкой. Я позвала друзей, которые с любопытством зашли в дом, и мы, не мешкая, уселись за стол.

– Чай малиновый будете или ежевичный? – спросила старушка, пододвигая нам блюдо с пирогами.

– Какой дадите, бабушка, мы не привередливые, – ответила я.

Старушка хмыкнула и пошла к печке ставить воду. Пока она это делала, я украдкой стала рассматривать её. Бабушка как бабушка. Седые волосы под платочком, худые руки с узловатыми пальцами, лицо морщинистое, но приятное. Плечи чуть сгорбленные, но немощности в ней не чувствовалось. Она была явно из тех, про которых говорят «бабушка-живчик».

– Ты, бабуль, чего одна в глухомани живешь? – спросила Светка с уже набитым ртом.

Я ткнула под столом ногой подругу, но она, кажется, этого даже не заметила.

– Тихо тут, спокойно. Да и не глухомань совсем. Деревня близко. Гости ко мне иногда заходят. Вот вы, например.

– Между нами тает лё-о-од! – пропел мастер Йорка.

Старушка удивленно взглянула на него.

– Болезный что ли? – спросила она у нас.

– Есть чутка, – отозвалась Светка, уплетая шестой пирог. – Крыша отъехала.

Я ещё раз ткнула подругу, на этот раз посильнее.

– Извините. У орков такая странная манера выражаться, – сказала я. – Да, у нашего приятеля небольшое эмм… помутнение головы.

Старушенция покачала головой.

– Ну тут я ничем не помогу. Иногда даже лес бессилен.

– Так вы лесная знахарка? – вдруг спросил Лоренс, до этого с интересом осматривающий дом.

– Ну и это тоже, – ответила старушка.

Я прислушалась к своей интуиции, с тех пор, как мы увидели эту избушку, мне как-то не по себе. Не скажу, чтобы я чувствовала опасность, но старушенция явно не проста. На всякий случай, я решила держать «ухо востро».

– Тилли, – зашептала я соседу, пока хозяйка дома разливала чай. – А это точно не Готлон? Помнишь, он уже как-то превращался в старушку.

– Нет, та другая была, – шепотом мне ответил Тиллиус. – Если маг может превращаться, то форма всегда одна и та же.

– Опять ты говоришь непонятно. То есть, если бы он опять превратился в старуху, то выглядел бы точно также как в прошлый раз.

– Ну да, я так и сказал, – поправил очки Тиллиус.

Я с облегчением вздохнула и расслабилась. Завтрак пошел веселее. Лоренс рассказал парочку из своих многочисленных историй, больше похожих на сказки, а мы ели пирожки, запивая ежевичным чаем. Когда на блюде остались лишь крошки, Светка без церемоний взяла его и высыпала их в рот. Кажется, я покраснела.

– Спасибо вам большое, бабушка, – сказал Лоренс, отодвигая чашку. Он закончил есть позже всех, поскольку всё время был занят рассказами.

– Можно, конечно, и спасибо, – пожала плечами старушка и я поняла, что этого мало.

– Мы можем чем-то вас отблагодарить?

– Можете, если останетесь до завтрашнего утра.

– Э нет, бабушка. Ты не серчай, но нам топать надо, – ответила Светка.

Мне было стыдно, но подруга права, потерять почти весь день мы себе позволить не можем.

– Да, простите нас, мы бы очень хотели, но время нас сильно поджимает, – со всей возможной искренностью сказала я.

– Идите, – махнула рукой старушка, и, отворачиваясь к печке, добавила, – всё равно ко мне вернетесь.

Я переглянулась с Тиллиусом, но он только плечами пожал.

– Здоровья вам на долгие, долгие годы, – на всякий случай сказала я, прежде чем покинуть избу вслед за друзьями.

Старушка усмехнулась, и уже закрывая за собой дверь, я видела, как она повернулась и, не моргая, смотрела на меня.

– Фух, – выдохнула я, оказавшись за порогом. – Пытливый взгляд у этой старушки.

– Не знаю, бабка как бабка, – ответила Светка, – главное пирожки вкусные.

– И всё равно я рада, что мы ушли от неё. Что-то в ней настораживает.

– Людям доверять надо, – отмахнулась подруга. – Правильно я говорю, Лоренс? Давай, расскажи нам какую-нибудь поучительную историю про доверие к людям.

– Про доверие к людям нет, есть про доверие овечки к волку. Но в конце он её съедает. Такая подойдет?

Я рассмеялась. История, которую рассказал наш сказочник, действительно, оказалась поучительной. Но довольно скоро мы замолчали, так как говорить и быстро идти было тяжело. А мы стремились преодолеть как можно большее расстояние. По словам Тиллиуса и Лоренса, до Восточных холмов было недалеко, однако медлить всё равно не следовало.

– Не, всё, с меня хватит. Пора делать привал, – заявила Светка.

– Время едва перевалило полдень, – ответила я.

– Именно! Уже обед прошёл, а мы не жрамши!

– Ты же съела пирожки и еду, которую купили в трактире, я видела, как ты чавкаешь по дороге.

– Конечно! Иначе я протянула бы ноги прямо на ней, – ничуть не смутясь, ответила орчиха. – Вон поляна. Привал!

Полянка, на которую мы вышли, оказалась вся усыпана синей ягодой. Первой её попробовал мастер Йорка. Его примеру последовала и Светка.

– Не мясо, конечно, но на пустой желудок выбирать не приходится.

Видя, с каким удовольствием все едят ягоду, я решилась. Сорвав с куста маленький синий шарик, засунула в рот и удивилась, насколько ярким оказался вкус.

Следующие пятнадцать минут, мы увлеченно собирали и ели ягоду. В какой-то момент я заметила, что не слышу гоблина, который, как обычно, напевал песню. Бросив собирать ягоды, я пошла искать мастера Йорка и довольно быстро обнаружила его сидящим облокотившись на пенек. Лицо его было спокойным, как во сне, но он… не дышал!

– Мастер Йорка! Мастер Йорка! – потрясла я его за плечико. Но тело гоблина соскользнуло с пенька и повалилось на бок.

– Тиллиус! – в страхе закричала я. – Мастеру Йорку плохо!

Но на мой возглас никто не откликнулся. Я с расширенными от ужаса глазами, бросилась искать между деревьями, зовя поочередно то Тиллиуса, то Лоренса, то Свету. Вскоре в траве я обнаружила летописца, который лежал, подсунув под голову руку. На земле валялись, выпавшие из его кулака несколько синих ягодок.

– Ядовитые! – поразила меня страшная мысль. – Господи, неужели все… Тиллиус, Света! Хоть кто-нибудь!

– Ну чего ты орешь? – вдруг раздалось где-то над ухом, и я с радостью обернулась.

– Светка! Живая! – в порыве чувств я прижалась к туловищу орчихи, перемотанному простыней.

– Хм… Ну живая, да, а что, были сомнения?

– Мастер Йорка и Лоренс лежат без сознания и не дышат, – указала я на летописца, – Тиллиус тоже не откликается.

– Да ну?

Светка дотопала до тела Лоренса, приподняла его безвольную руку и отпустила. Никакой реакции.

– Хм, действительно без сознания. Значит и Тиллиус тоже, я видела его там, возле дерева, думала прилёг отдохнуть. Обрадовалась, что больше ягод достанется. Думаешь, они того?

– Не знаю, – прошептала я. – Давай соберем их вместе и посмотрим внимательнее. Неси на поляну Лоренса и Тиллиуса, а я пойду за гоблином.

В кои-то веки, подруга не споря, кивнула и принялась за дело. Я вновь отыскала мастера Йорка, но, несмотря на то, что он был меньше меня, поднять на руки не смогла. Безвольное тело оказалось тяжелым. Схватив его за шкирку, я поволокла по земле в сторону поляны, решив про себя, что сейчас не до церемоний.

Мы уложили наших спутников рядком и стали пытаться привести их в чувство. Что мы только не делали! Били по щекам, растирали уши, кричали и хлопали в ладоши, пытались влить в их рты воды из наших фляжек, даже спели хором любимую гоблинскую песню. Всё оказалось бесполезно. Наши друзья не шевелились. Порывшись, я нашла в сумке зеркальце, оставшееся с Земли, и поднесла ко рту Тиллиуса. Оно не запотело.

– А через какое время начинают остывать трупы? – вдруг спросила орчиха.

– Фу, Света! Не говори так! Я уверена, что они живы! Почти… – нетвердо добавила я.

– Ну и что ты тогда предлагаешь?

Я задумалась, глядя на лежащих друзей. Наверняка есть какое-нибудь противоядие. И внезапно меня осенило!

– Светка, а помнишь, старуха говорила, что она вроде как лесная знахарка?

– Не знаю, я, когда ем, на мелочи не отвлекаюсь.

– А я точно это помню! Надо идти обратно к ней! Она наверняка знает, что нужно делать.

– Но как мы всех дотащим? Ну я могла бы двоих взять. Но ты даже мелкого не донесешь.

Я снова задумалась. Теперь, когда, казалось, что решение проблемы найдено, мозг заработал быстрее.

– Я знаю, как переместить всех нас.

Я бросилась к Тиллиусу и нащупала за воротом рубахи кристалл. Осторожно сняла его.

– Ключ! Мы были у дома старушки, значит, ключ сможет нас туда вернуть.

Светка одобрительно хмыкнула. Она закинула Тиллиуса на одно плечо, Лоренса на другое и придерживала их рукой. Я крепко прижала к себе мастерка Йорка, а затем мы обе ухватились за кристалл пальцами.

– Думай о тропинке возле её дома, – предупредила я Светку и закрыла глаза, представляя нужное нам место.

…И через несколько ударов сердца, почувствовав, как вокруг всё стремительно меняется, я открыла глаза. Мы стояли на тропинке возле знакомой избушки.

– Фух, получилось, – сказала Светка.

– Как они? – с опасением кивнула я на бездвижные тела.

– Также, – мрачно ответила подруга. – Пошли к старухе.

Мастера Йорка мне снова пришлось тащить волоком. Но едва мы подошли к избе, как дверь со скрипом открылась, приглашая нас войти.

Тела нам пришлось сгрузить прямо на пол. Пока мы возились, старушка невозмутимо стояла и смотрела на нас.

– Вот вы и вернулись, – сказала она, когда мы, закончив, вытянулись перед ней навытяжку.

Я вздохнула.

– Наши друзья наелись ягод и потеряли сознание. Мы пытались их привести в чувство, но они даже не дышат. Вы… вы можете их вылечить?

Старушка подошла и, наклонившись, раскрыла кулак Лоренса, из которого выпали три оставшихся синих шарика.

– Это сонная ягода, деточки. Ваши друзья просто спят.

– Да ну чушь! Причем тут ягода? – не поверила Светка. – Мы вон с ней тоже её ели и ничего, ну тянет в сон, но замертво же не падаем.

Старушка усмехнулась.

– Ты большая, чтобы на тебя подействовало, надо ягоды не горсточками есть, а лукошками.

Старушка с прищуром взглянула на меня.

– А вот почему на тебя не подействовало, вот это мне не ведомо, – задумчиво сказала она.

Под её взглядом я почувствовала себя неуютно.

– Так вы сможете им помочь? – отвлекла я её от разглядывания.

– А зачем помогать? Пусть спят, – развела руками старушка. – Сон этот здоровый, крепкий, сил придает. Завтра бегать начнут, две ночи спать не будут.

– А сегодня? А сегодня нам что делать-то? – растерялась Светка.

– У меня оставайтесь. Накормлю, напою, не обижу. У меня, кстати, супчик наваристый уже в печке стоит, – лукаво взглянула старушка на Светку, она уже явно нащупала слабое место орчихи.

– Ну раз такое дело и помочь ничем нельзя, придётся остаться, – притворно вздохнула Светка и тут же направилась к столу.

Так мы и провели весь день у старушки. Можно сказать отдыхали в гостях. Кормила она нас досыта, работать не заставляла, но я чуяла, что всё это неспроста, ждала, что вот-вот хозяйка дома с нас что-нибудь потребует и когда день уже стал клониться к вечеру, не выдержала и спросила сама.

– Бабушка, так вы говорили, что мы вас можем чем-то отблагодарить?

– Можете, коли хотите, – опять витиевато ответила старушка, но у меня было ощущение, что отказаться не получится.

– Конечно, хотим, – не знаю, насколько искренне у меня получилось это сказать, но, в конце концов, быть неблагодарной тоже не хотелось.

– Ну тогда слушайте, – уселась старушка за стол, приготовившись рассказывать.

– Одну минуточку только, – остановила я её, подошла к Свете и отняла блюдо с оладьями, которые она поедала, ничего не слыша вокруг.

Подруга попыталась возмутиться, но я была непреклонна.

– А то ты когда ешь, ни о чем думать больше не можешь, – сказала я ей и предложила старушке начинать свой рассказ.

– Раз в год, в летнюю ночь, в лесу расцветает папоротник. Цветок тот – волшебный. Тому, кто его найдет, откроется сокрытый в земле клад, – старушка остановилась и выжидательно посмотрела на нас.

– И чё? – не поняла Светка.

– Сегодня как раз такая ночь.

– Вы хотите, чтобы мы нашли клад? – напрямую спросила я.

– Вот ты какая смекалистая. Точно отыщешь цветочек.

– Бабушка, папоротник не цветет, это всё сказки, – попыталась убедить я старушку.

– Сказки тоже не на пустом месте придумываются. Они несут знания тем, кто ведает. Для умного – подсказка, а дураку, конечно, одна выдумка!

– Ладно, бабуля, сказываешь, а что ж сама клад не ищешь? – задала справедливый вопрос Светка.

– Так ведь стара я. Еле двигаюсь. По дому-то ещё ничего, а по лесу бродить уже не возраст: спина ноет, ноги болят, – вздохнула старушка.

Вот только я ей ни разу не поверила. Не знаю почему, но что-то в старушке меня настораживало, и я сама не могла понять, что именно. И как назло, Тиллиус спал беспробудным сном, поделиться своими сомнениями было не с кем.

– Хорошо, но как мы найдём один цветок в лесу? – спросила я.

– Это просто, деточки. Цветок тот огненный, в темноте светится. Вот на свет и идите.

Я, конечно, промолчала, что лес большой и искать одинокий, пусть даже и светящийся цветок, можно до посинения. Раз старушка хочет, сходим со Светкой на ночную прогулку. Надо только напомнить ей взять с собой дубину. На всякий случай.

– Так нет у меня дубины, – заявила подруга, едва я о ней сказала. – Оставила на поляне, когда вон этих гавриков спасали.

– Ну вот и есть повод выйти на ночную прогулку, – вздохнула я.

– Вы же за огненным цветком идёте, – напомнила хозяйка дома.

– Да-да, именно за ним, – уверила я старушку. – Пойдем, Света, на поиски сокровищ.

– Только помните, цветок может сорвать только смелый сердцем, – сказала нам старушка, когда мы уже стояли на пороге.

– Да без проблем, бабуля! – отозвалась Светка и шагнула за дверь.

Когда мы вышли из избы, на лес уже опустилась ночь. Я споткнулась о какую-то корягу и едва не растянулась.

– Света, ты можешь не смотреть по сторонам, а освещать нам дорогу? – сердито попросила я подругу.

Старушка дала нам масляный фонарь и заверила, что его хватит на всю ночь. Я очень надеялась, что она не ошибается. Бродить в темноте – то ещё веселье.

– Слушай, жутко-то как… – громким шепотом сказала Светка.

– Ночью? В лесу-то? Да ну? – съязвила я, адреналин всё ещё играл в крови.

– Ага, что-то мне уже не хочется сокровища искать.

– Я боюсь, что у нас выбора нет. Наши спутники у бабки в заложниках.

Светка повернула ко мне голову.

– Думаешь, она специально их держит спящими?

Я вздохнула и честно ответила.

– Думаю, она могла бы их разбудить, только не хочет.

– Так, пошли за дубиной. Я с ней чувствую себя как-то спокойнее, – сказала орчиха и решительно двинулась в ту сторону, где должна была быть поляна.

Но сколько мы не шли, поляна не появлялась. В светлом пятне, который освящал путь всего на несколько метров впереди, всё казалось мистическим и чужим, но большую поляну мы бы не смогли не заметить.

– Кажется, мы заблудились, – высказала я, наконец, мысль, которая мне не давала покоя последние полчаса.

Я посмотрела вокруг себя. Везде, куда доставал свет из фонаря виднелись сплошные стволы деревьев. Легкий ветерок шелестел листьями, и я ежилась от ночной прохлады. В пятне света покачивающегося в руках фонаря летали мошки, а глупые мотыльки бились в стекло, стараясь подлететь как можно ближе к огоньку. Где-то слышалось уханье совы и далекие крики невиданных птиц. Луну закрывали ветви деревьев, и её свет до нас почти не доходил. Куда идти дальше и что делать, я абсолютно не представляла.

– Всё, я устала. Ты как хочешь, а я в ближайшее время с места не двинусь, – заявила Светка и уселась на землю. Но едва она опустилась задним местом, как с ревом вскочила. А в траве что-то шустро задвигалось.

– Что случилось?

– Не знаю, меня что-то укололо!

– А ну-ка посвети, – попросила я и нагнулась посмотреть причину Светкиного испуга.

Едва пятно фонаря упало на землю, как в траве снова зашуршало, и я увидела…

– Светка, да это просто ежик! – рассмеялась я. – Смотри, какой хорошенький!

– Да ну его, напугал до смерти!

Я осторожно погладила по иголкам замершего ежа.

– А я их очень люблю. Мне в детстве папа их из парка приносил. А ты знаешь, что еж считается хорошим травником?

– Понятия не им… – начала было подруга, но я её прервала из-за неожиданной мысли, пришедшей мне в голову.

– Светка! А что если еж поможет нам найти цветок папоротника?!

– А ну да, попроси его, – съехидничала орчиха.

– Вот и попрошу. Дай яблоко, которое ты в доме старухи взяла.

– Оно одно осталось! А нам, может, всю ночь ещё ходить, с голоду ведь помрем!

– Одно яблоко тебя не спасет, – ответила я, и кое-как разжав кулак не желающей сдаваться Светки, отобрала фрукт.

– Уважаемый ежик, не могли бы вы показать нам дорогу к папоротнику? – вежливо попросила я, кладя яблоко перед носом зверька.

Светка довольно хрюкнула, что, видимо, у неё означало смешок. Ёж обнюхал яблоко, фыркнул и… побежал куда-то вглубь леса.

– Светка, за ним, – скомандовала я.

– Не побегу я за каким-то там ежом, – ответила мне подруга, но я, не слушая её, быстро пошла следом за шустрым зверьком, стараясь не упустить его из вида.

Прошло всего секунд двадцать, когда я услышала топот больших ног и оклик:

– Эй, подождите меня!

Я довольно улыбнулась.

– Что-то твой еж не стал яблоко грызть, – ворчливо заметила Светка.

– Так они редко питаются фруктами. Они же хищники, едят дождевых червей, насекомых, мышей.

– Так зачем же ты тогда отдала ему мое последнее яблоко? – возмутилась Света.

– Ну не червя же мне было искать, – пожала я плечами. – Он главное понял, что это угощение.

– Ну-ну.

Прошло ещё минут пятнадцать, пока Светка опять не стала ворчать:

– Вот несемся с тобой как ошалелые за ежом, а он может в норку свою спешит. Или вообще от нас скрыться пытается. Бежит и думает: вот дуры, чего пристали!» Нашим потом только не говори, засмеют.

– Ага, представляешь, в летописях у Лоренса: «Глава N-ная: Героическая погоня Светы Храброй за ежом», – поддела я её, хихикая.

Она на секунду остановилась, пораженная этой мыслью.

– Вот Лоренсу особенно ни полслова! Он же не поймет шутки, сразу всё запишет!

Пока Светка болтала всякую чушь, я старалась не сводить глаз с ежа, но яркий огонек в глубине леса невольно привлек мое внимание.

– Света, погляди вон там!

– Костёр! – воскликнула подруга.

– Я так не думаю.

Мы поспешили к огоньку и чем ближе мы подходили, тем ярче он становился. Когда мы оказались совсем рядом, смотреть на него впрямую стало почти невозможным. Прикрывая глаза от яркого свечения, я разглядела, что источником является красивый цветок, окруженный высокими раскидистыми листьями папоротника. Кажется, мы ахнули со Светкой одновременно.

– Не может быть!

– Не обманула, старая! Хех, сейчас как сорвем цветок, как найдём сокровища!

– И отдадим их старухе, – строго осадила я Светку. Знаю я её ручонки загребущие. То есть, лапы уже, конечно.

– Там разберемся, – отмахнулась она и, сунув мне в руки ставший ненужным фонарь, раздвинула листья папоротника, чтобы сорвать цветок.

И тут началось это!

Глава 6

Быстро сказка сказывается…

Внезапно вокруг всё заволновалось: зашумели деревья, потянули к нам свои ветки; закричали, будто в предсмертной агонии, птицы; зашелестела трава, пытаясь оплести нам ноги, а земля стала взбухать, будто вот-вот посреди леса появятся вулканы. Но вместо лавы из жерл тысячами хлынули огромные муравьи, которые угрожающе щелкая челюстями, побежали в нашу сторону…

Светка закричала, но её вопль потонул в какофонии кошмарных звуков леса. Я бросила фонарь и закрыла уши руками, в ужасе глядя, как из темноты на нас хищно смотрят сотни красных глаз, как бежит к нам что-то настолько огромное, что сотрясаются деревья, как где-то над головами реют большекрылые птицы, чьи клювы вот-вот разобьют наши черепа.

– Рви цветок! – закричала я, пытаясь переорать жуткий шум.

Но подруга меня не слышала, оглядываясь и шарахаясь из стороны в сторону, чудом не задевая фонарь. А хаос вокруг становился только больше. Что-то цепляло меня за одежду, словно пыталось оттащить от цветка. Рычание неведомых зверей гнало по коже мурашки. Неистовствал ветер, нещадно трепал одежду и волосы, будто пытался вырвать их с корнем. На лицо упали капли дождя, но попытавшись их смахнуть, я заметила, что это кровь. Стало жутко холодно. Так холодно, что мгновенно закоченели пальцы. Я потянула их к огненному цветку, и руку опалило жаром.

– Нет! Нет! – кричала Светка, и в её глазах читался ужас, который я никогда ни у кого не видела.

Я ухватилась за стебель, ожидая, что сейчас мою руку охватит жуткая боль, зажмурилась и… сорвала цветок.

Всё разом смолкло. Исчез ветер, небо больше не плакало кровавыми слезами, а деревья не пытались изодрать нас ветвями. Я осторожно открыла глаза, вокруг было тихо и спокойно настолько, насколько бывает в лесу ночью. Я тронула зажимающую уши и раскачивающуюся Светку за руку, призывая её придти в себя. Она с опаской огляделась вокруг, и не веря своим глазам, спросила у меня севшим голосом:

– Что это было, Наташа?

– Я не знаю, мне кажется ничего, просто цветок морочил нам голову.

– Мне… мне казалось, что на меня сейчас повалятся деревья и придавят, – сказала орчиха, всё ещё оглядываясь.

– Мне тоже многое, что казалось, – ответила я, чувствуя, как сердце ещё бешено колотится.

Я посмотрела на цветок в руке. Его свет немного поутих, стал спокойнее. А ладонь не ощущала никакого жара и тем более боли.

– Ну, старушенция, ну язва, послала нас за цветочком! У меня чуть сердце не лопнуло! – судя по ворчанию Светки, она стала постепенно приходить в себя.

– Цветок мало, нужно найти клад, – напомнила я.

– Ну уж нет! – воспротивилась подруга. – С меня хватит. Несем цветок бабке, пусть свой клад сама ищет.

– Пфф, а чего его пфф искать? Он зарыт там, пфф где цветок распускается, – вдруг раздался необычный фыркающий голос.

Я насторожилась:

– Кто здесь?

– Что? Опять что-то случилось? – не поняла Светка и стала оглядываться по сторонам.

– Не раздави, пфф, ногами-то топать…

Я вгляделась в траву, из которой раздавался голос, и увидела нашего старого знакомого.

– Либо у меня опять глюки, либо ёж с нами разговаривает, – сказала я.

– Глюки, – подтвердила Светка. – Я ничего, кроме фырканья не слышу.

– Совсем про цветок ничего не знаете, пфф. Тот, кто его в руках держит, пфф, понимает язык зверей и птиц, – фырча, сказал еж и зашмыгал острым носом.

– Ничего себе!

Я ещё раз посмотрела на удивительный цветок.

– Может нам не отдавать его старухе?

– Губу не раскатывай, пфф, умение исчезнет с рассветом, когда цветок завянет.

– Ууу, – разочарованно протянула я и почувствовала, как мне на лоб легла большая рука.

– Мне кажется, у тебя слегонька крышу-то повело после всех этих потрясений, – сказала Светка, ощупывая мою голову. – С ежами разговариваешь…

– Не мешай, – отмахнулась я от её руки. – Ёж сказал, что клад где-то здесь.

– Ага, а как его откопать без лопат, он не сказал? – съехидничала Светка.

– Пфф, цветок на что? – опять зафыркал ежик. – Коснитесь им земли.

Как бы ни глупо всё это выглядело (хотя куда уже глупее, когда разговариваешь с ежом в ночном лесу), я последовала его совету. И едва я коснулась бутоном земли, как она стала раскапываться изнутри! Словно большой крот пытался разрыть почву, чтобы вылезти на поверхность. Прошло всего пара минут, а перед нами была уже самая настоящая яма. В свете цветка и фонаря мы разглядели крышку сундучка, украшенную замысловатой вязью.

– Сокровища! – заворожено выдохнула Светка.

Я закрыла ей челюсть и попыталась вытащить сундучок. Но не тут-то было! Он оказался таким тяжелым, что я даже приподнять его не смогла.

– Уйди, слабачка, дай мне, – заявила Светка.

Надо отметить, что иметь в подругах орка иногда гораздо полезнее, нежели гоблина. Через несколько секунд сундучок стоял у наших ног. Я присела на корточки, провела рукой по зеленоватым от времени и сырости узорам, смахивая комочки земли с крышки. А потом попыталась открыть. Видимо, это был не мой день, вернее ночь.

– Света, действуй, – вздохнула я.

Подруга хмыкнула и одним движением сорвала крышку с петель. И мы ахнули. Сундучок почти до краев был наполнен золотыми монетами, драгоценными камнями, изысканными украшениями и прочими вещичками, вроде инкрустированной самоцветами табакерки или перламутровой шкатулочки.

– Мы богаты! – с придыханием сказала Света, опуская лапища в сокровища.

– Бабка богата, не мы, – осадила я её.

– Ну почему мы его должны отдавать? Это мы нашли цветок, это мы отрыли сокровища! – запротестовала подруга.

– Нам друзей наших спасать надо, а ты всё не о том думаешь.

– Да тут же на всех хватит!

Светка погрузила руки в сокровища и стала с блаженством их перебирать. Я оставила её наслаждаться, а сама отправилась искать ежа, чтобы поблагодарить за помощь. А когда вернулась, Светка меня уже нетерпеливо ждала.

– Ну что, идём к старухе, что ли?

Меня удивила её перемена в настроении, но возражать я не стала. Мне самой уже давно хотелось отдохнуть. Дорогу к дому старухи мы искали по знакомым деталям, которые запоминали по пути: особенно сломанная ветка, большой муравейник, поваленное дерево. Пару раз, когда мы чуть не заблудились, я пожалела, что оставила ключ-кристалл у Тиллиуса. К избушке мы дошли, когда темнота уже уступила место предрассветным сумеркам. С каждой минутой цветок в моей руке становился бледнее. А у самого порога, когда рассвело настолько, что даже необходимости в фонаре уже не было, он потух совсем. Бутон стал серым, а через минуту с него облетели все лепестки.

– Ну вот и всё. Нет больше чуда, – с грустью сказала я.

– Зато есть сокровища! – ответила Светка, потрясая сундучком.

– Не наши, – на всякий случай ещё раз добавила я, хотя необходимости в этом не было. Мы уже стучались в дверь избушки.

– Входите-входите! Нашли-таки!

Старушка сжимала в руках платочек и с надеждой смотрела на то, как Светка бухает на стол сундучок. А я проверила, как спят прислоненные к стеночке наши спутники.

– Бабусь, а зачем тебе столько денег? – спросила моя любопытная подруга.

– Ну как зачем? Избу подлатать, печь новую справить, кур завести, – отвечала бабушка, перебирая сокровища. Она явно что-то искала.

Я смотрела, как её пальцы ловко ворошили кольца и броши, откладывали в сторону монеты и камушки, пока не наткнулись на невзрачную металлическую шкатулочку, которая должно быть, попала сюда по ошибке.

– Вот она! – выдохнула старушка и, выудив шкатулочку из сундука, благоговейно положила её на ладонь.

– Остальное можно забрать? – невинно спросила Светка.

– Куда? – шлепнула по уже протянувшимся ручищам старушка. – Хватит с тебя.

Пока я думала, что бабка имела в виду, а Светка строила невинную гримасу, старушка трепетно раскрыла шкатулочку и достала из неё… яблочное семечко. Только довольно крупное.

– Да ты, я гляжу, бабуль, решила огородничать, – усмехнулась Светка.

– Атось! Яблочки молодильные сажать.

Мне показалось, что я ослышалась.

– Молодильные? – чуть ли не хором спросили мы с подругой.

– А чему вы удивляетесь? Женщина я уже в возрасте, жизнью, так сказать, потрепанная. А мне мужчина нужен, чтобы холил и лелеял. Принца хочу. У меня вот и приданое теперь есть.

С каждым словом старушки, у меня всё больше открывался от удивления рот.

– Уважаю, – одобрила Света. – Бери пример, Наташа. Упустишь время, останешься одна, а молодильных яблок у тебя нет.

Ну Светка, и здесь нашла как до меня докопаться!

– А как вы узнали, что там будет семечка? – поинтересовалась я.

– Так бабка моя этот клад и закопала. От людских глаз подальше.

– Ну что же, мы рады, что смогли вам помочь. А что с нашими друзьями? – вежливо напомнила я.

– Не спеши.

Старушка не торопясь, убрала семечко обратно в шкатулочку и вместе с сундучком запрятала где-то за печкой. Пошуршала там немного, а затем вернулась, зажимая что-то в руках.

– За помощь хочу отблагодарить вас подарками.

Светка оживилась.

– Вот это правильно. Люблю благодарных людей.

Старушка раскрыла ладонь, и… мы увидели лишь горсточку маленьких горошин и небольшой пучок тонких ниток.

– Где подарки-то? – не поняла Светка.

– Вот, – показала на ладонь старушка.

Я чувствовала, что моя подруга сейчас что-нибудь ляпнет, поэтому поспешила её опередить.

– Да нам ничего не надо, бабушка. Нам бы только друзей наших в чувство привести.

– Ой, какая вежливая, – покачала головой старушка. – Не кочевряжтесь, берите. В трудную минуту эти подарки вам помогут. Просто достаньте их, когда ничего другого не останется.

Заметив, как подруга открыла рот, я предупреждающе на неё взглянула, а затем все же взяла с ладони старушки моточек ниток. Светке достались горошинки, которые она никак не могла ухватить толстыми пальцами. Наконец, старушка не выдержала и сама пересыпала их ей в ладонь.

– А вот и друзья ваши проснулись, – как бы между прочим заметила она.

Я поспешно убрала моточек в сумку и повернулась к мужчинам, которые, действительно, уже вставали.

Пока мы им рассказывали, что произошло, старушка успела вскипятить чай и приготовить для нас завтрак. Мы со Светкой нещадно зевали, но старушка, подмигнув, сказала, что после её чая с травами, мы будем бодрячком. К нашему удивлению, после несколько глотков напитка, сон, и правда, как рукой сняло. Завтрак прошёл под наш рассказ о ночных поисках сокровища.

Лоренс, забыв о еде, строчил в своем блокноте так, что казалось, его перо вот-вот задымится. Вопросы из летописца сыпались как из рога изобилия. К счастью, завтрак всё же закончился, и мы засобирались в дорогу.

– Куда теперь путь держите? – спросила нас старушка.

– К Восточным холмам идем, – ответила я, решив не вдаваться в подробности.

– К грифонам? – улыбнулась старушка, и я снова удивилась её прозорливости.

– К грифонам, – вынужденно подтвердила я.

– Так зачем к ним идти, коли позвать можно?

– Это как? – спросила Светка.

– Да всё просто. Выйдете туда, где места поболее, положите свежее мясо или рыбу, а сами ждите в сторонке. Как прилетят, так и покажитесь с поклоном. Авось и не заклюют сразу.

Последняя фраза старушки мне не сильно понравилась, но я решила, что отступать поздно.

Мы поблагодарили хозяйку дома, мастер Йорка спел ей песню, и наша честная компания покинула избушку.

– Вроде и старушка не вредная, а всё же вдали от неё как-то спокойнее, – призналась я спутникам, когда мы отошли на приличное расстояние.

– Это потому что она не просто лесная знахарка, – сказал Тиллиус. – Старуха – колдунья.

– Так я и думала! Но когда ты догадался?

– После вашего рассказа. Только колдуны не могут сорвать цветок папоротника. Он им в руки не дается, поэтому она вас и послала.

– Так эта старуха наколдовала так, что вы уснули? – возмутилась Светка, пиная попавшуюся под ногу поганку.

– Не знаю, – честно признался юный маг. – Про сонную ягоду я слышал, но никогда раньше не видел.

– Интересно, – задумчиво сказала я, – почему же всё-таки мы со Светкой не уснули.

– Я думаю, для того, чтобы уснуть организму Грэб нужно больше ягод, а на тебя не подействовало, потому что ты не из нашего мира, – Тиллиус вдруг осекся и замедлил шаг, а потом и вовсе остановился. – А куда мы идем?

– Всё правильно-правильно, – отозвалась Светка, продолжая идти по какому-то известному ей пути.

Я огляделась. Вон сломанная ветка, полусгнивший пень, чуть дальше должна быть большая муравьиная куча.

– Кажется, мы шли тут ночью, – заподозрила я.

– Отлично, значит, я правильно запомнила дорогу, – пробормотала орчиха, ускоряя шаг.

– Света, что ты задумала? Зачем ты нас туда ведешь? – я еле поспевала за широкими шагами подруги.

Лоренс что-то чертил в блокноте на ходу, видимо зарисовывал дорогу.

Мастер Йорка следовал за нами вприпрыжку.

– Уже скоро, уже сейчас, – продолжала бормотать Светка, не обращая на наше любопытство внимания.

Через пару минут мы оказались на том самом месте, где ночью нашли клад. Я это поняла по раскопанной земле. К моему удивлению, Светка подошла к одному из больших деревьев, настолько старому, что его корни виднелись на поверхности земли, и, опустившись на колени, стала что-то нашаривать.

– Света, что ты ищешь? – не выдержала я.

– Вот это, – ответила Светка и довольная повернулась к нам.

В руках она держала сверток, в котором я узнала обрывок светкиной простыни.

Она бережно развернула его и мы на секунду увидели золотые монеты, но едва на них упал луч солнца, как они тут же осыпались пеплом.

– НЕТ! – закричала Светка. – Нет-нет-нет, только не это! Моё золото! Мои драгоценности! Моя прелесть!

Я сложила руки на груди и покачала головой: моя подруга неисправима.

– Радуйся, а то из-за своей «прелести» не ровен час могла бы лишиться пальца.

Тиллиус недоуменно посмотрел на меня, но я лишь махнула рукой.

– Пошлите, – сказала я и двинулась в путь.

– А как же она? – спросил Лоренс, показав на Свету, которая с великой скорбью на лице, не замечая нас, пересыпала пепел из ладони в ладонь.

– Не переживай. Она справится.

Но до тех пор пока орчиху можно было разглядеть через деревья, Лоренс с беспокойством оглядывался. А вот я ни на минуту не сомневалась, что…

– Подождите!

Окрик и тяжелые шаги известили нас, что Света бросила чахнуть над своим золотом, обратившимся в пепел, и поспешила за нами.

– Вам не стыдно? Вы меня бросили! А если бы меня съели дикие лесные звери? – возмущенно выговаривала нам Света.

– Они бы подавились, – необдуманно ляпнула я.

– Что?

– Прости, – поправилась я. – Я подумала, что тебе нужно побыть одной. Ведь такая потеря…

Орчиха сердито засопела, явно подозревая в моей речи издевку, но промолчала.

– Ну так куда мы теперь? – спросила она через несколько минут.

– Тиллиус сказал, что неподалеку есть лесное озеро. Будем там ловить рыбу, – рассказала я подруге о наших планах.

– Это правильно, у меня уже в желудке сосет.

– Это не для нас, Света.

– Как не для нас? – от удивления она аж споткнулась.

– Это для грифонов. Помнишь совет старухи?

– Ты веришь этой ведьме? – возмутилась Светка. – Она моё золото в пепел превратила!

– Потому что оно было не твоё. И вообще, большие деньги ведут к большим бедам.

– То-то я смотрю, у тебя их вечно нет, – подколола меня подруга.

Я хотела уже возмутиться, но меня прервал Тиллиус.

– Вон оно! – воскликнул он и указал куда-то за деревья.

Но поняли, на что показывает маг, только пройдя несколько метров. Деревья внезапно закончились, и наша небольшая компания вышла на открытую местность. И вот тут мы и увидели небольшое лесное озеро.

– А здесь точно водится рыба? – с сомнением спросила Светка.

Тиллиус поправил очки и пожал плечами.

– Ну допустим, – уперла орчиха руки в боки. – И как же мы её ловить будем? Ты нам удочку наколдуешь?

Я задумалась. Про удочку, конечно, Светка перегнула, но в одном была права, для рыбалки у нас ничего подходящего не было.

– В древности люди ловили рыбу при помощи заостренных палок, – предложила я.

– Грэб делала это руками, – поделился с нами Тиллиус. – Думаю, навыки у тела остались.

Мы тут же посмотрели на Свету.

– Ну уж нет! Я туда не полезу! – возмутилась она.

– Света, нужно, – с убеждением в голосе сказала я.

– Нет, не нужно, – помотала она головой.

– Подумай хорошенько, – не сдавалась я.

– А что тут думать? Не полезу и всё.

– Света, ты же хочешь спасти Нела?

– Нет. Это ты хочешь его спасти. А мне всё равно.

– ПРОСТО ЗАЛЕЗЬ В ЭТО ЧЕРТОВО ОЗЕРО И ПОЙМАЙ НАМ РЫБУ!!! – сердито закричала я, теряя терпение. Светкины капризы порядком мне надоели.

Орчиха ошарашено на меня посмотрела, а потом, не издав ни единого звука, положила свою дубину и покорно пошла к воде.

– Надо запомнить, как я это сделала, – тихо пробормотала я.

…Минут через пятнадцать у нас была уже целая куча рыбы. Света выбрасывала её прямо на берег, мы же собирали ещё живую, бьющуюся рыбешку в одно место. Получилась внушительная такая горка.

– Света, вылезай! – позвала я подругу. – Хватит рыбы!

Орчиха вышла из воды такая недовольная, будто её заставили весь день таскать мешки.

– А ты молодец, здорово у тебя получилось, – решила я её приободрить.

– Я с тобой не разговариваю, – буркнула она, проходя мимо меня.

Я почувствовала легкий укор совести, но потом решила, что вполне это переживу. Что я Светку не знаю?

Посовещавшись с Тиллиусом и Лоренсом, мы оставили груду рыбы на берегу, а сами отошли за деревья и принялись оттуда наблюдать.

– Интересно, сколько времени понадобится, чтобы грифоны прилетели? – задумчиво спросила я.

Ответом мне было молчание. Нам оставалось верить, что старуха была права и ждать.

Уже через пару часов запах стоял невыносимый. Мне начало казаться, что вся моя одежда, волосы и в принципе я сама пропитались рыбным духом.

– Ещё немного и рыба начнет тухнуть, – произнес Лоренс.

– Предлагаю съесть, пока этого не произошло. Я зря её ловила что ли?

– Подождем ещё немного, Света.

Подруга надулась, но промолчала. Она по-прежнему со мной не разговаривала.

Мы подождали ещё немного, а потом ещё чуть-чуть и ещё…

– Всё, с меня хватит, – сказала Света и решительно пошла в сторону рыбы.

Ей оставалось всего пару шагов, как вдруг послышалось хлопанье крыльев, поднялся ветер, а солнце закрыла какая-то тень. Задрав головы, мы увидели то, что мне сначала показалось огромной птицей. Но когда мелькнул львиный хвост, я поняла, что это тот, кого мы ждем.

Света так и замерла, не дойдя до рыбной кучи. А на берег уже опускался грифон. Я видела их только на картинках и в фильмах, но сразу узнала.

Мощные, когтистые лапы взрыли землю, едва грифон приземлился. Белоснежные крылья последним взмахом создали такой ветер, что мы еле устояли на ногах. И заворожено глядя на опасный клюв и грозные глаза, я с опозданием подумала, что идея с грифонами может оказаться не такой удачной, как мне сдавалось вначале.

Несмотря на теперешние светкины размеры, по сравнению с грифоном она казалась уже не такой большой. Я хотела было крикнуть подруге, чтобы она бежала прочь, но вовремя спохватилась: вдруг побег только раззадорит грифона?

Полуптица – полузверь слегка наклонило голову и с интересом уставилось на гору рыбы, которую так неосторожно загораживала орчиха.

– Только бы Света не вздумала её защищать, – опасливо пробормотала я, готовая выскочить из-за деревьев в любой момент.

К счастью, моя подруга в этот раз проявила благоразумие. Отойдя от рыбы, она сделала приглашающий жест рукой, который видимо означал: «Кушать подано», а затем зачем-то присела в нелепом реверансе.

Грифон, по всей видимости, тоже не понял светкиных выкрутасов, может быть поэтому пару минут постоял, важно глядя по сторонам и только потом подошёл к угощению. Грифон ел неспешно, с достоинством, отбрасывая в сторону рыбу, которая ему не нравилась.

– Ты посмотри, какой привередливый, – сказала Света, и я на неё зашипела. Правда меня им вряд ли было слышно.

Когда грифон доедал последние рыбешки, я прошептала друзьям, чтобы ждали, и вышла из-за деревьев. Создание тут же насторожилось и повернуло голову в мою сторону. Я невольно остановилась и… сделала реверанс. Тьфу, Светка заразила.

Грифон пару секунд посмотрел на меня и видимо, решив, что я не стою его внимания, снова принялся доедать рыбу.

– Как доест, проси его переправить нас в Ткарийскую Империю, – шепнула я подруге.

– Почему опять я? – возмутилась Светка, забыв, что не разговаривает со мной. – Рыбу лови я, проси я.

– Так ты же ещё в трактире обещала, что договоришься, – напомнила я ей.

– Я много чего обещаю, что же мне теперь все свои обещания выполнять?!

Возразить я ничего не успела. В это время грифон доел последнюю рыбу и явно собирался взлетать.

– Стойте-стойте! – замахав руками, закричала я, но осеклась, едва грифон повернул ко мне голову.

– Прошу покорнейше меня простить, но вы не могли бы нам помочь?

– Да, еда-то не халявная, – вставила Светка.

– Лучше молчи, чем так помогать, – зашипела я и с опаской глянула на грифона.

Тот то ли нас не понимал, то ли не обратил на Светкины слова внимания.

– Мне и моим друзьям нужно попасть в Ткарийскую Империю.

Глава 7

Ткарийская Империя

– Я же говорила проще простого! – взбираясь на грифона, радостно вещала Светка.

У меня аж ноги зудели, как хотелось её пнуть. Орчиха чуть не сорвала всё дело, пытаясь выставить грифону целый список условий и если бы не Тиллиус наложивший на Светку временно заклятие немоты, идти бы нам в Ткарийскую Империю пешком. К сожалению, волшебства хватило ненадолго, и моя несносная подруга уже хвалилась «своей» победой.

Однако, было это ровно до того момента, пока грифон не скинул Светку с себя.

– Э, я не поняла! – возмутилась орчиха, вставая и потирая ушибленный зад.

– Кажется, ты слишком для него тяжелая, – предположил Лоренс. – Может одну тебя он бы ещё и унёс, но нас пятеро, даже для грифона это слишком большой вес.

– Значит, я не зря это приготовил, – сказал Тиллиус и полез в свою сумку. – Ещё в трактире, когда мы решили лететь на грифоне, я подумал, что это понадобится. Вот!

Маг выудил из сумки и протянул орчихе пузырек с голубой жидкостью.

– Выпей, зелье сделает тебя легкой как пушинка.

– Не буду я пить всякую гадость!

– Тогда оставайся, – решительно сказала я, устав спорить со Светкой по любому поводу, а затем стала взбираться на грифона.

– Да уж как же! Чтобы потом ваша смерть была на моей совести? Вы же без меня ничего не сможете! Давай свою отраву. Надеюсь, побочных действий у неё нет?

– Ну если только повышенная веселость.

– Мне это не нравится. Смех без причины – признак дурачины.

– Это ненадолго. Через три часа зелье перестанет действовать, но к тому времени, мы должны долететь до Империи.

– Очень на это надеюсь, иначе мы рухнем, – сказала я.

Но Свету волновало другое:

– Три часа без еды! От такой голодовки я сама так вес сброшу, что никакого зелья не надо.

– Пей уже! – приказала я подруге, видя, как грифон уже нетерпеливо переминается с ноги на ногу, того и гляди передумает нас брать.

Светка вздохнула и, зажмурившись, выпила зелье.

Ничего не происходило.

– Ты точно ей то зелье дал, не перепутал? – опасливо спросила я Тиллиуса.

Но ответить он не успел, как Светка оторвалась от земли, словно воздушный шарик и, возможно, даже улетела бы, если Лоренс не успел её схватить.

– Э-э, кажется я немного переборщил с концентрацией, – пробормотал Тиллиус, поправляя очки.

– Держите меня, а то улечу! – закричала Светка, а я подумала, что заклятие немоты было всё-таки лучше.

Через несколько минут грифон уже поднимал нас ввысь. Легкая, как пушинка орчиха сидела между Лоренсом и Тиллиусом, а я спереди придерживала мастера Йорка.

Лететь было страшно. Нет, не так. Лететь было ОЧЕНЬ страшно. Встречный поток ветра плюс вихрь, создаваемый взмахами мощных крыльев, чуть не срывал нас со спины грифона, приходилось почти вжиматься в тело и держаться изо всех сил. Закладывало уши, руки немели, и было очень холодно. Последние полчаса я просто молилась, чтобы полет уже, наконец, закончился.

Земля начала приближаться, когда мне уже казалось, что пальцы вот-вот отвалятся. Чувствуя, что посадка мягкой не будет, я крикнула онемевшими губами, чтобы все держались как можно крепче. Вряд ли меня кто-то услышал, но судя по тому, что никто не упал при приземлении, хотя тряхнуло знатно, все справились и без моих подсказок.

С грифона мы сползали, кажется, полуживые. Едва мы оказались на земле, как полуптица, полузверь оттолкнулась и взмыла вверх. Несколько минут мы все лежали, не в силах пошевелиться. Лишь немного придя в себя, я обнаружила, что всё ещё держу одной рукой за плащ отдыхающего рядом мастера Йорка.

– Света, ты как? – спросила я надсадным голосом.

– Чтобы я ещё раз… Да отпусти ты меня уже! Вцепился, как клещ, не оторвешь!

– А ты не улетишь? – спросил Тиллиус.

– Уже нет. Никогда, клянусь, никогда и никуда я больше не полечу!

Пока Светка давала страшные клятвы, я огляделась. Судя по пустынной местности, грифон опустил нас вдали от людей. Да и местность была мало приглядная. Тощие редкие деревца, жиденькая, пожухлая травка.

– Как-то невесело тут, – заметила я.

– Сказывается близость земель Проклятых, там вообще пустыня, багровая земля, из недр которой всегда идет обжигающий пар, – ответил Лоренс, уже что-то строча в своем блокноте.

– Ты-то откуда знаешь? Говорил, что сам никогда там не был, – встряла Светка.

– Легенды рассказывают.

– Ой, врут все твои легенды.

– Так, стоп! – остановила я разгорающийся спор. – Ещё успеем это проверить. Сейчас наша главная задача, добраться до поселения людей, чтобы…

– Поесть! – радостно воскликнула моя подруга.

– Именно. И ещё купить еды в дорогу. Если в землях Проклятых всё так плохо, то я сильно сомневаюсь, что там к нам будут гостеприимны.

Следующие несколько часов мы потратили на дорогу и поиск деревни, в которой мы могли бы остановиться на отдых. Но, завидев нас, люди поспешно запирали двери и на стук не отвечали.

– Да что они все так боятся, съедим мы их что ли? – не выдержала я.

– Я уже могу! – заверила нас орчиха.

– И мы будем только вдвоё-о-ом, – неожиданно пропел мастер Йорка.

– Люди в Ткарийской Империи очень недоверчивы, особенно на окраинах. В главный город надо, там будет легче.

Судя по всему, Лоренс был прав. Как не хотелось терять время, но другого пути у нас не было, мы отправились в главный город Ткарийской Империи.

Добрались мы до него только на следующее утро, переночевав в каком-то полуразвалившемся, заброшенном сарае. Пахло там прелым сеном и ещё черт знает чем, но тяжелый день с перелетом на грифоне дал о себе знать и мы проспали крепким сном всю ночь.

Оставшийся путь до главного города Империи прошел в Светкином нытье о том, что она уже готова съесть башмак. Но своего у неё не было, а мы делали вид, что не понимаем намеков. В конце – концов, всем приходилось тяжко.

Завидев у ворот города очередь, орчиха буквально позеленела от злости и пошла тараном. Вид у неё был настолько грозный, что никто не смел возразить, наоборот, спешили освободить проход.

– Ээм, вы тоже на отбор? – удивились стражники, глядя на нашу разношерстную компанию.

– Ка… – начала было я, но голодная и «мечущая молнии» Светка меня прервала.

– Да! Вы против???

– Нет, – пискнул стражник и опасливо вжался в стену, пропуская нас внутрь.

«В конце – концов, какая разница? Главное не застряли в очереди на весь день», – подумала я.

Не сговариваясь, мы разузнали у шарахающихся прохожих, где рынок и поспешили туда. Глядя на то, как Света набирает вязанки с толстыми колбасами, копченое мясо и круги сыра, мне поплохело.

– Света, уймись! У нас мало денег! – шипела я ей, но она пропускала мои слова мимо ушей.

Тиллиус краснел, потел и отсчитывал монеты. И если бы не Лоренс, который, как оказалось, умел отлично торговаться, денег на все Светкины покупки нам бы просто не хватило.

– Откуда ты так умеешь торговаться? – спросила я Лоренса, когда, наконец, нам удалось оттащить Светку от очередного прилавка.

– Я же путешественник. В долгих странствиях учишься экономить каждую монету.

– А как ты их зарабатываешь?

– Пою баллады и рассказываю истории.

Продолжить разговор мы не успели, так как в этот момент раздался жуткий звук трубы.

– Что это? – опешила я.

– Обычно, так созывают народ глашатаи, – сказал Тиллиус.

– Для того, чтобы сообщить какой-нибудь императорский указ, – подтвердил менестрель.

– Ну нам не надо, – успокоилась я.

Однако, остаться в стороне не удалось. Толпа буквально увлекла нас с собой.

– ВНИМАНИЕ! Внимание! – раздался зычный голос, и я увидела на постаменте человека, с какой-то трубой в одной руке и свитком в другой. Глашатай ещё раз выдавил из инструмента визжащий звук и толпа смолкла.

– Императорский указ! С сего дня Его Черное Владычество, император Великой Ткарийской Империи объявляет ежегодный отбор невест! Женщина любого возраста и расы, считающая себя достойной называться женой Императора, должна придти во дворец сего дня и заявить о своем желании участвовать в отборе.

Толпа загудела, и последующие слова глашатая потонули в этом шуме. Уже предчувствуя беду, я взглянула на Светку, прекратившую жевать палку колбасы, и застонала:

– О нет, только не это!

Тиллиус испуганно посмотрел на меня, пытаясь понять причину моего стона.

– Надо уходить как можно быстрее, – ничего не объясняя, сказала ему я.

Вывести Свету в менее людное место оказалось довольно легко, но это была обманчивая простота. Едва мы оказались вдали от шума, как моя подруга мертвой хваткой вцепилась в Лоренса.

– Где находится дворец императора?

– Не знаю, я никогда здесь не был, а тебе зачем?

– Какой нелепый вопрос! Ты что, ушами мух отгонял? Разве не слышал – Император объявил отбор невест!

Я стаяла, уставившись в землю и ожидая, когда до моих спутников дойдет очевидное.

– Ну и что? – не понял Лоренс. – Если ты имеешь в виду бесплатный пир по случаю его женитьбы, то он ещё не скоро, и мы вряд ли на него попадем.

– Попадете, – уверила Светка. – Императрица же имеет право пригласить на пир, кого хочет. А я своих не забываю.

Лоренс взглянул на меня, и в его глазах промелькнула тень догадки, но видимо она казалась ему столь нелепой, что он не решился в неё поверить.

– Ты хочешь подружиться с Императрицей? – удивленно спросил Тиллиус, а я вздохнула его наивности.

– Слушайте, как вы выживаете вообще с такими-то слабыми кумекалками? – поразилась Света. – Я будущая императрица, я!

Наступившую минутную паузу не посмел нарушить даже мастер Йорка.

– Но чтобы ею стать, нужно пройти отбор невест, – слабо начал Тиллиус.

– А я о чем! – вскинула к небу руки Светка. – Мы уже должны бежать во дворец, а мы здесь время теряем!

– Так ты хочешь пройти отбор? – словно не веря своим ушам, спросил Тиллиус.

– Разумеется! Такой шанс выпадает раз в жизни, и я не намерена его упускать. Это только всякие дурочки из книжек не рады своему счастью, но я-то девушка умная. Эй ты! – отвлеклась Света на какого-то тощего прохожего. – Где тут у вас императорский дворец?

Прохожий покосился на нашу странную компанию, махнул рукой куда-то в сторону и поспешил от нас уйти.

– Постой, Света! Ну нельзя же вот так сразу, не обдумав! – попыталась я её остановить.

– А что тут думать? Я красивая. Хорошо, сейчас уже не очень. Но харизматичная! Внешность опять же, экзотическая, многие такую любят. Умная, веселая, слушать умею.

– Но…

– Разговор на любую тему поддержать могу. И в конце концов, опыт имеется, участвовала и даже побеждала!

– О боже, сколько можно это вспоминать! – взмолилась я. – Это было всего один раз на пляже на конкурсе «мокрых маек». И то ты выиграла только потому, что сказала, что «майки для тех, кому есть чего стесняться», а потом доказала, что тебе стесняться нечего.

– Вот! – нацелила на меня указующий перст Светка. – Теперь ты знаешь, что у меня есть тузы в рукаве. То есть в простыне.

– Что такое тузы? – шепотом, видно для того, чтобы не портить важность момента, спросил у меня Лоренс, который весь наш разговор фиксировал в блокноте.

– Потом, – отмахнулась я от него и снова попыталась воззвать к благоразумию моей подруги. – Света, ну подумай сама, зачем тебе какой-то император чужой страны?

– Зачем? Ты спрашиваешь зачем? А затем, что я устала жить на одну зарплату! Устала выискивать в магазинах товары по акции! Ты знаешь, сколько лет я ношу свои зимние сапоги? Шесть лет! Шесть! Я их столько раз носила в ремонт, что мастер меня уже узнает, хотя я каждый раз называю другую фамилию! А знаешь, как тяжело растить детей? Как стыдно в магазине, когда он просит: «Мам, ну купи», а ты делаешь вид, что не слышишь!

– Света, у тебя нет детей, – напомнила я ей.

Она замерла на полуслове, а потом с осуждением произнесла:

– Вот что ты за человек, Наташа? Вечно придираешься ко всяким мелочам. Да ну тебя! В общем, слушайте все: я хочу быть императрицей и точка! И даже не вздумайте мне мешать!

Орчиха решительно направилась в указанную прохожим сторону, и я поняла, что остановить её сейчас не сможет даже танк. Мы поспешили за ней. По пути Светка ещё несколько раз останавливала какого-нибудь прохожего и спрашивала дорогу. Видя её грозный вид, все спешили помочь ей по мере возможности. Один даже попытался прикинуть расстояние до дворца в шагах. Но орчиха нетерпеливо махнула на него рукой и двинулась дальше.

Вскоре дорогу мы спрашивать перестали. Огромный дворец был виден издалека и был окружен высокой кованой оградой. Ворота долго искать не пришлось, так как возле них уже стояла очередь из молодых женщин.

– Ого, сколько претенденток на роль любимой жены, – удивилась Светка.

– Вот именно, – поддакнула я. – Может не будем время терять?

– Ага, как же. Эй! Кто тут последний?

Несколько минут наблюдений дали нам понять, что лишь немногие девушки проходили через ворота. Пропускал их какой-то невысокий мужичок строгого вида. Были видно, что он задавал какие-то вопросы, делал пометки у себя в записях, а потом девушка либо счастливо проходила внутрь или удрученно уходила в противоположном направлении.

– Нет, ты посмотри на них: косые, кривые и всё туда же, в императрицы, – шипела нам Света, оглядывая претенденток.

Но мне было совершенно не до красот будущих невест Императора, я ломала голову, как уговорить подругу бросить эту затею.

– Светочка, нам некогда участвовать в отборе. Он будет не один день, возможно даже недели! Мы опоздаем на свадьбу Нела…

Орчиха уперла руки в боки:

– И что? Значит, ты хочешь своего вампирчика спасти, а я должна всю жизнь в девках ходить?

– Ну а как же Лекс? Ты уже забыла про него? – использовала я последний придуманный аргумент.

– Это он забыл про меня! Забыл в тот момент, когда к русалкам ушёл.

– Так ты же…

– Всё, не говори мне больше о нем!

– Мне, мне расскажи! – вдруг раздался голос Лоренса.

Я сердито на него взглянула.

– Мы остались только вдво-ё-ом, – тихонько пропел мастер Йорка.

– Лучше бы придумали, как отговорить её, – сказала я своим спутникам.

– А что об этом раньше времени думать? Она даже до распорядителя ещё не дошла, – ответил Лоренс.

– Это кто?

Летописец кивнул на мужичка, задающего претенденткам вопросы. А ведь Лоренс прав, если он вон каких красавиц отбраковывает, значит у Светки вообще шансов мало. Эта мысль меня приободрила.

– Да что ж так долго-то? – не выдержала наша орчиха. – А ну расступись!

Женщины зароптали, но помешать никто не решился. Мы приблизились к началу очереди.

– Следующая! – крикнул мужичок, когда высокая девушка с роскошной гривой волос перед ним ушла за ворота.

– Я следующая! – провозгласила Света и смело предстала перед взором распорядителя.

Глава 8

Во дворце Черного Властелина

Мужичок оторвался от своих записей и окинул взглядом нашу претендентку с головы до ног. Потом с ног до головы. И ещё раз. На пятом заходе Светка не выдержала.

– ХорошА? – гаркнула она.

– Орчиха? – удивленно спросил распорядитель.

– А что? У вас расовая дискриминация? – уперла руки в боки Светка.

По всей видимости, распорядитель не знал, что значит «дискриминация», поэтому он вместо ответа спросил:

– Имя, возраст, род занятий.

Подруга обернулась ко мне.

– Ещё про гражданство бы спросил…

– …откуда прибыли, – продолжил распорядитель.

– Ну вот и спросил, – сказала я.

– Светлана меня зовут. Из России матушки я. Род занятий неопределенный. А возраст у женщин вообще спрашивать неприлично.

То ли распорядитель был не любопытным, то ли решил не связываться с сумасшедшей орчихой, но на её заявление он ничего не ответил. Вместо этого спросил.

– Девственна?

– Где?

– Там! – указал распорядитель взглядом куда-то в район низа живота претендентки.

– Ну знаете! – возмутилась Светка. – Так меня ещё никто не оскорблял. Разумеется НЕТ!

– Не подходите, – мотнул головой и объявил: – Следующая!

– Нет, я что-то не поняла! – взревела наша претендентка. – В каком смысле – не подхожу? Это не тебе решать, а Императору!

– Светик, не надо, пойдем, – зашептала я ей.

– Вы тоже на отбор? – неожиданно спросил распорядитель, и я поняла, что он обращается ко мне.

– Я?

– Да! – вдруг воскликнула Светка. – Она тоже туда.

Я вскинула на подругу возмущенные глаза: значит самой пробиться не получилось, она решила меня пропихнуть. Светка на мой взгляд внимания не обратила и вдохновенно продолжила.

– Мелисса! Осемнадцати лет. (Я поперхнулась). Юна, свежа и невинна, аки первый робкий подснежник, расцветший на весенней проталине!

– Что ты городишь? Какой ещё подснежник? – сквозь зубы зашипела я, но как только набрала в грудь воздуха сказать распорядителю, что произошла ошибка и я не собираюсь участвовать в отборе, как почувствовала, что не могу выдавить ни звука.

Пока Светка меня рекламировала, я пыталась понять, что произошло. К счастью, мучиться неизвестностью долго не пришлось.

– Тиллиус наложил на тебя заклятие немоты. Это ненадолго. Потерпи, мы потом всё объясним, – шепнул мне на ухо Лоренс.

Я в гневе обернулась на них и стала жестами требовать вернуть мне речь.

– А всё ли у неё в порядке с… со здоровьем? – с сомнением спросил распорядитель.

– О да! – заверила его Светка. – Она просто… темпераментная.

И с силой стала вертеть меня перед мужичком.

– Посмотрите, какой стан, какая шейка! Лебедушка!

– Кхм, ну ладно. Подходит, – сказал распорядитель и указал на ворота.

Подруга не мешкая, повела меня к ним.

– Но! Жить во дворце с претенденткой могут не более трех родственников, – остудил её энтузиазм распорядитель.

– Так мы родственники! – сказала орчиха с такой уверенностью, что даже я готова была в это поверить.

– Да ну? – не сдавался распорядитель.

– Ну в смысле, почти… – стала терять уверенность Светка, но быстро собралась. – Няня я её. С самого детства. Можно сказать, я её грудью выкормила. Ой, сколько всего мы с ней пережили! Бывало, буря мглою небо кроет, вихри снежные крутёт, то заплачет, то завоет… А она мне такая, выпьем няня, где же кружка?

Светку всё несло, претендентки в очереди смотрели на нас во все глаза и перешептывались между собой, Лоренс и Тилли переминались с ноги на ногу, а я кажется, уже побагровела от желания дать всем таких щелбанов, чтобы они летели до самых Проклятых земель да повизгивали.

– Хорошо, – сдался распорядитель, – проходите. Но только трое.

Как ни крути, а кому-то надо было остаться.

– Мастер Йорка, ничего личного, – сказала Светка.

– Я его не оставлю, – сказал Тиллиус.

– Жаль, с тобой было веселее, – не стала расстраиваться Светка и двинулась к воротам.

– Ну уж нет! – вырвалось у меня и я поняла, что снова могу говорить. Понизив голос, я зашептала: – Без них я в этой авантюре участвовать не буду.

– Боже, одни проблемы с вами! – простонала Светка. – Иди сюда, мелкий. Жди нас после захода солнца у задних ворот. Тут же есть задние ворота? – спросила она у Тиллиса.

– У всех дворцов и замков есть.

– Вот, там нас и жди. Понял?

– Мы остались под дожде-о-ом, – пропел гоблин.

– Не хнычь, нет никакого дождя. Всё, пошли.

Так как на нас уже подозрительно косились стражники у ворот, пришлось уступить Светке и смиренно пройти во внутренний двор дворца.

Уже через несколько шагов я волей-неволей забыла об оставленном нами гоблине: величие и красота внутреннего двора и самого дворца заставили в восхищении пооткрывать рты даже Тиллиуса и Лоренса.

Двор представлял собой зеленое покрывало, поделенное дорожками на ровные квадраты. То тут, то там стояли кустарники подстриженные в затейливые формы. Были здесь и цветы удивительного иссиня-черного цвета. Напротив парадных ворот дворца роскошный фонтан с фигурами русалок так и манил подойти к нему и окунуть в строящиеся воды руки.

– Красота! – вертела по сторонам головой Светка и вздыхала. – Вот где бы я хотела жить!

Возле парадного входа стоял вышколенный прислужник, который сообщил, что проводит нас в нашу комнату. Войдя во дворец, я поняла, что не знала, что такое роскошь. Несмотря на то, что внутри было мрачно и выдержанно всё в тех же иссиня-черных тонах, и лепнина на стенах и тяжелые гобелены и подвесные канделябры со множеством свечей и гулкий пол – всё выглядело нереально богато и гротескно.

Мы шли, затаив дыхание. Даже Света, казалось, старалась идти неслышно. Только когда нас привели в комнату на втором этаже и оставили одних, мы перевели дух.

– Офигеть! – не сдержала эмоций Светка. – Вот это роскошь, вот это размах!

Я подошла к окну и раздвинула темные шторы, впуская в комнату хотя бы немного света. Это позволило разглядеть её в полной мере. Она была большой и довольно удобной, хотя на мой вкус несколько мрачноватой.

– Похоже, Император поклонник готического стиля, – оглядевшись, резюмировала Светка.

– Это мы обсудим позже, – сказала я. – Сейчас я требую, чтобы мне объяснили, какого лешего вы наложили на меня заклятие немоты?!

– О, так вот почему ты молчала! – воскликнула подруга.

– А что такое «леший»? – спросил Лоренс, записывая незнакомое слово.

– Всем молчать! – приказала я. – Говорит Тиллиус.

Я уставилась на нашего мага, ожидая ответ. Тот смутился, поправил очки и сказал:

– Меня Лоренс попросил. Заверил, что ты потом ещё спасибо скажешь.

Я перевела полный праведного гнева взгляд на летописца. Тот ничуть не смутился.

– Я всё сейчас объясню.

– И в твоих интересах, чтобы оправдания выглядели убедительными, а то в гневе я страшна!

– Ах ты вон на что грешишь, – не удержавшись, изумленно сказала Светка, но под моим убийственным взглядом добавила: – Но если с косметикой, то весьма и весьма… Так, давай уже Лоренс, а то я совсем запуталась.

Про себя я решила, что с подругой разберусь потом и вновь взяла в оборот летописца.

– Мы же идем в Проклятые земли, чтобы победить королеву? – начал он.

Вообще-то в планах было расстроить свадьбу, но я не стала заострять на этом внимания.

– И как нам может помочь отбор невест для Черного властелина? – не понимала я к чему ведет Лоренс.

– Черный властелин – брат королевы Проклятых. Когда-то они разошлись по интересам: сестра хотела владеть миром, а брату достаточно было и своего владычества. Они и договорились, что она не трогает его, а он не мешает ей.

– Интересная информация, но связи я всё равно пока не улавливаю.

– Я же уже говорил, что справиться с королевой будет совсем не просто. Она злая колдунья с ядовитым запахом…

– Про запах я помню, – остановила я его.

– Так вот, не зная, как победить королеву, наша затея обречена. Но у любого злодея есть слабое место. И единственный, кто знает слабое место королевы Проклятых – это её брат.

Лоренс замолчал, и на несколько секунд в комнате воцарилась тишина.

– А ведь дело говорит, – вдруг сказала Светка.

– А если он не знает? Мы только потеряем время! – возразила я.

– До свадьбы Нела с королевой больше двух недель, а мы совсем рядом. Если всё получится, то мы навсегда избавимся от королевы, и она больше не будет угрожать Мирании, – произнес обычно молчаливый Тиллиус.

Я посмотрела на всех моих спутников, похоже, что каждый из них считал, что игра стоит свеч. Только вот почему-то главным игроком придется быть мне.

– Черт с вами, – сдалась я.

– Что такое… – начал Лоренс, но я отмахнулась.

– Только откуда у вас такая уверенность, что я пройду этот дурацкий отбор?

Светка подошла и приобняла меня за плечи.

– Подруженька, я ведь с тобой.

– Вот это-то и пугает, – честно сказала я ей.

Ответить она не успела. В дверь постучали. Переглянувшись с остальными, я крикнула:

– Войдите!

На пороге появился слуга, который объявил, что Его Черное Владычество приглашает всех кандидаток на ужин в большом зале.

– О, наконец-то еда! – обрадовалась Светка. – Пойдемте скорее!

– Для кхм…родственников, ужин подадут в комнатах, – остудил её пыл слуга.

– Это дискриминация, – недовольно сказала орчиха. – Тогда несите сюда больше, чтобы мы смогли оценить щедрость вашего императора, а то может мы зря свою красавицу за него отдаем.

Слуга с каменным лицом поклонился и вышёл.

– За то время, что мы здесь пробудем, властелину придется продать последние подштанники, чтобы прокормить тебя.

– Какая искрометная шутка, – не осталась в долгу Светка. – Лучше переоденься, первое впечатление самое важное.

– У меня только одно платье, то, в котором я попала в Запределье. Оно для особенных случаев.

– Этот особенный, – категорично заявила подруга. – Ты должна сразить властелина наповал, чтобы он на других и взглянуть не хотел.

Она стала выгонять мужчин из комнаты.

– Идите, погуляйте, нам переодеться надо.

После того, как Лоренс и Тиллиус со слабыми попытками возразить: «Куда же мы пойдем?» были выпровожены за дверь, Светка занялась моими сборами со всей ответственностью.

– Главное, не забывай почаще бросать на него многообещающие взгляды и облизывай губы. Обязательно коснись его грудью.

– И как ты себе это представляешь? – недовольно спросила я. – Подойду и буду при всех тереться об него сиськами?

Меня очень напрягала сама эта ситуация с отбором, а тут ещё и с властелином флиртуй.

– Сиськи – это те, у кого они есть, а у тебя грудь. Слушай, ну ты что, мужиков никогда не соблазняла? Тут случайно прижалась, там чувственно вздохнула, нагнулась перед его лицом за упавшей вилкой… Ты прям как девочка, ей-богу. Включай фантазию.

Я бы нарычала на Светку, но нежная ткань любимого платья меня успокаивала.

– Хорошо, что ещё зеркало додумались поставить, – сказала подруга, разворачивая его ко мне.

Черное платье на тонких бретельках и узкой полоской кружева по низу обволакивало фигуру, подчеркивая достоинства. Обожаю такую ткань, она почти не мнется.

Светка придирчиво меня осмотрела.

– Неплохо. Но больно скромное.

– Шутишь? Оно выше колен!

– Недостаточно высоко.

Она залезла в свою сумку, и пока я крутилась у зеркала, что-то там искала.

– Как думаешь, мне распустить волосы или собрать?

– А ну стой, – скомандовала подруга, найдя что-то в сумке.

Она наклонилась ко мне, ловко ухватила за подол и прежде, чем я успела понять, что она собирается делать, разрезала маникюрными ножницами ткань чуть ли не до верха бедра.

– Что ты наделала? – в испуге отскочила я. – Ты его испортила!

– Я сделал его сексуальнее, – возразила подруга. – Смотри, тут явно не хватало разреза.

Я взглянула в зеркало и не смогла ничего возразить. В чем-чем, а в том, как выглядеть сексуально, моя подруга разбиралась.

– Волосы подбери, чтобы была видна шея, но заколи небрежно, чтобы не быть похожей на училку. Вот так, – помогала мне Светка с последними деталями.

Часы пробили восемь вечера.

– Мне пора. Не знаю, сколько продлится этот ужин, но после него мы идем за мастером Йорком.

– Ой, точно, мастер Йорка! – вспомнила Светка.

– А ты уже и забыла?!

– Я запамятовала, это разные вещи, – возразила она.

Я с осуждением покачала головой.

– Всё, выкинь из головы гоблина и иди на ужин. Помни, ты должны свести властелина с ума!

Я вздохнула: во что мы опять вляпались?

За дверью я обнаружила наших спутников. Тиллиус стоял, покорно ожидая, когда им разрешат войти в комнату, Лоренс по обыкновению что-то строчил в блокноте. Но как только они заметили меня, застыли, словно видели впервые. Оставшись довольной произведенным эффектом, я милостиво разрешила им вернуться в комнату, а сама двинулась вниз по лестнице на первый этаж, где, по словам слуги, находился большой зал. Искать долго его не пришлось. Достаточно было проследовать за вереницей слуг, несущих подносы с блюдами. Только входя в огромный освещенный зал, я почувствовала дрожь в коленях. Куда-то разом делась уверенность. Даже мелькнула предательская мысль сбежать, пока на меня не обратили внимания. Но представив орочье лицо подруги, я решила не рисковать.

Стараясь отвлечься, я рассматривала зал. По видимости, все уже были в сборе, во всяком случай, за длинным столом, стоящим на середине зала, пустых мест не было. Женщины разного возраста, внешности и комплекции восседали будто курочки на насесте и сверкали платьями и украшениями. По сравнению с их нарядами, моё одеяние выглядело более, чем скромно. Однако, чем дальше я шла, тем больше голов поворачивалось в мою сторону. Одни женщины смотрели с любопытством, другие оценивающе, третьи – едва скрывая презрение.

«Только бы не споткнуться под их взглядами», – пронеслось в голове.

Сказано-сделано! Поскользнувшись каблуками на отполированном до блеска полу, я ойкнула и приземлилась на пятую точку. Подол платья стал ещё выше, а разрез предательски распахнулся, практически полностью обнажив правую ногу.

«Молодец! Всё, как и задумано! Теперь властелин точно твой», – мысленно обругала я себя. – «Может он всё-таки не видел?»

– Позвольте помочь? – услышала я чей-то голос и увидела протянутую руку.

Подняв глаза, я сразу поняла, что передо мной сам Черный властелин.

Одного взгляда хватило, чтобы понять – Светка была бы разочарована. Никакой тебе горы мышц, волевого подбородка и что там ещё в её вкусе… Зато присутствовал камзол из черного бархата, расшитый серебряными нитями и застегнутый на пуговицы с драгоценными камнями и золотой венец, украшавший голову. Всё в его облике говорило о богатстве. Вот это бы точно примерило Светку с неказистой внешностью властелина.

Пока я обо всем этом размышляла, властелин отвернулся со словами:

– Ну как хотите.

…И пошёл прочь.

Я резко опомнилась: я же сейчас упущу свой шанс!

– Погодите! – вскричала я и поползла за властелином на коленках. – Мне нужна, нужна помощь!

Пришлось схватить властелина за ногу, чтобы он остановился. Едва он опустил на меня глаза, как я приняла соблазнительную позу и протянула руку.

– Ах! Мой властелин! Теперь я в вашей власти!

Властелин как-то неопределенно хмыкнул и подал мне руку, не сделав, однако, ни одного усилия, чтобы помочь мне подняться. Пришлось действовать самой, посекундно скользя каблуками по полу. Но и встав, я не спешила отпускать его.

– Вы такой сильный, – с придыханием сказала я, не забывая Светкин совет тереться об него грудью.

Властелин заметно приосанился.

– Ну, конечно, я ведь делаю по утрам зарядку.

– О, обожаю мужчин, которые делают зарядку. Это так сексуально! – старательно закатывала я глаза и жестикулировала губами. Светка бы мной гордилась!

«Что ты творишь?!» – вдруг раздалось в моей голове и я, ойкнув, замерла на месте.

– Что такое? – спросил у меня властелин.

Я посмотрела по сторонам, но не увидела никого, кто бы мог мне нашептывать на ухо.

– Ээ, комар. Меня укусил комар, – ляпнула я и для достоверности хлопнула себя по шее.

Властелин как-то удивленно посмотрел на меня и, отвернувшись, пошёл к свободному месту во главе стола.

– Кто здесь? – не разжимая зубы, прошептала я.

«Твое спасение!» – снова раздалось у меня в голове и в этот раз у меня хватило сил не подскочить.

– Света? – как можно тише спросила я, игнорируя любопытные взгляды девиц в мою сторону.

«Тилли настроил магическую связь. Я тебя вижу. И хочу выколоть себе глаза. Что ты вытворяешь?! Где ты набралась такой пошлости?»

Меня разобрала злость. Мало того, что Светка сама заставила меня заниматься соблазнением властелина, так ещё теперь подглядывает за мной! Да и ещё высказывает недовольство! Ну уж нет, хватит с меня её выкрутасов. Буду игнорить, пусть болтает, что хочет. Сама знаю, что мне делать!

Я решительно двинулась к властелину. К сожалению, место возле него было уже занято какой-то тощей девицей с длинной шеей. Но это было слишком незначительной преградой для моего боевого настроя.

– Мадам, вас маман к телефону! – сказала я, останавливаясь возле тощей девицы.

– Ма…кто? Куда? – непонятливо захлопала ресницами девица.

– Туда! – неопределенно махнула рукой в конец зала. – Там разберетесь, – добавила я и, взяв незадачливую претендентку под локоток, стащила её со стула.

«Вот так, правильно!» – зашептал голос в моей голове.

Я, конечно, ничего не ответила. Хватит с меня странных взглядов окружающих. Девица немного потопталась, но заявлять о своих правах не решилась и пошла искать другое место.

Усевшись на освободившийся стул, я дотронулась до руки властелина.

– Вот мы и снова вместе.

«Мда, так себе, конечно, мужчинка», – оценила Светка.

– Кхм, – неопределенно ответил властелин. – Вы весьма обращаете на себя внимание.

«Соблазняй, а не навязывайся. Мужчина по природе охотник, он должен думать, что это он тебя завоевывает», – снова зашептала Светка. Тоже мне советчица, подзадоривала я себя, но боевой настрой стремительно падал. Неожиданно где-то громко звякнуло и сидящие за столом женщины поспешили затихнуть.

– Дорогие участницы отбора! – обратился к нам властелин. – Уже завтра начнутся первые испытания, по итогам которых я выберу супругу и императрицу. А сегодня я предлагаю познакомиться друг с другом за праздничным столом.

С этими словами властелин подал знак, и слуги засуетились вокруг нас, открывая блюда, наливая вина. О, а вот это то, что надо! Бокальчик красного для смелости мне не помешает. Недолго думая, я показала слуге, чтобы наливал по краешек, а потом выпила почти залпом и… приказала снова наполнить.

Вино оказалось неожиданно терпким. Сначала я почувствовала во рту вязкость, а потом стало так хорошо, что я решила повторить.

«Эй, куда налегаешь? Ты же пить не умеешь! Хочешь, чтобы тебя с приема выносили?» – зашептал голос в голове.

– Отстань! – сказала я, вспугнув слугу, наливавшего мне третий бокал. – Не-не, это не тебе! Ты продолжай.

После третьего бокала я ощутила зверский голод. Кажется, я начинаю понимать подругу с её неуемным аппетитом. Ничуть не смущаясь, я пододвинула близстоящие тарелки и принялась за еду.

«Ты издеваешься? Я тут сижу голодная, а она там наяривает! Нам, между прочим, до сих пор ужин не принесли!», – возмущался голос в голове. «Лучше властелина окучивай, а то вон та рыжая девица глазки ему строит».

Точно, властелин! Я и забыла. Выпив ещё бокальчик и заев его тремя бутербродами, я обратилась к объекту нашей спец.операции.

– Ваше черное владычество, а давайте-ка выпьем с вами на бундер.. бутер.. рудершафт, – наконец выговорила я. Мне всегда плохо удавались два слова: брудершафт и штангенциркуль, а уже заплетающийся язык делал произношение сложных слов почти невозможным.

– Мм… – неопределенно промычал властелин.

– Люблю неразговорчивых мужчин, – одобрительно мотнула я головой, затем приблизила лицо к властелину и добавила. – Зачем нам слова? Пусть за нас говорит язык наших тел.

«Эй, это фраза из моего романа! Плагиаторша!» – возмутился Светкин голос в голове. Я отмахнулась от него бокалом с вином, расплескав половину на стол и неудачливую соседку.

– Ну давайте же, мой господин! – с придыханием сказала я.

– Господин? Хм. Мне нравится.

Выпив на брудершафт, я решила, что властелин весьма интересный мужчина, а ещё, что мне хочется праздника.

– А почему нет музыки? – поинтересовалась я. – Почему мы сидим как на поминках, в самом деле? Эй ты! – ткнула я в сторону старшего, как мне показалось по одеянию, слуги. – Зови музыкантов!

– Но… – попытался возразить слуга.

– Зовииии! А то голову с плеееч!

«Уймись, прошу тебя!»

Но властелину моя идея понравилось.

– Советник, зовите, – кивнул он, и старикан бросился выполнять поручение.

Я оглядела дам, сидящих за столом. Они немного расплывались, но это было даже забавно.

– Мадмазели, ик, а что такие кислые сидим? Чего не веселимся? Вина! Всем вина! Пьем, пьем, девочки! Сейчас музыканты придут, попками потрясем.

«Боже, уходи оттуда! Уходи, пока не поздно», – молил Светкин голос, но она ошибалась, было как раз уже поздно.

Глава 9

Наташа зажигает…

…Музыканты наяривали какой-то бравый марш, я, бросив обучать слуг чечетке, стала щекотать девиц. Девицы визжали. Те, кто пытался от меня убежать, поскальзывались и падали на мокром от моих неудачных попыток жонглирования полными бокалами полу. Голос в голове о чем-то умолял, но я уже его не слушала.

Запыхавшись, я шлепнулась на свой стул и обратила взор на властелина. Тот не сводил с меня восхищенного (нет, ну а как иначе!) взгляда. Я решила: надо добивать. Мне срочно требовалась идея, эдакое красивое многоточие, чтобы властелин с нетерпением ждал продолжения. В поисках вдохновения, я взглянула на очередной бокал на столе. Вот оно! Всё-таки Светка – гениальный писатель!

Сделав вид, что я собираюсь взять бокал, я случайно опрокинула его, причем на удивление это получилось почти само собой. Красное вино выплеснулось на стол и тонкой струйкой потекло на штаны властелина. Император вскочил с кресла. Я коварно улыбнулась.

– О, мой господин! Я вся такая внезапная, неловкая вся! – запричитала я непослушным языком. – Простите меня! Я сейчас всё и… ик…справлю!

Схватив многострадальную соседку за рукав платья, я с треском оторвала его и бросилась вытирать штаны властелина. Это оказалось весьма непростой задачей. Меня вело из стороны в сторону, я теряла равновесие и только чудом не уперлась головой в живот властелина. Дело осложнялось тем, что мужчина пытался сопротивляться, а рядом визжала девка о каком-то оторванном рукаве.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.