Валерий Соловьёв
Командир РКККА 2А

Предисловие

Для России XX век оказался по истине «железным веком». Никогда еще наше отечество не сталкивалось с такими вызовами, которые следовали один за другим. Складывается впечатление, что некие высшие силы решили испытать Россию на прочность и проверить, выживет она или нет в этот раз? Россия, «экзаменаторов» не подвела, опять выжила, обновилась и даже модернизировалась. Правда, такая модернизация стоила очень дорого. Многие эксперты, и в России и за границей в начале XX века предсказывали нашей стране блестящее будущее и большой рост коренного населения. Предполагалось, что численность русского народа к концу века подойдет примерно к 400 млн. человек. Но не получилось из – за Первой мировой войны, двух революций, гражданской войны, нескольких голодоморов, коллективизации, репрессий и конечно Великой отечественной войны. То есть страна недобрала, по меньшей мере, около 250 млн. человек (то есть 63 % от прогнозируемой численности). Жизнь советских граждан в 20-е и 30-е годы прошлого столетия легкой не назовешь. Да и время было тревожное – в СССР шел активный надуманный поиск «врагов народа», в категорию которых мог попасть любой житель страны победившего социализма.

Главный герой и будущий защитник Родины, Павел Дроздов родился в простой рабочей семье на окраине города в год начала роковой для России кровопролитной Первой мировой войны. У него было полное приключений счастливое детство и юность, рано обнаружилась большая тяга к техническим самоделкам. Были и надежные, верные друзья – одноклассники, спаянные крепкой мушкетерской дружбой. За привычку постоянно находиться во дворе своего дома Дроздова с детства в шутку окрестили «дворянином». Из – за полученных травм, одна из которых вызвала клиническую смерть, у Павла обострилась способность предчувствовать приближение опасности, что не раз спасало ему жизнь и помогало в выполнении его миссии. Судьбе было угодно поручить «дворянину» из м/района «Озерки» города Ленинграда особую задачу – активное участие в укреплении обороноспособности страны и борьбе с ее внутренними и внешними врагами. А выполнять эту опасную миссию он будет с помощью тайного, глубоко законспирированного с древнейших времен общества – Ордена русских рыцарей «ЕК» – тайных защитников России.

Глава 1. «Дворянин» Павел Дроздов

Павлу приснилось, что он летит над микрорайоном «Озерки» Выборгского района Ленинграда, обозревая с высоты Поклонную гору, церковь Пресвятой Троицы[1], живописные Суздальские озера и купающихся в них людей. Видит буйную зеленую растительность, в том числе и заросли удивительно сладкой и сочной малины, растущей, совершенно открыто. Видит сверху ребят, ловящих на Первом (Верхнем) Суздальском озере раков[2]. Приятно осознавалось также чувство частично выполненного долга: еще нет и 10.00, а почту – то он уже разнес, при этом вторая доставка будет уже после 15.00. А к тому времени можно спокойно и пообедать и вдоволь накупаться и нагуляться на свежем воздухе – настоящий курорт, да и только. Павел регулярно по – взрослому помогает своей маме – учительнице русского языка и литературы, которая с целью дополнительного заработка в летнее время подрабатывает на почте.

Наконец, среди множества сельских деревянных домов появляется их каменный 3-х этажный дом1913 года постройки. Павел лихо и уверенно пикирует, затем мягко приземляется во дворе своего дома. Во дворе никого нет. Обидно, что никто не видел его красивый полет. А если он попытается кому – нибудь рассказать, что он прилетел по воздуху от почты до дома, то ему не только никто не поверит, а еще будут крутить пальцем у виска. Скажут, что парень опять перегрелся на солнце – он же во дворе на улице пропадает больше всех озерковских ребят, за что и получил почетное звание «дворянин». Тут Павел почувствовал, что кто – то щекочет пальцы его ноги, и проснулся. Это их любимец рыжий пушистый котенок по кличке Лисик вздумал поиграть со шнурками его брезентовых спортивных туфель и не дал досмотреть хороший «авиационный» сон. «Дворянин» м/р «Озерки», после своих трудовых подвигов решил после первой ранней доставки почты сразу не идти домой, а немного почитать книгу о морских пиратах и не заметил, как заснул.

Павел, приласкав и почесав за ушком рыженького шалуна, посадил его к себе на ладонь и понес это чудо природы домой. После такой побудки, почувствовав прилив сил, Павел легко взбежал на 3-й этаж и открыл свою 3-комнатную квартиру ригельным ключом. Судя по аппетитному запаху, его мама готовит обед на всю семью. Павел прошел на кухню, подошел к своей матери – Татьяне Ивановне и, поцеловав ее в щеку, доложил о своих трудовых успехах и сказал, что на обед придет попозже – часа через 3. Заглянул в комнату родителей, там его 5-летняя сестренка Оля увлеченно играет в куклы – самое подходящее занятие в ее возрасте. Павел неслышно подошел к своей сестренке сзади и осторожно посадил котенка ей на плечи. Через несколько секунд раздался восторженный визг маленькой Ольги, переключившейся на игру с шустрым и игривым котенком. Дроздов тем временем зашел в общую с его младшим братом Володей комнату и забрал свой уже далеко не новый футбольный мяч. Надо постоянно тренироваться и оттачивать свое мастерство владения мячом, иначе станешь неудачником – лузером, над которым будет смеяться весь двор. Жаль только, что его братан отбывает свой срок в пионерлагере – вдвоем было бы повеселее, но зато матери легче и она говорит, что еще и спокойнее. А еще большее сожаление вызывает то, что на все жаркое лето 1928 года его лучший друг Борис Коженков добровольно «подписался» на сельскохозяйственные работы в деревне у своих родственников в виде наказания за серьезнейшее прегрешение, связанное с неудачным сбором металлолома.

Пять минут быстрой ходьбы и 14-летний Павел Дроздов подошел к игровой площадке: между домами барачного типа, гаражами и сараями имеется довольно большое свободное и ровное пространство, удобное для любых игр с мячом. Футболист Дроздов тренировку начинает с набивания мяча ногой – обычно у него получается не менее 10, а то и 15–20 раз. Но на этот раз как назло выходит только 3–4 раза – а это говорит о явной утрате мастерства. Однако вскоре выясняется причина – какой – то усатый, довольно молодой мужик, лицо которого показалось Павлу знакомым, непрерывно искоса наблюдает за ним. Несколько раздосадованный Павел переходит к другому упражнению – начинает бить по воротам, то бишь по персональному гаражу Леопольда Збруева – мордатого нэпмана, который наверняка сейчас на работе. Вот тут юный футболист показывает настоящее мастерство: после его пушечных ударов железный гараж нэпмана гудит как большой колокол, мяч каждый раз отлетает, но Павел умело и очень сильно с лету бьет и бьет по гаражу буржуя.

Внезапно мастер кожаного мяча чувствует, что его ухо попало в тиски или стальные плоскогубцы, которые при этом начинают поворачиваться вокруг своей оси, пребольно закручивая несчастное ухо в трубочку.

Как оказалось, это злобный нэпман Леопольд Збруев незаметно подкрался и очень больно схватил Павла за ухо, а затем повел его по кругу, напевая дурацкую песенку: «Как пошли наши подружки в лес по ягоды гулять…». К счастью гулять долго не пришлось, так как на помощь незадачливому футболисту пришел тот самый усатый здоровяк, сидевший на скамейке с газетами и журналами. Атлетически сложенный парень быстро подошел к Леопольду и сказал, чтобы тот немедленно оставил пацана в покое. Нэпман же нагло ответил молодому мужчине, чтобы тот не мешал воспитательному процессу. Тогда, не тратя лишних слов, здоровяк неуловимо быстро схватил забуревшего нэпмана за руку и эффектным приемом с силой вывернул ее. Леопольд сразу же упал на колени и заорал благим матом: «Мля! Ты сломал мне руку! Ты за это ответишь! Я сейчас вызову милицию!». На что молодой силач ответил, что травма у Леопольда неопасная, и если тот сделает на руку спиртовой компресс, то все пройдет через пару дней, а затем добавил, что если Збруев опять покусится на Павла, то уже так легко не отделается и станет инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Так как вокруг стали скапливаться граждане, подходить ненужные свидетели и появляться любопытствующие субъекты, Павел со своим спасителем поспешили покинуть ристалище, держа курс на другую игровую площадку.

Пока они шли вместе, мужественный спаситель Павла представился Прохором Алексеевичем Ковалевым, приехавшим в Северную столицу из города Смоленска. В настоящее время отдыхает и ищет высокооплачиваемую работу, в чем, однако, пока не преуспел. Прохор заявил, что он кузнец высокой квалификации, на что указывает даже его фамилия. При этом он, без ложной скромности, отметил, что в вопросах металлообработки всеми способами, как на станках, так и без таковых является подлинным асом. Тем не менее, все большие и малые начальники, с которыми Прохор успел пообщаться, почему – то в упор не хотят признавать его выдающегося мастерства, достойного высочайшей оплаты. То есть некомпетентное, совершенно бездарное ленинградское руководство, которое только и может, что протирать штаны в своих кабинетах, предлагает ему – рабочему аристократу какие – то смешные цифры его предполагаемых заработков.

Тут Павел, в свою очередь заявил, что его отец – Александр Матвеевич тоже рабочий – аристократ, умеющий мастерски работать на всех видах станков и оборудования. Но, работая мастером на заводе, сейчас получает зарплату раза в 3–4 меньше, чем он зарабатывал при царе – батюшке Николае II, когда трудился у буржуев на их заводе слесарем – лекальщиком. Тогда его мама Татьяна Ивановна не работала, а сидела с детьми и вела домашнее хозяйство. Доход тогда приносил также большой огород и кое – какая скотина. А сейчас его отец и мать вкалывают в 1,5 смены, огород и скотину отобрали непонятно для чего, и Павел подрабатывает на почте, а денег в семье все равно не хватает. Хорошо хоть его старшую сестру Елену, жуткую воображалу, считающую себя особой королевской крови, удалось выдать замуж за перспективного курсанта высшего военного училища Эльдара Курбатова. Это как раз тот случай, когда в народе говорят: «Баба с возу – кобыле легче».

Павел поведал новому знакомому, что, помимо отца и матери у него есть две сестры – старшая Елена, которой уже «стукнуло» 20 лет, и младшенькая Оленька – ей еще пока всего 5 лет. Младший брат Володя, 12 лет от роду, отбывает сейчас срок в пионерлагере, от которого он, мягко говоря, не в восторге. А старший брат Алик, умер еще в младенчестве от воспаления легких за два года до рождения самого Павла.

За разговором подошли на другую площадку, ограниченную с одной стороны сараями и густым кустарником, а с другой длинной глухой стеной каменного дома. Павел предложил новому знакомому сыграть в двадцатку, в народе называемую «железным задом». Смысл игры заключается в том, что игроки по очереди бьют мячом в «ворота» нарисованные на стене дома. При этом после удара одного из игроков, мяч от стены отскакивает, а следующий по очереди игрок должен ударить по отскочившему мячу и попасть в створ «ворот». Задача для игроков не такая уж и простая: если после удара одного из игроков другой игрок промедлит, то мяч может укатиться далеко и попасть по «воротам» будет нелегко. Если же следующий по очереди игрок попробует ударить сразу по отскочившему мячу – с «лету», то шансов промазать становится еще больше. Дальше начинается самое интересное: игрок, который первым набрал 20 штрафных очков, должен принять форму буквы «Г», согнувшись в пояснице вперед и опереться руками в стену. А победители по очереди с расстояния от 3-х до 5-ти метров (кому как удобнее) начинают бить мячом в хорошо выделяющуюся цель, а именно – «торец» проигравшего. При этом количество ударов мячом победителей представляет собой разность между 20 и количеством штрафных очков очередного игрока. Следовательно, игрок, не допустивший за игру не одного промаха, имеет право пробить в «торец» проигравшего все 20 раз.

Павел по праву считался одним из лучших мастеров этой динамичной и увлекательной игры, а в «торец» не по – детски получил всего один раз, прошлым летом, крупно проиграв профессиональным футболистам, которые его уговорили сыграть с ними один раз. Это было, конечно нечестно, так как Павел значительно уступал им как по возрасту, так и по мастерству владения мячом. После того как эти верзилы наколотили Павлу в «торец» десятки штрафных ударов, пострадавший «дворянин» не мог нормально сидеть на своем «железном заду» недели две.

Эта игра Прохору понравилась, и они с Павлом сыграли два учебных тайма. Оба раза выиграл Павел с небольшим отрывом. Но когда стали играть на интерес, то в выигрыше, почему – то оказался Прохор, умело пробивший Павлу в «торец» 12 раз, правда, совсем не сильно. Ковалев был восхищен этой достаточно простой и демократичной игрой, и уверенно заявил, что ее надо рекомендовать к включению в состав Олимпийских видов спорта, как для мужчин, так и обязательно для женщин – там будет на что посмотреть, особенно в конце игры. Потом они пошли на Первое Суздальское озеро искупались и немного позагорали, поели малины – Павел провел нового знакомого в свои секретные места и договорились регулярно встречаться, если у Прохора будет такая возможность.

Прохор с Павлом Дроздовым подружились и стали общаться регулярно – отдыхали, купались, ели малину, ловили раков, а потом их варили в котелке и ели, запивая пивом, ходили в кино по вечерам. Павлу очень льстило, что богатырь Ковалев общается с ним совершенно на равных, как с взрослым и с удовольствием слушает его рассказы, байки и анекдоты, и сам рассказывает очень интересные истории. И что еще очень важно – все местные пацаны, старшие по возрасту и конечно более сильные, чем Павел, раньше не упускавшие возможность показать свое превосходство, сейчас как – то враз присмирели и даже стали заискивать перед «дворянином» Дроздовым. Причина быстро выяснилась – «сарафанное радио» передало, как Прохор, играючи, мастерски применив прием джиу – джитсу, сокрушил и поверг на землю здоровенного жлоба – нэпмана Леопольда Збруева. А Павел, в свою очередь, ненавязчиво пустил слух, что они с Прохором двоюродные братья. «Так что ребята делайте выводы и ведите себя соответственно, а главное, не вздумайте сдуру обидеть Павлика озерковского – сами знаете, чем это может кончиться для вас!» – эта фраза так и читалась на лице Павла Дроздова.

Прохор как – то раз поинтересовался, зажила ли рука у этого классово к ним чуждого Леопольда, на что Павел ответил, что уже давно зажила, так как этой пострадавшей рукой он уже выводит на прогулку своего свирепого одноглазого бульдога по кличке Цезарь. У Павла с нэпманом Збруевым недружественные отношения сложились с того момента, когда он, вместе со своим лучшим другом Борисом Коженковым, исключительно из детского озорства, забросили пару дымовых шашек в открытое окно квартиры Збруева. А тот, вместо того, чтобы простить эту невинную детскую шалость, малодушно и подло «настучал» на них в милицию. Им еще повезло, что в милиции работает отец Бориса – Роман Кириллович, который это заявление изъял, чтобы оно не портило отчетность. Но свою порцию ремня по заднему месту Боб (Борис) от своего любящего отца все – таки получил исключительно в воспитательных целях.

А с нэпманской собачкой год назад произошла драматическая история. Боб утверждал, что если бульдогу показать свой нос, приподнятый пальцем вверх, то умный зверь сразу поймет, что его хотят унизить и оскорбить, и сразу придет в бешенство. Поспорили на 3 порции эскимо, решив произвести научный эксперимент по психологии млекопитающих из семейства псовых. Проследили за буржуем Леопольдом, когда он пошел со своим Цезарем гулять, затем он вошел в магазин купить еды, а бульдога привязал крепко к водосточной трубе. Павел с Бобом стали дружно дразнить Цезаря, намекая на то, что его морда ничуть не лучше лица его хозяина и даже хуже, чем у других представителей семейства псовых. Пес поначалу никак не реагировал, но настойчивость ребят, усердно кривляющихся, подвывающих и рычащих, дала свой результат, и бульдог пришел – таки в бешенство. Мощный зверь залился злобным лаем, стал сильно дергать ремень и рваться в бой. Водосточная труба ходила ходуном, но держалась до тех пор, пока Леопольд не выскочил из магазина и не заорал, пытаясь успокоить пса. Лучше бы он этого не делал, так как пес понял вопли Леопольда как команду «фас» и дико рванулся вперед. Водосточная труба, наконец, вырвалась из своих хомутов, и свирепый пес бросился на молодых экспериментаторов, которые показали великолепные результаты в спринтерском беге с препятствиями через кусты.

Конечно, если бы не водосточная труба, которая волочилась за разъяренным зверем и как живая подпрыгивала, громыхала и серьезно мешала Цезарю догнать своих обидчиков, то молодым естествоиспытателям пришлось бы плохо. Но и с Цезарем получилась нехорошо, так как в пылу погони из – за мешающей ему водосточной трубы у него нарушилась координация, и бедный пес, преодолевая кусты, налетел глазом на острый сук. Травма оказалась серьезной, и Цезарь ослеп на один глаз. Но он очень хорошо запомнил своих обидчиков и как только Павел или Боб появлялись на горизонте, сразу же начинал рычать и лаять. Так что неудивительно, что хозяин Цезаря с тех пор тоже стал, мягко говоря, недолюбливать озерковских шалунов.

Так как Прохор проявил неподдельный интерес к исследованиям и «научной» работе местных вундеркиндов, Павел откровенно и честно рассказал о проделанной им и Бобом в этой части работе.

Направление первое. У молодых исследователей еще с 3-го класса возникло серьезное увлечение химией зажигательных и взрывчатых веществ, Одним из первых опытов было изготовление зажигательного состава из перманганата калия (т. е. «марганцовки») с глицерином. Эти компоненты свободно продавались и продаются открыто, без рецептов взрослым и детям. Если в бумажный пакетик насыпать немного марганцовки и капнуть в нее из пипетки несколько капель глицерина, то через несколько секунд происходит интенсивная реакция окисления и пакетик загорается жарким синевато – красным пламенем с характерным потрескиванием. Было интересно эти пакетики с активированным зажигательным составом сбрасывать из чердака дома вниз и наблюдать за тем, как они начинают разгораться. Один раз такой активированный пакетик попал прямо в сумку бабуле, выходящей из бакалейного магазина на первом этаже этого дома. Бабушка медленно двинулась к автобусной остановке, а из ее сумки пошел сначала дым, а потом вырвалась и пламя. Под громкие причитания пожилой дамы прохожие бросились ей помогать, но спасти удалось далеко не все продукты. Общий вердикт был такой, что какой – то курильщик нечаянно бросил окурок, от которого и произошло возгорание. Озорники пришли в буйный восторг от этого зрелища и долго смеялись, хотя бабушке наверняка было не до смеха.

Интересно также было такие зажигательные пакеты вкладывать в бумажные самолетики и после активации зажигательной смеси выпускать их в свободный полет, наблюдая, затем, как они будут разгораться в воздухе.

К 7-му классу естествоиспытатели приобрели немалый опыт в изготовлении взрывчатых веществ, в том числе и на основе компонентов, которые могут приобрести даже дети младших классов в открытой продаже. Надо отметить, что родители были настроены весьма пессимистично к этому нездоровому, по их мнению, увлечению. Особенно отношения отцов и детей обострились после испытания нитроглицерина в заброшенном дровяном сарае. Толчком и руководством к этой акции явилась занимательная книга «Таинственный остров». В ней знаменитым писателем Жюлем Верном подробно и технически грамотно описана технология изготовления нитроглицерина – сильнейшего взрывчатого вещества, являющегося важным компонентом для производства динамита. У молодых химиков возникла креативная идея изготовить и испытать практически это многообещающее взрывчатое вещество[3].

Павел считал, что зарываться не стоит, и для эксперимента вполне достаточна малая доза этой взрывчатки, грамм 20–25, не больше. Но Боб, склонный к авантюризму настоял, что надо не меньше 700 г, чтобы показать, как он выразился, «Кузькину мать» зажравшимся буржуям. В условиях строгой секретности с большими предосторожностями и немалыми трудностями удалось изготовить запланированное количество этой страшной маслянистой жидкости. Для испытания выбрали старый заброшенный дровяной сарай, подвесили на веревке, вымоченной в калийной селитре, тяжелую секцию от тракторной гусеницы, под ней поставили бутылку с взрывчаткой в количестве 750 г. и подожгли фитиль. Через некоторое время так громыхнуло, что во всем микрорайоне «Озерки» залаяли собаки, народ повыскакивал из своих домов, и включилась сирена воздушной тревоги. Конный милицейский наряд примчался минут через 10, двумя минутами позже приехали пожарные и погасили то немногое, что осталось от дровяного сарая. Но сами отважные экспериментаторы выдали такую спринтерскую скорость бега по заранее намеченному маршруту, что очень быстро оказались дома. А потом у всех стали спрашивать, что это там такое громыхнуло. Самым парадоксальным, стало то, что следствие изначально исключило вероятность того, что взрыв такой мощности могли устроить школьники. А вот если бы было принято предложение Павла и взорвалось бы грамм 20 нитроглицерина, то все подозрения вполне могли бы упасть на молодых химиков. Тем не менее, отец Боба, будучи самым проницательным оперативным работником в Выборгском районе, в целях здоровой профилактики от души отлупил шалуна своим легендарным служебным ремнем.

Направление второе. Изготовление летального и не летального оружия. В первую очередь имеется в виду рогатка, которую полагают оружием не летальным, но от этого не менее важным. Без рогатки любой пацан, от 7 лет и старше, считается неполноценным. У Павла и Боба рогатки появились еще в дошкольном возрасте, что говорит об их раннем, опережающем умственном развитии. Самая лучшая и совершенная рогатка была у Павла, у Боба это оружие также было изготовлено на высоком техническом уровне. Но Павел несколько уступал своему другу в искусстве владения этим грозным атрибутом мальчишеской доблести. Все местные коты, собаки и даже глупые голуби немедленно спасались бегством при появлении на улице любого из этих «ковбоев».

Применение лука и стрел считается экзотичным делом и на серьезном уровне встречается редко. Тем не менее, Дроздов и Коженков обзавелись и этим морально устаревшим оружием собственного производства, с которым так просто на улице не погуляешь. Поэтому лук и стрелы применялись не для постоянного ношения, а лишь для охоты, тренировки и на продажу.

В качестве огнестрельного оружия оба друга использовали самострелы, которые в народе называются «поджиги». Технология изготовления этого вида огнестрельного оружия достаточно проста. Подбирается трубка из прочной низкоуглеродистой стали, расклепывается на одном конце. Через дуло в казенную часть трубки забрасываются небольшие кусочки свинца или олова, трубка нагревается на огне с тем, чтобы расплавленное олово или свинец заполнил казенную часть ствола. Затем в непосредственной близости от казенной части протачивается напильником и высверливается запальное отверстие[4]. Обработанный ствол укрепляется на деревянном ложе с удобной рукоятью. Снаряжаются самострелы чаще всего спичечной серой, для запала используется 3–4 спички, прикрепляемые особым образом с помощью изоляционной ленты. В качестве пыжей применяются школьные промокашки. Пули отливаются из свинца в особых формах. У Павла были лучшие самострелы не только на городском, а возможно и на союзном уровне. Жаль только, что конкурсы на демонстрацию соревнований между изготовителями самострелов не проводятся в стране победившего социализма, что было бы интересно, поучительно и полезно для повышения обороноспособности государства.

Примечательным и единственным в своем роде стало практическое применение самодеятельными конструкторами – оружейниками самострела, особенно крупного калибра (внутренний диаметр ствола – водопроводной трубы составил 25 мм). По сути это была малокалиберная пушка, целью для которой послужил железный гараж нэпмана Леопольда.

Дело в том, что коварный Леопольд, в один злополучный день, в своей обычной манере неслышно подкрался к Бобу, который в этот момент очень увлеченно рисовал на заборе едкую карикатуру на буржуя Збруева. Кто – то из пацанов успел крикнуть «атас», Боб рванулся наутек, но получил – таки сильнейший пендель по заднему месту от озверевшего Леопольда. Такое деяние классового врага нельзя было оставить без справедливого возмездия.

Пушка (будем называть вещи своими именами) была изготовлена из стальной водопроводной трубы по хорошо отработанной технологии. Затем хомутами из толстых гвоздей ствол орудия надежно прикрепили к куску шпалы. Для выстрела было решено использовать пороховой заряд, а не какую – то там серу из спичечных коробков. Снарядом послужил стальной шар диаметром 25 мм от разбитого крупного шарикоподшипника. Орудие навели на цель, при этом Павел еле уговорил народного мстителя выстрелить дистанционно, путем поджигания фитиля. Ночной выстрел пушки чем – то напомнил судьбоносный выстрел легендарного крейсера Аврора. Массивный лафет орудия отбросило отдачей на несколько метров. Ствол орудия, не смотря на его прочность, все – таки разорвало. В близлежащих домах зажглось несколько окон, залаяли комнатные и цепные собаки, послышались возбужденные голоса жителей окрестных домов. Ну и конечно в одних трусах, с кочергой в руке выскочил представитель отмирающего класса мелкой буржуазии. Наверное, так громко и нецензурно Леопольд никогда еще не орал – в результате проснулись все жители близлежащих домов. А герои – партизаны с раскуроченной пушкой наперевес в это время мчались через кусты, не разбирая дороги. Месть Леопольду удалась на славу.

На следующий день с утра нэпман Збруев подал заявление в милицию, где бездоказательно обвинил законопослушных подростков Коженкова и Дроздова в совершении террористического акта в отношении его имущества с применением артиллерийского орудия. Ядро из высокопрочной стали пробило насквозь железный гараж, переднюю часть корпуса автомобиля марки «Паккард Твин Сикс», мощностью 85 л. с., вентилятор и радиатор с обеих сторон. Нанесенный ущерб предприниматель оценивает в 5 тысяч рублей серебром. Гражданин Збруев требует привлечь вышеуказанных террористов к строгой уголовной ответственности и взыскать с них сумму нанесенного ему материального и морального ущерба.

Однако во всех милицейских инстанциях «телега» классово чуждого гражданина Збруева не прокатила в виду ее явной абсурдности, так как подростки, с точки зрения компетентных органов и теории научного коммунизма, такое вооруженное нападение не могли совершить ни технически, ни морально. В органах милиции было высказано предположение, что это дело рук конкурентов предпринимателя Збруева, что вполне соответствует ленинской теории обострения конкурентной борьбы в рядах отмирающего класса капиталистов.

Не смотря на такой успокоительный для молодых оружейников вердикт органов внутренних дел, Бобу не удалось уклониться от очередного наказания ремнем от своего любящего родителя.

Направление третье. Предпринимательская деятельность закадычных друзей перекликалась с аналогичной деятельностью их родителей, которые приторговывали кое – чем или клепали кое – что. Еще с довоенных времен отец Павла Александр Матвеевич организовал у себя в сарае во дворе небольшую мастерскую, где в свободное от работы время чинил всякую всячину, начиная от будильников и кончая велосипедами и мотоциклами, не столько для дохода, сколько для души и для тренировки своих золотых рук. При Николае II власти не только не препятствовали этому виду деятельности, а наоборот – всячески поощряли ее. И они не ошиблись. Когда началась I Мировая война Александра Дроздова, как рабочего высочайшей квалификации освободили от призыва в армию, не смотря на все его ходатайства и мольбы отпустить его в действующую армию. Руководство завода резонно ему заявило, что изготовление качественных боеприпасов, дело не менее, а более важное для воюющей России. Особенно если принять во внимание, что на фронте остро не хватало снарядов всех калибров. Наиболее узким местом в производстве считалось производство взрывателей, изготовлением корпусов к которым Александр Дроздов занимался не только на заводе, но и в свободное время в своей мастерской – для этого у него там были все условия. Усилия Александра не пропадали даром – начальство всячески его поощряло и морально и материально. А когда разразилась гражданская война ситуация поменялась: теперь уже Александр, чтобы избежать мобилизации, доказывал большевистским властям, что без оружия могут воевать только питекантропы и неандертальцы. А оружие, патроны и снаряды на деревьях не растут. Довод Александра новым властям показался убедительным, и ему предоставили возможность изготавливать оружие уже для РККА. Правда, уважения со стороны новых властей было гораздо меньше, не смотря на то, что старший Дроздов был подлинным гегемоном – чистокровным пролетарием.

Креативный подросток Павел Дроздов своим маленьким бизнесом начал заниматься еще с 4-го класса.

Бизнес этот был много векторным, но основной доход приносило изготовление самокатов на шарикоподшипниках, на которых можно было легко и быстро кататься только по асфальту. Грохот от такой езды стоял изрядный, но это еще больше привлекало потенциальную клиентуру. Основным комплектующим элементом были колеса – шарикоподшипники. Эти дефицитные детали в необходимом количестве можно было достать главным образом на станции Кушелевка, куда с многих предприятий города завозится металлолом и списанное заводское оборудование, которое потом разрезается на более мелкие части и загружается на железнодорожные платформы. В результате на этом складе металлолома накапливаются горы полезных в хозяйстве вещей, от вполне исправного инструмента, до стальных трубок, пластинок, уголков, швеллеров, крепежа всех калибров, и многого другого[5]. В изношенных и забракованных станках, коробках передач, моторах можно при желании найти дефицитные шарикоподшипники, необходимые для изготовления самокатов. Правда, эта задача с некоторых пор стала не из легких, так как шарикоподшипники на складе металлолома появлялись не всегда, и не везде. На помощь Павлу пришел его одноклассник Леонид Хайтов – самый фасонистый и очень коммуникабельный подросток, который мог легко договориться с любым взрослым, так как внушал им необъяснимое доверие. В результате Хайтов договорился с местными рабочими на заводах и складах металлолома, чтобы они снабжали его шарикоподшипниками и иными необходимыми материалами, а он с ними рассчитывался самогоном, который в неограниченном количестве мог получить у своего дяди – профессионального самогонщика. Так у Леонида тоже сформировался свой бизнес – он стал поставлять местным умельцам дефицитные материалы за умеренную плату. Так, например, один шарикоподшипник среднего размера у «бизнесмена» Хайтова стоил 1 рубль, что считалось недешево. А Павел уже к 5-му классу уверенно и качественно «клепал» самокаты всех типоразмеров по цене от 5 до 7 рублей за штуку. Боб Коженков тоже вполне мог изготовить любой самокат, но его это как – то не увлекало, да и выходило по качеству несколько хуже, чем у Павла.

До 7-го класса включительно, как Боб, так и Павел изготавливали на продажу также луки и самострелы до тех пор, пока не прозвенел тревожный звоночек. «Протекло», казалось, от самого надежного и внушающего доверие парня – Леонида Хайтова. Как то днем, начинающий Казанова, гуляя с очередной девочкой, увидел дерзко и оскорбительно каркающую ворону на ветке дерева на расстоянии всего метров около трех. С целью дешевого хвастовства Леонид вытащил из кармана самострел, чиркнул спичечным коробком по запалу, выстрелил и умудрился промазать по вороне с близкой дистанции. Но зато попал при этом в окно поликлиники на третьем этаже. Раздался звон двух разбитых пулей стекол, затем последовали крики испуганных пациентов и врачей. Леонид, бросив девочку на произвол судьбы, позорно бежал. Девочка тоже не растерялась, и быстро умчалась в другую сторону.

Сотрудники милиции во главе с Романом Коженковым пришли к однозначному выводу, что злодейский выстрел является делом рук недобитых контрреволюционеров, что вполне согласуется с Ленинско – Сталинской теорией усиления классовой борьбы, провоцируемой свергнутыми эксплуататорами. Тем не менее, Боб подвергся усиленной профилактической порке со стороны его любящего отца, а с Павлом Роман Кириллович провел разъяснительную беседу о том, что торговать оружием, особенно летального типа не достойно советского пионера и будущего комсомольца.

Направление четвертое. Естествоиспытатели с большим энтузиазмом проводили пиротехнические эксперименты совместно с изучением законов аэродинамики крупноразмерных бумажных самолетов, изготавливаемых из больших листов ватманской бумаги. В такой почти не детский самолет закладывался усиленный зажигательный состав из марганцовки совместно с подрывным пиротехническим зарядом. Затем зажигательный состав активировался соответствующей порцией глицерина и с крыши высокого дома запускался в далекий полет. Картина была впечатляющая, когда в вечернем небе сначала вспыхивал зажигательный состав, а затем, через несколько секунд происходил взрыв пиротехнического состава на основе бертолетовой соли, фосфора, серы и прочих ингредиентов. Взрыв такого самолета в воздухе действовал на нервы местным жителям, так как отчасти напоминал взрыв шрапнельного снаряда в годы войны. Но от этого шалунам было только интереснее.

Направление пятое. Юные исследователи были также озабочены проведением важных экспериментов по созданию парашютных систем перспективных конструкций из постельного белья – в основном из пододеяльников и простыней, которые в немалом количестве сушилось на чердаках каменных домов. А в качестве парашютистов использовались представители кошачьего семейства, которые проявляли вопиющую (в прямом смысле этого слова) несознательность и не хотели сотрудничать с экспериментаторами. Напротив они орали, царапались и кусались, категорически отказываясь от парашютных прыжков с чердаков каменных домов. Поэтому новаторам приходилось применять грубую физическую силу, чтобы в научных целях обеспечить прыжок очередному «парашютисту».

Экспериментальным путем оба исследователя пришли к важному выводу, а именно: прямоугольные парашюты планируют значительно лучше круглых, применяемых в Красной армии. Этот важный теоретический вывод мог бы подтвердить небольшой, но чрезвычайно голосистый кот, которого вместе с парашютом отнесло ветром на дерево. Этот кот дурным голосом орал весь вечер и всю ночь, не давая спать жильцам большого дома до тех пор, пока утром не приехала пожарная команда и не выручила усато – полосатого страдальца. После этого инцидента эксперименты пришлось временно прекратить, так как органы милиции стали проводить дознание с целью поиска лиц, производящих воздушные взрывы, крадущих постельное белье и сбрасывающих с крыш домов котов из хулиганских побуждений. Об этой неприятности поведал Боб, получивший от отца – оперативного работника милиции очередную порцию ремня по заднему месту за самолеты и за парашюты. Отец Боба в очередной раз «прикрыл» шалунов не желая, как он сказал, портить и так не слишком благополучную отчетность местных органов милиции.

Направление шестое. Чтобы хорошо работать советские люди должны хорошо отдыхать и иметь хорошее праздничное настроение. Для этой цели Боб Коженков принес 300 штук презервативов, которые незаметно стащил у своего отца. Презервативы в свое время были изъяты во время обыска на воровской малине в количестве не менее 1000 штук и хранились в большой коробке от обуви. Расходовались они медленно, и отец Боба щедрой рукой раздавал их бесплатно своим соседям в порядке оказания спонсорской помощи, в том числе дефицитные изделия периодически доставались и отцу Павла – Александру Матвеевичу.

Замысел Боба был весьма креативным – он предложил накануне праздника 1 мая надуть эти дефицитные резиновые изделия и из чердака высотного дома выпустить их в свободный полет. Сказано – сделано. Весь вечер единомышленники на чердаке прилежно надували презервативы и привязывали к ним длинные нити. Надуть смогли чуть больше 200 штук, больше не получилось из – за того, что перед глазами стали появляться круги от гипервентиляции легких. На каждом шарике высококачественной нитрокраской написали следующие лозунги: «Слава труду!»; «Смерть мировому капиталу!»; «Слава ВКП(б)»; «Даздрасперма». Когда Павел спросил у своего друга, что означает этот лозунг, Боб ему ответил: «Да здравствует первое мая» и пояснил добавив, что это еще и красивое коммунистическое имя, которое носит одна из первоклассниц в их школе.

Позже, однако, выяснилось, что Боб допустил одну небольшую орфографическую ошибку, необоснованно приписав букву «С», так как правильное имя школьницы было «Даздраперма».

Так как шары оказались более крупными и легкими, чем обычные детские шарики то они разлетелись не только по всему проспекту Карла Маркса (бывшему Большому Сампсониевскому проспекту), но и по прилегающим территориям, в том числе по парку Лесотехнической академии и Лесному проспекту. Благодаря длинным нитям веселые шары прицепились к проводам, деревьям, домам, плакатам. А один из шаров прочно прикрепился к портрету Карла Маркса и под порывами ветра непрерывно колотил главного теоретика коммунизма по его шикарной бороде.

Скандал вспыхнул не сразу, а стал созревать, набирая силу. Действия шутников, через некоторое время были расценены как очередной злобный контрреволюционный выпад, направленный на подрыв устоев СССР. Но совместный розыск работников ОГПУ и милиции результатов не дал, так как Коженков старший своевременно изъял все материалы по данной теме, чтобы не портить отчетность. Однако это не избавило Боба от очередного наказания ремнем, так как Роман Кириллович придерживался английских стандартов в воспитании сына. Англичане в то время были убеждены, что если мальчиков не подвергать регулярной порке, то из них никогда не вырастут истинные джентльмены, являющиеся основной опорой империи.

Коженков старший искренне недоумевал, почему отец Павла избегает использовать надежнейший английский метод в воспитании своего сына, понимая, что тут имеет место явная несправедливость: одного подростка регулярно дерут как сидорову козу, а другой за тот же самый проступок отделывается лишь дежурными устными замечаниями и нравоучениями. «Это не есть хорошо!» – так сказали бы те же англичане и старший оперуполномоченный Коженков был с ними полностью согласен.

Направление седьмое. Оба подростка были патриотами не только своей страны, но и своей школы. А их средняя школа серьезно отставала в сборе металлолома, необходимого для индустриализации социалистического государства. По предварительным сведениям их школа по данному важному показателю была на последнем или предпоследнем месте по Выборгскому району. Руководство школы обратилось к ученикам всех классов напрячь все силы, чтобы исправить эту ситуацию.

Выход из положения в очередной раз предложил Боб Коженков, еще раз подтвердив свой высочайший интеллектуальный уровень. Боб обратил внимание на то, что на небольшой гидролизный заводик недалеко от их школы привезли стальную цистерну, видимо для каких – то технологических целей. Этот заводик находился всего примерно в 100 метрах от школы. Но создавалось впечатление, что эта цистерна не очень – то и нужна для предприятия, так как она лежала под открытым небом почти год и покрылась густой ржавчиной. Творческая (креативная) мысль рождалась сама собой – эту цистерну надо сдать на металлолом, так как если бы она была нужна заводику, то ее бы давно установили куда следует.

Два друга перелезли ночью через забор на территорию гидролизного завода и вдвоем с силой навалились на цистерну, отчего она слегка шевельнулась. «Два человека такую бандуру перекатить не смогут, а двадцать два элементарно – это как два пальца об асфальт» – авторитетно заявил Боб. «Надо мобилизовать всех парней нашего класса – а их всего 16 рыл, вместе с нами» – добавил главный разработчик оперативных и боевых мероприятий. Для формирования инициативной группы в замысел решили посвятить Леонида Хайтова – главного заводилу и массовика – затейника их 7в класса. Операция была задумана весьма тонко. Днем главные ворота были открыты, вход на предприятие в дневное время был почти свободным, а висячий замок висел на ручке стальных ворот. Незадолго до конца работы завода Боб вместе с Павлом напихали внутрь замка плотно скатанных бумажных шариков – так, чтобы висячий замок было невозможно закрыть на ключ изнутри территории завода. К дверям будки охранника незаметно поставили сумку с бутылкой самогона (его щедрой рукой налил Леонид Хайтов), плавленым сырком и четвертушкой хлеба. Расчет оказался верным – через пару часов из будки охранника стал раздаваться богатырский храп. Заговорщики дождались ночи. «Группа захвата» в составе трех бойцов: Коженкова, Дроздова и Хайтова легко перелезла через забор и открыла главные ворота, так как замок хоть и висел на петлях, но не был закрыт. Двери завода распахнули настежь и группа злоумышленников в составе 16 парней и 5 девочек, категорически настоявших на своем участии в войсковой операции, дружно общими усилиями выкатила цистерну, и быстро прикатила ее под навес дровяного сарая на школьном участке. А «группа захвата» привела ворота завода в первоначальное состояние.

Леонид Хайтов на следующий день утром «по секрету» заявил учителю труда, что он поздним вечером вчера случайно якобы увидел группу гопников, человек 8 или 9, закатывающих какую – то бандуру на территорию школьного участка. «Бандура», то есть цистерна, быстро нашлась под навесом и трудовик, не мешкая, схватив удачу за хвост, решил довести дело до победного конца. В этот же день трудовиком и директором школы товарищем Ивановым был заказан грузовик, и оприходованная цистерна с помощью старшеклассников была погружена и отправлена в пункт приема металлолома. Через несколько дней из районо радостно позвонили, что школа № 102 в м/р «Озерки» по сбору металлолома заняла I место по Выборгскому району и, скорее всего, по городу в целом. Это был даже не успех, это была Победа! Однако через несколько дней обнаружилась и небольшая ложка дегтя. Выяснилось, что на городском уровне их школа заняла лишь 2-е место, а в лидеры вырвалась средняя школа Центрального района Ленинграда. Как это им удалось? Непонятно. Одно слово – «ударники коммунистического труда»!

Но самая большая хохма была впереди, когда на завод прибыла группа монтажников и специалистов по спиртоводочному производству. Одновременно стало поступать и необходимое технологическое и монтажное оборудование. Оказывается, на территории гидролизного завода было запланировано создание современного спиртоводочного производства для нужд Рабоче – крестьянской Красной армии. А это дело государственной важности.

И тут выяснилась серьезная недостача – куда – то пропал ресивер – один из основных комплектующих узлов в технологической цепочке современного спиртоводочного производства. Стали искать, откуда растут ноги. Сторож завода сначала все отрицал и заявлял, что он не причем. Но под давлением неопровержимых доказательств в виде батареи пустых бутылок, стоящих у него под столом, вынужден был признаться в должностном преступлении. Арестованы были также директор, главный инженер и ряд должностных лиц предприятия, правда, потом их всех отпустили, что в те времена было большой редкостью.

Повлияло, возможно, то, что ресивер был быстро найден – отличился, как всегда, старший оперуполномоченный отдела милиции в м/р «Озерки» Роман Коженков. Он логично предположил, что пропажа это, скорее всего, коллективное дело рук гопоты или алкашей, которых в стране Советов хоть отбавляй. А ресивер надо искать на пунктах приема металлолома. Там его, к большой радости, и нашли, а дальнейшее раскручивание дела почему – то приостановили. Как потом выяснилось, руководители высокого ранга не обеспечили должный контроль над стратегическим оборудованием и допустили нарушения в его хранении и отсутствии необходимого порядка и технологической дисциплины. Короче, Сергей Миронович Киров, будучи в душе гуманистом, счел возможным уголовное преследование виновных лиц прекратить, так как пропажа, в конце концов, нашлась.

Скоро стали известны 2 городские новости: одна плохая, а другая хорошая. Плохая новость: директор школы № 102 м/р «Озерки» тов. Иванов получил выговор из Ленинградского ГОРОНО «за неразборчивость в средствах» при проведении общественно – полезных мероприятий. Хорошая новость: директор средней школы Центрального района Ленинграда получила строгий выговор из ГОРОНО «за отсутствие контроля и плохую воспитательную работу с подрастающим поколением». Оказалось, что пионеры и примкнувшие к ним комсомольцы школы Центрального района под покровом ночной темноты распилили, разобрали и незаметно вывезли декоративную решетку Летнего сада, а затем сдали ее в металлолом. Эти псевдо – патриотические действия провинившихся школьников вызвали бурный и неоднозначный резонанс в советской прессе и обществе в целом. Некоторые руководители и немало граждан отнеслось к решительным действиям школьников с пониманием, так как считали, что с проклятым наследием царского режима, в том числе и с решеткой Летнего сада надо бороться самым решительным образом. В подтверждение своей идейной позиции радикально настроенные граждане СССР приводят строки знаменитого пролетарского поэта Владимира Маяковского о необходимости загнать «клячу истории» чтобы двигаться вперед в строительстве нового общества. Однако власти, надо отдать им должное, заявили, что все же не надо рубить с плеча, а к культурно – историческим ценностям страны следует относить бережнее.

Как то вечером, через день после счастливой находки пропавшего ресивера, Боб застал отца, сидящего в обнимку с бутылкой водки, что было для него нетипично. Увидев сына, Роман Кириллович пригласил его сесть за стол, заявив, что хочет серьезно поговорить с ним. Боб никогда не видел своего отца в таком расстроенном и удрученном состоянии. «Значит, сегодня будет супер порка», – безрадостно подумал младший Коженков. И она состоялась, только не такая, как обычно. Отец сказал Бобу, что в ОГПУ открыто уголовное дело по факту диверсии против предприятия, имеющего важнейшее оборонное значение. Уже известно, что тысячи людей за неосторожное слово, или по злобному навету недоброжелателей в нашей стране победившего социализма надолго попадают в тюрьму за контрреволюционную деятельность. А вот за организацию особо опасной диверсии, нацеленной на подрыв обороноспособности страны, диверсанту «мажут лоб зеленкой», чтобы легче туда было закатать пилюлю, калибром 7,62 мм.

В виду особой дерзости и опасности этого преступления дело не только забрали из милиции и передали в ОГПУ, но его взял на личный контроль товарищ Киров С. М., секретарь Ленинградского Губкома ВКП(б).

– То, что дело передали в ОГПУ это очень серьезно. Обычно в этих случаях виновного находят, или, в крайнем случае, назначают. Разобраться, что основными виновниками и вдохновителями диверсии являешься ты с Павлом, чекистам не составит особого труда. Но так как ты и Павел все же еще малолетки, то отвечать за них будут взрослые, то есть я и отец Павла. Александра Матвеевича и Павла, возможно, только посадят, лет эдак на 20–25 без права переписки, а вот меня грохнут однозначно. И не посмотрят на то, что я числюсь лучшим детективом по Выборгскому району. А всю нашу семью репрессируют как контрреволюционеров и их родственников. Тебя и маму посадят всерьез и надолго, а твою миленькую сестренку Настеньку отправят в детдом, – с горечью произнес Роман Константинович.

От этих слов у Бориса перехватило дыхание, и слезы потекли по его щекам двумя ручьями, что никогда раньше за ним не замечалось. – Что же нам делать папа? Есть ли выход? – дрожащим от страха голосом спросил Борис.

– Выхода нет, но есть надежда – ответил Роман Коженков. – Дело будет курировать секретарь Ленинградского Губкома ВКП(б) Сергей Миронович Киров. А он, говорят, человек не только умный, но еще и гуманный, что является большой редкостью в наше время. Это значит, что он вполне может закрыть и наше дело с цистерной, и дело с решеткой Летнего сада, списав их на избыточный пионерский энтузиазм.

– А ты Боря, как только наступят летние каникулы, поезжай в деревню к дяде Николаю на все лето, пока тут не затихнет эта шумиха – предложил старший Коженков. – Я согласен папа, буду там работать как зверь, лишь бы все обошлось! – искренне воскликнул Борис.

Всю эту историю и свои переживания Боб Коженков рассказал Павлу перед отъездом в деревню Финев луг, недалеко от поселка Тесово – Нетыльский Новгородской области в середине мая текущего 1928 года.

Прохор с интересом выслушал все эти истории, а когда Павел сказал, что история с металлоломом благополучно завершилась, заявил, что это произошло с Божьей помощью, так как за диверсию на объекте стратегической важности действительно карают с особой жестокостью, невзирая на чины и звания виновных.

– Медицинский спирт – ректификат, высокой степени очистки является чрезвычайно ценным сырьем для производства многих лекарственных препаратов, незаменим в хирургии, в том числе в военно – полевой хирургии. Спирт совершенно необходим для обезжиривания высокоточных приборов, протирки разного рода прицелов, перископов, стереотруб. Суровой практикой боевых действий доказано, что в зимнее и холодное весенне – осеннее время совершенно оправданным является ежедневная выдача бойцам, действующим на передовой небольших доз спирта (50 г) или водки (около 100 г), что позволяет не замерзнуть в окопах и употребить в пищу черствые и замерзшие на морозе продукты. Высококачественный этиловый спирт является основной составной частью элитных сортов водки, типа «Смирновской» или «Калинкинской», которая пользуется неограниченным спросом за рубежом. То есть спирто – водочная продукция является надежным источником иностранной валюты, совершенно необходимой для ускоренной индустриализации страны, – такими словами Прохор просветил Павла в отношении этого популярного в народе продукта.

Уже в течение трех недель Ковалев и Дроздов приходили на дальнюю безлюдную полянку, где Прохор обучал своего юного друга боксерским приемам, а также приемам борьбы самбо, основам японской борьбы дзюдо, а также карате и джиу – джитсу, чему Павел был несказанно рад.

Конечно, мастером этих единоборств Павел за такой короткий срок не стал, но кое – чему все же научился, по крайней мере, правильно падать при проведении этих приемов. Кроме того, как это отметил Прохор, у Дроздова обозначилось несколько коронных приемов. Такими приемами стали: боковая подсечка, внезапный удар головой в лицо противнику, апперкот, удар в «солнечное сплетение». Очень хорошо также у Павла удавались прямые удары с обеих рук на средней и дальней дистанциях. Кроме того, Прохор внушил будущему мастеру единоборств необходимость регулярной тренировки с малым и большим боксерскими мешками, гантелями, гирями, тугим экспандером, упражнениями на перекладине и гимнастических брусьях.

Прохор несколько раз встречался с родителями Павла и оставил о себе самое благоприятное впечатление своими манерами, вежливостью и рассудительностью.

Глубоким чувством благодарности к Прохору Ковалеву прониклись мать и отец Павла, да и он сам, когда их новый знакомый вылечил буквально за пару дней маленькую Олю от сильнейшей простуды. По сути это была вина Павла, допустившего, что Ольга слишком долго купалась в довольно прохладную погоду и тяжело простудилась. Врач, срочно вызванный на дом, диагностировал у Оли воспаление легких и предложил ее немедленно госпитализировать. Хорошо, что про это несчастье узнал Прохор и быстро приехал к Дроздовым со своим медицинским саквояжем. Его манеры и действия были настолько уверенными, что не только Павел, но и его отец с матерью поверили, что Ковалев является высококвалифицированным врачом. То, что делал Прохор, внушало доверие, даже когда он стал делать Оле внутривенную инъекцию какого – то препарата, темно – красного цвета.

Буквально через несколько часов температура у ребенка снизилась с 39,5 до 37,2 градусов, дыхание и пульс стали нормальными и маленькая Оля глубоко и спокойно заснула. На следующий день малышка попросила куриного супчика, котлет и картофельного пюре. А потом, к радости родителей она дважды попросила добавки. К вечеру приехала карета скорой помощи, для принудительной госпитализации тяжело заболевшего ребенка. Озабоченные врачи, однако, были поражены, увидев «больного» ребенка, играющего в пятнашки с шустрым котенком Лисиком, которые бегали по всем комнатам. Придирчивый медицинский осмотр Ольги подтвердил ее полное выздоровление. Общий вердикт медицинского консилиума был однозначным – это или чудо, или у маленькой Оли железный иммунитет.

Отец и мать Павла горячо благодарили Прохора и настойчиво ему предлагали принять заслуженное вознаграждение в несколько сотен рублей. Но Ковалев категорически заявил, что лучшим вознаграждением для него является полное выздоровление ребенка и что он рад новому знакомству с такой милой семьей.

А когда настало время прощаться, загадочный Ковалев подарил Павлу новый мяч для игры в «железный зад», футбольные бутсы, и новую очень интересную книгу Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина». Перед тем как сесть на трамвай Прохор незаметно вложил Павлу в руку самый ценный подарок – финский нож с выскакивающим лезвием собственного изготовления, взяв с него слово никому его не показывать и спрятать это опасное оружие в надежное место до своего совершеннолетия.

Павел в укромном месте с благоговением рассматривал подарок, о котором можно только мечтать – настоящий боевой нож разведчика с лезвием длиной 16 см из особо прочной стали. На рукоятке ножа была нанесена таинственная эмблема: Большой щит, в самом верху которого изображен православный крест. С левой стороны креста нарисована буква «Е», а с правой стороны – буква «К». Пониже изображена большая раскрытая книга, на левой стороне которой нарисован молот, а на правой шестеренка. Ниже книги размещены крест – накрест две стрелы, а под ними располагался вертикально положенный короткий меч, напоминающий римский гладиус – оружие для жестокого ближнего боя. В самом низу щита изображен венок из двух лавровых ветвей. Нажатием на удобно расположенную в рукоятке кнопку острое как бритва лезвие из сверхпрочной стали резко откидывается вбок – вперед с негромким щелчком и надежно фиксируется в боевом положении. От этого автоматического ножа исходила вполне ощутимая угроза.

Глава 2. Ученье свет, а не ученых тьма

Боб Коженков приехал из «ссылки» в деревне Финев луг, что в Новгородской области черный как негр, в конце августа 1928 года. Работал он там, у родственников много и упорно, чтобы коммунистическим трудом искупить свои прежние прегрешения перед Родиной, школой, и семьей. И, похоже, это ему удалось, так как новгородская родня написала отцу Боба несколько теплых благодарственных писем за хорошее воспитание такого замечательного, послушного, смирного и трудолюбивого сына.

Друзья радостно встретились, обнялись друг с другом, и отметили встречу по – взрослому трехлитровой банкой пива с раками и вяленой рыбой. Боб обратил внимание, что его друг сильно окреп физически – раздался в плечах и накачал нехилую мускулатуру. Попробовали по – дружески померяться силой, и Боб понял, что он теперь Павлу не соперник. У Дроздова появились железные мускулы, и он стал силен как буйвол, да еще, при этом, показал несколько совершенно «убойных» приемов. Что самое удивительное – такой скачок в физическом развитии его друга произошел всего за неполные три месяца. Павел приоткрыл завесу тайны, рассказав, что у него появился новый таинственный друг и наставник Прохор, с которым он почти четыре недели обращался как со старшим братом, и который его многому научил.

В первых числах сентября пришло короткое письмо от Прохора Ковалева из поселка городского типа Смоленской области. Странный он все – таки человек. Живет как перекати – поле. Нигде подолгу не останавливается. Прохор объяснял это Павлу, что это мера вынужденная, так как происхождение у него «нечистое» – дворянское, как по отцовской, так и по материнской линиям. А большевики не любят дворян, зажиточных крестьян, интеллигентов, не доверяют служащим и квалифицированным рабочим, не вступившим в партию. То есть, по мнению Прохора, они не любят людей в принципе и держат их за расходный материал для реализации своих утопических целей. А к священникам вообще, и православным в особенности, испытывают необъяснимое, с точки зрения здравого смысла, чувство лютой ненависти. В общем, с позиций ОГПУ к Прохору может появиться много неприятных вопросов. Но Павел чувствовал, что за этим человеком скрывается какая – то светлая, необъяснимая и большая правда, которую он вынужден до определенного времени скрывать.

После знакового события, связанного со сверх ударным сбором металлолома оба друга стали гораздо серьезнее относиться к жизни и к учебе. И двух месяцев не прошло в новом учебном году, как стало ясно, что Боб из хорошистов стал уверенно переходить в отличники. Павел тоже улучшил свою успеваемость, но в гораздо меньшей степени, чем его талантливый друг. Борис Коженков заявил Павлу, что с их идиотским ребячеством пора кончать, иначе они серьезно подставят своих родственников и друзей. Дроздов был полностью согласен со своим быстро повзрослевшим другом.

Как – то вечером, проходя рядом с домом Леопольда Збруева, они увидели упитанного нэпмана выводящего на прогулку своего свирепого одноглазого пса. Оба парня быстро свернули за угол дома, не замеченные буржуем и его бульдогом. Затем друзей привлекла бодрая мелодия фокстрота и аргентинского танго, доносившаяся из слегка приоткрытого окна квартиры нэпмана Збруева на втором этаже.

Коженкову внезапно пришла в голову смелая идея заглянуть в окно своего классового врага, чисто из простого любопытства. Для этой цели два друга – сообщника подтащили к стене дома большой крепкий ящик, валявшийся неподалеку в кустах. На ящик первым забрался Дроздов, повернулся лицом к стене и присел на корточки. Затем на его плечи ловко встал ногами Коженков. Павел без особого труда поднялся на ноги, держась для равновесия за стену.

– Ого! Да у него тут интересная картина. Куча всякого антиквариата, на стенах картины, старинные вазы всех калибров. А часов сколько: настенные, напольные, каминные. Какие – то подозрительные бумаги разбросаны по всему столу, склянки с какой – то жидкостью и особо подозрительная коробка, а на ней надписи на иностранном языке. Слушай! А может это шпионские материалы? Это надо срочно проверить!

– Ты что Боб? Опять взялся за старое. Нас тут сейчас отловят и возьмут с поличным, – резонно возразил Павел.

Однако Боб, не думая слушаться своего осторожного друга, стал изо всех сил подтягиваться на руках, держась за подоконник. Павлу не осталось ничего другого как подтолкнуть ноги авантюриста вверх, в результате чего Коженков влез в квартиру Збруева. Борис покопался в чужой квартире не более пяти минут и обратным путем вылез в окно. Павел помог отважному разведчику спуститься на землю. Откинув в сторону ящик, оба приятеля быстро ретировались из опасной зоны. Боб с заговорщицким видом полез рукой за пазуху и извлек оттуда десять сигар довольно внушительного вида.

– Настоящие гаванские сигары – их курят только миллионеры и члены правительства! – с гордостью произнес «разведчик» Боб.

– И что мы будем делать с ними?

– Как что? Немного поиграем и вернем сигары обратно нашему буржую, – остроумно пошутил Коженков.

– Но ведь это воровство! А как же секретные документы?

– Да фуфло там все остальное. Любовные письма какой – то Аллочке, с которой Леопольд занимался камасутрой, и которая классно принимала у него минет. Кстати, а что такое камасутра и минет?

– Это тебе лучше спросить у Вареньки Бойцовой – нашего школьного комсогруппорга или у биологички, – с серьезным видом произнес Павел.

На следующий день в школе произошло знаковое событие – все старшеклассники и немало старшеклассниц курили гаванские сигары, которыми по – товарищески поделились Боб с Павлом, ставшими в очередной раз героями школы. Курили даже те старшеклассники, которые никогда не брали в рот ни папиросы, ни сигареты. Попробовать настоящую «Гавану» было не только интересно, но и необычайно престижно. В итоге вся школа пропахла табачищем не меньше, чем американский салун во времена дикого Запада.

Больше всех табаком пропитался Коженков, от Дроздова также исходил довольно густой ароматный запах гаванских сигар. Этот запах уловила математичка, не переносящая табачного дыма. Поэтому она вызвала к доске обоих провинившихся друзей, разделила доску мелом на две половины и каждому написала комплексное математическое уравнение, которое необходимо было решить в течение получаса. У Боба сразу дело пошло на лад и он уверенно стал писать мелом по доске, а когда учительница отвернулась к другим ученикам в классе, быстро написал на доске Павла ключевой ход решения и его уравнения. В итоге оба приятеля успешно выполнили довольно сложное задание, чем немало удивили математичку, вынужденную им обоим поставить в журнал оценку «отлично».

– Похоже, курение вам прочищает мозги – давайте сюда ваши дневники, – произнесла учительница математики, поставив каждому по цифре 5 с неприятной припиской внизу: «Ваш сын сегодня очень сильно обкурился – необходимо показать его врачу – наркологу».

Возвращение домой для героев – курильщиков было очень непростым – обоих так сильно тошнило, что у них началась неудержимая рвота, лишь только они выбрались на улицу. Приятели шли кружным путем, поливая рвотной массой дорогу. В конце пути Дроздову пришлось тащить Боба на себе, так как тот впал в полуобморочное состояние. – Это как раз тот случай, про который говорят: «Пили, ели, веселились – подсчитали – прослезились!» – подумал про себя эмоциональный Павел. С трудом дотащив своего вконец обессилевшего друга до его квартиры, Дроздов прислонил Боба к дверям и дал три длинных звонка. Услышав, что кто – то внутри квартиры подходит к двери Павел мгновенно сбежал по лестнице вниз. Затем раздался грохот падающего тела и громкий вскрик матери Боба: «Сынок! Что с тобой? Кто тебя так напоил?». Слушать дальше эту драматическую сцену Павел посчитал делом неэтичным. Да и домой уже давно было пора идти. По дороге приходилось останавливаться у каждой колонки и пить воду, хотя после этого рвота снова возобновлялась. Однако когда герой – курильщик входил в свою квартиру, то уже чувствовал себя гораздо лучше, только очень хотелось спать. Сил у Павла хватило только на то, чтобы выложить на стол пять оставшихся из десяти сигар, взять из аптечки последние три таблетки активированного угля и проглотить, запив их стаканом воды. Володя, увидев, что его авторитетный старший брат немного «угорел» обеспечил ему режим необходимой тишины.

Проснулся Павел от яркого солнечного света, заливавшего всю их с Володей комнату. Посмотрел на стенные часы, проделал в уме нехитрую арифметическую операцию и пришел к выводу, что он проспал почти 15 часов. Второе, что он заметил – это исчезновение со стола злополучных гаванских сигар. – Наверное, Володька стащил без спроса, ничего нельзя оставить, – подумал без особого волнения Павел, быстро одевшись и выйдя на кухню, где заканчивали обед его родители и младшая сестренка Оленька.

– Как самочувствие герой – курильщик? – иронически спросил у Павла его любящий отец.

– А обедать будешь? – спросила по существу его любящая мама.

– С большой охотой буду, самочувствие у меня хорошее, есть у меня ощущение, будто я не ел целую неделю, – ответил любимец родителей, наливая себе полную тарелку наваристого борща.

– Ну, слава Богу, похоже, что твои дела пошли на поправку. А вот твоего шустрого друга скорая помощь отвезла в больницу с серьезным отравлением. Вчера поздно вечером к нам приходил отец Бориса – Роман Кириллович, хотел с тобой поговорить, но увидев, как ты крепко спишь, не стал прерывать твой целебный сон. Забрал только со стола пять сигар. А насчет твоего друга – курильщика мы недавно позвонили Коженковым и те нам сказали, что у Бориса кризис миновал после промывки желудка, кислородных подушек и переливания крови. Но ему еще предстоит полежать в больнице недели полторы.

После плотного обеда Павел позвонил Коженкову старшему. Тот сразу же, узнав, что самочувствие у Павла хорошее, пригласил его к себе домой. Павел приехал к Роману Кирилловичу и по его просьбе рассказал, как происходили события.

– А зачем Борис стащил сигары? Не прихватил ли он ненароком каких – либо ценностей?

– Ценностей не брал никаких, хотя ими доверху была забита вся квартира Збруева. А по поводу сигар Боб, наверное, посчитал, что сигары – это сугубо буржуйский реквизит, который так и напрашивается, чтобы его реквизировали исключительно для познавательных целей, – неуверенно произнес Павел.

– Ну и как, познали?

– Познали, что все это полное фуфло. Меня теперь, как и нашу математичку, будет все время тошнить от запаха табака. У меня к вам дядя Роман будет большая просьба – не наказывайте, пожалуйста, Бориса. Он просто по своей природе исследователь и естествоиспытатель.

– То есть он решил на себе проверить, умрет он или только сильно отравится, если выкурит здоровенную сигару в полную затяжку? Не буду я его наказывать – он себя уже вполне наказал, раз лежит в больнице. Только я ставлю тебе Павел одно условие: ты парень неглупый и уравновешенный, а Борис авантюрист по характеру. Ты должен пресекать его авантюрные выходки в корне. Обещаешь? Даешь слово?

– Обещаю и даю слово останавливать Бориса от всех авантюрных и дурных поступков! – искренне произнес Павел.

– Ну, вот и славно. А то ведь действительно все могло кончиться очень плохо, Хорошо хоть моя супруга Надежда была дома и сразу вызвала скорую помощь. Не дай Бог только, что кто – либо еще из ваших школьных товарищей отравился.

– Это вряд ли. Три сигары на всех старшеклассников школы это всего лишь 3–4 затяжки на каждого. Я вот почти целую сигару выкурил не затягиваясь – только пыхал. А остаток этой сигары отдал Леониду Хайтову – ну вы его знаете – такой фасонистый парень – любимец всех девушек нашей школы. Это он нам с Бобом посоветовал не курить в затяжку, только Боб его не послушал, и напрасно.

– Ну ладно, будем надеяться, что там все обойдется благополучно. А мне вот надо будет еще разобраться со Збруевым Леопольдом Урховичем – он подал вчера заявление о дерзком ограблении его квартиры через открытое окно. Ну, это мое дело и я думаю, что мне удастся договориться с этим нэпманом, – заявил Роман Кириллович, прощаясь с Павлом за руку, совсем как с взрослым.

В заявлении Збруевым было указано, что у него было украдено много ценных вещей, а также элитные сигары в количестве 20 штук вместе с коробкой, стоимостью 112 американских долларов. Пришедший повторно нэпман Збруев был искренне возмущен бездействием милиции, которая не соизволила даже, по его словам, прислать собаку с милиционером, чтобы взять след преступников. Однако старший оперуполномоченный Коженков быстро привел в чувство зарвавшегося нэпмана, напомнив ему об уголовной ответственности за дачу ложных показаний и использовании в личных расчетах иностранной валюты. В итоге Збруев был вынужден забрать свое заявление и уйти ни с чем. А Роман Коженков в обеденный перерыв отлучился с работы, чтобы незаметно вкинуть оставшиеся 5 сигар в почтовый ящик предпринимателя.

На следующий день Павел навестил своего друга в больнице, принес ему фрукты и другие гостинцы, а также интереснейшую книгу «Гиперболоид инженера Гарина», которую Боб давно просил ему дать почитать. А еще курильщик – естествоиспытатель просил приносить ему учебники и задания на дом по всем урокам, особенно по математике, физике и химии, которой он серьезно увлекся. Поэтому Павел охотно ежедневно приходил в больницу к своему болящему другу с книгами, тетрадками и необходимой для него новой информацией.

В школу Боб Коженков вышел, как и предполагалось, через 12 дней, как ни в чем не бывало. Все ребята ему сочувствовали, так как он вроде как пострадал для их же «блага».

В декабре оба приятеля, как и многие их одноклассники, подали заявления о приеме их в ряды ВЛКСМ. Но их, почему – то по наглому «прокатили». И в основном виновата в этом была «обер – комсомолка» десятиклассница Варенька Бойцова, лучшая метательница ядра не только в их школе, но и, по меньшей мере, во всем Выборгском районе Ленинграда. Но тут ларчик просто открывается – эта девушка, будучи физически сильной от природы, еще и накачала себе богатырскую мускулатуру, регулярно помогая своей маме в ее нелегкой работе по укладке железнодорожных шпал. В это романтическое время в стране набирали силу популярные советские лозунги: «Женщины – на самолет», «Женщины – на трактор», «Женщины – на укладку шпал». Ну а мужчинам только и оставалось, как идти в счетоводы, бухгалтеры и писари, чтобы, не дай Бог, не перетрудиться.

После подачи заявления на вступление в ряды Ленинского комсомола Варенька загрузила Боба разного рода поручениями. Коженков, по своей наивности, воспринял их как аванс, своего рода «послушание» необходимое для безусловного вступления в ряды ВЛКСМ. И поэтому все их выполнял с энтузиазмом молодого комсомольца. А когда списки кандидатов понесли на утверждение в райком комсомола, коварная Варвара вычеркнула несколько фамилий, в числе которых оказались Дроздов и Коженков. Пояснение для такого небывало драконовского решения было простое: «Организаторам общешкольного «Дня курильщика» не место в рядах Ленинского комсомола». И если Павел к этому отнесся спокойно, то Боб почувствовал себя незаслуженно обманутым и оскорбленным.

На следующий день Коженков пришел в школу с разбитой губой и лиловым фингалом под глазом.

– Кто это тебя так? – спросил обеспокоенно Павел своего друга.

– Кто, кто – конь в пальто, точнее кобыла в пальто – наша главная комсомолка Варенька Бойцова возбудилась. Я у нее как ты и посоветовал, всего – то и спросил, что такое камасутра и минет.

– Ну что, она тебе объяснила?

– Очень даже доходчиво объяснила – с помощью своих чугунных кулаков.

– Но это же не педагогично!

– Зато дешево, надежно, и практично, – ответил шепеляво Боб своей разбитой губой.

– Может она тебя просто не так поняла? Подумала, возможно, что это ты спрашиваешь ее не как безграмотный школьник, а делаешь ей конкретное неприличное предложение? Это вообще – то был небольшой прикол с моей стороны, когда я предложил тебе задать этой не по годам развитой девице интимные вопросы, – признался Павел.

– То, что это твой прикол я это просек сразу. Просто мне хотелось как – то уязвить этого «Илью Муромца в юбке» за ее подлянку с комсомолом. А она еще, помимо своего рукоприкладства, заявила мне, чтобы я вообще забыл, что такое комсомол, так как патологических извращенцев туда не принимают. И она, якобы, меня туда не пустит ни за что.

– А она не много на себя берет? Ведь через пол года Варенька заканчивает школу и пойдет на завод. И еще не факт, что она там станет комсомольским начальником. Что она сможет тебе сделать? Руки у нее будут коротки.

– В том то и дело, что ее ручищи не коротки. Говорят, что эту стерву берут в Выборгский райком комсомола.

– Ну, это все же не ЦК ВЛКСМ. Слушай! А может настучать на нее по – пионерски за ее рукоприкладство. В райкоме ВЛКСМ за эти штучки ее по головке то не погладят.

– Нет, Паша, это не по – нашему. Стучать на ближнего своего – это не есть хорошо. Это только дятел стучит, а я не буду никогда.

– Бобби! А насчет этих вопросов, на которые ты хотел получить ответ у Вареньки, я советую обратиться не к директору школы или к биологичке, а к главному «плей – бою» в нашем классе, – дал Павел хороший совет своему другу.

– Так я так и сделал – не деревянный же я совсем по уши. Обратился к Леньке Хайтову – он мне такую лекцию на эту тему закатил, что я покраснел до корней волос. Правда, взял с меня за науку две бутылки пива – он же барыга до мозга костей.

– Да, прав был Александр Сергеевич Пушкин, когда сказал: «О сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух, и опыт, сын ошибок трудных, и гений – парадоксов друг!», – продекламировал Павел стихи великого поэта.

Новогодние каникулы миновали как – то буднично, если не считать, что сама встреча нового 1929 года прошла достаточно весело. В новогоднюю ночь два выдающихся химика устроили рядом со школой такой шикарный фейерверк, что в спортзале школы треснули два стекла и загорелся рядом стоящий дровяной сарай. Хорошо хоть снега, и старшеклассников, встречающих новый год, было так много, что позволило весело, с шутками и песнями справиться с огнем без помощи пожарной команды.

У Дроздова появилась хорошая привычка упорно заниматься физкультурой и спортом. Он купил себе 8-килограммовые гантели, 32-килограммовую гирю, тугой эспандер, боксерскую экипировку в полном комплекте и ежедневно тренировался. Как справедливо отмечал богатырь Прохор, физически неподготовленному подростку лет в 13–14 чтобы стать в 2 раза сильнее всего через месяц нужно подтягиваться на перекладине не менее 30 раз в день (15 раз утром и 15 раз вечером) и отжиматься от пола не менее 70 раз в день. Павел же, помимо прочих тренировок с гантелями и гирями ежедневно подтягивался на перекладине не менее 50 раз в день и отжимался от пола не менее 150 раз в день. Кроме того, с помощью лучшего «доставалы» в школе Леонида Хайтова по запредельной цене в 10 рублей Павлу удалось заполучить дефицитнейший самоучитель по борьбе дзюдо и джиу – джитсу. А у Прохора минувшим летом Павел выучил несколько эффективных приемов единоборства, которые надо было регулярно повторять. Поэтому Дроздову было чем заняться дома вечером. Однако потасовок со сверстниками он старался избегать по причине некоторой своей трусоватости, связанной с нежеланием получить травму на пустом месте, хотя реально стал сильнее многих. С другой стороны даже десятиклассники старались не задевать Павла, так как была жива легенда о его «двоюродном брате» – силаче Прохоре Ковалеве.

Все было хорошо и спокойно пока с первых мартовских дней 1929 года Павла не «пробило» на любовь к однокласснице Ахмадеевой Раисе, когда она впервые пришла в школу в укороченной юбке и в черных чулках, выгодно подчеркивающих красоту ее умопомрачительных ног. Павел был далеко не единственным, кто обратил серьезное внимание на Раечку, выглядевшую чрезвычайно эффектно.

Особенно опасными соперниками были «плей – бой» Ленька Хайтов и Николай Змитриченко – дважды второгодник. Но у Хайтова хоть манеры общения с противоположным полом джентльменские, то есть девушек он охмуряет красиво – настоящий Казанова XX века. А вот Змитриченко Николай, которому уже исполнилось 16 лет, выглядел, по меньшей мере, как 25-летний мужик. И манеры у него по отношению к Раечке были довольно хамские – он позволял себе нагло и непринужденно обнимать ее за плечи, за талию, и даже ниже, что Павел позволил бы себе только в дерзких мечтах. Но вот поговорить с наглецом один на один Павел боялся. И то верно – если этот бугай в жестокой стычке выбьет у интеллигентного Павлика 2–3 зуба, то новые не вырастут – это вам не волосы на голове.

Но в середине апреля произошло событие, которое расставило все по своим местам. После звонка на большую перемену обычно все школьники вылетают из классов как пробка из бутылки шампанского и с ревом и воплями мчатся по коридору. Опытный человек, оказавшийся в это время в коридоре, сразу же прижимается спиной к стене и пережидает, когда ревущее стадо бизонов пронесется мимо.

Так произошло и в тот апрельский день. После прозвучавшего звонка все недоросли из 8в класса ринулись в коридор. В общем «стаде» помчалась и Раечка Ахмадеева. Однако злобный самец Змитриченко ловко подставил ей ногу, и Раечка со всего размаху грохнулась на пол, при этом юбка у нее задралась и все, что было скрыто за ней, было предъявлено всему классу в весьма эротичном виде. Рая хотела было по – быстрому подняться, но Змитриченко ей этого не давал, толкая ее на пол обратно, испытывая, при этом, какую – то идиотскую, глумливую радость. Все парни в классе заржали как стоялые жеребцы. А вот Павла захлестнула волна ярости и негодования, и он изо всех сил толкнул Змитриченко в грудь обеими руками. Если бы обидчик Раисы весил хотя бы как Павел, то он уже бы был на полу. Но Николай был тяжеловес, имел массу тела свыше 80 кг и поэтому с трудом, но устоял на ногах. Некоторое время он с удивлением смотрел на Павла «как солдат на вошь», а потом с воплем «млять!» бросился на него. Минуты полторы они отчаянно боролись. Дроздов пытался взять тяжеловеса на прием, но то ли места для полноценной борьбы было мало, то ли борцовские приемы Павел еще не выучил, как следует, но главный «бугай» их класса повалил защитника обиженных на пол. Змитриченко начал было уже торжествовать победу над непростым противником, как на Павла накатила неиспытанная им ранее волна холодной ярости, и он стал бешено крутиться и извиваться на полу. Чтобы прижать плотнее к полу верхнюю часть тела своего противника Змитриченко навалился на Павла всем весом своего тела, неосторожно приблизив свою голову почти вплотную к голове Дроздова. Павлу удалось, охватив сверху голову противника правой рукой, плотно захватить кистью своей тренированной руки челюсть могучего соперника и сильно повернуть ее направо. А поскольку челюсть вместе с головой, в нормальных условиях, тесно связана с туловищем, то вместе с ее быстрым поворотом также быстро по часовой стрелке перевернулось и тело богатыря Змитриченко, а Дроздов перекатился снизу наверх.

Николай извивался и дергался изо всех сил, но Павел крепко припечатал его к полу. Леонид Хайтов, приняв на себя обязанности рефери, отсчитав положенное время, громко произнес: «Полное и чистое туше! Мировая сенсация! Чемпиона мира и школы № 102 м/р «Озерки» Николая Змитриченко в честном поединке победил молодой перспективный борец Павел Дроздов!». Хайтов высоко поднял руку победителя под довольно жидкие аплодисменты присутствующих. Однако Змитриченко, быстро преобразившись в разъяренного буйвола, широко размахнулся и нанес своему обидчику сильнейший прямой удар, от которого Павел еле успел увернуться. В ответ Дроздов сразу же мощно ответил отрепетированным тяжелым ударом в середину верхней части живота своего противника. И попал ему в «солнечное сплетение», что удается не всегда даже у профессионалов. Змитриченко, схватившись за живот, рухнул на пол и стал кататься по полу, задыхаясь, с открытым ртом.

– Ты убил его! – завопила истерическим голосом отличница Софочка Пудель, наставив не Павла указующий перст. От ее истошных воплей струхнули все присутствующие и больше всех Дроздов.

Поверженному бойцу пытались сделать искусственное дыхание. Помогло оно ему или нет неизвестно, но он немного пришел в себя и два старшеклассника кое – как дотащили его до медпункта.

Вскоре в класс стремительно вбежала завуч школы, и, схватив Павла за руку, повела его к директору школы писать объяснительную записку. В директорском кабинете Дроздов вкратце рассказал, как происходили события, опуская подробности. На вопрос директора, за что Павел избил Змитриченко, тот ответил, что он его не избивал, а между ними был честный поединок.

– А зачем ты ударил его? – спросил директор школы.

– Это была самооборона. Я ответил на его удар, от которого мне с трудом удалось уклониться. Но следующим ударом он бы меня завалил.

– А зачем ты толкнул Николая первым?

– За фамильярное, неуважительное и оскорбительное отношение к советским женщинам, – обобщающе ответил Павел.

– Можно я сейчас пойду на урок математики? У нас сегодня годовая контрольная, – спросил Павел у директора и завуча.

– Можно, но завтра без родителей в школу не приходи! – последовал суровый совместный приговор директора и завуча.

– А с кем из родителей приходить – с мамой или папой?

– С любым из взрослых. Давай быстро иди на контрольную – урок уже идет, милостиво отпустили Дроздова школьные руководители.

После контрольной работы Павел с триумфом возвращался домой в компании одноклассников и поделился с ними, что на завтра ему велено прийти в школу с «кем – либо из взрослых». А это позор для родителей.

– А с чего это ты взял, что это должны быть обязательно родители? Ты же сам сказал, что надо привести «кого – либо из взрослых». У тебя же старшая сестра взрослая? – спросил изощренный в таких делах Леонид Хайтов.

– Точно, взрослая – ей уже «стукнуло» 21 год – а это считается совершеннолетием даже для англичан, к тому же она замужем, то есть она не какая – то там «мисс», а уже полноценная «миссис». Значит, вполне может выступить в роли моей мамы! Ура! А родителей я понапрасну волновать не буду, надо их по сыновьи поберечь! – с радостью заключил Павел.

Придя домой Дроздов, сразу же позвонил своей старшей сестре Елене, чем здорово ее обрадовал, и она тут же согласилась принять его в гости. Родители Павла никогда не возражали против налаживания родственных связей и охотно его отпустили, передав молодой чете кое – какие гостинцы.

Елена и ее муж Эльдар Курбатов приняли Павла как наследного принца. Хорошо накормили, развлекали, как могли. А Павел рассказал им, что заступился за свою одноклассницу, вступив в драку с хулиганом. И вот на завтра директор и завуч школы требуют, чтобы в школу пришли родители или кто – либо из взрослых.

Эльдар и Елена горячо одобрили поведение Павла, заявив, что так и должен поступать настоящий мужчина. А Елена, которую не так – то легко уговорить на что – либо, в этом случае согласилась сыграть роль «мамы». И Эльдар ее полностью поддержал.

Когда на следующий день Павел встретился на условленном месте с Еленой, то не сразу ее и узнал. Пришла какая – то шикарная леди, выглядевшая бесподобно – просто блестяще. «А Ленка то действительно красива – как это я раньше не замечал», – подумал про себя Павел, когда они входили в школу. У стоящих в коридоре старшеклассников головы поворачивались как подсолнухи за солнцем, когда Дроздов со своей старшей сестрой проходили мимо по коридору к кабинету директора школы. Павел с тревогой думал, как поведет себя директор, когда увидит этот подлог с «родителями». Но все произошло как нельзя лучше. Как только они вошли в кабинет, директор Иванов Василий Григорьевич вскочил со стула как прилежный ученик перед лицом строгого преподавателя. Быстро выяснив, что Елена это и есть представительница взрослых родственников Павла, Василий Григорьевич очень ласково выставил Дроздова за дверь, чтобы в конфиденциальной обстановке обсудить поведение брата Елены.

С годовой контрольной работой по математике Павел справился на «4», конечно с активной помощью своего друга Боба Коженкова, который прислал ему правильные решения по всем 7 вопросам и задачам. Однако Павел, торопясь при переписывании допустил несколько досадных огрехов. Но это было даже и хорошо, так как получить оценку «отлично» было бы слишком подозрительно. Вообще результаты годовой контрольной работы были обескураживающими: почти половина класса получила двойки. На оценку «5» справились с контрольной работой лишь Софочка Пудель и восходящая звезда точных наук Боб Коженков.

Результаты потасовки Павла со здоровяком Николаем Змитриченко стали известны преподавателю по физкультуре Фролову Антону Сергеевичу, который помимо легкой атлетики, серьезно занимался боксом и имел в этом виде спорта второй разряд. Поэтому как – то после уроков он попросил Павла немного побоксировать с ним и был приятно удивлен не только боксерской сноровкой, но и мощными ударами восьмиклассника. Антон Сергеевич еще больше удивился, что Павел боксом начал заниматься всего лишь с лета прошлого года, то есть даже меньше года назад. При этом, по словам Павла, начальную боксерскую подготовку он получил от некого Прохора, находившегося в Ленинграде около полутора месяцев. А дальше Дроздов изучал бокс по книгам и спортивным журналам и усиленно тренировался на боксерских грушах и налегал на общефизическую подготовку. И когда Фролов предложил Павлу заниматься боксом вместе, тот с радостью и энтузиазмом согласился. Помимо тренировок, два – три раза в неделю физрук проводил с Павлом спарринг поединки, учитывая его вес и возраст до тех пор, пока в одном из тренировочных боев способный ученик не направил своего учителя в глубокий нокаут. После такой дерзости спарринг поединки между учеником и учителем стали проводиться по – взрослому, без скидок на возраст Дроздова. И, надо сказать, Павел выдерживал напряжение таких боев, не попадая ни в нокаут, ни даже в нокдаун. То есть получается, что ученик Фролова вполне стал соответствовать второму взрослому разряду в этом виде спорта.

У Павла после его знаменательной стычки с Николаем Змитриченко резко подскочил авторитет среди одноклассников. Тем не менее, это ничуть не помогло Дроздову в его повторной попытке стать комсомольцем. Комсогруппорг школы – «супервумен» Варвара Бойцова сказала Павлу прямо в лицо, что садистам и хулиганам в рядах Ленинского комсомола делать нечего. Та же участь постигла и Боба Коженкова, которому тоже было отказано в «высочайшем» доверии по причине его моральной неустойчивости.

За несколько дней до майских праздников Рая Ахмадеева пришла в школьной форме нового образца, которая плотно облегала ее фигуру, которой бы позавидовала бы сама Венера Милосская. Взглянув на школьную красавицу, Павел почувствовал жар в груди. Но к Раисе уже подскочил вездесущий Леонид Хайтов, которого очень сильно заинтересовал комсомольский значок, ярко сверкавший на высокой груди сексапильной школьницы. Леонид заявил, что значок висит неровно и настойчиво пытался его поправить, протягивая обе руки к упругой груди его хозяйки.

– А в глаз не надо? – послышался совсем рядом негромкий ласковый голос Дроздова, заставивший, тем не менее, вздрогнуть школьного «плей – боя» и отдернуть назад обе руки.

– Паша, ты так неслышно подкрался – тебе обязательно в военную разведку надо идти!

– Я туда и пойду в свое время. А ты Ленчик лучше значок у себя поправь – видишь, его перекосило, ну и не забудь застегнуть ширинку, – заметил Павел, после чего весь класс громко заржал и долго не мог успокоиться.

Раечка Ахмадеева, которая раньше не обращала особого внимания на Дроздова, после его заступничества и победной потасовки со Змитриченко очень даже заинтересовалась Павлом. Милостиво ему разрешила провожать ее до дома и нести ее портфель. Молодые люди часто стали ходить в местный клуб и кинотеатр «Озерки». В клубе выяснилось, что, помимо природной застенчивости, Павел совершенно не умеет танцевать. Поэтому Раиса стала настойчиво обучать Павла бальным танцам, танго и модному тогда танцу «Чарльзтон». В результате всего за два месяца 1929 года «дворянин» Дроздов освоил – таки танцевальную науку, правда, на любительском уровне. До такого профессионала в этой части, как Леонид Хайтов, Павлу было довольно далеко. К сожалению, в конце июня очаровательная учительница танцев поехала вместе со своей семьей на летние каникулы на родину ее отца в Казань.

Следует отметить, что стрелы амура не пролетели мимо и морально непробиваемого Боба Коженкова, который запал на Валентину Баданину, миловидную шатенку – стройную девушку довольно высокого роста. Эта мадемуазель напоминала чем – то Татьяну Ларину из Пушкинской поэмы «Евгений Онегин», только была заметно ее сильнее и выглядела намного спортивнее.

Как – то Боб стал сравнивать двух пассий: Валентину и Раису. И пришел к неверному выводу, что Валентина Баданина, с ее якобы «французскими» ножками намного превосходит «пышечку» Раису, не смотря на всю ее сексапильность. Чтобы разрешить спор, грозящий перейти в ссору, друзья решили обратиться к признанному «эксперту по половым вопросам» – Леониду Хайтову. Тот сразу же согласился дать квалифицированную экспертную оценку по этим двум молодым особам, затребовав с каждого из спорящих парней всего по бутылке пива с каждого.

Леонид пригласил обоих друзей – заказчиков в сарай своего дяди – видного эксперта в части самогоноварения. – Якши! – произнес Леонид, мастерски опустошив за один присест первую бутылку свежего жигулевского пива. А вторую он стал пить не спеша, успевая между глотками делать глубокий экспертный анализ двух школьных красавиц. По его словам выходило, что шатенка Валентина Баданина в полной мере соответствует канонам европейской красоты, в то время как Раиса Ахмадеева соответствует всем требованиям женской красоты с восточной точки зрения. То есть любой арабский шейх без колебаний выбрал бы себе в гарем Раису, в то время как, например, английский наследный принц отдал бы предпочтение Валентине. На востоке все истинные мачо убеждены, что любой красивой женщины «должно быть много», то есть их не вдохновляют костлявые ключицы тех же пучеглазых англичанок.

– Но Валя ведь вовсе не костлявая и не пучеглазая! – возмущенно возразил Борис.

– А Рая вовсе не толстая! – в тон своему другу произнес Павел.

– А кто сказал, что они худые и толстые – они обе, в отличие от вас, нормальные. По крайней мере, у них все в порядке с головой, что наглядно подтверждается тем, что их обеих приняли в комсомол, как и меня, между прочим, – с гордостью заключил Леонид.

– Да ты просто дамский угодник, – наговорил кучу комплиментов этой шпал укладчице Варваре, подарил ей цветочки, конфетки, духи «Красная Москва». После таких презентов она, не смотря на свое жлобство, не могла не принять тебя в комсомол! – едко и справедливо отметил Боб Коженков.

– Ладно, парни! Не будем ссориться. Я предлагаю обмыть это дело, – убежденно произнес Леонид Хайтов, доставая из тайника две бутылки с какой – то светло – коричневой жидкостью, хлеб, лук, соленые огурцы и здоровенный кусок сала. Как выяснилось, это были стратегические запасы дяди Леонида на случай заключения важных сделок – самодельное высококачественное фирменное виски под романтическим названием «Три озера» и простая, но добротная закуска.

«Виски» действительно оказалось выше всех похвал, да и закуска для неизбалованных ребят была очень недурна. После приема чудодейственного напитка настроение у приятелей резко улучшилось, языки развязались и Коженков с Дроздовым узнали от «эксперта по половым вопросам» много интересного. Их здорово удивило, в частности, что супер – отличница Софочка Пудель по уши влюблена в хамоватого переростка Змитриченко. И что самое удивительное, он начинает ей платить взаимностью. По крайней мере, Леонид уже несколько раз встречал их вместе в кино и в парке.

– То – то наша крошка Пудель завопила благим матом, когда Паша врезал этому верзиле под дых, – отметил Боб Коженков.

– Паша! А директору то нашему товарищу Иванову как говориться «седина в бороду, а бес в ребро» – с твоей – то сестренкой он собирается закрутить роман. Он ей так нежно ручку целовал, когда они прощались, что у меня слезы выступили от умиления, – выдал строго конфиденциальную информацию Леонид.

– Удивил тоже! Я полностью в курсе. Елена со мной поделилась по – братски, то есть по – сестрински по телефону, что Василий Григорьевич несколько раз предлагал ей пойти с ним в ресторан и в театр. Но она вежливо отказалась, напомнив товарищу Иванову, что она замужняя дама.

– Ну и зря. В театр она вполне могла бы сходить. В этом нет ничего предосудительного. Тем более, если принять во внимание, что предложение было сделано от столь солидного человека. Пашке это бы точно пошло на пользу. Не до конца Паша твоя сеструха сыграла роль «мамы»! – критически изрек Хайтов.

– Это как сказать. А если бы этот немолодой ловелас полез бы к Елене в трусы? Что тогда? Дать пощечину директору школы и все испортить? – ехидно вопросил Коженков.

– Это ты Боб только и мечтаешь залезть в трусы к своей Баданиной. Но она тебе, похоже, не предоставит такой возможности, – уверенно заявил «плей – бой».

– Чья бы корова мычала. Нет ни одной девчонки во всей школе, которую ты, как минимум бы, не ощупал. Ты настоящий половой гангстер – это факт!

Далее последовала горячая словесная перепалка, грозящая перейти в серьезное боестолкновение, о котором в начале милицейских протоколов обычно пишут: «После совместного распития спиртных напитков…, и т. д.». Если бы не Павел эта ссора вполне могла бы перерасти в драку с непредсказуемым результатом, так как силы противников были примерно равны. Дроздов, как опытный рефери в боксе развел соперников по противоположным углам ринга, заявив несколько раз слово «брэк». А потом добавил умную мысль, что стремление забраться к любимой женщине в трусы есть необходимое условие продолжения рода. – Иначе бы и мы не появились на свет, не так ли? – философски изрек Павел.

– Это речь не мальчика, но мужа! – громко согласился Леонид, предложив выпить по последней рюмке «за любовь!».

После такого обще примиряющего тоста Боб и Павел тепло расстались с Леонидом, поблагодарив его за чудесный вечер.

Павел, употребивший фирменный озерковский коньяк в умеренной дозе чувствовал себя превосходно. А вот Боба, принявшего «на грудь» вдвое больше с вдвое меньшей закуской, развезло довольно основательно. Поэтому он шел на «автопилоте», поддерживаемый Павлом. Было ясно, что отводить его в таком состоянии к его грозному родителю – Роману Кирилловичу было бы, по меньшей мере, не по – товарищески.

Поэтому Павел привел Коженкова к себе, дал выпить рассолу, угостил квашенной капустой, крепким чаем с пирогами. Затем приятели сели играть в шашки и шахматы. Сначала Павел умудрялся завершать партии в эти интеллектуальные игры вничью, а затем стал раз за разом проигрывать своему сопернику, что свидетельствовало о том, что процесс вытрезвления Бориса проходит успешно. Дроздов, дав Бобу пожевать кофейных зерен, на всякий случай проводил своего друга до дверей его квартиры, где некоторое время постоял прислушиваясь. Убедившись, что все прошло без эксцессов, Павел со спокойной совестью вернулся домой и заснул сном праведника.

К первым числам июня месяца почти все близкие друзья и приятели Павла разъехались кто куда. Боба, как и в прошлом году, отправили отбывать трудовую повинность в Новгородскую область. Брат Володя опять «загремел» в пионерлагерь на все лето. Даже такой «домосед», как Леонид Хайтов, отбыл, по его словам, в «Казанский каганат» – на родину его деда по отцовской линии. Мать Павла, как обычно, на лето «подписалась» поработать на почте. А это значит, что у «дворянина» Дроздова опять оформилось трудовое лето в почтовом отделении. Но Павел не только не был в обиде, наоборот, он даже гордился, что помогает семье добывать трудовую копеечку. К тому же «народный умелец» Дроздов собрал себе из старых комплектующих деталей новый улучшенный дорожный велосипед, на котором лихо развозил почту по всему микрорайону Озерки, стабильно перевыполняя план. За такое служебное рвение Павла регулярно понемногу премировали, что очень радовало его родителей.

К концу августа стали подтягиваться друзья и приятели Павла. За два дня до начала занятий в школе приехала та, которую с нетерпением и юношеской страстью ожидал «дворянин» Дроздов. Когда молодые люди, наконец, встретились Рая, с трудом сдерживая рыдания, заявила, что ее насильно выдают замуж за очень богатого то ли араба, то ли азербайджанца.

– Это какой – то патриархат! Мы же живем в СССР, а не в каком – то халифате. У нас такого и быть не может в принципе! – горячо заявил Павел.

– Это у вас, русских, не может быть. А у нас, татар, такое вполне может быть по законам шариата, – грустно возразила Раиса.

– Но у тебя же мама русская. А ты татарка лишь наполовину. А мама что, не на твоей стороне? Или ей все равно?

– Ей не все равно. И она очень любит меня. Но в этом случае она полностью на стороне отца, так как любит тоже и его и не желает ему зла.

Молодые люди зашли в глубину парка, где никого поблизости не было и Раиса, оглянувшись по сторонам, раскрыла Павлу их семейный секрет, взяв с него слово, чтобы он молчал «как рыба об лед». Оказывается, что отец Раи, будучи азартным игроманом, крупно проигрался в подпольном казино и его поставили на «счетчик». И если он не рассчитается с долгом к определенной дате, то он должен заплатить за это своей жизнью. Такие условия игры. Там все по – взрослому. Долг столь велик, что если их семья продаст квартиру, машину и все вещи, то не наберется и половины требуемой суммы.

– Отец рассказал моей маме, что его скоро должны убить в уплату долга. Но потом они оба нашли приемлемый выход из этой, казалось, безнадежной ситуации. Родители вспомнили, что в Казани проживает подпольный мультимиллионер. Дело в том, что на этого богача я в прошлом году произвела большое впечатление. Еще 1 июля был составлен брачный контракт с этим нуворишем, и была получена первая часть калыма, которой полностью хватило для уплаты долга. А вторая часть калыма будет отдана моему отцу после моей свадьбы с этим «старпером», – произнесла Раиса, показав Павлу фотографию своего жениха. «Старперу», по словам Раисы, не было еще и 40 лет. На фотографии довольно симпатичный жгучий брюнет с виду выглядел вполне презентабельно с восточной точки зрения. Ахмадеевы всего через неделю выехали на постоянное место жительство в Казань – поближе к будущему мужу Раисы. Павел в расстроенных чувствах с букетом гладиолусов приехал на Московский вокзал проводить свою пассию, понимая, что с Раисой он больше не увидится никогда. Он что – то говорил Рае, она ему что – то отвечала, обещая написать письмо после приезда на новую квартиру. А перед тем, как зайти в тамбур поезда Рая внезапно обняла Павла за шею и крепко его поцеловала, прижавшись к нему упругой грудью. Дроздов не был сентиментальным и не помнил, когда он плакал последний раз. Но здесь слезы стали непрерывно наворачиваться у него на глаза когда он махал рукой, вслед уходящему поезду до тех пор, пока состав не скрылся за поворотом. Павел от Раисы получил всего два письма: первое довольно подробное, от которого прослезился бы даже и медный всадник. А вот второе письмо было лаконичное – уже после ее свадьбы, напоминающее, что ее супруг по – восточному очень ревнив, а главное, она должна выполнить свой долг. Выходило по Пушкину, что она «другому отдана и будет век ему верна». Поэтому Павел, уже было собравшийся отправить Рае свое четвертое письмо, не стал это делать и запихнул этот высокохудожественный трактат в самый дальний угол своих бумаг и газетных вырезок.

Так как Павел стал числиться спортсменом, то его попробовали включить в сборную школы по футболу. Уровень владения мячом у Дроздова был признан вполне удовлетворительным. Дриблинг (умение обводить противника) оказался на среднем уровне. А вот способность понимать игру и «видеть поле», умение отдать точный пас нужному игроку в нужное время у Павла почти полностью отсутствовали. Включили же Дроздова в команду за его феноменальную способность метко и очень сильно бить по воротам соперника из стандартных ситуаций. Иначе и быть не могло – «дворянин» Дроздов считался сильнейшим игроком в Выборгском районе по игре в «Железный зад», высочайшая оценка которой была дана богатырем Прохором Ковалевым. Павел в основном находился на скамейке запасных игроков и его привлекали, когда возникала необходимость пробить штрафной удар или пенальти, которые он успешно реализовывал. В итоге школьный тренер по футболу сказал Дроздову, что он вовсе не безнадежен и если будет упорно тренироваться, то вполне сможет вырасти до футболиста «средней руки». – Правильнее было бы сказать «средней ноги», но это мне не к чему, лучше заняться боксом и единоборствами – это намного полезнее, – подумал про себя перспективный спортсмен школы № 102.

Так как Павел после расставания со своей возлюбленной находился в состоянии длительной, перманентной печали, его верные друзья решили взбодрить его надежным и испытанным методом – с помощью фирменного виски «Три озера».

После занятий в субботу в конце ноября все втроем опять собрались в «штаб – квартире» Хайтова – в сарае его предприимчивого дяди. Принесли с собой пива и разнообразной закуски, а Леонид достал из тайника две полных бутылки самодельного виски и включил мощную электропечку, так как в сарае было довольно прохладно. Состоялся, как всегда, основательный обмен мнениями. Леонид, похоже, был в курсе всех интимных тайн, как школьников, так и преподавателей. В частности подтвердилась его догадка, что отказ сестры Павла от похода в театр с директором школы товарищем Ивановым может вызвать негативные последствия для Дроздова. Так и оказалось – Павел в табеле за восьмой класс получил оценку «4» по поведению – единственный из всего класса. Так что Дроздову вряд ли «светит» в текущем году поступление в ряды Ленинского комсомола. А вот Боба Коженкова уже можно поздравить – его третий заход в комсомол оказался успешным, не смотря на активное противодействие «шпал укладчицы» Бойцовой.

Леонид рассказал, что ему, как передовому комсомольцу, доверили в Выборгском райкоме ВЛКСМ сверять списки школьников, рекомендуемых для приема в ряды Ленинского комсомола.

Леонид скромненько и незаметно устроился за трибуной в кабинете Первого секретаря Выборгского райкома ВЛКСМ тов. Осипова и упорно работал над полученным заданием. Вдруг слышит хорошо знакомый голос Варвары Бойцовой, обращенный к Первому секретарю: «Я тут вычеркнула из списков Бориса Коженкова – известного морально разложившегося хулигана. А его, наверное, по ошибке, внесли в списки. Эту кандидатуру надо обязательно вычеркнуть. Таким как Коженков не место в рядах Ленинского комсомола».

Однако тов. Осипов заявил Варваре, что он лично вписал обратно Коженкова в списки потенциальных комсомольцев, так как его отец Роман Кириллович во – первых, недавно назначен заместителем начальника отделения милиции по микрорайону «Озерки», а во – вторых, мы все ему очень обязаны. И вполголоса удивленной Варваре разъяснил причину такого решения: «Ты, наверное, в курсе, что за 3 дня до недавно прошедших ноябрьских праздников из моего кабинета пропало знамя комсомольской организации по Выборгскому району. Нет нужды говорить о том, насколько серьезно было это происшествие. Например, воинская часть, утратившая свое боевое знамя, подлежит расформированию, а командиров этой части вполне могут отдать под суд военного трибунала. До очередных праздников Великого Октября оставалось всего несколько дней, а на демонстрацию надлежало выходить с развернутым знаменем Выборгского райкома ВЛКСМ. Я уже был готов скорее пустить себе пулю в лоб, чем испить полную чашу позора. Но умные люди мне посоветовали обратиться к лучшему сыщику Выборгского района, да что там района – Ленинграда, Коженкову Роману Кирилловичу конфиденциально, не предавая огласке это позорное происшествие. Я так и поступил. «Шерлок Холмс» Ленинградской милиции, всего через день задержал вора и вернул мне знамя, а с ним мою честь и жизнь. Вором оказался уволенный год назад мною работник райкома за пьянство и прогулы. И ты мне предлагаешь «отблагодарить» товарища Коженкова, отлучением его сына от ВЛКСМ по надуманной причине? А знаешь ли ты, что если бы знамя не было возвращено, всех работников нашего райкома уволили, и тебя, как недавно принятую к нам на работу, в том числе. Кроме того, мне стало известно, что вместо того, чтобы тактично объяснить молодому человеку, что такое древнее индийское искусство любви, ты отдубасила парня своими чугунными кулаками. А он ведь даже никому не пожаловался на твое свирепое рукоприкладство. Это, кстати тоже кое о чем говорит. Парень не из болтунов и не стал доносить на тебя в отместку, хотя многие, на его месте, именно так бы и сделали с чистой совестью».

– В общем, этот Осипов справедливо отчихвостил зарвавшуюся Варвару, так что Бобби можешь уже сверлить дырку на пиджаке под комсомольский значок. А тебе Павлик, придется еще походить с пионерским галстуком! – весело изрек Леонид. «Как повяжешь галстук – береги его, он ведь с красным знаменем цвета одного!» – остроумно подлил масла в огонь Борис, после чего все трое весело заржали, и громче всех Павел.

В общем, мальчишник и на этот раз удался на славу. Только персонажи поменялись ролями: теперь до отказа «нагрузился» Павел и шел на «автопилоте», а Борис его поддерживал в пути. Верный друг довел Павла до дверей его квартиры и передал в заботливые руки родителей.

На следующий воскресный день Дроздов проснулся как раз к обеду сильно проголодавшимся. Удивительно, что ни мать, ни отец не упрекнули своего сына за вчерашнее избыточное возлияние, так как понимали, что у него была серьезная причина для снятия стресса. Павлу же удалось перевернуть эту страницу своей жизни, и острая боль от потери своей любимой уступила место какой – то необъяснимой светлой грусти.

Жизнь постепенно вошла в свою колею. В эти годы в стране набирало силу авиастроение. А этому процессу сопутствовало развитие транспортных средств с винтомоторным движителем, а именно: аэросаней, аэрокатеров, и даже аэроавтомобилей. Так как Павел интересовался всякими техническими новинками, брал в библиотеках, а также покупал разнообразные технические журналы, то он довольно быстро выбрал несколько подходящих прототипов этой техники для изготовления действующего образца аэросаней.

Дроздов с увлечением занялся проектированием аэросаней собственной конструкции, не отказываясь, при этом, от уже ставшей привычной интенсивной физической подготовки. В результате успеваемость Павла заметно снизилась, с пятерок он уверенно перешел на четверки, а с четверок – на тройки. А по математике он не получил двойку в четверти только благодаря товарищеской помощи Боба Коженкова. Но зато проект аэросаней, аж в трех вариантах получился на славу, и его было не стыдно предъявить, кому бы то ни было. Брат Володя, увидев подробные чертежи трех различных типов аэросаней, пришел в буйный восторг, свойственный большинству шестиклассников, интересующихся техникой. А Борис Коженков, поглядев на чертежи аэросаней во всех проекциях и в аксонометрии с умным видом произнес: «Это полное фуфло!». Павел, хорошо зная своего друга, повеселел, так как понял, что проект реально получил положительную оценку. В этом сказывается психология Боба, ревнующего своего менее талантливого друга к любому, даже не столь значительному успеху. Самым важным было, конечно, мнение отца Павла, который долго и придирчиво разглядывал чертежи и описания аэросаней, часто переспрашивал и уточнял многие детали. В общем, Александр Матвеевич вел себя как председатель экспертно – приемочной комиссии, а в конце сказал: «Годится! Надо только составить смету и перечень необходимых материалов и комплектующих изделий. В первую очередь это касается двигателей. Без подходящих двигателей нет смысла даже и огород городить».

Понятно, что лучшим из известных специалистов по поставкам материалов и комплектующих изделий был Леонид Хайтов. Поэтому и его пришлось посвятить в курс дела и заказать поставку необходимых двигателей внутреннего сгорания (ДВС). Моторы от автомобилей явно не годились, так как они слишком тяжелы для проектируемых аэросаней. Лучше всего подходили так называемые «пускачи» – компактные двухактные двигатели для запуска дизельных моторов мощных тракторов. Двигатели от мотоциклов тоже вполне могли подойти, но их еще требовалось некоторым образом доработать для выполнения новой функции. В принципе подходил любой двухтактный ДВС с максимально высокой удельной мощностью двигателя. А такие «движки» на дороге не валялись. Дроздов рассказал Леониду, что он собирается построить аэросани в трех вариантах: легкие одноместные с мощностью ДВС от 5 до 8 л. с., двухместные с мощностью ДВС от 9 до 15 л. с., и трех – местные с мощностью ДВС от 18 л. с. и больше. Кроме того, на всех аэросанях планируется реализовать модульный принцип, то есть двигатели на всех трех типах аэросаней устанавливаются на съемных рамах, которые в летнее время можно легко и быстро установить на лодки с соответствующим водоизмещением.

– Таким образом, зимой ездим на аэросанях, а летом плаваем на лодках с аэродвижителем, – с энтузиазмом заявил Павел. А когда Дроздов показал Хайтову чертежи, тот пришел почти в такой же восторг, как и его младший брат. Леонид, как человек практического склада, сразу просек, что аэросани в зимнее время на окраине города это как раз то, что надо. И действительно, глубокий снег для аэросаней не помеха, места в м/р «Озерки» и тем более в примыкающему к нему Парголово более, чем достаточно. При этом городского транспорта в этих районах явно не хватает, милиции тоже можно не бояться, так как по глубокому снегу смелого парня она не догонит ни в коем случае, если тот будет на аэросанях. Как и следовало ожидать Леонида особенно вдохновила возможность с ветерком прокатить очередную даму сердца и интимно с ней пообщаться в романтической обстановке без ненужных свидетелей.

– Значит летом на лодке с аэродвижителем, а зимой на аэросанях. Класс! А можно аэросани сделать с подогревом? – заинтересованно спросил школьный «плейбой».

– Не вопрос, это как два пальца об асфальт, – компетентно ответил ему Дроздов. – Тогда Паша я полностью на твоей стороне и постараюсь достать движки побыстрее, – вдохновленно заявил «секс – символ» школы № 102 микрорайона «Озерки».

Павлу все же удалось заинтересовать своего друга Коженкова, как лучшего математика школы, расчетом оптимальных параметров пропеллеров для трех вариантов аэросаней. Уже наступил февраль 1930 года, а из обещанных трех ДВС Леонид Хайтов смог достать лишь двухтактный двигатель от американского легкого мотоцикла. Мотоцикл с мощностью двигателя 7,5 л. с. и рабочим объемом 210 куб. см попал в аварию и был полностью разбит, но его двигатель уцелел и был во вполне рабочем состоянии. Мотоцикл до аварии был новый, даже толком не обкатанный – 1927 года выпуска, но для езды уже не годился совершенно. Тем не менее, сам мотор без разбитой коробки передач был в хорошем состоянии, и Леонид продал его коллегам по «баснословно» низкой цене – всего за 120 рублей. Понятно, что профинансировал приобретение мотора из своей «заначки» отец Павла – Александр Матвеевич. Именно для этого двигателя Боб сделал предварительные расчеты параметров деревянного винта. Винт, длиной 84 см, предполагалось изготовить из прочного березового бруска, который насаживался и закреплялся непосредственно на хвостовике коленчатого вала этого ДВС.

Друзья сразу после школы пришли на квартиру Дроздовых, чтобы там в спокойной обстановке обсудить конкретные вопросы по изготовлению одноместных, легких аэросаней под мотор от разбитого мотоцикла. В квартиру зашли бесшумно, чтобы не беспокоить домочадцев. Сняли верхнюю одежду, надели домашние тапочки, и Дроздов тихо подошел к полураскрытой двери, ведущей на кухню, чтобы поприветствовать свою маму и ее гостью, разговаривающую в пол голоса. Что – то Павла, однако, остановило, и он стал внимательно прислушиваться к секретному разговору, хотя это и считается предосудительным. Так как оба друга никогда не были чистоплюями они стали внимательно прислушиваться к тихому разговору.

Павел по голосу узнал гостью. Эта женщина была врачом – гинекологом из местной поликлиники, договорившейся с матерью Павла, чтобы она подтянула ее двоих сыновей по русскому языку и литературе. Но разговор у нее сейчас велся на уже иную тему. – Понимаешь Таня, – так обратилась женщина – врач к матери Павла, – приходит ко мне на прием мадам Соколова и за руку заводит в мой кабинет свою 14-летнюю дочь. А затем говорит, что у Анечки почему – то уже третий месяц нет месячных. Ну, я ее осмотрела и говорю маме Анны на ухо, что ее дочь на третьем месяце беременности. Соколова от неожиданности всплеснула руками, а затем заорала на меня благим матом, что я ничего не смыслю в медицине. Это я то, с моим 20-летним опытом. Между прочим, я эту даму вылечила ранее от тяжелого гинекологического заболевания, и она после родила двух здоровых пацанов. Мадам Соколова потом все же немного пришла в себя, и мы вдвоем стали допрашивать Аню, как и с кем это у нее произошло. И Аня в слезах сказала, что со своим партнером они это делали много раз, но никогда не ложились – всегда стоя и «не по настоящему» – ну вы понимаете, что она имела в виду. Да, это называется в медицине поверхностный половой акт. С нынешними школьниками это и не такое уж редкое явление, только не с такими осложнениями. Аня и ее партнер были убеждены, что половой акт «понарошку» и стоя это 100 % гарантия безопасности от нежелательных последствий. А вот рассказать что – либо про своего партнера Анна отказалась наотрез. Мы ее много раз и уговаривали и угрожали. А она уперлась «рогом» и говорит, что никогда не предаст и не выдаст своего друга, даже если ее будут пытать. А у этой девочки, между прочим, непростые семейные обстоятельства. Дело в том, что ее папа придерживается очень строгих правил, и самое главное, что он является освобожденным председателем профкома на заводе «Красная заря». А это третья фигура по значимости после директора и секретаря парткома завода. Но должность это выборная, и если заводской коллектив узнает, что у их профсоюзного босса родная дочь морально разложилась, и что ей пришлось сделать аборт в 14 лет, то можно не сомневаться в том, что ее папу быстро освободят от престижной и высокооплачиваемой должности. И придется товарищу Соколову Владиславу Евгеньевичу занимать свое рабочее место у токарного станка или вообще увольняться с завода и идти на биржу труда. Поэтому то, что произошло с его дочерью, мы ничего Владиславу не сказали, чтобы поберечь его нервы и психику. Так что Таня, я тебе открыла не только врачебную тайну, но и нечто большее, – завершила свой монолог гостья матери Павла

– Ну а как у этой девочки прошла операция? А в милицию вы не сообщали? – спросила Татьяна Ивановна свою подругу.

– В милицию мы конечно сообщать не стали по понятным причинам. А медицинский аборт в стационарных условиях прошел у девочки весьма успешно, без каких – либо осложнений. Я это тщательно проверила лично и могу гарантировать, что на ее здоровье это не должно отразиться, если не принимать во внимание морально – нравственный аспект. Девочку мы больше не стали выпытывать и успокоили ее как могли.

Да, чуть не забыла тебе сказать вот еще что. Помнишь, я тебе рассказывала, что 2 года назад в окно моего кабинета был произведен выстрел, и пуля пробила в окне 2 стекла. Но сама пуля так и не была найдена. Впрочем, ее всерьез и не искали. А в милиции заявили, что это, возможно, был выстрел из рогатки местными хулиганами – подростками, которых в м/р «Озерки» хоть отбавляй, хотя выстрел из ружья или пистолета я слышала отлично. Понятно, что милиции просто хотелось побыстрее закрыть это дело, так как никакого криминала, если не считать таковым подростковое хулиганство, здесь не просматривалось.

И вот эта самая пуля была найдена недавно и именно в тот день, когда мадам Соколова привела ко мне в кабинет свою дочь Аню. Пуля, оказывается, пробив несколько медицинских карт, застряла именно в карте Соколовой Анны, когда я стала ее вынимать из стопы других медицинских карт.

– Прямо мистика какая – то. В милицию об этом я сообщать не стала, так как это дело прошлое, а привлекать ненужное внимание органов к Соколовым мне не хотелось, – завершила свой захватывающий рассказ врач – гинеколог, который был внимательно выслушан обоими парнями. Понятно, что получив такую информацию, оба друга ретировались из квартиры Павла быстрее и тише, чем японские ниндзя.

– Нет, ты понял, кто тут заварил эту кашу и чьих рук это дело? – возбужденно спросил Павел своего друга.

– Паша, эта задачка для слабоумного первоклассника, а не для такого интеллектуала как я. Даже ежику понятно, что это дело рук, да и не только рук, нашего партнера и, по совместительству, главного «сексуального гангстера» школы № 102, – ответил Коженков. После этих слов оба друга так громко заржали, что впереди идущая бабуля вздрогнула и сердито их обругала нецензурными словами.

Было, однако, ясно, что эта информация должна быть срочно доведена до Леонида Хайтова, так как утаивать ее от их друга и компаньона было бы, не по – мужски и не по – товарищески. А лучше всего и основательнее это можно и нужно сделать в Ленькином «доме конференций», т. е. в сарае его дядюшки. Ну и заодно можно обсудить все остальные текущие вопросы.

Уговорить Леонида о проведении очередной «конференции» не составило труда, так как такие мероприятия были полезны и интересны для него в неменьшей степени, чем для Дроздова и Коженкова.

В субботу 7 февраля, сразу после занятий друзья собрались в «конференц – зале» – т. е. в сарае дяди Леонида, притащив с собой разнообразную закуску и пиво. Единомышленники зашли в уютный закуток сарая, где Леонид сразу включил два трамвайных электрообогревателя для создания комфортных условий. Выпили по бутылочки пива с воблой, обсудив школьные новости. Затем, когда Леонид с торжественным видом вытащил 2 бутылки своего «фирменного виски «Три озера» приступили к основной повестке дня.

Во – первых, легкие одноместные аэросани предполагалось «довести до ума» недели через две. Все необходимые комплектующие узлы и материалы для этого имеются.

Во – вторых, организация и проведение праздника 8 марта. Для этой цели запланирована героическая театрализованная постановка с поимкой иностранного шпиона. Роль шпиона будет исполнять естественно Николай Змитриченко (у него подходящая фактура для этого злодея). А задерживать шпиона будут «чекисты» Коженков и Дроздов.

– Роль наивного и преданного своей социалистической Родине выдающегося ученого – изобретателя супер оружия для защиты нашей Родины по фамилии Хайтовский буду исполнить я, – с деланной скромностью заявил Хайтов.

– Нужна еще невинная жертва иностранного шпиона, который будет ее пытать, но она ничего ему не скажет и это должна быть обязательно симпатичная и артистичная девочка, а спасет ее кто – либо из чекистов, – глубокомысленно высказал свое мнение Дроздов.

– Класс! Мы согласны с твоим предложением! Вот ты и спасешь! – весело подтвердили Боб и Леонид.

Пирожные, мороженое и лимонад по цене производителя Хайтов достанет в нужное время с помощью своего авторитетного дяди. А вот цветочки для поздравления девочек и преподавательниц их класса Леонид обязуется доставить с ближайшего кладбища и городского крематория (предварительная договоренность с местными «проводниками в царство Аида» у Леонида уже имеется). Для этой благородной цели надлежит загодя собрать всего по 5 рублей с каждого парня их 9в класса (за исключением, естественно, присутствующих организаторов). В-третьих, проведение дня здоровья, т. е. лыжной прогулки всем классом с применением легких аэросаней ориентировочно до середины марта.

– А эти аэросани потянут несколько человек на лыжах? – заинтересованно спросил Леонид.

– Думаю, при хорошем скольжении лыж двух, или даже трех человек потянут без вопросов. Важно чтобы буксирный конец под винт не попал, – компетентно ответил Павел.

– Парни, у вас я вижу, есть что – то еще по повестке дня. Так? Излагайте не стесняясь, – спросил Леонид.

– Боб, излагай сам, раз ты постоянно заявляешь, что ты у нас самый умный, – заявил Павел.

– Нет, ты Пашенька излагай: во – первых, эту информацию мы почерпнули на твоей территории, а во – вторых, ты у нас главный Цицерон, – обоснованно возразил Борис.

– Ладно, уговорил. Не будем теребить Муму, и ходить вокруг, да около. Помнишь, Леня свой снайперский выстрел в окно гинекологического кабинета в нашей районной поликлинике? – спросил Павел у Хайтова.

– Паша, не сыпь мне соль на рану, она и так болит. Эта подлая ворона, когда я в нее прицелился и чиркнул коробком по запалу, повернула ко мне морду клювом вперед, а потом и сама повернулась в фас. После этого поражаемая площадь у нее сразу уменьшилась раз в десять. Тут и Боб, и ты бы промазали – это однозначно. Ну а пулька – она же дура, вот она и попала в гинекологию.

– Это ты Леня попал в гинекологию, – поправил его Боб Коженков.

– В общем, пуля – дура, пробив оба стекла в кабинете, попала в медицинскую карту одной особы. Отгадай с трех раз, чья это была карта? – задал вопрос Дроздов.

– Фокина Наталья, которая была в тот вечер со мной?

– Мимо, и близко нет.

– Партайгеноссе по комсомолу – мамзель Бойцова?

– Снова в молоко. Давай последнюю попытку снайпер по женскому полу, – произнес Павел, без особой надежды на догадливость Леонида.

– Аня! Аня Соколова! – воскликнул утвердительно Леонид, быстро опрокинув в себя полстакана «виски».

– Точно, в десятку! Пулька застряла в медицинской карте Анны. Тогда ее нигде не могли найти. А представляешь, примерно месяц назад мадам Соколова приводит Анну к гинекологу, та ее внимательно осматривает, а затем на ухо старшей Соколовой говорит, что Аня…?

– Беременна! – хрипло восклицает побледневший Леонид, вливая в себя без закуски полный стакан «вискаря».

– Есть, снова в десятку, да ты настоящий ворошиловский стрелок – супер снайпер по женскому полу! – одновременно воскликнули Дроздов и Коженков.

Дроздов затем внятно рассказал Леониду, что у них с Коженковым появилась эта сугубо конфиденциальная информация в результате случайно услышанного разговора врача – гинеколога с матерью Павла. Отметил также, что медицинский аборт прошел, по словам доктора, весьма успешно и без ущерба для здоровья Анны.

– Должен также сказать тебе, что когда у Анны стали упорно допытывать, кто тот таинственный партнер, с которым у нее были любовные отношения, так она ушла в полный отказ. Сказала, что никогда не предаст своего друга даже под пыткой, – успокоил Леонида Дроздов.

– Да она молчала, молчит, и будет молчать как героиня – партизанка в белогвардейской контрразведке, – добавил Коженков, увидев, что Леонид еще раз наполнил и собирается опрокинуть в себя последний полный стакан «виски».

– Э! Реже Леня, оставь нам немного этого бодрящего напитка, не забывай про нас и закуси как следует, – сказал Павел, вовремя остановив Леонида и разлив остатки «виски» на 3 стакана поровну.

– Леня! Тебе не кажется, что этот романтический сюжет напоминает русскую народную сказку про «Царевну лягушку»? – спросил по – доброму Боб Коженков.

– Еще как напоминает. Но я дальше постараюсь действовать более разумно, чем Иванушка – дурачок, так как лимит на глупость я уже явно исчерпал. А у Ани я обязательно попрошу прощения, не вдаваясь в подробности, о которых вы мне сказали.

Друзья выпили оставшееся спиртное с подходящим тостом «за дружбу и любовь», доели полностью всю закуску и Павел с Бобом проводили до дому изрядно захмелевшего Леонида Хайтова.

– Мы на «автопилоте» ходим по очереди, сейчас как раз Ленькина очередь, обратили внимание? – утвердительно произнес Дроздов.

– Спасибо вам парни за важную информацию, вы поступили как настоящие друзья! – с благодарностью произнес Леонид, с трудом открывая несколькими ключами двери своей квартиры. Оба друга постояли немного у двери «плейбоя» прислушиваясь. Так как два женских голоса (это были мать и старшая сестра Леонида) ругали провинившегося не очень сильно, то было ясно, что инцидент можно считать исчерпанным. С хорошим чувством выполненного долга и слегка «навеселе» друзья разошлись по домам.

Начиная со следующего дня, сразу после школы Борис с Павлом и его младшим братом Владимиром плотно занимались изготовлением аэросаней. Работа увлекла Боба. Он довольно грамотно изготовил воздушный винт из бруска мелкослойной березы – той, что является основным сырьем для изготовления прикладов для стрелкового оружия. Винт получился неплохо сбалансированным, был тщательно отшлифован и покрыт влагостойким лаком. Корпус аэросаней открытого типа, имеющего в плане сверху вид равнобедренного треугольника, был также изготовлен из прочных березовых брусков, скрепленных по углам с помощью фанерных книц (косынок).

Аэросани были поставлены на три широкие лыжи. Первая, подпружиненная поворотная лыжа, была самой короткой и легко управлялась установленным велосипедным рулем.

Две задние лыжи, более длинные, были поставлены параллельно друг другу, и на них приходилось около 80 % веса аэросаней вместе с водителем. Скорость вращения воздушного винта регулировалась рукояткой «газа», от которой отходил гибкий боуденовский трос. Этот трос был связан с дроссельной заслонкой карбюратора ДВС.

Самым сложным оказалось изготовление пускового устройства с выдвижным храповым механизмом. Но здесь профессионально помог отец Павла, умеющий работать на любом станке.

Для него изготовление такого механизма не было столь уж сложной задачей. Для обеспечения безопасности сделали ограждение воздушного винта с помощью дуг безопасности и стальной, крупноячеистой сетки.

Наконец в первых числах марта были проведены ходовые испытания этой одноместной самоделки. Так называемая «тяга на швартовых», развиваемая воздушным винтом, достигала 30 кгс. Хотя тяга была несколько меньше расчетных значений по укатанному снегу аэросани развивали вполне приличную скорость – до 50 км/час, а по снежной целине – всего лишь 14 км/час. Однако когда на лыжи аэросаней установили широкие полосы дефицитной нержавеющей стали толщиной 1 мм, скорость возросла более, чем на 25 %.

Леонид Хайтов доработал сценарий спектакля и обсудил его с Дроздовым и Коженковым. При обсуждении кого назначить на роль героической девочки, являющейся по сценарию дочерью выдающегося советского ученого Хайтовского, Павел и Леонид одновременно пришли к выводу, что это может быть только Анна Соколова. С трудом удалось уговорить на роль «шпиона» Николая Змитриченко и то с помощью Софочки Пудель, продвигающую своего возлюбленного, где только можно. Вторым узким местом была роль «дочери выдающегося ученого», то есть Анны Соколовой. Но ее, как раз, уговаривать и не пришлось. Роль патриотки и комсомолки ее очень устраивала, особенно в компании и под руководством такого талантливого режиссера как Леонид Хайтов. То, что она до сих пор влюблена в «плейбоя» было видно невооруженным глазом даже близорукому первокласснику. Времени на подготовку качественного спектакля было не достаточно, хотя несколько репетиций все же провести удалось. Лучшим артистом оказался Павел Дроздов, склонный к творческой импровизации.

Неожиданно и очень хорошо проявил себя в роли матерого шпиона Николай Змитриченко, которого по сценарию должен раскрыть и изобличить Коженков. А Дроздов, в свою очередь, должен в одиночку скрутить и арестовать матерого врага.

На репетициях Змитриченко, отбросив прежние обиды, охотно изображал безуспешно сопротивляющегося врага народа, но терпящего неизбежное поражение в единоборстве с мужественным советским чекистом. А Павел на этом фоне выглядел неким былинным богатырем, легко справляющемся даже с самым сильным и опасным противником.

8 марта 1930 года был днем подлинного триумфа лучшего сценариста и режиссера школы № 102 микрорайона «Озерки» Леонида Хайтова, которому позавидовал бы сам Немирович – Данченко.

Во – первых, цветы, подаренные всем девочкам 9в класса и учительницам, были великолепны. Вся школа удивлялась тому, как даже такой «доставала» как Леонид Хайтов умудрился заполучить большое количество шикарных букетов в условиях СССР да еще накануне любимого праздника Клары Цеткин и Розы Люксембург? Тут ответ один – это большой талант.

Во – вторых, праздничный банкет был великолепен: пирожные, мороженое нескольких видов и вкуснейший лимонад, который был выпит всеми девочками их класса «на ура». А Софочка Пудель, выпившая лимонада больше всех и просившая налить ей еще чашечку «лимонада», стала громко читать стихи запрещенного поэта Сергея Есенина, что было небезопасно в то время. И только инициативная тройка парней знала, что креативный Леонид щедро разбавил лимонад своим бесподобным «виски», доведя крепость фирменного «лимонада» до 7 % (это соответствует крепким сортам пива).

В-третьих, «гвоздь сезона» – патриотический спектакль, на который были приглашены журналисты, писатели, работники районо, театральные критики и высокопоставленные гости из райкомов комсомола и ВКП(б). Большой актовый зал школы был набит зрителями «под завязку» – яблоку негде было упасть.

Сценарий и игра актеров впечатлили всех зрителей. Матерым, глубоко законспирированным иностранным шпионом оказался безобидный с виду увалень – заведующий домом культуры, гуманист и общественник – типичный «ботаник» из тех, кто и «мухи не обидит».

А изобличили опасного врага советские чекисты, и то не сразу. Шпион, пользуясь наивностью выдающегося советского ученого Хайтовского, сумел пробраться в квартиру профессора с целью похищения чертежей сверхмощного оружия.

Однако в квартире Хайтовского шпиона поджидала неудача – он никак в течение нескольких часов не мог найти замаскированный сейф с чертежами супероружия, хотя облазил все места в квартире. Но тут ему очень повезло – в квартиру неожиданно зашла ничего не подозревающая дочь выдающегося ученого Анна, которую он стал долго уговаривать, пытался подкупить большими деньгами, золотом и бриллиантами. Однако, не добившись ничего, приступил к зверским пыткам, для чего включил утюг и собирался прострелить ей колени.

Но герой – чекист, которого играл Павел, успел войти вовремя, когда шпион уже занес горячий утюг над красивым лицом Анны.

– Руки вверх гад! – громко выкрикнул Павел, наведя свой наган на шпиона. По сценарию шпион должен был вытянуть руку со своим пистолетом так, чтобы Павлу было удобно выбить оружие ногой. На репетициях это происходило безукоризненно. Но здесь Змитриченко поступил так, как и должен был бы поступить в действительности опытный враг, пистолет был, молниеносно вскинут и плотно прижат к боку – так, что обезоружить противника в таком положении ударом ноги было очень тяжело. Но Павлу эта нелегкая задача удалась – он выбил – таки ногой оружие у своего врага. Однако, при этом, он на какую – то долю секунды потерял равновесие и «раскрылся», как говорят в боксе. Наказание за это последовало мгновенно – Змитриченко резко ударил левой рукой в открытую челюсть Павла, и доблестный чекист, получив классический нокаут, эффектно рухнул на пол.

Однако победа у шпиона была еще не окончательной – из – за портьеры выскочил и вступил в единоборство с сильным врагом второй чекист – Коженков. Но он не смог устоять против мощнейших ударов чугунных кулаков матерого шпиона и одной минуты и тоже рухнул на пол, опрокинув торшер и обеденный стол.

Тут послышалось стариковское покашливание, и в комнату на шум борьбы вошел так же внезапно пришедший к себе домой профессор Хайтовский. – Что за шум, а драки нет? Или она все же есть? Что здесь вообще происходит товарищи? – только он успел спросить, приложив старомодное пенсне к своим подслеповатым глазам, как тут же был схвачен шпионом за горло.

– Тамбовский волк тебе товарищ! Быстро открывай сейф старый козел, а то придушу тебя здесь как Отелло Дездемону! – хрипло выкрикнул с перекошенным от злобы лицом Змитриченко.

Однако тут совершенно неожиданно в борьбу вступила «дочь профессора» Анна, которой удалось освободиться от веревок. Подскочив к опасному противнику сзади, она вцепилась обеими руками в его пышную шевелюру. Змитриченко, взревев как бык, стал мотать Анну по сцене. Но долго не мог ее сбросить с себя, так как она вцепилась во врага как клещ. Тем временем Павел уже полностью пришел в себя после полученного нокаута и ожидал удобного момента для нападения на «шпиона». И этот момент настал. Змитриченко, схватив Анну за ворот ее платья, рванул его изо всей силы. Модное, отлично седевшее на «дочери профессора» платье, с треском разорвалось пополам, явив восторженной публики великолепную фигуру Соколовой, облаченной лишь в кружевные трусики и бюстгальтер. Змитриченко подскочил к Анне, и, пригнув ее к полу, низко нагнувшись, собирался нанести бедной девочке мощный удар в лицо. Но ударить не успел, так как Павел, будучи «мастером по пробиванию штрафных ударов», с разбегу дал сильнейший пендель по толстой заднице «шпиона».

От этого удара Змитриченко плюхнулся лицом в пол, едва успев подставить руку. Однако, мгновенно вскочив, Змитриченко обрушил на своего противника град тяжелых ударов.

– Лупит как паровым молотом, где только он успел так научиться? – подумал Павел, с трудом отбиваясь от разъяренного «шпиона». Пришлось Павлу пойти на хитрость, изобразив, что от полученных ударов он находится в полуобморочном состоянии. А когда его противник пошел «на добивание», неосмотрительно выставив вперед левую ногу, Павел четко провел боковую подсечку его левой ноги – свой коронный прием. Как только Змитриченко внезапно грохнулся на пол и раскрылся, «чекист» Дроздов нанес ему сильнейший нокаутирующий удар без каких – либо церемоний.

– Сволочь, негодяй! Не смей скотина бить Коленьку! – раздался из зала истошный вопль нетрезвой Софочки Пудель. Но зал, напротив, был очень рад, что опасный враг народа был обезврежен. Общими усилиями «чекистов», «профессора» и его «дочери» матерый шпион был крепко связан. Переполненный зал долго рукоплескал, раздавались восторженные возгласы и крики «браво». Успех превзошел все ожидания. Особенно впечатлены были «мастера пера» – писатель и несколько журналистов.

А двое театральных критиков, от которых доброго слова никогда не услышишь, тут прямо заявили: «Каков эффект присутствия и проникновения в образы! Какой сценарий! А какие яркие и достоверные сцены борьбы! Да тут сам великий Станиславский воскликнул бы: «Верю!».

В общем, все артисты пожинали лавры и особенно «профессор Хайтовский» со своей любимой «дочерью Анной», на которую он нежно и с любовью накинул свой профессорский сюртук, не столько от холода, сколько от того, что полураздетая Аня выглядела уж слишком эротично. А это не входило в утвержденный сценарий спектакля, который и так был полностью переделан психанувшим Змитриченко.

Когда почти все зрители и гости разошлись к Дроздову подошел директор школы и неожиданно стал пожимать ему руку и благодарить.

– За что Василий Григорьевич? – искренне удивился Павел.

– За то, что ты предотвратил массовую драку. Если бы ты не одолел Змитриченко, то на него, как на «шпиона» ринулись бы школьники – патриоты – а это в основном «хорошисты» – не самая многочисленная группа учеников. В этом случае на защиту «своего парня» тут бы выступило большинство «троечников» и «двоечников». Они, скорее всего, наваляли бы группе «хорошистов» и «отличников», а так же заодно и всем гостям. Масла в этот огонь подлила еще Софья Пудель, рвавшаяся на помощь второгоднику Змитриченко. Она, как дикая кошка, одному десятикласснику расцарапала щеку, а другому прокусила руку. Ее с трудом удалось успокоить. То, что может произойти жестокая, массовая драка понимали все учителя и большинство школьников. А вот из прибывших гостей, похоже, никто и не подумал, какой серьезной опасности удалось избежать. – И это все благодаря Вам Павел! – пояснил свою благодарность директор Иванов.

– Да не за что меня благодарить, Василий Григорьевич. Я просто не мог допустить, чтобы «шпион» победил, – смущенно ответил Павел.

– А что это Змитриченко вдруг «закусил удила»?

– Да это, Василий Григорьевич, обычный «эксцесс исполнителя», как говорят за границей. Просто Николай глубоко затаил обиду на меня, полученную около года назад. Только решил «поквитаться» с размахом и не только со мной. Вот и «слетел с катушек».

День здоровья был проведен в рамках всего 9в класса в ближайшее воскресенье и также прошел «на ура». Погода была слабо морозная, идеальная для коллективной лыжной прогулки. К аэросаням прицепили обычные большие санки с поклажей и запасом горючего в двух десятилитровых канистрах. На аэросанях катались по очереди всем классом, так как особых навыков в управлении этот технический «шедевр» не требовал. По накатанной лыжне аэросани легко тащили за собой двух и даже трех человек на лыжах с вполне приличной скоростью около 15 км в час, что было очень занятно и весело. Потом развели большой костер и устроили обеденный перерыв с бутербродами, горячим чаем, вином и грогом, приготовленным Леонидом Хайтовым на основе его легендарного виски «Три озера». После такой трапезы настроение одноклассников еще более улучшилось и слегка охмелевшие школьники устроили песнопения и танцы под гитару и граммофон. Дроздов вполне прилично перетанцевал со многими девочками своего класса. Особенно хорошо ему удавался моднейший танец «Чарльзтон», которому его профессионально обучила его потерянная любовь Раиса Ахмадеева. Боб Коженков все время танцевал со своей ненаглядной пассией – Валентиной Баданиной.

Между делом «режиссер» Хайтов все же спросил Николая Змитриченко, с какой это стати он пошел на такое опасное изменение сценария спектакля?

– Не вижу никакой опасности, наоборот, все получилось очень натурально, – не очень уверенно ответил Змитриченко.

– Коля, ты что, не «въехал», что наш спектакль из – за твоей самодеятельности мог закончиться грандиозной дракой, в которой победили бы сторонники «шпиона» – вот это был бы номер!

– А я бы просто «застрелился» из стартового пистолета, понятно, что не по настоящему, а «понарошку». Еще бы и выкрикнул чего – нибудь на прощание, типа: «Гады, я вас всех ненавижу, я умру сегодня, а вы – проклятые большевики, умрете завтра, придут наши – всех вас перевешают на фонарных столбах».

– Но это явный перебор. А за «проклятых большевиков» и «фонарные столбы» тебе бы могли вклеить по самые помидоры от партии и ленинского комсомола, – резонно возразил Леонид Хайтов.

– Извини, я об этом не подумал, напрасно я погорячился, был неправ, сознаю. Но ведь все обошлось, а журналисты, культурологи, и остальные гости были вообще в восторге.

– Ладно, проехали. All is well, that ends well, – закончил свою мысль по – английски Леонид.

– Все хорошо, что хорошо кончается, – перевел эрудированный Дроздов.

Веселье было в самом разгаре, когда лучший лыжник в их школе Николай Носов, по прозвищу «Нюх» заметил, что уже пришло время повысить градус. А для этой цели послать гонца за бутылками винца.

– Ты Нюх совсем потерял нюх, кое – кто об этом позаботился заранее, – назидательно ответил Леонид, вынимая из своего рюкзака здоровенный кусок сала, две буханки хлеба и 4 бутылки своего фирменного «виски». «День здоровья», получив мощное материальное подкрепление, продолжился с новой силой. По требованию одноклассников Леониду Хайтову пришлось профессионально и очень эротично исполнить аргентинское танго с красавицей Баданиной, а потом и со своей возлюбленной Аней Соколовой. Веселье, песни и танцы продолжались то тех пор, пока заходящее солнце не коснулось вершин деревьев.

Домой потянулись, когда стало уже смеркаться. Аэросани, дожигая последние литры горючего, с натугой тащили наиболее уставших лыжниц. Но, тем не менее, все присутствовавшие на «дне здоровья» были в восторге. А трое друзей: Леонид, Павел и Борис еще раз подтвердили свою креативность и укрепили свой авторитет перед одноклассниками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Церковь Пресвятой Троицы была построена в 1904 году по проекту архитектора А. С. Тихонова в память коронации Николая Второго и императрицы Александры Федоровны. В 1938 году храм был закрыт и приспособлен под склад. С 1962 года здание церкви было передано баптистам и в настоящее время там располагается церковь «Евангельских христиан баптистов». Эта церковь находится по адресу: Санкт – Петербург, ул. Большая Озерная, д.27

Вернуться

2

Раков в Суздальских озерах вылавливали даже в 60-е годы прошлого столетия, а во всех трех озерах можно было свободно купаться, без риска подхватить какую – либо заразу. В 30-е годы экологическая ситуация была еще лучше, многих непродуманных застроек и коррупционных захватов прибрежных участков еще не было и в помине, а микрорайон «Озерки» в то время весь утопал в зелени

Вернуться

3

Следует отметить, что роман Жюль Верна «Таинственный остров» стал настольной книгой – инструкцией по изготовлению взрывчатых веществ для многих поколений российских революционеров – бомбистов, от народовольцев до эсеров, анархистов, и даже членов ВКП(б).

Вернуться

4

Технология изготовления самострела (поджиги) наглядно показана в культовом фильме Алексея Балабанова «Брат‑2», где Данила Багров (русский «Робин Гуд») технически достоверно изготавливает это народное средство для защиты попранной справедливости и правды в самой «цитадели» демократии

Вернуться

5

Открытый склад металлолома до сих пор функционирует на железнодорожной станции Кушелевка в Санкт – Петербурге где и в советские годы и даже сейчас технически сведущий человек может немного порыться в кучах металлолома и подобрать себе совершенно бесплатно кое – какие железки для хозяйственных нужд

Вернуться