De Zeus
Оптимум, или Относительный критерий

“ Для изучения личности человека в действии необходимо хорошо понимать, что структура этой личности определена не только его прошлым: индивидуальным опытом, результатом жизни в данных социальных и биологических условиях, – но и будущим. Это значит, что личность человека определена также и тем, к чему он стремится, какие задачи может и хочет ставить перед собой. Личность человека – это система, предназначенная к решению будущих задач; и глубоко ошибается тот психолог, который хотел бы её понять только на основании её прошлого. В этом состоит, между прочим, заблуждение, как психоанализа Фрейда, так и бихевиоризма всех оттенков…”.

К. Обуховский "Психология влечений человека".

Предисловие

Сюжет книги полностью вымышлен. Искать соответствия и подобия не есть правильный путь для понимания сугубо субъективного воображения автора.

Главный герой моей книги – гермафродит по имени Наони. Имя сложено из личных местоимений третьего лица – он, она, оно, они. Именно о пробуждении третьего лица человека пытается рассказать эта книга на примере гермафродита. Главный герой выпадает из привычных форматов своей нормальной жизни и постепенно оказывается в какой-то другой, невидимой обыденным взглядом, действительности.

Читателя ожидают непредсказуемые экстремальные события, новые знакомства, совершенно непривычные точки зрения и разнополярность происхождения мнений. Политические деятели, служители церкви, королевские особы, преступники, учёные, публичные люди – все эти персонажи принимают участие в пробуждении личности человека.

Сюжетная линия включает в себя описание взаимоотношений полов, философские монологи, диалоги на совершенно непредсказуемые темы, мистические элементы фентези, элементы драмы и, конечно же,“экшн”, куда же без него. В книге затронута тема психологии, немного политики, религии, науки и истории, но главной остаётся загадка человеческого сознания. Место и время события умышленно не уточняется, но речь идёт о нашей с Вами современности. Гермафродит Наони обнаруживает свою иную форму существования, и все дальнейшие события в книге способствуют развитию именно этой проблематики. Идея сюжета основана на изучении структуры личности человека в действии. Так сказать, наши с Вами мотивы и влечения.

От себя добавлю. Заранее приношу свои извинения, если в тексте обнаружатся ошибки. Проверка текста и редактирование проводились «вручную» и самим автором. После прочтенияя книги читатель сам поймёт почему. И последнее. Как автор, я затрудняюсь определить жанр своей книги. Пусть это сделает сам читатель.

Часть 1. Наони

Глава 1

Она открыла глаза и о чём-то задумалась. Несколько секунд Наони возвращалась в реальность дня. Думая о чём-то важном, она медленно носом набрала полную грудь воздуха и, закрыв глаза, прогнулась, изгибая шею и спину, и вытягивая руки, лёжа на постели. Нежась в белоснежных простынях, пододеяльнике и подушках, в пеньюаре персикового цвета милое создание разбудило мужчину, который улыбнувшись с закрытыми глазами, попытался обнять её. Создание выскользнуло из бурлящей пены постели, окончательно сбросив бардовое покрывало, и так сползавшее с края большой кровати и, подойдя к бардовым занавесям, приоткрыло их, открывая окно.

– Ещё так рано, Наони, – сказал мужчина.

– Не хочу пропустить рассвет, – сказала она.

– И откуда у тебя столько энергии!

Она стояла у окна, вдыхая свежий воздух. Высокая, с хорошо развитой фигурой и прекрасными пропорциями, с восходом солнца распрямляясь и как бы пробуждаясь, Наони впитывала энергию светила. Миниатюрный пеньюар подчёркивал длину её ног, а короткая стрижка позволяла рассмотреть в первых лучах солнца задумчивое выражение её лица. Сейчас это был портрет в профиль. Она была похожа на царицу Нефертити, на ту, которую мы себе представляем перед мысленным взором. Лебединая шея, бронзовая кожа, аристократические черты лица, длинные пальцы и не очень тонкие щиколотки. Освещение играло свою партию. Портрет голограмма ещё передавал и плавное, глубокое дыхание и размеренное движение век. Наони смотрела на Атона, как Нефертити на Эхнатона, но мысли их были не здесь. ”В стремительном полёте стрелы есть момент отсутствия и движения, и остановки…”

Ещё один глоток свежего воздуха и Наони медленно вышла из спальни, пройдя в соседнюю комнату, прекрасно обставленную в классическом стиле деревянной мебелью цвета морёного дуба и тёмной вишни. Ей вообще нравилась его квартира с дорогой обстановкой, и особенно тем, что окна спальни выходили на восток и вид из них позволял улицезреть горизонт.

В ванной комнате с большими зеркалами и в мраморе, с умывальным столиком из натурального камня, Наони привела себя в порядок. Переодевшись в кабинете в платье цвета графит, с воротничком, большими пуговицами, длинным рукавом и аккуратными погончиками, надев облегающие кожаные сапожки на высоком широком каблуке и накинув короткое лёгкое меховое манто, Наони вернулась в спальню и, присев на краюшек постели, нежно погладила лицо мужчины. Он проснулся, взял её руку, поцеловал и прижал к своей щеке.

– Ты много значишь для меня, ты же знаешь! – сказал Жан.

– Да, милый – улыбаясь, ответила Наони.

– Сейчас ты нужна мне более, чем когда-либо. Помни об этом, когда строишь свои планы, – выбираясь из неги и присаживаясь рядом, сказал мужчина.

– Всё будет хорошо. У тебя сегодня тяжёлый день. Думай, как победить дракона. Я всегда рядом. Ты мой план, – нежно целуя Жана в губы, прошелестела Наони.

Он поцеловал её руку и она, выходя из квартиры, накинула шляпку с не очень длинными полями.

Утро было по-весеннему прохладным, солнце ещё не успело согреть начало этого дня. Через полчаса на своём авто Наони приехала домой. Поднявшись на последний этаж красивого дома в центре старого города, войдя в свои апартаменты, она аккуратно сняла всю одежду, отправив её в надлежащие места, налила большой стакан воды, достала из холодильника несколько кубиков льда и лимон. Выдавив две половинки лимона в стакан с водой и льдом, Наони открыла окно и, наблюдая за движением солнца, медленно выпила содержимое. Её задумчивое состояние продолжало отражаться во всём, в настроении, в манере поведения, даже в движении глаз не было никакого ” полёта стрелы”.

Обернувшись, она окинула взглядом свою квартиру студию. Она любила это пространство, здесь всё было открыто её взору. Хай-тек и минимализм интерьера, функциональность всей мебели, спрятанной за зеркалами и декором, постельная цветовая гамма, обдуманное, разных видов освещение, разделяющее студию на разные зоны. Но главная выразительная черта её обители – это домашние растения высотой от пола до потолка в больших горшках. А потолки в этих апартаментах, нужно заметить, были незаурядно высокие. Растения прекрасно чувствовали себя, их жизнь гармонировала с органикой и неорганикой «планеты» Наони.

Накинув набедренную повязку и расстелив коврик для йоги, шатенка приступила к выполнению асан, упражнений йоги. Под приятную медленную музыку это действо было более похоже на своеобразный танец. Позы плавно сменяли друг друга, составляя единое движение, подобно потоку воды горного ручья, монотонно преодолевающего преграды. Натренированное, гибкое тело послушно выполняло все прихоти хозяина, наливая силой мышцы, и приводя в тонус весь организм. Тренировалась даже мимика лица, чередую соматические движения мимических мышц, возвращая лицу его естественное выражение без приобретённых изъянов и морщин. Красивое представление длилось не меньше часа. Так Наони восстанавливала гармонию между "инь и ян" и приводила в порядок хаотичность своих мыслей.

Глава 2

Жан ещё немного понежился в постели, вытянувшись во весь рост и закинув обе руки за голову. Его лицо выражало самые приятные ощущения, и лёгкая улыбка сопровождала пробуждение. Приведя в порядок мысли и план стратегию сегодняшнего дня, он встал, закрыл окно и вальяжной походкой проследовал в «мраморную» комнату. Оперевшись руками об умывальный столик, Жан внимательно посмотрел на себя в зеркало. Невысокий брюнет спортивного телосложения лет сорока пяти, он всегда был холеный и ухоженный. Он нравился многим женщинам – не красавиц, скромный, умный, с прекрасным чувством юмора, из обеспеченной семьи, уверенный в себе, а главное – карьерист. Жан всегда знал, что его ждёт большое будущее и поэтому он старался ограничивать рамками своё поведение. Правда, это не всегда у него получалось. Удачная женитьба с лёгким привкусом «двусмыслицы», но прекрасный семейный союз, прекрасный карьерный рост и ощущение полноты жизни. Всё это давалось ему работой ума, серьёзными психологическими нагрузками и стремлением к достижению цели. Ещё в университете Жан испытывал своего рода давление со стороны сокурсников. Он внутренне чувствовал своё превосходство, но скромность и воспитание в интеллигентной семье, не позволяли ему выпячивать наружу свои достоинства. Жан был вхож в разные университетские компании молодых людей, но он уже тогда хорошо понимал, что статус напрямую зависит от финансового благосостояния, с чем был по молодости лет не совсем согласен. Но это не помешало ему ознакомиться с "увеселительной программой" состоятельной университетской молодёжи, и он таким образом расширил рамки своего мировоззрения.

Начав работать по специальности, Жан стал изучать инфраструктуру власти изнутри. Годами передвигаясь по коридорам и кабинетам государственной власти, он стал сначала винтиком, а потом и агрегатом этого виртуально механического творения, созданного для управления целыми государствами и народами. Но Жан знал, что не хочет всю жизнь быть шестерёнкой. Как минимум он хотел стать механиком. Со временем у него это получилось и довольно-таки неплохо. Он пользовался правилом: деньги любят тишину, честолюбие – когда им умеют пользоваться, а политика – правильно выбранных друзей и сильных покровителей. И всё это для него являлось бизнесом, его способом существования.

Со временем Жан обзавёлся респектабельными знакомствами и связями, и даже смог проявить себя как профессионал, помогая очень влиятельным людям решать некоторые пикантные финансовые вопросы на самом высоком уровне, что позволило ему в дальнейшем рассчитывать на их своеобразное взаимопонимание. И вот перед ним приоткрылись новые двери, и он стал политиком нового формата. Правда, была ещё и “удачная женитьба”, но об этом в приличном обществе не принято говорить. Впоследствии, на молодого политика обратили внимание сами хозяева “механических творений”.

Но сейчас, в зеркале отражался другой Жан, сильный, уже не скромный, где-то даже наглый. Изменилось выражение его лица, появились уверенность и спокойствие, даже стали не так заметны морщины, он заметно помолодел. Жан давно заметил, что близкие отношения с Наони изменили его буквально, можно сказать, даже физически. Он ощущал внутреннюю энергию другого качества. Как будто все его недостатки и изъяны перестали иметь значения, и он был тем, кем себя возомнил. Возраст отступил на второй план. Вот уже год как он в прекрасной физической форме и работает по двенадцать часов в день, пытаясь достичь поставленной перед собой цели, а она как батарейка заряжает его каждую проведённую с ним ночь, день или утро.

Прекрасные отношения с Наони не мешали его прекрасным отношениям с женой. Для него это была как бы не измена, и в силу определённых обстоятельств он не испытывал морального дискомфорта. Жена же, изучив его за долгие годы супружеской жизни, всецело была занята его карьерой и не придавала значения ”шалостям” мужа.

Правда, он до сих пор до конца не понимает, какие именно чувства он испытывает к Наони. Сильное сексуальное влечение затмевало всё остальное и уже было не важно, что она умна, прекрасно воспитана и образована. Главное, он был реализован как альфа-самец и физическое влечение и желание только усиливалось, что уже само по себе в наше время большая редкость в таком возрасте без фармацевтических хитростей.

В сегодняшнем мире свободные отношения лежат в основе благополучия миллионов людей, просто у таких отношений разная цена. Жан готов был платить. Когда ты "на вершине", то хочется самого дорогого.

Но в отношениях с Наони было и нечто ещё. Да, она обладала каким-то природным магнетизмом. Она реально притягивала его и давала ему ощущения чего-то потустороннего. А ещё… А ещё его самолюбие тайно купалось в лучах славы. Он был почти уверен, что владеет чем-то запрещённым, игрушкой, которой больше нет ни у кого, ни у кого в его мире. И он, возможно, эксклюзивный правообладатель, хотя и временный. От части, Жан был прав.

Глава 3

Приняв душ, тщательно побрившись и переодевшись в чистую, белоснежную рубашку, галстук и тёмно-синий костюм, Жан, накинув шарф, вышел из квартиры. На улице его ждал припаркованный чёрный “Мерседес” с водителем. Усевшись на заднее сидение, он взял приготовленные для него утренние газеты, и поздоровался с водителем:

– Влеро, привет!

– Доброе утро Босс!

– Как у нас дела?

– Судя, по вашему прекрасному внешнему виду, довольно-таки неплохо! – ответил Валеро, начиная движение автомобиля.

– Наконец-то выспался. Можешь себе представить?! – с юморцой парировал Босс, открывая и начиная бегло читать газеты.

– Новости есть? – продолжил Жан, перелистывая газетные страницы.

Жан старался оставаться консервативным. Запомнив, когда-то давно в юности услышанную, фразу: “Люди, которые читают газеты, всегда будут управлять людьми, которые смотрят телевизор”, он отдавал предпочтение газетам.

– Да. Вам уже приготовили в офисе сюрприз.

В 9:00 Жан прошёл спокойной уверенной походкой с улыбкой на лице, через стеклянное фойе первого этажа офиса политической партии, принимавшей участие в президентских выборах. Кандидатом на пост президента от этой партии был Жан. Он поднялся на второй этаж и оказался в помещении с большой площадью, где уже находились на рабочих местах человек двадцать его сотрудников.

– Доброе утро всем! Надеюсь, сегодняшний день принесёт всем нам приятные и заслуженные результаты! – улыбаясь и здороваясь с каждым кивком головы, Жан преодолел “баррикады” компьютеров и рабочих столов и зашёл в комнату для переговоров за стеклянной матовой дверью в конце помещения. Пообщавшись несколько минут с двумя помощниками и быстро выпив кофе, он поднялся на этаж выше в свой просторный кабинет. За переговорным столом уже сидели два солидных джентльмена в компании его жены, и пили ароматный кофе. Жан улыбнулся Мари, незаметно приветствуя её взглядом, и обратился к мужчинам.

– Доброе утро, господа! Вижу, компания моей жены и хороший кофе поддерживают Ваше прекрасное настроение. Прошу прощения, работал с документами.

– Ваше настроение, Жан, должно быть не менее приподнятым, с учётом нашей поддержки, – ответил один из джентльменов, возвращая пустую чашечку в блюдце.

Переговоры длились минут сорок, после чего, доверенное лицо Валеро проводил гостей. Жан и Мари остались наедине. Он подошёл и обнял её.

– Как у тебя дела, Мари?

– Всё прекрасно, всё получается как нельзя лучше! – поцеловав мужа, сказала Мари.

Доставая блокнот в кожаном переплёте, она краем глаза изучала Жана.

– Жан, у тебя сегодня ещё две важные встречи. Нужно “брать быка за рога” пока он сам этого желает.

– О’кей, нужно только вписать их в рабочий график.

Мари направилась к секретарше, что бы разобраться с сегодняшним графиком кандидата. Выходя из кабинета, она мягко спросила:

– Как твой вчерашний вечер?

– Мари, наконец-то я выспался. Это то, что было мне нужно уже несколько недель. Спасибо тебе, ты делаешь огромную работу вместо меня.

– Ну, я рада, ты нужен нам в хорошей форме!

Мари была старше Жана и воспринимала его, как любимую прочитанную книгу. Она многому научила мужа и считала себя соавтором его карьеры. Давно решив для себя, что он её билет в высшие слои высшего общества, она бережно направляла его, хотя ей импонировали и некоторые другие его качества. Жан понимал возможности жены и относился к ней с величайшим уважением. Было, конечно, и своеобразное сексуальное влечение. Мари была ещё хороша собой и отдавала предпочтение современным интимным отношениям.

Выпив ещё одну чашечку кофе, Жан спустился в большое помещение к сотрудникам команды своего избирательного штаба.

– Прошу минуту внимания! – шум в помещении стих. – Хочу Вас поздравить с маленькой победой! Нашей команде одной из первых удалось набрать необходимое число голосов для участия в президентской гонке. “Наши Кардиналы власти”, депутаты и префекты, были несговорчивы, но вы смогли их переубедить раньше других. Благодарю вас за вашу работу! Впереди нас ожидает ещё более сложная битва, и я рассчитываю на вашу поддержку и профессионализм. Мы должны добиться победы и нового будущего для нашей страны, она в этом нуждается. Ещё раз, благодарю вас за ваш труд!

Бурные овации аудитории дополнили короткую речь кандидата, и он удалился в свою работу.

– Он посещает косметолога? – сказала молодая сотрудница, обращаясь к молодому сотруднику.

– Может быть. Или сделал пластику, – с сарказмом ответил тот, усаживаясь за рабочий стол.

– Просто он стал так хорошо выглядеть последнее время. Как ему это удаётся, работает с утра до ночи, а блестит как "новая монетка", – сказала девушка, слегка подзадорив себя игривым взглядом.

– Энтузиазм, детка! – сострил молодой клерк.

Глава 4

После восточного танца йоги Наони приняла душ, переоделась в джинсы и курточку, и отправилась в кафе через несколько кварталов от дома. Позавтракав и выпив большую чашку кофе на открытой террасе кафе, шатенка продолжала размышлять, сидя в плетёном кресле и вдыхая свежий воздух. Это было заметно по её взгляду, который был направлен не по сторонам или в телефон, а как-то непринужденно внутрь. На сегодня у неё было запланирован визит к личному психологу, но это только к пяти часам вечера. Сейчас у неё было свободное время и она, по дороге зайдя в кондитерский магазин, направилась в пансионат для детей с синдромом Дауна. Для даунят.

Наони знали в этом заведении. Она оказывала посильную помощь, и ей неофициально разрешалось проводить время с детками на игровой площадке. Усевшись на скамейке площадки с большой коробкой разных свежих пирожных макарунов, Наони угощала по очереди подбегавших к ней детей. Каждый пытался поздороваться и что-то ей рассказать, но по мере заполнения сладостями маленьких ротиков, слово всё время переходило к уже опустевшему ротику, и рассказ получался бессвязным. Сладости закончились, и мало-помалу детки разошлись по своим игровым делам. Одна девочка ещё некоторое время продолжала разговор, но будучи окликнута своими “собратьями по разуму“ занялась их общими делами. Наони осталась одна среди “множества лишних хромосом”.

Сейчас она испытывала что-то подобное эффекту свободного падения, отсутствие гравитации. Ей всегда казалось, что в обществе этих маленьких людей она и сама на какое-то время оказывается свободной от целей, стремлений, желаний, свободной от своей реальности. Наони давно заметила, что эти дети обладали особым образом мышления, так сказать, имели иммунитет к обычным, пусть даже детским, страстям, амбициям, корысти. А главное, в их сознании просто не мог зародиться злой умысел. И это каким-то удивительным образом было написано на их лицах. Её высокий уровень знания психологии в этом случае был бессилен, и не мог помочь разгадать эту загадку, сознанию как будто не хватает какой-то точки опоры.

Среди этих выразительных лиц высокая шатенка находилась в нейтрально заряженном состоянии. Здесь она аккуратно прикасалась к иллюзии своей безопасности, созерцая движение живой энергии, как созерцают воду или огонь, или саму природу, будучи частью этого процесса. Размышляя отсюда о своей реальности, Наони открывались другие её ракурсы и проявления, наталкивая её сознание на мысль о существовании чего-то иного, более значимого.

Как бы мы не старались выдавать желаемое за действительное, но “дети солнца” были сродни высокой шатенке. Она, как и они, не вписывалась в формат нормального, они вместе были в формате естественного. Наони не знала своих родителей. Новорожденной ей поставили диагноз интерсексуальность. Родители были в замешательстве, и речь даже шла о принудительной операции, хотя клинической необходимости в этом не было. Ситуацией воспользовалась спецслужба, всегда серьёзно относящиеся к подобным нестандартным случаям, и после недлительных убеждений, пояснений юридических сложностей и своеобразного шантажа и запугивания, родители покинули роддом без ребёнка. В результате этого неприятного события они впоследствии развелись, аргументируя это генетическим несоответствием, и постаравшись напрочь исключить этот эпизод из своей памяти. Опеку над младенцем взяло на себя государство, а в частности, представители спецслужбы, они по-своему видели пользу в таком инвестировании бюджетных денег. Ребёнка передали на воспитание бездетной семье доктора исторических наук, политолога, религиоведа, который являлся внештатным сотрудником, консультируя спецслужбы в пикантных исторических и религиозных вопросах.

С малых лет Наони мягко навязали идентифицировать себя с женским полом, обучив её правилам скрытия личного пространства. Дав ей общее образование, её продолжили обучать в высшем учебном заведении по специальной экспресс методике. Юриспруденция, банковское дело, политология и отдельным курсом психология в нескольких её вариациях: дифференциальная психология, психология развития, психология личности, социальная психология. Она также прошла специальный курс в закрытом учебном заведении с закрытой информацией, что-то типа психология секса, психология управления и подавления агрессии, психология манипуляции, ну или что-то в этом роде. Нескольким языкам её начали обучать ещё с раннего детства.

В домашней среде Наони приобщилась к познанию истории и религий. Долгие и интересные рассказы профессора завораживали её воображение. Он философствовал, сравнивая вероисповедания различных культур и народов. Имея благодарную аудиторию в лице своей воспитанницы, он читал ей целые лекции. О древней Греции и древнем Риме с их культурными и государственными изысками. О буддизме, главным смыслом которого, по его мнению, было достижение человеком нирваны. О конфуцианстве, как способе управления государством, и философии создания лучшего наследника своему роду. О разнице конфуцианства и неоконфуцианства, как о разнице между иудаизмом и христианством. О даосизме – философии прекращения пути реинкарнации души, о величественном Кришне чёрного цвета, которого Ахмадийское движение в исламе, наравне с Рамой, почитает как великого пророка Бога.

Профессор раскрывал глубокий смысл вероисповедания христиан, иудеев, и связь с мусульманской религией. Объяснял, как история и религия сегодня с одной стороны утратили влияние на международную политику, а с другой, используются в корыстных целях отдельными политическими партиями и государствами, для достижения каких-то своих целей. Восхищался огромным количеством памятников древней истории, которые не мешало бы увидеть своими глазами, и которые в своём облике хранят больше знания о прошлом наших предков, чем учебники истории.

Рассказывая о пантеонах Богов, лектор мягко упоминал о гермафродитизме среди его рядов, названном по имени древнегреческого Бога Гермафродита, ребёнка Гермеса и Афродиты. Пересказывал легенды о греческих Хаосе и Эребусе, которые считаются нейтральными в половом отношении, о Зевсе и Геракле, переодевающихся в женские одежды. Рассуждал о вопросах теософии, теоретически предполагающих, что Адам мог быть двуполым или, вообще, бесполым первым библейским человеком, до того как покинул райский сад. Как в средние века и в период раннего возрождения андрогинными или юноженственными изображались ангелы. Евхаристические вино и хлеб, как символы мужественности и женственности, образуют комбинацию текучего и твердого, олицетворяющую андрогина. Следы гермафродитических культов в древних праздниках по случаю урожая обнаруживаются во многих исторических источниках. Божества гермафродиты присутствуют практически во всех религиозных системах.

Наони очень нравились эти рассказы. Особенно миф об андрогинах, которые, подобно титанам, были страшны своей силой и посягали на власть Богов. За то, что андрогины возгордились своей силой и красотой, Бог Зевс решил разрезать их надвое и разбросать по миру. Им пришлось, как простым смертным, поклоняться Эросу и искать свои половинки. Для Наони это звучало как музыка. А ещё, её воображение завораживали образы Эхнатона и Нефертити. Она прекрасно понимала, что уже навряд ли когда-нибудь человечество узнает правду об этих людях богах. Но всё равно, что-то интуитивно притягивало её к этим героям. Например, имя Не-фе-р-ти-ти, его смысловое значения, “красавица пришла”, захватывали её сознание. Каким нужно обладать умом, представлением о мире, образом мышления, чтобы дать человеку такое красивое имя, наверняка, что-то очень значащее, раз этим именем называли царицу? Разве мы подобным образом сегодня называем своих детей!?

Прекрасно физически развитая, Наони легко овладевала разными видами спорта. Она неплохо играла в волейбол и большой теннис, в лёгкой атлетике показывала довольно серьёзные результаты, особенно в прыжках в длину, хорошо плавала на любые дистанции. Был даже случай, когда тренер по лёгкой атлетике предлагал Наони заняться лёгкой атлетикой профессионально, и был настолько настойчив, что с ним после звонка “откуда следует” пришлось проводить беседу на самом высоком педагогическом уровне, о невозможности такого давления на молодую растущую психику студентов. Преподаватель, правда, не понял, в чём его вина, но прекратил всяческие попытки помочь студентке реализовать свой спортивный потенциал.

Был один вид занятий, к которому Наони проявляла особый, наверное, более личный интерес. Это театральный кружок. Её действительно, интересовала человеческая натура изнутри, и не только с точки зрения психологии. Изучая и изображая образ какого-нибудь литературного персонажа, она не просто надевала маску подражания, она старалась найти внутри себя человека похожего на своего героя, заставляя себя переживать его чувства и эмоции. Что движет поступками и мыслями людей, что рвётся в их душах или на что способно сознание человека, на эти вопросы Наони отвечала, разрезая скальпелем свой внутренний мир. Актёр на сцене, перевоплощаясь в чей-то образ и смотря глазами своего героя, она думала, что познаёт разнообразие этого мира. Это уже потом, спустя приличное время, Наони поняла, что разнообразие, как раз наоборот, таится внутри человека. А само искусство перевоплощения возможно и есть таинственная религия души человека. Ведь человек всё время стремиться стать лучше, умнее, сильнее, стать кем-то, кем он не является в данный момент.

Как-то репетируя и играя Раскольникова из “ Преступления и наказания”, Наони совершенно натуральным образом впала в глубочайшую депрессию с лихорадкой, и её «наблюдатель» забила тревогу у начальства, о психологическом срыве обучаемого агента. Был даже приглашён внештатный психолог, но проблема разрешилась сама собой, и всё списалось на гормональный всплеск.

Наони очень сильно расстроилась, когда ей запретили посещать кружок ввиду того, что режиссер преподаватель стал слишком часто предлагать ей сыграть мужскую роль, но у неё началась практика и она стала приобщаться к работе, что само по себе интриговало куда больше.

Глава 5

Для начала, Наони устроилась работать в крупную частную компанию, входящую в серьёзную международную корпорацию, по специальности юриста. Компания открыла именно эту вакансию и для Наони подготовили необходимый пакет документов, включая диплом высшего учебного заведения сделанного специально по этому случаю. Проработав несколько лет, она продвинулась по карьерной лестнице. Получив доступ к серьёзной информации, она занялась, так сказать, промышленным шпионажем, ”откусывая самую интимную”, о теневых отношениях компании с корпорацией. Возможно, это была какая-то долгоиграющая спецоперация или же в силовом ведомстве процветала коррупция, но спустя несколько месяцев компания обанкротилась и была выкуплена конкурентами с молотка в одни руки. Возможно, это было совпадением.

За это время в жизни Наони произошли изменения. Умер её “настоящий отец”, хотя он и был ей назначен государственной структурой. Она восприняла это событие с каким-то глубоким ощущением медленной утраты духовной связи с привычным ей социумом. Этот человек был дорогим и милым её сердцу существом, и она, особенно когда он постарел, относилась к нему как к маленькому ребёнку, всячески оберегая его от внешнего мира. Давно перебравшись жить в город из их загородного домика, Наони практически все выходные проводила в обществе родителей. Она любила баловать их подарками и испытывала ни с чем несравнимое удовольствие, принося в их дом радость. Доктор и его жена любили Наони настоящей родительской любовью, и очень переживали, зная о её истинной стороне жизни. За пару дней до смерти Отец стал что-то бессвязно лепетать жене о каком-то своеобразном предназначении Наони, и уже сел за рабочий письменный стол, когда смерть настигла его. Он умер среди недели, в обед, в своём любимом кресле. В дневнике, на столе последними были записаны неразборчивым почерком несколько незаконченных фраз: ”Ангелы и демоны. Прощение души…”, “А была ли она вообще, эта правда…”, “Мы забыли о Боге. А забыл ли о нас Он?", “Наони ключ!”, “Ведь должен же быть ключ… или всё погибнет…”, "Демоны это мы…".

Наони предчувствовала близость смерти Отца. После звонка Мамы она глубоко вздохнула, отпросилась на работе и отправилась сразу к ней. Приехала она в родительский домик почти одновременно с агентом "бытовых нужд" спецслужбы, который присутствовал под видом лица, представляющего юридические интересы семьи при освидетельствовании смерти. Стараясь быть незаметным, он провёл поверхностный осмотр документов покойного (профессор время от времени продолжал работать) и изъял несколько из них, в том числе и дневник, но Наони умудрилась прочитать последние записи Отца, хорошо разбирая его почерк. Похороны прошли в субботу при небольшом количестве людей, в основном пожилого академического склада.

После смерти мужа Мама сильно сдала и была уже не способна к самостоятельному образу жизни. Она была переведена в дом престарелых, где скончалась через несколько месяцев. Наони пережила её смерть менее стойко. Ей понадобилось три дня, что бы прийти в себя, склеить треснувшее представление обо всём и о каждом, без двух самых больших осколков, и заменить его на полностью новое, цельное меровоззрение, именно меровоззрение. Мир воззреть невозможно, это как объять необъятное, Наони это уже поняла, лишь мерой собственной жизни его приходится измерять. Мировоззрение человека не имеет значение в сравнении с миром, а вот мера, отмеренная каждым человеком в отдельности, является частью этого целого мира. ”По одному узнай всё или всех!”, крылатое латинское выражение. Её Отец именно умер, отмерил жизнь полною мерою, а Мать – скончалась, без своего мужа для неё закончился её жизненный кон. Приняв смерть, они оба сменили мерность этой жизни и были уже в недосягаемости для Наони.

Её жизнь продолжалась, и она набиралась жизненного и профессионального опыта. Высокая шатенка обзавелась приличным кругом знакомств, в который входили не только её сверстники. На тот момент ей были запрещены любые интимные связи, но она и не испытывала поэтому поводу особого дискомфорта. Она с интересом наблюдала со стороны отношения молодых людей и не очень молодых, мягко и красиво отклоняя намёки «заинтересованных». Наони уже давно была привлекательна собой и вызывала интерес у противоположного, как все думали, пола. Мимика, жесты, эмоции, манеры поведения открывали ей внутренние переживания человека, лабиринты, в которые иногда попадало сознание, но чаще, просто сексуальные пристрастия.

После снятия запрета, Наони подобрала мужчину старше себя по возрасту, с подходящими психологическими характеристиками, и закрутила роман. Ей без труда далось заинтриговать его, приняв необходимый образ, и подготовив его реакцию. Расчёты оказались верны, и роман длился пару месяцев. Наони практиковалась. Выход из отношений оказался немного сложнее, не обошлось без чувственных эмоциональных сцен, что не понравилось ей. Она решила, что “переусердствовала” с образным воздействием на психику партнёра, и сделала ”пометку на полях”. А ещё, с этого момента Наони стала задумываться о другой своей стороне, ранее физиологически приглушённой. Внимательно изучая мужчину в момент оргазма, на долю секунды теряющего самообладание, она не смогла разобраться в психоэмоциональных “вибрациях” и “волнах” его нервной системы. Чисто теоретически, ей казалось, что это состояние должно производить аналогичный эффект у обеих полов, но она была уже неуверенна. Это послужило стимулом к более углублённому изучению физиологии и натуры человека, и Наони засела в библиотеке.

К слову, библиотека, вообще, была её излюбленным местом препровождения досуга. Она читала много. Привитая с детства потребность саморазвития, заставляла Наони «штудировать» литературу не только религиозного или исторического характера, хотя она, как и её Отец, считала, что именно в истории и религии ответы на самые главные вопросы. Со временем, библиотека стала местом медитации её ума.

Время шло, и Наони перешла на другой уровень своей профессиональной деятельности. Теперь она занималась прямым соблазнением выбранных объектов. Ей был дан доступ к отдельному финансированию и выделенной линии связи, она была наделена специальными полномочиями и гарантиями защиты ведомства, в случае раскрытия агента. Ей предоставлялся объект, уже прошедший специфический отбор, Наони проводила анализ и выбирала способ достижения цели самостоятельно. Клиентами были политические деятели, чиновники, публичные люди. В основном, результаты работы агента использовались в качестве шантажа или дискредитации.

Наони постепенно расширяла круг знакомств, проводя время в совершенно непохожих слоях общества и ”тусовках”. Используя различные амплуа, она легко находила место в компаниях и заводила знакомства. Основой её успешной работы было умелое составление картографии взаимоотношений в мегаполисе, в котором обычно сходились все дороги. В наше время это стало намного проще. Профессионально используя социальные сети для получения информации или доступа к кругу общения объекта, она выстраивала паутину взаимосвязей. Остальное было делом психологии и актёрского мастерства. Много интересного Наони почерпнула из общения в среде “элитных дам определённого поведения” в сфере эскорт услуг. Эта тема актуальна во все времена, но не всегда позволяет найти “ключи ко всем дверям”. За то, если работает, то надёжно и без особого труда.

Как-то раз, получив очередное задание, на стадии анализа и подготовки операции Наони решила воспользоваться случаем и приняла решение действовать не совсем обычным путём. Она соблазнила жену выбранного объекта. Особа была на десяток лет моложе мужа, с прекрасной фигурой, своеобразными психологическими характеристиками и неудовлетворённостью в глазах. Она, действительно, заинтересовала Наони, которая уже имела практику в такой роли, но, то были услуги иного порядка и с другим полом. Такой «манёвр» агента был рискованным шагом, но его расчёты оказались верны.

Произведённый на женщину эффект отразился не меньшим эффектом, произведённым на Наони. Особа утверждала, что испытала ни с чем несравнимый эмоциональный всплеск, никогда ранее не присутствующий в такие моменты. Впоследствии, Наони наблюдала подобное состояние и у мужчин, находясь в роли особы. Высокая шатенка не сразу идентифицировала для себя это психоэмоциональное состояние своих партнёров, но со временем, она определила его как “тайминг”, чувство времени, или точнее наоборот, отсутствие такового чувства в самые своевременные моменты. Этот эффект усиливал чувство наслаждения в разы, но его природа была ей не ясна.

В свою же очередь, Наони, можно сказать воочию, убедилась в том, что её “затемнённая” сторона обладает далеко не меньшим потенциалом, и скорее всего, со временем будет требовать равные возможности для самореализации. Мало того, эта секундная потеря контроля, оказалась совсем не потерей контроля нервной системой. Система, как раз наоборот, работает в этот момент на сто процентов, контроля лишается сознание. Наони сделала предварительный вывод, что, возможно, сознание человека лишено участия в зачатии. Возможно, это и не случайно. Озадачило высокую шатенку лишь присутствие лёгкого ощущения опустошения в её мужском эмоциональном фоне, после достижения оргазма, что никогда не сопровождало её женский.

Изучив различие и подобие своих ощущений, Наони провела виртуальную грань внутри единого. Операция прошла успешно, задание было выполнено превосходно, объект стал жертвой шантажа, а особа, с искренним чувством вины, предлагала Наони даже денежную компенсацию за возможные неприятные моменты. Информация сохранила свою конфиденциальность и все остались “довольны”. Отношения с “особой” продолжались ещё какое-то время и после задания, но уже из личных побуждений.

Глава 6

Мастерство и возможности агента росли и перевалили за пределы “маленькой цивилизации”, агент вышел на международный уровень. Перебравшись в сердце Европы, полностью сменив образ, получив серьёзное финансирование, «автономию», и обзаведясь необходимой легендой, Наони заняла нишу обеспеченной куртизанки. Изменились и цели. Объектами стали публичные люди мировой политической арены. Придуманный ещё в детстве псевдоним, наконец-то стал её именем. Её всегда тревожила русская литературная классика, она считала её для себя более одушевлённой. Совместив личные местоимения третьего лица мужского рода, женского, среднего и множественного числа, интерсексуальный человек с гордостью идентифицировал себя именем Наони.

Прекрасно владея несколькими языками, обладая шикарным гардеробом и светскими манерами, высокая шатенка стала завсегдатаем модных показов, вручений премий, фестивалей, публичных мероприятий, светских тусовок и закрытых вечеринок. Легко приспосабливаясь к любому обществу, она умудрялась оставаться в тени, блистая лишь в глазах выбранной цели. А это, поверьте мне, очень тонкая грань искусства перевоплощения, можно сказать, ” высший пилотаж”.

Совмещая полезное с приятным, Наони посещала оперы, спектакли, выставки, музеи и, конечно же, библиотеки. Она продолжала искать ответы на волнующие её вопросы о своей естественности и предназначении, она всё ещё не могла пока справиться со своей всё-таки би полярностью. Собирая по крупицам упоминания о себе подобных в исторической и религиозной литературе, она пыталась воссоздать духовный, интеллектуальный, хоть какой-нибудь умозрительный образ своих предшественников.

В кругу её знакомств присутствовали и представители сексуальных меньшинств. Она деликатно изучала их психику и образ мышления. Не найдя особо заметных изменений, связанных с изменением сексуальной ориентации ни в работе нервной системы, ни в процессе работы мышления, ни в физиологических факторах, разве что, в психологии адаптированной манеры поведения и сексуальном предпочтении, Наони пришла к субъективному умозаключению. Природа этого явления находится в сфере загадок человеческого сознания, а никак – не “Божьего промысла”, и не в сфере естественного. Может быть, это будет выглядеть грубо, но Наони считала, что пагубная привычка человека курить не является естественной для его физиологии, но сознание человека, и не только курящего, упорно продолжает считать её нормальным, осмысленным волеизъявлением, хотя и признаёт эту привычку крайне вредной. Ведь не запрещают же по всему миру легально продавать этот смертельно вредный для здоровья человека товар. Виной всему она считала какую-то загадочную наркотическую зависимость, и главной её загадкой была избирательность.

В поле исследований Наони попадались и гермафродиты. Она очень внимательно и скрупулёзно пыталась разобрать по винтикам их нервную систему, изучить внутренний психологический портрет, сравнивая с собственными мера ощущениями. Она даже уделила этому значительное количество времени, но Наони ждало разочарование. Она не нашла соответствия и подобия с собой, лишь встретилась с глубоко надломленными с одной стороны и неполноценными с другой, человеческими натурами, прикрытыми аурой среднестатистического благополучия. Теперь ей становились понятны более глубокие мотивы и стремления к “нормализации” подобных людей. К тому же, Наони всегда огорчала социальная незащищённость и дискриминация таких людей, хотя сама она никогда не испытывала в своей жизни проблем подобного рода, в силу определённых обстоятельств. Но один прецедент в её жизни всё же был, это реакция её биологических родителей. Что именно думала по этому поводу Наони, не знала даже она сама. Её сознанию как-то и не предоставлялось возможности по этому поводу. Но это всё, что касаемо аргументации. Сейчас же ей пришлось столкнуться с невидимой трагедией внутреннего мира гермафродита.

Очень сильное впечатление оставили два собеседника по этой теме. Один из них, популярный певец гомосексуалист, друживший с Наони. Употребляя тяжёлый наркотик в небольших дозах, он любил впадать в глубокие философские размышления вслух, выдавая иногда целые трактаты, а начитанная и знакомая с различной литературой Наони, могла поддержать с ним разговор на любые темы. Проводя время в долгих беседах, она аккуратно “препарировала” для изучения его психику, эту почти механическую грань между “разогнанным” и искушённым сознанием этого совершенно незаурядного человека и его естественным подсознательным миром, и обнаружила интереснейшую закономерность. Чем тоньше эта грань, тем человек более талантлив и склонен к творчеству. Он как-то ближе, так сказать, душевней, если можно так выразиться, воспринимает этот мир, и иначе, как-то глубже и “эксклюзивней”, само выражается. Творчество таких людей всегда вызывает интерес, оно как бы над гранью обыденности человека.

Но Наони стала понимать и другое. Например, она хорошо знала, что практически любой выбор человека является следствием внутренней дискуссии, часто даже конфликта, по окончании которого сторонам приходится договариваться, исчерпывая тем самым этот конфликт. Но выбор сексуальной ориентации это другое. Человек проходит долгий, иногда мучительный путь осознания своего несоответствия, осознания своей сексуальной принадлежности. Он делает этот выбор не интуитивно, он делает этот выбор сознательно, ни с кем не договариваясь, а побеждая естественное, и делая это нормой своей жизни. И этот выбор уже не следствие, этот выбор становится самой причиной нескончаемого конфликта. Конфликта с обществом, конфликта с близкими людьми, входящими в зону личного комфорта, конфликта с самим собой. Непрекращающееся, латентное изнурительное противостояние. “Иногда, запах собственного тела вызывает у меня отвращение, но это не мешает мне испытывать физическое наслаждение. Иногда, я хочу смеяться и плакать одновременно, как будто моя психика издевается надо мной. Иногда, мне страшны сами мысли, приходящие ко мне из подсознания”, как-то признался Наони знаменитый певец в приватной беседе. И она сделала вывод. Человек, сменивший сексуальную ориентацию, только наивно думает, что ушёл от проблемы своей гендерной идентичности. Но это не так. Этот выбор отправляет человека в долгое путешествие в один конец по собственному сознанию, где единственным его спутником, в конце концов, остаётся лишь его физиологическая потребность, а затем и полное одиночество. Да, одиночество некоторых людей сделало мудрецами, и выбор их тоже был сознательным. Но некоторых к одиночеству приводит под руку всего лишь его сексуальное предпочтение.

Воспитываясь в интеллигентной семье профессора, Наони очень толерантно относилась к сексуальным меньшинствам, тогда ещё не придавая значения этому вопросу. Ей даже нравилась метафорическая идея андрогинности человека. Мол, в каждом из нас есть мужское и женское, и иногда человек может и перепутать. К искусству же Наони относилась с большим уважением, как к стремлению человека выразить своё глубокое видение этого мира. Как к попытки остановить пространство и время и овладеть энергией и материей, чтобы запечатлеть саму жизнь. Ей казалось, что сознание человека жаждет найти за всем этим спрятанную истину, увидеть лицо Бога. Но сейчас ей приходилось вносить поправки в восприятия некоторых аспектов окружающего её мира. Современное искусство в её глазах при ближайшем рассмотрения начинало терять свою божественную магию.

Ещё одним важным собеседником стала известная женщина, которая родилась с синдромом гермафродитизма и в юношеские годы перенесла операции по “нормализации”. Со временем она стала выступать против такого радикального медицинского вмешательства, принимая участие в мероприятиях по этой теме. На одном из таких мероприятий шатенка и познакомилась с ней. Женщина имела уже сформулированное отношение к вопросу о подобной “коррекции”, и Наони было очень интересно её мнение. Размышляя над своим статусом, высокая шатенка не исключала и изучала возможность хирургического вмешательства, но для этого шага ей было необходимо найти очень значимую аргументацию, возможно, даже мотивацию. Мотивацию не только для сознания, её духовный внутренний мир так же требовал к себе внимания. А главное, сам принцип выбора гендерной идентичности пока не укладывался в её голове даже логически. Общаясь с этой женщиной, Наони, буквально лицом к лицу, встретилась со следствием нормализирующих действий, и её реакция была неоднозначной. Хотя эта женщина и была явным противником “нормализации”, её слова звучали уже не так убедительно, если так можно выразиться, как бы ни от первого лица. И Наони пришла к умозаключению о невозможности любого выбора в её случае на данный момент времени.

Профессиональная деятельность агента продолжалась с завидным успехом. Поставленные задачи он решал со стопроцентным результатом, если эти задачи не были отклонены им на стадии подготовки и анализа. К выбору объекта и подготовке работы с ним высокая шатенка всегда относилась скрупулезно, сформулировав для своей работы даже своего рода теоремы и аксиомы. Частично это выглядело приблизительно так. Латентность это норма. За стереотипами мышления и морально-этическими нормами находится главный инструмент влияния, страх. Он служит как ограничителем, так и стимулятором побуждений. Финансовое благосостояние самый важный критерий, влияющий на поведение человека. Количественная составляющая капитала определяет манеру и иерархию взаимоотношений. Политикой управляют амбиции и психологические зависимости людей, обладающих властью. Различие внутреннего убеждения и публичного самовыражения человека находятся в зависимости с арифметической прогрессией от обладания им властью, причём разность прогрессии, постоянная величина – это генетика человека. Физиологическая “ненормальность” Наони и подобных ей, может вызывать латентное, либо прямое сексуальное возбуждение у людей обеих полов, находящихся на репродуктивной стадии. Сексуальность человека находится либо в естественной форме своего развития, либо искусственно поддерживаемая психологическими факторами. А главное, движущими силами взаимоотношений в современном обществе являются не сама необходимость подобных взаимосвязей с общими целями и интересами, а приобретённые психоэмоциональные рефлексы, определяющие качественную составляющую сознания человека, что, в свою очередь, и позволяет управлять поведением самого общества.

Возможно, это выглядит слегка и категорично, но такое представление давало свои результаты, помогая Наони достигать поставленных целей.

Глава 7

Получив очередное задание, агент провела необходимую и тщательную подготовку, не без труда достав приглашение на закрытую вечеринку, по присутствовав для этого на двух других мероприятиях. В мире ”шоу-бизнеса, секса и рок-н-ролла” давно и прочно закрепился неофициальный вид услуг – сводничество. ”Сильные мира сего” публичные люди не хотят быть лишены прелестей этой жизни и поэтому хорошо платят за конфиденциальность. “Избранность” ещё не повод для воздержания, а красота – великая сила. Предприимчивые предприниматели организовали целый бизнес, необлагаемый налогом, используя модные показы и модные мероприятия для демонстрации возможностей этой сферы услуг. Аренда яхт, самолётов, автомобилей, особняков, вилл, клубов, дорогой алкоголь, еда, наркотики, музыка, любая экзотика, подбор молодых людей, любой каприз за Ваши деньги. В общем, всё для организации и проведения закрытых пати и вечеринок, всё для сохранения анонимности клиента. Правда, не всегда чем выше уровень клиента, тем блистательнее красота, но это уже субъективное мнение и к делу не относится. О вкусах не спорят.

Многие мечтают стать членами этого “закрытого клуба”, но не у всех это получается. Наони же со своим потенциалом была лакомым кусочком для любого в этом бизнесе предприимчивого предпринимателя. Она знала их всех, была знакома, но предусмотрительно оставалась, сохраняя дистанцию, где-то рядом, в поле своего влияния. Так получилось и в этот раз. Наони исполнила “психологический реверанс” перед одним из заправил закулисья этого театра красоты и порока, намекнув на свою благосклонность именно его обществу. Заполучив приглашение на закрытую вечеринку, она составила необходимое амплуа, рассчитала «геометрию» взаимосвязей, возможные варианты контакта, и за пару дней вошла в образ.

Вечеринка организовывалась после грандиозного показа моды “от кутюр”. Наони не присутствовала на этом мероприятии, заранее зная, что объект не любит афишировать свою «заинтересованность». Она приехала в самый разгар пати. Шикарная арендованная загородная вилла находилась на возвышенности и имела обворожительный панорамный вид на лежавшую внизу долину с озером. Естественное вечернее освещение ещё позволяло улицезреть эту красоту природы. Огромная площадка с очень большим бассейном, выложенная мрамором и обрамлённая колоннами в стиле “полуразрушенного Карфагена”, была уже заполнена красотой человеческих обликов. Аккуратные, незаметные фуршетные столики были наполнены приятными напитками и лёгкими закусками, играла приятная музыка, диджей готовил свою аппаратуру и репертуар. Многие модели были одеты в те же подиумные, эпатажные наряды. Эгидой вечеринки оставался всё тот же показ моды, но уже в непринуждённой обстановке и для вип персон. Великий Кутюрье не любил и не присутствовал на зрелищах подобного рода чествования его таланта, но это и не было целью данного мероприятия.

Агент, изучая местный “рельеф и плацдарм для манёвра”, встретила несколько знакомых лиц, и кивком головы и лёгкой улыбкой обменялась приветствием. Мраморные дорожки с мраморными скамейками вели через цветочную оранжерею под открытым небом и переходили на площадки балконы ступенями, поднимающимися к здоровенному особняку. Беседки, кресла и скамейки были уже заняты, ведущими светские беседы, красивыми, модно одетыми и манерными людьми. Весь первый этаж особняка был организован в виде питейных, кальянных и launch зон, а площадка перед зданием у парадного входа преобразилась в мега парковку, выходящую за пределы виллы.

Одетая в чёрное, облегающее платье с эффектом мокрого, и стильными аксессуарами, Наони сливалась с когортой манекенщиц, скользя по геометрии взаимосвязей объекта. Используя информационное поле общения, шатенка выяснила, что клиента не будет на мероприятии по внезапно возникнувшим и независящим от него обстоятельствам. Её планы были нарушены, и она решила просто приятно провести время, не выдавая какой-либо заинтересованности, попутно обдумывая возможности своих дальнейших действий. Слегка избавившись от рабочего амплуа, высокая шатенка растворилась в атмосфере вечеринки, стараясь оставаться декором обстановки.

Полу импровизированное дефиле манекенщиц у “развалин Карфагена”, переросло в танцевальную программу, под музыку диджея, и купание в бассейне. Увеселение продолжалось на всех уровнях, каждый получал доступное ему удовольствие. В тени общего пафоса работал механизм предоставления специальных услуг, этот бизнес именно так и устроен. Управители этого механизма кого-то снабжают наркотиками, кого-то обслуживают сводничеством, либо по заказу клиента, либо на своё усмотрение, и не только в сексуальных вопросах. Вип персоны частенько пользуются такого рода услугами, прекрасно осознавая цену конфиденциальности и пикантности ситуаций. Да и времена Кеннеди давно прошли, и таким бизнесом занимаются уже не преступные группировки, а высокообразованные и влиятельные люди. Наони периферийным зрением наблюдала “полёты летучих мышей”, рассматривая с расстояния их тени и довольные лица их клиентов, заодно оставляя профессиональные заметки в уме.

Уже ночью, когда акцент веселья переместился под своды особняка, и прохлада овладела открытым пространством так, что возле бассейна уже никого не было, высокая шатенка освободилась от своего образа и вдохнула полной грудью. Придвинув шезлонг к краю площадки, и удобно усевшись, Наони вглядывалась в изумительный пейзаж, открывавшийся перед ней при свете огромной полной весенней луны. Эта картина природы завораживала её внимание. Она думала о том, как велика сила солнечного света, что даже ночью, отражаясь от поверхности луны, умудряется хоть немного, но осветить наш мир. Что человек всего лишь отражение солнечного света от поверхности материи своего внутреннего мира, и именно поэтому нам дорога сердцу догма “ по Образу и Подобию”. И что, чем чище поверхность, тем ярче отражение, даже в дремучем лесу, ночью. И что человек маленький светлячок, а без Бога – глиняный кувшин.

Боковым зрением Наони наблюдала как, придвинув шезлонг, умастился рядом с ней невысокий мужчина в дорогом костюме и гладко выбритым лицом, но сделала вид, что не заметила его присутствия. Какое-то время он молча глядел в том же направлении.

– Что именно так привлекло Ваше внимание, если не секрет? – пытаясь начать разговор, сказал мужчина.

– Это выставка одной картины, – не поворачивая головы, ответила Наони.

– Дааа! И какой же? – пользуясь возможностью продолжить разговор, заинтересованно спросил мужчина.

– ”Лунная ночь на Днепре”. Куинджи. Русский художник, – мягко ответила Наони, примеряя новый образ.

– Днепр!? Похоже, это где-то в России?! – не вдаваясь в подробности, предположил уже собеседник.

– Можно сказать и так, – беспристрастно резюмировала Наони.

Она узнала в незнакомце восходящую звезду мировой политической арены. Он попадал в поле зрения Наони, но пока не рассматривался в роли возможного объекта, и она не была знакома с его психологическим портретом. Не подав виду, шатенка тактично позволила разговору перейти в разряд беседы.

– Вы иронизируете по-поводу меня, но я действительно не знаком с творчеством этого художника. Вы не могли бы меня немного просветить, а то я испытываю серьёзный конфуз, – заискивающим манером продолжал мужчина.

Наони улыбнулась и, продолжая любоваться пейзажем, провела не большой “ликбез” (ликвидацию безграмотности).

– Когда-то давно человек узрел закономерности в природе вещей. “ Золотое сечение”, связанное через формулу Бине с пропорцией чисел Фибоначчи, позволило сознанию человека, рассматривая великое мироздание через эту призму, выделить, как ему показалось, форму красоты. Глазу обывателя не дано видеть этот образ, и поэтому человек пытается остановить движение, дабы запечатлеть его. Заодно, человек стал использовать эти закономерности в своём творчестве созидателя, стараясь уподобиться Творцу. В 1880 году, экспериментируя с химическими элементами таблицы Менделеева, работая над созданием уникальной цветовой гаммы красок для изобразительного искусства, Куинджи создал эту картину. И у него получился неповторимый шедевр. Почему неповторимый?! – заинтриговала собеседница. – Картина была куплена Великим Князем за приличные деньги ещё до окончания работы над ней и была удостоена беспрецедентной экспозицией – выставкой одной картины. В те времена персональные выставки были редкостью, а выставка одной картины и подавно. Работа произвела впечатление даже на знатоков этого искусства. Куинджи удалось поймать в капкан солнечный свет, одновременно отражённый и от поверхности луны и от поверхности воды, так сказать, остановить пространство и время. Первый хозяин картины, сильный мира сего князь, так дорожил ею, что брал с собой в свои путешествия. Вместе с Великим Князем она совершила паломничество, побывав на Святой земле и у подножия Афона. Сильно любя и неумело пользуясь произведением искусства, как итог, он повредил её. Куинджи попытался отреставрировать картину, но в конечном итоге признал, что даже он, её творец, не в силах вернуть ей первозданный облик, ибо только Бог владеет этой тайной. Художник более не смог повторить эффект, достигнутый тем самым химическим экспериментом. Картина осталась неповторимой…

Наони перевела взгляд на собеседника. Мужчина был немного обескуражен.

– И сейчас мы имеем честь, присутствовать на уникальной экспозиции-выставке одной картины. Это своего рода оригинал. И я очень надеюсь, что нам ещё не скоро удастся повредить это произведение искусства.

– Меня зовут, Жан, и мне очень приятно с Вами познакомиться! – вставая, сказал мужчина, протягивая руку ладонью к верху.

– Взаимно, Наони! – продолжая удобно сидеть, ответила Наони, прикоснувшись рукой к его ладони.

– Наони!? Это, похоже, тоже русское имя!?

– Можно сказать и так, – улыбаясь, сказала шатенка.

Они беседовали ещё какое-то время в приятной непринуждённой обстановке на отвлечённые темы. На площадке было уже довольно прохладно, и Жан предложил Наони свой пиджак. Ей не было холодно, но она приняла ухаживание Жана.

У подобных мероприятий существует негласные правила хорошего тона, одно из которых чувство своевременности. После достижения вечеринкой своего апогея гости постепенно начинают разъезжаться. Это процедура занимает прилично времени. Остаются ангажированные особы или желающие быть таковыми, «коммерческие» и сторонники, так сказать, ”фастфуда”(любители быстрого приготовления и употребления). Просто гости покидают вечеринку первыми.

Под конец этой процессии покидают сцену и за ангажированные, тем самым стараясь не выдать этот статус, уходя вместе с разочарованными особами. Занавес приспущен, “да здравствует Дионис, Афродита и Эрос”, и вечеринка принимает форму неприкрытой оргии, ареной для изучения гедонизма. Наони хорошо знала эти правила и была готова покинуть сцену в роли разочарованной особы. Они с Жаном даже не обменялись номерами телефонов, это было тоже плохим тоном. И высокая, хорошо сложённая, шатенка растворилась в пространстве.

По дороге домой Наони распирало любопытство. Любуясь ночным пейзажем и сидя под острым углом, боковым зрением Наони наблюдала интересный момент. До того как к ней присоединился Жан, на площадке появился немолодой мужчина и явно направлялся к ней. Но увидев приближение «оппонента», спокойно изменил направление и красиво ретировался. Ещё одно негласное правило подобных мероприятий, ни в коем случае не претендовать, это всегда вызывает нездоровый интерес. Но беспокоило Наони ни это, она никак не могла его идентифицировать. Это её немного раздражало, обычно она легко справлялась с запоминанием. Люди, лица, костюмы, манеры, круг общения, она всегда придавала значение мелочам. И сейчас Наони понимала, что этот мужчина каким-то образом выпал из поля её внимания, хотя, безусловно, должен был присутствовать на самой вечеринке.

Глава 8

Справившись с привкусом “временной неудачи”, агент приступил к разработке нового возможного варианта решения поставленной задачи, но посетив сеанс связи, получила команду отбой, ждать новых указаний. Объект выпал из поля интересов ведомства, по причине изменения некоторой политической конъюнктуры, ну или роли объекта в таковой. У Наони случился отпуск, и она решила отдохнуть у моря. Перед самым отъездом с ней связался управитель вечеринки, уговорив её о встрече, и с практической точки зрения, она приняла приглашение. На встрече он аккуратно рассказал Наони, что к нему обратилась влиятельная особа, с которой она уже знакома, с просьбой посодействовать в налаживании взаимоотношений, и что он гарантирует конфиденциальность и деловой подход обеим сторонам. Это была стандартная процедура в различных её интерпретациях. Бизнесмен слегка исказил правду. Жан не обращался за помощью в сводничестве, а лишь пытался выудить контакт, он редко пользовался этой услугой и точно не в этот раз. Управитель, будучи тонким психологом, просто решил воспользоваться ситуацией, и поучаствовать в организации предполагаемого рандеву. В случае успеха, он с лёгкостью убедил бы Жана, приписал бы себе заслуги и выступал бы в роли гаранта. Наони очень красиво отклонила прекрасное предложение, прикрывшись якобы уже существующими отношениями, и оставила предприимчивого бизнесмена в надежде на свою заинтересованность в дальнейшем.

Рано утром в кроссовках, широких джинсах, лёгкой курточке, с небольшим рюкзаком и кепкой на голове она покинула ещё прохладный город, уселась на поезд, и вышла на дальней загородной станции. Взяв напрокат скутер, шатенка направилась в незамысловатую деревеньку, несильно обременённую туристическим бизнесом, сняла в обычном деревенском доме маленький домик для гостей и, взяв фотоаппарат с объективом, отправилась к обрывистому и скалистому берегу моря. Она сделала несколько ничего не значащих фото, глубоко надышалась свежим морским воздухом и улеглась на краю небольшого обрыва. Ещё было не жарко, вода была ещё прохладной, ни единой живой души вокруг, кроме одной морской птицы. Всё это позволило Наони ощутить отрыв от орбиты земли, невесомость свободного полёта в земном, а потом и космическом вакууме. Она заснула.

Сон на природе, на открытом пространстве, в свободном движении воздуха с температурой чуть ниже Вашего тела, всегда мистический акт для организма человека. В такие моменты, может показаться, что вы приближаетесь к таинству превращения гусеницы в грациозную бабочку, но природа всё равно сохранит за собой право собственности на этот патент, каждый раз временно выдаваемый гусенице.

Вечером следующего дня, когда «отдыхающая» сидела в кресле на маленькой веранде своих апартаментов и пила фруктовый чай со льдом, зазвонил телефон. Это был Жан. Он неловко вёл разговор всё время извиняясь за то, что вторгается в её личное пространство, пытаясь пояснить важность для него этого момента разговора, и что ей, Наони, может показаться совсем не то, что он хочет ей выразить. Она дождалась, пока Жан потеряет нить повествования, и у неё появиться возможность заговорить. Наони строго упрекнула его за неудачный манёвр продолжения знакомства через третье лицо, имеющего такую репутацию, отбрасывающую тень в не очень выгодном свете, и тем самым окончательно сконфузив его. Она уже при первой встрече немного узнала психологию его поведения, а сейчас изучала физиологию его психики.

Жан рассказал всю историю разговора с «посредником» в деталях, не переставая оправдываться даже за несущественные детали. Наони предполагала такой вариант “развода” клиента, ещё на встрече с “управителем человеческих страстей”, и поэтому, немного «поломавшись», приняла извинения и оправдания Жана, дав возможность ему выговориться и смягчив тон разговора. После этого Жан звонил ей каждый вечер и таки добился, как он думал, своими силами, встречи с ней в городе, когда она вернётся. За время этих бесед Наони успела профессионально разобрать его психику на запчасти, найти возможные механизмы манипуляции, составить приблизительный образ соответствующий его воображаемому. В общем, действовала машинально.

Через десять дней высокая шатенка занималась йогой в своей квартире и приводила в порядок свои дела. Используя информационное поле, она подробно изучила более, так сказать, материальную сторону жизни Жана. Происхождение, карьера, связи, круг общения, политические возможности, сферы влияния, доступность к высшим конгломератам мировой власти и степень ангажированности. Семейное положение было отдельной темой анализа. В интимных телефонных беседах Наони затрагивала эту тему, но решила качественно проверить, и коснулась полного социального пакета данных супруги политика. Её интересовал предыдущий брак Мари, развод и создание новых отношений.

Рассказывая о своей жене, Жан пытался дать понять Наони, что относится к Мари с большим уважением, что она великий человек, что спасла его как личность, и что, благодаря супруге, он исполняет своё предназначение соответственно своему призванию, и ни в коей мере никогда не сможет причинить ей ущерб. Наони прослеживала глубокую психологическую зависимость Жана от этой сильной женщины, и делала выводы. Его самолюбие требовало сатисфакции, демонстрации неповиновения, но в рамках действующих принципов их взаимоотношений. И он находил выходы, а она делала вид, что ничего не замечает.

Мари была старше Жана. Они познакомились ещё тогда, когда она состояла в первом браке и имела двоих детей юношеского возраста, а он был свободным повесой. Их тайный роман длился несколько лет и окончился разводом Мари с её первым мужем, человеком статным, из обеспеченной буржуазной семьи, как и сама Мари. Жан, так сказать, разорвал любовный треугольник, и наконец-то, как он думал, “увёл” чужую жену, движимый романтическими побуждениями. Во всяком случае, так могло это показаться на первый взгляд. Правда, всё это произошло после наступления совершеннолетия её детей. К этому моменту «новоиспечённая» невеста была уже подготовлена финансово и морально к новому этапу своей жизненной карьеры, подготовив к этому и молодожёна. Высокий и обширный уровень знакомств по праву происхождения, позволил Мари безотлагательно и уже официально заняться устройством карьеры молодого мужа.

Составленный психологический портрет супруги политика, Наони резюмировала фразой: “ Дьявол носит Prada, но больше любит Chanel и Louis Vuitton…”. Агент также обратил внимание и на несущественные детали обихода семейной четы. Например, на гувернантку, занимавшуюся воспитанием детей, а сегодня управляющую уже у новой семьи Мари. Или на личного охранника водителя Жана, который начинал разнорабочим по дому в особнячке родителей Мари, а сейчас доверенное лицо. Обучаясь курсу психологии личности, высокая шатенка сталкивалась с понятием психологическая зависимость, а в частности, с “эффектом зависимости от зависимого”. Эта до конца неизученная ей тема, для профессионального использования была сжата и скомпонована ей до прикладных понятий обыкновенных человеческих взаимоотношений, и сейчас расчерченной калькой ложилась поверх топографической карты внутренних контактов и взаимоотношений семьи политика. Прикладной смысл этого эффекта заключался в том, что состоятельные влиятельные люди, обычно жёстко, однозначно и независимо выражающие свою позицию, мнение и идеологию, частенько на подсознательном уровне испытывают психоэмоциональную, а иногда и прямую, зависимость от незаметных маленьких участников своей жизни второго плана. Дело в том, что финансовое положение состоятельных людей позволяет и вынуждает их заводить себе маленьких помощников из менее обеспеченной среды населения, так сказать, более низшего сословия. Естественное состояние человека покровительствовать слабому. И со временем, эти маленькие помощники, исключительно в психологическом плане, становятся, если так можно выразиться,” домашними и любимыми питомцами”, в сугубо переносном смысле этого слова. Ну а дальше всё зависит от вашего воображения. И такое влияние агент прослеживал и в этом сценарии.

Через три дня после приезда Наони встретилась с "сгорающим от нетерпения" Жаном. Он пригласил её в дорогой загородный ресторанчик на романтическое свидание. Вечер они провели в приятном общении, правда, с лёгким психологическим укором, но благоприятными перспективами на будущее. Жан был воодушевлён. Стараясь произвести достойное впечатление, он вёл себя галантно, мало говорил, давая возможность Наони чувствовать себя владеющей им и пространством. На последующих встречах Высокая шатенка, принявшая уже полный желаемый образ, и завладев сексуальным воображением объекта, выбрала подходящий момент и подложила в эмоциональный фон Жана пикантную подробность своей душевной и не только многогранности и многозначительности, чем ещё более возбудила его предвкушения. Так начался этот роман.

Спустя две недели агент посетила сеанс связи, на котором получила новое задание. Приступить к разработке вариантов контакта с объектом, будущим очень перспективным кандидатом на следующих президентских выборах. Секретное агентство получило такую информацию из своих источников. Этим объектом оказался Жан.

Как пояснил агент связи, задача состояла в попытке создания длительных сексуальных отношений, с последующей возможностью манипуляции, и поэтому интимная связь должна была носить более душевный и любовный характер. Не подав виду, Наони внимательно выслушала корректора операции, ознакомилась с приличным пакетом информации, и задала все соответствующие подобной ситуации вопросы. Давно знакомый Наони агент подробно ответил на все и добавил от себя лично: ”Задание самого высокого уровня и не похоже на предыдущие. Это уже не мелкая сошка. В случае успеха, у тебя новая карьера, новая реальная жизнь. Тебе необходимо хорошо поработать мозгами. Конечный результат зависит только от тебя. Желаю успеха! И будь осторожна, объект ещё та устрица! Ну, ты меня понимаешь!”. Весь следующий день Наони провела в библиотеке.

Глава 9

Лишние хромосомы покинули игровую площадку, удалившись на послеобеденный сон. Шатенка тоже перекусила в кафе и вернулась домой. Переодевшись в не очень строгое платье, она отправилась на приём к личному психологу. На тридцатом этаже бизнес-центра Наони открыла дверь приёмной офиса, и доброжелательно поздоровавшись с полненькой немолодой секретаршей, присела на мягкий диван. Напротив в кресле ожидал ещё один клиент, мужчина в деловом костюме и портфелем. Кивком головы она поприветствовала и его. Несколько минут спустя открылась дверь одного из кабинетов и молодая, приятной наружности, помощница доктора, поздоровавшись с присутствующими, пригласила мужчину в кабинет. Минутой позже секретарша после звонка телефона встала и открыла дверь другого кабинета, приглашая Наони.

В кабинете за столом сидел преклонного возраста доктор и что-то дописывал в журнале. Поднявшись в полный рост, он без эмоций поздоровался с посетительницей, аккуратно прикрыл занавеси окна, и предложил удобно устраиваться.

– Здравствуйте, Мишель! – обращаясь с уважением, сказала Наони.

– Как Вы себя чувствуете? – уже мягче начал доктор.

– Прекрасно, Мишель! А как Ваша Люси, всё не прекращает радовать Вас и Далору?

Агент хорошо знала, как сильно привязан Мишель к своей жене и внучке Люсиль, и поэтому частенько “вынуждала” его рассказывать о приятных сердцу моментах, поднимая ему тем самым настроение. Он напоминал ей отца, такой же одухотворённый, сильный человек, но совершенно беспомощный в современном обществе, и приносящий этому обществу только пользу.

– Эта гиперактивная мадемуазель все выходные испытывала на прочность нервную систему дедушки и Далоры практическими вопросами о способностях детского организма выдерживать сумасшедшие нагрузки и пируэты. А в конец ещё и упала с велосипеда.

– Боже мой! И как она себя чувствует?

– Прекрасно, Наони, прекрасно! – с юмором ответил Мишель.

Доктор придвинул стул к маленькому столику и, достав из шкафа небольшой чемоданчик, поставил его на стол.

– Я немного послушаю вашу физическую ауру, Наони, если Вы не против.

– Да, Мишель, конечно. Вы, наверное, единственный, кто может её услышать.

Психолог подошёл к спинке кресла и положил свои большие тёплые руки на плечи Наони.

– Вы для меня навсегда останетесь загадкой, Наони, неопознанным парадоксальным творением Божиим, – с отцовской добротой сказал Мишель.

– Как это часто бывает, тайное скрывает менее важное, нежели само явное, – как-то задумчиво ответила она.

Доктор набрал код на панели настенного пульта, прозвучали ели слышимые сигналы системы обеспечения охраны, и он открыл боковую дверь в соседний кабинет.

– Сеанс связи, Господа! Чёрт бы его побрал, – уже про себя добавил внештатный сотрудник разведывательного управления Мишель.

Все разведывательные спецслужбы мира основаны на принципе выборочной дозволенности совершения преступлений против личности в интересах системных идеологий, но чаще в интересах конкретной правящей номенклатуры. В кабинет вошли мужчина с портфелем и помощница блондинка. Координатор присел в кресло напротив шатенки, а девушка на стульчик у стола.

– Ирен, будьте любезны, проведите экспресс тест, – возвращаясь за стол, обратился психолог к помощнице.

– ЦНС-1? – спросила, открывая чемоданчик, Ирен.

– Нет, сегодня общий, – ответил, уже листающий журнал, доктор.

Доставая из чемоданчика медицинские приборы, девушка искоса с интересом рассматривала Наони, которая уже вела беседу с мужчиной.

– Как ваши успехи? – начал разговор координатор.

– В стабильной форме, если Вы о процессе.

С этими новыми агентами связи, Наони виделась всего лишь во второй раз, и поэтому аккуратно продолжала знакомиться. Она не знала причину рокировки связных, но была уверена, что это неспроста.

– Это очень хорошо. Стабильность необходима для уверенного проведения манёвра, а в вашем случае, возможно, и залог успеха. Сегодняшняя ситуация позволяет надеяться на более продолжительные и плодотворные отношения различных игроков мировой политической арены, а долгосрочные экономические и политические обязательства будут помогать влиять на последующее изменение полярности интересов таковых. С данными аналитического центра я Вас ознакомлю.

Мужчина лет сорока пяти в недорогом, но новом костюме, явно готовился к этому вступлению. Достав из портфеля бумажную информацию, он передал её в виде документов, удобно сидевшей и изучавшей новых агентов, Наони. Поверхностное спокойствие и вычурность поведения, не скрывала от неё внутреннего напряжения агента. Он пытался как можно чётче и конкретней сформулировать смысл задания, которое всегда передаётся в устной форме. Помощница блондинка, аккуратно манипулируя правой рукой Наони, проводила необходимые анализы, меняя приборы.

– Руководство, изучив ситуацию, приняло решение внести коррективы в дальнейшее проведение операции. Выбор всегда остаётся за Вами, и поэтому были предложены несколько вариантов развития событий. Учитывая ваш опыт и профессионализм, руководство рассчитывает на оптимальный выбор пути решения поставленной задачи, – продолжал готовиться к главному корректор.

Наони читала сводки аналитиков, пытаясь уловить смысл прелюдии говорившего. Несколько вариантов это всегда один, просто интерпретируемый с различных сторон для приличия. Чемоданчик выдал результаты анализа в бумажном виде, издав жужжащий звук. Наони забрала руку после “экзекуции”, потирая ваткой место укола.

– Ну что там, Ирен? – протягивая руку и продолжая читать записи, сказал Мишель.

Помощница передала результаты, и психолог переключил внимание на них.

– Если позволите, у меня есть информация и для Вас, Доктор, – достав из портфеля документ, сказал мужчина и подошёл к столу Мишеля. – Мне бы хотелось, чтобы Вы ознакомились с информацией по внимательнее и, если возможно, в соседнем кабинет.

Психолог покинул кабинет, бормоча себе что-то под нос, а за ним и блондинка, предварительно собрав и закрыв чемоданчик с медицинскими приборами. Корректор сел напротив Наони уже не закидывая ногу на ногу.

– Руководство уверено в победе объекта на президентских выборах. Есть информация, что его покровители, судя по всему, уже договорились между собой, да и он не сидел, сложа руки. Жена женой, а Вы свою работу знаете. Под Вашим влиянием он уже давно ведёт “тихие переговоры” с конкурирующей стороной, что подтверждается и другими нашими источниками. Наш “парень не промах” и совсем скоро захочет залезть уровнем по выше, тем более, что он имеет все перспективы. Со временем, как Вы понимаете, ему понадобится третья сторона, противовес, так сказать, политический аргумент, и мы в силах ему помочь, это в наших же интересах. Сегодня экономическая и политическая ситуация этому благоволит и тем паче, что ему «грозят» два срока. Ваша задача перевести стабильно сексуальные отношения в разряд акцентированного влияния с более серьёзной психологической зависимостью. Так сказать, ”до конца забить гвоздь”. Главным офисом рассматривались несколько вариантов типа развод с женой, болезнь любимой и тому подобное, но остановились на оптимальном, так сказать, не публичном. Ваша беременность…

У объекта нет своих детей и, скорее всего, им и не планируются. Воспользуйтесь победной эйфорией и постарайтесь не омрачить её состоянием аффекта. Преподнесение информации и имитация беременности с дальнейшей интерпретацией, ложится на Ваш профессионализм. Необходимая техническая поддержка будет Вам предоставлена в полной мере. Если есть вопросы или предложения, я готов выслушать.

– Агент, а у Вас есть дети? – как-то без участия спросила Наони.

– Это Вы к чему? – растерявшись, сказал мужчина в новом, но недорогом костюме.

– Да так, практикуюсь в преподнесении подобного рода информации, – с лёгкой усмешкой ответила шатенка. – Ну что там, Мишель? – громко произнесла она, нивелировав серьёзность и тайность разговора, давая понять, что встреча подошла к концу.

В кабинет зашёл доктор и проследовал к своему столу. Координатор, немного нервничая, собрал на маленьком столике, разложенные шатенкой сводки аналитического центра, и уложил их обратно в портфель.

– И как звучит моя “аура”? – слегка раздражённым голосом, спросила Наони.

– Симфонически, не считая небольших отклонений. Если они не вызывают у Вас дискомфорта, мы не будем предавать им значения, – двусмысленно ответил психолог, не отрывая глаз от журнала на столе.

– Не вызывают! – вставая и отряхиваясь от лишней информации, произнесла Наони. – Я могу быть свободна? Господа, до свидания! – с чувством превосходства посмотрев на координатора и не дождавшись ответа, сказала высокая шатенка.

Выходя из офиса, её мысли цитировали дихотомию Зенона: ”Чтобы преодолеть путь, нужно сначала преодолеть половину пути, а чтобы преодолеть половину пути, нужно сначала преодолеть половину половины, и так до бесконечности. Поэтому движение, никогда не начнётся!”.

– И скорее всего, никогда не закончится! – вслух добавила она. – Если только… – и она не окончила фразы.

Глава 10

Сеанс связи был окончен. В возбуждённом состоянии Наони отправилась в библиотеку, привести в порядок свои суждения и оценить полученную информацию. Взяв по инерции книгу, которую читала последней, Наони вошла в читальный зал. Там было немного людей, с некоторыми из присутствующих она была визуально знакома. Поприветствовав их кивком головы, шатенка присела на своё излюбленное место, которое как раз было не занято. Публика, посещающая библиотеку не очень разнообразная. Немного студентов, большинство профессионально работающих с информацией, любители чтения, “на экскурсии”, даже отдающие дань эстетической моде, поддерживающие тем самым свой интеллектуальный статус. Наони относила себя к любителям чтения. Но в зале присутствовал мужчина уже несколько раз замеченный ею, и которого она никак не могла идентифицировать с какой-либо “библиотечной кастой”. Проходя мимо, шатенка поприветствовала и его, и краем глаза уловила название книг интересующих незнакомца. Это были всё те же книги, которые он читал и в прошлый раз. Различные издания книги “ Кама сутра” озадачивали аналитическое воображение Наони.

Она открыла книгу “Так говорил Заратустра” и задумалась. Эта книга заинтересовала Наони после снятия запрета и опубликования книги Гитлера “Моя борьба”. Она прочитала её и ещё “Миф двадцатого века” Розенберга, одного из главных идеологов нацисткой партии. Ей было интересно понять причину запрета, а главное, мотивы “ре анимирования” этих произведений именно в данный момент времени в сегодняшней Европе. Дорога познания привела Наони к первоисточнику, к Ницше.

Но сейчас её одолевал другой, галопом несущийся табун мыслей, в котором она хотела заарканить и оседлать несколько главных из них, чтобы остановить всё стадо. Какая возможная реакция Жана? Каковы связанные с этим последствия? С какой информацией просил ознакомиться по внимательнее Мишеля координатор? Возможны ли пути отступления и какова опасность со стороны окружения политика в случае демаскировки?

Сексуальные отношения с объектом были в своём идеальном состоянии. Мужская потенция Жана была на пике своих возможностей, и шатенка была готова поддерживать её психологически ещё продолжительное время. Несколько раз в неделю по несколько часов они занимались сексом, и политик держал свой организм в тонусе, раскрывая не только сексуальный потенциал. Наони хорошо осознавала этот аспект и понимала, что может им воспользоваться. Волновало другое, спонтанная реакция в напряжённой экстремальной ситуации, связанной с предвыборной гонкой. Хотя результат заведомо предполагаем, нервное напряжение остаётся до момента достижения цели. Агент анализировала и выбирала оптимальный вариант.

Выходя из храма своих Пенатов, высокая шатенка была уже близка к естественному своему состоянию спокойствия духа и уверенности сознания. Где-то далеко, нарушая грацию ровно идущих мыслей, блуждала одна неоседланная. Когда-то давно Наони сообщили, что её женский функционал на девяносто процентов не способен к продолжению рода, и более этим вопросом она не занималась, будучи уверена в его обоснованности. Сегодня было брошено зерно сомнения, и она испытывала непонятное чувство смутной неуверенности.

Наони встала между большими мраморными колоннами, глубоко вдыхая воздух открытого пространства. На секундочку закрыв глаза от удовольствия, она не заметила, как к ней подошёл незнакомец из библиотеки.

– Наверное, Вам трудно даётся только внутреннее противостояние?! – ровным спокойным голосом сказал незнакомец. Эта фраза была более утверждением, нежели вопросом.

Высокая шатенка, скрестив руки на груди, и чуть повернув голову, искоса посмотрел на говорившего. Это был немолодой мужчина, одинакового с ней роста, с лёгкой щетиной, в белой рубашке с подкатанными рукавами и строгих костюмных брюках. Он держал руки в карманах брюк, стоял параллельно Наони и смотрел в том же направлении, что и она. Это не было похоже на флирт или на случайное знакомство.

– А Вы ещё один психолог? – стараясь не быть грубой, ответила шатенка.

– Я бы так не сказал, – продолжая смотреть перед собой, ответил мужчина.

Разговору не суждено было состояться, слишком затянувшаяся пауза не дала ему такой возможности. Агент привыкла занимать осознанную позицию, и поэтому в самом начале хотела определить мотивы происходящего, предоставляя главную роль оппоненту. Но мужчина повернулся к Наони и, протягивая ей визитную карточку, сказал:

– Если Вам понадобится помощь.

– А она мне может понадобиться? – слегка прищурив глаз, взяла визитку Наони.

На визитке был только номер телефона.

– Чтобы избавиться от сомнений, нужно вначале избавиться от суждений! – расправляя рукава рубашки и возвращая манжеты на место, проговорил он.

– Да, интересный способ знакомства. Вы адвокат? Или журналист? – уже в спину, сбегавшему по лестнице мужчине, произнесла Наони.

Эта недосказанная сцена оставила неприятное чувство и уже из стройно идущего ряда мыслей, вдруг вырвалась ещё одна тревожная. Какая-то мутная ассоциация с прошлогодним случаем на той закрытой вечеринке, где она познакомилась с Жаном. Что-то, что снова ускользнуло из поля её контроля.

По дороге домой Наони написала несколько смс сообщений и, получив ответ, её движение упорядочилось и стало размеренным. Квартира – это обитель всех образов и амплуа её владелицы, которые уживаются в ней одновременно. Но иногда хочется вылезти из рамок своей реальности.

Отправив снятую одежду в надлежащие места, высокая шатенка подошла к незаметной двери, похожей на дверь шкафа, и исчезла в другом измерении. Это была часть её апартаментов отделённых стеной по типу соседней комнаты, но с собственным выходом во двор и уже из соседнего подъезда. Это был немаловажный критерий при выборе апартаментов. Комната отличалась интерьером и цветовой гаммой, в которой преобладали коричнево серые тона, и кожаная мебель хорошо сочеталась с деревянным столом и небольшой книжной полкой. Наони переоделся. Модная рубашка, аккуратные джинсы, кожаная куртка и массивные часы, были дополнены кепкой. Это не было имитацией, это был унисекс.

Наони редко пил алкоголь, а тем более если было запланировано свидание. Он пригласил даму в небольшой ресторанчик, где они откушали устриц и салат из морепродуктов, а девушка и немного вина. После они отправились в неофициально работающий мотельчик, с недешевой ценной, но качественным, а главное, “всё понимающим”, обслуживанием. Там уже Наони держал свою мужскую потенцию в тонусе, занимаясь несколько часов сексом с очень привлекательной особой, доводя её до оргазмов, которые она испытывала только с ним, и была готова “сходить за ними на край света”, как она утверждала.

Изучая социальный пакет одного объекта, агент вычислила его любовницу. Особа оказалась очень сексуальной в глазах Наони, и спустя какое-то время после операции, он познакомился с ней уже в личных интересах. Сложились прекрасные отношения, не мешающие нормальному образу жизни, и устраивающие обе стороны.

Высокий шатен вернулся домой поздней ночью, но в уравновешенном состоянии.

Глава 11

После делового обеда в очень приличном ресторане, на котором присутствовали несколько политиков, действующий член правительства, пару депутатов, префект и Мари, Жан вернулся в главный офис, отдал необходимые распоряжения, а по дороге домой заехал в офис профсоюза, и оказался в своём загородном доме уже в девятом часу вечера. Жены дома ещё не было, а Валеро был отправлен ею за покупками какого-то дорогого вина и шоколада, чёрт знает для каких надобностей. Политик остался один, не считая незаметной прислуги. В своём кабинете он улёгся в анатомическое кресло, сделанное под заказ дизайнером из материалов, полученных нано технологиями, и закрыв глазах, провалился в сон с приятным ощущением своей значимости. Ему снилась Наони. Химическая реакция организма запущенная сексуальным контактом, продолжала ещё влиять на нервную систему Жана. Ему даже приснилась хорошая идея прикупить такое же анатомическое кресло и в свои отдельные апартаменты, он представлял, что Наони понравится. Где-то с боку, в далеке маячили лица политиков, непонятных людей, и главное, спор с его прямым оппонентом, остался во сне на заднем плане. Тестостерон брал своё. Ему воображались новые позы, интегрируемые в дизайнерское кресло, углы, ракурсы, способы достижения цели.

Полу управляемый сон был прерван голосом Мари. Секрет анатомического кресла заключается в том, что после непродолжительного сна, вы пробуждаетесь без каких-либо побочных эффектов, как будто и не засыпали. Жан спокойно встал и пошёл навстречу Мари. Они встретились в большой гостиной, и муж обратил внимание на лёгкое поблёскивание жены. Аккуратненько и со вкусом одетая, с уложенной профессионально причёской и незаметным макияжем, Мари действительно поблёскивала.

После делового обеда она прямиком отправилась в салон красоты, где ей провели комплекс процедур и под конец область декольте покрыли кремом специального действия, а он уж и включал в себя блёстки.

– У нас в программе интимный вечер при свечах? – подойдя к Мари, и нежно обняв жену, с улыбкой тихо спросил Жан.

– Почти, «кабель», – взявшись за ягодицы мужа, улыбаясь, прошептала Мари. – У нас гости, а ты, как всегда, не в теме.

– Да, и кто же? – уже нормальным голосом, делая вид, что удивляется, сказал политик.

– Твой несостоявшийся визави и друг, с молоденькой привлекательной женой. Кстати, на которую ты чересчур засматриваешься, – покидая объятия мужа и гостиную, проговорила Мари. – Мне нужно привести себя немного в порядок, до их приезда.

– Как по мне, Вы прекрасно выглядите, Мадам! А ваш блеск затмит любую звёздочку, имевшую не осторожность, оказаться рядом с Вами, – пропавшей уже из поля зрения жене, немного повышая голос, продекламировал Жан.

– Это всего лишь крем, Милый, – фраза донеслась уже из неоткуда.

– Прям как у Маргариты перед балом, – самому себе произнёс Жан.

Будучи под влиянием и впечатлением ещё и образованности Наони, Жан прочитал эту книгу.

– “Осталось мастеру пропасть, и сжечь труды. Всей жизни творчества произведенье…”. Ну, как-то так, – закончил он, подойдя к бару, и потянулся к графину с виски.

Хитрая улыбка пробежалась по лицу политика, и он поставил графин на место. Наони научила его, алкоголь и секс не самая лучшая пара. Жан уловил игривые нотки в манере жены, и предположил такой возможный вариант.

Гости прибыли ко времени и семейный раут приятно прошёл в полном объёме, разве что без танцев. Молодая и привлекательная жена друга бизнесмена действительно выглядела эффектно, что не раз подмечал не только Жан, но умудрённая жизненным опытом Мари с легкостью приглушала производимый эффект светскими манерами и элегантным актёрским мастерством. Публика в лице мужа и друга благосклонно оценили театральное эссе, хотя и с сожалением относились к разыгрываемой теме. Жан давно предполагал какую-то интригу между женой и своим другом бизнесменом, но это возможное было уже в прошлом, и сейчас не имело никакого влияния. Прекрасное вино, очень лёгкие дегустационные закуски и шоколад, который очень любила Мари, дополняли приятное общение их время препровождения.

Когда Валеро проводил гостей, и семейная пара оказалась наедине, Жан убедился в верности своей интуиции. Жена кокетничала с ним. Слегка опьянённая вином и женским маленьким успехом, Мари пребывала в состоянии возбуждения, а сексуальное бельё и чулки, надетые ей в момент приведения себя в порядок, подразумевали его направление. Блуждающий в организме Жана тестостерон, выработанный в большом количестве, прошлой ночью, постепенно сформулировал своё предназначение, и муж медленными па перевёл действо в свой кабинет, закрыв за собой дверь на ключ. Анатомическое кресло продемонстрировало весь свой функционал, как и представлял себе Жан. Эрекция у мужчины была превосходная, что тешило самолюбие Мари, да и она была “на высоте”. Зная предпочтения мужа, женщина поочерёдно использовала весь свой арсенал, получая ещё большее сексуальное возбуждение, и тем самым продлевая удовольствие обоим.

Хотя жена была уже не в самой своей лучшей физической форме, и кожа на теле в некоторых местах, выдавала её возраст, смешанный сексуальный образ Мари и Наони, позволял Жану достигать высокого сексуального потенциала. Он с интересом репетировал сценарий с анатомическим креслом на будущее, доведя жену до нескольких оргазмов.

Семейная пара заснула в объятиях, с полным чувством глубокого и полного удовлетворения. Жан действительно чисто по-человечески, пуская даже в своей интерпретации, любил свою жену и относился к ней с настоящим уважением. Ему было приятно доставлять Мари минуты женского счастья. Образ жены был полностью интегрирован в жизнь политика, без вариантов. Так думал Жан, но скорее всего, было наоборот.

Глава 12

Агент, проанализировав ситуацию и проработав детали своего изменённого образа, необходимого в подобном случае, не спеша подошёл к выбору подходящего момента. Победа в первом туре голосования с небольшим отрывом, проводила черту невозможности обратного отсчёта и полной уверенности в покорении ”Олимпа” в следующем. На это у Жана были свои основания.

Высокая шатенка уже частично обработала психику объекта, воздействуя на его психоэмоциональные механизмы. Прерванный половой акт, перенос свидания из-за головной боли или недомогания, небольшие, якобы гормональные, всплески настроения, конечно же, немного раздражали клиента, но натренированная Наони устойчивая сексуальная зависимость, позволяла манипулировать эмоциональным фоном политика. В обиходе даже появилось анатомическое кресло, что очень радовало Жана и его воображение.

Скромно отпраздновав победу и первый шаг к “Парнасу”, отдав должное “особо приближённым”, команде и электорату, порядком под устав от публичности, Жан отправился на долгожданное свидание поздним вечером. Наони уже ждала его в апартаментах, удобно устроившись на мягком кожаном диване перед телевизором, уложив свои обнажённые, длинные ноги рядом с собой, массажируя лодыжки левой рукой. Если бы её щиколотки были бы чуточку тоньше, она бы однозначно была бы хрупким созданием, но природа предусмотрительно пользовалась правилом “золотого сечения”. Зайдя в квартиру, Жан прямо подошёл к ней и глубокий страстный поцелуй надолго задержал их в объятиях.

– Ну что, моя Афродита, хочешь оседлать настоящего дракона?! – заговорила мужская эйфория, вырвавшаяся из социума в свою интимную среду.

– А разве драконий огонь не иссяк? – с улыбкой, спросила шатенка.

– Возможно, но сегодня я буду господином БДСМ, – Жан несколько дней не виделся с Наони, и как он любил выражаться, “у него уже поднакопилось, чем её наполнить”. Химический процесс, подогреваемый вкусом “наполеоновской” победы, многократно усиливал желание и возможности мужчины.

Коротенькое облегающее цветное платье, обнажающее плечи, упругая, бархатистая кожа тела и возбуждающие изгибы её фигуры, не укрылись от его взгляда, и он уже предвкушал “поединок” на анатомическом ложе. Наони была сексуально обворожительна.

– Я немного приведу себя в порядок, и займусь вашим воспитанием, детка! – на ходу сбросив пиджак на кресло, и расстегивая рубашку, проговорил Жан.

– Буду ждать, мой господин! – поправляя причёску и хитро ухмыльнувшись, ответила Наони.

Пробравшись почти обнажённой в душ к Жану, и приступив к предварительным ласкам, Наони продолжила разговор, чередуя слова с глубоким поцелуями.

– Ты просто обалденный, Жан…! Ты сделал их всех…! Ты добьешься своего потому, что ты большая умница и заслуживаешь это…! Но я хочу рассказать тебе и о своей маленькой победе…! Я тоже могу убить дракона…! Я думала, что никогда этого не испытаю…! Что это невозможно…! Я беременна, Жан…!

По телу мужчины пробежала волна, но он с достоинством выдержал глубокий поцелуй.

– Постой, это… – не сумев закончить, попытался сказать он.

– Забудь, это не вариант для нас. Я решу этот вопрос сама. Мне главное, это возможно…! Просто у меня появилось иное будущее…! Ты у меня умница, Жан…! Я люблю тебя!

Предварительные ласки уже принимали форму прямой стимуляции и разных вариаций секса, и пара проведя ещё некоторое время в ванной комнате, переместилась “на арену”. Работал отточенный механизм психологической поддержки потенции, и сексуальное возбуждение объекта достигало своего нормального максимума, игнорируя лёгкое смятение мыслей. Секс был таким же качественным и продолжительным.

Уже в постели, когда “дракон БДСМ” засыпал, Наони, выскальзывая из белоснежных простыней, прошептала ему на ухо:

– Я сегодня покину тебя раньше. Мне завтра надо успеть сделать несколько дел. А тебе надо выспаться, – и под конец добавила, закончив фразу поцелуем. – Возможно, мне понадобится твоя помощь, Жан.

Через несколько минут высокая шатенка вышла из парадного входа и уехала в свою обитель. Жан спал, провалившись в глубокий сон. Но через пару часов в воздухе что-то треснуло, как потом казалось политику, и “дракон” резко проснулся. Сев на край кровати, держась за голову обеими руками, он спонтанно произнёс вслух:

– Твою ж мать! Это ж надо было так вляпаться! – встав с постели и не находя себе места, Жан стал ходить по комнате, как раненый зверь в клетке.

– Как такое может быть… Разве гермафродиты могут иметь детей?… Это бред. Или могут?… Твою ж мать! – продолжал вслух растерянный “дракон”.– Для нас это не вариант. Это невозможно…! Не-воз-мо-жно…! Твою ж мать…! Как ты себе это представляешь…! С ума сойти можно…! (пауза) Да она всё решит. Она же не дурра…! Я даю ей столько денег…! Нет…! Она умница, она сама всё понимает…! – в голосе Жана стали звучать нотки различного тембра, постепенно отделяясь друг от друга.

– Это может стать катастрофой…! Ка-та-стро-фой!.. Могут быть, я даже боюсь себе представить, какие последствия…! (пауза) Какие последствия могут быть?… Никаких не должно быть… Об это никто не должен знать… Она умница, я помогу ей…(пауза) Твою ж мать!.. – спираль движения принимала больший диаметр.

– Боже мой!.. Если узнает это "острая морда"… Боже мой!.. Он «сгноит» нас, меня и Мари… Мари…! Моя Мари…! Тебе «насрать» на мой секс, но ребёнок… Ребёнка ты не простишь…! О Боже мой!.. Боже мой!.. Этот "острый хлыщ" обязательно поставит в известность старика “Якобы Наивного”… Он меня уничтожит… Этот уничтожит, с этой своей наивной улыбочкой… Старый зайчик… Старый зайчик, а ведь я столько для тебя сделал… Ты "сожрал кусок пирога" тогда в кризис, и не подавился… “Чудом не пострадал от финансового кризиса!”… Да это я тебе засунул тот лакомый кусок прямо в «горло»… И ты будишь меня давить? – Жан перевёл дух.

Он подошел к окну и раскрыл его навзничь. Глубоким вдохом, набрав полную грудь воздуха, Жан медленно выдохнул.

– Я тебе не мальчик для битья… Я с этим разберусь сам… Это моя личная жизнь…, – закрывая окно, тихо сказал он. – Хуже всего, если об этом узнают “крысята” и донесут “старой крысе”… Она то уж точно разнесёт всем “по гнёздам и в рот положит”… Обольёт грязью с ног до головы… Гермафродит… Супружеская измена… Католик… Аморальщина… Ещё что-нибудь приплетет… Не применит воспользоваться случаем…(пауза) А разве гермафродиты могут иметь детей?… Как видишь, могут, – уже мужским голосом, но всё ещё вслух, говорил Жан.

В его голове носились и другие мысли, которых он не озвучивал, но ощущал их присутствие. Позы, ракурсы, Наони, обрывки картинки инаугурации, счастливое лицо Мари, и ещё какие-то.

– Надо, чтобы об этом никто не узнал… Всё будет хорошо… Наони меня любит… Она всё сделает правильно… Она ж не дура… Всё, харе… Держи себя в руках… У тебя второй тур… Это они будут от тебя зависеть… Давить меня!?… Хм, уже поздно… Теперь Вы будете со мной советоваться… И предлагать варианты… Давить…?! Как же…! Я не по праву “папиков”, я сам себя создал… И пусть эта наглая "острая морда" задумается, какая между нами разница! – продолжая ходить по комнате, вёл сам с собой беседу политик. Он быстрым шагом сходил в уборную и вернулся.

– Она беременна!..(пауза) – он присел на край кровати. – Боже, а может это прекрасно!?… Ребёнок… Я в принципе мог бы это устроить… Каким интересно он будет!?… А если гермафродитом?… (пауза). Если, таким как она, тогда он сможет покорить этот мир…(пауза). Так, это не вариант… Надо, чтобы об этом никто не узнал…

Жан перестал говорить вслух, но мимика его лица продолжала выдавать напряжённую работу мысли. Ещё немного и он, успокаиваясь, рухнул от усталости в "белоснежное забвение".

– Надо поспать.

Глава 13

Наони рассчитала всё верно, подложив объекту все необходимые психоэмоциональные ступеньки. Изучая внутренний мир и психологию поведения своего клиента, высокая шатенка использовала самые различные методы, даже практиковала “ролевые игры”. И это дало свои результаты. Кроме самого банального агент выявила у клиента болезненную сторону его как бы уязвлённого самолюбия, так сказать, “ тварь ли я, или право имею”. Причины возникновения “уязвления” её особо не интересовали, а вот болезненная сторона оказалась очень практичной. Объект чувствовал себя наделённым исключительным правом, так сказать, ощущал свою прерогативу, но при этом считал себя до конца недооценённым. Интимные отношения с гермафродитом ещё более утвердили Жана в его «исключительности» и не только на подсознательном уровне, но и на самом сознательном. Этим то, как раз, и пыталась воспользоваться Наони.

Она также понимала, что другие варианты достижения цели могут оказаться недейственными и выдать, так сказать, грандиозный блеф. Руководству же Наони было просто необходимо заполучить, причём в кротчайшие сроки, “молот Тора”, “железный аргумент”, чтобы провести молниеносный блицкриг и решить вопрос с будущим первым лицом государства раз и навсегда. Этого требовали геополитические интересы. Интересы в пользу многополярности международных отношений.

Руководство спецслужбы, эти ”мастодонты” тайных операции, вербовки, шантажа и дискредитации, видимо неслучайно выбрали такой способ, а главное, такой своевременный момент на фоне нестабильной международной политической обстановки. И всё в принципе складывалось самым прогнозируемым образом, но…

Но человек предполагает, а Бог располагает! В соседнем кабинете, боясь шевельнуться, вросший в кожаное кресло, в полной темноте, сидел Валеро. Он слышал весь монолог ”дракона БДСМ”. Хотя Жан держал дистанцию с водителем и доверенным лицом в вопросах “личных интимных предпочтений”, в этот вечер, по указанию Мари, водитель остался ждать хозяина, на случай, если будет необходимо срочно доставить политика по неотложным делам. Он припарковал мерседес неподалёку и чутко дремал. Заметив, выходящую из подъезда поздней ночью особу, охранник машинально забеспокоился. Валеро, конечно же, понимал смысл “отдельного отдыха” хозяина, и даже иногда подмечал его “мужские пируэты”, но последнее время он был лишён доступа к подобному роду ситуациям.

То ли походка особы, то ли ранний уход “Золушки”, вызвали у него подозрения, но он решил, пренебрегая субординацией, проверить, всё ли в порядке. Запасные ключи от квартиры всегда были в машине на всякий случай. Валеро быстро поднялся в апартаменты, открыл дверь и, немного стесняясь, тихо прошёлся по квартире. Обнаружив глубокий сон Жана, он на цыпочках вышел из комнаты и слегка прикрыл дверь. Чёрт знает, почему и для чего, Валеро решил на секундочку присесть в мягкое удобное кожаное кресло. Он аккуратно присел сначала на край сидения, а потом вытянулся во весь рост, и удобно умостился, закинув назад голову. Не прошло и минуты, как он провалился в «небытие». Проведя напряжённый день на ногах и практически не спавший двое суток, его свалила усталость. Привыкший часто спать сидя, водитель удобно повторял анатомию кресла, и так бы и проспал бы до утра, но его разбудил тревожный сон и он уже не спал, собираясь встать и уйти, когда вдруг услышал глухой треск в воздухе. Потом ему казалось, что это он неудачно пошевелился в кресле. Ну, а далее, спиральное движение приближающейся опасности, приковавшее Валеро в полном безмолвии к креслу. Чувство страха от нечаянного завладения чужой тайной, широко раскрывшей ему глаза, которые одни, наверное, были заметны из всего его замаскировавшегося “под темноту” образа. Поход Жана в уборную, чуть не вызвал у охранника нервный обморок. Не закрытая за собою дверь, позволила Валеро полностью прослушать соответствующие звуки процедуры, чем вызвала уверенность в том, что это точно не самый подходящий момент для появления его из-за кулис, и оваций ему уж точно не сорвать. И он ещё больше сросся с кожей кресла, закрыв свои предательские глаза, на проходящую мимо опасность.

Дождавшись в трепете ожидания, когда опять глубокий сон настигнет политика, Валеро пулей вылетел из квартиры. Выбежав на улицу, он с трудом сдерживал свои эмоции. Его нервную систему одолевало двойственное чувство толи паники, толи эйфории. Сначала он хотел лететь прямо к Мари, но поразмыслив, взял себя в руки, уселся в автомобиле и уже не сомкнул глаз до десяти часов утра, пока к нему не позвонил Жан с просьбой за ним приехать.

Валеро был не просто охранником, водителем и помощником Жана, Валеро был доверенным лицом Мари. Почти ровесник своей хозяйки, он был знаком с ней более трёх десятков лет, начав работать ещё у её родителей, по хозяйству. Было время, когда он по-мужски засматривался на хозяйку, и хотя у них никогда не было с ней интимной связи, со временем, интимные отношения другого рода всё же возникли. Он был спокойным, уравновешенным, рассудительным, что позволило Мари, сначала советоваться с ним, а потом и опереться на его мнение. Время сыграло свою роль, и Валеро стал посвящаться в “придворные тайны закулисной жизни” своей хозяйки, параллельно проявляя свою преданность и незаурядную хитрость в решении некоторых вопросов, что, как нельзя лучше, подходило Мари. Он был рядом и в первом её браке, и во втором. Сам же был «разведённым», и всецело отдавался работе. Обеспечив политика полным спектром необходимой помощи по указанию хозяйки, Валеро был в курсе всех событий, тем самый снабжая информацией Мари. Она же, обсуждая с ним детали и советуясь, практически строила свои планы, а в некоторых вопросах полностью полагалась на его мнение. Валеро скромно чувствовал себя “серым кардиналом” в высшем обществе, не будучи его членом, а Мари – многослойную психологическую поддержку своего “домашнего питомца”, совершенно незаметную для глаза постороннего обывателя. Тема пикантных подробностей жизни Жана, охранником и женой политика всегда обходилась стороной, по умолчанию Мари, и Валаро не усердствовал в этом направлении, понимая бесперспективность. Но только не в этот раз…

Глава 14

В четвёртом часу пополудни, после короткого рабочего дня, водитель доставил политика домой. Дождавшись умеренно подходящего момента, когда действующие лица уже находились вне поля зрения друг друга, Валеро без стука вошёл в кабинет Мари. Она мило с кем-то разговаривала по телефону, сидя в кресле своего рабочего стола, и жестом пригласила “кардинала” присесть. Мужчина толи от усталости, толи от чувства значимости своей персоны именно сегодня развалился в кресле неподобающем его статусу образом. Это не скрылось от глаза хозяйки и на её лице появились признаки недовольства. Закончив разговор, она не подав виду обратилась к охраннику:

– Как дела, Валеро, устал?

– У нас проблемы, Мари, – без вступления, как-то нагловато начал он.

Мари эта фамильярность тона уж вовсе не понравилась и она, выпрямившись в кресле, положила локти на стол.

– И в чём именно наша проблема? – твёрдым, монотонным голосом произнесла хозяйка, делая ударение на слове наша.

Думая о случившемся целый день, добавляя и сгущая краски, в своём воображении, Валеро был уверен в первостепенной важности информации, которую он "на блюдечке" собирался преподнести своей хозяйке. Но сейчас, почувствовав ошибку в манере, он принял аккуратный подобающий образ в кресле, и уже спокойно и уравновешено пересказал “услышанное за кулисами” со своими комментариями и “красным словцом”. Лицо Мари постепенно меняло своё выражение, чем вызвало своего рода чувство сатисфакции у “кардинала”. Молча, дослушав монолог в лицах, жена политика стала задавать уточняющие вопросы.

– Ты уверен, Валеро? Это похоже на какой-то бред, – выходя из какого-то минутного помутнения, говорила Мари.

– Думаю нет. Я передал Вам дословно то, что мною услышано.

– Этого не может быть… Только не сейчас… Он же не идиот!?… Ты уверен, Валеро? – возвращала она контроль над своим сознанием и мышлением.

– Я Вам рассказал всё, что было.

– Интимная связь, пусть даже извращённая, это одно… А беременность, это уже не в какие ворота… Это не похоже на него, он же не идиот?!.. Ты уверен? – начиная уже нервничать, говорила женщина.

– Судить Вам. Я всего лишь выполняю ваши поручения, – как-то сильно неприкрыто уничижал себя “кардинал”.

– Валеро, перестань! Сейчас не самое подходящее время паясничать. Мне нужно знать, что ты об этом думаешь… Беременная… Тогда он вообще уже обнаглел… Так меня унизить… Тогда он точно идиот!

– Боюсь, проблема не в этом.

– А в чём же ещё? Куда более? – сжав кулачки, агрессивно смотрела женщина.

– Меня беспокоит не этот “мужик в юбке” с довольной рожей.

– Какой ещё мужик? Беременный? Валеро, оставь свои вульгарные фразы для пивного бара, – раздражённо, сказала Мари. – Кто она?… Что ты о ней знаешь?…

– Вы же знаете, эти вопросы не входили в мою компетенцию, – завуалированной издёвкой, сообщил Валеро.

– Я знаю, – огрызнулась Мари, и стала ходить по кабинету. – Где он вообще нашёл гермафродита!?… Ему, что мало потаскух?!.. Или он уже БИ?!.. Скорее уже ТРИ-БИ, – постепенно выходя из себя, горячилась хозяйка.

– Я попытаюсь что-то разузнать, но боюсь, надо смотреть дальше, – многозначительно продолжал водитель.

– В каком смысле, ещё дальше? – ещё более раздражалась Мари.

– Ну, неспроста же она так широко раздвинула ноги, – пользуясь незаконченными фразами, подогревал воспаляющееся воображение себе и своей хозяйке, “кардинал”.

– Да понятно уже! Беременная! Дальше что?

– Дальше!? Если это неспроста и кто-то хочет добраться до Жана…

– Иии…, – уже просто злилась женщина.

– То, если бы кто-то хотел его шантажировать или дискредитировать, то давно бы мог это сделать, раз так давно длится эта связь, и в таком “удачном” ракурсе. И не факт, что гермафродит беременный…

– В смысле? Ты же говоришь, что беременный?!.. Или может, он так просто её называет?!.. А она вообще не гермафродит! – растерялась Мари.

– Да какая уже разница! Главное другое. Главное, что этот кто-то хочет завладеть Жаном и манипулировать им. Ну зачем ещё нужно было беременеть! Ведь и так уже всё всем понятно. Будущий президент, любовница гермафродит, да ещё и беременный. А это уже серьёзная "троица".

Жена политика озадаченно задумалась. Валеро, честно говоря, сам-то особо не верил в эту «версию». Это был всего лишь плод его воспалённого воображения, концепция, составленная, как ему показалось, безупречной логической цепочкой его ума. Он просто воспользовался эксцентричностью совсем уж не заурядной ситуации, и дорисовал её самыми яркими красками, не преследуя никакого злого умысла. Идея воспользоваться этой ситуацией пришла к нему уже позже.

– Так, – остановила спираль своего движения Мари. – Об это никто не должен узнать. Не спускать глаз с Жана. Как её зовут? Узнать, как её зовут, – не дожидаясь ответа, продолжила она. – Какой самый худший вариант? Моим это не выгодно! Да они подобным и не занимаются! Те, с кем договорился Жан? Нет. Они попутчики, им это не надо… Или да?… Или нет?… Нет… Они не будут тягаться с моими, это глупо. Кто это? Валеро, какой худший вариант?

– Ну, мне надо над этим поработать, – довольный произведённым эффектом, многозначительно ответил он.

– Худший вариант – это какая-то спецслужба, – отвечая за Валеро, утвердительно предположила Мари. – И это уже проблема… Хладнокровный, безликий механизм, работающий в интересах целой системы. Эти уже не заинтересованные личным интересом. Игра другого порядка…

– Я просто не хотел Вам этого говорить, – хитро подтвердил понравившуюся мысль Валеро, автоматически приписав её своему авторству.

– Так, об этом никто не должен узнать…

Разговор продолжался ещё какое-то время, но, так сказать, не носил принципиального характера, так, обмен домыслами. Все зёрна сомнения были уже посеяны в сознании.

Человеческое сознание! О, это очень своеобразная штука. Мы до сих пор до конца не понимаем, как оно устроено и что это такое вообще. Это бесстрашный герой и великий стратег и в то же время подлый трус, невидящий бревна в собственном глазу. Сентиментальный романтик и пошлый циник. Человек с большой буквы и низкий “подлец”. И всё это может уживаться в сознании одного человека, просто об этом не принято говорить вслух. Но попав в экстремальную ситуацию, выпав из привычной реальности в неизвестную действительность, очень часто сознание оказывается в беспомощном состоянии, и уже неспособно владеть ситуацией. И человек вдруг становится самим собой, тем, кем он является на самом деле, пусть и на очень короткий промежуток времени. Будь то резкий разговор, драка или же смертельно опасное действие, всё происходит самым мистическим образом, совершенно независимо от желания и контроля человека, но совершаемое именно им. Это уже потом сознание “берёт себя в руки”, называя это силой воли, и начинает “рассказывать” своему хозяину, что именно тот думал в самый опасный для него момент, при этом снова медленно овладевая контролем над мышлением человека. На что только не способно наше сознание, но уже после случившегося.

Что-то подобное произошло и с Мари. Этот разговор оказался для неё действительно экстремальным, и в какой-то момент она ощутила почти физически ту самую действительность. Это было совершенно осязаемое чувство. Чувство того, что всё, что произошло с Жаном и есть настоящая жизнь. Что её жизнь совсем не такая, как ей кажется и что Жан видит её другими глазами. Что-то, что произошло, совсем не трагедия, а чья-то новая жизнь. Что она уже немолода и является атрибутом жизни своего мужа. Что у неё уже есть дети и Жан такой же живой человек.

Но это состояние продлилось недолго. Сознание вернулось к Мари, и было категорически с этим несогласно, пустив в ход своё главное оружие и инструмент манипуляции страх. И как психика является гранью между сознательным и подсознательным, внутренним и внешним, а пространство и время, границей между энергией жизни и материальным телом, так и страх становится непреодолимым препятствием для человека, скрывающим от него самого его истинную сущность.

Глава 15

Далее события стали разворачиваться, наверное, самым естественным образом. Высокая шатенка и политик постарались сгладить возникнувший “пикантный острый угол” в отношениях. При следующем свидании, Наони обрисовала Жану картину аборта, со всеми подробностями и трудностями в её ситуации, продемонстрировав медицинское подтверждение своего "положения', подготовленное “технической поддержкой” спецслужбы. Жан же в свою очередь так и не смог утвердительно ответить. Это как-то не соответствовало представляемому им образу. Общее нарастающее напряжение и так сковывало руки, и ему пришлось пока рассуждать о возможности “невозможного”, молча подбадривая себя “христианским чувством” и самим фактом возможности продолжения своего рода. Агент предусмотрительно не мешал развиваться этой мысли, предоставив ей “управляемую свободу действий”, что, в свою очередь, не помешало высокой шатенки продолжить использовать “отточенный механизм”. Наони была уверенна, что это напряжение продлится не долго, а “железный молот” с одного удара расставит все “точки над и”. И угол был сглажен на какое-то время.

Жена политика, после разговора с "доверенным лицом" Валеро, пребывала в удручающем состоянии, да ещё к тому же подогреваемом “сводками и донесениями”, якобы его расследования, продолжавшего “раскручивать” шпионскую версию. Валеро действительно в поисках информации, обратился к своему знакомому из не очень презентабельной среды общества, можно даже сказать, специфической, к управителю нескольких борделей. Этот знакомый был эмигрантом "средней руки", но при этом, правда, посещал модные приличные мероприятия, мечтая когда-нибудь стать членом какого-нибудь “закрытого клуба” со своими девчонками. Но это лишь подчёркивало его авторитет в подобных вопросах. Познакомились они случайно, Валеро частенько пользовался услугами его заведения, а потом несколько раз встречался с ним на разных модных мероприятиях, сопровождая своего хозяина или хозяйку. Знакомый, нисколько не удивившись подобной теме, проконсультировал “серого кардинала” в вопросе транссексуальности на улицах мегаполиса, чем широко раскрыл глаза обывателю на загадочный мир сексуальных возможностей современного светского общества. До этого “образованность” Валеро в этом вопросе заканчивалась на “свингерской” тематике.

Если вкратце, то респектабельного вида знакомый поведал о том, что это “направление” пользуется популярностью у искушённых ценителей и знатоков подобного “искусства”, и последнее время в “тренде”. Что здесь в Европе существует своеобразная элита “афро герма дитов”, так он подчёркивал отличие, и что их услуги самые дорогие на этом рынке. Что доступ к подобному роду удовольствиям эксклюзивен и лимитирован, но он, правда, с большим трудом и только при острой необходимости, всё же, сможет посодействовать в предоставлении такового. Последнее было откровенным преувеличением, скорее, тайным профессиональным желанием.

Эта информация ещё больше утвердила “серого кардинала” в возможности существования тайного заговора и возбудило его разыгравшееся воображение. Он уже давно в “сердцах” недолюбливал своего босса и этот, так сказать, “эротический казус” накануне самого ответственного момента в жизни, в жизни не только Жана, но и других близких ему людей, положивших много труда, времени и здоровья для этой победы, да ещё и расцененный Валеро, как вульгарное извращение, давал ему, как он считал, не только моральное право, Этот казус требовал от него каких-то конкретных действий. Для его честолюбия это стало “казусом белли”, “поводом к войне”.

Добавляя свои умозаключения, “новоиспечённый детектив” пририсовывал недостающие элементы и пикантные подробности к своей версии. Как зовут особу, Валеро, так и не узнал. Номер авто отправил его “по адресу в никуда”, но проследив за Наони при случайно возникнувшей возможности, он вычислил её место проживания, и эта находка его немного смутила. Дом был из дорогих, и апартаменты в нём были очень недешёвым удовольствием, что немного не вписывалось в его версию.

В интерпретации ”серого кардинала” всё выглядело банально просто и в то же время “смертельно опасно”. Особа была известна в среде предоставления элитных интимных услуг и была востребована клиентами, в связи со своей физической “оригинальностью”. Частое пользование подобной услугой Жана, привело к тому, что данной услугой стала пользоваться и какая-то спецслужба. Сама беременность особы, скорее всего, фикция, так как транссексуалы и гермафродиты не могут иметь детей. Но проблема в другом. Действует ли этот гермафродит по указке спецслужбы или эта “липовая” беременность его попытка “срубить” больших денег, вот в чём вопрос. В связи со всем этим дальнейшее развитие событий непредсказуемо и может привести либо к грязному публичному скандалу, раздутому кем угодно, если информация покинет узкие пределы, либо, что ещё хуже, к неминуемой зависимости политика от какой-то спецслужбы, а это уже катастрофа иного порядка, совсем не "клинтоновские" проблемы.

Но вот в чём парадокс, уважаемый читатель! Валеро оказался очень близок к истине. Не имея ни малейшего представление о происходящем, кроме сплошных «неизвестных» этого уравнения, его сознание умудрилось как-то нарисовать абстракцию очень схожую с оригиналом. Ну как тут не отдать должное способностям человеческого сознания!

Вся эта представляемая в уме Мари «футуристическая» картина, ложилась тяжёлым бременем на её мозг и нервную систему. Через несколько дней после первого разговора с Валеро, не выдержав внутреннего напряжения и тревоги, она добилась «внеплановой» встречи со “своими”. В сдержанной, завуалированной, предположительной форме, Мари пыталась заручиться поддержкой, в случае ”непредвиденных обстоятельств”. “Свой”, проявив тревожный интерес, вынудил, постепенно теряющую самообладания, жену политика, слегка приоткрыть завесу.

Мужчина с "острым лицом", оставивший любимое занятие, прибыл на эту встречу прямо со своей яхты. Он был крайне недоволен услышанным. Очень корректно, но очень жёстко “свой” дал понять, что если “непредвиденные обстоятельства”, по каким-либо причинам, получат огласку, что абсолютно критично в данный момент, то это приведёт к катастрофическим последствиям, даже для мировой политики, не говоря уже о статусе Жана и его дальнейшей карьере. Несмотря на долгий и личный интерес в отношениях с политиком, они ничем не смогут ему помочь в подобной ситуации, и вся ответственность ляжет на плечи Мари и её мужа. И что они очень сожалеют, что подобное вообще может быть возможным.

Вечером того же дня, мужчина с "острым лицом" уже был на другом конце всё ещё Европы, на встрече со своим привилегированным дядей. Тщательно подбирая выражения, Жан всё-таки косвенно был его протеже, мужчина с "острым лицом" излагал суть информации, внимательно его слушавшему пожилому человеку.

– Это уже состоявшийся факт или это чьё-то субъективное представление? – дослушав до конца монолог, и сделав небольшую паузу, начал разговор пожилой дядя, с неизменной ухмылкой на лице.

– Нет. Со слов жены, она его в этом подозревает. Якобы есть какие-то подтверждения.

– Какие?

– Этого я не знаю. Я и так, еле выпытал у неё суть её беспокойства, – отвечал на вопросы молодой человек, немного раздражаясь их антимонией, отвлекающей от серьёзного дела. – Да и какая разница, сам факт!

– Ещё не факт, – монотонно продолжал старый “ухмыляющийся зайчик”. – А разница имеет значение. Значит, любовный треугольник.

– Да какой там треугольник! Эта “выскочка” возомнил себя Кеннеди, дающим минет под игральным столом! Какая там любовь, знаю я этих “любвеобильных! Обыкновенный разврат! – не выдержав, произнёс слегка на повышенных тонах, мужчина с "острым лицом".

Он встал с кресла и начал прохаживаться из стороны в сторону, возле рабочего стола привилегированного дяди. Беседа проходила в большом зале с высоченными потолками, красиво расписанными античными сюжетами. Огромный книжный шкаф, крупного размера настенные картины, повсюду мраморные и бронзовые статуи, какие-то экспонаты под стеклом на отдельных тумбах, блестящий паркетный пол, массивная деревянная мебель, это был кабинет очень влиятельного и значимого человека. В зале могло уместиться человек сто, но посадочных мест у рабочего стола было всего трое, включая рабочее место, так сказать, ”третейского судьи”. Ещё один одиноко стоящий кожаный диван находился в другом конце залы, за камином у входа, но был больше похож на скамью ожидания, чем на составляющую дорогого гарнитура. Идеальная прозрачность стёкол громадных витражей окон, говорила об идеальном порядке и о тотальной чистоте в общем. Атмосфера этого величия должна была подчёркивать значимость этого места, места силы и его хозяина, но “не почившего”, как в музее, а ещё влияющего на события “здесь и сейчас”.

Сейчас пожилой мужчина сидел в кресле напротив кресла собеседника, расхаживающего возле стола.

– Не горячитесь, молодой человек! Любовный треугольник всегда подразумевает, как минимум, три действующих лица. Если между ним и девицей, возможно, и разврат, то Вы не учитываете оскорблённые чувства жены, которые, как это часто принято, и становятся источником неприятностей. Именно поэтому я выспрашиваю у Вас подробности, – нравоучительно, проговорил дядя. – Она общается только с тобой, эта Мари?

Мужчина с "острым лицом", присел в кресло напротив.

– Только со мной. Я поддерживаю с ней деловые отношения уже давно, с того момента, когда она через Жана посодействовала в решении проблемного вопроса для нашего Банка. Вы же помните ту ситуацию? Это тогда Вы попросили меня ”хорошенько присмотреться к перспективному и старательному молодому человеку”.

– Да, да! Конечно, помню! Он тогда лихо “перевернул всё с ног на голову”! Мы в тот кризис ещё и неплохо и подзаработали. Он тогда ещё устроил нашему банку какую-то государственную программу, если я не ошибаюсь.

– Не ошибаетесь, но это уже была Мари. У неё оказалась очень деловая хватка, да и мужем она неплохо манипулировала. Это она выстроила ему карьеру, конечно же, не без нашего участия, и у неё очень дальновидные взгляды. Мне приятнее иметь дело с ней, у неё очень деловой подход, но это остаётся актуальным только пока она может оказывать значительное влияние на своего мужа.

– Тогда тем более необходимо убедить эту Мари в нашей безграничной поддержке лично её персоны, в случае возникновения “непредвиденных обстоятельств”. Судьба её мужа только в её руках, и мы с уважением и пониманием отнесёмся к справедливому её решению, – спокойно продекламировал старец глубокую мысль практической психологии.

– Боюсь, я уже совершил ошибку и наговорил ей кучу гадостей! Я возложив всю ответственность прямо на неё и пообещал ей и “пальцем не пошевельнуть”, если какая-нибудь мерзость попадёт в прессу!

– Ничего страшного. Время ещё есть. Настроение женщины зависит от многих факторов. Эта Мари сейчас пытается спасти “тонущий корабль её мечты”, который пока ещё и не тонет, и ей не до “сентиментальностей хорошего тона”. Насколько мне не изменяет память, у этой пары отношения никогда и не были эталоном морали ни с его, ни с её стороны. “Жеребчик” когда-то увёл чужую блудливую жену, так что ничего странного и не происходит. А вот карьера – это уже важно. Поэтому, пожалуйста, удели этому время и произведи на неё должное обратное впечатление. Ты это умеешь. Тем более, это твоя страна, твои выборы и твоё будущее.

– Хорошо. Я попытаюсь это сделать. Но в случае, если ситуация выйдет из-под контроля, я не хочу иметь к этому никакого отношения. Пусть они сами “имеют” друг друга, как хотят, – пренебрежительно произнёс мужчина. – Как вообще можно иметь дело с таким идиотом, который умудрился “вляпаться” в самый неподходящий момент?! Его оппоненты, конечно же, не меньшие идиоты, но уже идейные, что, правда, не мешает им плести интриги с разными “крысами”! Я не удивлюсь, если и наш “перспективный жеребец” в каком-нибудь грязном углу не брезгует "крысиным кормом".

– К сожалению, мой дорогой кузен, большинство власть имущих людей являются таковыми… Сегодня, большая политика становится просто бизнесом. Человек, выбравший такой вид деятельности не по праву наследования, а как ремесло, прекрасно понимает, что ”продаёт душу золотому тельцу” с единственной целью попасть в высшее общество. И идеи здесь не причём, разве что, только способ достижения цели. Как гласит мировая история своему благодарному исследователю, если бы не было власти денег вместо Бога, люди бы убивали бы друг друга целыми народами из-за какой-то идеи. А так всё на своих местах. Для нас опасен же тот политик, в уме которого начинает прогрессировать болезнь честолюбия под названием – чувство справедливости. Так сказать, просыпается здравомыслие, которое начинает преобладать над здоровыми пороками человека. Тогда эти “лицедеи” перестают играть по сценарию, не желая примерять роль шахматной фигуры, а мнят из себя независимого игрока, пытаясь, вести диалог на равных правах, забывая о том, что их право окончится с приходом следующего “лицедея”. Нам остаётся всего лишь ждать, кто из них ловчее предложит свои услуги, а вот для этого им необходимо актёрское мастерство. И амплуа ”идиота”, как Вы изволили выразиться, молодой человек, иногда не самый худший вариант.

Время всё расставит на свои места. В данный момент скандал никому не нужен. Этой девице, взобравшейся на “верхушку немолодого персика”, уж точно следует дождаться, пока он окончательно созреет, если только…, – неизменная ухмылка медленно покинула лицо ”старого зайчика”. – Если только она не действует в чьих-либо интересах…

Пожилой мужчина сменил позу в кресле на более напряжённую.

– Всё равно, скандал никому не нужен…(пауза). Это, конечно, может повлиять на акцент взаимоотношений сторон…(пауза). Что со временем станет заметно…(пауза). Но мы уже будем втянуты в обязательства…(большая пауза). Нет, так не пойдёт…, – размышлял вслух привилегированный дядя.

– Может быть нам следует самим воспользоваться ситуацией, – попытался принять участие в рассуждениях мужчина с "острым лицом".

– Вы сума сошли. Пусть занимается этим кто-то другой. Нужно узнать всё об этой девице…(пауза). Не та ли эта особа, которая умудрилась “уложить на лопатки” и наше правительство, не так уж давно, заставив плясать "туманного колосса" средневековые танцы. Любит не любит, уходим не уходим! Помнится, помнится! Загородные поездки и личная жизнь наших политиков могут оказаться дорогим удовольствием для нас и наших налогоплательщиков.

Лицо пожилого мужчины на короткое время перестало выражать комического персонажа. Черты лица приняли естественные эстетичные формы и стали слегка приоткрывать завесу тайны внутреннего мира этого человека.

– Легенды об этом “полуночном вестнике” я слышал в кулуарах, но не придавал этому серьёзного значения. А это может оказаться правдой!(пауза) Но должны же остаться профессиональные мазки индивидуального почерка, по которым спецы определяют автора произведения. Тогда куда смотрят наши спецы?! – вставая с кресла, давая понять, что аудиенция окончена, хозяин этого музея кабинета подвёл итог диалогу и своим рассуждениям. – В любом случае, необходимо узнать что-нибудь об этой девице. Вы бы смогли для меня это устроить, дорогой кузен?

– Я очень постараюсь это сделать, – оставшийся без права голоса, ответил мужчина с "острым лицом".

– Буду Вам очень благодарен! – сказал уже снова “старый ухмыляющийся зайчик”.

Глава 16

Спустя неделю Мари пребывала уже в окончательно разбитом состоянии. После встречи с “наглой острой мордой”, так ей хотелось его назвать после той встречи, она совсем потеряла надежду, и её сознание судорожно искало только пути отступления из уже неминуемой катастрофы. Ещё больше Мари раздражала холёная, гладко выбритая, дышащая здоровьем внешность Жана, который с азартом и блеском в глазах, отправлялся каждый день на работу, с полной уверенностью в своей победе. Он так и говорил, подбадривая жену:

– Милая, ты плохо себя чувствуешь!? Потерпи ещё немного, и я обещаю, ты станешь первой Леди нашего государства!

Мари объясняла своё состояние нервным переутомлением и физическим недомоганием, и уже несколько дней не выходила из дома. Её надломленная психика медленно стала разрушать физическое тело симптомами соматических заболеваний. Кроме общего невыносимого морального и физического состояния, граничащего с нервным срывом, появилась болезненное уплотнение похожее на опухоль и с ума сводила нескончаемая слабость пищеварительного тракта.

Именно в этот момент “доверенное лицо” принесло свой план спасения “утопающего”, который безвольно был принят женщиной, находящейся в пограничном состоянии. Валеро, общаясь со своим "респектабельного вида" знакомым на “известную тему”, заодно посоветовался с ним, что можно сделать в случае возникновения “острой необходимости в решении затруднительного вопроса”. Знакомый, стараясь продемонстрировать серьёзный статус своей персоны, порекомендовал “кардинальный способ”, и предложил уточнить финансовую сторону вопроса, если это будет интересно. Она оказалась вполне адекватной, и Валеро, наскоро сделав фотографии высокой шатенки в подвернувшийся момент, преподнёс план спасения своей хозяйке, втрое увеличив цену “контракта”. Фотографии оказались весьма неудачными, что не помешало Мари испытать психоэмоциональный апофеоз, происходивший исключительно в её сознании. С ненавистью рассматривая фотографии своей соперницы, и уже обессиленная от нервных, душевных и физических терзаний и истощённая страхом женщина, не задумываясь, согласилась принять предложенный вариант, выдав доверенному лицу востребованную сумму наличными из неофициальной предвыборной кассы кандидата. Правда, в плане спасения Валеро не упоминал “кардинальный способ”. Говорилось всего лишь о принудительном устранении особы на время выборов из поля зрения с гарантией полной конфиденциальности.

“Серый кардинал” в глубине души был уверен, что, отслужив верой и правдой половину своей жизни, он имеет право на большее признания своего статуса, а тем более, что он владеет маленькими разными секретами семьи своих хозяев. Не говоря уже о том, что без его психологической поддержки и мудрых советов Мари не смогла бы добиться своей значимости. Валеро в это искренне верил. И сейчас он даже и не заметил, как сам уверовал в существование угрозы, придуманной им самим детективной версии, и так увлёкся своей ролью, что оказался за границей дозволенного морально-этическими нормами.

Нет, он и не думал оправдывать себя, он просто аргументировал. Аргументировал это тем, что действует во спасение. Во спасение Мари, во спасение самого Жана, погрязшего в разврате, и оскорбившего чувства не только своей жены, но и чувство собственного достоинства. Аргументировал, понимая сколько труда, времени, надежд вложено в его карьеру, скольким очень значимым и влиятельным людям нужна его победа на этих выборах. И что, быть может, именно кандидатура Жана является лучшим выбором в это тяжёлое для страны время. Но было и ещё кое-что. Это «кое-что» натолкнуло сознание “серого кардинала” на мысль о своевременности и справедливости вознаграждения за его преданность и самопожертвование. Ему хотелось денег. Просто денег. Денег, рядом с которыми он проходил полжизни, но так к ним и не прикоснулся. Денег, которых он был достоин, наверное, больше чем кто-либо другой. Денег, чтобы просто почувствовать себя свободным.

Но раб не может принадлежать самому себе. “Серый кардинал” даже в мыслях не подумал о том, что может просто забрать себе всю очень приличную сумму денег, выданную ему наличными, и не брать “греха на душу”, а воспользоваться ими, испытывая всего лишь угрызения совести.

В общем, Валеро уже не принадлежал самому себе, за него всё решило его воспалённое сознание, и стечение обстоятельств поглотило этого человека. Он воспользовался рекомендацией респектабельного знакомого, и лично пошёл на контакт с исполнителями. Чтобы сделать что-то хорошо, нужно сделать это самому, так он подразумевал гарантию успеха и конфиденциальность. Все дороги ведут в Рим, и Валеро оказался в Константинополе…

Глава 17

Забегая вперёд описываемых событий, можно сказать, что политик успешно победил на выборах, сохранив подобающие отношения со всеми “заинтересованными лицами”. И хотя Жана на время смутила внезапная пропажа высокой шатенки, он восстановил своё внутреннее спокойствие после того, как с ним связалась “третья сторона”, и убедила в порядочности своих намерений и способности решить его “пикантный эротический вопрос” положительным образом. Как любовь может влиять на героические поступки человека, так самый страстный секс может быть брошен в случае опасности. Политику было на руку и то и другое, и он приступил к исполнению своих обязанностей после инаугурации. Со временем политический “акцент” таки немного изменился, что естественно повлияло на международные политические взаимоотношения в сторону многополярности, а легенда о “полуночной наезднице” так пока и осталась мифом.

Мари слегка успокоилась после последующей встречи “со своими”, теша себя уже хоть какой-то надеждой. И совсем пришла в норму после того, как, разуверившись в детективной версии Валеро, поняла, что он, выманив у неё деньги, просто скрылся в неизвестном направлении. На вопрос политика, “куда делся его водитель?”, Мари ответила мужу, что “по-моему, он сбежал, прихватив приличную сумму денег из, сам знаешь какой, кассы”. Но президента уже это особо не волновало, ему было не до этого. Бережливый с детства, сейчас он был на вершине “пьедестала”. Мари же, взяв себя в руки, вернула свои лидирующие позиции, и, примерив пальму первенства, с чувством достоинства встретила “трудности” инаугурации президента.

Мужчина с "острым лицом", удачно выполнив одно поручения своего “привилегированного дяди”, вовремя вернув Мари уверенность в своей благосклонности, никак не мог не выполнить и другого его поручения, касаемо неизвестной особы. Он приложил серьёзные усилия, воспользовался услугами “нелицеприятных знакомых” и использовал даже “запрещённые приёмы”, но все его попытки не увенчались успехом. Информация находилась в закрытом для его возможностей доступе.

“Старый вечно ухмыляющийся зайчик”, заинтригованный таким любопытным развитием событий, всё-таки не преминул возможностью и таки воспользовался ситуацией, хотя и своеобразным образом. Кто его более интересовал – будущий король или таинственная королева, и кем мог себе позволить пожертвовать этот старый гроссмейстер, останется неизвестным. Но в приватной беседе тет-а-тет с высокопоставленным чиновником серьёзного ведомства связанного не только с секретами короны, он всё же, обсудил пикантные вопросы “современной мифологии”, попутно укорив чиновника халатной безграмотностью в подобных темах сегодняшней истории. “Старый зайчик”, как хитрый лис, ожидая кусочка сыра, деликатно указал чиновнику на карте Европы направление обязательного “научного исследования”, ведь ему так не терпелось улицезреть портрет этой таинственной ”ночной наездницы”. Или “наездника”, это всё-таки Европа, уважаемый читатель!

Часть 2. Без лица…

Глава 1

Мужчина провёл несколько часов полёта в напряжённом размышлении. Нарастающее нервное напряжение вызвало уже прямую потребность быстрее закончить начатое. Так сказать, «скалки-догонялки», когда одно подгоняемо другим. Валеро был далеко неглупым человеком, и то только зарождающееся чувство, чем-то похожее на угрызения совести, ещё пока не ассоциировалось у него с чувством опасности. Обычно это происходит постфактум. “Серый кардинал” ещё не понимал, что, выдавая желаемое за действительное, он оказался в ловушке собственного сознания, и только где-то очень вдалеке, интуитивно, он ощущал какой-то подвох.

Выйдя из аэропорта и взяв такси, он отправился к назначенному месту встречи в старой части города. В небольшом кафе было мало народу, и кардинал занял, как ему казалось, самое незаметное место в углу. Выпив чашечку крепкого кофе, он не заказывал еду, аппетита у него не было, мужчина продолжил напряжённое размышление. Он уже чётко в уме рассчитал все свои действия и в принципе ожидал только развязки, как вдруг его осенила упущенная ранее мысль, а что если результат “кардинального способа” получит публичную огласку и дойдёт до сведения Мари. Это уже проблема. Хорошо зная характер своей хозяйки, Валеро осознал, будет серьёзная проблема. Она может не выдержать такого груза ответственности и ещё более запаниковать и наделать глупостей. Обвинить его Мари не удастся, ведь она является фактическим заказчиком, но вот угрызения совести и душевные терзания создадут неизбежный скандал уже другого рода, скандал на уровне психического здоровья. Его сознание старалось найти подходящие отговорки, но Валеро хорошо понимал, что они не действенны на фоне самого факта. Ему остаётся только просить судьбу, чтобы всё прошло гладко, ведь менять что-либо было уже поздно.

В голове крутились и другие мысли. Например, о том, что можно было бы всё решить и не так. Поговорить с Жаном, остановить этот неприличный роман, дать этой особе денег в конце концов. Или же о другом, о том, что если наёмный убийца узнает, что цель беременна, то может отказаться или попросить двойную цену. Или ещё о том, что вся эта его затея может оказаться только плодом его воображения, и тогда ему уж точно воздастся за его грехи.

– Нет, нет! Это всё домыслы! Надо закончить начатое! – спасительно звучало в голове “серого кардинала”. – Они глупы и не замечают очевидного. Если не сделаю этого я, то они не сделают этого и подавно. Этот "пай мальчик" чуть всё не испортил! А Мари!? Бедная Мари! Столько её труда, столько времени! А моего времени, моего труда, и что, всё коту под хвост?! Нееет! Я не позволю какому-то гермафродиту "влезть в мою жизнь" безнаказанно. Пусть теперь кто-то другой додумывают свои шпионские головоломки.

Заметно нервничая, Валеро заказал ещё одну чашечку крепкого кофе невзирая на то, что сердце уже выдавало повышенный ритм бала “вальпургиевой ночи”. Через полчаса за столик уверенно небрежно присели двое мужчин очень выразительной наружности, явные представители какой-то местной преступной группировки. Один был старше возрастом, небритый с тёмно-карими глазами очень плотного телосложения. Он пристально и внимательно рассматривал “кардинала”. Тот что моложе, был высокого роста, атлетического телосложения, с разбитыми костяшками на кулаках и сломанными ушами. Он немного говорил по-английски.

Назвав Валеро по имени, убедившись в правильности адресата, они представились непонятными для слуха “кардинала” именами, заодно упомянув имя респектабельного вида общего знакомого для верности. Разговор принял деловой характер. На ломаный английский боец переводил то, что ему на родном языке говорил низким голосом старший товарищ. Когда дали слово Валеро, он пояснил, что условия он знает, финансовая сторона вопроса его устраивает, необходимая информация у него с собой в портфеле, и что он хотел бы внести коррективы лишь в картинку конечного результата. Ему хотелось бы, что бы всё выглядело как “бытовуха”, а ещё лучше, чтобы трупа вообще не было. Валеро выглядел совершенно глупо. Как он вообще мог себе представить, что он, никогда не имевший дела с серьёзными преступлениями и преступниками, может провернуть сделку подобного рода. Да, воображение человека, как и его глупость, способны на “чудеса”.

С переводом возникли сложности. ”Кардинал” нервничал, пытаясь сформулировать на иностранном языке мысль, до конца непонятную самому, да ещё, чтобы её смог понять “верзила”, совсем плохо говоривший и ещё хуже понимавший английский язык. Несколько раз подбирая синонимы, Валеро наконец выразил желаемую мысль, которая как-то не особо значительно была воспринята слушателями. Тот что постарше уточнил точность финансовой стороны вопроса и заявил, что в таких случаях оплата происходит заранее и в полном объёме. На что кардинал ответил согласием и пояснил, что требуемая сумма уже находится “по месту”, в камере хранения. Мужчины что-то обсудили на своём языке, и когда Валеро собрался достать из портфеля информацию, тот что помоложе, сказал:

– No, no here! Come with me, – и предложил проследовать с ними в более подходящее место.

Кардинал растерялся и как-то неуверенно принял приглашение. Хотя он представлял, что встреча пройдёт именно так и здесь же и закончится, до него вдруг дошло, что место действительно не совсем подходящее. По жилам Валеро пробежал холодок. Он попытался выдвинуть страховочный элемент защиты типа, что ему надо успеть на вечерний обратный рейс со всеми, чтобы не вызывать подозрение. Но как “овца на заклание” он проследовал за мужчинами, которые подбадривали его дружескими хлопками по плечу, ведя с ним шутливый разговор как с любым иностранцем, перемешивая слова из разных языков. Главным фактором безопасности, “кардинал” считал, отсутствие у него требуемой суммы.

За пару кварталов от места встречи мужчины присели в автомобиль, за рулём которого сидел ещё один “боец”. Проехавшись по городу в небольших пробках, они пересекли очень длинный красивый мост и выехали на загородную дорогу. Беседа в шутливом приподнятом настроении не прекращалась, не давая Валеро хоть минуту на размышление. Он постоянно отвечал на какие-то отстранённые вопросы, никоим образом не относящиеся к делу. Единственное, что он ощущал, это какое-то далёкое чувство невесомости.

Автомобиль подъехал к огромным воротам отдельно расположенной загородной виллы. Территория была огорожена высоким каменным забором и хорошо охраняема. Охрана провела “Кардинала” в отдельно стоящую беседку, где уже дымился кальян, а на столе в изобилии были предложены восточные сладости и свежий чай. Минуту спустя к гостю присоединился высокий очень ухоженный, гладко выбритый, с подстриженными чёрными усиками импозантно одетый мужчина лет сорока пяти. Поверх белой накрахмаленной рубашки со стоячим воротничком и костюмных брюк был элегантно надет домашний, но очень строгий шёлковый халат. Эффектный мужчина, доброжелательно поздоровавшись, протягивая руку Валеро, на хорошем английском языке представился нормальным европейским именем, предложив гостю чувствовать себя как дома, не брезговать угощениями и, если есть желание, подымить кальяном. «Кардинал» немного успокоился, но ощущение тревоги не покинуло Валеро. Вежливо отказавшись от угощения и дымления, он всё же последовал примеру хозяина, и принял предложение выпить чаю. Аккуратно рассматривая гостя, эффектный мужчина наполнил миниатюрную прозрачную чашечку чаем янтарного цвета, и беседа началась.

Валеро как зомбированный начал излагать суть сложившейся ситуации и, находясь как будто под каким-то гипнозом, зачем-то стал аргументировать свои действия, машинально озвучивая совсем уж не нужные подробности. К концу разговора он чувствовал себя морально опустошенным и физически подавленным, но старался не подавать виду, желая лишь быстрее окончить начатое. Хотя эффектный мужчина и был поверхностно знаком с ситуацией и его, в принципе, не интересовали подробности, он всё же не преминул возможностью встретиться лично с человеческой натурой, уже окончательно выпавшей из своей реальности в действительность.

До того как присоединиться к гостю, эффектный мужчина имел беседу со своим отцом, очень старым и очень авторитетным в определённых кругах человеком. Именно он был “хозяином слова” управляющего одной из самых крупных преступных группировок этого региона. «Аксакал» сразу отказался принимать участие в этом деле по двум причинам. Во-первых, он не хотел иметь дело с семейными разборками, считая это ниже своего достоинства. А во-вторых, убийство женщины, пусть даже и блудницы, было ему противно лично.

Но был и другой довод, всё-таки вынудивший этого старого воина преступного мира принять решение с ”поправкой на ветер”. Статус определённых кругов должен поддерживается определённой репутацией, заработанной годами тюремных сроков, смертями молодых бойцов и серьёзных "взрослых людей", успешными преступлениями, принципиальными правилами, кодексом чести, и как результат способностью организовать межнациональный преступный механизм, приносящий огромные доходы. Репутация лежит в основе их бизнеса, прибыли и международных взаимоотношений, и потерять её слишком дорогое удовольствие даже для него, думающего в первую очередь о судьбе наследников всего своего большого рода. И если “слово” было уже озвучено, пусть даже низшими представителями его клана, то и его бросать на ветер не стоит.

– Коршун благородная птица, но если его не кормить мясом, он умрёт… Передай судьбу этого человека в руки Аллаха! И пусть неверный ищет помощи у неверного, если она ему так необходима.

Глава 2

Дослушав “исповедь” Валеро до логического завершения и допив третью чашечку чая, эффектный мужчина, заканчивая встречу, ответил вопрошавшему:

– На всё воля Великого Бога! Ваше поручение будет исполнено, можете не сомневаться. А сейчас я передаю Вас в руки настоящего “коршуна”, профессионала своего дела. Вам будет приятно с ним познакомиться. Передайте ему, пожалуйста, вот этот пакет. Он встретит Вас по всем правилам европейской культуры.

“Кардинал” почувствовал лёгкое головокружение и даже незначительный позыв тошноты. Не без труда взяв себя в руки, понимая, что дело нужно довести до конца, уже на заднем сидении большого старенького джипа он попытался привести свои мысли в порядок. Странное дело, ему даже в голову не пришло возразить этому человеку. Ничего подозрительного или угрожающего в поведении и разговоре этого эффектного мужчины Валеро не заметил. Даже больше того, он проследил действительно последовательную цепочку в действиях его новых знакомых. Сначала «курьеры», потом по делу с "хозяином боссом", и теперь "исполнитель профессионал", всё логически верно. Да и сам эффектный мужчина производил впечатление человека слова, и данное им обещание совершенно не казалось Валеро просто словами. Сознание мужчины постепенно возвращало себе уверенность. Единственное, что физически раздражало ”серого кардинала”, так это ощущение какой-то невесомости и холода на кончиках пальцев, как будто он находился в незримом космическом вакууме.

За несколько часов пути по относительному бездорожью бородатый водитель практически не произнёс ни слова, кроме ругани на своём родном языке в соответствующие моменты движения, правда, не совсем понятные пассажиру ибо он уже давно не смотрел на дорогу, его укачало.

Этот зыбкий недолгий сон, как бальзам для души и уставшего ума, позволяет насовсем малое время избавиться от внутреннего противоречия, жадно поглощающего не только жизненную энергию, а кажется и саму человеческую жизнь.

Когда что-то идёт не так и тебя медленно поглощают объятия катастрофы, когда ты этого ещё не осознаёшь, а чувствуешь это интуитивно, кожей тела, клетками организма, молекулами, которые не могут этого передать, но просто это чувствуют. В этот момент твоё сознание и твоя воля всеми силами пытаются убедить тебя в обязательном, неминуемом спасении, в совершенно верном понимании происходящего, создавая при этом видимость огромного мыслительного процесса, и приводя всё новые и новые аргументы для аргументации старых.

Этот сон позволяет на минутки избавиться от всего этого груза, вздохнуть с облегчением, забыться, отречься, откреститься. Он приходит не запланировано, подкрадывается, подкарауливает, но действует во спасение, он как бы оберегает человека от ещё большей глупости, давая паузу и передышку психике, разрушаемой под воздействием внутреннего противоречия, вызванного противостоянием сознательного и бессознательного. Этот сон отнимает власть у сознания. Пусть ненадолго, но это хоть какой-нибудь «передых». И очень часто молекулы оказываются более близки к истине.

Такой сон всегда обрывается резко, заканчивается, можно сказать, не начавшись, и человек, придя в себя, снова оказывается наедине со своими страхами и предчувствиями в совершенно подавленном состоянии. Ибо он снова в начале пути, и ему необходимо заново выстроить мнимую картину благополучия и безопасности, чтобы хоть как-то держать себя в руках и вести подобающим образом.

Валеро, опустив голову, вжался в сидение и тяжело вздохнул. Он осознал никчемность своего положения. Чёрт знает, где, чёрт знает, с кем, в чужой стране, да ещё с пожеланием потерять труп, чтобы его вообще никто не нашёл. Да, ничего не скажешь. Выйдя из джипа на вершине каменистого склона, «кардинал» уже особо не выказывал знаков удивления. Он не удивился даже тогда, когда бородатый водитель на непонятном языке жестами объяснял, что ему, Валеро, надо будет спуститься по склону к вон тому, одиноко стоящему дому. Что там его уже ждут и хорошо встретят.

Это был по-настоящему дикий уголок природы, просто огромное пастбище среди холмов и гор, с зелёной травянистой равниной в центре. Домик, жилище пастухов, казалось не так уж и далеко. Правда, к нему по склону не вела никакая дорога или тропинка, и “кардиналу” пришлось аккуратно спускаться, чтобы не подвернуть себе ноги. На склоне соседнего холма паслась отара овец в полтысячи голов, разбившись на несколько “островков”, последний из которых пасся недалеко от хозяйственных построек. До жилища было не меньше километров десяти, и пока человек медленно приближался к концу путешествия, спускаясь к своей “вершине”, вместе с ним постепенно угасала сила солнечный света. Валеро успел рассмотреть с удобного расстояния процесс загона отары в нужное место перед ночлегом. Наездник на лошади отдавал команды собакам и те, гоняя вокруг овец, передвигали эти большие живые пятна, пока наконец не соединили их в одно "большое озеро" у жилища. Это завораживающее зрелище, наверное, ни с чем несравнимое, скорее, наоборот, что-либо другое подлежит сравнению с этим грациозным естественным природным явлением в руках человека, как с первоисточником.

Километра за три «кардинал» уже был обнаружен и облаян сторожевыми собаками, и встречать его вышли два пожилых пастуха с огромным псом кангалом, который мог бы просто перекусить любую кость человеческого скелета. Валеро вообще не представлял, что им говорить, кого спрашивать, кого искать, но ему это и не понадобилось. Старики рассмотрели странного гостя, что-то между собой обсудили, и жестами пригласили следовать за ними. Обойдя дом, они попали на открытую площадку под крышей, где уже горел огонь и один мужчина приготавливал как минимум три блюда из свежего мяса. Запах не оставил равнодушным и Валеро. Нагромождение большого количества мелкого разно векторного движения закончилось тем, что шесть мужчин оказались за одним столом с достойным меню и керосиновым светильником на столе. Самый старый мужчина прочитал молитву, и трапеза приобрела самый обыкновенный привычный формат. Правда, принимая участие в беседе только короткими фразами, “кардинал” особо ничего не понимал в разговоре, но это не помешало ему очень вкусно отужинать.

Привыкнув к свету светильника, гость постепенно рассмотрел присутствующих и стал находить отличия в бородатых лицах своих собеседников. Одно лицо под бородой не было похоже на представителя местной национальности, что-то в нём явно отличалось. Валеро оказался прав, именно с этим мужчиной он продолжил разговор уже после ужина в отдельно стоящем временном жилище при свете той же лампы, передав ему пакет и всю необходимую информацию. Он даже не задумываясь передал адрес и пароль камеры хранения, где оставил деньги, оплату за контракт. «Кардинал» уже не упоминал о пропаже трупа. Честно говоря, после того, как он лишился какого-либо контроля над происходящим и испытал сильное нервное перенапряжение, оставившее его в обессиленном состоянии, сейчас, после очень вкусного ужина из свежеприготовленного мяса, он находился в состоянии определённого рода прострации.

Новый знакомый Валеро внимательно просмотрел предоставленную ему информацию и раскрыл содержимое пакета. Все элементы “цепи” заняли своё место. Плотная пачка денег, два паспорта с правами, один местный, другой гражданина одного из европейских государств, мобильный телефон, визитка контактного лица по месту, две неудачные фотографии объекта, адресная информация по поводу объекта и нахождения денег. Внимательно выслушав пояснения «кардинала», он задал пару уточняющих вопросов. Уложив все элементы в сумку, мужчина обошёл со спины “серого кардинала”, который ещё продолжал говорить, отвечая на уточнения, и мягким резким движением нанёс короткий удар под левую лопатку. Валеро от удивления даже успел повернуть голову после удара и рассмотреть в темноте блеснувшее лезвие ножа в правой руке своего нового знакомого. Раздавшийся крик не был слышен никому кроме кричавшего. “Коршун” аккуратно положил тело на пол. И хотя тело было мертво, и жизнь уже покинула все его члены, в глазах ещё происходило некоторое движение зениц.

Переодевшись в более подходящую городскую одежду, мужчина уложил тело на лошадь и поднялся на соседний холм. Рядом с ним всю дорогу шли огромный пёс и собака поменьше, и в какой-то момент они кинулись в сумерки. Наездник чётко слышал звуки жестокой схватки и ринулся на помощь. Огромный пёс, схватив за шею волка, извивавшегося как змея, давил его к земле своим весом, не обращая внимание на волков, висевших на его спине. Собака пыталась прикрывать тылы пса, но получала серьёзный отпор волков. Лошадь под наездником сильно нервничала и била копытами. Мужчина осветил фонарём поединок и выстрелил из винтовки в воздух, стая ретировалась с освещённого пространства, растворившись в темноте поблизости. Доносившийся лай приближающихся собак, ещё больше умерил пыл нападавших волков и они воспользовались бегством. Пёс был окровавлен, но не выпускал из пасти уже мёртвого волка, глаза его горели яростью битвы, и пришедшие на помощь собаки не решались разделить с ним добычу.

Мужчина стащил тело с лошади и, сняв с него верхнюю одежду, сбросил со скалы в расщелину в полной уверенности, что это плата за другую смерть будет равноценно расценена и съедена без остатка.

– Отец мой, почему одному человеку мера за все его праведные дела – одно плохое, а другому – за все его дурные – одно доброе? – подумал вслух мужчина.

Опустошив карманы, и аккуратно сложив одежду и оружие в сумки седла, он отпустил лошадь, и она вместе с собаками и хромающим псом, спустились к жилищу, а он пешком пройдя приличное расстояние, добрался до старенького джипа, с дремлющим бородатым водителем.

Глава 3

Худощавый, невысокого роста мужчина лет тридцати пяти начал совершенно случайно и не так уж давно свою, так сказать, ”профессиональную карьеру”. Он никогда особо не занимался спортом, в армии не служил, неплохо окончил высшее учебное заведение, вовремя женился, правда, через несколько лет развёлся, и просто работал по специальности. Жизнь, конечно же, складывалась не так, как хотелось бы. Он даже шутил, что был "проклят Конфуцием, и жил во времена перемен". Тогда ещё молодой парень, он был почти аполитичен, и его не тревожили все эти «дешёвые» революции с пафосными названиями и явно выраженные государственные перевороты в его родной стране. Он видел за этим постановочное и управляемое представление, и тогда не мог себе представить, что это выльется в кровопролитие простых людей и, в конечном счёте, в гражданскую войну. В стране происходил постоянный передел экономического и политического влияния, и ему приходилось часто менять работу и место жительства, чтобы хоть как-то успевать за “демократическими переменами”. Так парень оказался в длительной командировке на территории, на которой впоследствии развязался вооружённый конфликт. На его глазах произошёл государственный переворот, референдум, возникли отряды гражданской обороны. Народ чего-то ожидал, во что-то верил и надеялся, это витало в воздухе. И когда всё началось, естественно, все были к этому не готовы, просто не верили, что это вообще возможно.

Паника, страх, ужас, потеря чести, достоинства, просто человеческого облика, горе утрат, слёзы и стенания, ярость, гнев, животные инстинкты, свирепость, остервенелость, похоть, умственная отсталость, величайшая из трагедий – всё это синонимы слова война для мирного обыкновенного человека коим и был молодой парень и миллионы других людей его родины. А главное, он понимал, что это братоубийственная война.

Когда один из сослуживцев завопил о том, что его семья очень близко от зоны боевых действий, молодой парень, не задумываясь, согласился помочь. Они упросили начальство взять грузовой мини автобус, но по условиям руководства с ними отправился боец самообороны с полуавтоматическим карабином Калашникова. Мужчины прибыли почти вовремя. Усадив в автомобиль женщину с двумя детьми и бабушкой, и спеша как можно быстрее покинуть опасное место, они в суматохе, думая, что удаляются от звуков боевых действий, выбирая, как казалось водителю, безопасный маршрут, попали под перекрёстный огонь враждующих сторон. Тогда ещё не было понятно, кто свой, а кто чужой. В автомобиль влетело не меньше десятка пуль, и раненый в ногу водитель смог остановить машину, лишь спрятав её за мусорными баками и снесённой им же оградой. Старой женщине пуля разнесла пол лица, а другая тяжело ранила в живот, и хотя она была ещё жива, эвакуировать её не представлялось никакой возможности. Стрельба не прекращалась, а только усиливалась. Женщина, схватив девочку, бежала за добровольцем самообороны, который нёс на руках раненого мальчонку, а молодой парень помогал главе семейства и своему сослуживцу добраться до ближайшего полуразрушенного здания.

В полуподвальном помещении полуразрушенного здания, на полу происходила величайшая из трагедии. Обезумевшая мать пыталась привести в чувства умирающего маленького сына. Пуля пробила его лёгкое и вместе с воздухом и кровью из него уходила жизнь. Отец не обращая внимания на струю крови из своей ноги, не зная, что делать то искал пульс у сына, то пытался делать искусственное дыхание. Маленькая девочка забилась в углу и, закрыв лицо руками и ножками, тихо стонала, боясь громко плакать. Мужчины с дрожащими руками, понимая, что ничем помочь не могут, отошли к лестничному проёму за стеной. Время и пространство словно остановились, невыносимая картина казалось длиться вечность, даже звуки войны отошли на второй план.

Стрельба немного поутихла и отдалилась от данного места. Двое парней, сидя на корточках возле лестницы, курили и шёпотом разговаривали, пытаясь не показывать друг другу своего испуга. Семья обнявшись молча сидела за стенкой на грязном полу возле мёртвого ребёнка. Это была минута равновесия в самом хаосе, затишье перед бурей. Как вдруг всё навсегда изменилось. Раздались звуки какого-то движения наверху, и в окно что-то влетело, упав с глухим звуком. Доброволец, сидевший лицом к дверному проёму, даже успел встать и заглянуть в комнату, где обессиленная горем семья вообще никак не отреагировала на гранату, лежавшую в паре метров от них. Он не успел крикнуть, как раздался оглушительный взрыв, отбросивший его как тряпку на стену. В подвале с грохотом обвалился потолок и часть стен, превратив помещение в руины, оставив небольшое пространство возле лестничного пролёта. Темнота, клубы пыли и стон, раненого осколками гранаты в живот добровольца, перемешались в голове контуженного и до смерти перепуганного молодого человека.

Он не сразу сообразил, что ему делать. На ощупь, ползая, он попытался понять, где он. Потом дрожащими руками он достал телефон и включил фонарик. Это была узкая дорога в ад. Сквозь плотный пыльный туман, в совершенном беззвучии нестерпимого звона в ушах, парень улицезрел бесконечность, в которой не было ни времени, ни пространства. Сплошной серый как пепел цвет скрывал от него границы замкнутого мира, он еле различил на полу силуэт полностью серого цвета скорчившегося человека. Он машинально перетащил его вместе с оружием на то место, где ранее сидел сам. Боец, держась обеими руками за живот, стонал как маленький ребёнок, приговаривая: “Мама! Мама! Мамочка!” Молодой человек совсем растерялся, выполняя какие-то бессмысленные движения.

– Сейчас, сейчас, всё будет хорошо, всё будет хорошо, – нёс какую-то несуразицу он.

Парень снял с себя куртку и накрыл раненного. Сидя на корточках, он стал искать в телефоне номер куда позвонить. Не сразу додумавшись, что звонить в скорую помощь или в милицию нет смысла, он набрал номер своего начальника, и когда на вызов ответили, парень затараторил в трубку:

– Алло, мы здесь! Всех убили! Нас засыпало в подвале! Заберите нас срочно! Они с ума сошли! Стреляют во всё, что движется!

– Вы где? – спросил начальник.

– Что? – не слыша говорящего, переспрашивал парень. – Что Вы говорите? Громче.

– Та где вас засыпало?

– В подвале. Тут через три квартала от его дома. Или четыре. Я не знаю, как улица называется, – парень попытался узнать у раненого, но получив в ответ только умоляющий стон, продолжил говорить в трубку.

Парень вообще чудом слышал голос из трубки телефона.

– Да заберите нас, сделайте что-нибудь!

– Да где вас забрать, чёрт бы вас побрал. Где вы?

Молодой человек был неместный и напрочь не знал ни названий улиц, ни карту города, и сейчас вообще не представлял себе, где находится. Разговор заходил в тупик и именно в этот момент звонок оборвался. Последующие попытки дозвониться заканчивались сбросом ещё до соединения с оператором. Связи больше не было. Он ещё попытался поймать связь, крутя телефоном на вытянутой руке из стороны в сторону, но мир более не отозвался.

Молодой человек уселся на пол и медленно стал возвращаться в реальность. Только сейчас он обнаружил, что весь в пыли, что он, как и раненый, похож на шахтёра, во рту, в носу грязь, что из уха течёт кровь, а голова, как после удара тупым предметом, шумит шипящим звоном. Осветив пространство вокруг себя, парень ещё больше обомлел. Это была заваленная “конура” не больше двух квадратных метров, с маленьким карманом у лестничных ступеней, которые были заблокированы на три четверти разломанной бетонной плитой. Соседнее помещение было завалено полностью и никакого прохода, он даже не мог встать в полный рост. Только сейчас до него дошло, что раненый не стонет, а кричит от боли, корчась на полу. Из-за шума в голове, он не слышал, что происходит вокруг. Парень ещё раз попытался успокоить бойца, но увидев, что тот толи от боли, толи от страха, сходил под себя, сам впал в оцепенение, и безвольно сполз по стенке на пол.

– Господи, помоги. Помоги, Господи! – выключив подсветку телефона, дрожащим голосом шептал молодой человек.

– Господи, помоги! Господи, спаси! Господи! Господи! Господи, не оставь одного! Убереги, Господи! Боже, дети, Господи! Дети, женщины, Господи, за что? За что, Господи! – мужчина плакал.

– Господи, что же это делается?! Спаси, Господи! Спаси от лукавого, Господи! – уже невпопад шептал парень.

– Боже, какие твари! Боже, какие же мы твари, Господи! Спаси, Господи! Не бросай одного, скажи, что делать, Господи! Что же делать, что же делать?…

На улице бой понемногу затихал, и выстрелы раздавались уже не в хаотическом порядке, а реже и конкретно в цель, в одностороннем режиме. Добровольческие батальоны, как-то странно хорошо экипированные, на серьёзной бронетехнике, неизвестно кем управляемые, боролись с сепаратизмом, проводя зачистку захваченной территории. Это было началом крупномасштабных военных действий. Молодой человек не знал ни о том, что против тех, кто взял в руки оружие, будут проводиться антитеррористические мероприятия, ни о неотложных мерах по преодолению террористической угрозы и сохранению территориальной целостности, он лишь надеялся, что новый президент остановит эту войну за две недели.

Парень пришёл в себя в тот момент, когда что-то треснуло в воздухе и через несколько секунд рухнуло совсем рядом. Он машинально попятился назад, но сзади была стена и ноги просто несколько раз скользнули по полу. Мгновенно стало трудно дышать, пыль просто превратилась в стену. Молодой человек задыхался, отогнув ворот рубахи, он пытался дышать через материю. Он в темноте ощущал, как стены сдвигаются, чувствуя их прикосновения. Паника охватила всё его сознание, он схватил за ногу бойца и стал дёргать её, стараясь чего-то от него добиться. Доброволец был уже мёртв и парень, нащупав рядом приклад карабина, притянул его к себе, как будто это могло ему чем-то помочь. Посветив телефоном, он пришёл в ужас, от полного завала его спасал лишь бетонный лестничный пролёт, который ещё удерживал основную нагрузку.

Севшая батарея телефона остановила движение времени, его более не существовало. Это было несколько часов или суток, нет – это была вечность. Жизнь иссякла вместе с затуханием послесвечения фосфорных стрелок наручных часов, впитавших солнечный свет, который кротко старался поддерживать угасающий свет в человеческой душе. Сознание молодого человека в полном одиночестве пребывая в состоянии ожидания смерти, которое хуже самой смерти, подавило совокупность врождённых тенденций и стремлений, все свои инстинкты, и мужчина не выдержал испытания своим «адом». Последнее, что пришло ему на ум, это сцена из фильма, в которой побитого и раздетого до гола «мафиози» закапывали живьём в могилу его же соратники. Своего рода эмпатия. Ещё тогда молодой парень ощутил сопереживание эмоциональному состоянию погибающего гангстера, и в его подсознании уже надолго укоренился страх именно перед таким способом лишения жизни. О чём же должен думать человек, находясь на грани?! Судьба уготовила молодому человеку возможность сполна осознать это, прикоснувшись к истине с другой её стороны, в действительности.

Мужчина со слезами на глазах, бессвязно бормоча себе под нос, намотал ремень полуавтоматического карабина на руку, упёр приклад в пол, приставил дуло ко лбу, и нажал на курок. Курок не сдвинулся с места, карабин стоял на предохранителе, боец самообороны так ни разу и не выстрелил из него. Отчаявшийся парень, не имея навыка пользования огнестрельным оружием, разбираясь с механизмом, впал в истерику, когда выпустил в потолок очередь выстрелов, обрушив ещё несколько обломков бетона себе на голову. Ошарашенный вспышками «огнестрела» у своего лица, он в последний раз в жизни судорожно посмотрел в сторону своего мировоззрения, уже окончательно разрушенного мироздания того человека, кем он когда-то являлся. Это был полный крах человеческой личности. Сжимая из последних сил оружие в руках, мужчина нажал на спусковой крючок…

Последовал удар бойка, но выстрела не произошло. Парень потерял сознание и, падая, ударился головой о ступеньку. В бессознательном состоянии ему чётко виделся выстрел, вспышка, полёт пули, размозженное лицо в крови и смерть. В памяти запечатлелась вспышка у самого лица.

Глава 4

Автоматную очередь услышали бойцы добровольческого батальона, находящиеся рядом. Выбросив тело старухи из автомобиля, они были заняты поверхностным ремонтом машины, которая не хотела запускать мотор, бойцы удивлённо переглянулись. Опытным взглядом они определили место, откуда прозвучали выстрелы.

– Слышишь, «Махровый», там кто проводил зачистку? – обратился «камуфлированный» боец, к другому.

– Да вроде наши.

– Давай бегом всех туда, и близко не подходить.

Пятеро хорошо вооружённых бойца заняли удобное положение у развалин. Командир говорил в голос.

– Лис, мудак, это ты “петарды” туды бросав?

– Да, вроде, усе чисто було вчора. Или позавчора?

– Ты шо, с пьяных глаз уже зовсим ничого не помьятаешь? А если б ти шакалы по нам, у спину? Ты бы шо, тоже вроде бы?! Всегда, с…а, проверять! Это, с…а, чья-то жизнь! – ругался крупный бородатый мужчина. – Теперь лезь и выясняй, шо там за падлы.

Боец на полусогнутых ногах прокрался поближе к развалинам.

– Эй, там, е хто живый!?

– Да, конечно, живой, раз очередью полит! – орал «Махровый» за спиной Лиса. —

– Сепары, давай вылазь, а то ша палыты пачну! – уже кричал Лис. – Давай худко!

– Ползи ближе, послухай, шо воны там кажуть! – скомандовал командир.

Боец подполз ещё ближе и несколько раз прокричал угрозы и требования. Молодой человек, где-то очень далеко, слышал чьи-то призывы, но в его душе уже произошёл отказ от веры в существование реальности.

– Там, кажись, хтось стоне, – проговорил громким голосом себе за спину Лис.

– Так шо, хтось живый? – переспросил командир. – А ну ка, Рон, поклычь, «салобонив», не хай прыгонять свого бронника, дерганём бетону.

Какой-то уж сильно загорелый боец, бегом отправился выполнять приказание. Через несколько минут с грохотом подкатил БМП с солдатами вооружённых сил. Офицер обратился к командиру добровольцев:

– Здравие желаю! Необходима помощь?

– Щось мэни не довподобы твое, здравие желаю! Я тоби скоро навчу, як трэба! Давай своим бронником, о ту плиту выдтягны. Скажи своим "зеленым пернатым", хай трассамы прычеплять.

Офицер с трудом “проглотил” недостаток субординации, но выполнил, толи просьбу, толи требование, а скорее всего, приказ, как будто ощущая за собой какую-то провинность. Оттащив куски бетона, солдаты спрятались за БМП, и только загорелый Рон, с расширенными зрачками, и Лис, подкрались к образовавшемуся проходу. Прокричав ещё несколько раз требования и угрозы, они по очереди стали заглядывать внутрь, пытаясь рассмотреть в пепельного цвета бездне хоть что-нибудь.

– Ну шо там? – крикнул крупный мужчина, командир добровольцев.

– Кажись, два жмура, – ответил Лис.

– Один, still alive! – крикнул, Рон.

– Шо? – переспросил командир, обратившись к Махровому.

– Один, значит живой.

– Давай их всих сюды, – скомандовал он.

На поверхность реальности извлекли два серого цвета тела и автомат Калашникова. Бойцы добровольческого подразделения сразу обыскали карманы, изымая личные вещи, часы, телефоны, кошельки, попутно избивая живого. В куртке мёртвого бойцы обнаружили ещё и документы и передали их командиру.

– Так, имья одного сепара вже видомо. Ща дизнаемось друге, – читая документ, сказал командир. – А чому одын ствол? Лис, пошукай другый.

Загорелый боец избавился от пыли на изъятом оружии, и внимательно его рассмотрел, заметив положение отработанного бойка. Перезарядив ствол, он поднял с пола целый выброшенный патрон. Осечка, подумал он.

– Оружиеиз норм, – громко сказал Рон, смотря на человека, лежавшего на земле уже с разбитым лицом и, возможно, с уже поломанными несколькими рёбрами.

– Давай цых сепаров тащить на базу, – скомандовал командир.

– Та один же дохлый! – заартачился Лис.

– Тоди превьяжить ёго до бронника, хай «архаровцы» возять його для устрашения, – своеобразно пошутил крупный бородатый мужчина. – И не хай говорять, шо взяли пленного языка да так зним чемно поводылыся, шо вин вид стеснения та осознания своеи провыны смутно помер вид душевнои раны.

Бойцы добровольцы действительно забросили тело на переднюю часть БМП, весело пошучивая над солдатами, но офицер всеми “правдами и неправдами”, всё-таки приказал солдатам снять тело, и уложить в отремонтированный простреленный мини бус, который и доставил под охраной мёртвого и живого на базируемое место добровольческого батальона.

Большинство добровольцев этого батальона были более похожи на ”джентльменов удачи”, чем на обыкновенных людей, взявших в руки оружие, да и “иностранных гусей” среди них было предостаточно. Допрос пленного с пристрастием был не чем иным, как просто избиением выжившего, бойцами в неадекватном состоянии, которые тренировали ударную технику на живом манекене. Молодой человек время от времени терявший сознание, перед глазами видел лишь повторяющийся свет вспышки, его не принимало время и пространство обратно. Командир батальона доложил о двух мёртвых сепаратистах неизвестно какому командованию и совсем потерял интерес к пленному.

Глава 5

Устрашающий закон о люстрации, который ещё не вступил в силу, но уже серьёзно угрожал многим бывшим и действующим чиновникам, заставил выше упомянутых прибегнуть к хитрости ума. Так сказать, за ранее “кровью искупить”, побывав под любым предлогом в зоне боевых действий или хотя бы где-то поблизости, приписав себе участие в таковых. Дошедшая через "третьи руки" до командования вооружёнными силами «кривая» информация о военнопленных дала такую возможность двум вышеупомянутым хитрым чиновникам в составе комиссии по проверки тылового обеспечения и коммуникаций зоны боевых действий. Прибыв на место и уточнив, что пленные совсем не пленные, а мёртвые, в чём был практически уверен командир батальона, бывший крупный чиновник и его помощник, обнаружили, что всё-таки, один ещё жив. Совсем растерявшись, они ели уговорили полупьяного командира, который предложил исправить несоответствие прямо на месте, достав и зарядив пистолет. Забрав полумёртвого пленного и забыв документы мёртвого, состав комиссии быстро ретировался, попав к тому же по дороге ещё и под непонятно чей минометный обстрел.

Боясь за жизнь человека, они в первую очередь отвезли его в институт челюстно-лицевой хирургии, ввиду того, что видимые повреждения были на его лице и голове, ну и ещё потому, что у помощника бывшего крупного чиновника там были связи. Принявший пострадавшего врач, оказавшийся заведующим отделением, после поверхностного осмотра, заявил, что состояние крайне тяжёлое в связи с приличной давностью нанесения травм, значительными гематомами и ушибами головы, множественными повреждениями лицевых костей, практически полностью выбитыми зубами и скорее всего с переломом челюсти верхней и нижней части.

Оставив раненого парня в реанимационном отделении института, бывшие чиновники отправились к непосредственному военному начальнику, устроившему им эту ”спасательную командировку” и “билет в счастливое будущее”. Пройдя в министерские палаты обороны страны, пользуясь выданным временным пропуском, они были сначала удивлены, а потом и шокированы. Их “спасателя” уволили с занимаемого поста, да ещё с угрозой уголовного преследования, а их не пустило на порог новое должностное лицо, и их вывела военизированная охрана за пределы министерства, забрав у них временные пропуска. О существовании какой-либо комиссии никто и слушать не хотел, намекая на то, что лучше вообще этого не упоминать, чтобы не вляпаться ещё в один коррупционный скандал.

Крупного бывшего чиновника впоследствии всё-таки настигла рука "общественного карающего люстратора", но ещё до этого момента он попал в прицел общественных активистов, получающих неофициальные зарплаты из заграничных различных фондов, которые пытались выяснить с угрозой для его жизни, как это на зарплату чиновника он умудрился стать официальным долларовым миллионером. Ему пришлось в спехе покидать страну вслед за её бывшими руководителями, бросая движимое и недвижимое имущество.

Его помощник не обладал подобным запасом финансовой прочности, но был и менее заметной фигурой, хотя и не из бедного сословия бывших чиновников. За то, этот персонаж обладал феноменальной гибкостью ума и собственного достоинства и не был особо замечен в ”интимной” близости с номенклатурой бывшей опальной власти. Политика его интересовала сугубо в “гуманитарных” целях, его больше влекли операции по отчуждению земельных участков у государственных предприятий военно-промышленного комплекса, в которых он неплохо разбирался. Заплывая под крыло влиятельного должностного лица, получая доступ к инфраструктуре власти определённого министерства, он выстраивал коррупционную схему и заставлял работать механизм «взяток», "договорников" и нетрудовых доходов. Проведя ряд таких афер, он получил не только пару миллионов долларов, но и, как он любил выражаться, ”замазал рыло в пуху” большому количеству людей и не только чиновникам. И поэтому он был готов продолжить “освоение земли” уже с новыми власть предержащими людьми, осталось только найти нового покровителя, что не совсем у него сейчас получалось. Бегство “люцесранца”, так называли чиновников, испугавшихся люстрации, и поэтому сбежавших, подпортило ему все планы, но спасло от “злословия общественности”. Его миллионы уже давно были успешно ”проглочены его женой”, и феноменальный некрупный бывший чиновник находился в "активном поиске".

Звонок врача, с которым он был когда-то лично знаком, по поводу молодого человека, пришедшего уже в сознание, сильно встревожил бывшего чиновника. Доктор оказался сердобольным человеком и дотошным врачом. Он провёл несколько сложных хирургических операций неизвестному пациенту часть за государственные средства, в надежде на их отчётность, а часть за свои, после того, как понял, что он всецело занимаясь больными людьми даже и не знает, в какую инстанцию ему сегодня необходимо обращаться по поводу неизвестного больного.

Переломы челюсти и лицевых костей, удаление всех зубов заставили доктора создавать практически новое лицо пациенту, просто спасая ему жизнь. Вы знаете, в нашей жизни всё-таки ещё встречаются люди по-настоящему достойные уважения. Доктор не знал, как выглядело лицо этого человека до трагедии произошедшей с ним, но он приложил все возможные усилия, даже старался применить правила “золотого сечения”, чтобы окончательно не испортить жизнь ещё молодого человека неэстетическим видом его лица. Впоследствии, много лет спустя, он признавал, что это была его лучшая “работа”, как хирурга. Можно сказать, как пластического хирурга.

Феноменальный бывший чиновник уже забыл о существовании полумёртвого человека, и испугался, что информация подобного рода может повредить его и так не завидной репутации, или привлечь к его личности ещё, не дай Бог, какое-то не нужное внимание. Времена были не из лёгких.

Скрывая своё причастие, он отправил своего водителя, бывшего личного водителя и охранника бежавшего крупного ”люцесранца”, забрать пациента, представляясь каким-нибудь должностным лицо, какого-нибудь государственного департамента, выдав ему просроченное удостоверение какого-то неряшливого сотрудника, потерявшего свой документ. Молодого человека “правдами и не правдами” вывели из медицинского учреждения, и в тонированном автомобиле представительского класса доставили в брошенный загородный домик того же “люцесранца”, оформленного на какого-то дальнего родственника, ключи от которого были у бывшего его охранника.

Там в спокойной обстановке бывший некрупный чиновник, популярно объяснил молчаливому молодому человеку с остаточными отёчными гематомами на лице, что такое “незавидный статус безоружного сепаратиста на вражеской территории”. Убедив парня в том, что бежать ему некуда, да и не представляется возможным, и убедившись, что парень это и сам понимает, чиновник договорился с ним, а точнее, сам с собой, что со временем он как-то ему поможет. Он пока не знает как, но обязательно поможет, ведь есть же ещё «нормальные» люди, которые понимают "ху из ху".

Молодой человек беспристрастно принял информацию, и на вопрос, как же его всё-таки зовут, ответил молчанием.

– Тебе, наверное, всё выбили из головы?! Ну, или ты не хочешь говорить! Дело твоё, – закончил моральное выступление феноменальный чиновник. – Может быть, тебе надо что-то передать родственникам, ну или там ещё кому? Ты скажи, может и поможем.

Молчание молодого человека прервало в основном одностороннюю беседу с бывшим чиновником. После того как его имя попало в официальные списки погибших сепаратистов, и об этом уведомили его мать, единственного оставшегося его родителя, ответив на её обращение в милицию, о пропаже сына. Его мать скоропостижно скончалась, не выдержав горя утраты. Но этот молодой человек, наверное, никогда об этом уже и не узнает.

Глава 6

Время шло, и бывший феномен, каждый день занимался поиском хоть какого-нибудь продажного чиновника, чтобы зацепиться самому за какую-нибудь должность, а там, глядишь, и провернуть «аферку». Жена, «дрессируя» мужа авантюриста, выдавала ему средства лишь на текущие расходы. Как мужчина он не интересовал её уже давно. У неё лично с этим было всё в порядке, молодой любовник альфонс. Но как “добытчик” – да она ещё рассчитывала на его потенциал. Он же всецело зависел от жены, на которую оформлял всю недвижимость, хитрый ход чиновника, и официально был с ней в разводе, хотя и имел постоянную любовницу. Но главным сдерживающим отношения фактором был общий взрослый сын, которого они всё-таки любили оба. Сын же, в свою очередь, упорно «укреплял» отношения родителей, постоянно попадая то в наркотическую, то в алкоголическую зависимость, то в уголовное преследование, то в любовные интриги. В общем, нуждался в родительской опеке и финансировании.

У бывшего феноменального чиновника было два очень выразительных недостатка. Во-первых, его организм совершенно не справлялся с алкоголем. Выпитые тридцать грамм любого горячительного напитка, превращались в двух, а то и трёхнедельное “попоище” со всеми сопутствовавшими элементами типа проститутки, цыгане и медведи. Один раз, будучи подозреваемым в одном уголовном деле, связанном с хищением государственного имущества путём незаконного отчуждения земли, он “просидел на стакане” на нервной почве четыре месяца. Благо, приличная взятка спасла его “грешную душу”, хотя и слегка опустошила карман жены. Заканчивалось это всегда одинаково, кодированием от алкоголизма. У него даже был свой постоянный врач на этот случай.

А во-вторых, по каким-то неизвестным причинам он обманывал своих деловых партнёров на деньги с завидной регулярностью, от чего имел постоянно вялотекущие личные конфликты. Он же на этот случай всегда имел морально-этические аргументы и отговорки. Но скорее всего, это была просто его жадность.

Боялся в жизни этот человек только одного, сесть в тюрьму. И на этот случай в его доме, а точнее в доме жены, имелся полноценный иконостас. Каким образом или перед каким образом он или его жена вымаливали благополучие, неизвестно. Но пока это работало.

Находясь в нервном активном поиске работы, бывший чиновник время от времени “наступал” на первый свой недостаток, и пьяный, с проститутками заваливался в брошенный “люцесранцем” домик. Молодой человек жил в доме, соблюдая правила конспирации, прописанные чиновником, но в такие моменты конспирация уходила на второй план. Везде горел свет, играла музыка, и стоял приятный запах еды, приготовленной на мангале, и неприятный запах на следующий день, от излишка принятого алкоголя. Проститутки уезжали, а чиновник впадал в философские размышления, демонстрируя свои познания в этой области, обучая молчаливого слушателя морально-этическим нормам. Отношение к сексу у него было тоже своеобразное, но это нормально в его возрасте. Отказ парня от услуг дам лёгкого поведения, сначала насмешил его, а потом перерос в навязчивую идею. Чиновник раз за разом повторял попытку при удобном случае, как он выражался, “скрестить молодого человека хоть с какой-нибудь особью”, проводя в каком-то смысле психологическое исследование.

Как-то раз, когда феноменального мужчину достали “назойливые стенания” одного обманутого им партнёра, который стал неприлично вслух об этом говорить, он потребовал от молчаливого парня компенсации за оказанную ему помощь. Будучи уверенным в том, что парень “отмороженный боец сепаратист”, и находясь под влиянием первого недостатка, чиновник подумал, что «спалить» автомобиль в центре города ему не составит особого труда. Молодой человек в принципе ни с чем не соглашался, он просто облил указанный автомобиль бензином и поджёг его прямо на глазах у обывателей вечером на парковке у дома несчастного бизнес партнёра. Никто из очевидцев даже и не собирался ему препятствовать. Возможно, их смутила спокойная уверенность в поведении мужчины, творящего противоправные действия. Они просто вызвали полицию. Кстати, впоследствии никто не смог толком описать его внешность, а тем более лицо, хотя преступник его и не скрывал. Камеры наблюдения потеряли след, спокойно уходящего мужчины с места преступления. Парень же благополучно глубокой ночью вернулся пешком в загородный домик, и предался своей обычной конспирации. Бывший чиновник и его водитель в тот момент, обеспечивали себе стопроцентное алиби. Только потом до них дошло, что могло бы быть, если бы парня, не дай Бог, арестовали. Но успех опьяняет, эффект произвёл необходимое, даже более, впечатление, и воодушевлённый феномен решил продолжить “акции возмездие” чуть позже и с другими “ наглецами”.

Глава 7

Не способность устроиться на государственную службу, катастрофическая нехватка финансов и определённое стечения обстоятельств вынудили феноменального бывшего чиновника пойти на хитрость, втянуть крупных инвесторов, с которыми он уже когда-то имел косвенные отношения, в заведомо несбыточный процесс захвата земельного участка госпредприятия по отработанной схеме. Сам то он, конечно же, хотел бы надеяться на успех. Чем, как говорится, чёрт не шутит, когда Бог даже в эту сторону смотреть не хочет! А так-то уж и прибыль другая.

Но сейчас его интересовала другая прибыль, реальная предварительная сумма необходимая для создания полного пакета документов будущего инвестиционного проекта, которая выдаётся авансом. Инвесторы долго и с недоверием изучали предложение. Но очень выгодное месторасположение участка, чёткая логическая последовательность получения разрешительной документации, что само по себе уже является подтверждением законности сделки, и главное, личное знакомство бывшего чиновника с действующим должностным лицом, в чём инвестор был уверен из прошлого опыта, напрямую связанного с данным процессом, убедили бизнесменов, и они согласились на эту авантюру.

Хитрость чиновника заключалась в том, что требуемая сумма в основном шла на последовательный подкуп должностных лиц для получения различных документов. То есть, на взятки, математику которых очень сложно проследить, и всегда можно ”приклеить” свою маржу. Заветная сумма была выдана чиновнику аферисту, и спектакль начался.

Всё складывалось как нельзя хорошо, и бывший чиновник поверил, что чёрная полоса его жизни понемногу светлеет. Но как это часто бывает в самый ответственный момент произошёл казус, изменивший ход событий. Один из главных персонажей официально покинул сцену пока по собственному желанию, так сказать, был уволен с должности. Аферист понял, что спектакль окончен. Большую часть ещё не потраченных на взятки денег, он решил уже не возвращать, объяснив инвесторам, что она уже потрачена, а взятки, как известно, возврату или обмену не подлежат, чем ещё более разозлил бизнесменов. На что рассчитывал бывший чиновник останется уже тайной. Но скорее всего на то, что инвесторы крупные и для них эта сумма не так уж важна. И что со временем всё разрешится в хорошем смысле этого слова, а для него эти деньги крайне необходимы для нормального существования прямо сейчас, не завися от прихоти жены, и уж точно нужнее ему, чем им. И он исчез из поля зрения на какое-то время.

Инвесторы, до конца осознав всю несправедливость ситуации, глубоко возмутились, и так как свой “бизнес толчок” они всё-таки получили в девяностых годах и на территориях “второго мира”, то посчитали, что не к лицу им роль ”кинутых на деньги бизнесменов терпил”. Через общих знакомых и определённых должностных лиц они “вычислили” оставшегося в который раз без работы бывшего водителя бывшего чиновника афериста, который к слову и сам “имел зуб” к своему уже бывшему работодателю.

После недолгого разговора с бандитами бывший водитель с “радостью” указали адрес одного из возможных мест тайной дислокации последнего, куда и нагрянули представители одной преступной группировки, застав врасплох феноменального чиновника. Дальше классика жанра, которая не меняется уже много десятков лет. Правда, возникли и неожиданные моменты.

Спокойный молчаливый молодой человек получил удар ножом в грудь, только за то, что вызывал непонятный инстинктивный страх у одного из “крутых парней”, якобы из-за его наглого выражения лица. Раненого связали и продолжили жёсткую беседу с "обнаглевшим аферистом", который "кинул людей на деньги". После приступа страха, вернувшись в нормальное состояние своего алкогольного опьянения, бывший чиновник стал угрожать, а потом и шантажировать бандитов. Немного протрезвев и войдя в роль, он уже искренне поверил в существование у него компрометирующих документов, что было действительно возможным, на своих бывших косвенных деловых партнёров. Он так разнервничался и переволновался на этой почве, что получил обширный инфаркт, а потом и внезапную коронарную смерть. Резкое опорожнение кишечника привело всех в замешательство. Бандиты так перепугались нестандартному повороту событий, что не сразу заметили исчезновение раненого свидетеля развернувшейся трагедии, занимаясь попытками привести чиновника в чувство. Бегая по дому в поисках беглеца, а его кровавый след оборвался в проходе, ведущего как к лестнице наверх, так и к лестнице вниз, да ещё и к выходу в сад, “крутые парни” не побрезговали и по мародерствовать, прихватывая ценные вещи, лежащие на виду. Не обнаружив “наглеца”, бандиты ретировались, оставив тело бывшего чиновника в естественном положении, с небольшой гематомой под глазом, захватив с собой награбленное и страх неизвестности.

Раненый молодой человек после того, как ощутил непрофессионализм пут, которыми его связали, освободился и медленно сменил обстановку, подняв с пола мягкий банный коврик, хорошо впитывающий влагу. Хорошо зная дом, он поднялся на третий этаж, вылез из окна на крышу второго этажа, аккуратно закрыл, опускающееся вниз, окно, мягко прошёлся по крыше дома и перелез на ветку огромного хвойного дерева, забравшись на самый верх, где от него всегда прятались белки, которых он иногда подкармливал. Сильный свет лам прожекторов, освещавших весь двор, сад и заборы, как раз светил немного ниже кроны хвойных деревьев. Нужно отдать должное “крутым парням”, они действительно, конкретно обыскали весь дом, но при всём желании, заметить человека в кроне дерева, они не могли, да и не каждый сможет подняться на такую высоту по стволу дерева.

Дождавшись, когда всё утихнет, молодой человек, с трудом спустился вниз, выключил основную иллюминацию, убедился в смерти небезразличного ему человека. Замотав рану чистой тряпкой, он убрал немногочисленные следы своего пребывания, закрыл дом и на автомобиле бывшего уже окончательно чиновника отправился в пока единственное не отторгающее его место, в институт челюстно-лицевой хирургии. Нужно заметить, что молодой человек не испытывал каких-то особо сильных эмоций. Казалось, ему были безразличны происходящие события. А возможно, они казались ему совершенно естественными.

Глава 8

В приёмной отделения скорой помощи его встретил тот же сердобольный врач как раз находившийся в институте в эту ночь. Лично проведя пошатывающегося пациента в свой кабинет, он осмотрел рану, признал её тяжёлой, ещё и из-за значительной потери крови, и оказал первую медицинскую помощь. Хорошо понимая, что в случае колото резаных ран, нанесённых острым предметом, необходимо уведомить соответствующие органы, он всё же позвонил своему хорошему старому знакомому, очень серьёзному криминальному авторитету, который незамедлительно прибыл на место. Доктор как-то интуитивно переживал за судьбу странного молодого человека, даже не зная его имени. Будучи не просто потомственным врачом, а настоящим Доктором по призванию и предназначению, сейчас он не мог оторвать глаз от результата своей кропотливой работы. Задавая какие-то специфические вопросы, он проводил замеры, заглядывал несколько раз в рот, поинтересовался, нет ли каких претензий к съёмным зубным протезам, попросил их снять, чтобы осмотреть шарниры, и настоятельно рекомендовал при возможности поставить зубные импланты.

Эту научно-исследовательскую работу прервал криминальный авторитет, войдя без стука в кабинет. Он тепло поздоровался за руку с доктором, преподнеся ему большую красивую корзинку с конфетами.

– Знаю, знаю. Можешь не говорить. Это красавицам мед сестричкам, не алкоголь же, – перебивая Доктора, с улыбкой сказал авторитет.

Доктор действительно не пил алкоголь, но очень любил сладкое. Невысокому мужчине было далеко за шестьдесят. Высокий лоб, округлые черты лица, морщины, щетина, лёгкая ухмылка, в общем, ничего выразительного кроме… Кроме ровных, небольшого размера, белых зубов и пронзительно серых глаз как у волка. Подобное сочетание могло вызывать подсознательный страх. Страх, которым мы наделяем жертву перед лицом опасности.

Молодой человек не обратил на это внимание, хотя авторитет внимательно рассматривал его персону, парень не смотрел ему в глаза. Теряя постепенно силы и сознание, он скромно прилёг на диване. Мужчины вышли за дверь и доктор изложил авторитету суть ситуации в тех подробностях, что были ему известны.

Снабдив авторитета большой коробкой с медицинскими препаратами на первое время, Доктор добавил, что обезболивающее средство уже вколол, но по его мнению парень не чувствует боли, или чувствует, но никак на неё не реагирует. Двое мускулистых мужчин аккуратно под руки перенесли молодого человека и усадили на заднее сидение большого представительского класса автомобиля, но старых годов выпуска, рядом с криминальным авторитетом. И два чёрных авто исчезли в неизвестном направлении.

По дороге в неизвестность старый авторитет выведал все подробности инцидента, связанного с ножевым ранением. Находившийся в полуобморочном состоянии парень спокойно, без эмоций отвечал на вопросы, чем немного удивил авторитета, хорошо знавшего из личного опыта, психологию различного рода поведения как преступников, так и жертв. Молодой человек чётко изложил суть возникшего конфликта, приведшего к смертельному исходу, указал конкретных действующих лиц и их роли в конфликте. Из бесед с пьяным бывшим чиновником парень знал про аферу, про бизнес партнёров, про сумму сделки и про морально-этические аргументы. Из описания портретов нападавших, криминальный авторитет уже почти наверняка знал, кто эти парни и из какой преступной группировки, и в первую очередь, по манере их поведения. Составив в голове своеобразную картину происшествия, и понимая всю серьёзность ответственности перед законом за непреднамеренное убийство в составе группы лиц, криминальный авторитет, ещё до прибытия к месту, уже придумал сценарий, по которому предполагал пустить “коммерсантов по большому кругу”.

Проезжая по загородной дороге мимо района модных коттеджных городков, автомобиль с охраной изменил направление движения, перестал сопровождать объект охраны, и, свернув с главной дороги, затерялся где-то между высокими заборами. Другое чёрное авто последовало своим маршрутом в гордом одиночестве.

– Шеф, бойцам точно ожидать Вас на базе? Или может пусть по домам? – комментирую происходящее за бортом автомобиля, задал вопрос водитель и помощник в одном лице.

– Нет. Пусть ждут у меня дома. Мы вернёмся и сразу же отправимся по делам, – размышляя о своём, ответил криминальный авторитет. Рядом с ним на сидении авто спал молодой человек со спокойным выражением лица.

Большой представительского класса автомобиль через пару часов забрался в такую глушь, где уже заканчивалось понятие дороги. Почти полностью оставленная жителями деревня ночью совсем не освещалась электрическим светом. Медленно двигаясь между некрашеными заборами и запустевшими домами с заколоченными ставнями и неухоженной и разросшейся в разные стороны зеленью растений, автомобиль разрезал мощным светом фар ещё одну “тёмную бездну” в поиске своей “кроличьей норы”. Брошенную деревню не оставило только четыре старых её жителей, не желающих покидать могилы своих близких людей и не понимающие, за чем надо убегать из своей родной деревни, в чужой никогда незнакомый город. Старики так были расстроены своим непониманием современности, что уже толком и между собой то не общались.

Авто заехало во двор самой последней хаты, у которой вообще никогда не было забора. Позади дома и большого сарая в слабом лунном свете, был заметен степной пейзаж с небольшим водоёмом в овраге. На пороге дома появился сонный старый дед с заряженным охотничьим ружьём.

– Свои, хозяин, – громко сказал водитель.

– Извини, что так поздно, отец. Мы по делу! – выбираясь из автомобиля, доброжелательно сказал авторитет.

– Скорее уж рано. Проходь до дому, там поговорымо, – признав мужчин, сказал дедушка.

– Сейчас ещё “внучка” подхватим, и добро пожаловать в гости, – помогая вылезти из авто молодому человеку, тренировался в словоблудии помощник авторитета.

Старый дед прекрасно знал, что в эту глушь кроме его авторитетного знакомого никто и не заезжает, разве только участковый, и то в кои-то веки и через раз. Нету здесь жизни, вот никто и не приезжает! Так что ружьё в руках деда оказалось машинально, а то, что заряженное, так оно всегда и заряжено.

Мужчина с волчьими глазами познакомился с дедом давно, когда погиб один из его ”блатных пацанов на разборах между крутыми ребятами”, и его пришлось закопать в простой яме без особых почестей, чтобы скрыть тело и не иметь проблему с уголовным кодексом. Авторитет дал задание отыскать родственников погибшего парня, чтобы уделить им финансовое внимание. Живым деньги нужнее, чем мёртвым. Единственным живым родственником оказался старый дед, живущий сам где-то далеко в глуши. Авторитетный мужчина не поленился и съездил проведать старика лично, и не ошибся. Помимо прекрасного места для уединения у дедушки обнаружилась ещё и приличная отара овец. Продавать их он был просто не в состоянии, да и они ежегодно усердно плодились, благо здешняя экология к этому располагала. И авторитет, у которого большая часть крови была восточного происхождения, “по понятиям и по жизни” взял под покровительство одинокого старика и его отару. Мужчина с серыми глазами, передавал старику деньги от внука, якобы отбывающего наказание в местах не столь отдалённых, заодно организовал сбыт мяса по очень выгодной цене, и только уважаемым людям и их рестораторам. Да и сам авторитет, наведываясь время от времени к деду в гости, любил приготавливать застолье из свежего мяса. Он считал, что животное, живущее в таких естественных условиях, на сегодняшний день большая редкость в этой стране и достойно отдельного внимания и отношения.

Старик включил свет на маленькой кухне, в коридоре и в дальней комнате, и раненого парня отнесли туда и уложили в кровать. Помощник сходил ещё раз к машине и, потушив свет фар, принёс на кухню пакет с продуктами и коробку с медикаментами, и поставил чайник на огонь.

– Сильно раненый, али как? – многозначительно и серьёзно спросил старик.

– Отец, схорони малого до поры до времени, а там видно будет, – задумчиво сказал авторитет. На столе появились продукты. Колбаса трёх видов, пару видов сыра, масло, хлеб, горчица, две бутылки водки, конфеты и пряники. Как и любой пожилой человек старик любил сладкое и поэтому, когда помощник приготовил чайку, он, до этого серьёзный мужчина, немного повеселел и с удовольствием под чаёк съел парочку конфет и пряник.

– Так что малой то свойский будит, али как? – прихлёбывая чайком, говорил старичок.

– Нормальный парень. Посмотрим, как себя проявит, а там дальше видно будет. Если философу пришлось стать гробовщиком, то почему инженеру невозможно стать вымышленным сказочным персонажем, – непонятно и двусмысленно, скорее самому себе проговорил мужчина с серыми глазами с явным сарказмом.

– А если эта длинная оглобля, участковый, заявится, шо тода? – продолжая попивать чаёк, рассуждал старичок, поддерживая всегда приятную ему беседу с криминальным авторитетом.

– А тода, отец, ты скажешь ему, шо это твой внук освободился из мест не столь отдалённых. Витась, а ну-ка выдай ка ему справочку об освобождении, неделькой тому, – обратился к своему помощнику авторитет.

В их распоряжении имелись настоящие незаполненные бланки справок об освобождении с печатями, так сказать, на всякий случай.

– Скажешь, мол отсидел малёха по какой-то не очень криминальной статье. Освободился по «удо», условно-досрочно значит, за хорошее поведение. В надзоре не нуждается. Так что всё в порядке. А фотку мы потом вклеим, – добавил он.

– Так это, может тода по “маленькой”, раз такой дело!? Да и стол самобранка глаз радует? – совсем проснулся и повеселел старый отшельник.

– Может и по маленькой!

Глава 9

На рассвете мужчина с волчьими глазами в большом представительского класса автомобиле, но старых годов выпуска, с водителем за рулём, отправился “продирижировать написанную им пьеску”.

Для начала, “специально обученные люди” разнесли информацию о появившемся новом уголовном деле в прокуратуре среди членов преступной группировки, предположительно принимавшей участие в данном «конфликте» интересов. Информация произвела необходимый эффект. Бандиты, как обычно это бывает, в процессе “обсуждения и обмена мнениями”, так сказать, пугая друг друга домыслами, пришли к выводу, что рано или поздно их причастие к умышленному убийству, именно так трактовался этот “эпизод” в дошедших до них информационных слухах, обнаружится и им придётся “уходить в бега” и где-то прятаться, ну или на время покинуть страну, а для этого необходимы финансы. “Основной” банды, связался с бизнесменами, которые уже были не рады, что решили действовать таким образом, и стал обсуждать с ними возможные совместные действия в сложившейся ситуации, чем ещё больше их озадачил и рассердил. Крупные бизнесмены и инвестора они вообще не хотели иметь к этому никакого отношения. Именно поэтому они, так сказать, наняли преступную группировку для решения этого ”вопроса”, и сейчас им было совершенно непонятно, о каких совместных действиях идёт речь, когда вся эта проблема касается только людей, взявшихся выполнить работу подобного рода, и “облажавшихся” по полной программе. А услышав от “основного”, о какой-то финансовой поддержке на случай бегства, бизнесмены взяли паузу, обдумывая возможные последствия прекращения прямого общения с представителями этой преступной группировки, предполагая возможность шантажа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.