Валерий Ильичев
Жизнь без прикрас

Противное дело.

Клубов сжал ладонь Ларисы. Та погладила его по плечу:

Не волнуйся, мой брат Анатолий не подведет. Твоя жена даже охнуть не успеет и боли не почувствует. И почему ты так нервничаешь, если действительно ее ненавидишь?

Нелегко выбросить из памяти тридцать лет жизни. Она моталась со мной по дальним гарнизонам. Только в последние годы она превратилась в сварливую старуху.

А если бы меня не встретил, то наверняка терпел рядом с собою эту ведьму!

Зачем напрасно гадать? Главное наши пути пересеклись. У меня есть ты, а у тебя я.

Лариса поспешила отвернуться: «Этот старый пень поверил, что я в свои двадцать два года в него влюбилась! Да если бы не его квартира и накопления, я с ним и рядом не села. С трудом удалось его уговорить избавиться от жены. Сам убивать отказался. А на предложение заказать смерть жены за деньги сразу согласился. Вот козел!»

В этот момент на третьем этаже отворилась створка окна, и парень со светлой челкой махнул рукой. Лариса потянула Клубова за рукав:

Анатолий сигнал подал. Все кончено. Пойдем, теперь тебе предстоит сыграть роль жертвы ограбления. Смотри не сфальшивь, когда полицейские по вызову приедут.

Клубов покорно направился к подъезду. Войдя в комнату, приблизился к телу жены и смущенно прикрыл ее голые бедра халатом.

Надо создать видимость разгрома, сказал Анатолий.

Клубов снял телевизор с тумбочки и боком поставил на пол. Затем вытащил из ящиков шкафа одежду и обувь и разбросал по полу.

Нехотя протянул Ларисе семейные драгоценности:

Вот, возьми. Только смотри, ничего не продавай.

Ладно, оставлю себе. Твоей бабе они уже не нужны, а мне будут кстати.

В разговор поспешил вмешаться Анатолий:

– Вы люди свои, потом сочтётесь. А со мной, когда расплатишься?

Я же сказал, все деньги у меня на сберкнижке. Через пару недель, когда шум утихнет, сниму и отдам тебе сто тысяч.

Анатолий хотел возразить, но тут вмешалась Лариса:

Николай Сергеевич прав. Нам теперь спешить некуда.

Анатолий резко отодвинул этажерку от стены и наклонил. Николай Сергеевич бросился вперед и едва успел подхватить фарфоровую статуэтку средневековой дамы с зеркальцем в руке. Окружавшие ее на полке блюдца и чашки из чайного сервиза с грохотом разбились о паркет. Клубов пояснил:

Статуэтка старинная, из знаменитого мейсенского фарфора. У антикваров высоко ценится. Оставим ее в сохранности среди осколков. Еще пригодится на черный день.

Анатолий озабоченно нахмурился:

Хватит с барахлом возиться. Давай подумаем, как грабители проникли в квартиру, если замки не взломаны. Запасной ключ может вызвать подозрения.

Я скажу, что Нина открыла дверь, не спросив, кто позвонил.

Это может прокатить, а теперь давай раздевайся, если будешь утверждать, что нападение произошло, когда ты еще лежал в постели.

Не успел Клубов положить снятую одежду на стул, как сильный удар по голове сбил его с ног. На несколько секунд он потерял сознание. Когда пришел в себя, почувствовал, как загнутые за спину руки стягивает ворсистая упаковочная веревка. Затем Анатолий его приподнял и посадил на пол:

Не обижайся. Шишка на затылке убедит полицейских в правдивости твоих показаний. Скажешь, что после ухода воров сумел выбраться из квартиры и позвать соседей на помощь. Шум поднимешь минут через пятнадцать. Ну, мы пошли.

На улице Лариса потрепала Анатолия по волосам:

Ты, похоже, ревнуешь меня к этому старику. Иначе, зачем так сильно ему мозги потряс? Он теперь будет от головокружения за стенку хвататься.

Так ему и надо. И за тебя, и за его бабу поквитался. Когда я вошел в комнату, она сразу все поняла. Даже сопротивляться не стала, покорно позволила себя придушить.

– Избавь меня от подробностей. Поедем лучше ко мне и отметим завершение дела.

И Анатолий послушно замолчал.

Пока следователи и эксперт проводили осмотр, сыщик Щукин внимательно следил за уцелевшим при ограблении хозяином: «Странно видеть, как крепкий мужик громко всхлипывает, размазывая по лицу слезы. Возможно, сотрясение мозга сказывается. Но есть в этом деле и сомнения! Надо еще раз все внимательно осмотреть».

И Щукин принялся тщательно обследовать комнату.

В тот же день вечером следственная группа собралась на совещание у начальника уголовного розыска Титова. Подполковник был мрачен:

Нам подвесили тяжёлое преступление. Женщина задушена. Военный пенсионер избит и ограблен. Пропали драгоценности на крупную сумму. Надо задействовать все оперативные возможности. Доложи, Грушин, что у нас по линии криминалистики?

Отпечатков обнаружено много, но все они принадлежат хозяевам, кроме одного следа фаланги указательного пальца, оставленного на этажерке посторонним человеком. Теперь задача сыщиков найти, кто наследил в ограбленной квартире.

Это уже неплохо. А что скажет Щукин?

А я думаю, что надо присмотреться к самому заслуженному отставнику.

Странное предположение! Мужик бьется в истерике, на черепе следы удара и руки стерты до крови верёвкой.

А я и не сказал, что он лично жену душил, и руки себе за спиной связывал. Это вполне могли сделать сообщники. Есть основания так думать. Ты, Грушин, как эксперт должен был обратить внимание на фарфоровую статуэтку среди осколков разбитых чашек из сервиза. Неужели не насторожило, что более крепкий материал разбит вдребезги, а фигурка из тонкого фарфора даже не треснула? Похоже, пожалели дорогую вещицу.

–Да, это, пожалуй, подозрительно.

–Есть еще одно обстоятельство. По словам Клубова, его жена неосторожно открыла дверь незнакомым людям, и ее задушили прямо в передней. Если это так, то какой смысл потом тащить труп в спальню? Эти нестыковки заставляют проверить инсценировку ограбления.

Подполковник Титов подвел итог:

Ладно, Щукин будем проверять и твою версию. Ты ей займись. О результатах сыщики будете мне докладывать ежедневно.

Первое подтверждение своих сомнений Щукин получил через три дня. Перед ним лежала распечатка телефонного разговора Клубова с Ларисой:

Как все прошло, Коля?

Все в порядке. Зачем ты звонишь? Я же предупреждал: пока не вступать со мною в контакты.

Но ко мне Толик пристаёт с требованиями оплаты своей услуги. У него в Рязани заболела мать, и нужны деньги.

Пусть пока продаст что-нибудь из унесённых из моего дома вещей. А окончательно с ним рассчитаюсь через неделю. Больше пока мне не звони.

Выяснив личность и адрес Ларисы, сыщик получил санкцию на постоянное наблюдение за ней. Вскоре он узнал, что Лариса приехала в Москву из Рязани и живет на съемной квартире. Полгода назад у нее начался странный роман с Клубовым. Недавно она вызвала из Рязани своего прежнего сожителя Анатолия и представила его Клубову как родного брата.

На второй день к Щукину поступило сообщение о продаже Анатолием торговцу шаурмой золотых часов. Щукин тут же организовал изъятие. Их номер полностью совпал с данными технического паспорта часов, похищенных из дома Клубова. Круг замкнулся.

Шукин был доволен: «Обстоятельства нам способствуют: Анатолий торопит заказчика с оплатой заказа. При передаче денег захватим всех злодеев!»

План сыщика сработал. После задержания Клубова и его соучастников поместили в разные камеры. Допросы Щукин решил начать с Ларисы. Признав факт любовных отношений с Клубовым, она клялась, что о его намерениях избавиться от жены даже не подозревала, и отставник сговорился с Анатолием за её спиной. Она же узнала о дикой расправе уже после убийства и молчала, боясь расправы.

Сыщик решил использовать показания Ларисы при допросах ее соучастников. Отправив девицу в камеру, Щукин велел привести к нему Анатолия и включил записанный на диктофон рассказ Ларисы. Услышав обвинения в свой адрес, Анатолий возмутился и описал события иначе.

По его словам, Лариса мечтала иметь собственную квартиру в Москве. И когда в нее влюбился пожилой Клубов, она решила использовать шанс и уговорила его избавиться от жены. Но тот отказался лично совершить убийство. Тогда Лариса вызвала из Рязани Анатолия, предложив ему за это дело крупное вознаграждение. Анатолий согласился. В конце допроса обиженный на соучастницу Анатолий рассказал, что после женитьбы на ней Клубова она хотела избавиться и от противного ей отставника.

После предъявления изобличающих показаний, военный пенсионер не стал отпираться и сразу признался в организации убийства. Щукин ожидал, что старый сластолюбец будет каяться и сожалеть о напрасной гибели жены. Но Клубов лишь с отчаянием спросил:

Неужели липовый брат Ларисы на самом деле был ее любовником? Ведь я был готов ради нее на все!

В своём пожилом возрасте вы так и не поняли, что между порочной страстью и преступлением только один шаг. И решаются его совершить лишь люди без чётких моральных устоев.

Клубов угрюмо молчал. Он по-прежнему жалел лишь о тщетности своих желаний провести остаток жизни совместно с любимой женщиной.

Прощание с облаками.

Труп молодой женщины с искаженным удушьем лицом и безвольно опущенными руками висел, почти касаясь босыми ногами пола. Тело удерживалось толстой бельевой веревкой, перекинутой через железную трубу самодельного турника, сделанного под самым косяком дверного проема, ведущего из просторной передней в комнату.

Сотрудник уголовного розыска Ильин недоумевал: «Странно, обычно женщины, решившись на самоубийство, сильно беспокоятся по поводу того, как они будут выглядеть после смерти. А эта белым днем лезет в петлю в стареньком халате, мокром от стирки».

Сыщику внушало сомнение и странное содержание предсмертной записки: «Уходя в облака, исполняю свое заветное желание. Наконец-то мне удастся взмыть вверх над наполненной грехом землей и удалиться прочь от человеческой подлости и мерзости».

Ильин не находил вразумительного объяснения причин внезапного самоубийства. К тому же новоявленный вдовец совсем не был похож на убитого горем человека. Пилот первого класса излишне замедленно и обдуманно отвечал на вполне невинные вопросы.

Внимательно просмотрев телефонную книжку, лежащую на тумбочке, Ильин подозвал к себе стажера и шепотом дал ему указание:

– Езжай в отделение полиции и обзвони всех знакомых покойной. Начни с раскрытой страницы!

Не успел стажер покинуть квартиру, как эксперт вызвал Ильина из комнаты в переднюю:

– Иди сюда: пошептаться надо!

Ильин заметил, как напряглись плечи летчика, напоминающего ему нахохлившегося стервятника.

Вернувшись в комнату, Ильин сразу повёл наступление:

– Ну, что, «летун», доложи, как вы жили с Ниной: как кошка с собакой или мирно сосуществовали?

Летчик колебался лишь мгновение:

– Как в любой семье ссорились, конечно. Полгода назад дело чуть до развода не дошло. Но потом утряслось. И вдруг такое несчастье!

– Это ты молодец, Горюнов, что не стал скрывать ваши скандалы. Ведь все равно бы от соседей узнали. Вот тебе лист бумаги. Напиши собственноручно свои показания.

Ильин с удовольствием наблюдал, как лётчик сам себя загоняет в хитроумную ловушку. Дождавшись, когда Горюнов закончит горестное описание сложных поворотов своей семейной жизни, Ильин с деланно равнодушным видом продолжил допрос:

– А теперь еще раз спрашиваю в присутствии понятых, в котором часу ты вернулся домой?

– Ровно в тринадцать.

– Это точно?

– Я человек служивый – привык к точности. К тому же настенные часы у нас в доме с боем – не спутаешь.

– Молодец, точность – это вежливость королей. Вот и запиши своей рукой: прибыл домой на обед ровно в тринадцать часов.

Немного поразмыслив, летчик сделал необходимую запись.

– Вот и ладно, вот и умница. Теперь объясни мне толково, что ты целых двадцать минут делал возле трупа повешенной жены. Звонок-то твой в дежурную часть зафиксирован в тринадцать часов 20 минут. Уж не в обмороке ли ты валялся?

– Да я был в шоке. Не знал, что делать. Посидел, две сигареты выкурил. Но горю не поможешь. Вот и решился, наконец, в полицию позвонить. Я мало что понимал в тот момент.

– Ты, похоже, и сейчас еще плохо соображаешь. Ну ладно, запиши, что минут двадцать от волнения и душевного расстройства прийти в себя не мог. Потому и с опозданием в полицию обратился.

В комнате наступила тишина. Понятые с интересом наблюдали, как летчик, обдумывая каждое слово, записывает объяснения. Ильин, коротая время, рассматривал семейную фотографию на стене: «Как мало напоминает лежащая на полу покойница эту улыбающуюся красивую женщину, с восхищением взирающую на своего избранника. Вот и разберись, на каком этапе горячая привязанность превращается в ненависть».

Заметив, что лётчик закончил писать, сыщик продолжил:

– А теперь вставай и вместе с понятыми подойдем к телу твоей жены и послушаем, что наш ученый эксперт скажет. А то мне состарившемуся на государевой службе сыщику ты на слово не поверишь.

Все подошли к трупу. Эксперт-криминалист поднял с пола веревку, затянувшаяся петля которой завершила свое жуткое дело. Он начал сухо объяснять понятым, словно летчика не было в комнате:

– Когда человек вешается сам, то волокна на веревке в той части, где она соприкасается с опорой – в данном случае с перекладиной турника, – под силой тяжести сдвигаются снизу вверх. Совсем иная картина, когда человека сначала убивают, а потом, инсценируя самоубийство, подвешивают, подтягивая вверх на веревке. Волокна при трении сдвигаются сверху вниз, да и след от них намного длиннее, чем в тех случаях, когда человек умерщвляет себя сам. А теперь попрошу понятых посмотреть на это орудие преступления через увеличительное стекло и определить, что здесь было: самоубийство или убийство? Подходите, не бойтесь, тут особых познаний не надо.

Понятые – две пожилые женщины по очереди послушно подошли и заглянули на веревку через многократно увеличивающую линзу. Ильину показалось, что напуганные всем происходящим женщины мало что поняли из объяснений эксперта. Однако во всем сразу и очень хорошо разобрался летчик. Его лицо покрылось красными пятнами. Ильин, чутко уловив момент, спросил с неожиданной жесткостью:

– Ну что скажешь, Горюнов, теперь?

Женщины-понятые с суеверным ужасом инстинктивно попятились, словно стремясь отдалиться подальше от впервые увиденного ими не в кино, а рядом живого убийцы. Но летчик не собирался сдаваться:

– Ну, против науки не попрешь. Только это означает, что Нину убил кто-то другой, еще до моего прихода домой. Я лишь обнаружил труп и вас вызвал. А вы вместо того, чтобы искать преступника, на меня чужую вину спихнуть хотите. Но ничего у вас не выйдет!

– Браво, летун! Я уж думал, ты сразу сознаешься. А ты меня, старика, порадовал. Не люблю я теперь легких побед: стал тщеславным на закате карьеры! А ты молодец! Так, кто же жену твою мог убить?

– Не хотел я плохого говорить о покойнице, но когда мы с ней в ссоре были, она себе любовника завела. Сама мне от злости призналась. А когда мы помирились, дала ему отставку. Вот он ее в отместку и казнил: раз не мне, то и другому не достанешься!

В этот момент раздался телефонный звонок, и стажер попросил к телефону Ильина. Тот выслушал сообщение и радостно одобрил:

– Молодец, хорошо сработал! Значит, знакомая Нины все подтвердила и собственноручно написала показания? Ну, пусть пока меня дождется. Займи чем-нибудь даму, кофе угости, веселенькие журнальчики покажи. А мы минут через тридцать подъедем и очную ставку проведем.

Повернувшись к летчику, Ильин посмотрел ему прямо в глаза, и тот понял, что предварительная разминка перед поединком закончилась:

– А теперь, Горюнов, давай завершать дело. Когда я своего стажёра послал проверять абонентов, записанных в телефонную книжку твоей жены, ты и сам многое понял. Буква «Б» в русском алфавите все еще на втором месте. Так что мой помощник быстро вышел на гражданку Бурову, с которой твоя Нина разговаривала по телефону. И знаешь, что она сказала подруге ровно в час дня? Повторю: «Мой благоверный пришел домой обедать. Я тебе перезвоню». Так что как ни крути, а она жива была, когда ты приехал ее убивать.

Лицо летчика покрылось красными пятнами. Он поднял сжатые кулаки к груди и сдвинул кисти вместе, словно продолжая душить свою жертву:

– Да, я убил эту стерву. Задушил вот этими руками. И не жалею! Я ее ненавижу. Вы понимаете – не-на-вижу!

Ильин силой надавил на плечи летчика, заставив его вновь опуститься на стул. И этот грубый нажим заставил летчика прийти в себя. Его крупное сильное тело безвольно наклонилось вперед. Он прикрыл лицо широкими ладонями, словно пытаясь отгородиться от страшной действительности.

Выждав пока убийца немного успокоится, Ильин сочувственно спросил:

– А как ты заставил Нину записку написать? Силой?

Горюнов отрицательно покачал головой:

– Нет, я ей сказал, что к нам в лётный отряд приехали психологи и проводили проверочный тест среди личного состава. И мало кто из наших пилотов без ошибок диктант написал. Предложил ей попробовать. Она и села писать. Текст ей я наговорил. Так что все просто.

Ильин покачал головой:

– Это ты здорово придумал. А почему не развелся?

– Эта гадюка хотела полдачи у меня отобрать, да еще требовала крупную сумму за право пользоваться моим же собственным автомобилем. А ведь все было куплено на заработанные мною деньги.

«Вот дурак, сам себе убийство из корыстных побуждений наматывает. Сказал бы, что задушил из ревности и получил срок меньше».

Ильин сочувственно посмотрел вслед летчику, который понуро брел к выходу из квартиры с закованными в наручники руками.

Поздно вечером после проведения опросов свидетелей сыщик вышел из отдела на улицу и увидел автозак, к которому конвоиры вели летчика. Воспаленные от бессонницы глаза, впавшие небритые щеки и потухший взгляд резко изменили внешность этого еще несколько часов назад уверенного в себе человека. Ильин, молча, наблюдал, как летчик, подталкиваемый конвоиром, неуклюже влезает в спецмашину с зарешеченными окнами.

Внутри уже сидели арестованный у вокзала парень-карманник и воровка, совершившая кражу сумки на вещевом рынке. Между молодой женщиной и арестованным карманником, хорошо представляющим долгие годы без женского общения, завязался оживленный, наполненный образной речью разговор. Воровка с азартом объясняла гогочущему попутчику, что она может сделать, если их оставят наедине. Конвоиры беззлобно покрикивали, не прерывая бесплатное развлечение.

Безучастный ко всему летчик безвольно присел на край сиденья и замер, словно уснул с широко открытыми глазами. Дверца автозака захлопнулась, скрыв от Ильина навсегда человека, бездарно погубившего свою жизнь.

Кофе в постель.

Иномарка легко катила по асфальту загородного шоссе. Стрелка спидометра замерла на 150, но Зудов не ощущал скорости. Он с благодарностью думал о племяннике, который доверил ему классную «тачку» для перегона груза из аэропорта: «Молодец Славка, даёт мне пенсионеру заработать. Интересно, сколько он мне в этот раз отвалит? За прошлые услуги я успел отложить пару сотен «баксов». Теперь пополню кубышку».

От приятных мечтаний его отвлекли показавшиеся вдали стройные фигурки двух девушек, голосующих у обочины дороги. И опережая сознание, он автоматически снизил скорость и притормозил: «Оделись девчата слишком легко для позднего вечера. Дрожат в своих коротких сарафанчиках. Высокая чернявая стропила еще держится, а пухлая блондиночка совсем посинела. Я бы сумел ее согреть в постели, хотя мне уже за пятьдесят. Возьму попутчиц поболтать на вольные темы”.

И опустив стекло, Зудов с напускной веселостью поинтересовался:

– На дискотеку в столицу собрались красавицы? Садитесь, подвезу.

Черноволосая девушка окинула любезного водителя наметанным взглядом и покачала головой:

– Нет, дядечка, нам никуда не надо. Мы тут работаем.

– Как работаете?

– Откуда ты такой непонятливый вынырнул? Неужели не ясно? Богатеньких клиентов тут снимаем.

– И она тоже?

– Нет, она наблюдатель из ООН. Ты только посмотри на него, Люська! Похоже папик на тебя здорово запал. Я не в претензии.

Зудов с оторопью смотрел на стеснительно потупившую глаза блондинку: «Да она же совсем сопливая девчушка! Но до чего же хороша! Если уеду, то до конца жизни жалеть буду. Неужели, можно просто заплатить деньги и обладать такой юной красотой? Интересно, сколько она запросит? Ведь, девчонки по ошибке на чужую иномарку запали: думают, что я её богатый хозяин».

И высунувшись из окна, Зудов, стараясь придать себе уверенности, как можно непреклоннее предложил:

– Даю сто “баксов” за блондинку. Но с одним условием: едем ко мне домой на всю ночь до утра.

Черноволосая повернулась к подруге:

– Не густо! Но ты, Люська, соглашайся. Сегодня нам не фартит. Всех уже разобрали, а мы уже третий час в простое. Если вообще никого не подцепим, твой Юрка опять экзекуцию устроит.

Блондинка приподняла голову и, быстрым цепким взглядом скользнув по лицу клиента, тут же вновь отвела глаза в сторону.

«Надо же стесняется! Не от хорошей жизни здесь на шоссе мучается. Но не мне безработному водиле её спасать. А были бы деньги, то непременно увез отсюда навсегда! Но чего она медлит?! Неужели откажет?»

Наконец, Люська решилась и села рядом с водителем, намеренно опустив юбку ниже колен: «Старички любят стыдливых девиц. Сочиню про неудачное поступление в институт и отсутствие денег на обратную дорогу. Вот простак и растает».

И Люська, включаясь в привычную игру, принялась сдержанно посмеиваться, откликаясь на грубоватые шутки любвеобильного водителя.

По мере приближения к дому Зудов волновался все сильнее: «До чего же красивая девчонка! Все при ней! А как смущается, когда на поворотах нечаянно прижимается ко мне бедром! Неужели, уже через несколько минут она окажется в моих объятиях?!»

И дрожа от нетерпения, Зудов, продолжал гнать автомашину вперед, словно боялся опоздать на долгожданное свидание.

На следующее утро Люська проснулась поздно. Жадно вдыхая давно забытый запах чистой накрахмаленной простыни, она прислушивалась к позвякиванию посуды на кухне: «Заботливый папаша, но бедняк, и машина чужая. Зря оттиск ключей от его квартиры сделала. Юрка только разозлится и зря старика покалечит. Сам же сволочь меня на панель толкнул, а теперь ревнует!»

Дверь открылась, и в комнату вошел благоухающий дезодорантом хозяин, держа в руках поднос с бутербродами и чашкой дымящегося кофе. Люська восхищенно присвистнула:

– Ты меня обслуживаешь по первому разряду!

Втягивая в себя ароматный темно-коричневый напиток, Люська блаженно щурила глаза: «До чего же жизнь иногда бывает приятна! Жаль только редко!»

Закончив завтрак, протянула опустошенный поднос Зудову и, вздохнув, попросила:

– Отвернись, я вставать буду. Мне пора! Да и рассчитаться пора.

– Да, да я понимаю. Сейчас, подожди минутку.

«Ишь, как засуетился и взгляд виноватый, словно у нашкодившего кота. Интересно, куда он направился за деньгами?»

Люська быстро вынырнула из-под одеяла и, сноровисто натянув на голое тело сарафан, осторожно ступая босыми ногами, выглянула в переднюю. Заметив полуоткрытую дверь в чулан, бесшумно приблизилась и заглянула внутрь. Раздвинув старые пальто и куртки, хозяин пробрался к низенькой тумбочке и достал из нее старый запыленный сапог, из которого вынул несколько зеленых купюр. Поспешно отделив одну из них, остальные с суетливой поспешностью вернул на прежнее место.

Быстро вбежав назад в спальню, Люська начала торопливо собираться, лихорадочно обдумывая только что виденное: «Маловата заначка, но все равно есть чем поживиться. Но Юрке не сдам этого заботливого старика, который по-человечески ко мне отнёсся и не издевался как другие».

Небрежно взяв деньги, Люська быстро направилась к выходу. Но возле дверей Зудов ее нагнал и, прижав к себе, попытался поцеловать в губы. Но Люська резко отвернулась, и Зудов лишь неловко чмокнул ее в шею.

– Мы еще встретимся?

– Я всегда с Нинкой на том месте тусуюсь. Захочешь, подъезжай!

Гостья поспешно покинула временное пристанище, и Зудов бросился к окну. Он смотрел вслед удаляющейся девушке, пока та не скрылась за углом: «Ну, вот и все. Жаль, что я её больше никогда не увижу!»

Зудов не знал, что жестоко ошибается.

Юрка после очередного запоя встретил сожительницу злыми упреками. Его гнев не смягчила даже крупная заморская купюра:

– Мне надо деньги срубить по-крупному! Шпунт на меня давит. А я его ребятам хороших наводок давно не даю. А все из-за тебя: не можешь простого водилу от фирмача отличить. Сейчас я тебе мозги прочищу!

И избегая неминуемой расправы, Люська испуганно взвизгнула:

– Подожди, не бей! В квартире этого лоха, наверняка, есть, что взять, и я на всякий случай слепок ключей сделала. Хоть сейчас можем туда заскочить. Папаша собирался днем поехать к родственнику машину возвращать.

Занесенный кулак замер в нескольких сантиметрах от Люськиной головы:

– А ведь ты дело говоришь. Шпунт со слепка ключи изготовит за полчаса. Но ты пойдешь с нами. Если дело сорвется, то ты ответишь в первую очередь.

– Ладно, сделаю, как скажешь.

Люськин страх сменился ненавистью: «Юрка заставил меня предать папика, который подал мне кофе в постель в первый раз жизни. А от Юрки разве этого дождешься? Только ругается и избивает. А как я его любила и мечтала даже замуж выйти».

И Люська, не удержавшись, громко всхлипнула. Но, заметив подозрительный взгляд Юрки, поспешно отвернулась.

Когда воры подошли к квартире Зудова, он уже успел вернуться домой. Услышав скрежет ключа в замке, сразу метнулся к чулану. Раздвинув развешанную одежду, присел на тумбочку, накрыв себя старым пальто. Затаив дыхание, Зудов прислушивался к звукам, глухо доносящимся из комнаты.

А Люська, улучив момент, когда Юрка со Шпунтом увлеклись укладкой телевизора, юркнула в чулан. Сдвинув в сторону висящие на вешалке пальто, замерла от неожиданности. Заметив умоляющие глаза Зудова, повелительно указала пальцем на тумбочку. И сразу поняв, что она знает о тайнике, Зудов трясущимися руками достал из сапога зеленые купюры и с подобострастной готовностью передал Люське.

Не обращая внимания на бледного от страха хозяина, Люська сноровисто спрятала баксы в бюстгальтер и, сдвинув висящую одежду, поспешила покинуть чулан. Юрка взглянул на нее с подозрением:

– Ну что там?

– Да ничего, одно старье навешано.

– Ну ладно. Бери вон ту сумку со шмотками и пойдем отсюда. Пока хозяин не вернулся и шум не поднял.

Люська с готовностью последовала вслед за подельниками. Ей совсем не хотелось, чтобы Шпунт и Юрка расправились с хозяином.

После ухода преступников, Зудов некоторое время сидел на тумбочке и, лишь убедившись, что воры не вернутся, выбрался из чулана! Повсюду виднелись следы разгрома. Он поспешил себя утешить:

«А наплевать. Главное, что жив остался. А обращаться в полицию не стану. Сам виноват: связался с путаной!»”

Зудов не хотел признаться сам себе, что просто не хочет предавать красивую, сильно затронувшую его душу Люську.

Неожиданно для Зудова, полицейские через две недели пришли к нему домой и спросили о краже. Оказалось, что Люську с подельниками задержали за очередную кражу. И Юрка во время “ломки” рассказал о всех совершенных группой преступлениях.

Зудов подтвердил факт совершения у него кражи, но утаил от следователя эпизод с появлением в чулане Люськи, отобравшей у него последние накопления. Ему было до боли жалко вконец запутавшуюся в жизни девушку.

На очной ставке с Люськой, когда следователь отвлекся, разговаривая по телефону, Зудов, наклонившись вперед, шепотом спросил:

– Почему не выдала своим дружкам?

Люська хотела честно сказать, что пожалела человека, впервые в жизни, подавшего ей кофе в постель. Но заметив устремленный на нее влюбленный взгляд седовласого клиента, передумала и соврала про ответную привязанность.

Когда Люську увели, Зудов с надеждой спросил:

– А вы эту юную девушку под подписку о невыезде не освободите?

– Это исключено. За этой девицей и ее соучастниками слишком много дел.

Заметив, как помрачнел Зудин, следователь только покачал головой: «А ведь этот старик влюблен в путану и жаждет нового свидания. Мне на этой работе часто кажется, что вокруг все люди ненормальные. Или только в мой кабинет подобные типы попадают?».

А в это время в камере Люська, подложив под себя теплую кофту, сразу погрузилась в забытье. Ей снилось, что она лежит в теплой постели в прозрачном пеньюаре, а в комнате медленно, словно плывя по воздуху, появляется Юрка, неся на блестящем подносе дымящуюся чашку кофе. И по её лицу блуждала счастливая улыбка.

Если бы следователь мог видеть её сон, то ещё больше уверился в правильности своего вывода о всеобщем отклонении человечества от нормы.

Роковое послание.

Не успел Анатолий Курин войти в свою квартиру, как раздался дверной звонок. На пороге стоял сосед Василий с фанерной коробкой в руках:

Это тебе посылка от дружка, с которым ты в армии служил. Уборщица с вокзала принесла. Сказала, поезд с транзитным пассажиром задержался в пути, он опаздывал на пересадку и просил доставить гостинец по адресу. Тебя дома не было, и женщина постучалась ко мне в квартиру. Держи ящик и записку к нему.

Анатолий дважды перечитал текст: «Привет от дембеля 2010 года. Был в Москве проездом. Хотел повидать. Но не случилось. Передаю посылку с яблоками и бутылкой первача. Хотелось вспомнить за чаркой наших ребят. Но не сошлось. Приезжай летом в гости. Приму как родного брата».

Анатолий недоуменно повернулся к соседу:

Запах из ящика ароматный. А если ошибка вышла и не мне посылка предназначена?

Да брось сомневаться: на ящике твой адрес печатными буквами выведен. Давай вскроем. Пока жен дома нет, самогоном под яблочки побалуемся.

Ладно, я только на кухню за плоскогубцами схожу.

Не надо! Я слесарь, и у меня пальцы стальные. Я ими крышку с ящика и так оторву.

А зачем? Подожди, я мигом!

Держа записку в руках, Анатолий направился в кухню. Но едва подошёл к двери, раздался оглушительный взрыв, и тугая волна воздуха отбросила его в сторону.

Пришел в себя Анатолий лишь через несколько дней в больнице с закованной в гипс сломанной ногой. Кружилась голова и подташнивало. На вопросы следователя Конева он отвечал с трудом, едва припоминая обстоятельства происшествия. Выслушав Курина, следователь покачал головой:

Немного ты нам помог. Соседа твоего разорвало на части. Записку от «доброжелателя» мы на полу нашли и текст восстановили. По дембельскому альбому всех твоих друзей по армейской службе установили и проверили. Никто из них в Москву не выезжал и гостинцев тебе не посылал. Вот и гадаем теперь, кто на тебя зуб заточил. Ты же у нас не крутой бизнесмен и не общественный деятель. Вот и подскажи, кого подозреваешь?

Никого. На работе у меня никаких трений нет. С женой живем дружно, дочку растим.

Но бомбу именно тебе подкинули. Это факт. Придется копнуть твою жизнь глубже.

Для раскрытия тяжкого преступления в следственную группу включили сыщиков Гусарова и Попова. На очередном совещании Конев у них поинтересовался:

Установили женщину, принесшую посылку?

Легко. Уборщицу Клавдию там все знают. Она, не чувствуя за собой вины, охотно рассказала о мужике, который за пятьсот рублей попросил доставить посылку. Мы составили с ее слов фоторобот. Так себе рисуночек получился. Каждого второго мужика моложе тридцати лет на улице хватать можно.

Поездным бригадам фоторобот предъявляли?

В тот день опозданий составов на вокзал не было. Соврал отправитель гостинца. Ну, а проводники дальних поездов не припомнили человека со сходными приметами.

Значит, ниточка от уборщицы Клавдии оборвалась. Придется проверять все сигналы по незаконному приобретению взрывчатки. Кроме того, криминалисты установили, что ящик для смертельной посылки был сбит из фанеры для производства мебели. Имейте это в виду. Основное внимание все же уделите отработке близких связей Курина. Похоже, беда пришла через них. А я покажу эксперту случайно уцелевшую при взрыве записку «доброжелателя». Возможно, и подскажет дельное.

Криминалист Яновский встретил следователя радушно:

Привет, Конев, с чем пожаловал? Я знаю, ты по пустякам беспокоить не будешь.

Выручай! По взрыву посылки с яблоками глухо, как в танке. Единственная ниточка записка преступника. Поколдуй над ней и подскажи, что сможешь.

А ты рамсы не попутал? Моя задача провести сравнительный анализ почерка. А для этого ты сначала должен найти подозреваемое лицо и представить мне образец написанного им лично документа. И только тогда, исследовав два почерка, я со стопроцентной гарантией дам заключение, текст писал задержанный тобою человек или другое лицо.

Все это я знаю из институтского курса криминалистики. Меня другой вопрос интересует. У тебя ведь, кроме почерковедения, есть такое хобби, как графология. Возможно, и подскажешь полезную информацию.

Сразу предупреждаю: в отличие от почерковедения в нашей стране графология как наука не признана. А вот в университетах Франции, Германии, США читают лекции по определению характера человека на основе графологического анализа письма человека. Но возможности графологии ограничены: по начертанию букв нельзя определить, писала текст женщина или мужчина с застенчивым характером, семейный человек или холостяк, юноша или старик. Но основные черты личности автора записки я назову, хотя, предупреждаю, мои рекомендации не будут иметь доказательного значения. Одни предположения.

Некоторое время Яновский внимательно вглядывался в текст:

Письмо, конечно, не просто механическая работа мышц, а проявление характера и ума человека. Попробую сделать некоторые выводы. Размашистый почерк говорит о чрезмерной гордыне автора письма. Его самомнение подтверждают и длинные поперечные штрихи в цифре семь. Жирные точки в конце предложений обычно ставят люди упорные в достижении своей цели.

Все, что ты сейчас сказал, мне было ясно и без всякой твоей графологии. Избрать столь опасный способ убийства мог человек только с сильным характером, жестокий и целеустремленный!

Не кипятись! Я же тебе не ключ к розыску подрывника вручаю, а предлагаю описание черт его характера. А потому обрати внимание, насколько автор записки пишет выше остальных заглавные буквы в начале предложений. Это явный признак тщеславия, стремления заслужить признание у окружения. В то же время отличительный наклон букв в левую сторону показывает скрытность характера. И тут кроется противоречие его личности. Больше ничего пока сказать не могу. Приходи, когда найдешь подрывника.

На очередном совещании Конев обратился к сыщикам:

Преступник легко мог подрядить на улице любого бомжа для доставки «гостинца». Но он предпочел найти курьера именно на Курском вокзале. Надо там глубже покопаться. Не так уж и много поездов на тот момент на перрон в Москву прибыло. Что ты хочешь сказать, Попов?

Мы поработали по этой версии. И нас заинтересовала электричка Тула Москва. Она прибыла к платформе днем в двенадцать тридцать. Именно в это время пассажир попросил уборщицу доставить посылку в дом Курина. И еще одно интересное совпадение: жена Курина Антонина приехала в столицу три года назад именно из Киреевского района Тульской области. Устроилась в торговлю, вскоре познакомилась с Куриным и вышла за него замуж. А этим летом ездила в отпуск в гости к матери вместе с двухлетней дочкой.

Связь между этими фактами довольно расплывчатая. Но проверить придется и эту версию. До Тулы ехать всего часа четыре. Завтра с утра вместе с Гусаровым направляйтесь туда. О полученных результатах немедленно сообщите.

На следующий день ближе к обеду позвонил взволнованный Гусаров:

Похоже, Конев, мы в цвет попали. У Антонины здесь в юности приключился школьный роман с неким Павлом Семиным. Все в округе считали свадьбу делом решенным. Только не сложилось. Вскоре после ухода в армию уехала Антонина на заработки в Москву и вышла там замуж за Курина. Два года назад вернулся Семин из армии, а невесты нет. Очень он переживал. Замкнулся в себе.

Два года срок немалый. Бывший жених мог уже давно с другой подругой утешиться.

Это, конечно, так. Но только этим летом Антонина приехала навестить мать вместе с дочкой. Ну, и среди сельчан начались пересуды о частых прогулках Антонины с Семиным. Особый интерес заслуживает информация, поступившая летом в местный отдел полиции, о том, что Семин выезжал на Оку рыбу глушить. Где достал взрывчатку, правда, так и не выяснили. Есть еще одно обстоятельство: Семин ранее на местной мебельной фабрике работал и вполне мог фанеру для посылки там позаимствовать. К тому же в день взрыва брал отгул и где находился, неизвестно.

Это весьма интересно. Вы, ребята, больше не тратьте время на сбор лишних сведений. Возьмите на мебельной фабрике заявление Семина о приеме на работу. Этот документ всегда от руки пишется. И наш эксперт Яновский четко определит, писал записку к посылке с взрывчаткой Семин или нет.

Обижаешь, начальник. Мы это уже сделали. Да и без всякой криминалистики заметно по левому наклону сходство написания этих двух текстов.

Ну, тогда везите Семина сюда, в Москву. Будем досконально разбираться здесь, на месте.

Когда ближе к вечеру в кабинет Конева ввели высокого парня в темной куртке, следователь решил действовать напрямую:

Сам будешь рассказывать, как мужу Антонины в посылку с яблоками взрывчатку подложил, или сначала доказательства выслушаешь?

Не понимаю, о чем речь ведете. По дороге сюда мне ваши люди все уши прожужжали об этой злосчастной посылке. А я знать ничего не знаю.

Так тебя же уборщица с вокзала опознает!

О чем это вы? Нашли какую-то алкоголичку, и она вам наговорила с три короба! Вы приплели и мою работу на мебельной фабрике, и о том, что я рыбу в реке глушил. К чему все это? Не пойму никак.

А о твоих романтических встречах с Антониной тоже люди сплетни разводят?

А это уж не ваше дело, с кем и когда я встречаюсь. Я, может быть, на ней женюсь, если она после взрыва вдовой стала.

А вот тут промашка вышла. В живых муж Антонины остался. Вместо него сосед по дому на воздух взлетел. Да и записка твоя уцелела.

Новость ошеломила парня. Но он быстро пришел в себя и злобно скривил рот:

Я не поведусь на ваши выдумки. Есть 51я статья Конституции. Больше не скажу ни слова.

Это твое право. Сравним твое заявление о приеме на работу и послание, приложенное к посылке. И если экспертиза подтвердит идентичность почерка, то и признание твое запоздает. Иди и подумай. У тебя в камере впереди будет целая ночь.

Семин упрямо мотнул головой, и следователь понял: «Придется постараться, чтобы получить от него чистосердечное признание».

На следующее утро Конев зашел к эксперту. Яновский сообщил:

Я исследовал в обоих текстах общее направление движения, размеры и интервалы между буквами, непрерывность, связность и темп их выполнения, левый наклон почерка.

Короче, Склифосовский! Не тяни, говори главное.

Вывод однозначен: записку, приложенную к посылке с взрывчаткой, писал именно Семин. Причину подрыва уже знаешь?

Да, тема извечная: любовь морковь. Он на жестокое преступление пошел ради страсти к жене Курина.

Значит, правильно, говорят, что при раскрытии преступления всегда надо искать женщину. Ну, теперь покажи Семину почерковедческое заключение, и он поплывет.

После получения от тебя экспертного заключения меня его признание уже не интересует, разве что только для уточнения некоторых деталей и выяснения участия Антонины в этом деле. А если он вопреки разумной логике будет упорно молчать?

Вот, зря графологии не верят. Я же обратил твоё внимание на чрезмерное возвышение над строками написанных им заглавных букв. Вот и раскачай его на тщеславии и уверенности в собственной исключительности. Хочешь, я тебе подыграю? Заодно докажу правильность моих выводов. Ты начни допрос, а я войду и включусь в разговор в подходящий момент.

Яновский изложил свой план. И Конев согласился на эксперимент. Когда преступника завели в кабинет, он начал тактическую игру с лобовой атаки:

Ну что, за ночь надумал облегчить душу признанием?

Ничего я не знаю о подрыве мужа Антонины. Чужое дело на меня списать хотите.

Зря рогом уперся. Вот взгляни на заключение эксперта по почерку. Он категорически утверждает, что записку к посылке с взрывчаткой писал именно ты и никто другой.

Полицейские специалисты под вашу диктовку чего угодно намарают. Ничего я признавать не стану.

В кабинете повисла тягостная тишина. Согласно намеченной тактике, Конев намеренно выдержал паузу, а затем сочувственно произнес:

Не хочешь говорить о посылке, и не надо. Для суда заключение экспертизы будет достаточным доказательством. Лучше объясни, как могла любимая девушка предпочесть тебе Курина? Он довольно примитивен, а ты умен, ловок, обладаешь артистическими способностями.

Семин отвернулся. И развивая атаку, следователь продолжил:

Я не понимаю женщин, которые уходят от настоящих мужиков к менее достойным. Может, ты объяснишь причину измены Антонины?

Чего тут говорить? Меня призвали и отправили служить в дальний гарнизон. А Антонина уехала в Москву и выскочила замуж за того, кто был рядом. Я вернулся к разбитому корыту. Но обиду стерпел, решив в чужую любовь не влезать. А этим летом Тоня приехала гостить к матери. Вновь стали встречаться. Она сказала, что искренне всегда любила только меня, а не мужа. Я предложил развестись и переехать ко мне, пообещал любить ее дочку, как родную. А она наотрез отказалась. Сказала, что хочет жить в Москве, где у ее ребенка больше шансов добиться в жизни успеха. Ни на какие уговоры не шла. Разругались мы, и она вскоре уехала домой.

В этот момент в кабинете вошел Яновский:

Привет, Конев. Вот зашел посмотреть на парня, записку которого к посылке с яблоками я исследовал. Неужели, это тот самый? Я его представлял иным. Мне казалось, что это высокообразованный человек с гибким умом, способный продумать сложный план. Не всякий сможет догадаться разместить пластид среди яблок, а затем талантливо разыграть роль транзитного пассажира. Я за двадцать лет службы ни разу не встречал так тщательно подготовленного преступления. Не похож этот тип на такого человека. Наверняка у него был умный советчик.

Ну, ты, очкарик, уймись! Никто мне не помогал! Я сам это дело продумал от начала до конца. Когда Антонина призналась, что любит меня, а не мужа, я решил от него избавиться. Подумал, не будет Курина, я женюсь на вдове, и станем с Антониной и ее дочкой жить в Москве одной семьей. А паршивая записка все сорвала. Надо же было этой бумажке уцелеть! А теперь пусть этот ваш заумный ученый уйдет. При нем ничего больше не скажу.

Семен Исаевич, зря ты обидел парня. Сейчас оставь нас одних. Семин парень умный и понимает сложившийся расклад.

После ухода эксперта Семин собрался с силами и попросил:

Дайте мне лист бумаги, и я сам все напишу.

Наблюдая, как Семин старательно с левым уклоном пишет свои показания, Конев подумал: «Яновский был прав. Семина задело, что мы посмели сомневаться в его смекалке и находчивости. Он повелся на элементарное «слабо». Сгубили парня не внешние обстоятельства, а вера в собственную исключительность. К таким типам у меня нет сочувствия!»

Когда конвой увел Семина из кабинета, следователь открыл форточку и c удовольствием вдохнул свежий воздух.

Страсть по расчёту.

Получив заключение экспертизы, сыщик Фомин испытал досаду:

– Я за рецидивистом Романовым охотился полгода. Накануне взяли его с партией наркоты. А криминалисты дали заключение, что изъятый порошок является смесью талька с мукою. Похоже, кто-то отважился кинуть преступного авторитета и подсунул ему фуфло. Оказалось, для его же пользы. Придется отпускать. Срок его задержания истекает завтра утром. Пусть пока посидит в камере для вразумления. Как считаешь, Тенин?

– А заменить тальк настоящей наркотой в голову не приходило?

– Я беззаконием не занимаюсь. Все равно Романов скоро приземлится в зоне за свои криминальные художества. Такие типы долго на свободе не гуляют.

Разговор прервал дежурный по отделу, сообщив:

– В лесопарке обнаружен труп молодой женщины, завернутый в клеенку. Оперативная группа уже работает на месте. Подтягивайтесь и вы туда.

На месте происшествия судмедэксперт сообщил сыщикам первые результаты осмотра:

– Смерть наступила накануне от удара тяжелым предметом по голове. Документов при ней нет. Жертве около двадцати лет. Впрочем, могу ошибиться: женщина худенькая, небольшого росточка. Притащить ее сюда могли на руках без особого труда. Следов шин автомашины вблизи не обнаружено.

– Нам крайне важно для начала установить личность жертвы. Без этого убийцу найти будет сложно. Есть соображения по этому поводу?

– Внешность типично славянская, платьице дешевенькое и нижнее белье явно не в столице куплено. Руки все в трещинах, и ногти никогда маникюра не видели. Очень похоже, что жертва к физическому труду приучена. Ищите ее среди приезжих.

– Спасибо за подсказку: есть с чего начать. Ну, что скажешь, Тенин?

– Тело могли принести из расположенных рядом с лесопарком домов. Но поиск предлагаю начать с проверки ближайших магазинов, где торгуют цветастой клеенкой. Эта упаковка для трупа совсем новенькая и явно еще накануне лежала на прилавке. Таких торговых точек в этом жилом массиве вряд ли много. Надо их все обойти.

– Правильно мыслишь. Возьми только у криминалиста фотографию жертвы. Может быть, продавщицы ее опознают.

Передавая сыщикам фотографии, криминалист дополнительно сообщил:

– На клеенке обнаружены пригодные для идентификации отпечатки пальцев. Позже скажу, имеются ли они в нашей базе данных. Если нет, то вам придется изрядно побегать.

Сыщики направились в сторону виднеющихся неподалеку домов. Им повезло: уже во втором магазине, куда они зашли, девушки продавщицы опознали жертву. Одна из них с синей лентой в черных волосах подтвердила:

– Эта женщина у нас вчера днем клеенку покупала. Простушка, вся душа нараспашку. Многое о себе рассказала. Зовут ее Зоя. Она приехала из Рязанской области на свидание к мужу, который год назад уехал на заработки и трудится на стройке. Он снимает квартиру в соседнем с нашим магазином доме. А что с ней случилось?

– Убили ее, а труп недалеко в лесопарке бросили, завернув в купленную у вас клеенку.

– Ой, как жалко женщину! Она нам жаловалась, что муж не обрадовался ее внезапному приезду, заявил, что целыми днями работает и развлекать ее некогда. И хозяйка съёмной квартиры стала упрекать, что сдавала комнату одинокому мужчине, а не шумной семейной паре.

– Возможно, женская ревность тут взыграла?

– Вряд ли: Зоя сказала, что хозяйка уже старовата для молодого парня.

– Ладно, позже разберемся. Ждите повестку к следователю.

Предвкушая удачу, сыщики направились к указанному продавщицами зданию. Сидящая возле подъезда старушка сразу поняла, о ком идет речь:

– Вы, наверное, ищете строителя Кольку Сурина. Так он у Людки Коневой жилье снимает в 43-й квартире. Людка еще хвасталась, что скоро замуж за него выйдет. Бабе уже за сорок, а она как влюбленная школьница с молодым парнем, взявшись за руки, из подъезда выходит. Тьфу, смотреть противно.

– Надо же! А где эта Конева работает?

– Бухгалтером на автобазе. Хвасталась высокой зарплатой и подношениями от водителей. И комнату она сдала не ради денег, а чтобы крепкого мужика под боком иметь.

– К нему вроде бы жена на днях приехала?

– Об этом ничего не знаю, а врать не буду. Чего он натворил-то?

– Да мы паспортный режим проверяем. Выявляем тех, кто без регистрации живет. Вечером сюда еще заглянем, когда хозяйка со своим жильцом дома появятся.

По дороге в отдел Фомин предположил:

– Тут, похоже, любовь вмешалась. И мы этого провинциального злодея без труда расколем.

В отделе криминалист, узнав от сыщиков новости, сообщил:

– Отпечатки пальцев на клеенке в нашей картотеке не значатся. Вполне возможно, они принадлежат мужу жертвы. Я вечером пойду с вами и сам проведу осмотр его жилища.

Когда сыщики вместе с экспертом пришли в 43-ю квартиру, их встретила хозяйка с нелепыми косичками на голове. Визит полиции ее явно взволновал. Но она сумела быстро прийти в себя. На вопрос о жене Николая ответила неприязненно:

– Мне нет дела до личной жизни квартиранта. Но я сдавала комнату одинокому человеку и не намерена толкаться на кухне с посторонней женщиной. Я так и сказала этой коротышке. Она обиделась и укатила к себе в Рязань.

– Взгляните на фото. Это, случайно, не она?

– Точно сказать не могу. Видела ее только мельком. Спросите лучше у Николая, когда он с работы вернется. А вот, кстати, и он дверь открывает.

Увидев в квартире полицейских, Николай на мгновение замешкался, но пересилив себя, шагнул вперед. Фомин сразу приступил к допросу:

– Не ожидал нас так быстро в гости? А мы взяли и пришли без приглашения. Возникли у нас сомнения: у тебя жена пропала, а ты совсем не тревожишься.

– Так, Зоя домой в деревню уехала. Я ей передал требования хозяйки съехать с квартиры. Она обиделась, вспылила и ушла.

– Складно излагаешь. Только ее труп нашли сегодня в лесопарке. Узнаешь жену на фото?

– Да, это она. Но на мне вины в ее смерти нет. Зоя отсюда живой ушла. А кто ее потом в лесопарке убил, и предположить не могу. Вот уж несчастье подвалило!

– Эта версия не прокатит. Зачем случайному убийце тело в клеенку закатывать? Лишние хлопоты. И на окровавленной упаковке твои отпечатки пальцев наверняка найдем.

– Ну, и что? Я ее покупку руками трогал, когда она своей обновой хвасталась.

– Ловко объясняешь. Давай дождемся результатов обыска, а потом предметно поговорим.

Криминалист пояснил вызванным из соседней квартиры понятым:

– Сейчас я полью паркет специальным химическим составом, способным проявить даже тщательно замытые следы человеческой крови. Начну с коридора.

Криминалист выплеснул из пузырька жидкость, и на паркете сразу проступило характерно светящееся пятно. Выломав несколько половиц, эксперт указал понятым на свежие потеки крови на боковой поверхности деревянных дощечек:

– Убийца стер следы преступления, но кровь жертвы просочилась в щели паркета. Очевидно, женщину убили здесь, в коридоре, а затем труп вынесли на улицу.

Тенин поспешил вмешаться и обратился к квартиранту:

– С наукой не поспоришь! Давай, Коля, не затягивай время, признавайся в преступлении!

– Не убивал я жену. Только во время ссоры слегка врезал, и кровь у нее из носа на пол накапала. Она осерчала и ушла. А кто ее на улице подстерег и убил, я знать не могу.

– Складно врешь. Только веры тебе нет, а потому определю тебя в камеру. Посидишь, пока не образумишься.

Привезя Сурина в отдел и оформив задержание, сыщик задумался: «А Сурин оказался не прост. В его версию на суде присяжные заседатели вполне могут поверить. И не такие чудеса бывали. Нужно собрать дополнительные улики. Судя по всему, хозяйка квартиры знает больше, чем говорит. Надо допросить ее с пристрастием».

Но вызванная в отдел полиции Людмила Конева упорно утверждала, что ничего не знает о судьбе жены Сурина. Для проверки на всякий случай откатали отпечатки ее пальцев и отпустили, решив отложить дальнейшие мероприятия на утро.

На следующий день Фомину не удалось сразу продолжить раскрытие убийства. Истекал срок задержания Романова за хранение наркотиков, и сыщик распорядился привести рецидивиста в кабинет. Не желая терять времени на бесперспективное дело, он объявил:

– Придется тебя отпускать. Экспертиза не признала изъятое у тебя вещество наркотиком. Одного не пойму: как ты, опытный сиделец, позволил себя развести, как лоха. Отомсти лживым дилерам, назови их адреса, и поедут кидалы в зону за мошенничество.

– Мне западло своих бродяг за решетку отправлять. Я сам разберусь по понятиям и дам им шанс оправдаться, если их самих кинули, подсунув фуфло.

– Дело твое. Гуляй пока на свободе.

– Слушай, ты по беспределу мне настоящую наркоту не подкинул. И я не хочу в долгу остаться. Со мной в камере работяга разговорчивый сидел. Зря вы его за убийство тягаете. Это не он, а хозяйка квартиры голову женщине утюгом проломила. Он лишь труп из дома вынес, а орудие преступления в своей раздевалке на стройке спрятал. Разберись с этим делом по справедливости. А я пойду, раз претензий не имеешь.

Неожиданная новость разозлила Фомина. Он хотел сразу вызвать из камеры Сурина и с пристрастием добиться чистосердечного признания. Но Тенин его остановил:

– Не горячись. Сначала съездим за орудием преступления. Когда предъявим Сурину эту улику, то разговор пойдет веселее. А уж после его откровений прижмем к стенке любовницу, учинившую расправу над соперницей.

Сыщики, приехав на стройку, нашли и изъяли в бытовке из ящичка Сурина завернутый в окровавленный халат тяжелый утюг. Вернувшись в отдел, передали его в криминалистический отдел. Вскоре эксперт подтвердил, что на орудии преступления имеются отпечатки пальцев только одного человека: хозяйки квартиры Коневой. Теперь можно было приступать к допросу Сурина. Когда тот увидел на столе у сыщиков окровавленную улику, то решил рассказать правду. Включив видеозапись, сыщики выслушали признания Сурина:

– В деревне заработков не было. И я поехал в Москву на стройку. За жилье приходилось много платить. Наткнулся на объявление о сдаче дешевой комнаты одинокому мужчине. Пришел по адресу. Людмила сразу дала понять, зачем ей квартирант нужен. Поначалу смутил ее возраст, а потом решился и переехал. Начали сожительствовать и постепенно привык.

– А как же жена Зоя?

– С ней никогда любви не было. Меня к ней сосватали родители после дембеля из армии. Она баба смирная. Только с ней скучно. А я служил под Москвой в Можайске и повидал, как люди живут. Вскоре понял, что в деревне мне судьбы нет, и подался в город.

– Значит, тебе молодой жены совсем не жалко?

– Сама виновата. Ее сюда никто не звал. Людмила пришла в ярость, узнав о ее приезде. Не знаю, что между ними произошло. Пришел с работы, а на полу тело Зойки лежит. Людмила поклялась, что убийство совершила в ссоре из-за великой любви ко мне. Уговорила от трупа избавиться. Я ночью оттащил труп в лесопарк.

– А как окровавленный утюг у тебя в бытовке оказался?

– Когда вернулся из парка ночью домой, то спохватился, что Людка на меня убийство свалить может. И решил подстраховаться. Предложил с утра надежно зарыть утюг и окровавленный халат у себя на стройке в котловане. Она согласилась и собственноручно упаковала эти вещички в полиэтиленовый пакет. Я к ним вообще не прикасался. Ну, и сохранил утюг на тот случай, если придется оправдываться.

– Ты парень сообразительный. Но неужели из-за большой любви к Людмиле решился труп молодой жены без отпевания под кустами бросить, как ненужный мешок с мусором?

– Нет, я просто рассчитал: Зойку уже не вернуть, а если удастся ее смерть скрыть, то с Людкой у меня житье будет вольное. Она накормит, напоит и по-прежнему денег за постой брать не будет. Очень удобный вариант.

– Ты думаешь, если лично не убивал, то претензий к тебе не будет? Статья 316 Уголовного кодекса предусматривает до двух лет лишения свободы за заранее не обещанное укрывательство особо тяжких преступлений. Как раз твой случай. Так что выбирай: сядешь на скамью подсудимых с Коневой или пройдешь по делу свидетелем.

– Ладно, отступать поздно. Я дам против нее показания.

Когда Коневу доставили в отдел и дали прослушать запись допроса Сурина, то она в отчаянии взмахнула руками и зарыдала:

– Я любила этого человека, а он подло меня предал.

– Поздно слезы лить. Объясни, какая необходимость была убивать женщину?

– Все вышло случайно. Стала гнать ее из дома. Она по-бабьи чутко догадалась о наших отношениях и устроила скандал, стараясь уязвить меня больнее. Когда сказала, что меня рядом с Николаем на улице будут принимать за его мамашу, сознание помутилось. Я схватила утюг. Она испугалась, побежала в свою комнату. Я догнала и ударила сзади по голове. Убивать, клянусь вам, не хотела. Так получилось.

– А чего ты ждала, связавшись с парнем гораздо моложе себя да еще женатым?

– Понравился он мне очень с первого взгляда. А когда сожительствовать начали, то совсем голову от любви потеряла. Хотела, как все женщины, свой кусок счастья урвать. А для него, оказывается, я всего лишь «очень удобный вариант».

– Ладно, садись и пиши признательные показания.

Наблюдая за Коневой, сыщик подумал: «Расписывает ровным почерком свою несчастную женскую судьбу. Бьет на жалость, а у меня нет сочувствия к убийце. Правильно говорят: на чужой беде счастья не построишь».

Напрасные хлопоты.

Нинка шла по улице, не замечая монотонно моросящего дождя. Найденная возле мусорного бака дерматиновая куртка намокла и не спасала от холода. Нинка была в отчаянии после очередного избиения Федькой из-за неудачного поиска денег.

Девушка всхлипывала от обиды: «Федьку другие бомжи поколотили, а он на мне отыгрывается. Как я теперь с таким синяком под глазом стоящего клиента найду? Попытаю счастье возле кафе. Мужики в подпитии более щедрые».

И Нинка, встав возле стеклянных дверей, гнусаво запричитала:

– Дядечки явите милость, помогите уехать назад в деревню. В городе жизнь не сложилась. Пропадают молодые годы.

Но ей не везло. Посетители кафе старательно обходили ее стороной. Нинка уже собралась сменить место, когда заметила сочувствие в глазах старика, направляющегося в кафе. И она с новой силой заныла о горькой судьбе на чужбине. И дедуля отозвался:

– Если так плохо, то чего здесь околачиваешься? В народе правильно говорят: где родился, там и пригодился.

Старомодно одетый пенсионер был, явно, настроен благодушно, и Нинка продолжила давить на жалость:

– Соблазнил меня парень сладкими речами поехать с ним в столицу. А здесь исчез, а я осталась без крыши над головой, и еда не каждый день перепадает.

Иногда Нинка в надежде выпросить подаяние рассказывала о проваленных экзаменах в институт. Но дед был, явно, из простолюдинов и для него подходила легенда о несчастной селянке. Он спросил:

– Родные в деревне остались?

– Да, мать с братом младшим.

– Так езжай туда, повинись перед ними. Авось, простят за побег. Своя крыша над головой, поверь, великое благо. По себе знаю. Сам на лестнице ночевал, когда после развода меня жена из квартиры выгнала. Так что могу войти в твое положение.

– А на что дядечка, я билет куплю, если денег даже на хлеб не хватает?

– Сколько тебе, дочка, надо на дорогу?

– Рублей восемьсот хватит.

Старик решительно полез в карман и вытащил тысячную купюру. Эту сумму он ежемесячно, в день выдачи пенсии, тратил на себя. С сожалением посмотрев на деньги, отложенные на пиво, он протянул купюру девушке:

– Вот, возьми и сразу дуй на вокзал. На сдачу купи себе еды.

Нинка быстро схватила деньги и, пробормотав слова благодарности, поспешила прочь, боясь, что старик передумает.

Пенсионер вздохнул и пошел прочь от гостеприимных огней кафе. Прежде чем завернуть за угол, он оглянулся. Вдали виднелась удаляющаяся худенькая фигурка девушки, попавшей в беду. Старик представлял ее в избе, возле теплой печки, а по комнате разносится притягательный аромат сваренной гречневой каши. Он невольно перенесся в далекую картину своего безмятежного детства. И отбросив сожаления о вкусном пенном напитке, пенсионер направился домой.

А Нинка вспомнила о своей затерянной в глуши деревне, и перед ее взором всплыло вечно недовольная мать и спитое опухшее лицо младшего брата. Ей вспомнилось ежедневная колка дров для прожорливой печки, выматывающее таскание воды ведрами из пруда и вечные сквозняки в поставленном в углу огорода туалете. И решительно отбросила сомнения.

Зайдя в магазин, Нинка купила бутылку водки, тщательно спрятала сдачу в нижнем белье и отправилась в приютивший их с Федькой повал. По крайней мере, в течение еще трех дней, ей было гарантированно спокойное существование.

Место в музее.

Проводница медленно шла по проходу, сопровождая подсаженных ею безбилетных пассажиров. Внезапно, молодые люди остановились у купе, где сидел в одиночестве Филипп Иванович, и попросили поместить их на свободные места. Филипп Иванович не возражал. Молодой человек, бережно усадив свою спутницу Диану, легко забросил на верхнюю полку клетчатую сумку и весело заметил:

– Сама судьба распорядилась нам быть попутчиками, вручив совершенно одинаковый багаж.

Скучающий Филипп Иванович охотно подхватил разговор:

– Да, подобные сумки сейчас у каждого второго в нашей стране, они легкие и вместительные. Раньше с такими баулами челночники за рубеж ездили. Вы молодые люди, наверное, это массового явления и не помните.

– Ну, почему же? У меня мать с отцом регулярно китайские шмотки привозили. На этом в девяностые годы и выжили.

– Да, трудное было время, но ничего прорвались. Я смотрю, вы девушка, в отличие от других молодых людей в смартфоне не кубики переворачиваете, а книгу читаете. Разрешите полюбопытствовать, чем увлекаетесь? Я в школе русскую литературу долгие годы преподавал, пока не пришлось на старости лет сменить профессию.

– Я скажу откровенно, не очень люблю классику. Достоевского и Некрасова в школе терпеть не могла. Зато Тургенева «Вешние воды» дважды перечитала. И «Горе от ума» в нашем городском театре с удовольствием посмотрела. Ну, и Пушкин, конечно, наше все.

Филипп Иванович расцвел. Он, почитатель великого русского поэта, наконец-то нашел благодарную слушательницу и вдохновенно стал говорить о своих любимых маленьких трагедиях. Бывший учитель азартно разбирал тонкости гениальных строф, словно вел урок в школе. За интересным разговором незаметно пролетело время. При приближении к Москве, Диана решила переодеться и попросила Филиппа Ивановича выйти из купе. Вскоре за окном замелькали пригородные дома, и молодые люди поспешили к выходу.

Филипп Иванович, все еще переживая свои воспоминания о прежнем учительстве, неторопливо вышел из вагона последним. Пары уже не было видно. Потратив деньги на сувениры близким людям, Филипп Иванович из экономии поехал домой на метро. Едва войдя в квартиру, он радостно подхватил на руки пятилетнего внука Володьку. Тот с детской непосредственностью, сразу спросил:

– А где мои подарки?

Филипп Иванович торжественно открыл сумку и замер в недоумении. Вместо игрушек там лежали старые журналы, грязные халаты и полотенца, полупустые тюбики с кремами и зубной пастой.

Филипп Иванович растерянно всплеснул руками:

– Произошло недоразумение. Соседи по купе перепутали схожие сумки! Наверное, они тоже обнаружили ошибку и ищут меня.

Жена Полина только покачала головой.

– До седых волос дожил, а ума не нажил. Надеется, что его жулики ищут, чтобы ворованные подарки хотят вернуть.

И, обращаясь к внуку, добавила:

– Твой дед, как не из мира сего. Таких экземпляров сейчас уже нет. Его надо в музей поместить, пусть люди полюбуются на редкостного простака.

Вовка испуганно притих. Он подумал, что музей это темный подвал, где затаилось страшное чудовище. Мальчишка со страхом смотрел вслед поспешно уехавшему на вокзал деду.

Добравшись до места, Филипп Иванович пробежал по залам, в надежде встретить соседей по купе. Затем направился в отдел полиции. Дежурный капитан, выслушав его сбивчивый рассказ, только махнул рукой:

– Никто к нам вашу сумку не приносил. Вы зря рассчитываете вернуть пропавшие вещи. Эти поездные воры, часто подменяют похожие сумки. Не теряйте время, идите домой.

– Ну что вы такое говорите? Вы же не видели эту молодую пару. Вполне приличные люди, и девушка грамотная, в литературе разбирается. Не могли они взять чужие вещи.

– Зато, я хорошо в криминале разбираюсь. Слушай, дед, не позорься, завершай свои поиски. Твои спутники уже давно в другом поезде, других лохов обманывают.

Филипп Иванович все же заставил дежурного записать номер своего телефона, если молодожены нежданно объявятся.

На следующее утро, Филипп Иванович, снова собрался ехать на вокзал, надеясь помочь спутникам найти его и вернуть по ошибке взятые вещи.

Но Вовка обхватил его своими ручонками и плача попросил:

– Не уходи, не нужны мне твои подарки.

Мальчик не хотел, чтобы его любимого дедушку поместили в музей к страшным чудовищам.

И, Филипп Иванович, вздохнув, остался дома. Хотя все еще продолжал наивно верить, что симпатичные молодые люди надеются его отыскать в толчеи вокзала.

Удар бумерангом.

Сыщик Макеев считался в отделе любителем женщин, не пропускающим мимо ни одной юбки. Полковник Зубов часто ворчал:

– Ты, Макеев, лучше бы с таким азартом преступления раскрывал. Тебе бы цены не было.

Макееву такая слава приходилась по вкусу. Он и сам себе удивлялся: «Тянет меня на свежую кровь, хотя и Оксану свою вниманием не обделяю. Природа меня мужской силой не обидела».

Вот и в этот раз, заметив в дежурной части, среди задержанных нарушителей, растерянное лицо стильно одетой красавицы, он вызвался разобраться в ее деле. Заведя женщину в кабинет, он прочитал рапорт и изобразил возмущение:

– Ну, как вы, приличная замужняя дама, могли в машине заниматься любовью рядом со сквером, где играют дети? Когда вас полицейские попросили выйти из салона, вам пришлось одеваться в их присутствии. Позор! А ваш спутник оказался трусом и поспешил уехать. Вы должны назвать его имя.

– Нет, не могу. У него тоже есть семья, ребенок. Не хочу доставлять ему неприятности.

– У вас к нему столь безумная страсть, что решились заниматься сексом в машине?

– А что делать, если ни я, ни он не хотим разрушать наши семьи? Мы оба привязаны к своим детям. Я вас очень прошу не предавать огласке этот случай. У меня заботливый любящий муж. Я готова заплатить штраф без квитанции. Только отпустите меня.

В голосе женщины прозвучало отчаяние, и Макеев решил не затягивать прелюдию и предложил с обезоруживающей прямотой:

– Мне деньги не нужны, но после согласия на одно свидание со мною, я порву рапорт о вашем задержании. Что вас смущает: вы же и так изменяете мужу?

– Да, но у меня к тому человеку любовь, а вас я вижу впервые в жизни.

– У меня нет времени на пустые разговоры. Я сейчас вызываю сюда вашего мужа или же мы прямо сейчас едем на квартиру моего отсутствующего друга. У вас минута на размышление. Время пошло.

– Хорошо, я согласна. Поехали скорее, меня и так дома заждались.

После свидания Макеев был разочарован: «Она вела себя в постели, как бездушная кукла, словно выполняя неприятную для нее обязанность. Этим глупым бабам нравится себе любовь придумывать. Как будто все не заканчивается тем же сексом».

И, все равно, неприятный осадок на душе у сыщика остался.

На следующий день его вызвал к себе полковник Зубов. В его кабинете сидел незнакомый человек, который представился:

– Майор Шутов из отдела собственной безопасности, у меня для вас неприятные известия.

Макеев похолодел: «Неужели, вчерашняя дамочка на меня жалобу накатала?»

Но Шутов вытащил из папки конверт и протянул его сыщику:

– Вот, полюбуйтесь фотографиями вашей супруги во время ее приятного отдыха с любовником.

Макеев перебрав снимки, почувствовал, как кровь прилила к лицу. Полностью обнаженная Оксана дерзко позировала перед объективом на фоне дорогих предметов интерьера в обнимку с бюстом древнего философа.

Майор Шутов решил объяснить:

– Это, конечно, не порнография. И я бы не стал вас беспокоить по столь незначительному поводу, но снимки обнаружили у арестованного за хищение чиновника. Мы провели проверку, и никакой связи с его преступной деятельности у вашей жены нет. Но вы уж постарайтесь, чтобы ваша супруга была более разборчива в знакомствах.

Произнеся издевательскую фразу, майор покинул кабинет. Зубов строго заметил:

– Ну, что, Макеев, получил моральную оплеуху? Я тебя предупреждал, что нарвешься на неприятности из-за своих бесконечных связей. Сегодня утром я присутствовал на беседе Шутова с твоей женой. Оксана прямо сказала, что завела любовника из-за желания отомстить тебе за измены. Любви к тебе больше нет, и она от тебя уходит.

– Ну и стерва. Ну, на ней свет клином не сошелся. Вокруг много баб одиноких.

– Тебя жизнь ничему не учит. Ты, похоже, намереваешься продолжать свои похождения.

Всю дорогу до дома, Макеев кипел от возмущения. Его злил даже не факт измены, а то, что фотографии обнаженной Оксаны с интересом рассматривали его коллеги. Ему захотелось при встрече надавать ей оплеух.

Войдя в квартиру, Макеев обошел комнаты и заглянул в шкаф, где сиротливо висели пустые вешалки. На тумбочке отсутствовали коробочки с кремами и бижутерией.

Он прислушался к царящей в квартире тишине и зло подумал: «Как же бабы осложняют жизнь себе и нам, мужикам. Ничего и один проживу».

Макеев подошел к окну и прислонился лбом к холодному стеклу. Он искренне не понимал, отчего его остро гложет острая тоска по навсегда ушедшей от него женщине.

Притягательность зла.

Следователь Попов, едва успевал записывать признательные показания рецидивиста. Ранее дважды судимый Егоров охотно расписывал свои похождения в Москве. Он с гордостью рассказывал, как определял отсутствие хозяев, обзванивая квартиры, а затем подбирал отмычки для самых сложных замков. Вор брал только деньги и золотые украшения, боясь «засветится» с более крупными вещами. В кабинет вошел сыщик и обратился к Егорову, прервав допрос:

– Ты признался в трех кражах, возьми на себя еще парочку. Мне надоело перед начальством отписываться за эти нераскрытые дела.

– Нет, начальник. За свои скачки отвечу, а чужие грехи на себя не возьму.

– Даже за послабление в режиме и папиросы с бутербродами?

– Нет, спасибо за сладкие посылы.

– Хозяин – барин.

Сыщика особенно не расстроил провал попытки свалить нераскрытые преступления на арестованного рецидивиста. Было видно, что он сделал предложение по обычно заведенному в полиции порядку. Внезапно он спросил:

– Слушай, Егоров, а зачем ты на месте последней кражи записку перед фотографией хозяйки оставил с описанием своих физиологических ощущений?

– Так понравилась мне эта краля до невозможности. Я бы с великим удовольствием ее фотку с собой в колонию взял.

– Я по этому поводу и зашел. Обкраденная тобою женщина, замучила меня просьбами о встрече с тобой. Если «следак» не возражает, то я заведу ее к тебе на пару минут.

– Ну, давай, сосватай нас. Век не забуду.

Следователь с интересом воззрился на вошедшую в кабинет симпатичную молодую женщину: «С какого бодуна такая видная девица проявляет интерес к уголовнику?»

Он раздраженно предложил:

– У вас две минуты, так что сразу переходите к делу.

И женщина спросила у рецидивиста:

– То, что вы написали в записке, правда?

– Еще какая! До сих пор тебя забыть не могу.

– Тогда, запишите мой адрес и напишите мне. Я обязательно отвечу. Очень прошу.

– Не проблема. Только раньше, чем через пять лет меня на свободе не встретишь.

– Ничего, я умею ждать.

И, женщина, дважды продиктовав адрес, вышла из кабинета.

Отправив Егорова назад в комнату, Попов направился в кабинет сыщика и спросил:

– Как думаешь, что это было? Зачем симпатичной благополучной женщине этот отпетый квартирный вор? Неужели, зло так притягательно?

– Ничего удивительного. Телки со всей страны переписываются с убийцами и грабителями. Они клянутся любить и ждать. Зло, как черная дыра к себе влечет. Это у нас, у людей, в генах заложено.

– Все это так. Многие женщины хотят быть желанными и получать адресованные им слова любви, хотя бы в переписке. И все же, я отправлял этих адресатов обитателей зоны к психиатру.

Следователь скептически пожал плечами. Он был давно разведен, и, как и другие одинокие люди, часто испытывал тоску в этом кипящем вокруг него жестоком мире.

Колечко с бриллиантом.

Дарья возвращалась после работы и зашла в торговый центр возле своего дома. Стоя у прилавка, она рассматривала женские сумочки, когда ее сзади хлопнули дружески по плечам. Она резко обернулась и увидела перед собой симпатичного парня. Приветливая улыбка, сразу исчезла с лица незнакомца, когда он увидел ее лицо:

– Извини, обознался. Ты очень похожа на Ольгу, с которой я познакомился в Крыму прошлым летом.

Смущенный парень уже хотел отойти в сторону, как Дарья заметила отсутствие на пальце золотого колечка с бриллиантом. Страшная догадка ее потрясла: «Этот красавчик явно обознался не случайно!»

И Дарья, крепко схватив парня за пиджак, громко закричала:

– Помогите задержать вора. Отдай мне кольцо!

– Подоспевшие охранники. вызвали полицию. и вскоре Дарья уже давала показания седому сыщику:

– Вы не сомневайтесь. Я хорошо помню, как с утра надевала кольцо. Я очень спешила, только обулась и взяла колечко с зеркала в прихожей. Я его всегда там оставляю.

– Да как же вор мог стянуть колечко с пальца, если только ударил вас сзади по плечу?

– Наверное, ловкость свою проявил. Фокусники часы легко могут стянуть с руки незаметно. А уж кольцо с пальца тем более.

– Кольца при нем не нашли. Возможно, успел скинуть еще в магазине, когда ты шум подняла. По нашим учетам он не проходит. Парень работает программистом в солидной фирме, у руководства на хорошем счету. Может быть, украшение само с пальца соскочило или когда руки мыла на раковине оставила?

– Да, нет же, говорю вам, этот парень стащил. А жаль, такой симпатичный. Подошел бы ко мне на улице завязать знакомство, свой номер ему дала без раздумий.

– Мои коллеги его в соседнем кабинете уже сурово обработали. Он морально готов оплатить тебе ущерб, лишь бы под суд не идти. Но доказательств у нас нет. Я его сейчас приведу сюда и надавлю, чтобы выбить тебе компенсацию.

При появлении обидчика, Дарья ему даже посочувствовала. Волосы у парня были взъерошены, и слегка припухла левая щека.

При виде Дарьи, он жалобно попросил:

– Слушай, случайно обознался, принял тебя за другую девушку. Никакого кольца я в глаза не видел. Я готов возместить его стоимость, только отзови заявление.

Дарье стало жалко неудачливого вора. Она даже хотел гордо отказаться от денежной компенсации. Но тут вмешался сыщик:

– Давай расписку, что выплатишь требуемую сумму.

Парень послушно написал под диктовку на листке текст. Сыщик строго приказал:

– Сейчас позвонишь друзьям и знакомым, пусть привезут деньги сюда, а пока посидишь еще в обезьяннике.

Поместив задержанного парня за решетку, сыщик отвел Дарью в сторону:

– Слушай внимательно, я работаю давно и поверь моему опыту, он твоего кольца не брал. Сейчас иди домой и посмотри, нет ли кольца на обычном месте.

– Да я точно помню, как надела его на палец сегодня утром.

– Я много раз на практике убеждался в странностях человеческой памяти. А потому езжай и сама убедись. Сразу позвони мне. Не хочу лишний грех на душу брать.

Через полчаса Дарья вошла в свою квартиру и увидела кольцо, лежащее на своем обычном месте. Она тут же позвонила сыщику:

– Послушайте, я ошиблась. Кольцо нашлось. Видимо, в спешке, я все же забыла его надеть. Но почему мне так отчетливо казалось, что я его точно надела на палец?

– Ничего удивительного. Ты каждый день это проделывала перед уходом на работу. И в твоей памяти запечатлелись привычные действия. Вот ты мысленно и прокручивала их в голове, перенеся на сегодняшнее утро.

– Как неудобно получилось! Передайте ему мой номер телефона, пусть позвонит, я хочу перед ним извиниться.

– Хорошо, прямо сейчас освобожу бедолагу.

Отпуская несправедливо задержанного парня, сыщик передал ему просьбу девушки и участливо заметил:

– Похоже, она на тебя запала. Сыграй на ее чувстве вины. Наверняка сегодня окажешься у нее в постели. Я бы на твоем месте не упустил бы такой возможности.

Молодой человек вышел из здания отдела и жадно вдохнул пропитанный грязью и выхлопными газами воздух, который показался ему сладким глотком свободы после жёстких допросов полицейских. Он вытащил из кармана листок с номером телефона Дарьи и порвал его.

Через три дня напрасного ожидания, девушка поняла, что обиженный парень не откликнется. И с горечью осознала, что упустила еще одну возможность найти, наконец, свое личное счастье.

Странный брак.

Посетитель Кривцов откровенно рассказывал о своей беде сыщику Сурову:

– Подошел срок возвращения жены из отпуска. Ну, я и решил оттянуться напоследок по полной программе, пока квартира свободна. Пригласил домой двух девиц лет по двадцать. Сели выпивать. Одна из них меня отвлекла, а другая незаметно подсыпала дурь в вино. Я сделал глоток и тут же отключился. Лица девчонок расплылись, как в тумане и я провалился в бездну. Очнулся поздно ночью. Гостьей, конечно, след простыл. Башку ломит, и вещи по комнате разбросаны.

– Скажи спасибо, что сам жив остался. Так что пропало?

– Взяли платья, кофты с вешалок из шкафа. Коробку с новыми туфлями жены. Но главное, опустошили ее шкатулку с украшениями.

– Описать драгоценности сможете?

– Нет, это лучше сделает жена. Она сможет дать полный перечень украденных вещиц.

– Жене объяснишь, что квартиру обокрали в твое отсутствие?

– Нет, у нас с ней давно предельно откровенные отношения. Я ей все рассказал, и она пришла со мной, ждет в коридоре.

– Ну, это ваше личное дело. Пусть заходит.

На пальцах вошедшей в кабинет дамы блестели злотые кольца. И сыщик неприязненно подумал: «Она, явно, не лишилась последнего».

Женщина протянула список похищенных украшений с подробным их описанием. Сыщик сочувственно покачал головой:

– Да, обнесли вас по крупному. И где мне теперь этих девиц искать? Может быть ты, Кривцов, подскажешь?

– Легко. У меня номера их телефонов есть. К тому же, в интернете висит их объявление об оказании сексуальных услуг.

Суров повернулся к молодому напарнику:

– Давай, Чельцов, назначай девчонкам свидание. Ты, парень видный, они охотно откликнутся.

Часа через два девушки уже были задержаны. Они оказались иногородними студентками, объявившими сезон охоты на любителей «клубнички» с помощью снотворного порошка. Новоявленные путаны клялись, что на кражу пошли в первый раз. С их слов они продали все золото возле ломбарда неизвестному скупщику за сто тысяч рублей. На вопрос, как они думали избежать ответственности, ответили, что надеялись, что обманутые мужчины, не желая огласки, не станут обращаться в полицию.

Получив признательные показания, Суров пригласил в кабинет обокраденных супругов. Услышав, по какой низкой цене продали ее украшения, дама пришла в негодование:

– За только одно бриллиантовое кольцо можно было выручить триста тысяч. Продешевили, девчонки.

– Для них и такая добыча показалась невероятной удачей. Теперь под суд пойдут.

Супруга со злостью накинулась на мужа:

– Это ты во всем виноват. Из-за твоей похоти, я золота лишилась.

– Можно подумать, ты на курорте в одиночестве тосковала.

– Ты прав, о тебе не вспоминала. Только от твоих измен одни убытки. Я, хоть, гуляю с прибылью, ни копейки на себя не потратила.

– Любите вы, бабы, в самое больное место ударить.

– Да вы, самцы, вполне этого заслуживаете.

Сыщик поспешил вмешаться:

– Вы, граждане, идите домой отношения выяснять. У нас и так много работы.

Как только супруги вышли, молодой сыщик заметил:

– Надо же, как оба удобно устроились. И гуляют свободно, и вроде как в супружестве состоят. Не знаю, это можно назвать высокими отношениями или распущенностью?

– Ты, Чельцов, зря не парься. Для полиции такие пары весьма полезны. Они нам снижают уровень убийств, совершенных из ревности. Запомни, в каждой жизненной ситуации имеется своя польза и выгода.

Молодой сыщик промолчал. Ему ещё предстояло обдумать впервые встреченную в практике причудливую форму странных человеческих отношений.

Рукопись.

Кулак и Дантист шли за прохожим в пуховой куртке от самого метро. Мужик был худой и низкого роста, и грабители были уверенны в успехе. Заметив, что намеченная жертва свернула под арку дома, налетчики поспешили его догнать. Кулак, пригрозив лезвием ножа, потребовал:

– Гони бабло. Не будешь рыпаться, останешься в живых.

Испуганный мужчина, послушно вытащил из кармана бумажник и с виноватой улыбкой протянул налетчикам бумажник:

– Здесь мало наличных. У меня деньги в основном на карте. Но и там тоже не много: тысяч десять. Сейчас не лучшие времена.

Дантист быстро вытащил из бумажника несколько купюр и потребовал:

– Называй пин-код, не то без носа останешься.

Деморализованный мужчина назвал цифры.

Раздраженный малым уловом, Кулак кивнул на кейс в руках жертвы:

– Давай сюда и это добро.

Внезапно мужчина сделал шаг в сторону:

– Нет, это вы от меня не получите.

В голове у Кулака мелькнула догадка: «Основное богатство у него в кейсе».

И бандит попытался вырвать ценную добычу из рук, крепко вцепившегося в него хозяина. Кулак потянул кейс изо всех сил на себя. Неожиданно мужик, сопротивляясь, нанес ему сильный удар в лицо. Почувствовав боль, от начавшего заплывать глаза, Кулак в ярости нанес жертве несколько ударов ножом в грудь.

Не обращая внимания на истекающего кровью человека, бандиты бросились бежать. Возле соседнего дома, Кулак открыл кейс и злобно выругался: там лежала лишь тонкая пачка листов с написанными, ровными столбцами, стихами. Отбросив в сторону добытый с таким трудом кейс, Кулак вместе с приятелем поспешили скрыться.

Бандитов удалось разыскать в тот же день, при попытке снять деньги с банковской карты убитого им Белова. Преступники вынуждены были признаться в совершенном преступлении. На допросе Кулак недоумевал, почему мужик легко отдал деньги и так яростно защищал никому не нужные бумажки. При допросе жены Белова, следователь выяснил, что тот к тридцати годам решил заняться поэзией. И это его настолько сильно увлекло, что даже на работе, мысленно рифмуя слова, он по рассеянности допустил ошибку в расчетах и был уволен из солидной фирмы.

Но неприятности на работе совсем не волновали Белова. Он приходил в отчаяние от отказов издательств напечатать его стихи. И жена, не желая мириться с ухудшением материального положения, обратилась за помощью к подруге, у которой был знакомый искусствовед. Тот после долгих уговоров согласился оценить творчеств Белова. И в этот же день начинающий поэт направился к нему домой для оценки своего творчества. Но, так и не дошел.

Следователю все было ясно, но для завершения следствия он вызвал на допрос специалиста по литературе, к которому направлялся Белов. Пришедший по вызову повесткой мужчина в поддетом под пиджак жилете и галстуке, внешне вполне соответствовал своему высокому званию. Он внимательно прочитал рукопись и сказал:

– Хорошо, что этот автор до меня не дошел, иначе бы он услышал много нелицеприятных слов. Никаких свежих мыслей, абсолютное подражательство. Рифмы, правда, подобраны неплохо, и ритм соблюден, но такие стихи пишут подростки, только начавшие познавать жизнь.

– Значит, зря мужик пожертвовал собой за эти никчемные стишки?

– Тут, я с вами не соглашусь. Любой бездарный и примитивный художник, композитор, писатель является творцом. Так что яростная защита своих стихов, которые он считал шедевром, вполне объяснима.

Записав показания искусствоведа, следователь, оставшись один, задумался. Раньше он намеревался уничтожить рукопись как ненужное и не имеющее ценности доказательство. Но после разговора с искусствоведом, решил передать стихи семье Белова: «Пусть, хоть родные несчастного человека вспоминают его как поэта».

И, следователь, словно выполняя последнюю волю погибшего, набрал номер телефона жены Белова, отдавшего жизнь за дорогую ему рукопись.

Девочка с косичками.

По лицу подполковника Круглова расползалась довольная улыбка:

– Изъятие семисот граммов героина позволит нашему отделу благополучно отчитаться за квартальные показатели. Как планируешь поступить, Потапов?

– Возьму с собой пару молодых «оперов» и в присутствии понятых изыму у Барона наркоту. Он точно под суд пойдет по части 2 статьи 228 уголовного кодекса за хранение «дури» в особо крупном размере.

– Ты, не спеши, все обдумай. Если сейчас возьмем Барона, то лишь одно уголовное дело войдёт в показатели отчётности. Давай выдоим из ситуации максимум выгоды. Раз твой источник близок к Барону, то сможет нам сообщить, когда к нему начнут приходить дилеры, связанные с непосредственным сбытом наркотика потребителям. Барон, наверняка, будет передавать героин не щепотками. Если мы за всеми проследим и выявим всю преступную цепочку, то сумеем зачислить себе в копилку не менее десятка самостоятельных уголовных дел дополнительно. Что тебя смущает?

– Выгода для нас несомненна, но при таком подходе многие парни и девчонки на наркоту подсядут.

– Не сердобольничай! Мы им не няньки. Пусть родители ответственность за своих деток несут. Давай устанавливай наблюдение, проследи за дилерами и по каждому факту продажи будем возбуждать уголовные дела. К концу квартала отчитаемся с триумфом.

Потапов покинул кабинет начальника с сомнениями: «Конечно, он прав: десяток уголовных дел лучше, чем один громкий арест Барона. Но, допуская приток героина конкретным потребителям, мы невольно становимся соучастниками распространения «дури» среди молодежи. Ладно, не я придумал эту систему. Завтра с утра приступим».

Вечером после работы Потапов после ужина сел перед телевизором смотреть футбол. Но насладится игрой ему не дали. В дверь позвонила соседка с пятнадцатого этажа тетя Маруся. Женщина была вся в слезах:

– Помоги, Петр Сергеевич. Пришла с работы, а Лидка моя без сознания лежит и рядом шприц на полу валяется. Не знаю, что делать.

Потапов нехотя оторвался и пошел вслед за обеспокоенной женщиной. Он знал ее дочь с детства. Лида росла у него на глазах. Он хорошо помнил маленькую девчушку с трогательными косичками, неумело с помощью совка и ведерка, пекущую песочные куличики. Потом девочка на его глазах пошла в школу, затем в колледж, там влюбилась в парня наркомана. Этот тип подсадил на героин и ее. Все пошло под откос. Оба забросили учебу и постоянно искали деньги на новую дозу.

По просьбе тети Маруси сыщик пытался несколько раз говорить с девушкой, но судя по ее отсутствующему взгляду, она с трудом воспринимала происходящее. И Потапов вынужден был отступить.

Войдя в квартиру, он подошел к телу, лежащему на диване, и пощупал пульс на шее: «Передозировка прошла несколько часов назад, уже мышцы коченеть начали».

Сыщик обратился к соседке:

– Все, сама себя казнила Лидка. Да и ты, считай, отмучилась, бегая за ней по притонам.

Потапов хотел продолжить слова утешения, но его прервал крик отчаяния матери. Женщина бросилась к Лиде, словно запоздало пытаясь защитить ее от жестокого мира. Потапов вызвал полицию и скорую помощь, а затем вернулся досматривать матч. Но, игра его не радовала. Перед глазами стояло воспоминание о милой девочке с косичками, играющей в песочнице.

На следующее утро, он зашел к подполковнику Круглову и доложил:

– Ситуация изменилась. Источник сообщил, что Барон намеревается перепродать другому сбытчику оптом всю полученную накануне партию. Так что придется срочно его задерживать и изымать героин.

Начальник досадливо поморщился:

– Ну, что же ты, действуй, раз уж нет другого выхода. Только учти, я с тебя все равно показатели потребую. Придется побегать.

Покидая кабинет Круглова, Потапов понимал, что осложнил себе жизнь. Но после вчерашнего происшествия не мог допустить новых поставок героина молодым людям.

Цели и средства.

Прочитав показания супругов Зотовых, сыщик Горохов уточнил:

– Вы уверенно сможете опознать мужчину, сбросившего с седьмого этажа девушку?

– Да, конечно, окна арендуемой нами квартиры расположены прямо напротив его балкона. В доме этого типа часто загулы проходили. Хоть бы шторы закрывал.

– Значит, он силой вытащил жертву и, ударив в лицо, перевалил тело через балкон?

– Да, так все и было.

– Хорошо, спасибо за вашу смелую жизненную позицию. Не всякий человек, в наше время, решится добровольно стать свидетелем по дело об убийстве.

Женщина покачала головой:

– Мне кажется, до конца дней у меня в ушах будет слышан ее истошный, наполненный ужасом крик. Этот негодяй заслуживает смертной казни, независимо от причины ссоры.

– Понятно. Мы вас, возможно, еще вызовем.

– Только поспешите, а то мы дела в Москве завершили, через три дня уезжаем к себе в Красноярск.

– Это ничего. У нас уже есть ваши показания, а ранее судимый хозяин квартиры, Туров, нам давно известен.

После ухода супругов, Горохов погрузился в раздумья: «Это удачно Тур засветился на убийстве. Мне нужен источник из окружения лидера группировки Болта. Тур подходит для вербовки. О гибели иногородной путаны никто беспокойства не проявит. А единственные свидетели скоро уедут. Надо поговорить с Туром напрямую».

Доставленный из камеры в кабинет, Туров старался держаться независимо, как и положено авторитетному вору. И, Горохов решил сразу сбить с него гонор:

– Слушай, Тур, у нас есть свидетели видевшие, как ты сбросил девушку с балкона. При твоих судимостях получишь лет пятнадцать за убийство. Могу тебе это гарантировать.

– Знаю, но время назад не повернешь. Да и эта стерва заслужила свою смерть.

– Полагаю, она отказала тебе в твоих извращенных фантазиях или низко оценила твои сексуальные возможности? Если братки узнают, то на зоне засмеют.

– Не нужны мне твои догадки. Сам буду на суде отмазываться.

– А вариант, что дело до суда не дойдет, не рассматриваешь?

– Заманчиво. Что конкретно интересует? Бабло?

– Нет, информация о дружках твоих, уголовниках. Сам понимаешь, вместо раскрытого убийства, мне нужно нечто существенно для отчета начальству.

– Я подумаю.

– Тут думать некогда, решай прямо сейчас. Долгие годы проведёшь на шконке или сразу из моего кабинета выйдешь на свободу. Выбор невелик.

– Ладно. Тебя интересует, кто зарезал Духа, три месяца назад в подъезде? Так это Кузнец сделал.

– Деньги не поделили?

– Нет, по дурости, из-за тёлки. Гуляли у Таньки Трифоновой на первом этаже. Поссорились из-за очередности к её телу. Драку еще в ее квартире затеяли. Потом в подъезде продолжили. Дух верх начал одерживать. Ну, Кузнец его и проткнул ножом.

– Сведения интересные, если не врешь.

– Врать, не в моём положении. Кузнец боится, что Танька его сдаст. Берите ее, она быстро расколется. Мы в расчете?

– Нет, конечно. Ты мне Кузнеца сдал, поскольку с ним конфликтуешь из-за торговых рядов. Мне нужен Болт.

– Ну, уж нет, начальник. Под «перо» меня подводишь. С этим быком я бодаться не стану.

– Так никто и не просит. Мы все сделаем тихо, по уму. Ты мне «шпаргалку» скинешь о конкретном деле, а я его копчиком в зону приземлю. И всё. К тому же, после исчезновения Болта, ты из его тени выйдешь.

– Заманчивую картину рисуешь. Обмана не ждать?

– Зачем? Ты теперь для меня на свободе важнее, чем за решеткой. Если есть что сказать, то слушаю.

– Хорошо. Болт сам на дела не ходит. Лишь дань через своих ребят собирает. Но плотно подсел на героин. Через неделю ему должны привезти крупную партию. Он заказал, чтобы надолго хватило. Можете взять его за хранение «дури».

– Когда поставка и кто привезет?

– Пока не знаю, но выясню.

– Похоже, мы с тобой сработаемся. Материал по девице я припрячу и «следаку» пока не отдам. А ты неделю дома не появляйся, зря не светись перед свидетелями. Когда все успокоится, вернешься. А хочешь, посиди пару суток у нас в камере для надежности.

– Нет, уж. Обещал – выпускай. Мне есть, где и у кого перекантоваться. Как только узнаю о поставке «герыча» Болту, то сообщу.

После ухода своего нового информатора, Горохов удовлетворенно потер руки. Он рассчитывал на поощрение начальства за раскрытие убийства Духа и близкого ареста криминального лидера Болта.

Его совсем не беспокоила смерть девушки, променявшей безысходность жизни в поголовно спивающейся деревне на жестокий и беспощадный мир большого города.

Кто на новенького?

Сыщик Дудин, выехав по сигналу о краже ноутбука из офиса, сразу оценил ситуацию. Глава небольшой фирмы, женщина лет сорока, сразу заговорила о трудных временах и о нанесенных ей ущербе. И, Дудин понял, что будет сложно отказать в возбуждении уголовного дела. Но все же, он попробовал:

– Послушайте, как мог сюда проникнуть посторонний человек, если вас здесь восемь работников и охранник при входе клянется, что не покидал своего поста.

– Нам тоже сразу стало понятно, что вора надо искать среди своих сотрудников. У нас коллектив давно сложился. Только вот эта девица у окна, Наталья, первый день на работу вышла. Мы все считаем, что это она руку приложила к краже, когда осталась одна во время обеда.

Обвинённая девушка густо покраснела:

– Да что вы такое говорите, вы меня совсем не знаете.

– Вот именно. Пришла накануне по объявлению. Может быть, она давно промышляет воровством. Устраивается на работу, похищает вещи у сотрудников и скрывается.

– Я не воровка! Я вообще впервые на работу вышла после окончания школы. Хотела маме помочь с деньгами. Она нас вдвоем с братом воспитывает. И куда я могла деть ваш ноутбук, если никуда не выходила?

– Совсем нас за дураков держишь? Сидишь возле открытого окна на первом этаже. Взять чужой ноутбук и передать соучастнику, можно за пару секунд.

– Но клянусь, я ничего не брала.

– Я от тебя не отстану, пока не возместишь мне ущерб в пятнадцать тысяч рублей.

Дудину было ясно, что девушка не брала ноутбук, но ему надо было избежать регистрации нераскрытой кражи. И он поспешил вступить в разговор:

– Наталья, раз уж такая неприятность произошла, то звони прямо сейчас матери, объясни ситуацию и попроси привезти требуемую сумму. А я, обещаю сразу тебя отпустить, и не ставить в полиции на учет, как воровку. Иначе, отвезу в отдел и посажу в камеру к уголовникам.

Запуганная девушка залилась слезами и, позвонив матери, начала сбивчиво оправдываться. Владелица фирмы вырвала у нее телефон и властно потребовала:

– Ваша дочь нас обокрала. Либо вы немедленно привозите мне пятнадцать тысяч, либо ее отвозят в полицию.

Отключив телефон, женщина уже спокойно сказала девушке:

– Не реви! Сейчас привезут деньги, и тебя отпустят. В следующий раз честнее будешь.

Сыщик дождался появления молодой женщины, одетой в дешевое платье и сандалии. Она протянула деньги владелице офиса и начала успокаивать дочь:

– Не реви, Наташка. Я тебе верю. Ты у меня человек честный и не могла взять чужого.

Сыщик поспешил завершить неприятную ему ситуацию:

– Ну, раз дело разрешилось мирно, то расходимся. У меня еще полно дел.

В этот момент позвонил телефон и дежурный капитан сообщил:

– Здорово, Дудин. Тут парня задержали. Он в подземном переходе ноутбук продавал. Похоже, тот самый, из офиса.

– Везите его прямо сюда вместе с ноутбуком.

Минут через десять, патрульные полицейские ввели в комнату напуганного подростка. Хозяйка фирмы сразу опознала ноутбук.

Сыщик поинтересовался у парня:

– Как удалось стащить ноутбук, при охраннике у входа.

– Так он к лотку с мороженым рядом с открытой дверью подошел. Ну, я и нырнул внутрь. Схватил со стола ноутбук и бросился бежать. Хотел продать, но меня задержали.

– Вся ясно. Вы, хозяйка фирмы, забирайте свой ноутбук, а деньги верните матери.

Расставаясь с деньгами, владелица фирмы нехотя пробубнила:

– Недоразумение вышло. Охранника потребую уволить. А ты, Наташа, не обижайся, кроме тебя подозревать было некого. Можешь оставаться на работе.

В разговор вмешалась мать девушки:

– Нет, спасибо. Мы на ваши художества сегодня насмотрелись. Пойдем отсюда дочка.

Глядя им в след, хозяйка фирмы пожала плечами:

– Подумаешь, обиделась! Со мной и не такое в жизни бывало.

А Дудин, перевозя задержанного в отдел, уже прикидывал, как запишет раскрытие кражи на свой счет и, хотя бы на короткое время начальство оставит его в покое.

И никто из взрослых успешных людей не думал о вступающей в жизнь девчонке, глаза которой еще долго будут наполняться слезами при воспоминании о нанесенной ей незаслуженно обиде.

В конце квартала.

Голос в телефоне звучал взволнованно:

– Антон Алексеевич спасай. Мою дочь Аньку задержали за разбой в твоём отделении полиции.

– Такого быть не может. Я Анюту с детства знаю. Она и пойманную стрекозу из сачка боялась достать. Как такое случилось?

– Дочь накопила деньги на золотой браслет. Сегодня утром пошла в магазин, заплатила на кассе и сразу надела покупку на руку. Пошла к выходу, а украшение с руки на пол упало. Замок оказался бракованным. Аня потребовала деньги вернуть. Продавщица отказала. Тогда моя глупая дочь оставила браслет на прилавке, а сама за своими деньгами к кассе потянулась. Хотела силой справедливость восстановить. Подлетел охранник, Аньку задержали и доставили в полицию. Что теперь делать?

– Ладно, не паникуй, сейчас разберусь.

Сыщик спустился вниз, в дежурную часть, и заплаканная девчушка, повторила ему рассказ матери. Антон Алексеевич поспешил в кабинет начальника. Выслушав расклад, подполковник спросил:

– Что ты от меня хочешь?

– В действиях знакомой мне девушки нет никакого разбоя. Ее можно обвинить только в самоуправстве.

– Ты знаешь, я всегда иду навстречу просьбам своих сотрудников и отпускаю их друзей. Но сегодня последний день квартала. Давай, мы сейчас отчитаемся за раскрытый разбой и выйдем в передовики. А через пару дней переквалифицируем ее действия на более легкую статью о самоуправстве и отпустим домой под подписку о невыезде.

– Вы ради дутых показателей хотите судьбу девчонке сломать?

– Ты меня не стыди. Не ты, а я в управлении выслушиваю угрозы о не полном служебном соответствии. Если тебе так дорога эта девчонка, то ты знаешь наше правило: просишь отпустить человека – дай другое раскрытое преступление. Есть что предложить?

– Да. Изобличенный в краже вор подойдет?

– Ну, говори.

– Вчера доставили в отдел известного всей округе пьяницу Прыща. Он хотел обменять у продавщиц в магазине женское платье на бутылку водки. Прыщ сразу признался, что украл вещь у своей соседки с балкона.

– Это как же он ухитрился?

– Да очень просто. Попросил у соседки с утра денег в долг. Та не дала. Он разозлился. Увидел у нее на балконе, висящее на вешалке платье. Взял швабру, дотянулся до платья и перетянул на свой балкон.

– Соседка заявление подала?

– Да, разозлилась очень. В этом ее любимом платье она собиралась вечером с подругой в театр пойти. Ну и накатала в горячке нужную нам бумагу.

– Так, а теперь объясни, почему ты эти материалы придержал, и я ничего не знаю?

– Все элементарно. Соседка остыла от гнева и через пару часов прибежала с просьбой не привлекать Прыща к ответственности.

– И ты проявил жалость, отпустив вора?

– Послушайте, Прыщ до сорока лет был нормальным мужиком, работал на заводе. Но когда его бросила жена с детьми, то начал пить. Он вполне безобиден и до этого дня никому вреда не принес.

– Значит, ты у нас гуманист? А меня кто пожалеет, когда я за показатели в управлении города отчитываюсь? Ладно. Хотя кража не разбой, но пойду тебе навстречу. Я распоряжусь, и твою девчонку немедленно отпустят. А ты, взамен, срочно задержи Прыща и все материалы на него передай следователю для возбуждения уголовного дела.

Сыщик отправился к Прыщу. Ему было жаль этого опустившегося, безвольного человека, но он утешал себя мысленно, что кража реально имела место, а в изоляции Прыщ, возможно, наконец бросит пить.

Алкоголик отнесся к своему аресту и к предстоящему суду с видимым равнодушием. В отделе полиции он жалобно попросил дать закурить. Сыщик достал из кармана едва начатую пачку сигарет и передал воришке:

– На, бери все. В камере пригодится.

И Прыщ церемонно поклонился сыщику:

– Спасибо, начальник, век твоей доброты не забуду.

Благодарность человека, которого он отдавал под суд, покоробила сыщика, и он с излишней резкостью приказал:

– Все, иди.

Железная дверь отделила сгорбленную фигуру Прыща от свободы. За него в этом мире некому было заступиться.

Сыщики и полиграф.

О непримиримой вражде между специалистом по полиграфу Жуковым и сыщиками в отделе знали все. Ему было нестерпимо слышать от коллег обидные, издевательские насмешки над вверенной ему техникой. И хотя, сотрудники отдела не раз убеждались в истинности полученных с помощью полиграфа сведений, им нравилось подтрунивать над ярым приверженцем естественных наук. Особенно изощрялся в шутках Хрулёв. Этот опытный сыщик предпочитал полагаться на собственный опыт и интуицию.

И даже когда результаты проверки на полиграфе показывали, что оснований для подозрений нет, Хрулёв продолжал при допросах подозреваемых лиц, настаивать:

– Ну, ты попал! Полиграф показал, что это преступление на твоей совести. А техника никогда не врет.

Начальник отдела обычно отмахивался от жалоб Жукова:

– Хватит волноваться. Сыщики привыкли работать по старинке. Твоё дело определить, говорит человек правду или врет, а так же ориентировать сыщиков о наиболее вероятных направлениях дальнейшего поиска. Но, а как сыщики используют твои данные, пусть тебя не заботит. У нас свои секреты оперативной «кухни».

Но Жуков все равно обижался. И даже не за себя, а за недоверие к техническому прогрессу. И каждый раз надеялся, что очередное успешное применение полиграфа убедит коллег в его очевидной пользе.

И когда ему поручили проверить на полиграфе сорокалетнего Бутина, подозреваемого в исчезновении жены, Жуков решил, что наступил его звездный час. Сначала он внимательно изучил обстоятельства дела, биографию и образ жизни подозреваемого, а потом выехал в пригородное село, в котором, по версии сыщиков, и развивались трагические события. Бутин прожил с женой около десяти лет и имел троих детей. Вся округа знала о его болезненной ревности. Бутин постоянно обвинял Елену в изменах и грозился убить. Это продолжалось много лет, пока три месяца назад, Елена внезапно не исчезла. Бутин утверждал, что женщина покинула семью с одним из дальнобойщиков, которые частенько оставляли свои фуры возле их окраины.

Но все родные и знакомые утверждали, что Елена не могла бросить детей, так как была хорошей матерью, любила своих детей и заботилась о них. Но Бутин стоял на своем.

Начальник, вызвав Жукова, попросил:

– Ты уж в этот раз расстарайся. Без полиграфа мы не можем продвинуться вперед. Этот Бутин упорно твердит о своей невиновности, и уговорить его дать признательные показания не удается.

– Насколько я понимаю, для изобличения Бутина, надо обнаружить тело его жены. Без машины он далеко спрятать ее не мог. Я досконально изучил обстановку в доме и окружающую местность. После вопросов об убийстве и сокрытии трупа, я начну называть Бутину все места, где он мог спрятать тело. И, проанализировав всплеск его эмоций, назову, с высокой вероятностью, где находится тело.

Вскоре Жуков представил сыщикам важные сведения:

– Бутин убил жену в три часа ночи, а тело закопано рядом с мастерской по ремонту тракторов в сосновом лесочке на окраине села.

Ближе к вечеру, сыщики доложили об успехе:

– Труп женщины был найден в месте, подсказанном полиграфом.

Жукову было приятно слышать похвалы, адресованные вверенной ему технике.

И Хрулёв вынужденно сквозь зубы признал:

– Даже сломанные часы дважды в сутки правильное время показывают. Так и твой полиграф иногда попадает в цель.

После обнаружения трупа жены, Бутин признался, что задушил ее во время очередной ссоры и подробно описал свои действия.

И тут произошла нестыковка: Бутин сообщил, что убийство совершил не в три часа ночи, как показывал полиграф, а ровно в полночь.

И Хрулёв не упустил возможность подколоть Жукова:

– А все же твоя техника время преступления указала неверно.

– Не может быть! Дайте мне поговорить с Бутиным.

Минут через десять, Жуков после общения с убийцей объявил сыщикам:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.