Юлия Бекичева, Олег Бондаренко
Жизнь и тайны мистера Хефнера

Я наслаждаюсь фантазиями публики относительно моего образа жизни. Я наслаждаюсь ими почти так же, как и моей реальной жизнью.

Хью Хефнер

Компромат на мистера Хефнера

25 января 1981 года в редакцию одного из крупнейших эротических журналов Америки Penthouse¹ пришло письмо с интригующим содержанием:

«Уважаемый мистер МакКаб! Возможно, Вас, кого-нибудь из Ваших редакторов, или даже самого мистера Гуччионе² заинтересует некоторая информация о мистере Хью Хефнере – основателе журнала Playboy, а также владельце особняка с одноименным названием. С апреля 1981 года я исполнял в вышеуказанном особняке обязанности дворецкого, однако, в декабре 1984 года был уволен. Меня вышвырнули, не выслушав, а потому свое прощальное слово мистеру Хефнеру я хочу сказать со страниц Вашего журнала. Я достаточно слышал, видел и могу рассказать кое-что интересное. Свяжитесь со мной по указанному номеру телефона».

О лучшем подарке давний конкурент Хью, основатель журнала Penthouse Боб Гуччионе не мог и мечтать. И хотя с того момента, как Рональд Рейган³ занял президентское кресло, а власть, действуя заодно с церковью, устроила охоту на ведьм, среди которых оказались Playboy, Penthouse и Hustler⁴, не подбросить дровишек в разгорающийся под Хефнером костер Боб не мог.

Уже на следующий день бывший сотрудник Хью, удобно устроившись на одном из диванов редакции, рассказывал о том, что происходит за воротами знаменитого особняка Playboy.

«– Что за публика бывает в доме Хефнера?

– В основном это знаменитости, девушки Playboy и те, кто хочет засветиться в обществе первых и вторых, обзавестись полезными связями, набить на халяву желудок. Мистер Хью в этом смысле исключительно щедр, обеспечивает своим гостям вдоволь еды и напитков.Пока я там работал, в особняк дважды в неделю наведывался парень по имени Джон. Я обратил на него внимание, потому что он постоянно похвалялся тем, что уже восемь лет нигде не работает, сам же каждый раз приезжал на новеньких дорогих автомобилях, крутился среди гостей, мог заполучить любую девушку из «кроликов». Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, что он снабжал желающих наркотой.

– Вы видели своими глазами, что там продают наркотики?

– Понятно, что никто не стал бы продавать их у всех на виду, как продают сливы на рынке. Курящих косяки ребят там было полно. Если требовалось что-то потяжелее, народ уходил в ванную или игровую комнату. За руку я, конечно, никого не ловил, но всем было понятно, что там происходит.

– Вы видели, чтобы Хефнер сам баловался наркотиками?

– Напраслину возводить не стану. Видел только то, что он курил смеси.

– А как насчет девушек? Они что-нибудь употребляют?

– Я же говорю, что в особняке постоянно ошиваются какие-то неприятные личности вроде Джона. Думаю, эти ребята приносят и обменивают наркотики на секс, а уж что с этим делают девочки – отдают Хью или оставляют себе – понятия не имею. Болтают разное.

– Вы говорили, что девушки обязаны спать с гостями. Что случится, если кто-нибудь из них откажется?

– Зависит от того, кто эти девушки и, как долго они живут в «семье». Мало ли способов надавить, запугать…

– До начала интервью вы рассказали мне о девушке, которая хотела покончить с собой. О той, что стояла на балконе…

– Да. И подобное случалось не только с ней. Цыпочка приехала из Канады. Она вышла замуж, несколько месяцев пожила тихой семейной жизнью, а потом ей, видимо, стало скучно. Отправила свои фотографии в журнал, понравилась мистеру Хефнеру, затем приехала в Лос-Анджелес, а уж через время, кажется, через полгода, ее пригласили жить в особняк. То, о чем я вам рассказывал, произошло в пятницу. Цыпочка стояла на балконе – он находится как раз перед большим залом, в котором в тот вечер веселились около двух сотен гостей. Она вдруг сорвала с себя одежду и начала вопить, будто резаная. Кричала, что мистер Хью удерживает ее силой и, что, если он сию же минуту не даст ей уйти, она покончит с собой, спрыгнув с балкона. Это продолжалось несколько минут, пока парни из охраны не схватили красотку и не оттащили ее в комнату. Она и там продолжила вопить что было сил, бросилась было к окну, но ребята держали ее крепко. После всего, что она там устроила, еще долго ходила в сопровождении охранников.

– Вы говорили, что в особняке есть комната, где практикуют групповые секс-игрища.

– Все началось с тех пор, как мистер Хью связался с Сандрой. Грязная девица. Уверен, что с Бобби ничего подобного не было. Бобби скорее умерла бы, но такое не позволила.

– Мистера Хефнера совсем не волнует, что у него под носом продают наркотики? Оставим моральную и коснемся юридической стороны вопроса. Ваш бывший начальник ничего не боится?

– Однажды его пытались вывести на чистую воду, но как только появились сотрудники ФБР⁵, всех гостей из особняка точно корова языком слизала. Помню, прислали какого-то молодчика. Считаю, что было бы куда больше толку, если бы из ФБР пришла девушка, провела вечерок – другой в особняке, пообщалась бы с местной публикой, заглянула в комнаты, присмотрелась к гостям. Короче говоря, в тот раз арестовали его личную помощницу и нескольких сотрудников из тех, что работали в доме. Насколько мне известно, мой бывший босс обратился в суд и дело было решено в его пользу».

Напрасно мистер L, а именно так представил читателям своего собеседника Penthouse, надеялся напакостить Хефнеру своими откровениями. Опубликованное интервью стало каплей в море по сравнению с теми неприятностями, которые обрушились на Хью в семидесятые и восьмидесятые годы. Конфликт с властью и церковью, обвинение в торговле порнографией, убийство одной из самых молодых моделей Playboy, наконец, инсульт.

Когда я увидел Esquire

Хеф появился на свет в Чикаго и рос в пору, когда улицы по вечерам освещались газовыми фонарями, когда цоканье лошадиных копыт оповещало горожан о приближении повозок с углем и молоком. Хью и его брат Кит родились в религиозной семье. Мама – школьная учительница, отец – бухгалтер в одной из городских компаний.

Улица Чикаго, 1920 год / Library of Congress

По воспоминаниям соседей родители Хефнера являли собой классический пример выходцев из пуританских семей. Она – женщина замкнутая, благочестивая, и он – молчаливый, почти безэмоциональный глава семейства, 24 часа в сутки размышляющий только о работе.

Духу свободы не было места под крышей дома Хефнеров. Не сквернословить, не пить, не слушать по воскресеньям радио, не играть в карты, не…, не…, не… Следовало жить, в почтении и смирении склонив голову перед Господом, по словам родителей – строгим и наделенным властью карать за грехи.

Много лет спустя Хью рассказывал в одном из интервью:

«Я часто слышал от родителей о Боге, о его суровости, но никогда о том, что Бог милостив и щедр. В нашей семье не имели понятия что такое ласка. Ни отец, ни мать никогда не говорили, что любят меня. Я не знал родительских объятий. Мама не целовала меня на ночь. У нее было что-то вроде фобии: она панически боялась микробов.

Наверное, именно поэтому, как бы странно это ни звучало, я находил тепло и особое удовольствие, укрываясь своим любимым шерстяным одеялом. То была самая дорогая вещь, которой я обладал в детстве. На полях этого, служившего мне защитой, куска ткани, были изображены кролики. Тогда же, в детстве, я, как, наверное, многие мои сверстники мечтал о щенке – живом, игривом создании, но из-за все той же боязни микробов моя мать была категорически против того, чтобы в нашем доме появилось какое бы то ни было животное.

И все-таки моя мечта сбылась. Однажды я заболел отитом и лежал, мучаясь от непереносимой боли. Чтобы как-то приободрить меня, родители принесли мне собаку. Животное оказалось слабеньким и буквально через пять дней мой новый друг захворал, да так, что утратил способность самостоятельно передвигаться. Я закутал щенка в свое любимое одеяло с кроликами и не переставал надеяться на его выздоровление. Когда он, в конце концов, умер, мама заявила, что одеяло полно болезнетворных бактерий и сожгла его».

Журналист, беседовавший с Хефнером, вспомнил, как Хью помолчал несколько минут и затем добавил:

«Порой мне кажется, что и теперь я – тот самый маленький мальчик, который отчаянно ищет любви».

Уже в раннем детстве у Хью проявился художественный талант. Когда им с братом было скучно болтаться по дому, матушка отправляла мальчиков на задний двор, всучив ребятам глину – желтую, белую, красную, и карандаши с бумагой. Хеф и сам не замечал, как, увлеченный рисованием, переносился из мира реального в мир фантазий. Для того, чтобы вернуть сына на грешную землю, отцу приходилось громко окрикнуть его. Кит же в таких случаях сильно толкал брата локтем в бок.

«Мы с Китом были очень дружны и во многом похожи, только я на два года был старше брата. Кит во всем старался мне подражать, смотрел на меня снизу вверх. У нас были одинаковые интересы – мы оба серьезно интересовались животными, а уж потом – когда стали постарше – серьезно увлеклись девушками».

Старательный во всем, что любил, Хью к стыду и отчаянию своей матери, никак не мог преуспеть в школе. Казалось, с учебниками и тетрадками он неизменно брал из дома рассеянность. Впрочем, сам Хью не видел в своей рассеянности большой беды. Другое дело – проклятая застенчивость, порядком мешавшая ему жить. Как бы там ни было, ни рассеянность, ни застенчивость не смогли помешать Хефнеру, когда, оказавшись в гостях у одноклассника в сороковые годы, мальчик увидел один из выпусков легендарного журнала Esquire⁶, на страницах которого красовались рисованные девушки в стиле пинап⁷. Но не только девушки увлекли юного Хью. Esquire позволил ему заглянуть в неведомый до того дня мир: реклама дорогих сигар и роскошных автомобилей, произведения Эрнеста Хемингуэя⁸ и Фрэнсиса Скотта Фицджеральда⁹, интервью со знаменитостями – все, что, в том числе, годы спустя, представил своим читателям Playboy.

«Я хотел сделать журнал, похожий на тот, довоенный Esquire, – рассказывал Хефнер журналистам. – После войны это издание сменило свой облик, а напрасно. В нем было все, что нужно мужчине».

Было бы неправильно утверждать, что только журнал оказал влияние на становление издателя Хью Хефнера. Книги… Он читал все что попадалось ему под руку, позже начал относиться к литературе более избирательно. Однажды на глаза Хью попались труды американского сексопатолога Альфреда Кинси¹⁰ «Половое поведение самца человека» и «Половое поведение самки человека».

Являясь не только сексопатологом, но и специалистом в области энтомологии и зоологии, профессор Кинси продолжительное время изучал орехотворок¹¹ и, в том числе, различные способы их спаривания. В то же время он задался вопросом, – насколько обширен список сексуальных практик человека. Проинтервьюировав своих земляков, Кинси пришел к выводу, что несмотря на строгие, царящие в обществе нравы, человеческая природа все равно возьмет свое. Так, многие из опрошенных сообщили, что занимались сексом до брака с разными партнерами и даже разными предметами.

Описывая особенности человеческой физиологии, в своих книгах доктор объяснял природу возникновения гомосексуализма, садомазохизма, рассказывал о тонкостях супружеского секса. Неудивительно, что заинтересовавшаяся деятельностью Кинси католическая церковь объявила его своим врагом.

Прочитанное потрясло Хью. В старших классах он написал эссе, в котором обвинял американское общество в ханжестве. Граждане страны, которая на каждом углу кричит о свободе и правах человека, стесняются говорить вслух о сексе, а местные законы запрещают аборты, что развязывает руки так называемым «мясникам», вспарывающим животы бедным женщинам вязальными спицами, крючками, кухонными ножами.

«Я ожидал, что после Второй мировой войны в нашем обществе что-нибудь изменится, – делился Хью с журналистами. – Ведь случилось же это в двадцатые годы: на улицах стали появляться девушки в коротких юбках, почти в каждом доме стал звучать джаз.

Мои надежды были напрасны. Я помню, как поступив в Иллинойский университет, заметил, что юбки – если мы начали говорить о них – моих однокурсниц становятся все длиннее и длиннее. И, знаете, я понимал, что это дурной знак, своего рода один из символов репрессивного времени. Вы не создадите авторитарного государства, если не будете контролировать личный выбор людей, в том числе – их сексуальный выбор. У каждого человека – свое тело и свой разум. То, что государство и церковь пытаются загнать нас в рамки – преступление против человеческой природы. Когда я решил создать журнал, я планировал рассказать людям, что такое свобода – личная, политическая, экономическая. С акцентом на личное. Секс никогда не был и не должен был стать главной темой выпусков Playboy. Секс был лишь частью пакета».

Согласно официальной версии, история журнала Playboy началась с конфликта. 27-летнему мистеру Хью Хефнеру, занимавшему должность копирайтера в редакции журнала Esquire, в ответ на его просьбу прибавить жалование, отказали. Мистер Хью Хефнер вспылил и уволился.

Это официальная версия, но есть еще и личная. Отчасти история Playboy началась с подорванного доверия. Незадолго до окончания Второй мировой войны, до того, как его призвали в армию, Хью влюбился в соученицу по колледжу Милдред Уильямс.

Хотел утопиться – работа спасла

«В то время заниматься сексом до брака считалось почти преступлением. Рождение ребенка вне брака было скандалом, трагедией. Вместе с тем аборты были запрещены. Я помню случаи, когда девушки, забеременев, сводили счеты с жизнью. Оральный секс считался уголовным преступлением. И даже в браке заниматься этим казалось чем-то вопиющим. Позже, когда я делал первый выпуск Playboy, в знаменитом американском сериале пятидесятых годов «Я люблю Люси»¹² артистам строго-настрого запретили произносить слово «беременная».

Воспитанные в таком обществе, мы с Милдред решили, что, когда я, спустя два года вернусь из армии, мы поженимся и все приличия будут нами соблюдены. Однако когда я вернулся, мы не удержались и интимные отношения случились у нас до того, как мы стали мужем и женой. Мы занялись любовью, а после Милли призналась мне, что в мое отсутствие у нее завязался роман с каким-то учителем (будущая жена Хью преподавала в школе английский язык), и что она спала с тем, другим мужчиной. После того, как она мне об этом сказала, надо мной словно туча нависла», – вспоминал Хефнер.

В 1949 году состоялась их с Милли свадьба. Один за другим появились на свет дети – дочь Кристи и сын Дэвид Пол. И все, казалось бы, складывалось в их семье неплохо, и вся жизнь была впереди, но Хью никак не мог избавиться от тягостных, изнурявших его мыслей: «Мне постоянно казалось, что в постели нас трое».

Первые четыре года их с Милдред брака стали временем зарождения и становления Playboy. Правда, вместо разноцветной глины и карандашей, которые помогали мальчику забыть о несовершенстве мира, на его столе теперь стояла ручная шестисотдолларовая пишущая машинка.

«Он практически жил между страниц, – вспоминали помощники Хефнера. – Контролировал каждую мелочь. А рядом с его рабочим кабинетом была крохотная комнатка, в которой Хью спал час-другой в сутки». Позже Хеф откровенно признавался: работа над журналом буквально спасла его жизнь. Ведь были моменты, когда, осознавая, что его браку приходит конец, он часами выстаивал у Чикагской реки и размышлял о том, что, если у него хватит духу покончить с собой, всем будет только лучше. Когда же кто-то из журналистов спросил Хью, каким он в те годы был отцом, он ответил предельно честно: «Отсутствующим».

Закрывая дверь в прошлое, коим одномоментно стал для него рекламный отдел журнала Esquire, Хью понимал одно: пришло время действовать самостоятельно. Но для воплощения давней мечты требовались деньги, а их-то у него как раз и не было.

«Да, у меня буквально не было денег. Надо было шевелить мозгами и шевелиться самому. Для начала я взял в местном банке потребительский кредит, составлявший шестьсот долларов, затем пошел в ссудную компанию и заложил всю мебель, которая была у меня в доме. Выручил за нее четыреста долларов. А уж потом я составил список всех родственников, друзей и знакомых и направился к ним с протянутой рукой.

Тысячу долларов дала мне моя мама: она не столько верила в успех предприятия, сколько любила своего сына. Несколько сотен я получил там, несколько – здесь. Когда же сосчитал все, что мне одолжили, сумма составила восемь тысяч долларов. Эти деньги и стали тем фундаментом, на котором должен был создаваться и создавался мой журнал».

8 тысяч долларов и «кроличья голова»

Работа над первым номером Playboy потребовала немало нервной энергии новоявленного издателя. Чего стоило придумать одно только название.

«Цилиндр», «Холостяк», «Пан», «Сэр», «Джентльмен», «Сатир»? Из множества вариантов был выбран Stag Party («Мальчишник»).

Но, по закону подлости, всего за неделю до выхода журнала, Хефнер получил письмо с претензией: проведавшие о планах Хью собственники существовавшего тогда журнала с похожим названием, рвали и метали.

«Я получил письмо от Нью-Йоркской юридической фирмы, которая представляла журнал Stag. В журнале посчитали, что мы посягаем на их титул и настоятельно посоветовали выбрать для себя что-нибудь другое, в противном случае нам угрожали судебным иском».

После недолгих раздумий появилось название Playboy.

Пошла насмарку работа приятеля Хью, карикатуриста Арвы Миллера. В качестве эмблемы Stag Party был нарисован олень, наряженный в смокинг и державший в копыте бокал с коктейлем. Для вновь избранного названия журнала олень был слишком серьезен и старомоден. Требовалось что-то более легкое, игривое, а главное, запоминающееся. Что-то вроде Юстаса Тилли¹³ из американского еженедельника The New Yorker¹⁴. Хорошенько поразмыслив, Хеф предложил идею с кроликом.

«В ту пору я работал свободным художником, – рассказывал журналистам автор кроличьей головы, американский дизайнер Арт Пол, – рисовал листовки, плакаты, разрабатывал логотипы. У меня была своя студия в Чикаго. В эту самую студию и заглянул однажды Хефнер. Он долго и пристально рассматривал висящие на стенах и разложенные на столе образцы и, наконец, спросил, кивнув на плакаты и листовки: «Это твоя работа или то, что тебе нравится делать?» – «И то, и другое», – совершенно искренне ответил я».

Первый набросок не заставил себя долго ждать. На нем был изображен кролик, одетый в халат и домашние тапочки. В его комнате было то, что можно обнаружить в комнате практически любого мужчины: статуэтки обнаженных женщин, кресло с потертой спинкой, книги, коллекция курительных трубок, столик со стоящими на нем стаканами. Именно этот рисунок был напечатан в первом номере журнала.

Логотип «кроличья голова», набросанный Артом Полом на коленке, ожидала долгая и счастливая жизнь.

«Я нарисовал новый логотип за несколько минут, – вспоминал Пол. – Если бы я знал, насколько известной станет эта торговая марка, я бы потратил на нее больше времени – и, вероятно, все получилось бы не так хорошо, как получилось.

Знаменитая «кроличья голова» / Shutterstock

Почему я нарисовал кролика? Во-первых, кролик – это инстинкты. Во-вторых, как мне кажется, это очень несерьезное животное. Таким образом я хотел показать, что Playboy – издание для людей, которые умеют подтрунивать над собой и над жизнью».

А вот как объяснил свой выбор Хью Хефнер:

«Кролик – шустрое, игривое, забавное существо. Кролик чувствует вас, интересуется, убегает, затем возвращается. С ним хочется играть, гладить его. Кролик и некоторые девушки очень похожи».

Первый номер Playboy вышел в 1953 году.

«Если вы – мужчина в возрасте от 18 до 80 лет, Playboy именно то, что вам нужно, – обращался к своим читателям Хью. – Если вы любите юмор, оригинальность и вам не чуждо остроумие, Playboy наверняка станет вашим любимым журналом. С самого начала хочу внести ясность: мы не относимся к так называемым «семейным журналам». Поэтому, если вы – чья-то сестра, жена, свекровь – подобрали нас по ошибке, отдайте журнал проживающим в вашем доме мужчинам и возвращайтесь к своим подругам.

На страницах Playboy вы найдете художественную литературу, карикатуры, юмор и материалы, отобранные из самых интересных источников прошлых и последних лет. Большинство современных журналов проводят время «на улицах» города. Мы тоже обещаем вам подобные прогулки, но все-таки большую часть времени будем коротать дома.

Мы любим свой дом, получаем удовольствие от смешивания коктейлей и приготовления вкусной еды, мы включаем приятную музыку и приглашаем знакомых женщин, чтобы поговорить с ними о Пикассо¹⁵, Ницше¹⁶, джазе, сексе.

Пусть другие журналы рассказывают вам о том, как избежать грыжи или построить паровую баню, мы предпочитаем посвятить свое время приятному времяпрепровождению. Мы не будем обсуждать государственные дела и решать мировые проблемы. Мы не собираемся отстаивать моральные истины. Если американские мужчины немного посмеются вместе с нами и отвлекутся от проблем атомного века, мы будем считать, что живем не зря».

Первый выпуск Playboy рассказывал читателям о еде и напитках, о спорте и джазе, здесь было что почитать и чему улыбнуться. Но гвоздем номера была, конечно, она – «The famous Marilyn Monroe nude» – «Знаменитая и обнаженная Мэрилин Монро¹⁷».

«Я искал какой-нибудь привлекающий внимание трюк для первого номера. Помню, как увидел фотографию Мэрилин Монро. Фотография эта – до тех пор нигде неопубликованная – принадлежала календарной компании Джона Баумгарта, офис которой располагался в западной части Чикаго. Я сел в свой потрепанный «Шевроле» и во весь опор помчался туда.

Джон оказался парнем сговорчивым и продал мне снимок, заодно позволив опубликовать его в журнале, – вспоминал Хью. – Мэрилин училась в актерском классе моего брата в Нью-Йорке. Лично мне ни разу не удалось с ней встретиться. А вот по телефону поговорить, правда, всего однажды, посчастливилось».

Мэрилин Монро: «Они не попросили разрешения и не прислали журнал»

Уже после выхода первого номера Playboy, Мэрилин была вынуждена оправдываться перед журналистами.

«В начале своего творческого пути я действительно очень нуждалась в деньгах и снялась в обнаженном виде. Тогда я представилась Моной Монро. Понимаете, я всегда стыдилась сделанного, боялась, что меня заклеймят, если эти снимки где-нибудь всплывут. Я слышала, что фотограф Том Келли, сделавший эти фото, продал их за девятьсот долларов компании Western Lithograph, и они были опубликованы в календаре Golden Dreams. Cама я получила за эту работу пятьдесят долларов – гонорар модели. И вдруг то, о чем я предпочла бы не вспоминать, появляется в журнале мистера Хефнера.

Никто никакого разрешения у меня не спрашивал. Я даже благодарности не услышала от тех, кто на этом заработал деньги. Да что там! Мне журнал и тот не прислали. Пришлось раскошелиться, чтобы на себя поглазеть».

Обложка первого номера Playboy на почтовой марке островного государства Сент-Винсент и Гренадины / Shutterstock

«Нам не требовалось ее разрешение, – заявлял Хефнер. – Фотограф Том Келли в свое время заплатил Мэрилин за съемку, а после продал сделанные снимки компании Баумгарта. Только последний владелец снимков мог решать, кому их отдать или продать, что он, собственно, и сделал».

«Хью Хефнер обеспечил своему изданию успех уже в тот момент, когда выбрал фотографию обнаженной Монро на разворот. Это был и остается самый сексуальный пинап за все время существования Playboy», – писали журналисты газеты The New York Times¹⁸.

«История с публикацией моих фотографий в журнале мистера Хефнера вызвала раздражение и даже испуг у руководителей студии 20th Century Fox¹⁹, – вспоминала актриса. – Когда меня пригласили на ковер и спросили, не подделка ли это, я вынуждена была признать, что фотографии мои. Кто-то высказал опасения, что теперь я могу забыть о карьере, но, к счастью, все обернулось для меня самым наилучшим образом».

«Думаю, именно тот факт, что мы опубликовали фото Мэрилин, во многом поспособствовал дальнейшему развитию ее карьеры», – совершенно справедливо замечал новоявленный издатель.

Когда в декабре 1953 года первый номер Playboy увидел свет – а надо вспомнить, что журнал вышел в той Америке, где не поощрялись добрачные интимные отношения, где были запрещены аборты и, где произнесенное вслух слово «секс» вызывало шоковое состояние у окружающих – он был продан в количестве 57 (54) тысяч номеров всего за несколько недель.

Успешный старт вдохновил Хью.

«То, что получилось в итоге, почти на сто процентов отвечало той картинке, которая изначально сложилась у меня в голове. Первый номер Playboy стал своего рода книгой реализованных детских, юношеских, мужских желаний, моих желаний, которые впоследствии совпали с желаниями наших читателей».

Теперь Хеф почти не выходил из-за письменного стола, раздумывая над тем, чьи фотографии будет размещать в следующих номерах своего журнала. Поначалу их приобретали у фотографов, специализировавшихся на такого рода снимках. Попытки же привлечь к фотосессии девушек, которые прогуливались по улицам, заканчивались появлением ужаса в округлившихся девичьих глазах.

Ищем подружек, готовых раздеться

Первыми отважившимися раздеться перед камерой моделями Playboy становились его сотрудницы.

«Помню, что Джанет Пилгрим – наша менеджер по подписке – согласилась на мои уговоры только после того, как я пообещал приобрести автоответчик для того, чтобы облегчить ей работу. Обещание свое я, конечно же, выполнил».

Именно тогда, когда Хефнер направлял на своих сотрудниц объектив камеры, ему в голову пришла идея соседской девчонки, подружки по играм – именно так впоследствии называли моделей Playboy.

«Если вы обратите внимание на наших девушек, – писал Хью, – среди них нет утонченных дам, сложных натур в кружевном нижнем белье. Нас не интересуют трудные, вечно грустные и роковые. Девушка из Playboy – веселая, здоровая девчонка – соседка. У нее нет никаких кружев. У нее вообще нет белья. Она голая, хорошо вымытая с мылом и всегда счастливая».

То, чего не могли или с трудом добивались фотографы-мужчины, с успехом удавалось фотографам-женщинам вроде Банни Йеджер²⁰.

По иронии судьбы, уже в юные годы Линнея Элинор Йеджер получила прозвище Банни (Кролик) в честь кролика, сыгранного в школьном рождественском спектакле.

Вспоминая родные края, Линнея рассказывала:

«Питкэрн в Пенсильвании – Богом забытое местечко, где не с кем было играть и приходилось самостоятельно придумывать развлечения. Настоящим спасением стали для меня в те дни старые киножурналы. Я позаимствовала их у кого-то из родственников. Разглядывая размещенные в журналах фотографии «звезд», я начала сочинять себе костюмы из подручного материала и красоваться перед зеркалом.

Когда нам привозили фильмы, и мы ходили по выходным в кинотеатр, я замечала, какими глазами мужчины смотрят на красоток, видела, что выбирают самых сексуальных, и изо всех сил стремилась стать одной из таких девушек. Мне нравилось, когда на меня глазели».

Несомненно, именно желание выделиться привело Банни в модельную школу в Майами. К концу 1950-х она стала одной из самых снимаемых моделей.

«Для дальнейшего развития карьеры мне нужны были копии моих фотографий, которые я могла бы отправлять потенциальным работодателям, но таких копий у меня было раз, два и обчелся, а сделать их у профессиональных фотографов стоило немалых денег. Тогда я задалась вопросом: почему я должна платить за то, что могу сделать сама»

Поступив в колледж для того, чтобы освоить специальность фотографа, Банни поняла: фотограф из нее куда лучший, нежели модель.

«Особенно нравилось мне снимать обнаженную натуру. Такая работа требует деликатности и сосредоточенности. Оценив то, что я делаю, педагоги порекомендовали отправлять снимки в журналы – так я могла неплохо заработать. Снимки обнаженных женщин в ту пору размещали ежемесячники «Как принимать солнечные ванны» и «Художественная фотография».

Как-то раз, обойдя все киоски в округе, Банни увидела один из первых номеров нового журнала. Назывался он Playboy.

«О том, кто такой Хью Хефнер, я понятия не имела, но рассудила так: если редакция молодая, здесь вполне могут обратить внимание на начинающего фотографа вроде меня».

Йеджер не ошиблась. Первую же рождественскую обложку Playboy украсила фотография ее работы. Со снимка улыбалась Нью-Йоркская модель Бетти Пейдж²¹ в колпачке Санты.

«Не прошло и года, как Хью перезвонил мне и предложил за работу сто долларов, – вспоминала Йеджер. – Журнал тогда только становился на рельсы и гонорары были скромные».

Распахнув однажды дверь редакции, Банни задержалась здесь надолго. Работая моделью, она позировала Хью. Работая фотографом, она проявляла чудеса дипломатии.

«Как женщине и модели мне было проще, чем мужчинам уговорить девушек снять с себя одежду и расслабиться. Я находила «подружек» на автобусных остановках, в парках и кафе. Первое, на что обращала внимание – лица. Они должны были быть выразительными. Что до недостатков фигуры, можно было что-нибудь придумать потом, в студии. Подходя к девушкам, я представлялась фотографом, оставляла им свою визитку, предлагала подумать над предложением сделать несколько снимков, а в случае положительного решения перезвонить. Так я нашла девятнадцатилетнюю Лизу Уинтерс – с ней мы встретились на автобусной остановке. Она стала первой «подружкой» журнала 1957 года».

Шло время. Публикация в Playboy стала счастливым билетом в мир, о котором многие могли только мечтать. «Подружек» Хефнера начали приглашать сниматься в рекламе и кино, росли их гонорары, появлялись состоятельные поклонники.

Отныне не Playboy искал девушек. Отныне девушки искали расположения журнала.

«Фотографий становилось все больше, – вспоминал Хью. – Они валялись на полу и на столе. В качестве рабочей поверхности пришлось использовать ковер. Мы с карикатуристами и художниками совещались, стоя на этом ковре на коленях».

Большая стопка секс-журналов

Еще в юности читая Кинси, и осознавая, что представляет из себя предложенная ему и его соотечественникам хваленая свобода, выстраивающий карьеру издателя и редактора Хью познал все «прелести» условностей, правивших бал в Америке пятидесятых годов. Одной из таких условностей был запрет на пересылку каких-либо товаров эротического характера. Руководствуясь существующим законом, почтовая служба США предоставляла компании Хефнера возможность транспортировки его продукции строго первым, а не вторым классом (вторым классом пересылались в ту пору почти все периодические издания в Соединенных Штатах, и это было ощутимо дешевле). Все запросы о пересмотре поставленного условия почтовым ведомством отклонялись. Много лет спустя прошедший большую часть своего пути, Хефнер показал журналистам вырезку из одной из американских газет:

«Вашингтон. Вчера вечером почтовое ведомство сообщило, что вынуждено было изъять копии ноябрьского номера журнала Playboy после жалобы на непристойность издания.Департамент добавил, что его главный юрисконсульт Герберт Б. Уорбертон дал указание почтмейстеру в Чикаго воздержаться от приема новых копий журнала, предложенных для пересылки. В департамент также обратились из церковной комиссии по издательскому делу и попросили срочно принять меры против данного (Playboy) мужского журнала».

А вот что рассказал своим коллегам американский журналист Сэм Смит:

«В пятидесятые годы я был радиорепортером, и брал интервью у помощника генерального почтмейстера. Это были дни, когда почта запрещала пересылку так называемых изданий для взрослых. Помню процесс журнала Playboy с почтовым департаментом США. Хефнер выиграл тогда судебную тяжбу и его издательство получило сто тысяч долларов в качестве компенсации».

(Описывая пикировку мистера Хью с генеральным почтмейстером Артуром Саммерфилдом, журналисты американских изданий с удовольствием цитировали фразу, произнесенную Хью во время судебного разбирательства:

«Мы не думаем, что в полномочия почтмейстера Артура Саммерфилда входит редактирование журналов. Скорее, он должен заниматься доставкой почты»).

«Теперь самое интересное, а именно, почему мне все это запомнилось, – продолжал рассказ Сэм Смит. – Я брал интервью, сидя в просторном, старомодном кабинете, рядом со мной в дорогом кожаном кресле расположился помощник генерального почтмейстера, а на его рабочем столе лежала стопка зачитанных до дыр секс-журналов – самая высокая стопка, какую я когда-либо видел».

«Секс-журнал» – именно такие ассоциации возникали и возникают у людей, когда они слышат Playboy. Сам же Хью повсюду, в том числе тогда, в суде, доказывал: это журнал об образе жизни, это добротная литература, это джаз, первоклассная кухня и, конечно, красивые женщины.

«– И все-таки, когда люди говорят о вашем журнале, они имеют в виду именно женщин. Они не говорят: «классный журнал об образе жизни», – заметил один из журналистов, беседуя с Хефнером.

– Да, все помнят только девочек, потому что таков мир, в котором мы живем».

Следующих номеров Playboy читатели ожидали с нетерпением. Заметив ошеломительный успех нового журнала, в редакцию все чаще стали заглядывать рекламодатели. Хью предлагали рекламу восстановителей и красок для волос, бандажей, курсов, на которых обучали всякой ерунде. Несмотря на то, что деньги никогда не бывают лишними, Хефнер отказывался от восьмидесяти процентов предлагаемого его журналу «хлама». Но вот, в феврале 1955 года читатели Playboy впервые увидели на одной из страниц рекламу простыней, а спустя два года объявления такого рода стали появляться здесь регулярно. Продвигая красивый и комфортный образ жизни, мистер Хефнер привлекал своих знаменитых друзей – голливудских актеров, джазовых исполнителей и не только. Так, Арнольд Шварценеггер рекламировал калифорнийское бренди, Клинт Иствуд – свитера, Барт Рейнолдс – мужские браслеты. Сам Хью, правда, уже в преклонные годы, охотно снимался в рекламе алкогольных напитков – водка «Столичная», джин Tanqueray и пиво «Бавария».

В 1956 году читатели активно приобретали продукцию с логотипом Playboy: запонки и кнопки, галстуки и браслеты, спортивные рубашки…

Реклама интерьеров, курительных трубок, путешествий на яхтах…

«Вы можете жить безвкусно, а можете пойти по иному пути, – говорил Хью. – Мы хотели вовлечь наших читателей в игру, объяснить им, что сами по себе вещи не значат ровным счетом ничего и, тем не менее, мы получаем удовольствие, когда пользуемся ими. А жизнь не бесконечна и нужно получать от нее удовольствие. Как сказала тетушка Мэйми: «Жизнь – банкет, на котором большинство людей умирает голодной смертью».

Ни на день не останавливаясь, кипела редакционная работа.

«Я был мечтателем и делал все, чтобы моя мечта сбылась», – рассказывал журналистам Хеф.

Постепенно коллектив пополнялся новыми сотрудниками и среди них – один из самых знаменитых художников, работавших в стиле пинап – Альберто Варгас²² (Варгаш). Выходец из Перу, он начал свою карьеру в двадцатые годы в США в качестве рисовальщика ревю «Безумства Зигфелда»²³. Через двадцать лет знаменитые рисованные девушки Варгаса были известны всем, кто хоть однажды держал в руках журнал Esquire – тот самый, который так вдохновил Хефнера-школьника. Примечательно, что именно рисованные девушки Альберто стали поводом для судебной тяжбы Esquire с… да-да, почтовой службой США. Три года – с 1943 по 1946 год длилась тяжба. Ведомство добивалось запрета «непристойных» изображений в средствах массовой информации, либо перевода изданий неподобающего характера в дорогостоящую почтовую рассыльную категорию. Правда в затянувшемся процессе оказалась на стороне Esquire и Варгаса.

Вспоминая об этой истории, Хефнер писал:

«Еще в сороковые годы Почтовое ведомство США и особенно федералы возражали против карикатур и девушек в стиле пинап Альберта Варгаса. Выиграв судебное дело, журнал, тем не менее, отказался от карикатур».

Остин Рид, бывший художественный директор Playboy рассказывал:

«Я всегда был фанатом Варгаса. Помню, как нашел какие-то старые, неиспользованные слайды картинок Альберта, которые пылились у нас с 1957 года. Я увеличил их до 50 см и повесил на стенку своего кабинета – так, чтобы они каждый раз попадались на глаза Хефнеру. Однажды Хью просунул голову в дверь и сказал: «Может быть». А спустя три месяца мы заполучили Варгаса в наш журнал. Альберт делал наброски и дюжинами приносил их мне для обсуждения».

В 1958 году Хью Хефнер был приглашен в суд по семейным делам. Издателя обвиняли в содействии преступлению в отношении несовершеннолетней. Речь шла об Элизабет Энн Робертс²⁴, чья фотография была опубликована в Playboy в том же году. В редакции Элизабет ласково окрестили «школьной подружкой», а под снимком сделали игривую приписку о том, что, прежде чем согласиться на фотосессию, руководство журнала потребовало у матери Элизабет письменное разрешение. Интересно, что упомянутый документ действительно существовал и в нем черным по белому было написано, что девушке исполнилось восемнадцать лет. Позже вездесущие журналисты выяснили: мать, которая привела дочь в редакцию Playboy, солгала, ведь ее девочке было лишь шестнадцать. Разразился страшный скандал.

«Хефнер торгует снимками несовершеннолетних!» – и это самое лучшее, что Хью услышал тогда о себе.

Немало потрепав ему нервы, суд, в конце концов, снял с издателя обвинения, ведь на руках у его защитников было письменное разрешение легкомысленной матери.

«Я покупаю Playboy из-за рассказов»

Едва выпустив первый номер своего журнала, воодушевленный воспоминаниями о довоенном Esquire, Хью озаботился о своего рода журнальной литературной гостиной для талантливых авторов. В разные годы на страницах издания появлялись произведения таких – сегодня всемирно известных – писателей, как Джон Апдайк, Маргарет Этвуд, Алекс Хейли, Филип Рот, Стивен Кинг, Артур Конан-Дойл, Владимир Набоков, Чак Паланик, Ян Флеминг, Трумен Капоте, Курт Воннегут, Гарсия Маркес и другие.

В 1954 году Хью Хефнер приступил к публикации отрывков научно-фантастического произведения американского писателя Рэя Брэдбери²⁵ «451 градус по Фаренгейту». Роман вышел в 1953 году ограниченным тиражом и еще не был знаком широкой публике.

Рэй Брэдбери / Shutterstock

В то время – время маккартизма²⁶, когда применялись репрессии ко всем, кто отваживался критиковать американское правительство, законы, образ жизни, это был очень смелый и очень провокационный роман. Автор проводил аналогию между Америкой настоящего и ближайшего будущего и фашистской Германией, показывал реальность, доведенную до абсурда. Еще немного и завтра могут начать сжигать книги («451 градус по Фаренгейту – температура, при которой горит и плавится бумага».). И уже завтра вы можете оказаться на месте героя данного романа. Как бы и вам не пришлось запоминать полюбившиеся тексты наизусть, чтобы хотя бы так сохранить вечное для потомков.

Неудивительно, что критики тут же увидели в романе намек на американскую цензуру тех лет. Хорошо понял и полюбил роман и молодой издатель Хефнер. Понимал он и то, что после подобной публикации его журнал могут закрыть. Понимал, но сознательно шел на риск.

В 1996 году в интервью корреспонденту журнала Playboy Кену Келли Рэй Брэдбери рассказывал:

«Я с самого начала полюбил этот журнал, потому что только у его редакторов хватало смелости заявить: «Плевать, что скажет сенатор Маккарти²⁷». Только в Playboy согласились напечатать отрывки из «Фаренгейта». Никому больше в то время я не смог бы продать эту повесть – все, кроме Хефнера боялись.

Журнал Хью сделал столько, сколько не сделало ни одно другое издание. В пятидесятые годы Хеф публиковал лучших мастеров короткого рассказа, я уж не говорю о новеллистах, эссеистах, других деятелях искусств. Все эти люди нашли в журнале своего рода трибуну, с которой можно было разговаривать со своими читателями».

Примечательно, что именно после публикации в Playboy роман «451 градус по Фаренгейту» обрел заслуженное признание и любовь читателей.

В 1955 году американский сценарист, писатель-фантаст Чарльз Бомонт²⁸ предложил Playboy куда более провокационное произведение «Кривой человек».

Ни один, даже самый прогрессивный журнал не решился бы опубликовать в те годы, в той пуританской стране, где «геи и лесбиянки жили, тщательно скрывая свою ориентацию и встречались украдкой», произведение, героями которого были гомосексуалы.

«– Вы были первым, кто в 1955 году опубликовал в то время провокационную историю, где так открыто говорится о гомосексуализме, – вспоминал один из журналистов, беседуя с Хью Хефнером. – После того, как журнал вышел, читатели возмущались, но вы стойко защищали и само произведение и его автора.

–Да. Любопытно, что сначала эта история была предложена журналу Esquire, но там ее отклонили, испугавшись проблем. Я же сразу сказал, что это именно то, что требуется Playboy».

Публикация произведений в жанре научная фантастика в журнале Хефнера – не случайность. В детские, а затем и юношеские годы Хью запоем читал легендарное издание Strange stories. Эта страсть не могла не напомнить о себе, когда Хеф начал издавать свое детище.

За произведениями Брэдбери и Бомонта последовали феминистские истории канадской писательницы, поэтессы, литературного критика Маргарет Этвуд²⁹ «Рассказ служанки» и «Болотный человек».

Вспоминая о своем сотрудничестве с Playboy в беседах с журналистами, Маргарет шутила:

«Поверьте, я была не единственной женщиной, которая приходила в эту редакцию и не раздевалась».

В свое время в Playboy публиковался и всемирно известный в ту пору британский писатель Артур Кларк³⁰. Его «Встреча с Медузой» была с огромным интересом встречена читателями.

Артур Кларк / Wikimedia

Далеко не все авторы соглашались отдавать свои рукописи Хью. Некоторые считали издание чересчур легкомысленным, другие… боялись жен. Уж очень сомнительная была у издания репутация.

«Многие стеснялись покупать наш журнал, не понимая того, что было понятно нам, работающим непосредственно в редакции, – рассказывала журналистам бывший редактор отдела художественной литературы в Playboy Эми Грэйс Лойд. – Обнаженные женщины в журнале выполняли функцию зазывал. Они заманивали людей к нам, а редакторы наполняли читателей духовной пищей».

«Помимо рассказов, эссе, повестей авторов, которых мы приглашали сами, – вспоминала в интервью Элис Тернер, проработавшая редактором Playboy более двадцати лет, – мы получали произведения от заключенных и механиков , по пятьдесят или даже восемьдесят произведений в день».

По воспоминаниям Элис было немало людей, которые недоумевали: для чего литература в секс-журнале.

«Те, кто продавал издание, с огромной радостью вырвали бы из него литературные страницы!

Хотя, нет… Я ошибаюсь. Ведь тогда журнал невозможно было бы продать. А так люди робко просили Playboy и тут же оправдывались: «Я покупаю его только ради рассказов». Потом вся редакция шутила на этот счет», – смеялась Элис.

«Держись чернильницы, малыш!» Карикатуристы в Playboy

Многое из того, что случается с вами во взрослой жизни, родом из вашего детства. Обучаясь в средней школе, Хефнер завел альбом-дневник, в котором рисовал карикатуры на себя, своих друзей, родителей. Хью старательно изображал жизнь мальчишки по имени Хеф. Уже тогда ему стало ясно, что всего лишь одна небольшая юмористическая или сатирическая картинка может сказать, порой, больше, чем пространный, растянутый на несколько страниц текст.

Рисовал Хью карикатуры и когда учился в Иллинойском университете. Здесь он впервые попробовал себя в качестве редактора студенческого журнала. Кроме того, по свидетельству друзей, за несколько лет до того, как начал работу над Playboy, Хефнер умудрился издать свою первую книгу комиксов.

«Задолго до того, как стать редактором и издателем, Хью Хефнер мечтал стать карикатуристом, – писал Майкл Кэнва в The Washington Post³¹. – Эта страсть в во многом сформировала Хефнера-издателя».

«Хью уделял карикатурам в своем журнале не меньше внимания, чем обложке, – вспоминал американский художник-мультипликатор, режиссер, один из создателей мультсериала «Симпсоны»³² Дэвид Силверстайн. – Многих художников-карикатуристов Хефнер обеспечил работой и высокими зарплатами. Многим карикатуристам, чьими работами он восхищался в детские годы, помог снова встать в строй на долгие годы».

В 1993 году персонаж Хефнера появился в «Симпсонах».

Хью в долгу не остался и в 2009 году, на обложке ноябрьского журнала Playboy появилась очаровательная обнаженная, прикрытая головой кролика Мардж³³. Такой подарок журнал сделал создателям «Симпсонов» к двадцатилетию сериала.

Со временем в команду Хью вошли лучшие американские карикатуристы: Роберт Браун, Гаан Уилсон, Дуг Снейд, Лерой Нейман, Джек Коул, Харви Курцман и кумир детства Хью – Милтон Канифф

Уже будучи знаменитым издателем, Хефнер рассказывал журналистам, как работая над номером летом 1953 года, он вспомнил о комиксе, нарисованном Каниффом во время Второй мировой войны для Stars and Stripes³⁴ и Yankee³⁵ под названием «Мужской зов». Это был комикс для военнослужащих и его героиней была сексуальная мисс Лейс.

Та самая мисс Лейс / Wikimedia

«Я нашел адрес Милтона и обратился к нему с вопросом: могу ли перепечатать некоторые полосы. А еще я набрался наглости и попросил прислать мне те комиксы, которые подвергли цензуре и которые так и не были напечатаны. Какова же была моя радость, когда сам Канифф, мой кумир, ответил мне – человеку, без особой надежды на успех собиравшему первый выпуск Playboy – утвердительно. Еще большие размеры приобрела эта радость, когда мне удалось заполучить Каниффа в качестве штатного карикатуриста моего журнала, – вспоминал Хефнер.

А ведь было время, когда совсем молодой Милтон разрывался между желанием стать карикатуристом и актером. Позже он вспоминал, как кто-то сказал ему: «Держись чернильниц, малыш. Актеры едят нерегулярно».

Еще одним художником, которым так восторгался Хью, был Джек Коул. Его работа появилась в пятом номере Playboy и с тех пор читатели с нетерпением ожидали каждую новую карикатуру Коула.

Джек был невероятно благодарен Хью за то, что этот молодой человек обеспечил его работой. Джек трудился в журнале до самой своей смерти.

В августе 1958 года Коул купил винтовку, заперся в своем автомобиле и выстрелил себе в голову. Художник оставил две записки. Одна была адресована его супруге, вторая – Хью.

Что было в записке, написанной жене, так никто, кроме нее самой и полиции, не узнал. Когда вдове Коула задали вопрос, что написал ей муж, она дерзко ответила: «Мы и раньше ссорились!», и… вскоре снова вышла замуж.

«Дорогой Хеф, когда ты прочтешь это, меня уже не будет на свете. Я не могу продолжать уживаться с собой и причинять боль тем, кто мне дорог. То, что я делаю, не имеет к тебе никакого отношения».

Необыкновенные отношения сложились у Хью с Харви Курцманом. Коллеги Хью вспоминали:

«Хеф, человек застенчивый, почти преследовал Курцмана, постоянно тыча пальцем в ту или иную карикатуру: «смените рубашку», «уберите лампу», «передвиньте кровать», «приглушите стриптиз».

Иллюстрация Харви Курцмана / Wikimedia

Когда-то, в тридцатые годы, Харви – тогда еще мальчуган, отыскав и бережно собрав все разбросанные по дому его родителей газеты и журналы с юмористическими рисунками, в дальнейшем не стеснялся рыться в мусорных баках соседей – там тоже можно было найти интересовавшие его печатные издания с комиксами. Первую собственноручно нарисованную карикатуру Харви опубликовал, когда ему исполнилось четырнадцать. Он даже получил за публикацию гонорар – целый доллар. С тех пор у подростка появилась навязчивая идея – стать штатным художником какого-нибудь журнала.

Хефнер пригласил Курцмана к сотрудничеству в 1956 году. Было принято решение издавать юмористический журнал «Трамп». В 1956 году в газетных киосках один за другим появились два номера с комиксами, юмористическими рассказами. Но грянувший финансовый кризис вынудил Хефнера распрощаться с «Трампом» в пользу Playboy. В редакции последнего Хью и Курцман проработали вместе тридцать лет.

К концу пятидесятых годов количество подписчиков Playboy перевалило миллионную отметку. Хефнер гордо заявлял: отныне в его редакции работает более сотни сотрудников.

«Одной из самых сложных вещей стало для меня распределение обязанностей, – рассказывал позже Хефнер. – Ведь в первый год существования журнала я занимался всем – от творчества до административных проблем – самостоятельно. Но к концу пятидесятых маленькая редакция превратилась в солидную компанию. Поднакопив некоторый опыт, я пришел к выводу, что, если буду слишком много времени тратить на отдельные деревья, не смогу заботиться о лесе».

Итак, у мистера Хефнера начиналась новая жизнь. В этой жизни не оказалось места для брака. В 1959 году Хью и Милдред развелись. Это был еще один стимул окунуться в работу с головой.

Трубка из шиповника, джаз для души

Деятельность Хефнера и его команды могла нравиться или нет, но равнодушной она не могла оставить никого. Новости о новых проектах Playboy и непосредственно о его редакторе и издателе публиковались в деловых ежедневных газетах, таких, как, например The Times³⁶. Сначала за парнем из Чикаго следили вполглаза, чуть позже – во все глаза.

«И тогда и сегодня к нам относятся с некоторым снобизмом, – рассказывал Хью в одном из интервью. – И я вам объясню, почему. Думаю, потому что начиналась эта история не в Нью-Йорке, а в Чикаго. Мы работали на окраине, но выполняли свою работу лучше, чем столичные парни. Кроме того, мы умудрились «выехать» на запретных в ту пору темах, таких, как деньги и секс. Правда в том, что вокруг очень мало талантливых людей с нормальным, реальным восприятием жизни. Именно поэтому, если кто-то стал успешнее вас, это говорит только об одном – в свое время вы не смогли или не захотели сделать то, что сделал тот, кто ходит с вами рядом».

Успешный, купающийся в роскоши и наслаждающийся жизнью издатель – именно так хотел выглядеть в глазах своих читателей мистер Хефнер.

Почти на всех фотографиях, сделанных в шестидесятые и семидесятые годы, мистер Хью запечатлен со своей любимой трубкой.

«Сигары курят бизнесмены или политики. Во всяком случае, есть такая ассоциация, – рассказывал Хефнер журналистам. – Сигареты – это романтика или… преступники из фильмов в стиле «нуар»³⁷, а трубка – это солидно, она такая же авантюрная и вдумчивая, как и я».

И все же в статьях тех лет Хефнер выглядел, как «худой, замкнутый и довольно мрачный молодой человек». Обвести коллег вокруг пальца оказалось не так-то просто. Зато они давались диву тому, с каким размахом он умеет работать.

С размахом же праздновал Playboy и свой пятый день рождения. В 1959 году чикагскую публику ожидало грандиозное событие: трехдневный джазовый фестиваль.

«Playboy рождался под звуки джаза, – вспоминал Хью. – Джаз звучал в маленькой чикагской редакции, где я делал первый номер журнала, звучал он во всех наших офисах, на всех вечеринках. Джаз изощренный и сексуальный. Именно таким я хотел видеть характер Playboy».

«Playboy Jazz Festival, – читаю в Википедии, – ежегодное, спонсируемое Playboy мероприятие. Был организован Хью Хефнером и впервые состоялся в Чикаго (штат Иллинойс) на Чикагском стадионе».

«Да, это было слишком самоуверенно – обещать такое, – писал в июне 2018 года журналист Playboy Шон Джей О’Коннелл. – Реклама первого джазового фестиваля в истории журнала гласила: «Вы сможете увидеть и услышать больше великих «звезд» за один уикэнд, чем большинство из вас увидели за всю свою жизнь». И тем не менее, обещание было выполнено. В фестивале приняли участие Дэйв Брубек, Диззи Гиллеспи, Луи Армстронг, Дюк Эллингтон, Каунт Бейси, Коулмен Хокинс, Нина Симон и Сонни Роллинс, Дэвис Майлз, Элла Фицджеральд.

Позже организаторы фестиваля с улыбкой вспоминали, что Элла Фицджеральд³⁸ потребовала за свое выступление десять тысяч долларов – в два раза больше, чем каждый из участников.

За два года до мероприятия журнал устроил опрос среди читателей: кого из джазовых исполнителей они считают лучшими. По итогам опроса редакция выпустила виниловые пластинки с произведениями тех, кого выбрала публика.

«Спустя время об этом приятно вспоминать, а тогда не обошлось без накладок, – рассказал журналистам Ричард Розенцвейг, начавший свою, почти шестидесятилетнюю карьеру в Playboy в 1958 году. – Было продано семьдесят тысяч билетов. Мы ожидали музыкантов и гостей. Но, по закону подлости, незадолго до начала фестиваля нам позвонили из мэрии и заявили, что мы не можем проводить праздник на Чикагском стадионе. Действовать надо было быстро. Всеми правдами и неправдами мы захватили крытую арену с кондиционером и не прогадали. В первый день фестиваля шел проливной дождь».

Это были три дня счастья для музыкантов, зрителей, слушателей и сотрудников редакции.

«Джаз – музыка, объединяющая нацию, – говорил Хью. – За те три дня джаз воссоединил семьи, старшее и младшее поколение, друзей. Это было прекрасно».

Стоит ли говорить, что совместное празднование пятого дня рождения Playboy вызвало и укрепило доверие читателей к мистеру Хефнеру и его команде.

В клубах не было мест для звезд

В 1960 год Хью и его журнал входили уверенной поступью.

Из своей тесной комнатки Хеф перебрался в роскошный особняк, который приобрел на Золотой набережной Чикаго.

В сентябрьском номере читателям было позволено заглянуть в особняк глазами фотографов Playboy. Просторные комнаты с изысканной мебелью, ломящиеся от снеди столы, бассейн, подводный бар, пещера с водопадом (один из корреспондентов The Times назвал ее «гротом тайных свиданий»). Теперь все были совершенно уверены в том, что Хефнер ведет именно такой образ жизни, какой пропагандирует в своем журнале.

Когда кто-то из журналистов поинтересовался, что самое ценное в особняке, Хефнер ответил: «Моя круглая кровать».

Именно на ней, разложив фотографии, конверты со статьями, листки с отпечатанными статьями, заметками, репортажами и интервью, сутками работал Хеф.

Не пожелал расстаться со своими кроватью и обжитой комнатой Хефнер и тогда, когда редакция Playboy и все относящиеся к ней департаменты переехали в чикагский небоскреб на Мичиган-авеню.

«Подписчиков у нас к тому времени насчитывалось, как я уже говорил, более миллиона, поэтому мы решили, что пора бы пригласить их к нам в гости. Нам нужно было место, где наши читатели могли бы как следует отдохнуть, вкусно поесть, немного выпить и поговорить по душам. Так был открыт первый клуб Playboy в Чикаго», – рассказывал Хью Хефнер.

Работать в журнале и заниматься открытием клубов приходилось на фоне бесконечных запретов и судебных тяжб. В 1960 году агентство Associated Press³⁹ цитировало слова мистера Хефнера, протестовавшего против запрета продажи журнала в газетных киосках штата Коннектикут и заявлявшего о том, что продукция будет распространяться в штате «…даже если мне придется идти туда пешком и торговать изданием самостоятельно».

В декабре 1962 года администрация штата Нью-Йорк задержала выдачу лицензии клубу Playboy.

Однако уже к апрелю 1963 года, по данным The Times, клуб стал самым посещаемым заведением города. Ежедневно он принимал около 2700 человек. Сюда, как и в любой клуб Playboy (а клубы Хефнера росли, как грибы – сначала в городах США, затем на Ямайке, в Японии, на Филиппинах, в Англии и Канаде), приходили поболтать, поесть, выпить, послушать музыку и, главным образом, поглазеть на официанток-«кроликов».

«Первый такой клуб в Чикаго был открыт 29 февраля 1960 года, – вспоминал Ричард Розенцвейг. – Это было очень уютное местечко, где можно было отлично повеселиться. В вечер открытия здесь работали артисты, официантки угощали посетителей сигаретами, разносили напитки и еду. Я до сих пор помню вкус потрясающих бифштексов из филейной части, которые там подавали. И, конечно, королем вечера был сам Хью. Он был счастлив, ведь ему удалось перенести фантазию, со страниц журнала в жизнь».

Атмосфера чикагского клуба (а проработал он ровно 26 лет) была воспроизведена во всех клубах Playboy.

«Артисты могли зарабатывать здесь, сколько им хотелось, – вспоминал Ричард Розенцвейг. – Тут можно было посмотреть на «настоящих» знаменитых музыкантов, певцов и певиц, комиков, танцовщиц. В клубах (например, в Сент-Луисе) был бар с фотографиями «подружек», уголок карикатур, пиано-бар, библиотека, на нижнем этаже – парикмахерская, салон красоты и клубные офисы».

Звезда американской эстрады 1950-х Тони Беннет и Сэм Дистефано, музыкальный директор первого клуба, будущий вице-президент всей сети клубов Playboy / Wikimedia

Членство в клубе оценивалось в 25 долларов плюс 20 долларов ежегодных взносов. Каждому, кто состоял в клубе, выдавался ключ с эмблемой в виде головы кролика. Ключи, как и членство в заведении предназначались исключительно для мужчин, которые, в свою очередь, могли приглашать дам. С заветным ключом можно было свободно посещать клубы в любом городе, где они были открыты.

По данным журналистов, только за два года существования клуба в Сент-Луисе, было выдано восемнадцать тысяч клубных ключей. По вечерам, в любую погоду у дверей заведений Хефнера толпились очереди. Часто они растягивались на целые кварталы. Даже таким гостям, как Бобби Дарин⁴⁰ – популярному и любимому исполнителю, известному своим хитом Mack the Knife – однажды отказали в столике из-за переполненности залов.

Хью Хефнеру пришлось немало попотеть, продумывая концепцию клубов. Одной из задач, которая заставила издателя не спать ночами, стала униформа официанток. Какой она должна быть? Поначалу ему пришло в голову нарядить девушек в короткие ночные сорочки, но вскоре родилась идея получше.

Так и началась история кроличьего костюма, которую каждый журналист преподносит по своему усмотрению.

Согласно первой версии, идею костюма, который перекликался бы с логотипом журнала, подала Хью подруга директора Playboy по рекламе Виктора Лоунза, Ильза Тауринс. А сшить первый такой костюм помогла мать Ильзы, работающая портнихой.

Согласно второй версии, автором униформы стала владелица первого бутика темнокожих на Манхэттене, афроамериканка Зельда Вин Вальдес. Одевавшая таких знаменитостей, как Мэй Уэст⁴¹, Элла Фицджеральд, Зельда стала первой, о ком вспомнил Хью.

Так появился «кролик» с заячьими, надевающимися на голову ушками, галстуком-бабочкой, воротничком, манжетами, купальником и приделанным сзади кокетливым хлопковым хвостиком (Со временем хлопковые пришлось заменить на хвосты из искусственного меха. Вторые не загорались, когда мужчины, развлекаясь, поджигали их).

Известная американская журналистка, феминистка Глория Стейнем⁴², на время сменившая имя и профессию ради того, чтобы на собственном опыте испытать, каково это – быть «кроликом», писала в статье «Мечта (сказка) «кролика»», опубликованной в журнале Show.

«Косточки костюма в талии заставили бы побледнеть саму Скарлетт О’Хара⁴³, а конструкция костюма имела тенденцию подталкивать всю свободную плоть к груди».

Стейнем вспоминала, что костюм был настолько тесный, что молния царапала ей кожу каждый раз, когда эту молнию надо было застегнуть и расстегнуть. Правда, отмечала журналистка, всего за несколько дней работы она сбросила десять фунтов веса и, когда костюм начал сидеть на ней более или менее свободно, швея отрезала с каждой стороны еще по два дюйма ткани.

Сам же Хью гордо отмечал: это первая коммерческая униформа, которая была зарегистрирована Управлением по патентам и товарным знакам США. И тут же со смехом вспоминал, как оформляя необходимые документы, он представлял своих девушек чиновникам и, когда один из них увидел «кролика» в костюме, густо покраснел и, отвернулся лицом к стене.

Newsweek⁴⁴ тех лет подтрунивал над мистером Хефнером, называя его заведения «Диснейлендом» для взрослых», между тем, интерес публики к клубам Playboy только возрастал.

Но давайте же полистаем меню одного из клубов Playboy 1963 года и полюбопытствуем, чем кормили посетителей в вышеуказанных заведениях:

Суп дня – 1.50

Французский луковый суп – 1.60

Коктейль из креветок – 4.95

Картофельные чипсы – 2.50

Банни бургер (с сыром, луком, грибами) – 4.95

Куриные крылья в специях – 2.50

Стейк в специях – 3.50

Овощная тарелка (брокколи, томаты, картофель, спаржа) – 4.95

Кофе, чай, молоко – 0.50 и т.д.

Из алкогольных напитков посетителям предлагали «Текилу», «Пина коладу», фруктовый пунш Rabbit Punch и т.д.

(Цены указаны в долларах при средней зарплате составляющей в шестидесятые годы в Америке 333 доллара).

Кролики

Playboy

: носить тяжелые подносы, не наклоняться через стол.

«Вы устали от рутины? Вам надоело убивать свое время в душном офисе? Вы привлекательная, молодая мисс в возрасте от 21 до 25 лет? Вы можете удвоить то, что зарабатываете сегодня, пополнив ряды «кроликов» Playboy.

Заработки высоки. Веселье и гламур прилагаются. Есть возможность «путешествовать» по другим клубам страны. Если вас заинтересовало наше предложение, звоните мисс Фрэнки Хелмс, и записывайтесь».

Несмотря на вездесущую цензуру и строгие, царящие в американском обществе шестидесятых годов нравы, увидев в газете объявление о наборе «кроликов», девушки шли нескончаемым потоком. В одном только Сент-Луисе после публикации о поиске сотрудниц, в клубы мистера Хефнера были записаны восемьсот девушек, а отобрана из этого количества только сорок одна.

Счастливицам было дано направление в школу «кроликов», занятия в которой вел брат Хью – Кит. Впоследствии Хеф шутил: «Ни в нашей редакции, ни в школе Кита дивана для кастинга не было».

Чему же учили в школе «кроликов»? Об этом и не только рассказывала в одном из своих интервью Шарон Берштейн Пентон, поступившая на работу в клуб Playboy в Балтиморе в 1964 году.

«Впервые я увидела журнал Хью Хефнера, когда пришла в гости к своему приятелю. С одной из страниц смотрели на меня девушки-«кролики». Тогда я еще подумала, что было бы здорово стать одной из них. Прошло несколько лет и в одной из местных газет мой парень вычитал, что у нас в Балтиморе открывается клуб Playboy. Немного поразмыслив, я отправилась на собеседование и была принята. Затем последовало четырехнедельное интенсивное обучение.

Мы должны были выучить назубок название всех блюд и напитков, которые предлагал клуб своим посетителям.

Нас обучали определенной манере подачи еды и напитков. Если в других случаях официантки наклоняются вперед через стол, то мы должны были подавать со стороны и по кругу. У нашей униформы были очень глубокие вырезы на груди. Думаю, чтобы у нас не возникало смущения, у приходящих с мужчинами девушек – раздражения, а у самих мужчин – нехороших мыслей, и была придумана эта манера подачи.

Мы должны были научиться носить тяжеленные подносы, спускаясь и поднимаясь по лестницам, а также, лавируя в темноте между людьми и столиками. И все это – в обуви на высоченных каблуках. В дальнейшем, за все время работы я уронила поднос лишь однажды. У многих «кроликов» были слишком слабенькие руки, чтобы поднимать подносы с тарелками и стаканами. Что до меня, мне повезло – в детстве я занималась спортом.

Кроме того, в школе Кита Хефнера нас обучали тому, как выглядеть, как можно красивее: как наносить макияж, чтобы лицо приятно выглядело в темноте и, как с этим макияжем не переборщить, каким должен быть маникюр – лак для ногтей категорически запрещался, какая прическа допускается (приветствовались шиньоны). Оттенок туфель должен был соответствовать оттенку матерчатых кроличьих ушей и костюма (выбирать можно было из двенадцати оттенков)».

За соблюдением правил следила так называемая «матушка Банни» – суровая женщина в летах. Ежедневно проверяла она, соблюдают ли девочки все вышеперечисленные требования, выясняла, хорошо ли накрахмалены манжеты и воротнички, а также интересовалась, не поправились ли ее «кролики». Стоило девушке набрать лишний вес, ей давали две недели, чтобы сбросить злосчастные фунты. Если похудеть не получалось, с девушкой расставались.

«Кролики» нью-йоркского клуба Playboy / Wikimedia

Кроме того, руководство клубов тщательно отслеживало работу «кроликов» и регулярно выставляло оценки:

а) работает превосходно;

б) работает средне;

в) вынесено предупреждение;

г) уволена.

И, конечно, никто не отменял доброжелательности и хорошего настроения, даже если на самом деле настроение у «кроликов» оставляло желать лучшего.

«Главное, что нам следовало усвоить: ни при каких обстоятельствах мы не должны были первыми узнавать посетителей – мужчин. Если посетитель женат, сегодня он может привести жену, завтра прийти с другой девушкой и обе женщины ничего не должны были заподозрить».

А вот что писала в своей статье Глория Стейнем:

«Хефнер подбивал самых привлекательных представителей мужского пола устраивать провокации: посетители клуба предлагали «кроликам» до двухсот долларов, чтобы те согласились пойти к мужчинам домой. Любой, опрометчиво согласившийся «кролик» наутро был уволен. Девушки не должны были встречаться с гостями, если, конечно, эти гости не были старшими членами клуба. «Кроликов» призывали дружить с «держателями ключей номер один» – в основном с известными журналистами, а также с руководством заведения. «Кролик», однажды подавшая в суд на руководителей за провокации, рассказала, что какие-

то люди потребовали прекратить жалобы, в противном случае она может попрощаться с жизнью. Когда девушки попытались устроить забастовку и потребовать повышение оплаты за свой труд, им пригрозили арестом».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

  Penthouse – эротический развлекательный журнал для мужчин, один из самых известных в мире брендов. Кроме журнала в США, выпускаются журналы на различных языках во всем мире. Отличается от Playboy более «жестким» сексуальным содержанием.

Вернуться

2

  Боб Гуччионе – американский фотограф, основатель и издатель журнала Penthouse.

Вернуться

3

 Рональд Рейган – американский киноактер и радиоведущий. Также известен как профсоюзный и политический деятель – президент Гильдии киноактеров США, 33-й губернатор штата Калифорния и 40-й Президент Соединенных Штатов Америки.

Вернуться

4

 Hustler – ежемесячный порнографический журнал для мужчин, издающийся в США. Первый номер выпущен в 1974 году Ларри Флинтом.

Вернуться

5

ФБР – Федеральное бюро расследований США.

Вернуться

6

 Esquire – ежемесячный журнал, основанный в 1933 году в США. Основные темы: культура и искусство, мода и стиль, бизнес и политика, технологии и автомобили, персонажи и интервью.

Вернуться

7

 Изображение красивой, часто полуобнаженной, девушки в определенном художественном стиле. В русском языке обозначает конкретный стиль американской графики середины XX века.

Вернуться

8

 Эрнест Хемингуэй – американский писатель, военный корреспондент, лауреат Нобелевской премии по литературе 1954 года.

Вернуться

9

 Фрэнсис Скотт Фицджеральд – американский писатель, крупнейший представитель «потерянного поколения» в литературе. Наибольшую известность принес роман «Великий Гэтсби» (1925).

Вернуться

10

 Альфред Кинси – американский биолог и сексолог, профессор энтомологии и зоологии, основатель института по изучению секса, пола и воспроизводства при Индианском университете в Блумингтоне, носящего сейчас его имя. Исследования Кинси в области человеческой сексуальности глубоко затронули социальные и культурные ценности в США и многих других странах в 60-х годах XX века с наступлением сексуальной революции.

Вернуться

11

 Орехотворки – насекомые-паразиты, чьи личинки вызывают появление на растениях наростов, внешне напоминающих орехи.

Вернуться

12

  «Я люблю Люси» (англ. I Love Lucy; 1951–1957) – американский комедийный телесериал. Считается одним из популярнейших за всю историю телевидения, завоевал пять премий Эмми.

Вернуться

13

 Юстас Тилли, настоящий денди, талисман журнала The New Yorker. «Одет» в высокую шляпу, изящное пальто, а в глаз вставлен монокль, выполненный на заказ и висящий на дорогой цепочке.

Вернуться

14

 The New Yorker – американский еженедельник, публикующий репортажи, комментарии, критику, эссе, художественные произведения, сатиру и юмор, комиксы и поэзию. Издается с 1925 года. Начиная с сороковых, большинство известных американских рассказов впервые публиковались в The New Yorker.

Вернуться

15

  Пабло Пикассо – испанский и французский художник, скульптор, график, театральный художник, керамист и дизайнер.

Вернуться

16

  Фридрих Ницше – немецкий мыслитель, классический филолог, композитор, поэт, создатель самобытного философского учения, которое носит подчеркнуто неакадемический характер и получило распространение, выходящее далеко за пределы научно-философского сообщества. Фундаментальная концепция включает в себя особые критерии оценки действительности, поставившие под сомнение основополагающие принципы действующих форм морали, религии, культуры и общественно-политических отношений. Будучи изложенными в афористической манере, сочинения Ницше получают неоднозначные интерпретации, вызывая много разногласий.

Вернуться

17

 Мэрилин Монро – американская киноактриса, секс-символ 1950-х годов, певица и модель. Стала одним из наиболее культовых образов американского кинематографа и всей мировой культуры.

Вернуться

18

 The New York Times – американская ежедневная газета, издающаяся в Нью-Йорке с 18 сентября 1851 года. Третья по тиражу газета в стране после USA Today и The Wall Street Journal и 40-я в мире. Веб-сайт The New York Times считается одним из самых популярных новостных сайтов с посещаемостью 30 миллионов человек в месяц. Слоганом газеты является фраза: «Все новости, достойные печати». Впоследствии, с появлением сайта The New York Times, этот слоган был переделан в «У нас новости, на которые вы кликаете».

Вернуться

19

 20th Century Studios – американская киностудия подразделения Walt Disney Studios, медиаконгломерата The Walt Disney Company. Занимается также производством телефильмов. В 1935-2020 годах носила название 20th Century Fox. Компания основана 31 мая 1935 года в результате слияния двух студий: Fox Film Corporation, основанной в 1915 году Уильямом Фоксом, и Twentieth Century Pictures, основанной в 1933 году Дэррилом Ф. Зануком, Джозефом Шенком, Рэймондом Гриффитом и Уильямом Гетцем.

Вернуться

20

 Банни Йеджер (настоящее имя Линнея Элинор Йеджер) – американский фотограф и пинап-модель.

Вернуться

21

 Бетти Пейдж – американская фотомодель, снимавшаяся в 1950–1957 годах в таких стилях, как эротика, фетиш и пинап. Во второй половине 1950-х поднялась в США до уровня секс-символа и, как считается, стала предтечей сексуальной революции 1960-х.

Вернуться

22

  Альберто Варгас – американский художник перуанского происхождения, рисовавший полуобнаженных игривых девушек пинап. Часто его считают одним из наиболее знаменитых художников в стиле пинап. Многочисленные картины Варгаса продавались и до сих пор продаются за сотни тысяч долларов США.

Вернуться

23

  «Безумства Зигфелда» (англ. Ziegfeld Follies) – серия театральных постановок на Бродвее в Нью-Йорке, которые ставились с 1907 по 1931 год. С 1932 по 1936 год также выходила радиопередача под названием «Безумства Зигфелда» в эфире».

Вернуться

24

 Элизабет Энн Робертс – американская модель, была «подружкой месяца» журнала Playboy в январском номере 1958 года.

Вернуться

25

 Рэй Брэдбери – американский писатель, создавший более восьмисот литературных произведений, в том числе несколько романов и повестей, сотни рассказов, десятки пьес, ряд статей, заметок и стихотворений.

Вернуться

26

 Маккартизм – общественное движение в США, существовавшее в период с конца 1940-х по 1957 год. Сопровождалось обострением антикоммунистических настроений и политическими репрессиями против «антиамерикански настроенных» граждан. Термин был впервые использован карикатуристом газеты The Washington Post Херблоком в начале 1950-х годов.

Вернуться

27

  Джозеф Маккарти – американский сенатор-республиканец, придерживавшийся крайне правых реакционных политических взглядов, с чьим именем связывают период политических гонений, известный как маккартизм.

Вернуться

28

  Чарльз Бомонт – американский сценарист, автор спекулятивной фантастики, в том числе рассказов в жанрах ужасов и научной фантастики.

Вернуться

29

  Маргарет Этвуд – канадская англоязычная писательница, поэтесса, литературный критик, активистка охраны природы и феминистка. Лауреат премии Артура Кларка 1987 года за роман «Рассказ служанки».

Вернуться

30

 Сэр А́ртур Чарлз Кларк – английский писатель, ученый, футуролог и изобретатель, наиболее известен совместной работой со Стэнли Кубриком по созданию культового научно-фантастического фильма «Космическая одиссея 2001 года». Командор ордена Британской империи и рыцарь-бакалавр.

Вернуться

31

 The Washington Post – американская ежедневная газета. Издается в Вашингтоне, крупнейшая газета столицы США, также входит в число старейших и влиятельных. Содержит срочные новости, репортажи на национальные и международные темы, очерки и комментарии.

Вернуться

32

 «Симпсоны» – мультфильм-пародия на американский уклад жизни. Семейство Симпсонов состоит из пяти членов: папаша Гомер, мать семейства Мардж, их дочери, Лиза и Мэгги, и несносный подросток Барт.

Вернуться

33

 Мардж Симпсон – постоянный персонаж мультипликационного сериала «Симпсоны». Обычно носит зеленое платье, красные балетки, на шее – ожерелье из искусственного жемчуга и ездит на оранжевом универсале. У нее шикарные синие волосы, которые она обычно собирает в очень высокую прическу. Глаза цвета ореха. Основное занятие – домохозяйка, большую часть времени проводит в заботе о доме, детях и Гомере. Образ Мардж копирует стереотип провинциальной американской домохозяйки 50-х годов.

Вернуться

34

 Stars and stripes – ежедневная газета Министерства обороны США. Издается с 1861 года. Предназначена для контингентов Вооруженных сил США, дислоцированных за рубежом.

Вернуться

35

 Yankee – журнал о стиле жизни, путешествиях и культуре, выходящий в штате Нью-Гэмпшир, США, с 1935 года.

Вернуться

36

 Таймс – ежедневная газета в Великобритании, одна из самых известных мировых газет. Выходит в печать с 1785 года.

Вернуться

37

  Нуа́р – кинематографический термин, применяемый к голливудским криминальным драмам 1940-х – 1950-х годов, в которых запечатлена атмосфера пессимизма.

Вернуться

38

 Элла Фицджеральд – американская певица, одна из величайших вокалисток в истории джазовой музыки, обладательница голоса диапазоном в три октавы, мастер скэта и голосовой импровизации. 13-кратный лауреат премии «Грэмми».

Вернуться

39

 Associated Press – одно из крупнейших международных агентств информации и новостей. Началось как кооператив новостей газетных издательств.

Вернуться

40

  Бобби Дарин – американский певец и актер итальянского происхождения. Один из самых популярных исполнителей джаза и рок-н-ролла в конце 1950-х и в начале 1960-х годов. Дарин широко известен своим уникальным исполнением сразу в нескольких музыкальных жанрах, включая поп, рок-н-ролл, джаз, фолк и блюз.

Вернуться

41

  Мэри Джейн Уэст – американская актриса, певица, драматург, сценарист и секс-символ, известная под псевдонимом Мэй Уэст, одна из самых скандальных звезд своего времени.

Вернуться

42

  Глория Стайнем – американская феминистка, журналистка, национально признанный лидер и представительница феминистического движения конца 1960-х и начала 1970-х. Стайнем работала обозревательницей в New York Magazine и является одной из основательниц журнала Ms.

Вернуться

43

 Скарлетт О’Хара – главное действующее лицо романа Маргарет Митчелл «Унесенные ветром», один из наиболее известных женских образов американской литературы, ставший символом предприимчивости, темперамента и умения выживать.

Вернуться

44

 Newsweek – американский еженедельный новостной журнал, издавался в Нью-Йорке с 1933 по 2012 год. Распространялся по стране и миру. Был вторым по величине еженедельником в США, уступая Time по тиражу и прибыли от рекламы. Имел четыре англоязычных издания и двенадцать – в мире на языках стран издания.

Вернуться