Алёна Рю
Пыль у дороги

Пролог

21 января 126 года периода Бруно,

Западная Лансия

– А правду говорят, что ты ведьма? – спросил Рикки.

Хруст снега под ногами Эри стих. Девчонка повернула голову и глянула так, словно уже читала про себя проклятие.

– Ты боишься? – Вместо ухмылки у нее получился оскал.

Внутри предательски передернуло, и Рикки отвел взгляд в сторону.

– Нет, просто спросил, – пробубнил он себе под нос. – Мне только собрать краснобера для Дианки. Она простудилась, и Анжела сказала…

– Ты уже говорил, – перебила Эри и снова двинулась вперед по тропинке. – Не будешь меня задирать – ничего не случится, – пообещала она.

От этой прогулки в лесу становилось не по себе. В тулупе явно не по размеру Рикки переваливался с ноги на ногу и едва поспевал за своей провожатой. Шапка сползала на глаза, мороз колол раскрасневшиеся щеки. Домик Анжелы только-только пропал из виду, а под мышками уже было влажно.

Эриал же скакала впереди, как детеныш оленя. В куртке из обрезков и без шапки она двигалась легко и уверенно, словно знала наверняка, куда им надо. Светлые волосы были стянуты в хвостик, который маятником болтался перед глазами – от одного кончика уха к другому и обратно. В декабре Рикки исполнилось десять, он был на восемь месяцев старше Эри, но в росте ей уступал. Со стороны они, должно быть, выглядели забавно: длинная палка, а за ней меховой шарик.

Взрослые говорили, что Эри полукровка, после войны их якобы рождалось много, хотя в Шадер такая была одна. Жила на отшибе в домике знахарки, и все знали, что она приемная. Поговаривали, что Анжела нашла девчонку прямо в лесу или даже выловила в реке, как старый башмак. Кроме острых ушей она ничем не выделялась, но полгода назад прошел слух, что Эриал – ведьма. Дианка утверждала, что видела ее беседующей с духами. Он сначала не поверил, но теперь уже сомневался.

– Стой. – Эри подняла правую ладонь и прошептала: – Там кто-то есть.

Рикки воспользовался заминкой, чтобы, наконец, нагнать ее. Впереди между черных стволов просматривались силуэты двух мужчин.

Эри спряталась за деревом, и Рикки примостился рядом. Он все еще тяжело дышал и боялся, что его пыхтение их выдаст.

Хруст веток и снега под ногами стал ближе. Мужчины явно шли к деревне.

Эри выглянула из-за дерева и, дернувшись назад, прошептала:

– Это твой отец.

– Он мне не отец, – буркнул Рикки раньше, чем успел подумать.

– Ну и дурак, – фыркнула Эри, отлепляясь от ствола.

– Тише. – С неизвестно откуда взявшейся смелостью он вцепился ей в руку и притянул к себе. В зеленых глазищах девчонки мелькнуло удивление.

Рикки избегал Хартона из чистого упрямства. Тот, наоборот, одобрил бы, что мальчишка заботится о приемной сестре, вон в лес за лекарством пошел. Но после похвалы опять начнется муштра, и найдутся три сотни новых поручений. Он уже это проходил.

– Пойдем глянем, чего они там делали, – предложил он Эри.

– Ладно, – согласилась девчонка. В ее голосе ему послышалась неуверенность, но с чего бы?

Когда хруст шагов стих, Рикки выпустил руку Эри и покинул укрытие. Как две гончих, они взяли след. От прилива сил и вдохновения он даже забыл, что вспотел, и кто с ним в компании.

Впереди мелькнуло что-то зеленое. Эри ускорила было шаг, но вдруг остановилась. Рикки подошел ближе и тоже замер.

Человек лежал лицом вниз, укрытый плащом. Снег под ним стал бордовым.

С полминуты они молчали. Рикки открыл было рот, но, не найдя, что сказать, опустился на корточки.

– Не трогай лучше, – попросила Эри.

– Ты боишься? – поддразнил он ее, хотя ему тоже было не по себе. – Помоги.

На удивление, остроухая присела, и вдвоем они перевернули тело. Незнакомый мужчина был одет в кольчугу. На его шее зияла отвратительная рана.

«Неужели это сделал Хартон?» – испугался Рикки.

– Смотри, что это? – Эри показала пальцем на медальон на груди мужчины. Фигурка орла с раскрытыми крыльями.

– Не знаю. Тут еще вот. – Рикки поднял с земли сложенный вчетверо лист бумаги. От кровавого снега тот промок и покраснел.

– Что там написано? – Эри нависала сверху.

Пальцы Рикки тряслись и плохо слушались. Провозившись, он все же умудрился развернуть листок.

«Брат, я верю, что нашел Воина Огненной ли…», – дальше было пятно, размывшее чернила. Частично угадывалась только последняя строка: «…ет нас мудрость Магистра! Эндрик».

– Ма-ги-стра, – по слогам перечитала Эри и бросила на него вопросительный взгляд.

«У Хартона должна быть причина», – решил про себя Рикки.

– Надо рассказать Анжеле, – добавила Эри.

– Нет, – резко проговорил он. – Мы вернем все, как было, и никому об этом не скажем. Поняла?

Он свернул листок и положил обратно на снег. Девчонка скрестила на груди руки.

– А если это важно?

– Это очень важно, – с ударением сказал Рикки и посмотрел на нее снизу вверх. – Помоги мне, Эри, и обещаю, больше никто не назовет тебя ведьмой.

В глазах остроухой промелькнуло сомнение. Поборовшись с собой еще мгновение, она все же согласилась. Мужчину перевернули и накрыли плащом. Отломав от ближайшей сосны две ветки, Рикки протянул одну Эри. Нужно было замести следы.

Глава первая. Находка

Восемь лет спустя

Фридлин любил майские вечера. Он пустил Прайда шагом и, лишь придерживая поводья, откинулся назад на мешки с товаром. На небе проявлялись первые звезды, ветра не было. Красота и покой.

В полудреме ему показалось, что впереди что-то мерцало, вроде как маяк для кораблей. Но ведь он же не в море. Приподнявшись, Фридлин нахмурился. Нет, не показалось. Справа среди деревьев светилось что-то, не похожее на одинокий костерок в лесу.

Остановив телегу, он спрыгнул на дорогу и, оглядевшись, пошел на свет. Неужели лесные духи существуют на самом деле?

Фридлин пробрался сквозь бурелом и остановился. Его любопытство было вознаграждено.

Среди корней массивного дуба, свернувшись в комочек, как ребенок, лежала остроухая девушка лет семнадцати. Как будто спала. По сандалиям, натершим пятки до крови, и замызганным обноскам он решил бы, что перед ним обыкновенная бродяжка, пускай и эльф, если бы от ее кожи не исходило зеленое свечение. Такое яркое, что он даже с дороги увидел.

– Эй, – позвал Фридлин, не решаясь дотронуться. Девушка не шелохнулась. Он наклонился и поднес ладонь к ее носу. Дыхание было слабым.

– Что же мне с тобой делать? – спросил он вслух. И назад ведь уже не повернешь. Не бросать же.

Фридлин присел на корточки и осторожно коснулся пальцем светящейся щеки. Сам не знал, чего ожидал, но ничего так и не произошло, и на ощупь кожа была самой обычной.

Скинув куртку, он накрыл девушку и осторожно поднял на руки.

– Я точно еще пожалею об этом, – пробурчал он себе под нос и двинулся обратно к телеге.

* * *

Ей снилось, что она бежит. То есть бежало только тело, а сама она не могла даже повернуть голову. Вокруг был лес, но какой-то другой – хвойный, с застрявшими на пушистых иголках каплями воды. Ноги в легких башмаках из оленьей кожи бесшумно отталкивались от светло-коричневой трухи. Заячий мех на вороте куртки щекотал шею. В воздухе разливался запах, какой бывает после грозы, но она не помнила, чтобы шел дождь.

Эри чувствовала себя лучше, быстрее и даже как будто крепче.

– Лаирэ, – негромко позвал кто-то. Тело остановилось и прижалось к дереву.

– Видишь что-то? – прошептали губы.

Из кустов спереди выглянул остроухий паренек. «Эльф», – сообразила Эри.

– Следы совсем свежие. – Он победно улыбнулся. – Самка. Эрвин будет доволен.

– Хорошо, теперь не торопись, главное – не шуми, – наставительно произнесли губы.

Паренек кивнул и спрятался в кустах.

Тело отделилось от дерева, голова наклонилась, и ладони проверили, надежно ли сидит за поясом кинжал. Не успела Эри сообразить, что это не ее руки, как тело двинулось дальше.

Из-за плывущих к горизонту серых туч выглянуло вечернее солнце. Капли словно превратились в крохотные алмазы, хвойный лес заблестел. Эри бесшумно перемещалась между деревьями, прячась в тени. На секунду она остановилась возле лужи, и глаза сами посмотрели на отражение.

Сначала ей показалось, что только волосы острижены, но через мгновение она осознала, что это не ее лицо. Из мутной водицы явно глядел мужчина.

От волнения странный сон начал расплываться, и больше Эри ничего не увидела.

* * *

Сначала дали знать о себе ноги, потом стало ломить поясницу. Голова раскалывалась, а в ушах что-то странно постукивало. Эри открыла глаза. В темном небе, обрамленном венцом из древесных листьев, горело целое поле звезд, и вся необыкновенная картина почему-то двигалась. Она попыталась подняться, но тело не слушалось. Обессилев от еще нескольких попыток, она снова провалилась в сон.

* * *

Боль ушла, но ощущения были, словно ее придавило сверху. Перекатившись на спину, Эри открыла глаза. Над головой потолок. Вздрогнув, она несколько раз моргнула. Куда делся лес?

Приподнявшись на локте, она осмотрелась. Комната была больше их с Анжелой домика, с пестрыми занавесками на окнах и мебелью из дуба с резными узорами. Под ней было шерстяное одеяло.

Мотнув тяжелой головой, Эри села. Босые ноги коснулись дощатого пола. Движения давались с трудом. Она медленно встала и прошлась по комнате. Чисто, массивный шкаф, кровать на двоих, у окна столик и овальное зеркало на ножках. Она могла рассмотреть себя в полный рост. Да, похудела, кажется, и вид чумазый.

Эри кое-как расчесала руками повисшие на голове сосульки. Стряхнув на ковер светлые волоски, застрявшие между пальцев, она еще раз встретилась взглядом с отражением.

Куда же ее занесло?

Дверь за спиной отворилась, и по полу пополз прямоугольник света.

– Она проснулась! – воскликнул стоявший в проеме мальчик.

На вид ему было лет восемь, чистенький, в рубашке цвета травы и штанишках без единой заплатки. Соломенные волосы взлохмачены, глаза большие, серые, с блеском любопытства. Розовые щечки горели, на круглом личике отражалась беззаботность.

– М-м, привет. – Неуверенно начав, Эри шагнула навстречу.

Мальчик смутился и отступил. Она примирительно подняла руки и перевела взгляд на подошедшего мужчину. Лет сорока, наверное, хотя и с проседью в волосах.

Он обнял сына за плечи:

– Здравствуй. Рад, что очнулась. Я Фридлин Нюэльский, а это Лин.

– Эриал Найт, – ответила она, изучая его взглядом.

Одет мужчина был в темно-коричневую рубаху с закатанными рукавами и штаны, заправленные в высокие сапоги. Чистые, как и все остальное. Спина у него была широкая, но плечи сутулые. Он производил впечатление усталого работника, но взгляд серых, как и у сына, глаз был мягким, незлым.

– Не знаю, помнишь ли, но я подобрал тебя в лесу прошлой ночью. Честно говоря, не был уверен, что очнешься, но теперь как камень с души, – Фридлин улыбнулся.

– Спасибо. – Эри склонила голову, но сама радоваться не спешила.

– Пойдем, познакомлю с семьей. – Он жестом пригласил следовать за ним. – Да ты и голодная, кажись.

С этим было не поспорить.

Эри вышла за ними из комнаты, не переставая озираться.

Бревенчатый дом, двухэтажный, с тремя спальнями на втором и одной гостевой на первом. Рядом кухня со столовой, кладовка и просторная прихожая. Не то что их с Анжелой хибара.

Едой пахло так, что в животе проснулась собственная жизнь.

Они прошли в столовую, где хозяйка накрывала ужин.

– Моя жена, Лидия, – представил Фридлин. – А это Эриал.

Крепкая полноватая женщина в синем сарафане до пят и белом чепчике, из-под которого выбивалась рыжая прядка, смерила ее взглядом. На лбу под оборками прорезалась длинная морщина.

– Есть хочешь? Мой руки и садись, – строго сказала она, исчезая на кухне.

Эри села за стол, продолжая крутить головой.

Под потолком сушились на веревочке грибы и связки чеснока. По стенам висели полки со стопками тарелок и горшков. В редких углах были следы паутины. Пол был вымыт так чисто, что она почти всерьез боялась, что от всех этих запахов закапает его слюной.

– Ты эльф? – отвлек ее голос мальчика, устроившегося напротив.

Взгляд Эри снова сделался жестким и недоверчивым.

– Давай сначала поедим, – вступился Фридлин.

Лидия вернулась с большой сковородой и принялась раскладывать еду. Эри замерла. Тушеная свинина с овощами. Они с Анжелой такое себе лишь по праздникам могли позволить. Неужели это правда происходит?

Не дожидаясь, пока хозяева передумают, она принялась запихивать в рот сочные куски.

* * *

Из материалов дела О-Э127:

Нюэльский, Фридлин

94 г. р. (п. Бруно)

Место рождения – д. Нюэль, Южная Гардия.

Крестьянин. Единственный сын потомков основателей деревни – семьи Нюэльских. Уклонений от уплаты налогов или иных преступлений в роду не замечено. Грамоте обучен, прочего образования не имеет. Влиятельных родственников нет. В начале семилетней войны отца призвали (погиб), жил один с матерью (умерла в 133 г.). В 114 г. женился на дочери учителя из соседней деревни, в том же году был призван на службу. Воевал до конца войны в провинциях Кадзай и Килония. Серьезных увечий не имеет.

Двое сыновей – Грионт (115 г. р.) и Фридлин (124 г. р.), жена – Лидия (93 г. р.).

Из имущества: дом в Нюэле, скот: лошади и овцы.

Возглавляет деревенский совет Нюэля.

Подозревается: предоставление убежища нелегальному эльфу.

Также является свидетелем по делу О-ЮГ1042 о деревне Шадер.

(Протоколы допросов прилагаются)

Подпись:

Капитан 13-го отряда

А. Грэй,

г. Ланкас, Южная Гардия,

1 сентября 134 года периода Бруно

* * *

– Кстати, а где Грионт? – поинтересовался Фридлин, подбирая ломтем хлеба остатки с тарелки.

– Сказал, у Елены поест. – Лидия перевела взгляд на Эри. – Вкусно?

– Офень. – Она улыбнулась с набитым ртом.

Лин усмехнулся:

– Забавная.

Хозяйка встала и принялась убирать со стола.

– Ну-с, я знаю, что ты не совсем эльф, – решился Фридлин, передавая жене пустую тарелку.

Эри втянула голову в плечи, напоминая зверька в минуту опасности.

– Во время войны насмотрелся на остроухих, – пояснил мужчина. – Не бойся, здесь ты в безопасности. Что с тобой случилось, Эриал?

Она подняла на него глаза, не уверенная, что стоит рассказывать, затем глянула на ерзавшего на скамейке Лина.

– Я ушла из дома, – сказала Эри на выдохе. – Вернее, у меня его больше нет. Дома нет.

– А где он у тебя был? – поинтересовался Фридлин.

– В Шадер.

Лидия глянула на него, словно спрашивая: «Ты знаешь, где это?». Он слегка качнул головой.

– Это деревня почти в дельте реки Унду, – пояснила Эри.

По лицу Лидии было видно, что ответ ей не понравился, но высказываться вслух она не торопилась, только кивнула, чтобы гостья продолжала.

– И что случилось в этой деревне? – спросил Фридлин.

– Я… – Эри посмотрела в окно. Она понимала, что говорит сбивчиво, кое-как, но умелый рассказ все не получался. – Меня вырастила Анжела. Она знахарка. Была. Она рованка вообще-то, но полжизни прожила в Лансии. Меня бросили после рождения, а Анжела взяла к себе. Мы жили в Шадер вдвоем, и все бы ничего, но еще с зимы она очень болела, – Эри выдохнула. – Несколько дней назад она умерла. А я ушла.

– А что, кроме Анжелы в деревне больше никого не было? – удивилась Лидия.

– Для меня – никого, – сказала с ударением Эри.

Она вспомнила погребальный костер. Как трещали дрова, и ало-желтые языки пламени танцевали вокруг завернутого в полотно тела. Как пахло горелой плотью, а она стояла и смотрела. Словно лист бумаги, который поднесли к лучине, и в нем расползалась огромная дыра. Хотелось, чтобы все оказалось неправдой, чтобы утром, проснувшись, они ушли бы в лес за малиной, или чтобы прямо тогда она перестала существовать.

– По ту сторону ее ждет лучший мир, – говорил Хартон.

– А почему он не может быть по эту? – спрашивала Эри.

От мужчины пахло лошадьми. У него было круглое лицо с коротенькой бородкой и широкие карие глаза, полные сочувствия и сожаления.

На груди Хартона блестел медальон, похожий на расплющенную монету с гравировкой. Отблеск огня плясал в прожилках, заставляя изображение цветка с шестью лепестками переливаться. Картина врезалась в память.

– Мне жаль. – Голос Фридлина вернул ее в Нюэль. – Но бродяжничество вряд ли поможет. Оставайся на ночь, а там посмотрим, как отвезти тебя домой.

– Нет. – Эри поспешно мотнула головой. – Спасибо вам, но я не вернусь. Может, в деревне найдется какая-нибудь работа, как думаете?

Лидия снова вопросительно посмотрела на мужа. Эри почувствовала повисшее в воздухе напряжение и мысленно пожалела, что спросила.

– Извините, не хочу доставлять неудобство, – сказала она, поднимаясь из-за стола. – Вы и так меня накормили.

– Пап, можно она останется? – попросил Лин.

– Рабочие руки никогда не лишни, – проговорил, наконец, Фридлин. – Так и быть, оставайся у нас. За домом есть свободный флигель, там никто не побеспокоит.

Лидия глянула на мужа как на безумного.

– Я все покажу, – воскликнул Лин, спрыгивая с лавки.

Эри заволновалась. Возвращаться на дорогу не хотелось, у нее болели ноги, и в теле чувствовалась такая тяжесть, словно ее, как мешок, набили старым хламом. По выражению лица хозяйки она видела, что гость нежеланный, а вот глаза мальчика так светились, что она все же решилась.

– Спасибо вам, – ответила она, постаравшись вложить в слова всю благодарность, которую испытывала.

Лидия дождалась, пока за девчонкой и сыном не стукнет входная дверь.

– Что ты удумал? – взорвалась она. – Ты не собаку на дороге подобрал, а не пойми кого. Знаешь же, что я и так не выношу бродяг и попрошаек, а тут еще полукровка. Хочешь нажить неприятности?

Фридлин сел на лавку верхом. Он не хотел говорить жене, что девчонка светилась. Лидия, как и многие лансийцы, была суеверна, и еще чего доброго решила бы, что Эриал – это демон с болот, хотя никто их никогда не видел. Одно в рассказе девочки показалось ему любопытным – рованка Анжела. Еще в армии он слышал, что рованцы владеют секретами магии чуть ли не со времен хаарской империи. И по всему выходило, что Эриал – не обычная полукровка.

Фридлину захотелось за девчонкой понаблюдать. К тому же молодые и, что хорошо, почти бесплатные рабочие руки им были сейчас как нельзя кстати.

– Посмотри на это иначе. – Он придвинулся к жене. – Говорят же, что Хинт и Ренорд решили объединить страну. Так что скоро тут будет полно остроухих.

– Ты сам-то в это веришь? – упорствовала Лидия. – А если она в розыске? Ее жалостливую историю даже нельзя проверить. Что это еще за Шадер? Унду – крохотная речушка, приток Тетика, какая там дельта, а тем более целая деревня?

– Может, и так. – Фридлин аккуратно стянул белый чепчик с ее головы. Рыжие волосы рассыпались по плечам. – А может, и нет. Разве мы с тобой мало ненависти видели? Я не хочу, чтобы Лин рос таким же. Еще несколько урожайных лет, и отправим его в Ланкас учиться на подмастерье. А если будет общаться с этой девочкой, то потом, видать, сможет и с эльфами. Будь дальновидней. К тому ж, какой нам вред?

– Для начала у нее нет документов, а закон о нелюдях пока не отменяли. – Лидия сделала последнюю попытку вразумить мужа.

– Да она эльф самое большее наполовину, – не сдавался Фридлин. – Будет нам работник, плохо, что ли?

Он наклонился и поцеловал жену в лоб. Та тяжело вздохнула и, наконец, сдалась.

* * *

Флигель был старым, почерневшим от времени. Углы заросли паутиной. Половину единственной комнаты занимали огромный сундук и наваленные горой вещи, а напротив стояли кровать и шкаф с деревянным бруском вместо ножки.

Но помещение не выглядело нежилым. В светильниках на стенах было достаточно масла. Пахло розмарином, сушившимся под потолком, а на кровати лежало несколько хороших одеял.

Слева к флигелю примыкала баня. Просторная, не то что закуток в избушке, в котором они с Анжелой мылись только зимой, а летом в основном в реке.

Стараясь не лить много воды и не злоупотреблять временем, Эри помылась. Лин оставил в предбаннике полотенце и чистую одежду: заштопанную мужскую рубашку и штаны, которые пришлось подвернуть.

Вернувшись во флигель, Эри скинула сандалии и взгромоздилась на кровать. По телу разливалось блаженство. После стольких дней в лесу не верилось, что она наконец-то нашла хоть какое-то место.

И пусть она не знает, как быть завтра, важно, что сегодня к ней были настолько добры, что дали ужин и кров. Должно быть, это Анжела следит с той стороны и привела к этим необыкновенным людям.

Распластавшись на кровати, Эри мгновенно заснула.

Ей снилась Шадер. Вечернее солнце ласкало лучами горизонт. Стволы деревьев окрасились в рыжий цвет, вытянутые облака разлиновали небо. Эри видела тысячи закатов, но именно от этого веяло холодом и безнадежностью. Может, потому что приближались весенние грозы. Может, потому что закончилось ее детство.

Шадерцы возвращались с полей. В воздухе разливался запах дыма и жареного мяса. В животе было так же пусто, как и в душе.

Ссутулившись, Эри брела к центру деревни. Несколько девчонок играли в догонялки на поляне. От громкого смеха звенело в ушах. Так хотелось исчезнуть, стать невидимой. Если бы она была настоящей ведьмой…

– Ой, смотрите, кто идет! – воскликнула девица в алом сарафане. – Никак наша эльфиечка пожаловала!

Эри невольно сжала кулаки.

Диана Хартон. Выше ее на целую голову, с толстой каштановой косой по пояс и видной фигурой. Лицо пухленькое, а глаза карие и недобрые. Даже во сне Эри чувствовала, как ненавидит ее.

Диана была главной придумщицей всех прозвищ и насмешек. Она первая бросила комок грязи, еще раньше первая толкнула в лужу. И именно ее первую и единственную Эри ударила. С чувством, так, что фиолетовый синяк на щеке не сходил больше недели. Но как же Анжела тогда расстроилась! Заставила Эри прилюдно извиниться, но с тех пор после этого мало что изменилось.

«Только не сейчас», – мысленно просила Эри, ускоряя шаг.

– Эй, я к тебе обращаюсь, ведьма остроухая! Что ты здесь забыла? – Диана выступила вперед, подбадриваемая восхищенными взглядами подружек.

Просто пройти мимо. Не останавливаться.

Ой! Эри схватилась за плечо.

Легко догадаться, кто бросил камень.

Она развернулась и медленно, как разозленная собака, двинулась на Диану. Зеленые глаза неприятно потемнели. Девочки попятились, но их смелая предводительница только скривилась в усмешке:

– И что ты сделаешь? Ударишь? Заколдуешь? У-у-у, как страшно.

Эри чувствовала, что терять было нечего. К горлу подкатил комок, гнев заполнял внутреннюю пустоту. И кто знает, чем бы закончилось в тот раз, не появись неизвестно откуда Рикки.

– Тише, тише! – воскликнул он, отталкивая девушек, словно судья на кулачном поединке. – Что случилось?

– А ты не видишь? – возмутилась Диана, картинно всплеснув руками. – Твоя ненаглядная хочет убить твою сестру.

Эри глубоко вдохнула, широко раздувая ноздри.

Диана знала, чем можно было ранить сильнее всего. Эри всегда удивлялась, как в уютном доме Хартонов могла вырасти такая. Но она отдавала ей должное: Диана не скрывала своих намерений и нападала всегда открыто.

Рикки оказался хуже. Предателем и подлецом.

– Эри? – Он осторожно заглянул ей в глаза. – С тобой все хорошо?

Диана и подружки многозначительно переглянулись.

– Я ищу вашего отца, – выдавила она, сглатывая ком в горле.

– Что-то случилось? – взволнованно спросил Рикки, на что Диана закатила глаза.

– Да, – прошептала Эри, чувствуя, как само ее существо сжимается, превращаясь в два коротких слова: – Анжела умерла.

* * *

Что-то коснулось губ. Теплое и нежное. Эри улыбнулась.

– А ты ничего, – раздалось сверху.

Она вздрогнула и проснулась. Рядом сидел рыжеволосый юноша. Ореховые глаза светились задорным огоньком, по узкой переносице были рассыпаны веснушки, тонкие губы растянулись в лукавой улыбке. Было в нем что-то очаровательное и манящее.

– Извини, забыл, как тебя зовут?

Он окинул худенькую фигурку откровенным взглядом.

Глаза Эри распахнулись шире, она приоткрыла рот, чтобы ответить, но не успела. Воспользовавшись заминкой, неизвестный прильнул к ее губам.

Теплота поцелуя пробуждала что-то, спящее глубоко внутри. Не сразу опомнившись, Эри вывернулась и, потеряв равновесие, свалилась на пол. Парень рассмеялся:

– Ты чего?

– Ни-ко-гда! – прошептала она, сверкая глазищами.

Только сейчас он заметил острые уши. Как две скалы в беспокойном океане растрепанных волос.

– Кто ты? – почти одновременно спросили они.

Эри походила на загнанную к стене кошку. Вот-вот зашипит. Но парень оказался не из пугливых.

– Я здесь вообще-то живу, – возмутился он.

– Ты… Ты, наверное, старший сын Фридлина, – сообразила наконец Эри.

А ведь как похож на Лидию!

– Да, Грионт, а вот ты… – Он гордо вздернул подбородок.

– Эр… Эриал. – Поднявшись, она отряхнула штанишки. – Твой отец спас мне жизнь и разрешил остаться на ночь. Я думала, ты живешь в доме со всеми.

Огоньки лампадок плясали в лукавых глазах рыжего.

– Да, просто увидел свет и решил, что ты ко мне…

Он встал, оказавшись в шаге от Эри. Она отступила, прижавшись лодыжками к сундуку.

– И ты на всех так бросаешься?

Грионт причмокнул, словно в предвкушении хорошего ужина.

– Нет, но с тобой уже не жалею. Не бойся, мы поладим.

– Сомневаюсь, – сдавленно проговорила Эри.

Игриво приподняв рыжую бровь, юноша усмехнулся:

– Ладно, еще увидимся!

Он послал ей воздушный поцелуй и развернулся.

Эри нахмурилась, глядя парню в спину, пока он не скрылся за дверью.

Вот так, не успела обосноваться, а уже наживает неприятности.

Глава вторая. Мечты сбываются

Когда она вошла в конюшню Нюэльских, сама жизнь как будто улыбнулась. Три разномастные лошади, высунув морды, наблюдали, как остроухая незнакомка вертела головой и смотрела на все с нескрываемым восторгом. Даже стойкий запах навоза не отпугивал. Эри заглянула в каждый уголок и потрогала все, что попалось на глаза. Висевшие на крюках уздечки, сваленные в кучу попоны, старые проржавевшие стремена, корыта для воды и корма, мешки с овсом и даже лопату для уборки навоза.

– Вот это как раз самое нужное, – раздалось у входа.

Эри почувствовала, как в животе неприятно сжалось. Словно Диану встретила. Она обернулась.

Скрестив руки, Грионт привалился к стене.

– Папаша говорит, ты убежала из дома, – сказал он вместо «доброе утро». – Уважаю. И даже не против работать с таким ушастым очарованием.

На секунду Эри растерялась. Раньше она прорычала бы что-нибудь грубое. Но тогда и терять было нечего.

– Только руки не распускать. – Вышло просительно.

– Не волнуйся, – пообещал Грионт и с усмешкой добавил: – Женщины сами ко мне приходят.

Эри заявлению не поверила. Парень отлепился от стены и шагнул к ней.

– Ну что, слушай внимательно. Хороший конюх – это ведь не работа, это как любовь, – в улыбке Грионта была смесь мечтательности и самодовольства. – Ездила верхом? Нет? Тогда тем более пошли.

Ближайшее к двери стойло отводилось для Куини, гнедо-пегой кобылы килонской породы. Большие и малые белые пятна причудливой формы были разбросаны по темно-рыжему крупу, словно кляксы, оставленные художником недоучкой. Черная грива, недавно остриженная до середины шеи, переливалась и блестела.

– Говорят, лучших в стране лошадей разводят в Килонии, – пояснял Грионт, надевая на красавицу седло. – И породистая кобыла в особой цене. Только Куини у нас не чистокровная, да и нрав диковат. Но зато выносливая, хорошо работает.

Эри провела ладонью по бархатной шее. Горячая, чуть влажная. У них с Анжелой никогда не было лошади. Тем более такой.

Выведя Куини на улицу, Грионт сцепил пальцы в замок и наклонился.

– Ставь ногу и забирайся.

– Что, прямо тебе на руку? – удивилась Эри. – Но ведь я в ботинках.

– Дава-ай, – протянул он.

Эри робко подняла ногу. Ей казалось, что стоит перенести вес, и его тонкие пальцы хрустнут как горстка веточек.

– Ну! – Грионт уже начал терять терпение.

Она решилась. Уцепившись за край седла, поставила ногу на предложенную «ступеньку» и неожиданно легко поднялась наверх.

– Ух. – Эри гордо выпрямилась в седле. Подумать только!

Грионт бесцеремонно схватил ее за лодыжку и направил кончик ботинка в стремя.

– Не трогай уздечку пока, – сказал строго.

Эри недовольно поджала губы, но возражать не осмелилась.

– Ну, красивая, давай. – Грионт щелкнул языком и повел Куини за собой.

Лошадь шла медленно, неохотно. Старалась держаться ближе к хозяину, и Эри казалось, что вот-вот она заденет парня коленкой. Да и покачивало так, что нет-нет, а за седло схватишься. Благо тут как раз был какой-то выступающий штырь. Неудобный, но лучше, чем ничего.

Эри перевела взгляд на рыжий затылок. Счастливый он, каждый день ведь так может.

– Нравится? – спросил Грионт, обернувшись.

– Очень. – Она улыбнулась.

Они зашли в круглый загон метров десять в диаметре, и парень протянул ей маленький хлыстик.

– Давай побегаем немного. – Он отступил назад и присвистнул.

Куини дернулась и поскакала рысью по кругу. Эри подпрыгивала, беспомощно схватившись за рожок. Сиденье казалось твердым, как камень.

– Давай, ускоряйся. – Грионт махнул рукой, показывая, как стегануть лошадь.

Но Эри только мотнула головой. Как можно бить такое животное?

Куини замедлила ход и почти пошла, как парень снова присвистнул, и кобыла перешла на рысь.

Эри уставилась на черную холку. Катание уже было не таким веселым. Внизу все начало болеть. Она пыталась как-то подпрыгивать, попадать в ритм, но лошадь стала опасно приближаться к забору. Тут не упасть бы. Ладошки предательски увлажнились.

Грионт снова присвистнул и занес руку над большим хлыстом у себя на поясе. Куини дернулась и побежала быстрее. По кругу, опасно наклоняясь к центру.

Эри напрягла ноги, боясь вылететь из седла. Ей казалось, что она уже ничем не управляет, и захоти животное размазать ее по деревянной ограде – она не успеет ни соскочить, ни спрятать коленку, а резко остановись – она вылетит из седла, и поминай как звали. Не шею сломает, так что-то еще.

Лошадь гнала вперед, а Эри считала мгновения, когда же эта пытка закончится. Наконец, Куини замедлила ход и послушно подошла к Грионту.

– Настоящая наездница! – усмехнулся он, подхватывая уздечку.

Эри выдохнула. Внутренняя сторона бедер горела, ладони и спина вспотели. Не так она представляла себе верховую езду. Ветер в волосах, а не отбитый зад.

В ореховых глазах засветился лукавый огонек.

– Ничего, красивая, со временем привыкнешь. – Он погладил Куини по морде.

– Ты научишь? – спросила Эри, обнаружив в собственном голосе жалобные нотки.

– А как же. – Грионт победно вскинул подбородок.

Этот раунд был за ним.

* * *

Счастливая, словно разбогатела, Эри с головой окунулась в новое дело.

В овчарне у Нюэльских было сорок три головы. Мало, по словам Грионта. Для нее – настоящее богатство. Больше, чем у Хартонов. Уход за животными оказался нетрудным, только загонять было тяжело. С одной Куини бы управиться. Но когда начало получаться, и это стало в радость.

О лошадях Грионт знал много, рассказывал с задором, не упуская мелочей и не ленясь повторять. Строгий, как порой бывала Анжела, он гонял ее днями напролет, заставляя описывать круги и прыгать через невидимые препятствия, пускать галопом и резко останавливаться. Подчинять себе животное.

Эри восхищало его терпение и способность толково разъяснить, но все чаще ей казалось, что главной целью он выбрал подчинить ее. Зачаровать. Коснуться как бы невзначай, показать силу рук, обжечь дыханием ухо или, ловко запрыгнув в седло, погарцевать.

Вечерами, когда после неизменной уборки Эри валилась с ног, Грионт смотрел насмешливо, словно бы спрашивая: «Ну что, ты еще не влюбилась?»

Она злилась и потом долго не могла заснуть, ворочалась. Каждое утро обещала себе не поддаваться и больше о нем не думать. И каждый день ореховые глаза подтачивали защиту.

Грионт не нарушал обещания, но он был хорош. И знал об этом.

Рано утром, когда деревня еще только просыпалась, Эри ходила встречать рассвет на берегу Тетика. Около ста пятидесяти шагов от флигеля – и можно увидеть, как река огибает с двух сторон островки, поросшие кустарником, и несет воды далеко за горизонт. Где-то там на востоке осталась Шадер. Южнее была Рована, откуда Анжела была родом, на западе – эльфы, а на севере – город Толлгард, столица. Грионт все время говорил о нем, как о каком-то расчудесном месте, где сбываются мечты.

Она же считала, что они уже сбылись. Здесь.

Эри уселась на камень у воды. На ней были старая рубашка Грионта, любимые штанишки, залатанные Анжелой, и поношенные туфли Лидии. Хозяйка обещала, что на ближайшей ярмарке они купят ей что-нибудь приличное. И женское. Только бы дождаться.

«Хорошо, что ушла из Шадер, – думала Эри. – Потому что только движение воды делает из реки реку».

Две ладони закрыли ей глаза. Она напряглась и схватила неизвестного за руки. Маленькие пальчики, нежная кожа. От души отлегло.

– Это я! – воскликнул, смеясь, Лин. – А ты на кого подумала?

– Маленький безобразник, – улыбнулась Эри, обнимая его. – Что так рано?

– Ты же говорила, что утро – время чудес. Я захотел увидеть.

– Да, сегодня хорошая погода будет…

– Ты решила, что это мой брат, да? – перебил ее Лин, высвобождаясь из объятий.

Эри не ответила.

– Он любит поспать, – продолжал мальчик. – А он тебе тоже нравится?

– Тоже?

– Как всем девчонкам.

– Нет. – Эри задумчиво посмотрела в сторону. – Не хочу еще раз обжечься.

Лин приоткрыл было рот, но она перевела тему:

– Не хочешь покататься?

– Хочу. – Мальчик кивнул. – Но сначала сказку о Лансии. Ты обещала.

Лин смотрел так, что отказать было невозможно.

– Не сказку, а легенду, – с серьезным видом поправила Эри. – Значит, слушай. Когда-то давным-давно, больше тысячи лет назад, на нашем полуострове еще не было государств, а проживали племена эльфов и снегов – бледных людей. Эльфы были умны, искусны и заносчивы. Они знали секреты природной магии, их могущественные друиды повелевали животными и растениями, обеспечивая свой народ пропитанием. Утонченные эльфы не знали тяжелого труда, охотились больше для развлечения, и среди них было немало прекрасных музыкантов и поэтов. Снеги же вели простой, приземленный образ жизни, возделывали плодородные почвы по берегам рек, охотились ради выживания и больше славились ритуальными танцами вокруг костров, чем каким-то искусством. Для эльфов снеги были дикарями, разрушающими природу и не умевшими сосуществовать с ней.

Многие годы и десятилетия тянулось противостояние двух народов, пока с юга не пришла Темная империя. Хаары, смуглые люди. Сильные, дисциплинированные, жаждущие власти, всего за несколько лет они захватили земли будущей Лансии, вынудив жителей платить дань как товарами, так и людьми. Работорговля и военная мощь были основой процветания империи. Но хаары стремились к большему. Они хотели овладеть знаниями друидов – магией леса. Каждый эльф, замеченный в колдовстве, передавался в руки Хранителей империи. В их лабораториумах над пленными магами ставились ужасные опыты с целью раскрыть их секреты.

Темная империя процветала больше трех столетий, пока однажды двое не встали на путь борьбы и не отвоевали независимость для своих народов. Его звали Ланс, ее – Сия. Он был эльфом, она – снегой. Случайно познакомившись и подружившись еще в детстве, они мечтали о едином государстве, свободном от рабства и межрасовых разногласий. Разлученные, пройдя множество испытаний, они взрослели, и любовь между ними становилась сильнее самого императора. И однажды эльфы и снеги восстали под единым флагом и сбросили хаарское иго. Ланс и Сия погибли в бою. В последнюю минуту они сумели найти друг друга на поле брани и умерли, держась за руки. Так и не увидев свою мечту в жизни, они стали символом для потомков. И спустя десятилетия избранные короли людей и эльфов подписали договор о новом государстве, назвав его сочетанием их имен: Лансия.

– Если это правда, то почему потом все распалось? – спросил Лин.

– Потому что люди и эльфы забыли уроки истории.

– Но ты же помнишь.

– Мне рассказывала Анжела, она из Рованы.

– А откуда взялась Рована? – продолжал сыпать вопросами Лин.

– Так ты хочешь кататься или нет? – Эри нахмурила лоб.

– Хочу. – Мальчик кивнул и задиристо пообещал: – И ты меня не догонишь.

Они рванули наперегонки к конюшне.

Подготовив Куини, Эри помогла Лину забраться в седло, и через мгновение ему ударил в лицо ветер, а ухо обдало ее теплое дыхание. Мальчик радостно засмеялся. Лошадь понеслась рысью, затем пустилась в галоп.

Эри чувствовала, что каждое движение животного принадлежит и ей, что они почти едины. Скачки с ветром захватывали, опьяняли. В такие минуты время останавливалось, прошлое не существовало. Уходили горькие воспоминания о смерти Анжелы и жизни в Шадер, открывалась дорога новому.

Она правильно сделала, что ушла. В деревне, где тебе нет места, не может быть счастья. А здесь у нее были дом, семья, лошади. И никакой мерзкой Дианы, предателя Рикки и всяких там насмешек.

Анжела говорила, что жизнь дает человеку ответы на все вопросы. Надо только хорошенько подумать, что хочешь спросить, и правда ли тебе нужно это знать. И вот она спросила, может ли и у нее быть все, как у других.

Оказывается, может.

Спрыгнув с лошади, Эри помогла Лину. Довольная улыбка озаряла его раскрасневшееся личико.

– Пойду узнаю, как там с завтраком, – предложил он.

Маленькие ножки засеменили к дому. Эри подумала, какой же Лин открытый и жизнелюбивый. Она в его возрасте была угрюмой и всегда готовой к драке. И много плакала, когда никто не видел.

«Но теперь все неважно, – мысленно отмахнулась она. – Те времена позади».

Расседлав любимицу, Эри отвела Куини в стойло, а сама отправилась с ведром к Тетику. Берег был крутым, но Фридлин соорудил для удобства деревянные подмостки. Она опустилась на колени и наклонилась к воде, стараясь не потерять равновесие.

Вдруг над ухом раздался едкий голос:

– Работаем? Умница!

От неожиданности Эри покачнулась и свалилась в реку. Холодное течение подхватило и понесло. Грионт что-то кричал, но она не слышала. Одежда стала тяжелой и тянула ко дну.

Оправившись от шока, Эри стала грести к берегу, ища глазами пологий участок.

Русло реки уходило влево, огибая невысокий утес, а за ним появилась полянка, спрятанная в поросли рогоза. Эри поплыла поперек течения, пока под ногами не стал прощупываться вязкий ил. Поморщившись, она сделала еще несколько гребков и встала.

Выбравшись, она отжала мокрые волосы, а затем рубашку. Штанины выглядели удручающе, по щиколотку в сером иле. А туфли Лидии теперь, наверное, доплывут до Темного моря.

Эри не знала, на кого сейчас злилась больше: на рыжего или на себя.

Продираясь сквозь толстые стебли рогоза, она прошла около двадцати шагов и остановилась. На лужайке впереди, распластав руки в стороны, лежала полуголая девушка. Хрупкая, худенькая и очень красивая. Золотистые кудри разметались по траве, а длинные ресницы едва заметно дрожали.

Эри замерла, не решаясь пошевелиться.

Красавица приподняла одно веко и вскрикнула.

– Не бойся. – Эри вытянула вперед руку.

– Мамочки, русалка! – Девушка согнулась и судорожно схватила лежавшую рядом юбку.

– Не бойся, говорю. Русалки штанов не носят.

Блондинка медленно пятилась, прикрываясь скомканной юбкой.

– Я просто в реку упала, – Эри откинула лезшие на лоб сосульки волос. – А ты ведь не хочешь, чтобы тебя вот так увидели, верно? – она наклонилась и подняла раскиданные на траве вещи.

Красавица остановилась и склонила голову набок.

– Ты…

– Я не эльф, не русалка и не речной дух. Меня зовут Эриал, я живу неподалеку.

Блондинка шумно выдохнула.

– Ну и напугала же ты меня!

– Прости. А почему ты голая?

– Загораю для красоты.

Эри посмотрела на нее с сомнением. Девушка забрала сорочку и принялась одеваться.

– Ну и вид у тебя, – усмехнулась она, когда закончила. – Поехали ко мне, умоешься, и я что-нибудь чистое подыщу.

Эри смутилась и невольно отступила, словно это на нее теперь надвигалось морское чудище.

– Не нужно, я…

– Пойдем, – блондинка очаровательно улыбнулась.

– Ладно, – согласилась Эри. – А зовут тебя как?

– Елена.

* * *

Из материалов дела O-Э127:

Господин Грэй,

мой долг – сообщить, что в доме Фридлина Нюэльского (глава совета) поселился эльф. Похоже, шпионка. Назвалась Эриал Найт и уверяет, что из некой деревни Шадер. На карте такой не значится.

Прошу Вас разобраться.

Сержант запаса

Натаниэль Ксандр,

д. Нюэль, Южная Гардия,

30 июля 134 года периода Бруно

* * *

На ужин было жаркое в горшочках. Лидия накрыла стол и села по правую руку от мужа. Она закончила готовить к ярмарке бочки c соленьями и пребывала в приподнятом настроении.

– Как прошел день? – поинтересовалась она, приступая к еде.

– Все готово к поездке в Ланкас, – улыбнулся Фридлин. – Так что завтра прямо с утра…

– А мы в школе проходили, что Ланкас был уничтожен во время семилетней войны, – заметил Лин, откусывая от горячей картофелины.

– Его отстроили по приказу короля Крендимиолда, – пояснила Лидия, зачерпывая ложкой аппетитное жаркое.

– А Эри сегодня решила искупаться, – сказал Грионт, ухмыльнувшись.

Эри недобро сощурилась.

– Что? – воскликнул он. – Только не говори, что это я тебя толкнул!

Лидия и Фридлин многозначительно переглянулись.

– Я вот думаю, – начала хозяйка, откладывая ложку, – не взять ли тебе его с собой?

– Хорошая мысль, – подхватил муж.

– Кого? Меня? – Грионт испуганно посмотрел на родителей. – Зачем?

– Что значит зачем? – рассердился Фридлин. – Да хоть телегу разгружать.

Парень дернул губой.

– Вот и решили. – Лидия посмотрела на сына, и тот сразу сник.

Эри не удержалась от злорадной ухмылки. Так-то.

– Лин сказал, что ты была в гостях у Елены, – сменил тему Фридлин.

– А? – Эри отвлеклась. – Да. Мы случайно познакомились. Такая необыкновенная девушка, красивая и добрая.

Лидия снова переглянулась с мужем.

– А еще у нее дом огромный, – увлеченно продолжала Эри. – С верандой на втором этаже, откуда можно любоваться закатом или смотреть на фруктовый сад. У них много работников. А еще Елена показала всякие женские штучки. У нее столько украшений! И одежды. На все случаи! В поле, на ярмарку… И она умеет глаза подкрашивать так, что те кажутся больше. С ней так интересно и…

– Хорошо, что вы подружились, – аккуратно перебила Лидия и добавила: – Надеюсь, Елена с Грионтом поженятся.

За столом снова стало тихо. Старший сын закатил глаза. Эри сглотнула отчего-то вдруг застрявший в горле кусок мяса.

Фридлин сделал вид, что ничего не слышал, и увлеченно поглощал жаркое. Он был против того, чтобы вот так за кого-то решали, с кем ему быть. Но без жесткой руки Лидии Грионт мог на всю жизнь остаться оболтусом. Хотя работник из него был неплохой, ответственности недоставало. Фридлин не представлял, что старший сын когда-то начнет заботиться о ком-то, кроме себя. Скорее другая война грянет, несмотря на все обещанные перемирия.

Фридлин хорошо помнил себя в этом возрасте. Тоже был разгильдяем, но обстоятельства вынудили повзрослеть. Однажды декабрьским утром отец хлопнул его по плечу и со словами «Сильный человек всегда добрый» ушел воевать с эльфами. Они остались с матерью вдвоем и со дня на день ждали, когда же призовут и его. В тот первый, самый трудный год он и встретил Лидию – дочку их школьной учительницы, жившей в соседней деревне. Фридлин знал ее еще в детстве, она сидела за партой впереди, но кто мог тогда подумать, что пухленькая девчушка с рыжими косичками и россыпью веснушек вдруг превратится в такую красавицу?

Сначала свидания проходили втайне. Фридлин боялся, что мать не одобрит. И так с хозяйством не больно-то справлялся, а тут еще влюбился в девчонку из бедной семьи, к тому же на год его старше. Но Лидия умела поставить вопрос ребром. Изрядно помучавшись, он все же открылся матери, и та, к удивлению, дала согласие на брак. Они сыграли свадьбу, а через неделю Фридлина призвали на фронт вслед за отцом, который, как позже выяснилось, погиб во время ночного налета эльфов на их лагерь.

О родившемся сыне Фридлин узнал лишь после войны, когда Грионту уже исполнилось пять лет. Все военные годы мать и Лидия поддерживали друг друга, хозяйство удалось восстановить. И четыре года спустя они решились на второго ребенка.

– Лин, что сегодня было в школе? – нарушила молчание хозяйка.

Все разом выдохнули.

Глава третья. Цена дружбы

– Хорошо! – воскликнула Эри, протирая ладонью запотевшее зеркальце в бане.

После долгого дня помыться – истинное блаженство. Надев рубашку Грионта, мешком висевшую на худой спине, она закатала штанины и с сандалиями в руке вышла на улицу. Земля прогрелась, захотелось походить босиком.

Во внутреннем дворике в беседке, скрестив ноги, устроился Лин. Он сидел с закрытыми глазами и смешно шевелил губами.

Эри подкралась сзади и выглянула из-за плеча.

– Что учишь?

– Ой! – воскликнул мальчик и виновато потупил глаза. – Да вот завтра опрос, а я боюсь, вдруг неправильно запомнил.

Эри перемахнула через перила.

– Не бойся. Что там у тебя?

Оживившись, Лин спрыгнул со скамейки.

– Я буду рассказывать, а ты проверяй, хорошо? Ты ведь все знаешь, правда?

Эри широко улыбнулась, уверенная, что, может, и не все, но многое. В школу она не ходила из-за проблем с другими детьми, но Анжела была лучшим учителем.

Вытянувшись по струнке, Лин растерянно глянул вверх, взволнованно сглотнул и, набрав в легкие воздуха, заговорил:

– Лансия – это самая большая страна на Снежном полуострове. У нее две части. Западная – наша земля, людей то есть, где король – Хинт Бруно. И восточная, которую захватили эльфы.

– Так.

– У эльфов король Ренорд Быстрый. Почему быстрый – не знаю. Учительница рассказывала, но я отвлекся.

Эри задумалась. Она и сама не знала. Анжела редко говорила о политике.

– Это не главное, продолжай, – ободрила она мальчика.

– На западе Лансии Темное море, на востоке – Светлое. На юге Аргон, где правят кланы, и город-государство Рована.

– Где правит Великой Оракул, – добавила Эри. – Вместе с советом магов.

– Магии не бывает, – пробурчал Лин обиженно, словно его принимали за дурачка.

– А вот и бывает, – возразила Эри и некстати вспомнила свое шадерское прозвище. Ведьма.

– Не бывает, – упрямо повторил мальчик.

– Ладно. – Она глянула в сторону. – А провинции вы уже учили?

– Да. – Лин гордо вскинул голову и, загибая пальцы, принялся перечислять. – Северная Гардия, Южная, Фиория, Килония, Кадзай, Тария и… – он наморщил лоб. – И еще одна, за которую с эльфами так и дерутся. Никак не могу запомнить.

– А что, есть такая? – обнаружила Эри свое невежество.

– Есть, – подтвердил Лин. – Папа говорил, что там эльфы свободно живут рядом с людьми.

– Правда? А день сегодня какой?

– 17 июля 134 года от начала правления династии Бруно… А правда, что у эльфов свой календарь? – перебил сам себя Лин.

– Наверное, – снова разочаровала его Эри, но, чтобы уж совсем не потерять лицо, сообщила. – А вот по рованскому календарю сейчас 1026 год от рождения Рована.

Лин собирался спросить что-то еще, но они оба отвлеклись.

К дому приближалась телега. На козлах сидел бритый здоровяк из тех, про кого говорят: ему б подковы гнуть. Массивные руки, широкая спина. Круглое простоватое лицо, нос картофелиной и маленький рот. Взгляд серо-голубых глаз прямой и открытый. Денниард Эль или просто Денни – один из работников Елены.

Лошадь остановилась, и здоровяк спрыгнул на пыльную дорогу.

– Эриал! – крикнул он.

– Снова за тобой, – вздохнул Лин, сникнув.

– Прости. – Она поднялась со скамейки и виновато посмотрела на мальчика.

– Ладно, я дальше маму попрошу.

Эри потрепала его по русой головке и, взволнованно поправив рубашку, побежала к воротам. Ей было неловко, что вот так бросила Лина, но едва ли не с самого утра она представляла, как вечером увидится с Еленой, как снова отправится в сказку. С ней было интереснее, чем с Грионтом. И уж точно в сто раз спокойнее.

Денни приехал не один. В телеге сидела темноволосая девица. Крупная, некрасивая, с нелепой мальчишечьей стрижкой и карими глазами, расположенными близко к широкому носу.

– Привет, – поздоровался Денни и качнул головой назад. – Это Страйп, дочь мельника. Тебя подсадить?

– Я сама. – Эри забралась по деревянному колесу и, устроившись напротив новой знакомой, вежливо сказала: – Приятно познакомиться.

Денни присвистнул и стеганул лошадь.

Ехали молча, внимательно разглядывая друг друга.

– А Елена только о тебе и говорит, – наконец заговорила Страйп и добавила: – Я тоже первый раз вижу нелюдя.

Денни обернулся и бросил тревожный взгляд на лицо Эри. Она хмурилась, раздувала ноздри, но ответила почти спокойно:

– Не называй меня так, пожалуйста.

– Не буду, – пообещала Страйп, не скрывая самодовольства.

Эри она не понравилась.

Телегу покачивало на ухабах, приходилось держаться за борт. Хозяйство Елены находилось на другом конце Нюэля, и на своих двоих было далековато.

Денни притормозил перед перекрестком, а пока поворачивал, Эри увидела в поле кучку деревенских ребят. Они окружили какого-то парня, толкали его из стороны в сторону и громко улюлюкали.

– Что это там? – Она вытянула шею.

– Да чьи-то разборки, – махнула рукой Страйп. – Не наша печаль.

– Денни, может, остановимся? – Эри подобралась к нему ближе и коснулась рукой плеча.

Парень послушно потянул поводья на себя.

– Если мы опоздаем к ужину, Елена обидится, – возразила Страйп. – Ну, спасешь ты его сегодня, Эль, а завтра ему будет хуже. Кто сам за себя постоять не может – всегда будет получать.

Денни стеганул лошадь, и телега покатила дальше.

Эри поймала себя на мысли, что могла бы выпрыгнуть. Могла бы кинуться на подмогу. Пусть девчонка, но все равно… А вместо этого так и осталась сидеть. Даже вслух не возразила.

* * *

– Эй, ты слушаешь? – Елена щелкнула пальцами.

Эри дернулась, сообразив, что наполовину сползла с кресла. Забравшись обратно, она уверенно заявила:

– Слушаю, конечно.

– И что думаешь? – спросила Страйп.

– Эмм… Да, я согласна с вами. – Эри пожала плечами.

– Мы спорили, за кого лучше выходить замуж, – пояснила еще одна из девчонок.

– А что, уже предложения делали? – не удержалась от усмешки Эри. С Еленой наедине было интересно, но в компании своих подруг она почему-то становилась такой глупой. И болтала все время об одном и том же. Неужели неизведанный мир вкусной еды и женской красоты вертится, словно юла, вокруг одних парней?

– Скоро будут, – сообщила Елена, как нечто само собой разумеющееся. – Но вот Страйп считает, что надо искать кого-то в городе, а если выйдешь за деревенского, навсегда в Нюэле останешься.

– Вот-вот, – подтвердила та. – А здесь, кроме Грионта, никого стоящего все равно нет.

– Это чем же он стоящий? – удивилась Эри. – Самомнением?

И тут же пожалела, что подняла эту тему. Елена дернулась, словно ее обожгло.

– Он красивый и умный, – обиженно проговорила она.

– К тому же будущий глава Совета, – добавила Страйп.

– Но замуж не за совет выходишь и не за внешность, – возразила Эри. – Зачем муж, который тебя не любит?

– Почему ты так говоришь? – Елена тряхнула головой, и пушистые волосы заиграли золотом в свете лампадок.

«Наверное, потому что сама красивая, не знает, что в людях главное не то, что снаружи», – подумала Эри и, махнув рукой, сказала:

– Да ну этого Грионта! Слишком много о нем в последнее время…

– А может, он тебе самой нравится? – предположила Страйп, сощурившись. Елена настороженно замерла, и Эри почувствовала себя еще более неуютно.

– Глупости! – отмахнулась она и добавила уже спокойнее: – Я таким парням не доверяю.

– А одно другому не мешает, – заметила Страйп, не сводя подозрительного взгляда.

– Это вы о нем постоянно говорите, а не я, – бросила Эри.

– Все понятно, – заключила Елена, скрестив руки на груди. – То-то я смотрю, он перестал в гости заходить.

Страйп чему-то довольно улыбнулась. Эри почувствовала, как в животе сжалось от страха. Что если вот так все разрушится?

– Давай не будем ссориться, – попросила она.

– Но друзья должны говорить правду, – возразила Елена.

– Друзья должны верить. Не нужен мне твой Грионт. Да и вообще, замуж я не хочу, – Эри откинулась на спинку кресла. Уже сама чувствовала себя обиженной.

– Может, еще киселя принести? – предложила третья девочка.

Остаток вечера рыжеволосого не вспоминали. Разговоры плавно перетекли в прежнее русло. Наряды, украшения, шитье с готовкой, будущая ярмарка и успешное замужество. И так по кругу. Эри не знала, какую тему предложить, потому сидела тихо и с отсутствующим видом пила смородиновый кисель. Девчонки щебетали и казались счастливыми. А она все не могла понять, как можно тратить столько сил на внешний вид не ради себя даже, а чтобы завлечь какого-нибудь парня и выскочить замуж? И это зная, что где-то за горизонтом есть другие города и даже страны. Зачем они учат провинции в школе, если никогда не соберутся туда съездить? Лучше бы она сейчас рассказывала что-нибудь Лину. И вообще…

Эри вспомнила сегодняшний случай на дороге и приуныла еще больше. Могла ведь выпрыгнуть. Прежняя Эри так бы и сделала. Та прежняя, которая не боялась опоздать на ужин, или что кто-то не то подумает.

«У прежней Эри не было подруг», – напомнила она себе.

Правильно Анжела говорила, что человеку никогда не бывает достаточно. Вот то, о чем мечтала. Наслаждайся и не жалуйся.

* * *

На следующий день они снова увиделись. Пошли прогуляться к реке. На этот раз наедине.

– Слушай, Эриал, – начала Елена, нарушая неловкое молчание. – Я хотела бы извиниться за вчерашнее.

– Да брось. – Она махнула рукой.

– Я ведь люблю Грионта, понимаешь, – продолжала подруга. – И конечно, всегда подозреваю, что другие его тоже любят.

– Ну, он симпатичный, – признала Эри.

– Скажи! – Елена мечтательно запрокинула голову. По золотистым кудрям прошла волна. – Он для меня всё, понимаешь. Моя жизнь. Мое будущее.

– Не, так нельзя, – возразила Эри. – Настолько полагаться на какого-то парня… А если он все-таки выберет другую? Да еще, может, и на людях отречется. Что тогда – жизни не будет?

Лицо Елены приобрело жалобное выражение.

– Я знаю, – проговорила она, – всякие слухи ходят. Якобы Грионт запирается во флигеле с девицами, а то и чаще с женщинами. И вроде они сами к нему ходят, как к любовнику. Но даже если и так – они для него ничего не значат. Развлечение, не больше. Я уверена.

– Во флигеле сейчас сплю я, – решила ободрить ее Эри. – И со мной запереться пусть только попробует!

Елена улыбнулась и взяла ее под руку.

– Но, – осторожно продолжила Эри, чувствуя приятное тепло от ладони подруги, – если уже такие слухи есть, может, не стоит так надеяться-то? Что будущее твое и все такое… У вас ведь большой дом, хозяйство, все, о чем можно мечтать. Да это Грионт должен за тебя держаться!

– Ты знаешь, Эриал, что Мария мне не мать? – спросила Елена и пояснила: – Она вторая жена отца. А мама умерла. Мне тогда было лет двенадцать, и я помню детство как счастливейшее время. Сейчас уже не верится, но жили мы много беднее. Отец шил ботинки, мама преподавала в школе. Родители никогда не ссорились, и я была их маленькой принцессой. Любимой, окруженной вниманием и заботой. А когда это случилось, когда мама упала с лошади, все изменилось. Отец начал пить, перестал бриться, менять одежду. С каждым днем скатывался все ниже и ниже. Пока кто-то из соседей не убедил его съездить в Ланкас развеяться. Он попросил Нюэльских приглядеть за мной и уехал. На три месяца с лишним! Но зато я ближе познакомилась с Грионтом и его семьей. Он такой красивый! Рыжий, с этими веснушками. А глаза, какие глаза… О чем я? – одернула себя Елена. – А, да… В общем, вернулся отец другим человеком. Сказал, что нашел новую работу, и неожиданно у нас появились деньги. А через год он женился на Марии. У нее семья из основателей деревни, как Нюэльские. Так что через тестя папа получил место в Совете. И теперь у нас было, как ты говоришь, все, о чем можно мечтать. Только маму мне это не вернуло… Мария ведь, знаешь, всего на пять лет старше меня. Так что она скорее старшая сестра, чем мачеха. Конечно, и с ней бывает весело, но она мечтает о своих детях. Папа тоже хочет сына. Я их понимаю. Это я – лишняя. Воспоминание о прошлом. Отец готов давать денег, сколько ни попрошу, лишь бы не проводить со мной время. Знаешь, как будто откупается. И это со стороны кажется, что у меня есть все, а я не ценю и только капризничаю. Но когда у тебя нет главного, Эриал, все это пшик, ярмарочные украшения, ботва без репки… Вот я и хочу уехать. А Грионт умный, сильный. Он защитит и сможет построить новый дом, где я уже не буду лишней.

Эри слушала, не перебивая. Как, оказывается, все неоднозначно! У них вот с Анжелой не было ничего. Но в каморке, похоже, было теплее, чем в Еленином огромном доме.

Только все равно не верилось, что Грионт станет тем, о ком подруга так мечтает. Он, конечно, обаятельный… Но это как голодному ядовитые ягоды. Соблазнительно и нельзя.

– Только в последнее время, – продолжала Елена, – еще даже до отъезда в Ланкас, Грионт совсем перестал заходить.

Эри вспомнился их поцелуй во флигеле, и как он хвастался, что женщины сами к нему приходят.

– Не надо ему верить, – сказала она.

– Думаешь, он обидит меня? – Елена сжала ее руку. – Ты настоящая подруга, знаю! Тем хуже было тебя подозревать. Но не переживай, все будет хорошо. Я верю.

В одном только Эри не могла признаться. Грионт был не как Рикки. Его она боялась, но в самом этом страхе было что-то нечистое, преступное. Словно где-то в ином мире иная Эри могла бы тогда во флигеле на поцелуй ответить.

Она тряхнула головой и обняла Елену за плечи. Ничего не было и ничего не будет. Никогда. Она обещает.

– Знаешь, – вслух сказала Эри, – я так счастлива, что с тобой познакомилась. У меня в Шадер совсем не было подруг.

– А почему? – удивилась Елена.

Эри пожала плечами.

– Я остроухая.

– И что? Ты симпатичная.

– Не знаю. Все из-за Дианы. Была такая девочка, дочь главы Совета. Вот она всегда задиралась, придумывала обидные клички и прозвища. Знаешь, как меня только не называли? И смеялись, толкали, отбирали вещи… Все всегда начиналось с нее.

– Но ведь она тоже стала такой не просто так, – вступилась Елена. – Может, там дома не все хорошо? Или ты первая обидела, а сама не помнишь?

– Не знаю, – покачала головой Эри. – Хартоны – самая крепкая семья, какую я видела. Они как Нюэльские. И вообще, помню, как нам было с Дианой лет, может, по шесть или семь. Мы собрались у школы, ждали первого урока. Анжела мне связала новый свитер. Красивый, я на него дышать боялась. И тут Дианка толкнула меня в лужу. Просто так, ни с того ни с сего. И захихикала. Но я в долгу не осталась. Вынырнула и врезала ей.

– Что, прямо кулаком? – удивилась Елена.

– Да. Так, что у нее синяк на щеке не сходил неделю. Правда, потом пришлось извиниться. При всех. Фу! Аж вспоминать противно. – Ее передернуло. – В школу я больше не ходила…

– И все равно как-то странно, – заметила Елена. – Счастливая девочка не стала бы никого толкать. И бить тоже, – добавила она. – Вообще, женщина не должна драться. Никогда.

– Кому должна? – не согласилась Эри.

– Никому. Себе. – Елена заговорила тоном учительницы. – Ты вот совсем не женственная. Красивая, а ходишь, как мальчишка, штаны носишь.

– В сарафане овец не попасешь. – Эри выгнула спину. – Мне нравится быть свободной. Не бояться, что какой-нибудь парень в меня не влюбится. Потому что тот, кому надо, в чем угодно меня разглядит. А кому нет – лишний раз не сделает больно.

– Это ты так думаешь, а мальчики устроены по-другому, – возразила Елена. – Они любят глазами.

Эри вспомнила Рикки, и сразу расхотелось спорить.

Глава четвертая. Ярмарка невест

– Так, мы уехали открываться. – Натаниэль Ксандр заглянул в комнату дочери. – Когда соберешься, Денни тебя отвезет. Кошелек на тумбочке.

– Спасибо, пап, – сквозь сон проговорила Елена. – Страйп еще хотела…

Но Натаниэль уже закрыл за собой дверь.

Елена шмыгнула носиком и перевернулась на бок. Еще чуть-чуть поспит.

* * *

Ксандр, Натаниэль

91 г. р. (п. Бруно)

Место рождения – д. Фавад, Килония. Проживает: д. Нюэль.

Сержант в запасе, крестьянин.

Младший из трех сыновей в семье башмачника. Сведений о преступлениях в роду нет.

В 18 лет поступил добровольцем в армию, дослужился до сержанта. Во время семилетней войны деревня Фавад была разрушена, семья погибла, имущество не сохранилось. В 114 г. был тяжело ранен и переведен в тыл в Южную Гардию. В этом же году женился, родилась дочь Елена. В 117 г. вернулся на фронт, три года пробыл на границе. После войны вернулся к супруге в д. Нюэль. Овдовел в 128 г., женился повторно в 132-м (Мария, 111 г. р.).

Глаз со 131 года, завербован А. Грэем (№ 03547)

(список дел и полученные вознаграждения прилагаются)

* * *

На летней ярмарке Ксандры держали палатку и торговали дорогой посудой, обувью и предметами роскоши из города. У них были наемные рабочие, поэтому в помощи Елены не нуждались. Она могла свободно бродить по рядам и покупать на выделенные деньги все, что захочется. Единственное, что не любила в ярмарке красавица, – это толпы народа, крики и толкотню. Если бы не Денни, давно сгинула бы в очередной давке.

А еще она не любила шутов и скоморохов.

Труппа артистов заняла половину и без того узкой улицы и показывала фокусы и трюки, разыгрывала представления. Последнее как раз было о переговорах двух королей. Мужичок в короне, изображавший Хинта, держал за шиворот худосочного парня в шапке с приклеенными ушами:

– Опять шпиона эльфийского поймал. Забирай, у нас своих дураков хватает.

– Ней, Ней! Этo не шпийон, он женийся хотель, – со смешным акцентом проговорил третий, изображавший короля эльфов Ренорда.

В толпе смеялись. В последнее время только и ходили слухи, что отношения между Восточной и Западной Лансиями надо укреплять всеми возможными способами. Кто-то выступил с предложением породнить знатные семьи, но идея, естественно, не прижилась.

Забавно скоморохи пародировали королеву Леорию – супругу Хинта, которая все время вздыхала, что эльфы длинные, щуплые, а хочется обниматься с мужчиной, а не со столбом фонарным.

«И то верно», – подумала Елена и тут увидела сквозь толпу Грионта. Он стоял за прилавком рядом с отцом и фальшиво улыбался покупателям. Солнце играло на рыжих волосах, и ореховые глаза горели как звездочки. Что бы там ни говорила Страйп про отца в Совете, этот парень был неотразим сам по себе. И они так давно не виделись.

Елена огляделась, раздумывая, куда бы послать Денни, а заодно и подружку, чтобы не мешались. Но прежде чем что-то путное пришло на ум, появилась Эриал. Во всем новом: блузке с вышивкой вокруг шеи, льняных штанах цвета травы с синим кушаком с рюшками. На ногах башмачки, тоже новые. Светлые волосы выбивались из-под белой косынки, лицо румяное и довольное. Даже спину против обычного не сутулила.

Вместе с Лидией они несли корзинки с покупками. Елена помахала подруге, но в такой толпе заметить ее было сложно.

Эриал завернула за прилавок и сложила покупки на ящик позади Грионта. Парень сказал ей что-то и улыбнулся. Задорно, как только он умеет. Остроухая кокетливо пожала плечиком. Их взгляды встретились. Теплые, как у хороших друзей. Или даже больше.

– Ну что, идем? – отвлекла Елену Страйп и тут же сама уставилась на Нюэльских. – Ой, вот они где.

– Денни. – Блондинка отвернулась. – У меня голова разболелась. Отвезешь домой?

– Конечно, – кивнул парень. – Когда скажешь.

– Собака эта Эриал, – вздохнула Страйп. – Ты к ней со всей душой…

– Увидимся позже. – Елена дотронулась до плеча Денни.

Парень начал пробираться сквозь толпу к выходу, а хрупкая красавица спряталась за его спиной.

* * *

Солнце еще не встало, комнату окутывал предрассветный сумрак. Эри проснулась, почувствовав чье-то присутствие. Иногда она видела странные сны, словно не может контролировать свое тело или идет по бескрайнему полю с алыми колосьями. Но сейчас было что-то другое.

– Спишь? – шепотом спросил незваный гость. Эри поморщилась и пробурчала:

– Я что, забыла запереть дверь?

– У меня ключ есть. – Грионт широко улыбнулся. – Вставай, я для тебя кое-что привез.

– Уходи. – Она отвернулась.

– Вста-авай, – протянул он и подошел к кровати.

Эри поняла, что сопротивление бесполезно. Рыжему наглецу ничего не стоило сдернуть одеяло или обрызгать водой. К тому же сегодня ярмарка, и все равно скоро подъем.

– Когда вы вернулись? – спросила она, усаживаясь на кровати. Волосы смешно топорщились на макушке, и Грионт улыбнулся еще шире.

– Ночью. Папаша решил подремать, но скоро будем собираться. Давай, я снаружи жду.

Он вышел, и Эри принялась одеваться. «Наверное, он все-таки по делу, – убедила себя она, пытаясь избавиться от неприятных мыслей. – И это не мое слабоволие. В конце концов, мало ли что случилось».

Грионт привалился к стене флигеля и терпеливо ждал. Месяц с отцом прошел не так уж плохо, да и было время обо всем подумать. И заодно понять, как он соскучился по Эри.

Остроухая не стала долго копаться и вышла из домика все еще заспанная и потому смешная. Он махнул рукой и побежал к конюшне.

«Отлично, теперь Куини еще разбудим», – мысленно пробурчала Эри.

Мокрая трава шелестела под ногами. Звезды начали исчезать с неба. В воздухе разливалась свежесть утра.

Грионт поднял валяющуюся у конюшни лестницу и приставил к стене.

«С ума сошел», – вздохнула Эри. Но рыжий уже лихо забирался на крышу.

– Давай, не бойся, – крикнул он сверху.

– Я? – Она уперла руки в бока. – Да я ничего не боюсь.

Пальцы схватились за мокрую перекладину. Она легко преодолела половину лестницы, когда внезапно по спине прошел холодок. Пожалуй, все-таки высоковато. Грионт наклонился к ней и протянул руку.

Преодолев еще пару перекладин, Эри снова остановилась. Раздумав, она нерешительно сжала его прохладную ладонь. Парень напрягся и помог подняться.

Даже в сумерках были хорошо видны их большой дом, маленький флигель, загон для овец. Чуть дальше Тетик, разрезающий поле на две половины, мохнатый лес на горизонте и беспорядочная россыпь хат и строений. Когда встанет солнце, отсюда и дом Елены можно увидеть.

– Красиво? – шепотом спросил Грионт.

– Очень, – кивнула Эри.

– А это тебе. – Он достал из-за пазухи мешочек размером с кулак.

Она бросила на него неуверенный взгляд, но подарок взяла. Внутри оказались деревянные бусы.

– Подними волосы.

Эри не знала, как реагировать, потому безвольно слушалась. Грионт застегнул украшение вокруг шеи, скользнул прохладными пальцами по ключице. Ее затылок обдало горячим дыханием. Парень шумно втянул носом запах. Розмарин.

Эри невольно поежилась и отпрянула в сторону.

– Осторожнее! – Он придержал ее за локоть, и от этого прикосновения стало еще хуже.

– Грионт, – тихо проговорила Эри, пряча глаза.

– Не бери в голову. – Перебил он, убирая руку. – Ты ничего не должна. Просто я думал о тебе все это время, вот и купил.

Щеки Эри вспыхнули. Стало жарко, захотелось спрыгнуть вниз и бежать. Бежать, пока ничего не случилось. Но она удержалась.

«Возьми себя в руки, иначе он решит, что ты боишься».

– А как съездили? – спросила Эри, сглатывая комок.

– Знаешь, не так уж плохо. – Грионт откинулся назад и лег, положив руки под голову. – Папаша не надоедал разговорами про Совет. И мы всего пару раз поссорились, и то по мелочи.

– Расскажи, – попросила она, укладываясь на всякий случай на заметном расстоянии.

– Ты ведь знаешь, главой Совета становятся по наследству. Глупость полнейшая, но раз наши предки основали Нюэль, где-то я это понимаю. Только сам не хочу. Пусть папаша готовит в замену своего ненаглядного Лина. У меня на жизнь другие планы. Не хочу вечно торчать в этой деревне. Лучше в городе. Там деньги, товары, люди. Там всё. Можно открыть лавку и начать собственное дело, а не до старости пасти овец и продавать шкуры.

– А Лидия что думает?

– Она, кстати, меня поддерживает. Мама всегда на моей стороне. Только сначала, говорит, надо жениться на Елене, а с ее деньгами уже ехать.

– И ты готов? – Эри напряглась. – Ты ведь не любишь ее.

Грионт внимательно посмотрел на нее.

– Что же я буду за мужчина, – ответил он, взвешивая слова, – если жена будет меня кормить?

– Тогда зачем морочишь Лене голову?

– Я? – Он казался искренне удивленным. – Мы с ней с детства дружим, но не более. Это все родительские планы, не мои.

«Ее планы», – сказала про себя Эри и погрустнела. Похоже, все было так, как выглядело. И ведь Елене не объяснишь. И ему тем более.

Она задумчиво посмотрела вверх. Снова повисло молчание. Звезды на бледно-синем небе меркли. Подул прохладный ветерок.

– А ты чем думаешь заниматься дальше? – спросил Грионт.

Вот так одним вопросом привел в замешательство. И что-то же надо говорить.

Эри задумалась. Она боялась просить у жизни больше, чем уже получила.

– Знаешь, тебе очень повезло, – наконец сказала она. – У тебя есть семья, родители, которые желают добра и помогают. Младший брат, с которым можно играть. У тебя есть выбор. Деревня, город ли. Ты сможешь везде устроиться и везде прижиться. Потому что ты человек.

На лице Грионта отразилось сочувствие.

– Мы все рады, что ты с нами, Эри, – убежденно сказал он и проникновенно добавил: – Пока я рядом, никто не посмеет тебя обидеть.

В уголках зеленых глаз выступили слезы. Она глубоко вдохнула, чтобы снова взять себя в руки:

– Спасибо тебе, Грионт.

– Да, мне тоже есть о чем подумать, – весело отозвался он. – И извини за тот случай у реки. Правда, не хотел напугать.

На душе потеплело. Она не могла представить, что когда-нибудь рядом с этим парнем будет так хорошо. Только почему-то в этом «хорошо» было что-то преступное, неправильное.

«Мы же ничего не делаем», – успокоила себя Эри.

Они молча смотрели, как гаснут последние звезды. Небо светлело, вот-вот должно было подняться солнце. Деревня оживала.

* * *

Ярмарка не разочаровала Эри. На пустыре, где еще неделю назад свистел ветер, теперь раскинулись ряды пестрых палаток и лотков. Казалось, здесь можно было купить всё на свете: от шнурков до живого поросенка. А если порыскать, то наверняка найдётся и какая-нибудь редкость из Рованы или Аргона. Столько людей в одном месте Эри в жизни еще не видела. Все кричали, толкались, смеялись. Несколько деревенских были одеты в причудливые костюмы, сыпали шутками и показывали фокусы. Оказывается, когда человек перебрасывает несколько шаров из руки в руки, это называется «жонглировать». Фридлин сказал. Сложное слово, надо запомнить. А еще пахло плюшками и жареным миндалем. И все были улыбчивые и веселые. Даже серьезная Лидия. Она прошлась с Эри по рядам, помогла выбрать одежду и за все щедро заплатила. Совсем как сделала бы мама.

А Грионт с младшим братом помогали отцу: раскладывали товар и зазывали клиентов. Лидия выставила на продажу половину старых вещей, что они вынесли из флигеля. В прошлом году рованская лихорадка унесла жизнь матери Фридлина. После войны, когда дела пошли на лад, по словам Лидии, женщина была одержима вещами и скупала все, что могла: домашнюю утварь, посуду, украшения, одежду и безделушки. В итоге добра стало так много, что уже не только в хозяйстве не пригождалось, но и хранить его было негде. Помогая Лидии укладывать все в корзины, Эри рассматривала каждую тарелку с интересом и тоской, вспоминая их с Анжелой маленький домик. Будь у них хоть четверть того же, они чувствовали бы себя лордами. А для Лидии это хлам.

– Как идут дела? – спросила Эри, ставя корзинку со старой одеждой на ящик за спиной Грионта.

– Фиу, – присвистнул он. – Ты и раньше была ничего, но теперь…

Он окинул восхищенным взглядом ее новый наряд.

– Спасибо твоей маме. – Она смущенно пожала плечом и с теплотой посмотрела на него. – Тебе помочь?

– Да, там в палатке, – Грионт указал большим пальцем за спину, – бабулино добро, вытаскивай, что поприличней.

Кивнув, Эри вошла в небольшой шатер, где лежало еще несколько ящиков и кульков. Присев на корточки, она осторожно осмотрела коробку с посудой. Тарелки с выщерблинами и царапинами. Котелок давно сгорел и никуда не годился, а этот жбан для масла был очень даже.

Эри повернула голову. Лидия вошла внутрь и плотно задернула за собой вход.

– Вот, мне кажется, подойдет. – Эри показала глиняную крынку.

– Да, вполне. – Женщина убедилась, что их никто не слышит, и понизила голос: – Скажи, Эри, тебе нравится у нас жить?

– Конечно, вы мне как семья! – она расплылась в улыбке.

– Но мы нет, – осторожно возразила Лидия. – Ты хорошая девочка, умная. А Грионт – да, красивый, статный. Но ничего путного из этого не выйдет, понимаешь?

– Но мы нет, – удивленно повторила Эри.

– Я не слепая, – уже строже сказала женщина. – Для твоего, для общего блага – держись от него подальше или пеняй на себя. Договорились?

Эри сразу ссутулилась и, опустив глаза, проговорила:

– Вы ошибаетесь.

– Вот пусть так и будет. – Лидия смерила ее взглядом и, убедившись, что слова возымели действие, вышла.

Эри пожала плечами. Да и сама она ничего с ним не хочет! Как будто не знает, чем это заканчивается. На душе заскребли кошки. День так хорошо начинался. Лидия почти была ей мамой, и вдруг такое…

Взгляд упал на замызганное зеркало, лежавшее между коробок. Круглое, в деревянной, частично обломанной оправе.

– Что смотришь? – спросила она себя.

– А что ты хотела? – ответило отражение. – Думала, вот тебе семья, друзья, любимый? Нет, они кормят, потому что ты работаешь. А на самом деле ни-ко-му ты не нужна. Анжелы ведь больше нет…

Эри отвернулась и упрямо повторила про себя как заклинание: «Мечты сбываются».

– А, ты тут. – В палатку заглянул Фридлин. – Грионту надо отлучиться, иди помогать.

* * *

Первый день летней ярмарки подходил к концу. На шерсть и ланкасскую кожу был хороший спрос, вещи матери Фридлина разошлись на ура, последний покупатель взял аж целую коробку посуды, и все семейство решило вернуться домой раньше.

Сложив палатку и прилавок, Грионт с отцом погрузили покупки и непроданный товар на телегу, запряженную белым тяжеловозом Прайдом. Эри любила этого жеребца немногим меньше, чем Куини. Спокойный, послушный и настоящий трудяга, и к тому же явно неровно дышал к ее любимице. Он неторопливо повез их по широкой изъезженной дороге, разрезавшей бескрайние нюэльские луга.

Фридлин был доволен:

– Ну что, день можно считать успешным. Надо бы отпраздновать. Зажарим индюшку?

– Давай, – поддержала Лидия.

Эри задумчиво смотрела на хозяйку. На душе все еще оставался осадок от неприятного разговора в палатке. Но она могла понять Лидию. Она хотела, чтобы сын женился на богатой красавице, которая, как ни грустно это признавать, была бы человеком. Зачем ей внуки с острыми ушами? Чтобы их дразнили в школе?

Дорогу перебежала отбившаяся от стада овца. Фридлин потянул поводья, притормаживая, и озадаченно сказал:

– Странно, похожа на одну из наших.

Грионт обернулся. Неподалеку было еще две овцы.

– Точно наши! – взволнованно воскликнул он.

– Ты что, не запер загон? – разозлился Фридлин.

– Да близко сегодня не подходил, – оправдывался Грионт.

– Не кричи на сына, – вступилась Лидия. – Надо сначала разобраться.

– Это же Куини. – Эри указала пальцем на горизонт.

– Ах, чтоб вас! – Фридлин стеганул коня.

Телега затряслась. Лин не удержался и упал на корзинку, и та слетела бы вниз, если бы Эри не перехватила.

Дома их ждала печальная картина. Двери конюшни настежь, загон для овец пуст. Скот разбрелся по полям и соседским владениям.

Грионт уже готов был грешить на Эри, ведь в их с отцом отсутствие она присматривала за животными, но потом вспомнил, что сегодня утром проходил мимо овчарни, и замки были на месте. Что-то произошло во время ярмарки.

Отец еще даже не успел распрячь Прайда, как остроухая куда-то рванула.

Грионт нахмурился. Дураку понятно, что сначала надо забраться повыше и посмотреть, где беглецов отлавливать. Он хотел окликнуть Эри, но девчонки уже и след простыл.

По лестнице Грионт забрался на крышу конюшни и осмотрелся. Лошади паслись вдоль Тетика, большая часть овец осталась в куче, пять-шесть, может быть, разбрелись. Ерунда, соберут.

«О, а вот и Эри. Что она делает?»

Грионт наблюдал, как девчонка осторожно зашла к Куини за спину. Лошадь продолжала жевать траву, отгоняя мух длинным хвостом. Проявив удивительную ловкость, Эри с разбегу запрыгнула ей на спину. Пальцы крепко вцепились в гриву. Почувствовав седока, лошадь взбрыкнула. Красивый круп начал дергаться из стороны в сторону. Девчонка стиснула бедра и крепко обхватила любимицу за шею.

Внутри Грионта сжалось от волнения. Это же килонская лошадь, не дастся она без сбруи. Остроухая точно свернет шею. Глупая, прыгай в кусты, что ли. Нет, надо бежать к ней.

Едва не слетев с лестницы, он чудом приземлился на ноги. Перехватив у отца Прайда, Грионт уже запрыгнул в седло, когда на горизонте показалась Эри. Покоренная Куини мчалась к ним.

Через мгновение они были рядом. Не спешиваясь, Эри схватила висевший на стене моток веревки и поскакала обратно. В каждом движении столько решимости и грации. Не было в ней женственности Елены, но не было и ее жеманства. Притом, что Эри и не грубоватая Страйп. И вообще не похожа ни на одну девчонку. Она живая. Настоящая.

Грионт запоздало понял то, что давно уже было очевидно его матери. Он влюбился. Но предаваться размышлениям было не время. Он толкнул Прайда в бока. Может, Эри и лихая наездница, но в одиночку овец не загонит. Тут опыт нужен.

* * *

Эри надела свитер и вышла на улицу. Небо сверкало звездами, словно покрытое алмазами полотно. Едва заметный ветерок щекотал кожу. А воздух был как будто пропитан мягкой и убаюкивающей теплотой. Идеальный вечер для прогулок. Тем более после такого долгого дня.

Они с Грионтом провозились до темноты, зато собрали всех. Одна овца, правда, забежала во владения соседа, и пришлось даже объясняться с весьма неприветливым мужиком, но у сына Фридлина и это тоже отлично получалось. Ему девятнадцать, всего на два года старше, но в тот момент он показался ей совсем взрослым. Способным не только девчонок очаровывать, но и отвечать за семью.

Эри вздохнула, снова вспомнив о Лидии. Хозяйка зажарила на ужин индейку, все с удовольствием ели. Фридлин похвалил за то, как справилась с Куини и что так быстро собрали с Грионтом овец. Но сама Эри была расстроена. После героических скачек на новую одежду было страшно взглянуть. Лидия ничего не сказала, но так посмотрела, что хотелось провалиться под стол. Наверное, решила, что это она перед Грионтом красовалась, а не за них переживала. Вы мне как семья.

– Но мы нет, – вслух сказала Эри.

Интересно, найдет ли она когда-нибудь свое место в мире? Людей, которые смогут принять и полюбить? Не хотелось об этом думать, но, может быть, однажды и из Нюэля придется уйти. Отправиться в Ланкас или даже в Толлгард. А может, они с Грионтом просто сбегут?

«Что за глупости!», – мысленно одернула себя Эри.

Возле конюшни послышалось какое-то движение. Может, и показалось, но Эри решила не рисковать и спряталась за угол.

Две темные фигуры крадучись подошли к дверям. Стараясь не шуметь, один из неизвестных приоткрыл незапертую створку, и тени проскользнули внутрь. Выждав, Эри проследовала за ними. Ощупав рукой стену, она сняла хлыст и с силой ударила темноту.

Сдавленно вскрикнув, неизвестные попятились вглубь.

Глаза Эри быстро приспосабливались к темноте. Она подошла ближе и ударила уже прицельно.

– Стой! – услышала она вдруг. – Не надо больше, умоляю.

Елена…

Эри опустила хлыст. Воспользовавшись заминкой, тени кинулись к выходу. Она бросилась наперерез, но поймала лишь воздух. Дверь с треском распахнулась, и две женские фигуры выскочили в ночь.

Эри зажгла фонарь и осмотрелась. На полу валялся скомканный клочок бумаги.

«Уезжай из Нюэля или будет хуже!»

Вот так-то. Правильно говорила Анжела, жизнь на каждый вопрос дает ответ. Только надо быть осторожней с тем, что спрашиваешь.

Эри толкнула ногой некстати подвернувшееся ведро. По земляному полу растеклась лужа воды.

– Да чем я вам всем мешаю?

А ведь еще вчера казалось, что они с Еленой подруги. Но мы нет.

Глава пятая. Светлячок

Ночь прошла беспокойно. Эри устала, но мысли не хотели отпускать. Бывшие подружки ведь точно знали, что конюшня будет не заперта. Значит, это они сломали замки и выпустили скот. Не сами, конечно, тут грубая сила нужна, но мало ли у Ксандров работников? А ночью, скорее всего, хотели украсть Куини и оставить записку в стойле. Адресована ведь точно ей! Нет, вот прямо с утра поедет к Елене и все выскажет.

Эри ворочалась, по сотому разу представляя себе будущий разговор. То виделось, как она даст красавице пощечину, то наоборот, каким-то образом все окажется недоразумением и глупой шуткой, за которую обе извинятся.

Правда, кто так шутит? Нет, она все им скажет. Пусть только попробуют близко подойти к Нюэльским.

«И к Грионту», – пронеслось в голове.

Эри открыла глаза и посмотрела в потолок. Недаром ей казалось, что от рыжего жди неприятностей. Он, конечно, не виноват, что девушки вокруг с ума по нему сходят. От соблазна ведь можно и отказаться. Трудно, потому что на то он и соблазн, но можно. Всегда.

Так учила Анжела. Всегда можно что-то не делать. Это Елена выбрала по-другому. И что Лидия в ней нашла? Деньги ее отца? А как же порядочность?

Эри перевернулась на бок.

И все-таки надо разобраться. Нельзя так глупо спешить с выводами. Елена не Диана. Она добрее. Или так только казалось?

Эри подумала о Рикки. Он тоже казался другим. И Лидия.

Но мы нет.

Ей захотелось плакать.

За окном начинало светлеть. Подушка промокла, но слезы принесли долгожданный сон.

Бескрайнее пшеничное поле, только колосья алые, а над головой безупречно синее небо без солнца. Ни ветра, ни облачка, ни единого звука. Она не помнит, ищет ли кого-то или, наоборот, от чего-то бежит. Только не останавливаясь, бредет к горизонту.

Не прошло и двух часов, как в дверь громко постучали.

Это был Фридлин. Они с Лидией решили, что оставшиеся два дня ярмарки кто-то должен присмотреть за животными. Эри подумала, что надо бы сказать, как видела ночью Елену и, скорее всего, Страйп, но решила промолчать. Угрозы ведь были в ее адрес, а значит, и разобраться надо самой. Сторожевое задание она приняла с радостью, увидев в нем признак доверия, и только потом сообразила, что пробудет дома, и, выходит, неприятный разговор с Еленой придется отложить.

Успокоившись, она снова улеглась и проспала до самого полудня.

* * *

Погода стояла отличная. Эри подставила лицо жаркому июльскому солнцу и решила, что все на самом деле не так уж плохо. Ей ли привыкать, что кому-то не понравилась?

В доме на столе ждал накрытый полотенчиком обед, и от сердца отлегло. Лидия готовила вкусно, с любовью.

Эри захотелось как-то отблагодарить Нюэльских. Обнаружив в чулане щетку, она подмела полы. Потом вытащила и выбила половики, постирала вещи и до темноты, довольная, загорала на крыше конюшни.

Два дня прошли легко, в приятных хлопотах и без незваных гостей. Только Грионта Эри на всякий случай избегала, чтобы не злить Лидию и не искушать судьбу.

* * *

– Ну что, как ярмарка?

– Если ты об остроухой, то ни вчера, ни сегодня ее не было. Спросила у Грионта, говорит: дома осталась. И, похоже, никому ничего не сказала. Зря ты боялась.

– Да мне все равно уже. Если он ее любит, что я могу сделать?

– Отомстить. Она же как уверяла, что до него дела нет, а сама…

– Ее можно понять.

– Но, Лена, ты же знаешь, что кому-то пригрозить, а потом бездействовать – это то же, что унизиться.

* * *

Прайд неторопливо ступал по главной нюэльской дороге. Ночью прошел дождь, тяжелые копыта проваливались в вязкую жижу. Небо затянуло тучами. Самочувствие у коня было не очень, но, к счастью, молодой хозяин не торопил.

Грионт думал. Если бы это была не Эри, без сомнений списал бы ее странное поведение на женскую хитрость и кокетство. Улыбалась ведь тогда на ярмарке. Да что там, он чувствовал, еще немного – и точно была бы его. Но он ничего не говорил и не делал, осторожничал. А как овец вместе собирали! Целый вечер ушел. Она была такая жизнерадостная. Взгляд восторженный, почти влюбленный. Не показалось. И вдруг без всякой причины прячется уже почти неделю. Может, что-то случилось? Мать поспособствовала? С нее станется.

«Ладно, – решил Грионт. – Забираю Лина и сразу к Эри. Никуда не денется».

Увидев на горизонте здание школы, куда и он сам когда-то ходил, рыжий вдруг сообразил, что опаздывает. Брат, наверное, сидит один на скамейке и грустит. Но ничего, полезно будет узнать, что мир не вертится вокруг него.

У входа Лина не оказалось. Забежав в школу, Грионт осмотрел несколько классов. Только легкое эхо отзывалось на его крики: «Ли-ин!»

Через другую дверь старший брат выскочил к заднему двору, но на детской площадке и скамейках тоже никого не было. Куда же ты подевался?

Грионт увидел выходящего из пристройки сторожа и подбежал к нему. Пожилой мужчина лишь пожал плечами.

Неужели мелкий не дождался и ушел? Далеко же! А если заблудится? Нет, папаша точно голову снесет. А как мама расстроится…

– Лин!

На минуту Грионту показалось, что в этот сырой день это его забыли забрать из школы.

* * *

Самые худшие опасения Эри подтвердились. Елена начала действовать. Знала ведь, где больное место.

Прайд был весь в мыле, когда Грионт нашел ее у реки. Парень был не на шутку взволнован.

– Мой брат с тобой? – с ходу выпалил он, забыв поздороваться. Эри тут же изменилась в лице.

– А дома нет?

– Нет, и пока родители не заметили, мы должны его найти.

Грионт не успел глазом моргнуть, как она уже была в седле.

– Едем к Елене! – уверенно заявила Эри.

– Почему? – Он нахмурился. – Лин собирался в гости?

– Нет, – Она нервно прикусила губу. – Знаешь, лучше разделиться. Ты ищи по округе, а к Елене пойду я.

– Не думаю, что он у них, – пожал плечами Грионт. – Но вдруг… И умоляю, если найдешь – ни слова папаше, ладно?

Эри закатила глаза. О ком он думает: о брате или о себе?

– Вперед, милая! – Она ударила Куини по бокам.

На голову капнуло. Похоже, начинался дождь. Только не сейчас, пожалуйста. Она терпеть не могла дождь. Без всякой основательной причины. Просто от него противно, мокро и холодно, хочется домой, к теплому очагу, кружке горячего травяного чая. Хочется накрыться одеялом с головой. Спрятаться. Исчезнуть. Переждать. Но разве ж дождю это объяснишь?

Эри морщилась под холодными каплями, но Куини сама легко перешла в галоп, и вскоре вдалеке показалось имение Ксандров. За живой оградой раскинулся плодовый сад, через который к крыльцу вела мощеная дорожка. За двухэтажным домом виднелись конюшня, амбар и еще какие-то строения, где, видимо, и укрывались от дождя рабочие.

Спешившись, Эри привязала Куини к стволу ближайшей яблони. Громко шлепая по лужам и не щадя недавно выстиранного наряда, она добежала до крыльца. С двери смотрел чугунный медведь с тяжелым кольцом в зубах. Эри нетерпеливо постучала.

Открыл Денни. Похоже было, что недавно проснулся. Вид помятый, в глазах усталость.

– Елена дома? – спросила Эри, стараясь не показывать волнения.

– Нет, уехала, – Денни зевнул.

– Куда? – нахмурилась она.

– С Марией в соседнюю деревню. Я их вообще-то должен был везти, но мы вчера с ребятами немного загулялись. – Он смущенно погладил затылок. – Хозяин был недоволен, но Лена вступилась. Она всегда вступается.

Эри задумчиво посмотрела под ноги. Сама Елена похитить Лина не могла. Тогда кто? Страйп? Даже будучи заодно с подругой, в одиночку бы не стала. Денни явно был дома все утро. Может, она поручила кому-то другому? А вечером проверит?

– Эриал? – окликнул Денни.

– А? – Она подняла глаза.

– Дождь, похоже, усиливается. Заходи, хоть согреешься.

– Да, и мне с тобой поговорить надо бы.

Здоровяк приподнял кустистую бровь и жестом пригласил внутрь. Разувшись, Эри последовала за Денни в кухню.

Со стола убирала миниатюрная женщина лет сорока с нездорово бледным лицом и большими серо-голубыми глазами, как у Денни. Что-то общее было у них с Еленой.

Лидия рассказывала, что мать Денни была уроженкой Нюэля. Жила с родителями на окраине деревни, держали коз, курятник и небольшой огород. Отца ее, деда Денни призвали на службу, он так и не успел выдать дочь замуж. Во время войны она работала в полевом госпитале прачкой. Там же познакомилась с одним солдатом в отставке. Жили вместе около года, мужские руки помогли наладить хозяйство. Вроде даже собирались пожениться, но однажды солдат просто исчез, прихватив с собой все ценное, что смог унести. В деревню наведался отряд Охотников, и выяснилось, что был он дезертиром и в госпитале лежал по поддельным бумагам. Мать Денни была раздавлена и известие о беременности встретила без радости. По словам Лидии, если бы не бабка Денни, может, и не смогла бы ребенка выносить. Но, вопреки опасениям, сын родился здоровый и крепкий.

Жили втроем бедно и трудно. Мать часто болела и едва ли могла работать. Бабушка старела, но бодрилась до последнего. Денни занимался хозяйством, а в свободное время искал способы раздобыть денег, разгружал телеги, рубил лес. В школу ходил через раз и в итоге совсем забросил.

Три года назад, когда Денни было шестнадцать, бабушка ушла на ту сторону. Семья словно лишилась главной опоры. Но, по счастью, у отца Елены к тому времени дела внезапно пошли в гору, и он предложил им обоим работу.

Не сразу заметив Эри из-за широкой спины сына, женщина сначала удивилась и неожиданно просияла.

– Я сделаю вам чаю, – тихо сказала она и засуетилась. Денни шагнул к ней и взял за худую ручку.

– Не надо, мам, я сам.

«И как она только родила такого здоровяка?», – подумала Эри.

Женщина ласково погладила сына по руке, но смотрела как будто сквозь него. В пустоту.

Денни предложил гостье сесть и, несмотря на возражения, накрыл на стол. Его мама с загадочной улыбкой исчезла за дверью.

Эри не притронулась к чаю, раздумывая, с чего начать. Денни, напротив, махом осушил полчашки и, наклонившись, спросил:

– Что-то случилось?

– Лин пропал. Грионт поехал забирать его из школы, но так и не нашел. Я подозреваю, что Елена могла кому-то поручить похитить…

Денни сдвинул брови:

– Что за глупости?

– Но мальчик пропал, – вздохнула Эри. – А на днях кто-то сломал замки в овчарне. Мы потом до ночи собирали скот.

– Это я сломал, – признался Денни, отодвигая чашку. – И если Грионт еще раз обидит Лену, то и не только без животных останется.

– Елена не знала? – удивилась Эри. – Но в ту же ночь я застала ее в конюшне. Она подбросила записку с угрозами. И вот Лин пропал. Что прикажешь думать?

– Елена никогда не навредит ребенку, – убежденно сказал Денни. – Она даже меня отругала. А если вы поссорились – то это ваше дело.

Он скрестил на груди руки. Эри мысленно упрекнула себя за глупую идею. Конечно, он всегда будет на ее стороне!

– Лин правда пропал? – нарушил молчание Денни. – Я тогда тоже его поищу.

Он встал.

– Спасибо, но… – Эри внимательно посмотрела в его открытое лицо. – Больше не вреди Нюэльским. Пожалуйста.

– Да, это глупо было, – кивнул он. – В следующий раз просто надаю Грионту как следует.

Эри решила не возражать. В голове пронеслась невеселая мысль, что Елене есть в чем позавидовать. Хотела бы и она, чтобы кто-нибудь вот так в нее верил и защищал.

* * *

Темное, спрятанное за облаками небо низко висело над головой. Эри лежала на спине Куини, медленно шагавшей по дороге к дому. Уже не в силах ею управлять, девушка дремала, обхватив красивую шею любимицы. Дождь кончился только к вечеру. Мокрая одежда прилипала к телу, и с каждым порывом ветра казалось, что холод пронзает до самых костей.

Лина нигде не было. Оставалась только слабая надежда, что Грионту или Денни повезло больше. А если нет? Если мальчик заперт где-нибудь без еды и питья? Если плачет и зовет на помощь?

Она не разделяла уверенности Денни насчет Елены. Очевидно, что парень просто до смерти влюблен, раз ради нее сломал замки и выпустил животных. А Елена на Грионте помешалась. Что бы там ни говорили, а от любви в итоге одни страдания.

Эри вспомнился зимний вечер, когда они гуляли с Рикки вдоль реки. Снег падал пушистыми хлопьями. Он взял ее за руку. Теплая, мягкая ладонь согревала лучше варежки. Они без конца о чем-то болтали и улыбались. У него ласковые глаза. Синие. Никогда прежде она не чувствовала себя такой защищенной и беззащитной одновременно. А потом вдруг поднялся ветер, и началась метель.

Эри вздрогнула от резкого порыва и проснулась. Тело дрожало от холода, нос давно заложило. Она чувствовала, как ломит спину и становится трудно дышать.

Куини чихнула, выпустив облачко пара. Эри погладила шею любимицы.

– Ладно, милая, поехали к дому, – грустно проговорила она.

Иногда ведь приходится и отступать.

Нюэльские заканчивали ужинать, когда мокрая и продрогшая Эри появилась на пороге.

– Ох ты! – первой среагировала Лидия. – Что случилось?

– Мы тебя потеряли. – Фридлин приподнялся.

– Эри, я не мог тебя найти, – начал оправдываться Грионт.

Но для нее существовало в эту секунду только одно лицо. Лин, довольно облизывающий ложку с десертом. С мальчиком все хорошо. Ура.

Эри сделала несколько шагов, и комната начала расплываться перед глазами. В голове словно что-то взорвалось, она глотнула воздуха и, кое-как опершись о стену, сползла на пол. Лидия присела напротив и положила прохладную руку на раскаленный лоб.

– Так, ее надо уложить. Грионт, готовь постель в гостевой. Потом доешь. Быстро!

* * *

Фридлин проснулся среди ночи от жажды и, стараясь не потревожить жену, тихо вышел из комнаты. По обыкновению на ощупь он спустился на первый этаж, но в коридоре уже было все отлично видно. Из-под двери гостевой пробивался зеленый свет. Совсем как тогда в лесу.

Потерев сонные глаза, Фридлин понял, что ему не кажется. Прокравшись на цыпочках к комнате, он осторожно приоткрыл дверь. Укутанная в несколько одеял Эри беспокойно спала, то и дело вздрагивая и что-то бормоча в бреду. Кажется, она звала Лина. И при этом светилась. Целиком, от головы до торчащей пятки.

Мужчина мысленно присвистнул и торопливо вышел из комнаты, плотно прикрыв дверь. К утру чудеса, скорее всего, прекратятся, но надо бы выбрать момент и поговорить с девочкой. Не похоже, чтобы она знала об этой своей особенности. Он давно за ней наблюдал и давно собирался спросить, да все откладывал. Теперь точно не будет.

Фридлин сам себе кивнул и отправился на кухню.

* * *

Эри шла по алому полю. Ноги поднимались с трудом, тело не слушалось. Она искала что-то. Очень важное. И никак не могла вспомнить, что. Но боялась остановиться, словно тогда она сама потеряется. Колосья все не кончались, на безупречном небе не проплыло ни облачка. Безмятежность обволакивала.

Посреди поля вырос светящийся шар, окружавший стоявшую внутри фигуру. Эри сощурилась, но кроме темного контура ничего не смогла разглядеть. Мужчина в длинном плаще.

– Кто вы? – спросила она, останавливаясь.

– У тебя особое предназначение, Эриал Найт, – сказал человек, окруженный сиянием. – Но пока дух твой слаб, ты не готова.

– Что это значит? – Она скрестила на груди руки. – Кто-то за меня решил мою судьбу?

Они много спорили с Анжелой на эту тему. Рованцы верили, что каждый человек рожден со своим предназначением. Анжеле вот было уготовано изгнание в Лансию, где она и обрела смысл жизни. Эри рано или поздно должна была найти свой. Только сама она сомневалась. Лестно тешить себя мыслями о великой судьбе. А что если потом окажется, что никакая она не великая, а даже хуже? Нет, свою жизнь надо решать самой.

Эри хотела быть как все. А для этого не нужна особая миссия от потусторонних сил.

– Твоя гордыня и зависть делают тебя слабой, Эриал, – продолжал человек, окруженный сиянием.

– Неправда, – упрямо возразила она и, подпрыгнув, зависла в воздухе. В тело снова вернулась легкость.

За спиной послышались голоса. Кто-то назвал ее Лаирэ. Как тогда в лесу, когда снилось, что она мужчина.

– Нет, Эриал, – пробился сквозь шум человек, окруженный сиянием. – Домой.

– У меня нет… – прошептала она.

– Возвращайся, – настойчиво повторил человек. – И будь сильнее. Учись.

Светящаяся рука толкнула в грудь, она упала в бездонную пропасть.

И, вздрогнув, проснулась.

Глава шестая. Река не течет вспять

Давно рассвело. Кутаясь в одеяло, Эри поднялась и свесила с кровати ноги. Тело больше не ломило и не болело, осталась только легкая дрожь.

Поднявшись, она прошлепала к окну и распахнула створки. В комнату ворвался свежий воздух, прохладный и сырой после дождя. По коже поползли мурашки.

На улице был какой-то шум. Возня, удары и треск, как от упавших ящиков.

Вернувшись к кровати, Эри торопливо оделась и выскочила из дома. На полянке перед крыльцом сцепились Грионт и Денни. Молотили друг друга с полной отдачей, до крови, круша все, что попадало под руки и ноги.

Эри крикнула, что вы делаете, но молодцы не слышали. Она так и застыла в нерешительности, не зная, как их разнять.

Обнаженный торс Грионта был в грязи и ссадинах, с рыжих волос капал пот. Парень был жилистым и ловким, двигался как кошка. Здоровяк Денни рядом с ним казался неуклюжим и неповоротливым. У него была разодрана рубаха, откуда выглядывала широкая, покрытая волосами грудь.

Пригнувшись, Грионт проскочил мимо огромного кулака. Оказавшись за спиной, он со всей силы ударил Денни в бок. Охнув, здоровяк осел на землю. Рыжий встал над ним. Худая грудь тяжело вздымалась. Покрытый пылью, смешанной с потом и кровью, он уже предвкушал победу.

Денни попытался подняться, но Грионт наступил ему ботинком на руку.

– Может, хватит? – крикнул он дрожащим голосом.

– Будь ты проклят! – прохрипел Денни и, схватив свободной рукой парня за лодыжку, дернул на себя. Грионт всплеснул руками и рухнул на землю.

– Дур-рак. – Он истерично рассмеялся. Денни хлопнул его кулаком по животу, отчего тот согнулся пополам, продолжая нездорово хохотать.

Эри наконец пришла в себя.

– Довольно! – крикнула она и подбежала к распластанным на траве драчунам.

Грионт поднялся первым. Сплюнув кровь, он поморщился и обхватил левый бок рукой.

– Скотина, ты мне ребро сломал.

– Ничего, тебя починят, – бросил здоровяк, с трудом поднимаясь.

– Иди на кухню, я сейчас приду, – строго скомандовала Эри, коснувшись плеча Грионта, и поспешила остановить Денни. – Ты что? Куда собрался?

Здоровяк не отвечал, утирая разбитым кулаком сочившуюся из губы кровь. Она перегородила дорогу.

– Ты тоже в дом.

Денни поднял на нее печальные, измученные глаза.

– Я ненавижу его, понимаешь.

– Не пущу, – упрямо проговорила она, сглотнув подкативший к горлу ком. Здоровяк понял, что сопротивление бесполезно.

Эри усадила ребят в разные углы кухни и побежала за водой. Нужно было найти, где у Лидии бинты, и приготовить мазь для царапин, чтобы не нагноилось.

Провозившись чуть дольше, чем хотелось, она перевязала обоих бойцов и, довольная собой, прислонилась спиной к двери в прихожую.

– Расскажите, что случилось?

– Да все как обычно, – фыркнул Грионт, разглядывая избитое лицо в круглом зеркальце размером с блюдце. – Не знаю только, что на этот раз в голову ударило.

– Ты недостоин ее, – сухо проговорил Денни и, кряхтя, поднялся.

– Да, конечно, зато ты достоин. Не зря любимым слугой стал, – съязвил Грионт и тут же схватился за занывшую губу.

– Эриал, спасибо. – Денни виновато потупил глаза. – И извини за беспокойство.

– Да что ты…

– Мне пора. – Он осторожно отодвинул ее в сторону и потянул на себя дверь.

– Я отвезу! – воскликнула Эри, чувствуя, как жалость растекается внутри, словно пролитый по столу компот.

Грионт презрительно фыркнул и отвернулся. Поцелуй еще его! Между прочим, этот осел сам приехал, сам драку начал. А она теперь домой его повезет. Добрая, оказывается. А у него – сволочь, как больно-то! – все тело ноет так, что аж дышать трудно.

Он видел через окно, как Денни вскарабкался на облучок. Бойкая Эри запрыгнула рядом и, цокнув, стеганула лошадь. И небось еще успокаивать его по дороге будет. Как же, бедный влюбленный Денни. Беспомощный, потому что Елена его не любит, и злой, как тролль, потому что красотка предпочла другого. Да, красотка-то предпочла, а вот какая-то остроухая… Нет, в болото все эти сопли!

Он стукнул кулаком по столу и тут же пронзительно взвыл от боли.

* * *

– Лин, оказывается, просто в гостях у друзей был, – нарушила затянувшееся молчание Эри.

– Да, я видел сегодня, как отец вез его в школу. Хорошо, что мальчик нашелся. – Денни смотрел в пустоту перед собой, думая о чем-то своем. Эри бросила тревожный взгляд на печально склоненную голову, но прежде чем успела задать вопрос, парень заговорил снова:

– Я хотел выбить из этой змеи всю дурь. – Он вздохнул. – Но, конечно, дурак я сам. Так ничего не добьюсь. Знаешь, после ярмарки Елена была очень расстроена. Я просто не сдержался. Не могу видеть ее слезы. И вчера. Вчера она тоже плакала у себя в комнате. Тихо, но я слышал. Это из-за него она плачет. Всегда только из-за него.

Эри виновато поджала губу.

– Дело ведь не в тебе с Грионтом, – проговорила она. – Это мне давно надо было с ней объясниться.

– Я люблю Елену с детства. А она с детства любит его. – Денни горько усмехнулся разбитым ртом. – Это ты не сможешь изменить.

– Ничего, все образуется, вот увидишь. – Она ободряюще похлопала его по плечу. Здоровяк кивнул, хотя в его глазах не читалось надежды.

Остаток дороги они не разговаривали, и Эри погрузилась в размышления.

«Грионт перестает общаться с Еленой, и та находит причину во мне. Денни считает, что, напротив, в страданиях любимой повинен Грионт и, желая отомстить, выпускает лошадей с овцами. Далее Елена и, возможно, Страйп пытаются напугать меня, подбрасывая записку. А когда получается так, что Грионт теряет Лина, то я, и правда напуганная, решаю, что мальчика похитили. А теперь вот Денни решил выяснить с соперником отношения. В итоге страдают все. Почему так? Неужели в Шадер у ребят были те же проблемы?»

Может, не так это плохо – быть в стороне?

– Приехали, – подал голос Денни.

Эри потянула поводья, и пегая кобыла послушно остановилась.

Старый домик производил удручающее впечатление. Фундамент просел, остов кренился вправо. Окна были закрыты ставнями и вряд ли часто открывались. Нижняя ступенька крыльца явно прогнила. Флюгер на крыше в форме петуха противно скрипел. От забора остались столбы и редкие прибитые доски.

Денни осторожно спустился на землю. В драке он не чувствовал боли, да и когда Эри промывала и бинтовала царапины, смазывала ссадины, боли тоже не было. Но сейчас все тело разом заныло, хотелось лишь доползти до чего-нибудь мягкого.

Он открыл калитку и, опираясь на плечо Эри, медленно побрел по заросшей сорняками тропинке к дому.

– Спасибо, – тихо сказал он. – Правда, спасибо.

– Не за что. – Она смущенно улыбнулась и с горечью посмотрела на ветхую, изъеденную термитами дверь. – Вы здесь только спите, да?

– Мы живем у Елены во флигеле для рабочих. Но я не хочу показываться в таком виде.

Эри понимающе кивнула.

– С тобой точно все будет хорошо? – уточнила она, оставляя его у двери.

– Заживет, как на собаке. – Он улыбнулся, насколько позволяли разбитые губы.

Махнув ей, Денни неторопливо вошел в дом. Эри же побрела обратно к пыльной дороге.

В этом старом сарае он будет совсем один, думала она. Так же как она одна вечерами в маленьком флигеле. Потому что у них нет больших домов, своих лошадей, овец, хозяйства. Они всего лишь работники. Их кормят, о них заботятся, но они не часть семьи. Они нет.

Внутри стало больно и тяжело. Порыв ветра поднял дорожную пыль. Эри зажмурилась, глаза начали слезиться.

«Ну уж нет!» – мысленно одернула она себя. Не время сейчас грустить. До дома Елены рукой подать, дальше откладывать разговор уже нельзя. Вот покончит с глупой ситуацией, и все наладится. Не сразу, быть может, но все будет хорошо. Обязательно.

Эри сама себе кивнула, невольно сжав кулачки.

Она нашла Елену на полянке у берега, где они тогда случайно встретились. Тяжелые тучи угрюмо нависали над словно притихшей, осторожно движущейся гладью реки. Порывы ветра заставляли камыш шелестеть, но через мгновение все снова стихало. Воздух стал плотным, как перед грозой, не слышно ни птиц, ни людей. Только камыш.

Елена сидела на бревнышке, сжавшись, словно птенец в ладони. Она размышляла, поглаживая длинную ссадину от хлыста на левой руке.

– Наконец-то я тебя нашла! – воскликнула Эри, появляясь из зарослей. Елена испуганно вздрогнула, точно как в день их встречи.

– Ты, – прошептала она и подпрыгнула как отпущенная пружина. – Да как ты… Предательница! Лгунья.

– Я поговорить при… Стой, ты куда?

Дернувшись, красавица побежала, но догнать ее не составило для Эри труда. Она вцепилась беглянке в предплечье, та попыталась вывернуться, и обе девушки повалились на траву.

– Пусти! – кричала Елена. Острые ногти вонзились Эри в плечо, так что кровь заструилась из ранок.

– Успокойся. – Крепко обхватив запястья девушки, Эри прижала ее к земле. Елена начала извиваться, но вырваться не могла.

– Я тебя ненавижу, – прошипела она, теряя голос.

– Может, выслушаешь? – Эри раздраженно раздувала ноздри.

– Ладно. Только слезь с меня, – буркнула Елена и, поднявшись, принялась отряхиваться.

Эри глубоко вдохнула, не зная, с чего начать.

– Слушай, столько всего произошло в последние дни, – решилась, наконец, она. – Денни с Грионтом сегодня подрались…

– Что? – оживилась Елена. – Он в порядке?

– Кто именно? – Эри подозрительно сощурилась.

– Грионт, кто же еще!

– А-а-а, вот о нем и речь. В порядке.

– Ох, – вздохнула Елена. – Я же говорила Денни, чтобы близко к нему не подходил, но…

Эри почувствовала подступившую волну раздражения.

– Но он сломал замки у Нюэльских, и мы до ночи потом собирали скот!

– Да, Страйп рассказала мне. Я была очень зла на Денни, – покачала головой Елена.

– Но зато решила оставить мне послание…

– Потому что это все из-за тебя, – вскинула светлую голову красавица. – Ты притворялась моей подругой. Ты знала, как я отношусь к Грионту. Ты говорила, что ничего между вами нет. И что же? Он увлечен тобой настолько, что за два месяца зашел к нам всего раз, и то мыслями был где-то еще. А эти улыбочки на ярмарке? Нет, ты рушишь мою жизнь. Сознательно. После всего, что я тебе рассказала, и еще имеешь наглость вот так приходить.

– Да, духи лесные, все же просто! – горячилась Эри. – Грионт не любит тебя. И меня тоже. Он вообще никого не любит. Маму разве что, и то…

– Не знаю, как у вас, нелюдей, принято, – брезгливо поморщившись, перебила Елена. – Но у нас есть такое понятие, как преданность. Пусть у вас с Грионтом ничего и не было, но ты знала, что он тобой увлечен. И знала, что он значит для меня.

– Я с ним работаю, живу в одном доме. – Эри развела руками. – Я не могу не общаться с ним.

Елена отвернулась.

– Больше ничего не хочу слушать. Противно даже.

Эри почувствовала, как внутри закипает злость. Ей захотелось схватить ее и потрясти. Почему она вообще должна оправдываться? За что?

– Послушай. – Она выдохнула. – Я не знаю, что должна была сделать и как себя повести. Нюэльские отнеслись ко мне так, как я и не надеялась, что кто-то отнесется. Я старалась найти место в их семье. Точно так же, как старалась быть тебе хорошей подругой. Но что делать, если я не понимаю?

– Чего?

– Как можно строить всю свою жизнь вокруг единственного парня? Как можно вот так полагаться на кого-то? Я видела, что Грионт не любит тебя. Но как надо было это сказать, чтобы ты послушала? Когда ты грезишь о том, чего никогда не будет…

– Не говори так, – глухо отозвалась Елена.

– Нет, теперь уж скажу. – Эри перешла в наступление. – Грионт не виноват, что ты в него влюбилась. Не виноват, что Лидии хочется ваших денег. Ты сама устроила себе западню. Взвалила ответственность на него, поставила условие – или с ним, или никак. И все вокруг должны были это условие соблюдать. Беречь твою драгоценную иллюзию. И я берегла, как могла.

– Неправда, – возразила Елена. – Ты не оттолкнула его. Тебе приятен его интерес. Был и есть. Что бы там ни говорила.

Эри вздохнула. Только ей показалось, что вот-вот они к чему-то придут, как пошел еще один круг забега.

Елена посмотрела на свою ладонь. Несколько капель крови засохло на кончиках пальцев.

– В одном ты права, Эриал, – трагично произнесла она. – Твое предательство меня не оправдывает.

Эри нахмурилась. О чем она?

– Прощай, – сказала Елена и побежала к дому.

Не став ее догонять, Эри уселась на бревно и уставилась на мерно текущие воды реки. В Шадер была Диана, настраивавшая всех ребят против нее, и она всегда считала, что дело только в этом. Но вот сейчас задумалась, что, может, причина не в Диане? Может, это она не умеет дружить? А если так, то как научиться?

Эри снова заскучала по Анжеле, которая умела объяснять простыми словами даже самые сложные вещи.

* * *

Фридлин завершил все дневные дела, даже съездил на лесоповал за дровами, что давно откладывал, и, довольный собой, раздумывал, как бы провести вечер. В таверне обещали выступление остановившегося проездом фиорийского барда. Якобы из самого Толлгарда, что, конечно, вряд ли. В столицу без пропуска не въехать. А если смог туда попасть, кто в здравом уме стал бы покидать лучший город Лансии? Но если этот парень умеет играть – остальное неважно. Что может быть лучше легкой музыки и кружечки чего-нибудь покрепче в компании приятелей? Только вот, похоже, ночью будет дождь.

Фридлин поднялся на крыльцо и вошел в дом. Лидия стряпала на кухне ужин. Судя по выражению ее лица, гроза уже разразилась.

– Привет, – сказал он, надеясь, что показалось.

– Закончил? Хорошо. – Лидия вытерла ладони о фартук. – Я поговорить хотела.

Фридлин обреченно вздохнул. Не показалось.

– Что случилось?

– Ты видел Грионта?

– Нет, но без него я телегу не разгружу.

– Он опять с Денни подрался. – Она печально покачала головой. – Все лицо, тело в синяках и ссадинах. И что еще хуже – ребро сломано. Не только о дровах придется надолго забыть.

– У мальчишек бывает. – Фридлин развел руками. – Он же должен вырасти мужиком, а не вечно за юбкой прятаться. – И через секунду уже пожалел, что сказал.

– Ты отец ему или кто? – разозлилась Лидия. – Тебя не волнует его будущее? Наше будущее?

Лучше бы пошел в таверну.

– Прости, ты права, – попытался успокоить жену Фридлин. – Давай сядем, и ты расскажешь, что случилось.

– Я вернулась с Лином из школы, а он, смотрю, боится показываться на глаза.

Она в красках рассказала, что увидела, как отчитала сына за безрассудство, но с удивлением заметила – Эри наложила бинты и мази очень ловко, немногим хуже иного лекаря.

– Что тут такого, – пожал плечами Фридлин. – Она же говорила, что выросла в доме знахарки. Давай считать, что нам повезло, – он улыбнулся.

Лидия тяжело вздохнула.

– Она хороший работник, умненькая, послушная, много не ест и, похоже, очень хочет остаться. Но мы ведь не приют для бездомных. Скажи, неужели нам так нужна помощница?

– Мы не можем оставить ее дальше бродяжничать, – возразил Фридлин.

– У нее есть родная деревня, как ее, на Ша… Потом она могла бы податься в Эндай, на спорные земли.

– Ты представляешь, как трудно… – начал было он.

– Представляю, – перебила Лидия. – И все же она прожила здесь достаточно, чтобы поправиться, окрепнуть и пойти дальше своей дорогой.

– Но ей семнадцать!

– Когда началась война, многим было еще меньше. Выжили же. Не подумай, мне жаль ее. Правда. Но если Эри останется дольше, мы все привяжемся к ней. А ведь хотели перебраться в Ланкас, помнишь?

«Вы с Грионтом хотели», – мысленно поправил Фридлин.

– Эльфа или полукровку, неважно, мы взять с собой не сможем, – закончила Лидия. – Закон о нелюдях никто не отменял, попадись мы первому стражнику, всей семьей окажемся в тюрьме.

– Зачем нам город, милая? Я бываю там достаточно часто, чтобы сказать – ничего хорошего. Грязно, тесно, многолюдно.

– Пускай, но кроме того, между ними с Грионтом что-то происходит. Они не дети уже, представь, если она понесет, что тогда?

– Ну нет, – отмахнулся Фридлин и на секунду задумался, осознав, что ему такое в голову не приходило.

– Ты это слышал? – Лидия бросила на мужа встревоженный взгляд. – Как будто кто-то в прихожей.

– Да ветер, наверное. Уж точно не твои стражники.

* * *

Грионт с трудом забрался на лошадь, хотя в его состоянии лучше бы отлежаться. И конечно, вряд ли он будет на что-то способен сегодня вечером, какая бы красавица его ни ждала, но в записке говорилось: «срочно», и интуиция подсказывала – надо ехать.

Раньше он встречался с девушками во флигеле, где теперь живет Эри. Не так чтобы часто, но за последний год в его объятьях побывало немало женщин. В основном замужних, реже ровесниц. Он и остроухую тогда принял за одну из них.

Грионт хмыкнул, вдруг осознав, что с тех пор ни разу на свидании не был. Оно понятно – поездка в Ланкас, ярмарка – не до плотских утех. Но что удивляло, он и думать об этом забыл. До сегодняшней записки.

Ее принес Лин. Маленький гаденыш отказался говорить, кто передал. Попросили его, видите ли. Кто ему дороже: брат или какая-то безымянная девица? Хотя, может, и не девица. Слово «срочно» не давало покоя.

Встреча на мельнице на закате. Никакой корзинки с едой или чего-то подобного. Может, это и не свидание вовсе?

За размышлениями Грионт не заметил, как на горизонте показались огромные лопасти. Внутри горел свет. Осторожно спешившись и обхватив левый бок, он пошел к входу. Дверь распахнулась, и в проеме показалась знакомая фигура.

– Страйп? – удивился Грионт.

– Тише, заходи. – Она нахмурила брови. – Что случилось?

– А-а, – отмахнулся он. – Ты звала?

– У кого еще могли быть ключи, кроме дочери мельника? – Страйп удостоверилась, что за ним никто не следил, и закрыла дверь. – Думала, ты не такой дубинноголовый.

Лицо Грионта скривилось.

– Что хотела-то?

– Ну, уж не переспать с тобой. – Она рассмеялась.

Грионт закатил глаза. Из всех деревенских Страйп ему никогда не хотелось. Да лучше овцу поцеловать, чем эту мужеподобную хамку. Но раз уж она подруга Елены, то куда деваться?

– Я помочь тебе хочу. – Ее голос вновь стал серьезным. – Садись и слушай.

Грионт молча устроился на ящике. Девушка так и осталась стоять.

– Твоя невеста и моя подруга сошла с ума. Я не шучу. Она ревнует тебя к вашей новой работнице и не только попросила Денни разогнать скот, сломав замки в конюшне и овчарне, но и сделала кое-что гораздо хуже – обратилась к отцу.

– Ты хочешь сказать… – Грионт схватил ее за запястья. – Уверена?

– От нее услышала сегодня утром. – Страйп покачала головой. – Говорю же: тронулась. Не может ведь не понимать, что вредит этим не Эриал, а твоей семье.

– Это верно. – Юноша растерянно схватился за голову. – Тролли болотные, что ж теперь будет?

Он вскочил.

– Надо бежать. Спасибо, правда, – и уже у выхода добавил: – Моя семья в долгу у тебя.

– Да пожалуйста. – Страйп довольно улыбнулась, глядя, как он исчез за дверью.

У нее определенно есть дар убеждать людей в своей правоте и заставлять делать то, что нужно. Спланировано на ходу, но вышло четко. Заметив у Елены искру ревности к Эриал, она сделала все, чтобы раздуть из нее пламя. Мелкие намеки, осторожные замечания. Хозяйка в печали, верный слуга Денни готов на все. Осталось подговорить его навредить Грионту и выпустить животных, а позже подбросить Эриал записку, чтобы одним махом разрушить неокрепшую дружбу. Елена, конечно, упиралась, и пришлось изрядно потрудиться. И в конюшне все чуть не сорвалось, но главное они сделали – угрозы были произнесены. На упрямую Эриал, как и ожидалось, это оказало обратное действие. Никуда она не уехала и Нюэльским ничего не сказала. Видимо, ждала возможности поговорить с Еленой, но до конца ярмарки она в любом случае отлучиться не смогла бы, а расстроенная Елена засела дома. И даже поездка с мачехой не помогла развеяться. Оставалось только дожать.

В деревне давно ходили слухи, что Натаниэль Ксандр – доносчик. Глаз, как они называют. Крайняя мера, конечно, но после всего Грионт уже не простит и под венец Елену точно не поведет. А перед ней он, с другой стороны, в долгу. Гениально.

Страйп села на ящик у стены и закинула руки за голову. Она всегда знала, что главное – это не деньги и не внешность, а то, что в голове. С Еленой они дружили чуть ли не с пеленок. Но в Грионта она влюбилась первой. Столько лет терпела, пока не поняла, что верно говорят: в любви и на войне все средства хороши. Подруг не бывает, и за свое счастье надо бороться.

* * *

Эри сидела, обняв колени руками, и смотрела на рябь на воде.

Раньше она считала, что нечеловеческое происхождение – единственная причина одиночества. Что это из-за острых ушей Диана ненавидела ее и лишила возможности завести друзей, если не считать Рикки. Да и он, в конце концов, оказался на другом берегу. И вот сейчас она уже сомневалась. Нюэльские предложили работу, Елена протянула руку, и острые уши их не пугали. К ней отнеслись как к человеку, но этого оказалось недостаточно.

На сердце было неспокойно, и Эри мысленно перебирала, что могла сделать не так. Ответ ускользал, и напрашивалась мысль, что она не виновата, ведь никому не причинила зла. По крайней мере, сознательно.

Где-то в ином мире жила та иная Эри, которая соблазнилась Грионтом и не посчитала это предательством, потому что парень никому не принадлежал. Ведь нельзя забрать то, что и так не твое. Иная Эри не стала бы оправдываться.

Но где-то в ней была, должна была быть, еще одна Эри. Мудрая, сильная. Которая поступила бы правильно. Смогла бы не только сохранить дружбу с Еленой, но и помочь той избавиться от наваждения. Найти новую мечту – лучше, надежнее. Другая Эри не боялась бы Грионта, не ворочалась бы по ночам, не приняла бы бусы в подарок.

Мудрая Эри повела бы себя достойно.

Темноту рассек свет фонаря.

– Эри, – начал Грионт, пытаясь отдышаться. – Наконец-то… Да легче отыскать пуговицу в мешке с горохом! Скорее… Надо бежать. Немедленно. За тобой Охотники едут. Слышишь? Я привел Куини. Уезжай.

Он поставил фонарь на землю.

– Эри?

Она подняла на него грустные, покрасневшие от слез глаза.

– Зачем я Охотникам, я ничего не сделала…

Грионт опешил:

– Ты что, в лесу жила?! Уезжай, пока цела.

– Но. – Она растерянно заморгала. – Могу я хотя бы со всеми попрощаться?

– Нет, – отрезал он и потянул ее за руку, заставляя подняться. – От этого твоя жизнь зависит, глупая.

Эри погладила мордочку Куини.

– Но как же… – она все еще не могла понять.

– Я уложил вещи и еду в сумки, не волнуйся.

– Да при чем тут вещи? – Эри топнула. Грионт шумно выдохнул.

– На тебя настрочили донос. Возможно, по подозрению в шпионаже или тролль знает в чем. Неважно, потому что тебя все равно будут искать, а если найдут, то арестуют и под пытками заставят подписать что угодно.

– Зачем им это? – не понимала она.

– Хочешь остаться и спросить, или шкура дороже? – Он положил руки ей на плечи и посмотрел в глаза. – Послушай меня, Эри. Знаю, у нас не все было гладко, но ты мне стала дорога за это время. Правда. Ты не как эти глупые девицы, сначала думающие о том, как захомутать мужа, а потом – о том, куда бы от него сбежать. Ты настоящая, живая, и мне действительно понравилась. Поэтому, пожалуйста, беги. Не оглядываясь.

Эри поняла, что это всё. Сказка кончилась. Нюэль кончился. Дальше – неизвестность. Она потянулась к Грионту. Парень безошибочно разгадал порыв и обнял ее. Вышло по-человечески просто, без мурашек по коже, без соблазна и сопротивления.

– Спасибо, – сказала Эри. Грионт поцеловал светлую макушку.

Куини всхрапнула, выпустив облачко пара. Тяжелые холодные капли ударили по спине и плечам. Начинался дождь.

Эри отстранилась и, пряча от неловкости глаза, забралась на лошадь. Грионт поднял фонарь.

– Может, когда-нибудь свидимся, – сказал он и, лукаво улыбнувшись, добавил: – Тогда точно моей будешь.

Как будто только вчера они встретились во флигеле.

– Мечтай больше! – беззлобно усмехнулась Эри и, потрепав любимицу по холке, махнула рукой. – Спасибо за все. И прощай!

Куини понеслась к темному горизонту.

Дождь усиливался, и Грионт заспешил к дому. Внутри родилось редкое чувство, возникающее после хорошего поступка. Он и не помнил, когда в последний раз с ним такое было. Покоритель женских сердец, любимый мамин сын, хороший наездник, пастух и работник, а в душе большой гордец и эгоист.

Грионт знал, что наутро снова станет собой.

Только бы их минула беда. И тогда жизнь вернется в прежнее русло, а об остроухой девочке останутся лишь воспоминания.

Глава седьмая. Охотник

Куини послушно плелась за новой хозяйкой. Эри провела в седле всю ночь и лишь к рассвету решилась дать лошади передохнуть. В башмаках хлюпало, ноги были по колено в росе. Она щурилась от светившего в лицо солнца. Шла на восток, потому что надо было куда-то идти. Снова.

На душе скребли кошки, и не верилось, что, словно по щелчку пальцев, она нашла и тут же потеряла. Если бы не Куини, можно было решить, что эти два с половиной месяца ей приснились.

Уходить из Шадер было легче – ничего не держало. А в Нюэле остались люди. Хорошие, добрые. А она даже не попрощалась, не поблагодарила. Убежала как трусливая собака.

Эри повесила голову. И она-то считала себя сильной, способной защититься, не дать себя в обиду. Может, лучше вернуться? Встретить опасность в лицо. Ни в чем она не виновата, что бы там Елена – кто же еще! – ни написала в своем доносе. Все недоразумение. И сама Елена явно сожалела. Может, взяла бы слова обратно? Может, допросили бы, да и оставили в покое?

Эри вспомнилось, как восемь с половиной лет назад они с Рикки нашли человека в снегу с медальоном в форме орла и непонятным письмом. Обещали, что никому об этом не расскажут, но так просто выбросить из головы не смогли. На следующий день Рикки признался, что подслушал разговор приемных родителей. Хартон убил Охотника.

– Ну и что? – удивилась тогда она. – Он охотился на оленей?

– Не-ет, – заговорщически шипел Рикки. – Ты что, не понимаешь? На людей они охотятся. И на нелюдей тоже.

Стараясь не выдать произошедшего, Эри расспросила о них Анжелу.

Знахарка, пожилая женщина с обветренным лицом и бесконечно добрыми глазами, казалось, знала ответы на все вопросы. Она научила Эри всему. Вместе они ходили в лес, делали покупки, готовили, убирались, чинили избушку и помогали людям. Благодаря ей Эри научилась разбираться в травах и ягодах, а больше половины мазей были приготовлены ее руками. И хотя работа пестиком не слишком увлекала, Анжела так интересно рассказывала о своих странствиях, что Эри мгновенно забывалась, и порошок в ступе начинал появляться сам собой.

Об Охотниках Анжела сказала только, что они служат королевству, ищут шпионов и предателей. Обычные люди не должны, но боятся их, как всякой власти.

Такого ответа Эри было мало, он не объяснял, чего мог опасаться Хартон, если убил того человека. Но спрашивать дальше она не решилась. Они с Рикки дали друг другу обещание.

Только свое парень так и не сдержал.

Отвлекаясь от грустных воспоминаний, Эри порылась в висевшей у седла Куини сумке. Грионт положил ржаных лепешек и десяток летних яблок. Позаботился.

Не успела Эри приступить к завтраку, как послышался стук копыт. Всадник промчался мимо, поднимая за собой клубы пыли. До них с Куини ему не было дела, но что если бы было?

Дорога от Нюэля шла вдоль реки и, судя по указателю, должна была влиться в королевский тракт. Вот туда ей точно нельзя.

– Надо переплыть на тот берег, – вслух сказала Эри и убрала лепешки и яблоко обратно в сумку. Забираясь в седло, она подумала, как трудно было ехать верхом в первый раз и как легко сейчас. Все-таки что-то меняется к лучшему.

Развернув лошадь, она поскакала к извилистому Тетику.

* * *

Беда не миновала.

Около полудня в Нюэль прибыли трое вооруженных всадников. Солнце играло на полированных эфесах мечей. Лошади выбрасывали из-под копыт комья грязи. Они искали дом главы Совета, и среди крестьян быстро разнесся слух, что у Нюэльских неприятности.

Фридлин сидел на кухне, задумчиво уставившись на сцепленные в замок руки. Приготовив обед, Лидия села напротив сына. Грионт зачерпнул ложкой суп, осторожно, боясь нарушить тишину. Отчасти он завидовал оставленному в неведении Лину, который сейчас сидел за партой в школе. Мать выглядела бледной и усталой. Уже вторую ночь никто из них, кроме младшего, не мог заснуть. Время в доме остановилось.

Проводив тогда Эри, Грионт рассказал обо всем родителям. Фридлин начал причитать, чем они так прогневили Ксандров, и ожидаемо обрушился на него:

– Ты обидел Елену? Натаниэль на это только ради дочери пошел бы. Конец планам на ваш брак. Конец нашей дружбе. Конец всему. Говори, что натворил? – он схватил его за ворот рубашки.

– Не трогай его! – воскликнула Лидия, вцепившись мужу в руку. – Я предупреждала, что все это плохо кончится. Эри-то, ловкачка, сама сбежала. Да еще и лучшую лошадь забрала. Или ты сам отдал?

Она с подозрением посмотрела на сына. Грионт почувствовал слабость в коленях и, сглотнув, выдавил:

– Нет, она украла ее.

– Вот! – Лидия цокнула языком и принялась кружить по кухне.

– Ну что теперь делать. – Фридлин обреченно опустился на лавку. – Будем ждать, значит.

Часы показывали двенадцать. Вместе с боем послышался настойчивый стук в дверь. На ватных ногах глава семейства пошел открывать. Может, еще и обойдется. В конце концов, девушка сбежала, и Охотникам лучше бы идти по следу, что им до обычных крестьян.

В проеме стояли трое.

– Вы Фридлин? – вежливо поинтересовался мужчина в широкополой шляпе с плюмажем. – Позвольте войти.

Грионт невольно вжал голову в плечи.

Впереди был, видимо, капитан. На вид лет двадцати семи, белокожий, с глазами цвета стали. Черты лица безупречны, как у мраморной статуи. Поверх отбеленной рубашки легкая кольчуга с широким кожаным поясом, за который вставлен изогнутый аргонский кинжал. На ногах военные сапоги, начищенные до блеска. У бедра в ножнах узкий меч с изящной гардой. На плечах темно-зеленый плащ, а на груди выпуклый медальон в форме летящего на добычу орла.

Такой же был и у стоявшего за ним коренастого парня лет двадцати шести. Кареглазый, темноволосый, также в кольчуге, но без шляпы и плаща. За спиной меч больше и массивнее, а ботфорты доверху изгвазданы грязью.

Из-за его спины выглядывал худой лучник в темно-синем плаще с капюшоном. Этот казался моложе других, года двадцать три от силы. Русый, голубоглазый, с еще наивным выражением лица.

Грионту подумалось, что вот так и он мог бы стать Охотником и наводить ужас на крестьян.

– Хороший у вас дом, – заметил капитан, бегло осматриваясь.

– Хм. – Фридлин прочистил горло. – Чем могу служить?

– Мы получили сведения, что вы дали укрытие эльфийской шпионке. Некая девушка по имени Эриал Найт. Это правда?

Стальные глаза Охотника пристально следили за выражением лица Фридлина.

– Простите, как вас… – начал тот, кашлянув.

– Грэй.

– Да, господин Грэй, тут вышло недоразумение. Вы присядьте. – Он отступил, приглашая незваных гостей за стол. – Может, перекусите с дороги?

Здоровый Охотник взгромоздился на скамейку и перехватил из миски ржаной сухарик. Худой лучник оперся о дверной косяк. Охранял выход, как решил Грионт. Красивый капитан лишь положил на стол перчатки.

– Переходите к делу, – сухо сказал он.

Фридлин налил воды из кувшина и сел.

– Где-то в начале мая я подобрал ее в лесу. Знаете, увидел девушку без сознания, не смог пройти мимо. На следующий день она очнулась и рассказала, что осталась сиротой и ушла искать счастье. Мы пожалели ее и предложили работу. Клянусь, она не эльф вовсе. Да, уши острые, но форма глаз вполне человеческая. Она полукровка.

– Где девушка сейчас?

– Сбежала, украв лошадь, – подала голос Лидия.

Здоровяк и лучник переглянулись.

– Уверен, это просто недоразумение, – торопливо заговорил Фридлин. – Она же местная, с чего ей шпионить против своих?

– Местная? – переспросил Грэй. – Вы знаете, что по закону нелюдям положено получать документы о праве нахождения и проживания в Западной Лансии? У Эриал были такие бумаги?

– Нет.

– Тогда с чего вы решили, что она местная? – не сводя глаз с его лица, спросил капитан.

– Она сказала, что из Шадер. И я узнал…

Фридлин осекся, заметив, как крупный Охотник встрепенулся и бросил выразительный взгляд на капитана. Грэй кивнул ему и, наконец, сел.

* * *

Дождик моросил со вчерашнего утра. Эри уже перестала чувствовать холод и сырость. Они стали ее частью. Куини было хуже, лошадь тяжело дышала, выпуская из ноздрей струйки пара, и по телу пробегали волны дрожи. Эри спешилась и накрыла ей плечи свитером. Едва ли это помогло.

Она старалась держаться дальше от людей и дороги, чтобы Охотники не могли пойти по следу, но платой за осторожность стали голод и усталость.

К вечеру четвертого дня Эри осознала, что достигла предела. Заблудилась. И еще немного – свалится прямо в траву и уже не встанет. Вот и будет особое предназначение, о котором говорил тот человек из сна.

Это же надо было придумать себе такой сон, чтобы сказать – «будь сильной». Ну вот она и пытается.

Анжела говорила, что некоторые сны бывают настоящими. Вроде как судьба шлет знаки, помогает не сбиться с пути и уйти от неприятностей. Только где они сейчас? Степь молчит.

Эри втянула живот и резко выдохнула. Надо разозлиться. Хоть на этом дойти. Она подумала о Елене, но сил так и не прибавилось.

Горизонт вдалеке стал неровным. Она не сразу поняла, что это лес, но, осознав, обрадовалась. Потому что лес – это еда: ягоды, грибы и коренья.

– Давай, милая, – сказала она Куини. – Мы почти дошли. И без помощи дурацкого предназначения.

* * *

Петро,

детали, как обычно, в рапорте. Интересная выходит история. Постараюсь выжать из Нюэльского все, но сам хотел бы сосредоточиться на эльфе. Деревню отдай другим. Спасибо.

А. Г.

* * *

Туман сгустился. Эри неплохо видела в темноте, но усталость брала свое, перед глазами потихоньку начинало плыть. Пару раз она залезла в заросли колючего кустарника. Ноги то и дело цеплялись за корни и поваленные деревья. Нужно было найти подходящую полянку для ночлега.

Над головой ухал филин. Сосновые кроны качались от ветра. Лес наполняли шелест и шорохи, а вдалеке плавно усиливался протяжный вой, напоминавший стон раненого. Куини занервничала и уперлась копытами в еловую труху. Ночевка в лесу больше не казалась хорошей идеей.

Душа от страха ушла в пятки, но Эри из последних сил старалась держаться.

– Ну же! – Она потянула лошадь за узду. – Ускорим шаг.

Ей показалось, что между деревьями что-то светится. Воодушевившись, Эри пошла на огонек.

Впереди раскинулась полянка, посреди которой стоял бревенчатый домик. Свет лился из окошка. Она подошла ближе. За мутным стеклом виднелся стоявший на столе подсвечник.

– Люди, – радостно прошептала Эри. – Наконец-то!

Сделав глубокий вдох, она постучала в дверь.

Открыли не сразу. Казалось, хозяева и сами не знали, не померещился ли стук. Но Эри была настойчива. На пороге появился невысокий крепкий мужчина с подсвечником в руке и заткнутым за пояс длинным ножом. Свет играл на лезвии. Лицо он прятал в тени.

– Простите, – начала Эри. – Не могли бы вы приютить меня на эту ночь? В лесу холодно, я давно не ела, и не знаю, сколько еще продержусь.

Мужчина окинул ее внимательным взглядом.

– Откуда ты? – У него оказался мягкий с хрипотцой голос.

– Из Нюэля, – ответила Эри и жалобно продолжила. – Пожалуйста, только на одну ночь, я не стесню вас. Мне бы погреться, а с рассветом я уеду.

Мужчина раздумывал минуту, казавшуюся долгой, как целый час.

– Проходи, – сказал он, наконец. – Я отведу твою лошадь под навес.

«Да я сама», – хотела возразить Эри, но он уже передал ей свечу. Возможно, хотел осмотреть Куини, подумала она. В седельных сумках все равно не осталось ничего ценного.

Скинув у порога мокрые башмаки, Эри вошла в домик и осмотрелась.

Здесь была всего одна комната, без прихожей или отдельной кухни. В углу потрескивал поленьями очаг. Справа от двери стоял квадратный столик с двумя стульями, а на полу была расстелена медвежья шкура. В дальнем левом углу, рядом с огнем, стояла кровать на одного. На стене напротив висели раскидистые рога оленя. Под потолком сосульками свисали куски паутины, доски местами разбухли. Мутные окна были завешены рваным тряпьем. Но главное, что было тепло, сухо и даже по-своему уютно.

– Подойдет? – спросил мужчина, вернувшись в дом.

– Вполне. – Она с улыбкой повернулась к нему. – Спасибо!

Мужчина пересек комнату и подошел к очагу. Поправив кочергой поленья, он принялся помешивать содержимое подвешенного над огнем котелка. Эри села на шкуру и вытянула продрогшие ноги к огню.

– Меня зовут Эриал, – сказала она.

Мужчина повернул голову. При свете, наконец, удалось его рассмотреть. Лицо было покрыто темной щетиной, местами с проседью, волосы короткие, недавно бритые. Нос, явно когда-то сломанный, пересекал неприятный шрам. Правая бровь рассечена. На вид можно было дать лет сорок семь, если бы не уставшее, почти стариковское выражение светло-голубых глаз.

– Корд, – сказал он, продолжая помешивать. – Ужин еще не готов, так что рассказывай пока.

Эри закрыла глаза, чтобы на минутку просто насладиться теплом камина и ни о чем не думать. Приподняв левое веко, она заметила, что мужчина наблюдает за ней. Пойманный с поличным, он чуть улыбнулся, и страшное лицо вдруг показалось забавным.

– Я уехала из Нюэля, – начала Эри и, поджав губу, признала. – Хотя, если честно, сбежала. За мной едут Охотники.

– Думают, ты шпионка? – не удивившись, спросил Корд.

– Наверное, не знаю точно. – Она пожала плечами.

– Дай-ка я на тебя посмотрю.

Оставив ложку в котле, мужчина присел на корточки. Широкие ладони осторожно коснулись головы Эри, он ловко покрутил ее из стороны в сторону, поочередно заглядывая за уши.

– Что такое? – Смутившись, она невольно отодвинулась.

– Ничего. – Он выпустил ее голову и вернулся к котелку. – Давно бродяжничаешь?

– Дней пять, может… Но что вы сейчас сделали? – Она нахмурилась.

– Убедился, что не шпионка. Что ж. – Он хлопнул в ладоши, – наша куропатка готова.

Корд жестом пригласил к столу и принялся разливать по тарелкам бульон с мясом. Эри забралась на стул, чувствуя, как аромат щекочет ноздри, и в животе забурлило.

Он вытащил из-за пояса тесак и положил на стол. Эри застыла с ложкой в руке, с опаской глядя на лезвие. Может, лучше было в лесу заночевать?

– Кто вы? – спросила она.

Корд кивнул на рога на стене:

– Охотник.

* * *

Эри снилось, что она все еще в Нюэле. Свет пробивается в комнату. Лидия уже, наверное, готовит завтрак.

Она открыла глаза и на мгновение растерялась. Это не флигель. Где… что… Точно! Она нашла эту странную избушку в лесу… И мужчина…

Дверь открылась, и в дом ворвался поток холодного воздуха. Эри подтянула одеяло к подбородку и уставилась на вошедшего. Лицо со шрамами, тесак за поясом, тяжелые шаги и пронзительный взгляд. Вчера мужчина не казался таким страшным и суровым. Может, в полумраке выглядел иначе, а может, она так устала, что уговорила себя ни о чем не думать.

Эри невольно прижалась к стене.

– Что с тобой, девочка? – удивился Корд.

Она съежилась, как кошка в углу. Мужчина сделал несколько шагов и остановился.

– Ты знаешь, голодные люди всегда вежливее, – заметил он.

Эри выдохнула. Если бы он хотел что-то сделать, ночь бы она не пережила.

– Простите. – Она откинула со лба волосы.

– Я покормил твою лошадь, – перевел тему Корд. – Она простужена, но несколько дней покоя и хорошей погоды помогут.

– Спасибо, – проговорила Эри, все еще плохо соображая. Это он предлагал ей остаться?

– Завтрак на столе, – продолжил мужчина. – Я буду неподалеку, так что зови, если что.

Он подмигнул и, развернувшись, вышел из домика. Эри проводила его взглядом и свесила ноги. Стопы защекотал медвежий мех.

Хижина охотника, значит. Живет в глуши. Один. И на вид странный. Беглый преступник, может? Ей радоваться или скорее уносить ноги?

«Присмотрюсь пока», – решила Эри, поднимаясь.

* * *

Алекс, Эриал Найт ваша. Жди курьера с ордером. Шадер займется 12-й. Держи меня в курсе.

Петро Дриг

* * *

У ног простиралась небесно-голубая равнина. Озеро разливалось так далеко, что не было видно края. Эри присела и потрогала воду рукой. Холодная. Подхватив камешек, она запустила его прыгать, но тот проскакал всего два раза, после чего погрузился в пучину. Водная гладь недовольно поморщилась и снова застыла.

Набрав ведро, Эри отправилась обратно к дому. Куини выглядела больной. Кашляла, из ноздрей текло.

– Все будет хорошо, милая. – Она погладила вспотевший круп. – Сейчас тебя помоем. А потом укроем одеялом. Только держись.

Лошадь потерлась мордой о ее руку.

Она не сразу заметила Корда. Он сидел на колоде для рубки дров и с интересом наблюдал, как она тщательно вымыла Куини и теперь чистила копыта.

– Знаешь, – заговорил он, – я встречал нескольких человек, которые к животным относились лучше, чем к людям. Ты из таких?

Эри на секунду смутилась, но тут же парировала:

– Не все животные могут позаботиться о себе.

– Значит, из таких, – кивнул Корд и, посерьезнев, добавил: – Ну, девочка, расскажи, что такого случилось в Нюэле? И откуда ты там взялась?

Она медленно опустила копыто и, поколебавшись, все же решила, что терять нечего.

– Расскажу, если потом ответите и на мои вопросы.

– На все не обещаю. – Он улыбнулся краешком рта.

Эри глубоко вдохнула. Еще несколько дней назад Нюэль был ее домом, а теперь это история, которую она расскажет незнакомцу.

– Если коротко, то одна девушка решила, что я увожу ее жениха, и донесла Охотникам.

– Но ты ведь не из Нюэля, – заметил Корд.

– Я из Шадер.

По взгляду стало ясно, что, как и Фридлин, он о ее маленькой деревушке не слышал. Эри упредила следующий вопрос и добавила:

– Это недалеко от побережья Темного моря и дельты Унду.

– Но на карте не обозначено, – задумчиво проговорил Корд. – Значит, ты полуэльф из неизвестной деревни. Бумаг, я так понимаю, нет.

– Каких бумаг? – Эри наморщила лоб.

– Например, подтверждающих право нахождения в Западной Лансии для нелюдей. А вырастил тебя кто?

Голубые глаза Корда, не отрываясь, изучали ее лицо. С таким неподдельным интересом ее раньше слушала только Анжела, да и то не всегда. В то же время ощущалась исходившая от этого человека сила. Такому нет-нет, а захочешь рассказать всё, да он и поймет, если что-то скрыть или соврать. Впрочем, Эри скрывать было нечего.

Корд слушал, не перебивая, и только в конце заметил:

– Раз тебя воспитывала рованка, то понятно, что бумагам взяться неоткуда, – он потер небритый подбородок. – А она говорила, где тебя нашла?

Эри вздохнула.

– Говорила, – сказала она, помедлив. – Ей отдала меня женщина из какой-то килонской деревни. Розалина Найт. Сказала, что ребенок родился со странностями, и она не может его оставить. Вот так просто, понимаете?

– Не думаю, что просто, – возразил Корд, поднимаясь с колоды. – Сколько тебе лет?

Эри открыла было рот и осеклась. Она забыла про свой день рождения!

– Теперь восемнадцать, – сказала, подняв подбородок. – Второго августа исполнилось.

– Ну вот и смотри, – рассуждал он. – Это сто шестнадцатый год, самый разгар войны. Особенно в Килонии, которую едва-едва не уступили эльфам. Отдав страннице, твоя мать спасла тебе жизнь. Потому что ребенок-полукровка нежелателен для любой из сторон. Только вот…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.