Илья Ильич
Вперёд в Прошлое, или Туда, но не обратно

– Прекрасная картина.

– Спасибо, но я пытался написать книгу.

Анимационный сериал «American Dad»

Пролог

Вы даже не представляете, насколько я был ошарашен, когда узнал, что Илюха подробно описал все наши предыдущие приключения. Но больше всего я обалдел от того, каким идиотом он выставил меня в своей дурацкой книжонке. Очень надеюсь, что вы её не читали, и, если это так, даже не вздумайте читать этот бред, потому что, во-первых, это просто скука смертная, а во-вторых, там всё – неправда. По большому счёту, без меня бы у него тогда вообще ничего не вышло, даже несмотря на то что ему досталась волшебная железка, именуемая Топором Дваарка. Вы только представьте: у него грозное магическое оружие за спиной, а я за ним с одним малюсеньким ножичком бегаю. Разве это справедливо? Его прозвали лордом, избранным. Да читер он – вот он кто! И вообще, не наслаждаться бы ему тихим семейным счастьем со своей жёнушкой Линой, если б не я. Да дитё ихнее, можно сказать, только благодаря мне и появилось. В общем, сволочь он. Поэтому вторую часть наших Э-Э-ЭПИЧЕСКИХ приключений сам описывать буду. Теперь-то все узнают, что я свой титул тоже не просто так получил. В общем, читайте великую историю о благороднейшем рыцаре Андрее, спасителе Средиводья!

Глава 1

Возможно, вы уже знаете, что по «удачному» стечению обстоятельств попали мы в сей расчудесный мир около четырёх лет назад, победили злого гоблина некроманта Изергота, спасли Средиводное Королевство – всё как полагается. Потом Илюха женился, дочка у него родилась, Лизка. А дальше – скукотища смертная. Да, на свадьбе мы погуляли неплохо. Да, после свадьбы первое время тоже не скучали. Но, как только появился ребёнок, про Андрея, то есть про меня, все сразу забыли. Но я-то не растерялся, нашёл, где себя применить. Решил ещё раз прийти всем на выручку и капитальный ремонт во дворце возглавил. Так эти неблагодарные (я про Илью с Линой) недовольных из себя корчить начали. Мол, шум, грязь и вообще. Короче, в очередной раз никто моих усилий по достоинству не оценил.

И вот, пока ремонт шёл полным ходом, удалось мне таки вырвать Илюху из лап любимой супруги, чтобы навестить нашего общего друга Кактятама в Деревне Литмолов неподалёку. Старик в своё время оказал нам прямо-таки неоценимую помощь, за что мы были ему безмерно благодарны и старались всячески об этом напоминать, тем более что прямо напротив его дома находилась таверна. Ну, вы меня поняли. Когда вернулись во дворец, я решил подняться на второй этаж и проинспектировать, как установлена новая дверь, ведущая в покои семьи моего друга. Но, забегая вперёд, скажу, что лучше б мы её не трогали.

Мой благородный друг открыл дверь и завопил, аки красна девица. Я отодвинул его в сторону и посмотрел, из-за чего столько шуму. Пола за дверью не было. Ну, то есть был, только этажом ниже. Пока я размышлял о том, что со мной за это сделает король, позади раздался голос:

– Вы кто такие?! Что здесь делаете?!

Обернувшись, мы увидели стражника. Лицо его было мне незнакомо, и я подумал, что он новенький, и ему просто ещё не успели поведать о наших светлостях.

– А ты-то сам кто, чтобы нас, вот таких благородных лордов, допрашивать?! Жалование слишком большое платят или в темницу захотел?! – повысил голос я.

– Благородные лорды не одеваются в бабские тряпки! – сказал он, доставая меч из ножен.

Здесь я должен отступить от повествования и объяснить, почему это мы, собственно, были в бабских тряпках. С историей у меня всегда было плохо, а с зарубежной историей – тем более. Но, по словам второстепенного героя сего великого литературного произведения, мир, в котором мы жили уже почти как четыре года, очень напоминал Францию времён какого-то там четвёртого Генриха. И, как вы уже поняли, одевались здесь соответственно. Помимо грозившей из-за каждого угла смертельной опасности, местная одежда, состоявшая из клоунских кафтанов, разноцветных чулок и кружевных платков, была на втором месте моего личного топа ужасных несправедливостей. Илье в этом плане опять-таки повезло больше: ему, в отличие от меня, хотя бы удалось сохранить свои джинсы в целости. Мне же несколько раз пришлось объяснять придворному портному, как должны выглядеть нормальные штаны. И я не могу сказать, что он меня стопроцентно правильно понял. За что я искренне презирал его и ту скотину, которая за каким-то хреном спёрла мою одежду. Но что я всё о животных?

В общем, стояли мы там все такие знатные, а между тем по лестнице поднималось ещё несколько стражей.

– Уберите отсюда этого придурка, он, наверное, перепил на службе и не понимает, с кем разговаривает, – приказал я было, но не тут-то было (ха!).

– Ты что не видишь, что это не наша стража?! – в очередной раз завопил Илья.

Тут-то я всё понял. Это была не наша стража. Доспехи у них были все… какие-то древние: более древние, чем у солдат во дворце короля Петсилия IV, я бы даже сказал – средневековые.

И так как мы слишком долго думали, эти доисторические варвары, недолго думая (ха-ха!), схватили нас и бросили в темницу. Эта тюрьма сильно отличалась от уже известной нам. Ведь впервые оказавшись во дворце несколько лет назад, мы тоже умудрились попасть в местный ИВС, и по сравнению с тем, что открывалось нашим глазам и раскрывалось нашим носам в этот раз, прошлое место нашего заключения могло показаться прямо-таки десятизвёздочным отелем.

– Что-то здесь не чисто, – сказал я.

– Тут ты абсолютно прав, – отозвался Илья, отскребая какое-то вонючее месиво с подошвы. – И я был абсолютно прав, когда думал, что твоя идея с ремонтом ничем хорошим для нас не закончится. – Тут он поскользнулся на поросшем мхом булыжнике, о который ранее пытался обтереть обувь, и рухнул задницей прямо на загаженный пол подземелья. – Худшие ожидания оправдались, – простонал он, поднимаясь и потирая ушибленный копчик.

И, как уже сказал мой друг, худшие оправдания действительно ожидались, потому что в тёмном углу кто-то неожиданно громко прокашлялся и произнёс:

– А вы ещё что за оборванцы? Какого роду-племени будете? И за каким дьяволом вас сюда принесло?

После того как глаза привыкли к темноте, а обоняние помахало ручкой на прощанье и исчезло, мы увидели прикованного к стене кандалами бородатого мужика в грязной одежде. Говорил он хриплым басом, опустив голову, и разглядывая нас из-под спадающих с обросшей головы волос.

Я решил проявить свои манеры и вежливо поздоровался:

– Вечер в хату! Сами мы пацаны чёткие, попали сюда не по доразумению. А ты сам кто по масти будешь?

– По масти? – не понял наш сокамерник. – Масть она только у коней, да коров с быками.

– Давайте не будем быковать, – вмешался мой друг с отбитым задом. – Прошу нас извинить, но не будете ли Вы так любезны, рассказать нам, куда это мы попали?

– Ага. А также куда исчез наш дворец? Куда девался король Петсилий IV? И куда это, ради бога, я только что наступил?!

– Куда-куда? И чего это ты, смерд, здесь кудахчешь? – спросил этот обнаглевший бомж.

Я проскрипел сквозь зубы, закатывая рукава:

– Ещё раз повторяю. У нас есть ответы, и нам нужны вопросы! – с этими словами я двинулся на волосатого наглеца, но не успел: послышались тяжёлые шаги, и у решетчатой двери темницы показался стражник; от тех, что доставили нас сюда, его отличал тяжёлый ярко красный плащ и огромный золотой знак на груди, изображающий расположенный над вспененным морем скалистый утёс, на краю которого стояла виселица с висящем в петле человеком. Этот тип мне сразу не понравился. Он подошёл к решётке и целую минуту разглядывал нас неморгающим взглядом безжизненных глаз; лицо его не выражало абсолютно никаких эмоций, лишь едва заметная самодовольная ухмылка застыла на бледном лице словно маска.

Он достал из-за пазухи скрученный пергамент, смахнул с лица чёрную сальную чёлку и зачитал:

– За проникновение в замок и попытку убийства его величества, короля Ифедрона I, двое неизвестных чужеземцев приговариваются к смертной казни через обезглавливание после заката сего дня.

В затянувшейся паузе было почти слышно, как наши отпавшие челюсти ударились об пол.

– А также, – продолжил прокуратор, – по великому разумению его величества, короля Ифедрона I, самозванец, выдающий себя за короля, приговаривается к смертной казни через обезглавливание после заката сего дня.

– С фантазией у вас, я смотрю, не очень, – сказал я, потом подумал и добавил: – Я прошу пардона, сами мы не местные, произошло чудовищное взаимонепонимание.

– Молчать, когда со мной разговариваешь, смерд! – истерически заорал обвинитель.

Но я, не обращая внимания на его истерику, продолжил:

– Никого убить мы не пытались, в замок не проникали, и сами не знаем, как здесь оказались.

– Лжёшь, мерзавец! – уже спокойнее, но с ещё большей злобой в голосе, промолвил поехавший тюремщик, доставая меч из ножен и просовывая остриё между прутьев решётки. – Не искушай меня, смерд!

– Никого я не искушаю. Я совершенно безыскушный. Вот только умирать как-то сегодня не хочется.

– Мы требуем отвести нас к вашему королю или судье, – вмешался Илья, – мы ему всё обстоятельно разъясним. И я уверяю Вас, что это досадное недоразумение само собой разрешится.

Стражник расхохотался, в его голосе появились металлические нотки:

– Для вас сейчас я – судья, палач, король и сам господь бог. Приговор будет приведён в исполнение на закате, – резюмировал он, убрал меч обратно в ножны, развернулся и ушёл.

– То был Моргаст, – прозвучал грустный голос.

Признаться, мы уже и забыли о своём сокамернике. Затем после паузы тот же грустный голос добавил:

– Племянник мой.

Глава 2

– Моргаст всегда был весьма жестоким человеком. «Народ верен тебе только тогда, когда он боится тебя больше, чем врагов», – всегда говорил он. А тут ещё попал под влияние тёмного культа и будто совсем разум потерял, – рассказывал наш соузник. – Там и прочие, более благородные люди больше на зверей походить стали. Мы их поначалу всерьёз не воспринимали. Да только, как спохватились, потом уж поздно стало. Предал меня Моргаст, родного дядьку в темницу упрятал, на трон самозванца водрузил, а теперь вот и казнить велит. Сожалею, что и вы со мной в одной лодке оказались.

– Да, тут уже ничего не попишешь, коли писец сам пришёл, – вздохнул я.

– Только вот я в толк не возьму, зачем же вы всё-таки в замок забрались? Какая неведомая сила вас сюда забросила.

– Именно, что неведомая, – ответил Илья.

Мы рассказали королю Ифедрону I (а это, как Вы уже догадались, был именно он) краткую версию своего путешествия, опустив из рассказа множество деталей и тот факт, что нечто подобное с нами происходит уже во второй раз. Честно говоря, странно, что нам и в первый раз кто-то поверил.

Если Вы помните, то Ифедрон I был прапра-очень-много-пра-прадед Петсилия IV, во дворце которого мы так успешно квартировались. Поэтому из нашего рассказа выходило, что мы обычные путешественники из будущего. Всего-то. И как бывает во всех фантастических произведениях о путешествиях во времени, нам, конечно же, попросту не поверили.

– Я понимаю ваше желание сохранить свои намеренья в тайне: странствующие рыцари никогда не рассказывают о своей цели, ведь собеседник может оказаться неприятелем. Да только сдаётся мне, что неприятель у нас с вами общий. И выдать кому-то ваши секреты мне уже вряд ли представится, – вздохнул он, глядя в узкое подвальное окошко, за которым начинало смеркаться.

Мы только виновато пожали плечами.

– Ладно, хватит болты болтать. Пока не рано, нужно как-то выбираться отсюда, – перехватил я инициативу.

– И как ты себе это представляешь? – спросил мой старый друг.

– Вот и я вопрошаю, как же ты сбежать отсюда собрался? – добавил король.

После минутного размышления я сказал им, что они задают слишком много вопросов, и ушёл в противоположный угол камеры ощупывать стены на предмет наличия секретного хода. А что? Могло ведь и получиться.

Общими усилиями мы изучили каждый квадратный сантиметр темницы, но ничего похожего на рычаг или скрытую дверь не обнаружили. В одном месте нам удалось выковырять из стены довольно большой булыжник, но за ним было неизвестно сколько ещё таких же. Чтобы наша находка не пропала даром, решили булыжником попробовать сбить кандалы с Ифедрона. И так увлеклись процессом, что не заметили, как за окном окончательно стемнело. Когда нам удалось-таки разбить цепь на кандалах, освободив таким образом короля, за дверью опять послышались тяжёлые шаги, а по полу и по стенам заиграли тени в отсветах факелов.

– Ну всё, нам кранты, – прошептал я.

– Так продадим же свою жизнь подороже, – сказал король и обмотал кулаки обрывками цепей, на манер кастетов. Потом развернулся к нам. – Благодарю вас! Теперь не на эшафоте я свою жизнь закончу, а смогу, как и подобает, в бою нелегком с честью пасть.

– Федя, – обратился я к королю, – ты б не нагнетал обстановку. С пастью честь – оно, конечно, хорошо, но ты нас со счетов раньше времени не списывай. Да мы этих гопников даже с завязанными за спиной глазами ушатаем!

К двери подошли стражники. Их было троё, и по ним было видно, что на сильное сопротивление они не рассчитывали. Щёлкнул замок, и дверь с тяжёлым скрипом начала отворяться.

– А ну, подходи по одному! Я вас так убью, что вас живьём закопают! – только и успел крикнуть я, как внезапно со стороны маленького зарешеченного оконца раздался взрыв. Нас накрыло каменным градом с огромным облаком пыли, а дальше всё стихло. То есть вообще всё. Поначалу я решил, что оглох от взрыва, поэтому заорал:

– Ау! Есть кто живой?!

Ответа не последовало. Облако пыли никак не хотело рассеиваться, и я попытался на ощупь добраться до друзей.

– Илюха! Ифедрон! Вы живые?! Постучите по камням: один раз – да, два раза – нет.

Впереди послышалось какое-то копошение, и из-под завалов показался Илья, вытягивающий за собой короля. Не говоря ни слова, я бросился ему помогать. И вместе мы по груде камней через образовавшийся в стене проём выбрались сами и вытащили наружу его светлость.

Изукрашенные синяками, ссадинами и мелкими порезами мы осмотрелись по сторонам. Не очень большая предзамковая территория была вымощена серым булыжником, огорожена высокими каменными стенами и вмещала на себе не более десяти различных строений, стоящих вплотную друг к другу; в центре образовывалось небольшая площадь, на которой в окружении горящих факелов был сооружён эшафот, на одной стороне которого стоял огромный окровавленный пень с воткнутым в него топором гигантских размеров. От знакомого нам города здесь ничего и в помине не было. Стены замка были полностью чёрными, сам же замок не уступал размером дворцу короля Петсилия IV.

Ещё не до конца придя в себя, я сквозь пыль всматривался в раскуроченную стену темницы.

– Ой, чёй-то здесь не того… – только и сказал я, потому как такого разворота событий я не ожидал даже от этого мира: разлетевшиеся во все стороны камни так и зависли в воздухе, поднявшаяся пыль и не думала оседать, а на улице не было ни единого дуновения ветерка. Проследив взгляд Ильи, я обратил внимание на горящие на площади факелы, которые давали ровный, не колышущийся свет. И тут мы заметили, как в дверях нескольких сооружений неподвижно застыли люди.

В гнетущей тишине раздался хрип приходящего в себя Ифедрона. Король пытался у нас что-то спросить, но мы, подхватив его под руки, двинулись подальше от замка.

– Сперва нужно убраться подальше, а потом уже сумеем расставить все точки над «ё».

– Куда мы идём? – спросил Илья.

Вот ей-богу, оставь я этих двоих прямо там, они бы так и сидели на месте со своими вопросами.

– Вопросы здесь задаю я, – твёрдо сказал я, затем обратился к уже более-менее пришедшему в себя Ифедрону: – Куда мы идём?

Глава 3

Мы благополучно выбрались за стены замка: массивные дубовые ворота оказались незапертыми. Я еще предложил здесь всё поджечь напоследок, раз уж нам выпала такая «пауза», но остальные были категорически против. Я только успел снять со стены факел и уже намеревался засунуть его в штаны ближайшему стражнику, как эти двое опять возгалдели.

– От ума боль – душевная, от глупости – физическая, – сказал Илья, отвесил мне подзатыльник и вырвал факел у меня из рук. Я на него даже не обиделся, а просто потянулся за вторым факелом, но король величественно крикнул:

– Окстись, не то прокляну!

И мне пришлось оставить свою затею. Илья ещё что-то там бухтел, но я объяснил ему, что заткнись, и мы продолжили свой путь молча.

Как назло, поблизости не было никакого укрытия. Шли мы, пока на горизонте не забрезжил рассвет, осветивший одиноко стоящий вдалеке от дороги колодец. Доковыляв до него, мы поняли, что в конец измотались, и дальше идти уже не сможем. Вдоволь напившись воды, мы ощутили лёгкое дуновение ветерка и шелест высокой травы в поле – время продолжило своё прежнее течение. Опасаясь погони, мы не стали разводить костёр, поглубже забрели в высокую растительность и устроили привал прямо на сырой утренней траве.

– Друзья мои, – заговорил король, – не знаю, что за чудесная сила помогла нам сбежать, но знаю, что без вашей помощи я был бы уже мёртв. И что бы с нами в дальнейшем ни произошло, я никогда вам этого не забуду. Да что я, если нам удастся выбраться из этой передряги, всё королевство вам этого никогда не забудет.

– Да чего уж там, – великодушно махнул рукой я, – мы и сами там чуть в обморок не наложили. И это даже несмотря на то что нам такое не впервой.

– Итак, все карты на стол, – предложил Илья. – Андрей прав, нам это не впервой, и после всего произошедшего рискну предположить, что теперь Вы верите в нашу историю?

– Да, теперь я, несомненно, верю вам, – сказал король.

– В таком случае предлагаю Вам закончить Ваш рассказ. Мы уже знаем, что Ваш трон занял самозванец, при содействии Вашего же племянника. Хотелось бы узнать больше о тёмном культе. Возможно, тогда мы поймём, каким образом оказались причастны к этой истории.

– Да рассказывать, право, и нечего, чесслово. Никто не знает, откуда пришёл этот культ, и кто за всем этим стоит. Знаю только, что ни двойник мой на троне, ни племянник мой – там не главные. Этих двоих, понятное дело, жажда власти в культ привела, а что же касается остальных – культ обещает достаток и достойную жизнь своим последователям, провозглашает, что стремится сделать всех равными. На деле же, всех делают… одинаковыми, что ли: уж больно лица у них у всех похожими становятся. И, главное, каким-то образом подчиняют всех своей воле: люди там послушны подобно домашнему скоту делаются.

– Ну что ж, – сказал я, – делать нечего, придётся нам очередную кашу расхлёбывать. Ты, Федюнчик, лучше скажи, с чего нам сперва начать, где штаб-квартира этого культа находится?

– И то мне неведомо, – ответил Ифедрон. – Знаю лишь, что на границах королевства где-то в Долине Воронов заброшенный город есть, и ходят слухи, что служители культа город тот заселять начали, но кто бы то мрачное, зловещее место искать ни отправлялся, покуда ещё не возвращался. А посему и поведать не могу, в какую сторону нам путь держать.

– Да уж, весёленькая картина вырисовывается: иди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что. Нам и в прошлый-то раз карту с навигатором никто не предоставил, но мы хотя бы в общих чертах знали, куда нам идти. А теперь что? Нам всё Средиводное королевство облазить надо? Да это как иголку в поле искать.

– Там про стог сена было, – поправил меня Илья.

– Да-да, стог сена в поле. Но от этого всё равно не легче.

– Сейчас мы ничего не придумаем, – твёрдо сказал мой старый друг, – слишком много всего произошло, и мы уже целые сутки на ногах, поэтому предлагаю всем отдохнуть, и, если получится, поспать хотя бы пару часов.

– Не то место мы для отдыха выбрали. А ну как за нами погоню отправят?

– Илюха прав. Не спать с целыми утками вредно для мозга, а места лучше поблизости нам не найти. Но предлагаю спать по очереди. Чур, я первый, – сказал я, укладываясь на примятую траву.

– Хорошо, – согласился король, – отдыхайте. Сперва дежурю я, потом меняемся.

– Ага, спокойной ночи, – сказал я и провалился во тьму сновидений.

Не знаю, сколько я проспал, но, когда меня растолкал Илюха, было уже темно. Я уступил ему своё пригретое местечко и принялся расхаживать взад-вперёд, чтобы стряхнуть с себя остатки сна и размять затёкшие суставы. Ифедрон I громко храпел, а вскоре к нему присоединился и Илья. Я честно пытался вглядываться вдаль, нет ли какого движения на дороге, но там никого не было, а от созерцания тёмной ночи лишь снова захотелось спать. И хотя в тот момент предпочёл бы чашку горячего кофе и сытный ужин, я решил дойти до колодца, взбодриться ледяной водичкой.

На небе висела полная луна, отражавшаяся в водной глади колодца, поэтому я не сразу заметил, как на дне что-то блеснуло и засияло. Сияние поднималось всё выше и выше, пока, наконец, в яркой вспышке света передо мной в воздухе не возникла женщина. Не просто женщина, а богиня Афродита, не иначе. Длиннющие ноги, зависшие в метре над землёй, казались бесконечными; приятной формы округлости слегка приоткрывала колышущаяся на слабом ветерке лёгкая воздушная накидка; тонкая осиная талия и упругий животик легко угадывались сквозь полупрозрачную ткань; а грудь… какая это была грудь! Я просто замер задрав голову, в изумлении забывая даже дышать. Белокурая, голубоглазая красавица беззвучно подплыла ближе и сладким мелодичным голосом обратилась ко мне. Я слушал её, но не слышал, что она говорит, а просто стоял и кивал в такт её словам. Вот она подплыла ещё ближе, опустилась на землю, обняла меня за плечи, и с силой встряхнула. Я мгновенно пришёл в себя.

– Проститьки? – сказал я.

– Так-то лучше, – промолвила красавица, томно вздохнув, потом взглянула на меня из-под пышных полуопущенных ресниц и произнесла: – Я Фортуна, богиня удачи и хранительница людских судеб. Это я привела тебя сюда, о благородный рыцарь, потому как мне нужна твоя помощь. Ужасная демонесса Страка похитила у меня Камень Судьбы. Этот камень обладает магическими свойствами; применивший его может из бедняка превратиться в богача, из труса – в храбреца, жадного он может сделать щедрым, а больного – здоровым. Если же Страка использует на камне свои злые чары, то свет станет тьмой, вода обратиться в огонь, воздух будет закупоривать лёгкие, земля разверзнется, и исчадия ада обрушат на мир свою ярость. Прошу тебя, о благородной воин, помоги мне. Если ты вернёшь мне Камень Судьбы, проси чего пожелаешь, я исполню любое твоё желание.

– Есть у меня кое-что на примете, – сглотнул я. Потом пораскинул мозгами и сказал: – Подожди, сейчас я разбужу друзей, расскажешь им всё ещё раз, а то они мне в жизнь не поверят.

– Твои друзья не смогут меня увидеть. Я избрала для этой миссии именно тебя, и только тебе одному дозволено лицезреть меня, – сказала она, кокетливо откинув прядь волос с лица. – Однако они могут помочь тебе в этом нелёгком деле. Я дарую вам необходимое на первых порах вашего пути снаряжение и укажу, где находится волшебное оружие, с помощью которого ты сможешь одолеть Страку.

Богиня протянула ладонь, и на ней тут же материализовалось нечто похожее на солнечные часы.

– Это Солнечный Компас. В правильных руках тень от стрелки всегда падает в верном направлении. Нужно лишь представить себе цель, и компас укажет на неё. Это всё, чем я могу помочь. Дальнейшее путешествие вам предстоит совершить самим. Не подведи меня, рыцарь, и тебя будет ждать великая награда, – сказала Фортуна, медленно тая в предрассветном мареве.

Как только она исчезла, кто-то неожиданно схватил меня сзади за плечо – я аж подпрыгнул.

– Ты в порядке? – спросил Илья.

– Сам ты в порядке, – ответил я, медленно оседая на землю.

Глава 4

Мы разбудили Ифедрона, и я в подробностях описал свою встречу с богиней.

– А потом она дала мне вот эту штуку, которая должна указать, куда нам надо топать, и исчезла, – закончил я рассказ.

Пока государь рылся в неизвестно откуда появившихся походных мешках, Илья рассматривал в руках Солнечный Компас.

– И как эта штука работает? – спросил он. – Вроде бы обычные солнечные часы. Не то чтобы я умел ими пользоваться, но вроде сейчас полшестого.

– Всё у тебя на полшестого, – пошутил я и забрал компас у друга. Повертел его в руках, но ничего не изменилось. Потом подумал о Фортуне, и внезапно тень от стрелки, сделав примерно пол-оборота, резко указала на час.

– Ну, значится, нам туда, – торжествующе выдал я.

Надо сказать, богиня о нас позаботилась. У колодца мы нашли три одинаковых кожаных мешка, внутри каждого – комплект искусно сделанной кожаной одежды, лёгкой, но довольно прочной на вид: длинные кожаные куртки со шнуровкой, такие же штаны и сапоги. Там же обнаружились дорогущие на вид пояса и кинжалы с резной металлической рукоятью, фляги с вином и запасы продуктов: хлеб, сыр, валяное мясо.

Сперва мы набросились на еду, затем переоделись, выкинув старую одежду, собрали остатки еды и двинулись в путь. Лично у меня настроение было превосходное. Новая одежда, оружие, еда, отсутствие погони – чего ещё можно было желать в нашей ситуации?

Я бодро шёл впереди, ориентируясь на компас, Илюха с королём – чуть позади.

– Вы чего такие хмурые? Ведь всё идёт, как по маслу горох.

Ифедрон поднял на меня задумчивый взгляд:

– Подумал я тут, что дороги наши с вами разойдутся вскоре. Вам нужно повеление богини исполнять, мне же – королевство обратно отвоёвывать. Не ради власти, а только долг у меня перед королевством. Не след мне самозванца на троне надолго безнаказанным оставлять. Племянника, опять же, нужно научить уму-разуму. Пусть и не бывает доброй войны, а только соберу я самых благородных, самых достойных воинов, пойду и отвоюю свой замок обратно, а за ним и всё королевство от проклятого культа очищу.

– Ты, Ваше Вашество, конечно, если не хочешь – давай, как хочешь. Вот только у меня другое предложение. Нам твоя помощь пригодится. А вот когда вернём мы Фортуне её камушек, я ей и загадаю – тебе королевство вернуть, а нас в наше время отправить. Все в плюсе, и все довольны. Как тебе такой план?

Король подумал, пристально посмотрел мне в глаза, сжал челюсть и кивнул.

– А коли так, знайте: ежели сможем мы трон у врагов отбить, то и для вас всегда будет место за моим столом.

– Вот и отлично, я тоже – «за», – отозвался Илья, и мы продолжили путь.

Местность была совершенно незнакомая, но, по идее, где-то здесь в будущем должна была быть деревня Литмолов. К полудню компас вывел нас на дорожку, ведущую в чащу леса. Мы бесстрашно шагнули вперёд. Бесстрашно – потому что чего нам было бояться? Лес как лес.

У огромного векового дуба мы решили сделать привал.

– Жаль это штука не показывает оставшееся расстояние, – посетовал я, убирая компас в мешок и доставая остатки еды.

Тяжёлые ветви деревьев всё же не могли спрятать собой жаркое полуденное солнце, поэтому, облокотившись о нагретый лучами валун, мы принялись за трапезу. После еды нас разморило, и мы уснули, пригревшись у большого камня.

Меня разбудил чей-то голос:

– Эй ты, придурок, я к тебе обращаюсь. Просыпайся давай.

– Я?

– Да, да, ты, дубина, чего расселся?

– Ничего, – пробубнил я, пытаясь понять, откуда исходит голос.

– Ходят тут всякие, ни житья, ни покоя от вас нет. Вы чего здесь забыли?

– Да так, мимо проходили. А ты где?

– Ты задницу свою от земли оторви и увидишь, где я.

Я поднялся, голос исходил из камня.

– Чего уставился? Или камней никогда не видел? Буди своих дружков, и убирайтесь отсюда подобру-поздорову. Не мешайте раздумьям великим предаваться.

– Ладно, – растерялся я. Потом разбудил друзей: – Пойдёмте, нас выселяют.

– Кто нас выселяет? – не понял Илья.

– Я вас не выселяю, а только проваливайте отсюда, чтобы я вас здесь больше не видел.

– Да знаешь ли ты, ирод каменный, с кем ты разговариваешь? – вспылил король.

– Да мне без разницы. Я тут тоже не просто так прохлаждаюсь: часа назначенного жду, предназначение своё выполняю.

– И какое же у тебя предназначение, лесной туалет? – сказал я, угрожающе берясь левой рукой за пояс.

– Э-э-э, ты чего это удумал? Прав таких не имеешь, чтобы на меня великого ногу задирать.

– Ладно, пойдёмте отсюда, – сказал Илья, – а то эта каменюга так и не заткнётся.

Мы собрали свои вещи, не обращая внимания на увещевания камня. Когда я убирал флягу, то нечаянно выронил из мешка компас.

– А это что такое? – воскликнул камень.

– Не твоего ума дело, – ответил король. Я подобрал компас и уже развернулся, чтобы уйти.

– Стойте, подождите, кажись, мы не с того начали. Вас не Фортуна ли сюда прислала?

Мы остановились.

– А что если так? – спросил я.

– Ну, тогда это совсем другое дело. Приветствую вас путники, располагайтесь, будьте как дома. Не окажете ли мне одну услугу, чтобы я вас смог как следует поприветствовать, не перевернёте ли этот валун?

– Не понял, – не понял я. – А ты сам разве не валун?

– О нет, мой скудоумный друг. И кого только присылать начали? – посетовал камень. – Переверните меня, и вы сами всё узнаете.

Мы переглянулись, пожали плечами и навалились на камень. С трудом нам удалось перекатить его. В какой-то момент меня по ноге ударила железка, торчащая из камня, покрытая землёй и мхом.

– Узрите же величественного меня, – голос стал звучать громче и доносился из этой самой железки. – Имя мне – Гвалт. Ранее – гордый рыцарь, ныне – самое грозное оружие в Средиводье на службе Великой Богини Фортуны.

Далее последовала театральная пауза.

– Ну чего вы? Брать-то будете? – раздражённо спросил меч.

Я подошёл и попытался очистить рукоять от грязи. Показался серебристый металл с выгравированным черепом у основания клинка. Глаза и рот черепушки отсвечивали красным. Сам клинок был надёжно зафиксирован в камне. Ухватившись за рукоять обеими руками, я изо всех сил потянул, но результата не последовало.

– Э нет, меня так просто не возьмёшь. Сперва нам с тобой договор заключить надобно. Каплю крови своей мне на черепушку капни, а потом уж и забирай.

– Да фиг тебе!

– Ну, не хочешь – давай, как хочешь. А только без меня тебе поручение Фортуны нипочём не выполнить.

Я поочерёдно посмотрел на друзей. Илья покачал головой, а король развёл руками.

– А хрен с тобой, – сказал я, достал кинжал из ножен, проколол себе палец и капнул кровью прямо в пасть изображения черепа, потом взялся за рукоять и без каких-либо усилий одной рукой вытянул меч из камня.

Остроконечный обоюдоострый клинок засверкал на солнце, и я увидел, что сама сталь клинка, за исключением режущей части, была полностью красной. По всему телу разлилось приятное тепло, не знаю, как это точно описать, но я почувствовал себя сильнее.

– Ну, вот и ладненько, – сказал меч. – Какого надо убить?

Глава 5

Отложив Гвалта подальше, мы отошли в сторонку, чтобы посовещаться.

– Что-то лично на меня он какое-то нехорошее впечатление производит, – сказал Илья.

– И то правда, невесть какая редкостная ценность, а возомнил себя чуть ли не посланцем божественным, – поддакнул король.

– Да чего вы на него сразу накинулись? – заступился я. Мне хоть и самому было понятно, что здесь всё не так чисто, как хотелось бы (да к тому же ещё и кровавая сделка эта), но мысль о том, что магическое оружие в этот раз достанется именно мне, затмевала собой все остальные и толкала на глупые поступки. – Да, не молот Тора, конечно, но за волшебный меч вполне прокатит. Тем не более, если я правильно понял Фортуну, он нам необходим, для того чтобы убить демонессу «Как-Её-Там».

– Страку, – подсказал Ифедрон.

– Во-во, её родимую. Да и не отказывается никто от таких подарков, это ж ясно как ночь.

– Думай сам, конечно, но я бы на твоём месте лишний раз эту железяку говорящую из ножен не доставал, – упорствовал Илья.

– Ты уже был на моём месте, и, помнится, махать волшебным топором не брезговал, вот теперь и я попробую. Значит так, слушайте меня вниматошно, меч я беру с собой и буду использовать его по ситуации. Быстренько найдём и убьём эту Страку, а там видно будет. Ещё какие-то возражения есть?

Илюха только махнул рукой, а король вздохнул и сплюнул. Мы вернулись к камню и взяли вещи. Я взял меч, достал компас, теневая стрелка на нём опять крутанулась и указала куда-то вглубь леса.

Шли мы по лесной дороге уже часов шесть. Меч у меня в руке всё это время никак не хотел затыкаться.

– А по молодости, помню, работал я лесничим, в лесу наподобие этого. И в том лесу дорога проходила, ну прям как эта, а по той дороге телеги, гружённые товарами, ездили. И вот как-то обратилась ко мне одна торговка из близлежащего города, сказала, что вот уже третий раз работников её ночью кто-то в лесу грабит: исподтишка по голове бьёт, так что те сразу сознание теряют, груз яблок наливных забирает, а возницы толком и сказать потом не могут, кто да как на них напал. Сразу я почуял, что дело то непростое. Залёг этой же ночью в кустах, лежу жду, когда новую партию тех яблок повезут. Сперва, вижу, огонёк где-то вдалеке загорелся и приближаться начал. Потом, вроде, увидел, будто это девка с факелом идёт, а за ней толпа малышей каких-то. Думаю, не иначе как мамаша со своим выводком по грибы да по ягоды рыщет. Вот только, отчего ж ночью-то? Пригляделся. Деваха та уж больно бледная была. Я её уже почти за привидение принял, но гляжу: идёт она под ветвями пригибается, траву перед собой руками разводит, ветки сухие, опять же, под её шагами трещат. Нет, думаю, не привидение это. И даже как-то успокоился, но потом на детишек взглянул. Вот только то не детишки никакие были, а карлики бородатые. Ну, думаю, теперь понятно, кто по ночам здесь бесчинствует. Сам нож тихонечко из сапога достал, притаился и наблюдаю, что же та банда дальше делать будет. А та восьмёрка – восемь их было: баба белая и семеро карликов – тоже возьми, факел погаси, да в кустах заляг. Вскоре и телега из-за поворота громыхать начала. Карлики, как телегу услыхали, камней нахватали, да врассыпную бросились: кто на дерево полез, кто вдоль дороги окопался, а кто и вовсе на мою сторону перепрыгнул, да за деревьями рядом укрылся. Не был бы я так хорош в искусстве маскировки, непременно бы меня заметили. Когда телега с нами почти поравнялась, начали её мелкие поганцы каменьями закидывать. Я же под шумок на другую сторону дороги перебрался, к кустам, где предводительница ихняя сидела, сзади подкрался, да и вонзил ей нож в спину, ровно так чтобы тот прямо в сердце еёное угодил. Деваха вскрикнула, да и обмякла тут же. Карлики, как это увидали, заверещали все в голос, каменья побросали, да в чащу леса умчались. С тех пор их больше никто не видел, и нападения в лесу прекратились. А разбойницу ту в стеклянный гроб положили, да на всеобщее обозрение выставили, дабы другим неповадно было.

– Ага, а девка та, случайно, падчерицей торговке не приходилась? – спросил я.

– Не, не приходилась, – ответил меч. – Но могла бы. Отец её, вдовец, потом за дочку беспутную у торговки прощения просил, да так, видать, просил, что полюбились они друг другу, да тут же свадьбу на радостях и сыграли.

– Я слышал эту историю в другом пересказе, – сказал Илья.

– Да вы чего ж, мне не верите? Рассказал всё как было, ни словом лжи не приукрасил. Да и где ж вы эту историю слышать-то могли? Молоды вы ещё слишком.

Мы не стали спорить. Ифедрон вообще демонстративно с мечом не разговаривал. Из леса мы так и не выбрались, а уже начинало темнеть. Да и сил уже никаких идти не было, надо было подумать о ночлеге.

– Знаю я один дом неподалеку, – словно прочитал мои мысли Гвалт. – Принадлежал он раньше одному магу. Люди его почему-то стороной обходят. Да только, как по мне, нет там ничего страшного. Маг тот уже давно помер, а дом с тех пор так пустой и стоит.

Посовещавшись, мы решили принять предложение меча. Оно выглядело заманчивее, чем ночёвка на сырой земле под открытым небом. К тому же в лесу было куда холоднее, чем в поле. Следуя указаниям Гвалта, мы вскоре вышли к довольно большому по здешним меркам дому, спрятанному в чаще леса. Деревянное сооружение действительно выглядело заброшенным: входная дверь и ставни на окнах распахнуты настежь; крыша, крыльцо и небольшая терраса покрыты мхом и толстым слоем прелых листьев; небольшой огород слева от дома, огороженный повалившейся изгородью, зарос сорняками.

– Ну вот, господа, и ты, хозяин, тоже, – самодовольно произнёс меч, – добро пожаловать. Довёл, как и обещал.

Я поднялся на крыльцо и через раскрытое окно всмотрелся в темноту дома, но так ничего и не увидел, от слова «совсем».

– Вроде бы ничего подозрительного, – сказал я сам себе, пока Илюха с Ифедроном обходили дом с разных сторон. Когда они вернулись, мы шагнули внутрь через распахнутую дверь и очутились в просторной прихожей. Здесь пахло сыростью, под ногами лежали всё те же прелые листья, а впереди нас ждала ещё одна дверь.

– Посторонись, – сказал король, упёрся одной ногой в стену и со всей силой рванул дверную ручку на себя. Тяжёлая осевшая дверь поддалась лишь наполовину, и как только это произошло, в открывшемся помещении вдруг вспыхнул яркий свет, затем со всех сторон послышался жуткий грохот – это закрылись входная дверь и ставни. Илюха вернулся ко входу, толкнул дверь плечом, но та не поддалась. Я побарабанил в окно рукоятью меча – тоже без толку.

– Эй, ты чего это делаешь? – возмутился Гвалт.

– Это ты чего делаешь? Ты нахрена нас сюда завёл?

– А чего не так-то? Дом как дом. Ну закрылись входы-выходы. Вам-то что? Вы куда-то прямо сейчас собираетесь? Зашли б лучше внутрь, осмотрелись, прежде чем меня в чём-то обвинять.

Я заглянул в приоткрытую дверь. Внутри было светло, тепло и пахло едой.

– Нет, нельзя нам через эту дверь идти, – сказал я.

– Почему? – возмутился Гвалт.

– Почему? А я объясню… – И тут я задумался, мысленно признавая, что в словах меча был какой-то смысл. Вроде бы, пока что напрямую нам ничего не угрожало. Идти ночью обратно в лес – неохота. Не в предбаннике же этом нам до утра стоять?

– Ну, чего уставился? – прервал мои размышления охамевший клинок. – Прикажешь мне всю ночь в этой сырости ржаветь?

– Почему? – передразнил я его.

– Что почему?

– Почему бы нам не зайти внутрь? – сказал я, раскрыл дверь пошире и шагнул в комнату.

Глава 6

В просторном зале горел камин, на стенах висели светильники, а в центре стоял большой прямоугольный стол, который прямо-таки ломился под тяжестью расположенных на нём блюд. Воздух наполнялся ароматами запечённой рыбы и жареной птицы, копчёных окороков и тёплого хлеба; от огромного количества свежих фруктов и овощей разбегались глаза; а рядом с каждым блюдом стояли хрустальные кувшины с чистейшей водой и вином.

Собственные сухпайки мы уже употребили, отчего богатый яствами стол казался ещё более соблазнительным. Обойдя его по кругу несколько раз, я махнул рукой и уселся за стол.

– Рождённый быть повешенным не отравится, – сказал я, отрезал от ближайшего окорока здоровенный кусок, целиком запихнул его себе в рот, прожевал, запил вином прямо из кувшина и стал ждать, когда же подействует яд.

Мои друзья тем временем стояли, раскрыв рты. И продолжали так стоять минут десять. Потом тоже плюнули и набросились на еду.

Истребив добрую половину продуктов, мы, лениво ковыряясь в зубах, с наслаждением откинулись на спинки стульев. Как вы поняли, никто не отравился. После сытного ужина жизнь заиграла новыми красками. Мы нехотя поблагодарили меч, тот на удивление достойно принял похвалу и даже не стал ехидничать по этому поводу. Неспешно болтая, мы все согласились, что надо бы и поспать. И вот только стоило нам подняться из-за стола, как со стороны камина раздалось:

– Ну что ж, раз уж уважаемые гости сыты, и все приличия соблюдены, позвольте представиться. Зовут меня Магул, ныне забытый, но в прошлом весьма известный маг и волшебник.

Прямо из-за книг на каминной полке поднялась голова и поплыла в нашу сторону. Ифедрон вскрикнул и запустил в голову тяжёлым металлическим кубком, но промахнулся.

– Попрошу вас больше так не делать, – произнесла летающая головешка. – Я не желаю причинить вам никакого вреда. Но вам действительно угрожает опасность. Поэтому, не соблаговолите ли вы выслушать меня? Да перестаньте же вы барабанить во все двери подряд, они находятся под моим заклятьем и не откроются, пока я того не пожелаю.

Мы на секунду замерли, переглянулись между собой, взглянули на голову и уселись обратно за стол, взяв в руки по кувшину вина для самообороны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.