Александр Скуридин
Заповедная Долина

© Александр Скуридин, 2021

© Интернациональный Союз писателей, 2021

* * *

Об авторе

Член Союза писателей России с 1998 г. Родился в Грузии (г. Телави). Учился в Ухтинском индустриальном институте по специальности «Геология и разведка нефтяных и газовых месторождений» (г. Ухта, Коми). Несколько лет работал в геофизической партии в Большеземельской тундре.

Автор нескольких книг прозы. В 2014 г. вышел фантастический роман «Мария. Визитёр из будущего» (издательство «ЭРА»). В 2018 г. роман «Операция “Мальборо”» издан Интернациональным Союзом писателей (Москва). В том же году под эгидой ИСП прошёл конкурс книг на английском языке. Повесть «Груз 069» принесла Скуридину звание лауреата и медаль В. Набокова. В 2020 г. опубликован конспирологическо-мистический роман «“Баргузин” уходит от погони» (Москва, ИСП), а также роман-триллер «Вариант “Зеро”» (Москва, ИСП) и роман-триллер «Крысиная нора» (Москва, ИСП).

В настоящее время автор живёт в г. Севастополе.

Пролог. Часть первая (более ста земных лет назад)

Гвен стоял в производственно-техническом отсеке и наблюдал, как биороботы занимались разгрузкой тележки с запасными частями и агрегатами звездолёта. Всё, что привезено, аккуратно расставлялось на стеллажи и надёжно крепилось.

Подчинённые Гвена работали слаженно и чётко. Это были подобия людей, которых за цвет тела сами создатели называли серыми. Серые обладали неплохим разумом, естественно, нужным им именно для решения сугубо практических задач. Имён биороботы не имели и различались по номерам. При необходимости серые объединялись в один мощный аналитический мозг. Коллективный разум и позволял «номерам» оперативно решать проблемы, которые часто подстерегают звездолётчиков на планете Пангея в далёкой галактике.

Гвен являлся клоном высшей категории. Точнее, был «собран» высокоразвитыми представителями одной из планет системы двойных светил созвездия Орион. Гвен почти ничем не отличался от своих создателей орионцев, разве что увеличенным размером ушей, что выдавало в нём уроженца Коруса. Он, правда, имел не такое прочное тело, как у серых биороботов. Да это и не было нужно, хотя и Гвену, как представителю инженерной службы звездолёта, не раз приходилось находиться в самом опасном радиационным излучением отсеке – двигательном. Помимо увеличенных ушей и заметной узкоглазости Гвен обладал высоким интеллектом и был не только авторитетным непосредственным начальником серых, но и полноправным членом руководящего состава экипажа звездолёта «Небесный Чертог». При этом начальник биороботов не утратил навыков и умений жителя планеты Корус, четвёртой в системе двойных светил Ориона.

Гвен уже не раз бывал на Пангее. Оттуда хорошо видно его родное созвездие…

Серые принялись разгружать очередную партию запасных агрегатов к тяговым и посадочно-взлётным двигателям звездолёта, громада которого возвышалась на космодроме планеты Дария. Биороботы попарно подошли с обеих сторон тележки и начали вручную выкладывать с неё всё, что могло пригодиться в полёте.

Эта экспедиция запланирована Высшим Орионским Советом в целях инспекции. На огромной многослойной Пангее, задуманной её планетарным Творцом как учебный полигон, отрабатывались трудные, специфические задачи, призванные дать важный эволюционный опыт человеческой душе. Но жители Мидгарда[1], области Пангеи, именуемой ими Земля, пошли по пути тотального развития техники и технологий.

Данный путь был тупиковым, так как не только отдалял мидгардцев-землян от природы, но и существенно истощал ресурсы планеты и очень серьёзно ухудшал экологию биосферы. К тому же на Земле сложилась кризисная политико-экономическая ситуация, которая могла привести к кровавой войне.

Всё это требовало осторожной, умелой корректировки обитателями высокоразвитой планеты Дария, одними из древнейших создателей современной человеческой расы.

– Девять дробь семнадцать! – окликнул Гвен биоробота.

– Слушаю вас, главный инженер! – тотчас отозвался названный Гвеном «номер».

– Запасные детали, которые ты устанавливаешь, – очень важный элемент безопасности корабля. Они требуют более надёжного крепления. Ты понял это, семнадцатый?

– Так точно, главный инженер!

– Выполняй! – махнул рукой начальник.

Он прошёл вглубь отсека, бдительно просматривая качество работы вверенных ему подчинённых.

Биороботы важны и нужны в предстоящем полёте. Именно они могли, не боясь опасного излучения, качественно обслуживать фотонные двигатели «Небесного Чертога». Также они выполняли всю трудную и неквалифицированную работу, которой на борту звездолёта было предостаточно.

То, что для эксплуатации сложного оборудования космического корабля был выбран житель Коруса, не случайно. Корусийцы не принадлежали к высокоразвитым в интеллектуальном отношении расам звёздной системы Орион. Да такая «честь» им и не требовалась. Это были настоящие труженики.

Они беззаветно любили природу и с самого детства были едины с ней, обладали телепатическими способностями, позволяющими легко входить в контакт не только с животными планеты, но и с её растительным миром. Дарийцы, посещавшие Корус как туристы, уверяли, что тамошние жители разговаривают даже с… камнями!

Четвёртая планета двойной звёздной системы была преобразована в планету-сад. Причём аборигены привели в полную гармонию жизнь всех насельников Коруса. На «четвёрке» не было никаких убийств – даже со стороны животных-мясоедов. Хищники терпеливо ожидали, когда у добровольной жертвы кончится жизненный ресурс. И так как представители фауны Коруса плодились в большом количестве, недостатка еды для животных-мясоедов не наблюдалось. Неуступчивые в этом важном вопросе хищные виды были переселены на отдалённый от материка остров, где вскоре почти начисто истребили друг друга. Оставшиеся особи по телепатическому каналу запросили пощады. Вернувшись из изгнания, они стали скрупулёзно выполнять все требования высших существ Коруса.

Но идиллия была нарушена. На «четвёрку» внезапно напали злобные карлики. Пришельцы гордо называли себя поглотителями планет.

«Поглотители», обладая мощным оружием, быстро превратили планету-сад в пустыню. Они бы и вовсе её опустошили, но вмешались дарийцы. После ожесточённой схватки в космосе карлики поспешили увести остатки своих кораблей восвояси.

Жизнь на Корусе еле теплилась. Дарийцы переселили около одиннадцати миллионов корусийцев на свою планету, где невольным мигрантам были предложены прекрасные условия проживания.

Изгнанники с собственной планеты трудились на Дарии земледельцами, скотоводами. Но тоска по родному дому не давала покоя. И их верховный вождь публично выразил чаяния своего маленького народа: вернуться на Корус и приложить все силы для его оживления.

Этим вождём-глашатаем как раз и был Гвен…

Главный инженер «Небесного Чертога» ещё раз обстоятельно проконтролировал ход работ своих подопечных и отправился в кают-компанию. Там вот-вот должно состояться совещание по итогам подготовки звездолёта к старту.

Глава 1

Лось, на котором сидела Мария, неожиданно коротко всхрапнул. Девушка инстинктивно подтянула на себя поводья, прижимая вниз голову животного: его рога запросто могли получить травму, упёршись в наездницу. Весна только вступила в свои права, и рога лишь начали расти. Они были ещё мелкими, непрочными, их необходимо беречь.

Яшка понял свой промах и повиновался натяжению поводьев, однако выразил свою обеспокоенность сохранностью головного украшения лёгким предупреждающим фырканьем. Мария ослабила поводья, давая возможность животному успокоиться.

– В чём дело, Яшка? – спросила девушка.

Её звонкий голос разлетелся по весеннему лесу, дробясь на обертоны стволами деревьев.

Лось не умел говорить, но прекрасно владел телепатией и ответил хозяйке:

– Там, на поляне!..

– Что?.. – попыталась уточнить девушка, но осеклась.

Из-за пышной, приземистой ели, одиноко стоящей на краю лесной проплешины, показался… Кулькатли![2] Бывший легендарный шаман, а ныне дух места, Хранитель не только знаменитого Шайтан-камня, но и святынь, спрятанных в недрах этой священной скалы.

Кулькатли одет в камуфляж – светло-зелёный маскировочный костюм с тёмными пятнами-разводами на ткани. Казалось, что через кусты в лесной ложбинке продирается старый охотник или грибник. Но у «человека» в камуфляже не было с собой ни ружья за плечами, ни лукошка в руке.

– Дедушка! – радостно выдохнула Мария.

Она соскочила с лося и устремилась навстречу Хранителю Шайтан-камня. Лось пошёл за ней, издавая приветственный трубный звук. Но умное животное не трубило во всю свою лосиную глотку. Яшка прекрасно знал, что в лесу надо вести себя тихо. Это не гон, когда самцы забывают об осторожности и для выявления счастливого обладателя самки сходятся в настоящем бойцовском поединке.

– Привет, Маша!.. Я так рад видеть тебя! – произнёс бывший шаман, раздвигая в стороны руки.

– Я тоже рада, прапрапрапрадедушка!

– Обойдёмся, внучка, без всяких там многих «пра», – сказал Кулькатли, принимая девушку в свои объятия.

Ради этой встречи дух Шайтан-камня и принял вполне осязаемый физический облик. А дело у Кулькатли к своей «кровинушке» было очень важное, но весьма деликатное. Вот поэтому дедушка и решил встретиться с внучкой не в Заповедной Долине, надёжно охраняемой энергетическим Куполом, а в обычном уральском лесу, где Маша часто любила ездить в седле на своём верном Яшке.

Когда дед-дух вдоволь пошлёпал прапрапраправнучку по спине, он отпустил её из своих рук и обернулся к лосю:

– А ты, Яшка, скучал по мне?

Зверь с видимым удовлетворением издал нечто похожее на коровье мычанье.

– Вижу, ты тоже рад, старый шельмец, – проговорил Кулькатли, почёсывая шею животного.

Лось замлел от ласки.

– Ну хватит нежностей, рогатый парень, – сказал шаман, убирая руку. – Тебя нельзя слишком баловать, а то ты совсем перестанешь ловить мышей.

– Лоси что, обязаны их ловить? – засмеялась Мария.

– Это идиома…

– Что-что?

– Ну… оборот речи, устоявшееся, часто употребляемое выражение.

Девушка покрутила головой:

– Ну, дед, ты меня не перестаёшь удивлять. Такие слова знаешь, иностранные…

Кулькатли начал оправдываться:

– У меня там, на скале, такого наслушаешься, что дух захватывает, особенно в разгар туристического сезона.

– Захватывает дух у духа! – засмеялась наездница.

Яшка тоже, казалось, понял суть сказанного хозяйкой и, как шаману показалось, противно осклабился, обнажая крупные жёлтые зубы.

– И этот, надо же, ехидно ухмыляется… – прокомментировал реакцию лося Кулькатли и слегка развил обозначенную им тему: – Дух он и в Африке дух. Между прочим, древние греки называли таких, как я, гением места, это тебе, внучка, не какой-то среднестатистический лох в физической форме, который кроме своего узкого мирка ничего не видит. А я узреваю всё во многих мирах!

– Да я хорошо понимаю твою роль, дедушка. Просто ты иногда такое выдаёшь… Гений!..

– Я иногда этих назойливых субъектов с вершины Шайтана сгоняю, чтобы побыть в полном покое. Место-то у меня, сама знаешь, весьма значимое для всего Урала! – сказал бывший шаман и вполне миролюбиво предложил: – Давай сядем.

Дед и внучка уселись на поваленный буреломом ствол ели, поросший мхом. Рядом с хозяйкой примостился Яшка, положив голову девушке на колени.

– И как ты это делаешь, ну, гоняешь туристов? – спросила Мария.

– Очень просто: насылаю на любителей громко и бесцеремонно поболтать холодный, пронизывающий ветер.

– И-и-и…

– Всех этих говорунов-пустозвонов как рукой сметает вниз, к подножью камня.

– Ну да, – согласилась девушка, – Шайтан-камень не любит глупой и пошлой болтовни.

Весенний лес наполнился птичьими голосами. Вот яростно заверещала кедровка, оповещая всех и вся о потенциальной опасности. Её клёкот подхватили тревожным посвистом сойки.

– Косолапый спустился в распадок за Медвежьим ручьём, – определил причину переполоха птиц Кулькатли.

– Мишка Меченый обход своих владений делает, – уточнила Мария.

– Мишка Меченый? – удивился Кулькатли.

– Так в совковое время называли сановного пустозвона Михаила Горбачёва, которого, как и твоих туристов, сдуло ветром с поста президента Союза. Не ты ли к этому приложил свою руку, дедушка?

– Нет. Горбачёва с вершины власти сдула сама история. Давай-ка вернёмся к нашему Мишке. Почему он Меченый?

– У него подпалина на голове.

– А-а-а… Что твой знакомый в распадке делает?

– Там малинник знатный. Вот Меченый после зимней спячки туда и повадился.

– Так ягоды ещё не уродились! – удивился Кулькатли.

– Он молодые стебли ест. Они сочные и немного сладкие, сама пробовала.

Птицы успокоились, поняв, что косолапый не намерен пересекать ручей, служащий естественной границей для обитателей ельника.

Девушка гладила шею лося у подбородка. Яшка от избытка нежности даже прикрыл глаза. Но уши животного стояли торчком. Яшка уловил, что люди ведут речь о медведе. Правда, косолапый мог напасть только на старого, совсем обессиленного лося. К тому же хозяйка всегда телепатически очерчивала границы своего передвижения на Яшке. Даже стая голодных волков не посмела бы приблизиться к Марии, часто выезжающей за охранный Купол и зимой. Лось хорошо понимал людскую речь, в которой не было ни тени беспокойства. Но ухо держал востро́…

Мария знала, что далекий её предок явился сюда, в лес, не просто так. Под Купол он приходил, правда, не совсем охотно, мотивируя это тем, что в Заповедной Долине для него «нет надлежащего простора».

– Но Купол же над долиной совсем не виден и вообще ещё никому не помешал! – возразила как-то девушка.

– Он не виден для людей, а вот животные прекрасно его чувствуют.

– Я тоже умею это ощущать, – возразила Мария.

– Ты слишком близка к природе, поэтому тебе, Маша, нечего делать среди людей, – ответил Кулькатли и вздохнул. – Но замуж тебе, красна девица, выйти надо…

Все разговоры о замужестве и рождении ребёнка девушка так страстно отвергала, что дед-шаман перестал заводить их. И вот теперь Мария нутром ощущала, что он намерен вернуться к этой теме.

Но хозяин Шайтан-камня не спешил приступать к столь щекотливому для внучки разговору.

– Ты совсем как героиня мультика «Маша и Медведь»! – сказал он и коротко хохотнул.

– Не поняла? – удивилась девушка и спросила: – У тебя там, на Шайтане, телевизор, что ли, есть?

– Ну да, появился! – Хранитель камня порылся во внутреннем кармане куртки и вытащил странное устройство.

Девушка недоуменно выгнула дугой брови и спросила:

– Что это? Смартфон?

– Ну, в некотором роде. Но в этой заморской штуковине имеются довольно интересные навороты.

– Например?

– Помимо спутниковой связи американец, владелец этого устройства, мог находить порталы в другое измерение.

– Ну, это я могу делать и без всяких приспособлений! – возразила наездница и наклонилась к лосю. – Мы с Яшкой во все эти порталы не суёмся. Нам и здесь хорошо. Да, Яков?

Повышенный в статусе-имени лось открыл глаза, как бы подтверждая истинность сказанного девушкой.

– Тебе, Маша, ещё придется сделать это, – твёрдо сказал Кулькатли, пряча «заморское устройство» в карман куртки.

– Это почему?

– По кочану! – буркнул дух места.

Он застегнул на липучку карман и начал развивать свою мысль:

– Куда ты, внучка, денешься, пойдёшь как миленькая!

– Да, но Яшка… – попыталась возразить Мария.

Но бывший шаман отверг её словесное сопротивление:

– При чём тут твой верный Росинант? Ты попадёшь в другой мир с… человеком!

– Небось, с мужчиной? – нервно хихикнула Мария.

– Чего тут смешного, егоза? – напустился на неё прародитель. – Мужчина и в Африке мужчина! Да и тебе давно замуж пора!

Мария поняла, что от разговора о замужестве ей не увильнуть, и решила несколько оттянуть намечающуюся словесную атаку деда. Она сняла со своих колен морду лося и переложила на ствол ели, на котором сидела. Яшка обиженно засопел. Девушка встала, прошлась мимо елей и указала ладонью на животное:

– Видишь, дедушка, Яшка обиделся!

– Да уж!.. Твой рогатый хитрован надул губы, потому что ты переложила его голову на лесину. А вот замужество для тебя, Маша, давно больная тема!

– Разговор на эту тему портит нервную систему! – засмеялась девушка.

Она остановила своё движение между деревьями, глянула вверх. Над елями величественно всплывало солнце, освещая тесный лесной закуток, где расположились Кулькатли и Яшка. Мария раскинула руки и закружилась в импровизированном танце. Лось поднял голову и начал раскачивать ею в такт движениям хозяйки. Даже Хранитель Шайтан-камня присоединился к всеобщему распрекраснейшему настроению закутка. Он с выражением продекламировал нараспев:

– «Весна в крови, весна в желаньях!..»

Мария остановилась на полутакте, обрывая поток музыки, звучащей в ней, и произнесла с лёгкой досадой:

– Это что, намёк?

Кулькатли молодцевато вскочил на ноги, совсем забыв о своём почтенном возрасте, и зачастил, подтверждая истинность своих слов взмахами рук:

– Что ты, Машенька? Это я так, старый пень, сгоряча выпалил, глядя на твой замечательный танец.

Самоопределение пращура «старый пень» несколько охладило вспыхнувший было воинственный пыл девушки. Она хорошо знала, что духи фактически не стареют. В их мире они могут принять любое обличье, даже грудного ребёнка.

– Ты, дедушка, молод душой, – сказала она и села на своё место.

– Совершенно верно подмечено, – пробормотал дух Шайтан-камня, присаживаясь рядом с Марией.

Яшка, уловив настроение Кулькатли и своей хозяйки, восстановил возложением головы на колени Марии прежний эмоциональный паритет.

Вопрос о замужестве для Марии был действительно очень важным. Дело в том, что девушка являлась последним отпрыском некогда могущественной ветви… амазонок. Все представители её рода по женской линии сами находили себе избранника. Естественно, будущий муж должен был соответствовать невесте во всём, и главное – в мироощущении. То есть тот мужчина, которого «похищала» представительница рода амазонок, должен обладать тайными знаниями и умением жить в дикой природе. Правда, в последнее время жена-амазонка и её муж проживали под Куполом, но всё равно в совершенном отрыве от цивилизации. Некоторые мужчины рода Марии не выдерживали испытания и уходили навсегда из-под Купола, «к людям», конечно же, оставив потомство на воспитании жены. Но такое случалось крайне редко. В родовых хрониках рассказывалось, что уход мужчин состоялся всего два раза. Но память об этих «знаковых» событиях была настолько крепка, что Николай Акимович, отец Марии, часто говорил, по рассказам мамы:

– Я верный амазон несравненной амазонки!

Красиво заявлено, хотя девушка совсем не помнила отца и подозревала, что Николая Акимовича как родителя не было. И все мамины россказни о нём не больше чем выдумка… Он по древней традиции тоже был «похищен» девушкой-амазонкой Людмилой, чтобы начать с ней отшельническую лесную жизнь. Впрочем, кандидаты в мужья особенно и не противились процессу «похищения». Они к тому времени уже хорошо понимали правила древней игры. К тому же немаловажным фактором являлась взаимная любовь. Без неё-то и нельзя было даже думать о следовании традиции истинных амазонок. И важно было, что обретение мужа происходило в окрестностях Уральских гор, где проживали люди более чистые сердцем, чем в городах. Когда-то раньше, рассказывала мама, амазонки попытались было давать детям не отчество, а некую замену по имени… матери. Но мужья воспротивились этому. Под угрозой ухода амазона из Заповедной Долины женщины оставили попытки ввести такое правило. Победило взаимное чувство. Как часто говорил пращур Марии: «Любовь и в Африке любовь». Девушка не знала, как там, в далёкой Африке обстоят сердечные дела. Жила она в Заповедной Долине, окаймлённой охранным Куполом, без родителей уже довольно давно. Вначале из жизни ушёл отец-амазон, через четыре года за ним последовала мама Марии.

Это была ещё одна древняя традиция отшельников: уходить умирать в одну из пещер.

Почувствовавший приближение смерти житель Заповедной Долины, человек или животное, уходил за её край, чтобы завершить свой жизненный цикл. Если животное просто поднималось на перевал, то человек пробирался вглубь потаённой пещеры. Когда его дух уходил к Создателю, в подземное последнее прибежище престарелого амазона или амазонки пробирались волки. Они получали пространственный сигнал о том, что наступает пора им завершить процесс ликвидации человеческих останков. Как поведала однажды мама Марии, «в земной природе всё должно быть пущено в дело, а не просто гнить». Когда-нибудь и ей, Марии, предстоит уйти в эту самую обитель последнего упокоения. Девушка вздохнула…

Уловив состояние прапраправнучки, Кулькатли поспешил на выручку:

– Тебе, Машенька, до той поры ещё очень далеко. Ты всего лишь в начале жизненного пути. Да, переход в бестелесное состояние несколько неприятен с чисто людской точки зрения: видишь собственное бездыханное тело. Зато потом!..

– Что потом?

– Гуляй как кот, где тебе вздумается, переносись с одного места в другое практически мгновенно. Я за столетия в развоплощённом состоянии столько всего узнал, как за несколько земных жизней!

– А когда ты, достопочтенный пращур, покидаешь свою скалу, она остаётся без надлежащего присмотра?

– У меня там в это время верховодит… альтер эго, достопочтенная пращурка[3].

– Что означает «альтер»?.. – выдавила Мария.

Даже лось поднял с её колен свою тяжёлую голову, несколько облегчив затёкшие ноги хозяйки. Понятно, что и Яшка отродясь не слышал таких мудрёных слов. А уж он-то за свою долгую лосиную жизнь присутствовал при многих разговорах деда и внучки…

Животное и человек уставились на духа-всезнайку вопрошающими, немигающими глазами.

– Второе «я», если перевести с латыни на русский язык! – торжественно провозгласил старый шаман и в подтверждение своего незыблемого знания поднял вверх, к небесам, указующий истину перст.

Значение термина понятно было для Марии – астральный двойник.

Это дошло и до Яшки. Во всяком случае, сохатый кивнул и вновь опустил бородатую голову на колени девушки.

Мария засмеялась, уловив некоторое сходство Яшки и её пращура: оба её собеседника были бородатыми.

– Ты чё колешься? – недовольно спросил Кулькатли, затем, слегка поостыв, добавил вполне миролюбиво: – Видать, тебе, сойка-пересмешница, смешинка в рот попала. Ты знаешь, для чего у лосей это украшение?

Мария ласково потеребила довольно объёмистый кожаный нарост на шее у подбородка Яшки. Животное вновь зажмурилось от удовольствия.

– В бороде, называемой охотниками серьгой, вырабатывается особый секрет, передающий индивидуальность самца. Он важен для того, чтобы лось мог пометить свою территорию струёй собственной мочи!

– Всё-то ты знаешь, Маша, про Яшку, его сородичей и прочую живность, населяющую Заповедную Долину и близлежащие окрестности. Вот только о себе забываешь, о том, что ты не только амазонка, но и женщина! – торжественно провозгласил дух Шайтан-камня.

– Я ещё девушка, – уточнила Мария, несколько гася вербальный пыл пращура.

Но азарт Кулькатли уже невозможно было остановить. Прапрапрадедушка жительницы Купола легко вскочил. Он явно переусердствовал в своём телесном порыве, подпрыгнув до самых вершин елей. К тому же дух, принявший на время подобие человеческого облика, никак не мог совладать с соизмеримостью своего неожиданного полёта. В результате прыжка Кулькатли испуганная кедровка вспорхнула с вершины дерева и загомонила во всё птичье горло, оповещая жителей ельника, что в закутке у поляны не всё спокойно, как прежде. Ельник наполнился голосами пернатых, разнося эту весть ещё дальше, до самого Медвежьего ручья. Даже Яшка прервал свою блаженную дрёму и встал на ноги, готовый в случае необходимости защитить хозяйку.

– Ты что там делаешь, дедушка? – спросила Мария, трясясь от беззвучного смеха.

– Да вот… – сконфуженно пробормотал дух, облачённый в камуфляж. – Обозреваю окрестности.

Он плавно опустился, сел на своё место и сказал лосю:

– Всё по кухне, Яков, можешь продолжать дремать.

Молодёжный речевой оборот насчет «кухни» лось не понял, но уважительное обращение к нему – Яков – оценил. Он сделал шаг к Кулькатли, опустился на землю и возложил свою голову на колени старого шамана.

– Два бородача – пара! – шутливо прокомментировала сложившуюся пространственную расстановку девушка.

Но пращур уже был настроен довести начатый разговор с амазонкой-отшельницей до логической смысловой развязки.

– Кстати, о птичках… – начал было Кулькатли прежнюю тему о замужестве внучки расхожей фразой из анекдота.

Но девушка перебила его, продолжив с лёгким смехом:

– Которых ты, Кулькатли, распугал своим неожиданным вознесением.

Затем она посерьёзнела и, вдохнув, произнесла:

– Давай, разлюбезный дедушка, выкладывай, что ты задумал.

– Ура!.. Ты, красна девица, созрела! – обрадованно провозгласил дух Шайтан-камня и решительно предложил сохатому, прикорнувшему на его коленях: – Пойди, Яшка, попасись на поляне. Я с верхотуры заметил там островки молодой, сочной травы.

Лось с видимым удовольствием поднялся и поспешил на поляну: с момента выезда из Заповедной Долины прошло немало времени, и Яшка уже порядком проголодался.

Теперь, когда свидетель ушёл удовлетворять потребности своего объёмистого желудка, Мария поняла: Кулькатли снова начнёт решительную атаку на её девичью свободу.

Она не ошиблась. Выждав, когда затихнет треск кустов, раздвигаемых могучими ногами лося, старый бывший шаман, а ныне дух, принявший человеческий облик для беседы с «заблудшей овцой», заговорил:

– Ты, разлюбезная пращурка, что, совсем уже забыла древние родовые правила?

– Я их не забыла, разлюбезный дедушка, просто…

– Ну!.. Говори, не мямли!

– Просто я ещё не нашла достойного кандидата, – ответила девушка на строгое понукание духа Шайтан-камня.

– Кандидата в депутаты! – громко рассмеялся Кулькатли и ехидно предложил: – А что, это идея! Давай выпишем тебе не только кандидата, но и настоящего депутата из Государственной думы, пузатого, в костюме с галстуком. Пусть такой важный человек разрешит все проблемы, возникающие в районе Купола, если он легко разруливает их по необъятной России.

– Их, эти проблемы, у нас, в долине, прекрасно решает Гвен.

– Гвен? – переспросил Кулькатли, а затем хлопнул себя ладонью по лбу, изображая, что, мол, дошло, вспомнил.

Мария прекрасно знала все уловки своего прародителя. У «ловца чёрта»[4] была астральная, а значит, совершеннейшая память.

Поэтому она совсем не отреагировала на очередную выходку прапрапрапрадедушки, справедливо полагая, что вот-вот наступит его ясное и полное «воспоминание».

Она не ошиблась. Лик Кулькатли после впечатляющей паузы просветлел, и дух места выдал «на-гора»:

– Этот… клон, доставшийся семейству амазонок и амазонов после крушения космического корабля орионцев, тебе ближе, чем настоящий муж?

– Он самый, дедушка, и с ним в команде имеется несколько биороботов, которые прекрасно справляются со всеми делами в Заповедной Долине! – ответила девушка.

Она засмеялась и продолжила:

– Так что никакой депутат нам там совершенно не нужен, – и насмешливо фыркнула: – Пузатый!..

– Ну и чудесненько! – обрадовался дед отказу Марии от гипотетического депутата Госдумы в костюме и галстуке.

Он вновь вытащил из кармана камуфляжной куртки гаджет, напоминающий планшет, и со значением покрутил им в воздухе.

– Что ты хочешь мне предложить? – спросила девушка, понимая, что наступает самый ответственный момент её встречи с далёким пращуром.

Кулькатли включил «планшет». На экране показалось изображение трёх человек. Двое из них были одеты, как и бывший шаман, в камуфляж. Третий мужчина, в центре троицы, – в обычный костюм. Он сразу же бросился в глаза девушке: высокий, статный… красивый.

– И кто эти бравые молодцы? – как можно безразличнее спросила Мария.

– Слева – подполковник армии Соединённых Штатов Америки, разведчик, точнее боевой маг, Арчибальд Готлиб. Справа – майор нашей родимой ФСБ Артём Соколов.

– Это те парни, которые искали на Шайтане портал в другие измерения, а ты, дедушка, завалил их снегом, а потом по старой шаманской привычке погрузил их в меряченье[5]?

– Было такое!.. Аз грешен! – засмеялся Кулькатли, затем попытался оправдать свои деяния: – А чего они, не спросясь, на мой камень полезли[6]?

– А по центру?.. – спросила девушка дрогнувшим голосом.

– Дмитрий Павлович Быстров, полковник ГРУ, между прочим, тибетский лама-ринпоче[7] в прошлой жизни. А это тебе, привередливая внучка, не хухры-мухры. Именно он имел полное право освободить Арчибальда и Артёма от оков меряченья. Ну, естественно, не без моей скромной помощи…

– А-а-а… – сдавленно протянула девушка и нервно хихикнула. – Ну, если он ринпоче, как твой друг Гьялцен, и к тому же совсем не хухры…

– А ты внимательней всмотрись, Маша… Этот воин, по центру, тебе никого не напоминает?.. – вкрадчиво произнёс Кулькатли.

Мария взглянула на экран прибора и обомлела от нахлынувшего переживания.

– Он, Дмитрий Быстров, моя… родственная душа!.. – громко, эмоционально воскликнула она.

– Наконец-то дошло до тебя, Маша, хотя и не сразу, а как до жирафа! – возликовал пращур и добавил: – У меня для тебя припасён подарок.

– Этот, что ли, из Америки? – с изрядной долей пренебрежения спросила Мария.

Но Кулькатли видел, что она уже положила глаз на Быстрова, запечатлённого на фото. И всё же бывший шаман был старой закалки, поэтому, иезуитски улыбаясь, произнёс как бы между прочим:

– Чем тебе не угодил презент из самой Америки? Тут даже телевизор имеется. Смотри не хочу!..

– Любой портал я и так, без технического костыля смогу определить. Насчёт телевизора… У меня дома, ты, дедушка, знаешь, тарелка на крыше имеется, спутниковая. Так что некоторые передачи я смотрю, особенно музыкальные.

– А «Давай поженимся»?..

– Дед! – сурово вскрикнула Мария.

– Ладно… – миролюбиво произнёс Кулькатли.

Он забрал из её рук заморский гаджет, сунул его в объёмистый карман куртки и вытащил оттуда очередное техническое устройство – мобильный телефон.

– Что там у тебя ещё, старый змей-искуситель? – рассмеялась прапрапраправнучка.

Но её смех, встрепенувшись к вершинам елей, застыл. На ожившем экране телефона Мария увидела не только Быстрова, её родственную душу, но и… того человека, которого давно мечтала найти.

– Да, это он, Виктор Котов, твой брат! – торжествуя, подтвердил Кулькатли и продолжил свою благую весть: – Снимок сделан за несколько минут до того, как на Шайтане появится Гьялцен-ринпоче. Ну а затем Дмитрий Быстров погибнет для физического мира.

– Как это погибнет? – растерянно и в то же время взволнованно спросила девушка, затем тут же вполне убеждённо добавила: – Я по вибрациям ощущаю: он жив!..

– Жив-жив… – подтвердил дух Шайтан-камня.

Он сунул телефон в руки Марии и, усмехаясь в бороду, проговорил:

– Сама отдашь, девка, эту штуковину её владельцу. Ну… когда похитишь его.

Мария машинально сжала гаджет, сунула его в карман джинсовых брюк. То, что старый шаман упомянул о похищении, её больше не раздражало. Отныне она должна поступать как настоящая амазонка!

Кулькатли безошибочно уловил состояние внучки и не преминул вроде бы участливо, однако с лёгкой ехидцей заметить:

– Что-то твой, Маша, Росинант совсем обожрался на поляне. Он тебя так и за час не доставит в Заповедную Долину.

– Это точно, дедушка! – согласилась Мария, вставая.

Она сунула в рот два пальца и громко свистнула. Через пару минут в лесном закутке появился Яшка.

Глава 2

«Кто я?.. Почему нахожусь здесь, в московском буддийском центре?.. Что с моей семьёй?..»

Сознание возвращается, и человек, сидящий на жёстком топчане в маленькой комнатке, получает свои привычные мысли уже без всяких вопросов.

Он – бывший полковник ГРУ, ведущий специалист по практической экстрасенсорике «особой» войсковой части. К тому же он бывший муж и… бывший отец. Последнее особенно волновало человека, только что пришедшего в себя от послеоперационного сна.

Ну да!.. Он теперь не Дмитрий Павлович Быстров и даже не экзотический в России Норбу-ринпоче. Он – некто Лев Иванович Васин!

Все события, произошедшие с ним, тогда ещё Быстровым-Норбу, после перезагрузки вибраций Земли[8], начали развиваться именно так, как и предсказал учитель Быстрова-Норбу Гьялцен-ринпоче.

Вначале Дмитрий… умер!

Весть об этом страшном событии поступила в Москву со Среднего Урала. Там полковник-экстрасенс ГРУ совместно с майором ФСБ Артёмом Соколовым проводили довольно пустяшную по канонам современной разведки операцию. Она даже не имела никакого кодового названия. Самым подготовленным боевым экстрасенсам «хозяйства генерала Бурлака» предстояло отыскать очень важный прибор. Это был измеритель ионизации, утерянный американским боевым магом Арчибальдом Готлибом. Гаджет размером с крупный смартфон отлично работал, давая возможность владельцу безошибочно обнаружить любой портал в иные измерения.

И он, по докладу майора ФСБ Артёма Соколова, во время проведения совместной с американцем мини-операции «Шайтан» выдавал отличный результат.

Тёма и Арчи тогда очень близко подобрались к нахождению заветного портала, используя именно чудо-устройство, разработку американских учёных. Но в тот злополучный день и час, когда Соколов намеревался произвести на крутом склоне-расщелине Шайтан-камня направленный небольшой взрыв, «поисковики» были наказаны духом места – бывшим шаманом Кулькатли. Русский и американец на несколько суток остались погребёнными в расщелине под снегом. А потом у боевого экстрасенса и боевого мага случилось меряченье.

И ему, Быстрову, пришлось, «связавшись» с грозным Кулькатли, освобождать парней от неприятной, трудно излечимой психической болезни.

Всё тогда обошлось. Но сверхсекретный прибор оказался утерян! О данном факте в пояснительной записке было сообщено в посольство США по линии ФСБ.

Когда весь этот шум, связанный с неудачей поиска портала, утих, в высоких кругах ФСБ вспомнили о чудо-приборе. Наученное горьким опытом руководство службы предложило Генеральному штабу Российской армии, имеющему «особую» войсковую часть профессионалов-экстрасенсов, найти определитель максимума ионизации, сигнализирующий о выявлении портала, разумеется, с последующей передачей американского гаджета после изучения в соответствующей лаборатории ФСБ. Американцам под силу изготовить второй такой же прибор. Вот только шастать по Уралу или иным «перспективным местам» им уже не разрешат. Пусть ищут всякие там проходы в иную реальность у себя дома.

При этом начальству совсем не хотелось связываться с неведомыми силами, обитающими на Шайтан-камне, и получить в результате для своих сотрудников очередную порцию опасного меряченья. Потом пришлось бы идти на поклон в ГРУ – мол, помогите.

В итоге в «особую» войсковую часть генерала Бурлака поступил приказ, подписанный самим начальником Генерального штаба: «Силами и возможностями боевых экстрасенсов найти утерянный представителем США Арчибальдом Готлибом прибор…»

Но случилось непредвиденное: в ходе совсем элементарной операции погиб наш, россиянин, полковник ГРУ, между прочим!

И этим «погибшим» был он, Дмитрий Быстров, ставший впоследствии Львом Васиным.

Дмитрий-Лев всматривался в зеркало, принесённое в комнату-келью для того, чтобы новоявленный Васин мог изучить и запомнить самого себя. И он, этот «новоявленный», осторожно снимал со своего лица бинты, слегка морщась при этом от боли. Вот размотан и оторван от свежих ран-рубцов последний сантиметр бинта. На Дмитрия из зеркала уставился совсем незнакомый человек…

Его бы, Быстрова, сейчас и родная мама, будь она жива, не узнала.

Васин…

Память новоявленного Льва Ивановича начала потихоньку разматывать цепь недавних событий, связанных с перерождением…

На Шайтан-камне и произошла «гибель» полковника Быстрова!

Виктор Котов, напарник Дмитрия по теме «поиск прибора», не увидел момент падения старшего мини-группы с обрыва. Как он объяснял впоследствии, его, Виктора, «что-то надолго сковало, видимо, это были козни злопамятного Кулькатли».

После тревожного доклада по радио Котовым руководителю «пустяшной» операции генералу Бурлаку, подполковнику Котову было приказано срочно спуститься с проклятого камня и следовать на лесную поляну, где Виктора поджидал вездеход.

Розыском бездыханного тела Быстрова занялись водитель гусеничного тягача и его напарник. Парням было приказано «ничего не трогать и бдительно охранять место происшествия». «Трогать» тело и делать выводы не позволили даже следователям военной прокуратуры Уральского военного округа. В этот раз начальство ГРУ, помня о злоключениях Готлиба и майора ФСБ Соколова, послало из Москвы военно-транспортным самолётом «группу собственных дознавателей».

Ситуация была похожа на известную репризу о «рояле в кустах». Только вместо «рояля» стояла готовая к вылету «аннушка», да и генералы Ларин и Бурлак уже входили в кабинет оперативного дежурного подмосковного военного аэродрома. Генеральская, отточенная годами службы интуиция!.. Во всяком случае, так объяснили собственное скорое участие в поиске погибшего генералы.

Эта мини-группа и перелетела в срочном порядке на аэродром Уральского военного округа, где уже «под парами» её ожидал вертолёт Ми-8.

Охранники тела грелись у костра, когда из-за выступа скалы появился подполковник Котов. За ним к костру подошли генералы…

Но сам Быстров всего этого не видел, так как уже давно находился вместе с Гьялценом-ринпоче в… московском буддийском храме!

Технология исчезновения и появления в желаемом месте учителем и учеником была давно опробована и доведена до совершенства. Гьялцен-ринпоче и второй ринпоче – Норбу, он же Быстров – ушли в глубокую медитацию прямо там же, на вершине Шайтан-камня.

Затем они появились в Виджл-пространстве[9].

Ну а переместиться в комнатку московского монастыря из Вневременья для тибетца и его подопечного не составило никакого труда. Стараниями учителя как раз и был изготовлен двойник Дмитрия Быстрова, разумеется, сильно деформированный. Как же, кукла-человек грохнулась с огромной высоты!

Четвёрка тех, кто знал секрет исчезновения и подмены тела Быстрова, должна была войти в контакт с духом места. Для безопасного контакта и требовалось присутствие у Шайтан-камня тибетца, большого специалиста по подобным делам.

В то, что полковник Быстров упал по неосторожности, как-то не верилось. Дмитрий был опытным спецназовцем и не мог совершить подобной оплошности.

Участие командира «особой» войсковой части начальник Управления аналитики ГРУ объяснил «боязнью утечки информации по прибору штатников». Озабоченность Сергея Петровича Ларина была понятной: американцы уже потребовали «провести расследование, найти и вернуть прибор, изготовленный в единичном экземпляре».

Но какой же дурак вернёт столь ценный для разведки порталов аппарат?

Прибор, естественно, не нашли. К тому же страна потеряла самого нужного и важного боевого экстрасенса. Дух места Кулькатли, будь он неладен, не намерен отдавать людям что-либо утерянное в его владениях. Генералы, подполковник Котов и вольнонаёмный Гьялцен-ринпоче «опознали» Быстрова. Да оно и понятно: вокруг на много вёрст в это зимнее время не было ни одного постороннего субъекта. Ну а экспертиза волос погибшего уже в Москве произведёт, как и положено, анализ ДНК и вынесет такой же, подтверждающий вердикт. В докладной записке, завизированной генерал-лейтенантом Лариным, было отмечено: «Вполне вероятно, что произошло вмешательство пока неведомых нам сил». И далее начальник Управления аналитики и информатики ГРУ сослался на случай трёхдневной «консервации» Готлиба и Соколова, а также дистанционного воздействия на них мало изученного наукой меряченья в исполнении какого-то неграмотного и невежественного местного шамана.

Лицо Льва Васина совсем не было похоже на «прототип». Оно выглядело… безличным, хотя и соответствовало паспорту, обнаруженному Быстровым в кармане джинсов…

Поймав себя на тавтологических лингвистических казусах, Лев-Дмитрий усмехнулся, насколько это было возможно в его положении. Ухмылка вызвала несколько болезненные ощущения, и «новодел» Васин, сотрудник одной из частных фирм Рязани, очутившийся якобы по делам родного предприятия в столице, решил больше не шевелить мышцами лица. Его «фейс» пока, до полного заживления, должен быть совершенно непроницаемым, как у чопорных истых англичан, которые уже, правда, были сильно «разбавлены» выходцами из Африки и Ближнего Востока.

Услужливая память показала новоявленному Льву, как всё произошло на самом деле…

Спецслужбы часто нуждались в изменении лиц своих сотрудников, которые должны исчезнуть из официального «поля зрения» и начать для выполнения нового задания совершенно новую жизнь. К такой процедуре иногда прибегали и те, кто хотел уйти от всевидящего ока закона. Но компьютер доктора Кима, пластического хирурга, полуофициально занимающегося этим «леваком», находился под бдительным просмотром ФСБ.

Всё это, разумеется, хорошо было известно генералам Ларину и Бурлаку. Но в их распоряжении имелся Гьялцен-ринпоче!

Белый Лама дал мысленный приказ доктору Киму и его жене-ассистенту прибыть с передвижной лабораторией по маршруту, который оба Кима сразу же должны были навсегда забыть. Чтобы камеры городского наружного наблюдения не засекли этот внеплановый, без уведомления контролёров, выезд, передвижение от дачи хирурга до буддийского монастыря проходило ночью. Естественно, номер вместительного автофургона был заляпан грязью – ради подстраховки.

«Операционная» разместилась по соседству с комнаткой, где находился безымянный пациент, ставший потом Васиным. Вся фишка заключалась в том, что доктор работал по точкам, указанным на мониторе мощного компьютера, заранее купленного Котовым и привезённого в монастырь.

После выполненной работы автофургон с доктором и его ассистентом был отправлен на дачу супругов в элитном посёлке. В кармане хирурга лежала объёмистая пачка денег. Но ни о том, кто их дал, ни о засекреченном пациенте чета Кимов ничего не помнила.

Лежащий на тумбочке сотовый телефон задёргался, как будто что-то нестерпимо жгло его электронные внутренности, и отчаянно заверещал. Это был совсем другой аппарат. Тот, прежний, «выторговал» себе Кулькатли, когда ими, Гьялценом-ринпоче и Быстровым, разрабатывался план неожиданного исчезновения Дмитрия с вершины Шайтан-камня и появления у подножья скалы бездыханного «тела». Правда, многие номера из адресной книги боевой экстрасенс удалил. Духу места эти сведения совершенно не нужны. Телефоном бывший шаман, видимо, будет пользоваться как фотоаппаратом. Но это уже было его частное дело. Хотя дух, щёлкающий направо и налево красоты Урала на камеру, – прелюбопытное зрелище…

«Перерожденец» поднял аппарат, поднёс его к уху, натуженно выдавил, стараясь не напрягать своё новое лицо, иссечённое порезами:

– Слушаю.

– Лев Иванович Васин? – пророкотал в трубке голос, в котором человек, обретший новое лицо, безошибочно узнал вопрошающего.

– Он самый, Сергей Петрович!

– Молодец, отрок! Правила игры на лету схватываешь, даже вскоре после такой операции! – похвалил зятя Ларин.

– Стараемся… – проговорив это слово, «Васин» скромно потупил глаза.

Но он успел подумать: «А знает ли тестюшка о судьбе своей единственной дочери?»

– Знаю и понимаю, что это выбор самой Светы ещё с прошлой жизни. Мне это доходчиво объяснил Гьялцен, хотя поначалу было нелегко воспринять данную информацию.

– Сочувствую вам, Сергей Петрович, тем более что Леночка останется без матери и… без отца фактически.

Трубка вновь зарокотала:

– Насчёт дочки не переживай, отрок. Леночка будет жить у меня на даче. Надеюсь уговорить и бывшую супругу чаще приезжать туда. Пусть Ольга и нынешняя моя супруга сплотятся ради достойного воспитания ребёнка. А то ты ведь знаешь, сколько времени у меня отнимает служба…

– Знаю, Сергей Петрович, – подтвердил Лев Васин, совсем уже отрекаясь от Дмитрия Быстрова. Это требовали правила суровой, но очень важной игры. Он, Лев Иванович, становился настоящим Хранителем, и нечего было распускать нюни. Да!..

А поводов для этих самых «нюней» было предостаточно. Мало того, что Дмитрий Быстров, муж и отец, «погиб», так и, как наметила судьба Светы ещё в Тонком Мире, жена погибшего сама должна… умереть! Спасибо ещё, что смерть жены полковника Быстрова произойдёт во сне, без всяких там мучений. Но уход единственной дочери из жизни в цветущем возрасте, понятно, сильно ударит по нервной системе Ольги Васильевны и Сергея Петровича. Ларин хотя бы предупреждён об этом и понимает важность такого разворота судьбы Светы, мол, надо и ничего тут не поделаешь. А вот для тёщи это настоящий стресс…

– Не только вам, Сергей Петрович, несладко. У меня, кроме потери семьи, потеря самого себя: новое лицо, к которому надо ещё привыкнуть, новые паспортные данные.

– У тебя… Лёвушка, новое, чрезвычайно важное задание. К тому же ты и в новом обличье остался в душе спецназовцем! – возразил тесть.

– А также боевым экстрасенсом!.. – подхватил словесную эстафету Леонид Михайлович Бурлак, бывший командир Быстрова, взяв у Ларина трубку.

– Ты был и остаёшься Норбу-ринпоче… – послышался тихий голос тибетца, Белого Ламы, учителя.

– Спасибо вам всем, друзья… – растроганно выдохнул в ответ Васин.

– Спасибом не отделаешься, Лев Иванович, надеюсь, ты помимо весьма важных функций Хранителя России не откажешься хотя бы иногда оказывать нам, разведчикам, посильную помощь?

– Естественно, Сергей Петрович! – воскликнул Васин и продолжил: – Куда я от вас денусь? Помощь разведке ГРУ, помощь нашему многострадальному отечеству.

– Тогда собирайся, отрок! Мы ждём тебя в переулке, как ранее договаривались, ровно… через шесть минут. Наш общий друг и товарищ Гьялцен-ринпоче уже обеспечил тебе, Лёва из Могилёва, зелёный проход. Ты теперь не представитель частной фирмы, а зачислен в штат сенситивов в качестве референта.

Лёва из Могилева… Всё тот же балагур тестюшка, хотя ему, генерал-лейтенанту Ларину, сейчас тоже непросто…

«Зелёный проход» означал, что Лама Белой Шамбалы дал мысленный приказ всем монахам не замечать выходящего из комнатки странного поклонника Будды, одетого не в традиционное оранжевое одеяние, а упакованного вполне цивильно.

– Откуда вы, Сергей Петрович, узнали, что я уже полностью оклемался? – уже на ходу спросил «Лева из Могилёва», бросив короткий взгляд на экран своего нового телефона. Время позволяло не торопясь продолжить разговор.

– Твой гуру, отрок, «увидел», – коротко ответил начальник Управления аналитики ГРУ.

Понятно… Кто же ещё сможет такое сделать? Только Гьялцен-ринпоче, ставший тоже бывшим сотрудником «хозяйства Бурлака», так как учитель и ученик совсем скоро должны будут вылететь в Пекин. А от столицы Китая до Лхасы, столицы Тибетского автономного округа, как говорится, рукой подать. Именно туда, точнее в монастырь Ганден, должны направить свои стопы оба ринпоче – Гьялцен и Норбу…

Пока же Лев Иванович, выйдя из здания московского монастыря, свернул в близлежащий проулок и юркнул в открывшуюся дверь «майбаха» своего тестя. В автомобиле уже собралась вся гоп-компания, причастная к незаконному исчезновению Дмитрия Быстрова и появлению на свет божий Льва Васина.

– Красив… – неопределённо хмыкнул Ларин, когда видоизменённый зять плюхнулся на сиденье рядом с ним, выступающим в роли водителя.

– Шрамы украшают настоящего мужчину! – подхватил первое впечатление Сергея Петровича сидящий сзади Бурлак.

– Главное, что ты, Лёвушка, соответствуешь фотографии на заграничном паспорте, – подытожил обсуждение вида нового лица Васина его учитель Гьялцен-ринпоче, примостившийся рядом с Леонидом Михайловичем.

Этим он как бы напомнил генералам: мол, пора в путь-дорогу. Но бдительный в отношении времени Ларин уже выжимал сцепление заведённого заранее двигателя «майбаха».

Разговор генералов, бывшего референта «особой» войсковой части ГРУ и референта нынешнего как-то не складывался. Правда, тесть делал больше упор на своё водительское мастерство, объезжая рытвины и колдобины окраинного района Москвы. Сидящие сзади Бурлак и Белый Лама сочувствовали потерявшему лицо лишь морально. Да и какие уже могут быть слова утешения? Теперь только оставалось двигаться «вперёд и с песней».

Когда «майбах» вырулил на автостраду, ведущую в аэропорт Шереметьево, Васин решил взять нить беседы в свои руки.

– Друзья, чего вы приуныли? – спросил он, оборачиваясь к сидящим в салоне автомобиля.

– Да мы, Лев Иванович, ничего… Сидим вот, любуемся просторами нашей родины, – ответил Бурлак.

– Ага!.. – язвительно подхватил Сергей Петрович. – Они, видите ли, любуются. Мало того, что парню фейс переделали на чёрт знает что, так и всю жизнь перелопатили. А я так хотел ещё и внука иметь!

– Не по-государственному мыслишь, Серёжа, – отозвался Леонид Михайлович. – Смотри на это дело шире: кто теперь нас с тобой заменит? У нас, между прочим, подходит критическое время, ну продлит контракт начальство ещё на год-другой…

– Ну да – критические дни!.. – оживился Ларин и обратился к другу-генералу: – Ты, Лёня, правильно оценил ситуацию: пришлют на замену какого-нибудь деятеля из штаба, давно протирающего штаны в тиши кабинета.

Лев Иванович вмешался в генеральский разговор:

– Я понимаю, что вступить в когорту славных лампасников не так-то просто. Зачастую эта креатура рекомендована кем-то. Но почему Виктору путь туда заказан?

– Узнаю в этом сидящем рядом со мной джентльмене своего ершистого зятя! – с изрядной долей иронии произнёс Сергей Петрович. – Он по нам с тобой, лампасникам, Лёня, проехался!

– Вы, уважаемые генералы, не ответили на мой вопрос. Котов уже занял моё место заместителя Леонида Михайловича по практической, экстрасенсорной работе?

– Пока временно исполняющим обязанности, – уточнил командир войсковой части боевых экстрасенсов.

– Твой дружбан, Дима… тьфу, Лёва, – начал объяснение Ларин, – вряд ли сможет получить даже звание полковника.

– Это почему же? – повышенным тоном поинтересовался Васин.

– Есть одна довольно веская закавыка, отрок… – процедил тесть и тут же прокричал, указывая кивком массивного подбородка на дорогу: – Куда этот ишак карабахский прётся?

Упрямым животным Сергей Петрович назвал водителя «приоры», попытавшегося подрезать путь славного «майбаха».

– И… в чём эта закавыка? – продолжил наседать на генералов «перерожденец».

Ларин и Бурлак молчали как партизаны. И тогда в бурно начавшуюся полемику вступил Гьялцен-ринпоче:

– У Вити Котова, к сожалению, нет полной, исчерпывающей автобиографии. До детского дома, где он воспитывался, есть пробел. К тому же абсолютно неизвестны его родители.

– Да, но он же как-то поступил в спецназовское училище?.. – удивлённо отреагировал на слова своего гуру Васин.

Сергей Петрович и Леонид Михайлович как в рот воды набрали, давая простор объяснениям бывшего референта.

Тибетец не ударил в грязь лицом:

– Твоему другу, Лёвушка, помогли поступить в вуз, где готовят спецназовцев.

В «майбахе» завис вопрос: кто помог? Но он так и не был озвучен ввиду явного понимания остальными участниками поездки ситуации. И Гьялцен-ринпоче начал своё объяснение, как разрулить дальнейшую обстановку с предполагаемым получением Котовым звания полковника и гипотетическим пока ещё генеральством:

– У Котика, как когда-то говаривал Дима Быстров, отыщется родная сестра, то есть восстановится утерянная автобиография. И ты, Лев Иванович, неожиданно обретёшь родственника ещё раз, в лице Виктора!

Не успели генералы и сам Васин рты раскрыть, как вдруг Белый Лама напомнил Ларину:

– Нам с Лёвой пора выходить!

Сергей Петрович сконфуженно выдавил:

– Вижу…

«Майбах», взвизгнув тормозами, остановился на обочине перед въездом на грунтовую дорогу.

Наставник и его ученик вышли из автомобиля, шагая к просёлочной дороге. Автомобиль Ларина заложил крутой вираж и помчался в обратную сторону. Проезжая мимо путников, Сергей Петрович легонько мотнул кистью левой руки, изображая ею прощальное помахивание. Пройдя поворот, тибетец и Лев Васин подошли к «приоре» Котова. Виктор предупредительно распахнул дверь своего авто малахитового цвета.

Дальнейший вояж на «приоре» как раз и должен был осуществиться на котовском «малахите», чтобы избежать излишних вопросов: чего это генералы ГРУ выступают в роли перевозчиков двух человек, один из которых явно восточного склада и типажа, а второй с многочисленными рубцами на лице. К тому же в багажнике автомобиля уже находились нехитрые пожитки путников.

– Привет, Ди… – начал было говорить Виктор, оборачиваясь к пассажирам, которые уже уселись на заднем сиденье.

Но, увидев потемневшие глаза Гьялцена-ринпоче, он осёкся и заюлил:

– Ну, в общем, привет…

– Ничего, Кот!.. – рассмеялся Васин и добавил: – Я всё тот же, которого ты давно знаешь, правда, с сильно подпорченной физиономией. Но с лица, как говорили раньше, воды не пить.

– Гони, Витя! – приказал Белый Лама и более тёплым тоном пояснил: – Нам со Львом Ивановичем ещё надо пройти регистрацию.

Котов к этому времени вырулил на шоссе и принялся выжимать из «малахита» максимально разрешённые скоростные километры. Он только изредка, не удержавшись, поглядывал в зеркальце над водительским местом на того, кого много лет знал как Дмитрия Быстрова.

В аэропорту тибетец повёл Васина по маршруту, удалённому от многочисленных камер. Благом был обязательный масочный – противоковидный – режим. К тому же учитель напустил на камеры «туман». Ещё бы! Гьялцен-ринпоче в совершенстве владел методами дистанционного воздействия на технику.

У самой стойки регистрации служащий не только не сказал ни единого слова о непонятных рубцах на лице господина Васина, явно не соответствующих тому гладколицему, что изображён на фотографии предъявленного документа. После штампа в заграничном паспорте Льва Ивановича оба «господина» поспешили на посадку в авиалайнер.

Глава 3

В Москве пандемия «короны» пошла на спад. К тому же, как было сообщено в донесении ФСБ, по городу начали гулять слухи: президент отсиживается в одном из бункеров. Вот поэтому Он и решил вернуться в столицу. Этим Он должен показать Свою решимость и впредь твёрдо управлять государством, несмотря ни на какие препоны и угрозы в виде зловредной инфекции.

«В Москву!.. В Москву!..» – пело в Нём на манер рефрена чеховских сестёр.

Да оно и верно. Чего сидеть в Ямантау, когда там, в Белокаменной, творятся настоящие, захватывающие воображение дела! Его элита, оставленная без высочайшего надзора, зашевелилась, зашебуршила. В кафедральной синагоге прошли встречи глав разномастных кланов и группировок. В тиши храма случились приступы приглушённых стенаний и злобных выпадов против Него, президента «всея Руси». Осмелели либералы-олигархи…

Он надавил кнопку звонка. Вошёл дежурный офицер в чине майора. Хорошо зная, что Спутин не любит громкой речи в своём рабочем кабинете, порученец вполне сносно доложил:

– Товарищ главнокомандующий, майор Алиев по вашему приказанию прибыл!

– Вольно, майор Алиев!.. – негромко, по-отечески произнёс Он, довольный тем, что научил военных несколько усмирять свой пыл и служебное рвение при виде Его, их главнокомандующего.

Ему больше всех «вояк»-порученцев понравился бравый подполковник, который называл Его по-домашнему негромко, правильно и демократично: «Господин президент!..» Он даже намеревался присвоить тактичному офицеру внеочередное звание. Но тот подполковник явно облажался, причём при вполне разрешимой ситуации.

По линии ФСБ пришла депеша от отдела, надзирающего за настроениями граждан Москвы. В этом донесении приводился пример отношения простых людей к коронавирусу. В одной из бумаг, поданных подполковником, содержался примечательный диалог. Парень окликает приглянувшуюся ему девушку: «Эй, сладкая, иди сюда!..» Девушка отвечает: «Отвали, ковид, в Коммунарку!..»

Забавный диалог, в духе времени и ситуации. Пока Он сидел тут, на объекте «Грот», именно в Коммунарке, Его клон по имени Чуваш общался с руководством и пациентами специализированной по ковиду больницы. То, что не Он Сам рисковал Своим здоровьем, а Его синтетик, облачённый в эпидемиологический костюм, не имело значения. Он и все Его клоны связаны генетически. Болезнь и даже простое недомогание копии всегда отражалось на Нём Самом.

Прокололся подполковник, не подкорректировав слегка депешу, не сделал посыл нейтральным, неконкретным. И в результате Он не только не присвоил непонятливому порученцу внеочередное звание, но и вовсе убрал его со Своих глаз подальше.

Майор Алиев опустил на президентский стол стопку бумаг и застыл, как застывает в стойке легавая при обнаружении дичи, ожидая распоряжения хозяина-охотника.

Этим «охотником» в данном мелком эпизоде был Он, хозяин не только конкретного подавальщика бумаг, но и всей земли русской, просторы которой необозримы.

Президент коротко кивнул. Майор Алиев намёк понял и вышел, чётко, по-уставному повернувшись через левое плечо.

Бумаги… бумаги… Многие из них были справками.

Они говорили языком цифр о состоянии экономики Его государства. Дела в Его стране, естественно, в результате пандемии несколько затормозились. Оно и неудивительно: большинство частных предприятий перешли на удалённый режим работы, некоторые фирмы и фирмочки, как говорится, задышали на ладан. Особенно большие убытки понесла сфера обслуживания населения и строительство. Но всё это не так страшно. Обанкротившиеся компании купят богатые конкуренты, экономика в результате самоочищения только выиграет.

А вот хвалёной Америке не позавидуешь. Там нерегулируемый хаос вырос до общемировых значений. Мало того, что смертность от «короны» достигла своего рода рекорда, так ещё и урон экономике причинили и причиняют беспорядки и погромы, творимые цветным населением. И власть ничего не может сделать с этим затяжным бардаком!

Хотя понятно, вектор удара ковида был направлен на Китай, Поднебесную не так-то просто свалить. «Подушка безопасности», накопленная Пекином, велика. Да, не успел друг Дональдушка Тромб вывести, как он намеревался, американские производства из Китая.

Что же, таков пока основной расклад экономических сил в мире.

Он, президент России, как и всегда, приезжая в Ямантау, делал смотр Своих клонов. Нет, Он не просто глядел на «почти родных» Ему «парней». Он проверял их готовность выступить на Его защиту, даже, возможно, пожертвовав «синтетической» жизнью. Мало ли что в дальнейшем может приключиться? Прижученные, приниженные и оскорблённые господа-либералы могут запросто выкинуть какой-либо фортель. И Ему, президенту, надо быть всегда готовым к каким-либо хитроумным выкрутасам олигархов…

Он прошёл в смотровую комнату и сел за стол. Там, в соседнем помещении, обставленном как Его, президента России, рабочий кабинет, разворачивался мини-спектакль.

Через тонированное стекло Он хорошо видел, как в «кабинете» появился Чуваш.

Этот клон не плюхнулся сразу в кресло, а степенно, со знанием дела, аккуратно расставил канцелярские принадлежности на письменном столе по своему усмотрению. Это «усмотрение» точь-в-точь совпало с Его, спутинским уразумением, любящим логику, безупречную функциональность и порядок во всём, даже в мелочах.

Да! Пожалуй, только Чуваш достоин сидеть в Москве в это нелёгкое время вместо Него, истинного президента России.

Один за одним синтетики входили в кабинет, усаживались в кресло и копировали Его, Спутина, который был, понятно, един и неповторим. Несмотря на внешнее сходство, клоны оставались клонами. Его, президента, внимательный и проницательный взгляд находил в манере держаться «парней»-копий отличия от Него, оригинала.

Стоп!..

– Вениамин Маркович! – обратился Он к Своему лечащему врачу и по совместительству главному специалисту секретной лаборатории, в которой изготавливались и содержались в «выключенном состоянии» синтетики.

– Я слушаю вас, батенька! – тотчас откликнулся Шилов, потрясая профессорской бородкой.

– И это… всё? – недоуменно спросил Он, указывая рукой в сторону «демонстрационного зала». – А где ещё один клон?

– В смысле, синтетик? – пробормотал Шилов, явно затягивая с конкретным ответом.

– Да!.. Где ещё одна копия, клон Фотогеничный? – жёстко спросил Он, вперивая в Своего Личного врача испытующий взор.

Это был очередной любимец президента, по шкале расположившийся сразу же за Чувашом. Синтетик был назван Фотогеничным за своё несравненное умение держаться на публике, излучая определённую харизму. Именно Фотогеничный позировал в самых важных и ответственных фотосессиях. Он непринуждённо и величественно, обнажив мускулистый торс, восседал на строптивом коне по кличке Леший. И этот четвероногий Леший полностью покорился величественному наезднику. Льстивые журналисты дали название фотографии, на которой запечатлён глава государства и конь: «Кентавр»! А снимок Фотогеничного, восседавшего на… живом медведе, обошёл весь мир! Кичливый Запад воочию узрел мощь и подспудные возможности Его, Спутина, как бы показывающего: вот так я оседлаю и вас, господа хорошие…

И вот такого важного и нужного клона нет в Его президентском реестре.

– Где Фотогеничный? – с явным нажимом переспросил Он.

– Этот синтетик… умер, Владимир Владимирович, – прошелестел бескровными губами профессор Шилов.

– Как это случилось? Почему? Кто допустил столь чудовищную оплошность? – обрушился на побледневшего Вениамина Марковича град быстрых вопросов.

Это был Его давно отработанный, ещё со времён КГБ, приём: обезоружить собеседника вербально, чтобы, вогнав его в лёгкий ступор, выявить истинную подоплёку в отношении интересующей темы.

– У меня справка есть… произошёл непредвиденный трагический случай, Владимир Владимирович.

Дурак со справкой! Отрастил бородку и думает, что стал умней всех?

И этому Он, президент, высочайше повелел присвоить звание академика… Особых трудов в медицинской области у Шилова не было. Член-корреспондент являлся больше практиком, правда, разработавшим свою довольно оригинальную методику по выращиванию и сбереганию клонов. Выходит, методика новоявленного академика дала сбой? А вот голосование в пользу перевода члена-корреспондента в полновесные члены сбой не дала. Никто из голосовавших по этому поводу не осмелился бросить блокирующий чёрный шар. Выходит, Его, Спутина, методика более разумна и действенна?

Он взял в Свои руки из трясущихся шиловских лист бумаги и развернул его.

В акте, подписанном академиком и ведущим специалистом сверхсекретной лаборатории, говорилось:

«11 мая 2020 года в четырнадцать часов восемнадцать минут синтетик, условно названный Фотогеничный, скончался от болевого шока…»

Президент вскинул глаза на академика, стоящего перед Ним в белом халате на подгибающихся ногах, и поинтересовался ледяным голосом:

– Болевой шок?.. Как прикажете это понимать? Выходит, вы и весь медицинский персонал Ямантау не лечили столь важную для Меня Мою копию?

– Понимаете, батенька… – затряс козлиной бородкой Шилов.

Но Он решительно потребовал от профессора чёткого, вразумительного ответа:

– Не мямлите!

– Фотогеничный заперся в «малахитовой комнате» и предпочёл умереть, Владимир Владимирович!

Час от часу не легче.

Где это видано, чтобы Его копия добровольно решила уйти из жизни? Тут что-то нечисто, и с этой «нечистотой» стоило дотошно разобраться.

– А комендант куда смотрел? На вверенном ему объекте происходит такое… Где, кстати, он? Я не видел коменданта в последнее время!

– У полковника Федотова, батенька, нервный срыв.

– Он, что, балерина, у которой перед самым выходом на сцену приключился понос?

– Нет, просто… полковник всё ещё никак не может прийти в себя от случившегося, Владимир Владимирович.

Президент махнул рукой, отсылая этим жестом прочь академика. Шилов поспешил выскользнуть за дверь.

Спутин нажал кнопку пульта, стоящего на Его рабочем столе. В кабинете появился дежурный офицер.

– Пригласите сюда коменданта! – приказал Он.

– Есть!.. – чётко ответил Алиев и спросил: – Разрешите идти, господин президент?

– Идите… – буркнул Он, но про Себя отметил, что этот Алиев быстро учится, причём в правильную сторону.

Майор вышел. Спутин сидел, соображая, что же Ему предстоит сделать, чтобы докопаться до истины в нелёгком кадровом вопросе. Потеряно очень важное «изделие», к тому же стоящее немалых денег.

Но главное – разрушалась Его, спутинская, давняя мечта!

Дело в том, что Он страстно обожал знаки Своего величия. Нет, Он не был сугубо единоличным правителем, пёкшимся только о нерушимости Личной власти, каковым с большой охотой изображали Его недруги собственного «розлива» и зарубежного. Абстрактная власть не для Него. Ему важно в конечном счёте войти в историю как дальновидный, необычайно мудрый правитель. И это актуально именно сейчас, когда окончательно стало ясно, что библейский проект потерпел фиаско. Он, президент России, был свободен от всех бредней, касающихся прихода Машиаха. С идеей глобальной демократии, разумеется западного образца, обстановка пока была напряжённой. Америка задавала тон в западном многоголосье, пытаясь сохранить своё былое величие и влияние на Европу. Пока Штатам это удавалось.

Но Он, президент России, имел Свой собственный выход в потусторонние дали и высоты, откуда легко узреть возможные варианты будущего. Те деятели-духи потустороннего мира, которых Он лицезрел в Своих ночных бдениях-трансах, были довольно мелки и могли подсказывать только обстановку текущего момента. Визионер являлся к Нему в последнее время слишком редко. И поэтому выходило, что все важнейшие знаки Его Личной судьбы Он получал от Своих многочисленных земных помощников. Это были астрологи, известные экстрасенсы и ведуны. Да, имелась среди этой разношёрстной сенситивной компании и настоящая ведьма – не зря об этом в Интернете трубили злые языки. Эта компания в основном и работала на защиту Его, Спутина, от всякого рода попыток атак.

Его Личная потусторонняя «гвардия» зорко следила за малейшими несанкционированными поползновениями на Его высочайшую и неприкосновенную астральную территорию. Всё, что связано даже с намёками на такие атаки, мгновенно отслеживалось и докладывалось Лично Ему.

Но больше всего Ему нравились астрологи и провидцы. Эти ребята давали Ему сразу несколько возможных вариантов по протеканию тех или иных ситуаций в России и в мире. Жаловал Он Своим вниманием и некоторых пророков прошлого.

В пятнадцатом веке в Москве проживал удивительный старец – Василий. Его называли кто дурачком и юродивым, а кто – блаженным и чудотворцем. Нищий, осмелившийся говорить правду самому Ивану Грозному, впоследствии приобретёт необыкновенную известность. Знаменитый шатровый храм-комплекс на Красной площади был воздвигнут как культовое сооружение в честь взятия Иваном IV Казани 2 октября 1552 года, на следующий день после Покрова Пресвятой Богородицы, и официально именовался Покровским. Но этот храм в народе получил собственное название – собор Василия Блаженного!

Юродивый был известен и как провидец. Василий возвестил, что на Руси будет некий «четвёртый государь, которого назовут Великим Всадником». Он будет чист и душой, и помыслами. Главным делом его станет карать воров и разбойников. Делать это он будет так, что никто из них не сможет избежать позора или расправы.

«Но найдутся злыдни, кои тишком убьют Великого Всадника. И будет на Руси плач великий», – считал предсказатель.

Начнутся страшные войны, но они пройдут. И только после этого на российский престол взойдёт истинно великий государь. Пророчество Василия Блаженного гласит, что новому государю будет суждено правление долгое и безмятежное.

«Многострадальная Русь наша вступит в свой золотой век», – был уверен старец.

Собственно, Он, Спутин, не подходил на роль «четвёртого». Если взять за основу современную историю, то видится такой ряд правителей: Горбачёв, Ельцин и Он, нынешний президент. Но… был и третий – Медведов! Именно после этого «рокировщика» Он и вступил в полные «государевы» права. Именно Он, в лице клона Фотогеничного, должен был запечатлён Своим народом и мировой общественностью как Великий Всадник, оседлавший даже медведя, символ Его могучей России! Правда, «в народе» не было «плача великого» по безвинно убиенному. Но ведь не мог провидец узреть в столь отдалённом будущем существование клонов-синтетиков. Таких мудрёных слов и понятий на Руси тогда просто не существовало.

Но Он в ипостаси «четвёртого», бесспорно, был «чист и душой, и помыслами». И Он карал и карает «воров и разбойников». Было такое. И – есть!..

«Но найдутся злыдни, кои тишком убьют Великого Всадника».

Именно со «злыднями» Ему, президенту, по сути «четвёртому», которому после «обнуления» суждено «правление долгое и блаженное»…

Всё сходится!..

Но вначале Ему необходимо выявить и сурово покарать убийц Фотогеничного.

Акт, представленный Шиловым, – филькина грамота. Таких бумаженций можно напечатать сколько угодно.

Итак, Он, Спутин, проведёт тщательное расследование гибели Своей наилучшей и наиважнейшей ипостаси «государя» – Великого Всадника!

Пролог. Часть вторая (более ста земных лет назад)

После короткого совещания весь экипаж, включая и биороботов, занял свои места согласно взлётно-посадочному расписанию звездолёта. Все системы и отдельные агрегаты «Небесного Чертога» функционировали в штатном режиме. Их работу обеспечивал искусственный интеллект, ласково называемый экипажем Малышка. Но и серые во главе с Гвеном не расслаблялись. Каждый из биороботов отвечал за свой участок контроля и наблюдения за мельчайшими изменениями заданных Малышкой режимов.

Гвен тоже был подключён к этой работе. Но у него имелись и иные функции. Помимо визуального наблюдения за многочисленными панелями и табло, помогающими свести различные потоки цифр в общую картину, главный инженер-клон настраивался интуитивно. Данные способности у Гвена, точнее у его прототипа, развились ещё во время жизни на Корусе. Верховный правитель и жрец планеты всегда предугадывал те или иные события, которые потом и случались в реальной жизни. Именно он предсказал появление у Коруса кораблей жестоких карликов. Гвен послал тогда экстренное сообщение на Дарию. Но руководители соседней высокоразвитой планеты не придали особого значения интуитивному озарению Гвена. Дело в том, что приборы, расположенные в Дальнем Космосе на особых станциях-маяках, не зафиксировали ничего подозрительного. Но всё-таки к наблюдательной экспедиции на Корус дарийцы стали готовиться. Налёт «пожирателей планет» оказался внезапным и жестоким. Но корусийцам ещё повезло. Незадолго до этого неслыханного ранее по дерзости нападения патрульный корабль дарийцев «Солнечный Луч» успели оснастить новым оружием. Патрульное судно способно было облучить любого потенциального врага мощным аннигиляционным выбросом энергии. Делалось это, как говорится, на всякий случай – вдруг соседи из дальних звёздных систем окажутся настоящими дикарями? Гипотетические варвары, возможно, не будут знать ни основ истинной цивилизации, ни Законов Космоса, которые почитались Содружеством Независимых Цивилизаций.

«Солнечный Луч» подоспел вовремя, хотя к тому времени карлики сумели произвести масштабное уничтожение большинства биоресурсов несчастной планеты, а также и самих корусийцев. Флотилия Дарии довершила разгром «пожирателей». Было захвачено даже два пиратских корабля, которые затем тщательно изучили. В результате дарийцы поняли, почему карлики сумели так легко обойти все станции слежения Дальнего Космоса.

Спустя около сорока лет корусийцы во главе с Гвеном начали вновь обустраивать свою родную планету. Это им в итоге удалось. Гвен стал народным героем Коруса, о котором воспрявшее духом население планеты слагало легенды.

Но и на Дарии хорошо помнили о возможностях и умениях заслуженного предводителя родственного дарийцам Коруса. Ещё перед уходом Гвена с физического плана ему было предложено продлить свою жизнь в материальном теле в виде… клона. Дарийцы соблазнили старого корусийца возможностью участвовать в звёздных экспедициях. После недолгого раздумья он согласился на такой поворот судьбы, к тому же прекрасно понимая, что его, Гвена, сильнейшая интуиция может оказать действенную помощь кораблям Звёздного Флота фактических спасителей Коруса…

На огромном пространственном экране командирской рубки «Небесного Чертога» появилось «лицо» Малышки. Искусственный интеллект детским приятным голосом напомнил командиру корабля:

– Пора стартовать…

Любомир отозвался:

– Спасибо, Малышка!

И по всем отсекам звездолёта прозвучал его твёрдый начальственный голос:

– Готовность номер один!.. Первый помощник, включить двигатели на малую мощность!

– Двигатели включены! – доложил первый помощник.

Весь экипаж ощутил лёгкую, еле уловимую дрожь «Небесного Чертога».

Взлёт и посадка звездолёта на Дарии осуществлялась на гравитационных двигателях, не наносящих вред природе. Кроме того, космодром был около трёхсот лет назад расширен. Для этого в пустыню, выбранную под старт и посадку мощных звездолётов, пригласили корусийцев. Жители родной для Гвена планеты телепатически предложили всем без исключения насельникам этих мест покинуть очерченный специалистами-телепатами периметр.

Это было незабываемое зрелище: не только крупные и мелкие животные поспешили в новую локацию, мысленно указанную им корусийцами, но и… насекомые! Экология космодрома и близлежащих окрестностей не была нарушена.

Тем временем дрожь корабля прекратилась, гравитационные двигатели «Небесного Чертога» уже вышли на заданную мощность.

– Есть полная предстартовая готовность! – доложил первый помощник.

– Малышка, как параметры? – поинтересовался Любомир.

– Вполне оптимальные!.. – откликнулся искусственный интеллект.

– Взлёт!.. – приказал командир звездолёта.

«Небесный Чертог» медленно и совершенно бесшумно поднялся над раскинувшейся в пустыне громадой космодрома, очертившего свои границы разноцветными огнями.

Глава 4

Яшка, порядком нагрузивший на лесной поляне своё объёмистое чрево сочной молодой травой, медленно вёз хозяйку-наездницу к Заповедной Долине. Солнце уже вывалилось выше деревьев и светило вниз во всю свою мощь. Правда, оно было ещё весенним и поэтому не взбиралось на самую верхотуру небосклона. И оттого в сосновом бору, где тянулись ввысь стройные «корабельные» сосны, несколько потерялось.

Лось попытался было отведать на ходу немного вкусного и полезного мха ягеля. Мария вначале даже рассердилась на него за эти попытки. Но потом девушка вошла в положение животного: трава, конечно, хорошо, однако полезные свойства ягеля никто не отменял. Она соскочила с лося и произнесла извиняющимся голосом:

– Попасись, верный друг Яков. Но недолго, иначе мы с тобой попадём домой только к вечеру.

Мария подобрала поводья, закинула их на седло и надёжно закрепила, чтобы они не мешали лосю. Яшка, обрадованный тем, что ему разрешено вполне официально продолжить «пир живота», принялся пастись без малейшего промедления. Ну а имя Яков звучало в лосиных ушах как некий добавочный, но вполне приятный бонус, заработанный в трудах праведных на благо любимой хозяйки.

Мария легла на спину, раскинув в блаженстве единства с природой руки и ноги. Девушка отстранённо вглядывалась в синь весеннего неба, туда, куда устремили свои вершины стройные сосны. Яшка вынужден был отойти в сторону, благо ягеля в бору было предостаточно.

Но девушка недолго лежала просто так, без всякого дела, в блаженной прострации. Она вспомнила о своём прапрапрапрадедушке с очень большой порцией сердечной теплоты. Мария всегда любила полновластного хозяина Шайтан-камня. Далёкий пращур с самого раннего её детства оберегал девочку-амазонку. Однажды Маша, по обыкновению покоряющая скалы родной долины, сорвалась. Семилетний ребёнок наверняка разбился бы, но в самый последний момент Маша была подхвачена неведомой силой. Когда она пришла в себя, то перед собой увидела рассерженного Кулькатли.

– Ты что, красна девица, вообще опупела? – совсем неприветливым голосом спросил Кулькатли.

– Опупела?.. – недоуменно спросила Маша, ещё окончательно не придя в себя после неожиданного падения и, главное, спасения. К тому же она впервые услышала такое слово. Только сейчас девочка осознала возможные последствия своего неумелого, несконцентрированного скалолазания. Об умении максимально сконцентрироваться Маше постоянно твердили и мама, и Гвен, фактически заменивший ей умершего отца. Более того, они постоянно учили Машу тому, как входить и пребывать в состоянии осознанности – это один из краеугольных камней любого вида магии и эзотерической практики.

– Извини, дедушка! – прошептала девочка, окончательно приходя в себя. – Я… просто не рассчитала…

– Она, видите ли, не рассчитала!.. – возмущённо фыркнул Кулькатли. Потом он сменил гнев на милость и предложил Маше свою помощь в овладении этой самой осознанностью.

– Ты, Машенька, должна прежде всего ощущать себя частью природы: землёй, камнем, растением, животным. Видишь ворону, сидящую вот на том дереве? – спросил пращур.

– Вижу.

– Ощути с ней полнейшее единство. Ты – это она. А она – ты!

У девочки данный приём получился не сразу. Бывший шаман настойчиво, но терпеливо помогал ребёнку в нелёгкой магической практике. Маша явственно чувствовала, как Кулькатли буквально ведёт её сознание к молоденькой вороне, сидящей на одной из ветвей берёзы.

Девочка буквально «прилипла» к птице. Она ощутила саму себя приводящей в порядок перья на птичьей грудке. Более того, показалось, что у неё выросли такие же крылья, как у вороны. Маше захотелось вспорхнуть с берёзы и лететь, лететь…

– Не увлекайся! – услышала она строгий голос пращура, сидящего рядом с ней на крупном камне. – Войди в разум вороны.

– Она радуется утреннему солнцу и ещё очень хочет кушать.

– Молодец, внучка! – похвалил Кулькатли умение ребёнка сконцентрироваться.

Дух Шайтан-камня, воплощённый ради контроля и спасения Маши в физическом слое, погладил маленькую амазонку по голове, окаймлённой длинной русой косой. Его астрально-эфирная ладонь была чрезвычайно мягкой и тёплой, совсем как у мамы Люды.

– А теперь попробуй войти в моё сознание, – предложил Кулькатли.

– Разве мне это можно сделать? Мама говорила, что такое у неё получилось только в двенадцать лет.

– Я уверен, внучка, что ты намного опережаешь свою покойную родительницу в развитии!

Ого!.. Мама Людмила была для Маши, казалось, недосягаемым авторитетом. Как жаль, что она так рано ушла в Пещеру Вечного Покоя…

– Попробуй, не дрейфь! – засмеялся трескучим смехом старый шаман.

Это был вызов, и Маша решила принять его. Она настроилась на духа Шайтан-камня, пробираясь потихоньку своим сознанием в астрально-эфирную голову Кулькатли.

– Ну… вижу, у тебя получается. О чём, внучка, я думаю?

– О том, что солнце стало сильно припекать твою голову, дедушка! – ответила девочка.

– Верно! – обрадованно произнёс дух места. – Из тебя, Машуня, получится прекрасная, очень продвинутая амазонка. И твой муж будет полностью соответствовать тебе.

Муж… Выходит, Кулькатли уже тогда хорошо представлял будущее Марии. Ещё бы!..

Как говорил иногда Гвен, когда речь заходила о бывшем шамане:

– Чего бы ему всё не знать? У Кулькатли голова астральная, а это значит, всевидящая, умная.

– Ум даётся не по этому признаку, – возражала мама.

И между Гвеном и мамой Людой разгорался нешуточный спор. Как всегда в таких случаях, побеждала мама, но и Гвен старался особо не перечить потомственной амазонке. Более того, как сейчас понимала Мария, корусиец намеренно отдавал пресловутую «пальму первенства» Людмиле. И теперь повзрослевшая амазонка Маша подозревала: не было ли в отношениях Гвена и её мамы чего-то, что делало представительницу Земли и корусийца единым целым? Помнится, девочка Маша даже как-то спросила об этом у Малышки. Виртуальная помощница настолько натурально и удивлённо выкатила на лоб глаза, что земная девочка отбросила свои подозрения. К тому же ни мама, ни Гвен не имели привычки допускать сознание Маши в своё собственное. Но именно «дядя Гвен» научил девочку всему тому, что умел делать сам. Юная амазонка вскоре общалась не только с животными, но и с насекомыми и растениями!..

А мама Люда успела до своего ухода передать дочке былины и сказания о могучем племени древних женщин-воительниц.

Да!.. Славные были времена! О них мама часто вспоминала. Вечерами, когда Людмилу ещё не скрутила болезнь, рассказывала о былом величии её, Машеньки, далёких предшественниц.

Деяния амазонок в «те далёкие времена» кое-кому были совсем не по душе. Жестокие всё-таки тогда были эти воинственные дамы. Но род свой те полумифические прародительницы восполняли исправно!..

А что, если и впрямь настала её, Марии, пора выходить замуж?

После этой простой, казалось бы, и очевидной мысли девушка ощутила сладостное волнение. И никаких «если»! Надо приближать то, что неизменно когда-либо вторгается в жизнь каждой амазонки.

Девушка вскочила на ноги. Бедный сохатый с явным сожалением подумал было: «Прощай, вкусный, сочный и весьма полезный ягель». Но хозяйка успокоила его движением руки, мол, продолжай… Она вытащила из кармана джинсовой куртки телефон, включила его и принялась внимательно рассматривать Быстрова. Сразу же определила: высок, строен этот Дмитрий и вовсе хорош собой. Сердце Марии сладко замлело. Но спустя некоторое время она увидела, как лицо её избранника сначала подёрнулось лёгкой рябью, а затем… исчезло! Вместо Быстрова, к тому же олицетворяющего родственную душу, на девушку глядело совершенно другое лицо.

– Что за наваждение! – вскричала амазонка, окончательно испугав лося.

Животное перестало есть мох и подошло к Марии.

– Смотри, Яшка! – с видимым волнением произнесла наездница. – У моего будущего мужа совершенно изменилось обличье!

Лось тоже ничего не понимал. Но, чтобы хоть как-то успокоить Марию, он ткнулся ей в плечо губами и что-то совсем невнятное прошелестел ими.

Глава 5

Норбу-ринпоче и Гьялцен-ринпоче мылись в душевых кабинках. В монастыре Ганден день не был помывочным. Но для приезжих из далёкой России лама, отвечающий за хозяйственную деятельность обители, распорядился хорошо нагреть воду в распределительном баке. Понятно, что для высокогорья дрова были почти драгоценным материалом, но для высоких «возвращенцев» их не пожалели.

Смывая мыло с тела, Норбу с большой теплотой думал об учителе, плескавшемся в соседней кабинке. Гуру всегда находился в осознанности, что позволяло Гьялцену-ринпоче менять отношение людей к нему и к его ученику.

И вообще всё связанное с гуру проходило для Норбу весьма удачно. Тибетца Гьялцена-ринпоче и русского Льва Ивановича Васина в пекинском аэропорту встретили как родных, с угодливыми улыбками, несмотря на то что в столице Поднебесной после длительного инфекционного затишья было выявлено несколько случаев заражения коронавирусом. И вместо положенного в подобных случаях длительного карантина в обсерваторе оба приезжих из России беспрепятственно выехали в Лхасу. Ну а оттуда недалеко было и до знаменитого ламаистского монастыря Ганден, где они сейчас и находились!..

Русские ламы переоделись в традиционное буддийское одеяние. Только обувь осталась у них прежней. Хотя на дворе уже вовсю бушевала весна, в горах было довольно холодно, и ни о каких сандалиях речь не шла. В предбаннике появился монах-цирюльник и предложил Гьялцену-ринпоче усесться на стул. Он ловко накинул на «русского тулку» белую простыню и начал водить по голове наставника Норбу-Васина допотопной ручной машинкой.

Когда с головой Гьялцена-ринпоче было покончено, настала очередь его ученика. Машинка нещадно дёргала кожу, вырывая клочки волос. Но настоящий монах-буддист обязан стойко переносить все трудности и бытовые невзгоды. Как завещал в своё время сам Будда, его последователи должны быть острижены наголо. Это как в известном наставлении молодняку, вступающему в элитный вид лёгких летучих русских конных войск: «Настоящий гусар всегда должен быть тщательно выбрит, весел, лёгок и нагл в обращении с женщинами, а также слегка пьян». Ну, что-то в этом роде…

Так думал некто Васин, глядя, как ошмётки его волос падают на пол предбанника. «Стриженный наголо Лев…» Тибетский язык, родной в прошлой жизни, русский лама-тулку Норбу-ринпоче начал довольно быстро вспоминать. Этому способствовали уроки, которые ему дал Гьялцен-ринпоче во время долгого перелёта из Москвы в Пекин. Просьбы монаха-цирюльника («Чуть повернуть голову вправо… Наклонить…») Норбу понимал и выполнял в полном соответствии с пожеланиями и запросами монастырского парикмахера.

Едва оба «русских ринпоче» покинули цирюльню, к ним подошёл молодой монах со сложенными в гассен[10] ладонями.

Почтительный жест в этих местах имел не только общепринятый на Востоке смысл. Посредством складывания рук в гассен замыкались внутренние энергии человека. А если к ним добавить ещё поступающую у развитых индивидуумов по стопам и далее электромагнитную энергию Земли, то получался весьма удачный энергетический «коктейль». Аура человека, выполнившего гассен, становилась более мощной. Индивидуум как бы говорил: вот он я, таков, какой есть на самом деле. Можно спрятать свои мысли и убеждения. Ясновидцы, к которым принадлежал и Норбу, легко могли «прочитать» всё то, что человек пытался скрыть. Монаху, как определил русский ясновидящий, скрывать нечего. Его аура была чиста и довольно объёмна…

– Вас, достопочтенные ламы, ожидает настоятель и Совет монастыря Ганден.

Ведомые монахом, «достопочтенные ламы» прошли длинным полутёмным переходом и очутились перед массивной дверью.

– Вам туда… – тихо произнёс проводник.

Когда он исчез, Гьялцен-ринпоче сказал, улыбаясь:

– Вперёд и с песней, мой лучший ученик Норбу. Разумеется, песня должна звучать в душе.

– «Нам песня строить и жить помогает!» – продолжил шутливый настрой ученик.

Но Гьялцен-ринпоче уловил, несмотря на бравурный тон Норбу, его затаённую неуверенность. Он, понизив голос, тихо, но со значением прошептал:

– Освободи ум. Никто не должен слышать твои, даже самые глубинные, мысли. Учти, нынешняя беседа – твой первый серьёзный экзамен, гусар.

– А что, будут и другие? – спросил Норбу, пропуская вперёд, к двери, учителя, совсем не реагируя на последнее слово Гьялцена-ринпоче, легко уловившего «произнесённые» в цирюльне мысли ученика.

– Жизнь и есть самый серьёзный экзаменатор для любого человека.

– А смерть?..

– Она страшна лишь неведающим.

Ученик не успел спросить: «Не ведающим чего?»

Гуру уже вошёл в проём двери.

В большом помещении для приёма особо важных гостей было сумрачно. В алтарной части на деревянном постаменте, украшенном резьбой, стояла позолоченная скульптура Будды, сидящего в позе лотоса. Вокруг легендарного Шакьямуни стояли светильники-плошки, в которых мерцал огонь. Стены были украшены гобеленами, изображающими сражения Будды с демонами и враждебными человеческому роду полубогами.

Гьялцен-ринпоче и Норбу-ринпоче застыли со сложенными в гассен ладонями.

Члены Совета монастыря с любопытством всматривались в «русских ринпоче», один из которых, как они знали, являлся Белым Ламой Белой Шамбалы. Но все они, в том числе и настоятель, были настолько выдержаны в проявлениях чувств, что ничего не отражалось на их лицах. Наконец глава обители довольно тепло и душевно обратился к вошедшим:

– Садитесь, достопочтенные ламы!..

Гьялцен-ринпоче и Норбу-ринпоче сели на лавку напротив духовного ареопага Гандена. По традиции приём «старожилов» и «вернувшихся в родную обитель лам» начался с краткой молитвы, обращённой к Будде.

И уже затем состоялся долгий, неспешный разговор о последних событиях в мире и о том, как им всем, монахам монастыря, противостоять новым и значительным угрозам, исходящим от сил Тьмы.

В просторном зале собраны самые уважаемые ламы обители. И он, Норбу-ринпоче, отвечал на все вопросы присутствующих уверенно, с достоинством. Делал он это в соответствии со своим рангом, без малейшей тени стеснения и излишнего гусарства. Именно здесь, в зале для приёма гостей, он ощутил себя своим среди присутствующих, отнюдь не гостем.

Ламы, а их девять человек, со сдержанным любопытством смотрели на «русского» Норбу-ринпоче. Все они прекрасно понимали, что ученику Гьялцена уготована важная жизненная роль.

Их не смущало то, что тулку, о котором они уже много были наслышаны, – типичный славянин. Национальность для них не имела никакого значения.

Глава 6

В Москву Он, однако, не спешил переезжать. На это у Него имелись весомые причины. Столица России была насквозь ковидной, а Он панически боялся новой вирусной инфекции. Чихнёт кто-нибудь ненароком в Его сторону – и аут! Потом и с огнём не найдёшь вольного или невольного распространителя зловредной заразы. Да и прививаться от «короны» Он не собирался. Все, кто намеревался создать в собственном организме антитела против ковида, оказывались навсегда мечеными. В их ДНК впечатывалась особая «чёрная метка». И теперь её носитель навсегда становился зависимым от вакцинации от очередного штамма, которых только в Его России выявлено уже до ста пятидесяти. А этих хитрых разновидностей основной «короны» будет ещё немало. Вся коронавирусная вакханалия по замыслам её устроителей продлится много лет!

Воистину, грядёт Третья мировая – ковидная – война. Население всей планеты подсядет на антивирусную иглу.

И не надо травить людей продуктами с ГМО, лекарствами с побочными эффектами и прочими прелестями современной цивилизации. Как говорят в Его народе: всё уже «схвачено». Ковид всерьёз и надолго взялся за уменьшение населения Земли без атомных бомб, ракет, боевых лазеров и иных средств массового поражения. Но главное – «работа» с населением, которое под локдауны можно прекрасно загнать по домам, как скот в стойло!

И всё за сверхсовременное оружие сделает крохотный вирус, причём без всякого разрушения инфраструктуры городов, морских портов, нефтяных и газовых месторождений, заводов и фабрик. То, что джин-вирус «выпущен из пробирки» намеренно, Ему рассказал Некто[11].

С этим посланцем «глубинного государства» Он, президент России, встретился в недрах ватиканского дворца ещё год назад. Некто всего лишь намекнул на рукотворность «короны», а Он, президент, сразу же понял основное предназначение грядущей пандемии. Правда, это было Его Личное предположение, но Он, имеющий сверхразвитую интуицию, уловил намёк. Не зря ведь потом, уже на родине, куратор Запада по России при встрече намекнул «обратить пристальное внимание» на русского учёного Петра Горячева[12], грозившего при помощи изобретённой им волновой генетики навсегда избавить мир от коронавирусной инфекции.

На Горячева обратили внимание… спецслужбы.

Как-то Он, Спутин, по телевизору переключился на какое-то ток-шоу. Ведущий чуть ли не с пеной у рта вещал о «подлой западной демократии», обличал сложившуюся веками «за бугром» ненависть к России, двойные стандарты в освещении тех или иных событий западными политиками и средствами массовой информации.

Какой наив!..

России издревле уготована роль некоего жупела, опасного и коварного приверженца автократии, более того, самой настоящей, имперской диктатуры. В чём-то они все, эти крикуны, правы. Мир всегда строился на системе противовесов и сдержек. Иначе как ещё можно легко дурить «отцам демократии» собственные народы?

У Его России роль совершенно другая. Как ни пыжится хвалёная Америка, но к ней вплотную подбирается наш, русский песец, белый и пушистый, но хорошо знающий своё чёрное дело.

Вот и Его бывший визави, Дональд Тромб, пытался возродить былую мощь и славу Соединённых Штатов Америки. И где Рыжик сейчас? Шумный, горластый Тромбик притих, ожидая, как бы противники-демократы и вовсе не упрятали бывшего президента США в кутузку. В итоге он даже выброшен из социальных сетей! В Америке раскол на белых и чёрных и прочих серо-буро-малиновых. В правительстве Джо Брайдена[13] заседают геи, лесбиянки, трансвеститы и гермафродиты, причём полный набор таковых!

Да, Европа ещё «ложится» под Штаты, но не вся. В основном этому подвержены еврочиновники. Им вторят президенты и канцлеры, вынужденные придерживаться тропы набившей оскомину «евросолидарности», которая уже начинает трещать по швам. Сейчас им самый резон выйти из-под тяжёлой опеки Штатов и стать хоть как-то самостоятельными. Если же Германия по политическим мотивам не будет достраивать «Северный поток – 2», то крупно проиграет. Её экономика просто-напросто рухнет!

А вот Он найдёт, куда перенаправить газ. Нынче Поднебесная становится самым большим игроком на внешнеполитической арене. Пекин купит всё углеводородное сырьё Его, Спутина, страны, как говорится, на корню! А робкая Европа, не смеющая подать голос в защиту собственных интересов, уже мёрзла этой зимой. А дальше, как обещают климатологи, будет ещё хуже. Начинается, господа американцы, глобальное потепление. Оно принесёт в своей начальной, но протяжённой фазе свирепые морозы, снежные метели и прочие зимние прелести, к которым вы не привыкли. Дальше – хуже. Вас элементарно затопит, как крыс, не успевших сбежать с тонущего корабля!..

Это изменение планетарного климата коснётся и Его страны. Уже сейчас на территории Ямала и прочих северных районов геологи обнаруживают огромные провалы в грунте. Вечная мерзлота начинает таять, и метан, который в обилии находится под этой оболочкой, рвет её и выходит наружу. И всё равно в Его России дела обстоят значительно лучше. Да, затопит, допустим, большую часть севера страны, зато в оставшейся части будет тепло, как в средних широтах и на сегодняшнем юге. Мы выживем! Но сама мысль либералов западников о том, что Россия имеет не только огромные природные ресурсы, но и относительно безопасную для проживания территорию, бесила и будет бесить зарубежных господ. Они уже вкладываются в бессмысленные проекты Илона Маска, мечтающего колонизировать Марс. Только где вы обитать-то будете? Всю жизнь сидеть под землёй в марсианских пещерах?

А вот Он, президент России, имеет в Своём распоряжении настоящий, непотопляемый «Ноев ковчег» даже при Всемирном потопе. Когда-нибудь воды схлынут и обновлённый человек спустится на Землю обетованную. Живите, избранные господа хорошие, плодитесь и благодарите Его, президента РФ, так предусмотрительно построившего всё это великолепие!..

Из соседней комнаты в проёме двери показалась кудлатая голова профессора Шилова. Лицо Вениамина Марковича, обрамлённое бородкой-шотландкой, излучало вселенскую скорбь.

«Ага!.. Этот медицинский хищник пришёл по Мою, скажем так, заднюю часть…»

Но вслух Он озвучил совсем иное:

– Вы, профессор, точны как хронометр. Нельзя ли, однако, перенести процедуру, допустим, на завтра?

– Вы что, батенька? Укольчик вам ничуть не повредит. Наоборот, если сделать его вовремя, то он будет весьма полезен вашему организму!

Вениамин Маркович при произнесении этой длинной фразы замахал руками-крыльями. Светило медицинской науки при этом стало похоже на старого ворона, который пытается взлететь, но уже не может. Но всего мог добиться хищный «ворон». Он был настойчив и весьма убедителен.

– Пожалуйте вашу попочку, батенька! – ласково пропел профессор.

Делать нечего, приходится приспустить брюки, чтобы Шилов сделал укол в Его, президента России, заднюю часть.

«В попочку»!.. Как гомик этот Шилов обращается с Ним, одним из могущественных людей планеты. Вот и фамилия у профессора подобающая: Шилов. Так и норовит сановный лекарь кольнуть пациента шприцем, похожим по воздействию на плоть на грубое воздействие шила…

Но Он, Спутин, не был прав. Профессор настолько замечательно знал своё дело, что укол получался всегда почти безболезненным.

Когда с «попочкой» было покончено, Вениамин Маркович пожелал пациенту скорейшего и полного выздоровления. Он убрал шприц в саквояж, видимо, доставшийся Шилову ещё от прадеда, земского врача, и удалился.

Да, у Него, президента, были большие проблемы с дисками позвоночника. Они возникли в результате неудачного Его падения во время одного из тренировочных боёв в секции дзюдо. И вот теперь Он был вынужден постоянно получать укольчики.

А что, если «ласковый» профессор вколет Ему, президенту, какую-либо отраву? Сейчас такой век на дворе, что сделать это весьма легко, и никто никогда не догадается, отчего покинул сей мир человек, которого боится хвалёный «натовский» Запад. А ведь известно: боятся – значит уважают. Ну, ясный день, тявкают все эти шавки в угоду матёрому кобелю, наступая на горло собственной песне. Это политика, по сути, мерзкое, но очень даже сладостное занятие.

О чём Он только что думал?.. Ах да: о Третьей мировой – коронавирусной – войне!

Он встал из-за стола и заходил по Своему рабочему кабинету. Это не только полезно Его уколотой «попочке» – после процедуры Его мысли вернулись в нужное русло.

Америке был дан шанс в лице неистового Тромба. Но демократы задействовали административный ресурс на местах, в штатах, где имели влияние, медийную составляющую. В результате «вашингтонское болото», которое намеревался «осушить» Дональд, целиком и полностью потопило его самого.

Да. Американского чёрного кобеля нельзя отмыть добела. Вот и в столкновении с Пекином Вашингтон начинает явно проигрывать.

Ему, Спутину, как-то легло на стол донесение. Один наш разведчик побывал в городах-призраках Поднебесной. Их несколько. Построены эти города в северных районах Китая. Там движутся иногда и автомобили, исправно реагируя на цветовые сигналы светофоров. В домах есть электричество, водопровод, канализация, разумеется. Но в этих огромных странных псевдопоселениях практически нет жителей!

Президент раскрыл атлас, лежащий у Него на рабочем столе. Вот они, эти города. Не случайно они построены в материковой части Китая. Не зря!..

Он, президент России, прекрасно понимал, почему «призраки» появились именно там. После глобальных природных катаклизмов, одним из которых станет грандиозное затопление прибрежных зон всех материков, Поднебесная сохранится, отступив заблаговременно именно в эти пока полумёртвые города, построенные в полупустынях, превращённых в настоящие оазисы. Понятно, «председатель Си» делает ставку на сохранение большой части населения его страны.

Главный китаец наивно думает, что Поднебесная выживет по принципу чисто русской народной мудрости: авось там, на севере Китая, можно будет отсидеться.

По такому случаю в русском народе бытует ещё одна мудрость, точнее крылатое выражение: «А ху-ху не хо-хо?» Понятно, что никакой дурак не выберет в данном случае «хо-хо» для получения какого-то неведомого «ху-ху», да ещё в некоторых вариантах «в обе руки». Да вот только природа-матушка согласится ли на какой-то иной, более щадящий для человечества выбор? Ей, природе, людишки, козе понятно, уже порядком осточертели.

А вот Он, президент России, не мог позволить Себе такой роскоши, выстраивая подобные мегаполисы-призраки. Но у Него имеется Свой вариант решения дилеммы: «ху-ху» и «хо-хо». Его, Спутина, учёные смоделировали ситуации. Ждёт мир «светлое будущее» или – чёрная действительность, которая уже не за горами? Маститые специалисты задействовали при этом искусственный интеллект. Вполне возможный расклад не был столь утешительным, как предполагал «председатель Си».

Именно поэтому Он, Спутин, довёл до ума грандиозное строительство в Башкортостане, в горе Ямантау. Здесь Им построен настоящий подземный город, который сможет вместить в себя до ста тысяч избранных, неуязвимый не только при ядерной войне, но и Всемирном потопе.

Более благоприятный прогноз искусственного интеллекта говорил, что только в России останутся не тронутые разбушевавшейся природой места.

Недаром сам римский папа намерен перевезти под Муром в специально подготовленные подземные хранилища не только архив и художественные ценности католической церкви, но и… огромное количество золота! А папа-то не дурак. Он весь мир, как маму, имеет. Понтифик отлично представляет, что в случае вполне возможного разрушения Италии в череде землетрясений он комфортно отсидится в православном, знаменитом на весь мир Сергиевом Посаде, где для него строится папская резиденция.

А народ?.. Можно отделаться словами Пушкина, мол, «безмолвствует». Но Его, президента России, население порядком усмирено. Да, есть ещё некоторое шебуршение в стане либералов и их закулисных кукловодов. Они даже из вора-коррупционера пытались сделать «узника совести»[14]. Но не вышло…

Тут-то всеми ненавистный коронавирус и сыграл на руку власти.

Президент вновь сел за Свой стол. «Попочка» размякла, даже нет в ней никакого ощущения от «работы» профессора Шилова.

Он раскрыл синюю папку, в которой содержались второстепенные донесения, и начал читать их.

Всё в Его государстве шло обычным порядком. Экономика несколько притормозила своё развитие, но это не страшно. С Его «царского плеча» многие предприятия и владельцы корпораций получат некоторые налоговые послабления, правда, временные. Но те, к кому Он отнёсся благосклонно, станут благодарны Ему. Вот только стоило ли уповать на людскую благодарность? Ему, папочке с уколотой «попочкой», нужна прежде всего абсолютная лояльность.

Как подтверждение Своей последней мысли Он взял в руки лист бумаги, на котором было напечатано неблагонадёжное стихотворение, добытое из первоисточников силами специальных агентов ФСБ: «Обнулённый Вова нами правит снова. Рай всем обещает, а народ нищает. Впрочем, рай давно готов для… Володиных дружков!»

А дальше ещё хуже, гаже!..

Он с омерзением отбросил лист. Донесение с пасквильным стихотворчеством, кружась, упало мимо стола. Он, любивший порядок во всём, нагнулся, напрягая Свою больную спину, и поднял злополучный листок. Он не стал с остервенением разрывать лист в клочья, а переложил пасквиль в особую, чёрную папку. Сразу же после того, как Он покинет рабочий кабинет, сюда явится дежурный офицер. Он заберёт чёрную папку и у себя, в соседнем помещении, своего рода московский мини-секретариат, опустит содержимое «чернухи», лист за листом в «зев» специальной машины. Там вся эта «чернуха», не имеющая практической пользы, будет порезана мелко-мелко, на «вермишель». При этом дежурный не смел читать всё, что находилось в злополучной папке. За этим пристально следили камеры. Да и сам исполнитель, заступая на дежурство, проходил обязательный инструктаж и отлично понимал, что его ждёт в результате неисполнения инструкции.

Вот тебе, Санёк Пушкин, современный русский народ, который не безмолвствует, а норовит тявкать из-за угла, в тёплой крохотной кухоньке под водочку и «селёдку под шубой». Вот он, народ!.. Ты ему угождаешь, даёшь возможность хоть и бедно, но жить, а он отвечает чёрной неблагодарностью.

И в то же время справедливо расхожее утверждение: «Каждый народ имеет того правителя, которого заслуживает».

Именно Он, Спутин, призван править всеми этими полумаргиналами, доставшимися Ему до «обнуления» и – после!

Он, президент, как-то просматривал результаты опроса граждан. Так вот, более двадцати процентов опрошенных из числа молодёжи заявили, что «вообще не хотят работать».

Ага!.. Эти «проценты» привыкли жить на халяву. Они, как сказочный Емеля, мечтают, что когда-нибудь «поймают щуку», то бишь судьбу-удачу, и всё у них, этих «Емель», разложится по ненасытному их «хотению».

Но в реальной жизни так не бывает. Все, кто заимел богатство и власть, с детства прилагали к этому неимоверные усилия. Вот и Он, когда-то всего лишь мальчик Вова, мечтал о том времени, когда, повзрослев, станет кем-то значимым. И Он приближал это время, не только постоянно учась, но и обрастая нужными, полезными связями! И Он не просто привечал тех, кого в стихотворном пасквиле бездарь поэт назвал Володиными дружками. На этих апробированных в разных ситуациях людей Он всецело опирался, пока Сам основательно не заматерел. Вот сейчас в Его народе громко вопят о Чубайсе, пустившем под откос сбережения советских граждан в «лихие девяностые годы». Но именно Он, Спутин, внешне тихий и малозаметный, был выдвинут всесильным кублом на высшую в стране должность. ЕБН – Ельцин Борис Николаевич, больной и немощный – лишь согласился с поддержкой нового выдвиженца. Все они, кубло и ЕБН, полагали, что смогут всегда управлять Им, Спутиным, как заблагорассудится. Да, Он, новый после Ельцина президент России, поначалу должен был выполнять волю тех, кто поставил на Него, «серую», ничем не примечательную «лошадку». Но потом Он яро и дерзко взбрыкнул, выждав момент! Он поменял инертного премьера Медведова, по сути, выразителя воли либералов, на «цифровика» Машутина, который грозится пересчитать всё и вся в Его, президента, собственной стране. Все эти чубайсы-мубайсы, в общем-то, давно отыгранная шулерская колода карт. Сейчас грядёт время Её Величества Цифры, когда не только всё будет оцифровано и подсчитано, но и заведено в соответствующие разделы-досье искусственного интеллекта. И уже Его, Спутина, умная машина решит, кто нужен в Его цифровой империи, а кто попадёт в современные «проскрипционные списки» и будет влачить ещё более жалкое существование, чем сейчас.

Да и пресловутый «золотой миллиард» при всей его фантастичности – суровая реальность, разумеется, где-то в будущем…

Пора уже забыть про «обнулённого Вову». Тот поезд давно ушёл, прикрыв разгулом вирусной инфекции это самое, неожиданное для населения страны, «обнуление». Взвыли было тогда либерасты, но на улицы Москвы выйти не посмели, боясь заражения спасительным для «обнулённого» ковидом.

Этим стихоплётам и невдомёк, что молодой человек Владимир Спутин не просто так попал в тогдашний КГБ. В данной спецслужбе не любят «самоходов», то есть тех, кто сам захотел попасть в КГБ, минуя обязательные рекомендации. Он, молодой Владимир, ощущал за спиной поддержку. Некие невидимые силы выталкивали Его наверх, на самую вершину не только российской власти, но и, как Ему уже сейчас ясно виделось, мировой!..

Проект «Соединённые Штаты Америки» потихоньку сворачивается. Нет, Штаты ещё способны преподнести сюрпризы, потрясти собственной и натовской военной мощью. Но – не более. «Дядя Сэм» явно проигрывает в противостоянии не только с Ним, Спутиным, но и с «председателем Си». Похоже, скоро в мире появятся три планетарных центра влияния: Китай, США и Россия. Его страна, хотя и не обладает выдающейся экономикой, но в военной сфере во многих отраслях вооружения обогнала хвалёные Штаты. Вот и Его учёные первоклассную вакцину от страшного вируса лучше и раньше, чем специалисты «цивилизованных» стран, создали!

Китай…

Уже сейчас эта «мировая фабрика» владеет большинством крупных банков во многих столицах западных и восточных государств. Поднебесная даже сделала ощутимый прорыв в космос!

И дело совсем не в том, что «жёлтый дракон» изготовился к решающему прыжку, способному задавить любого конкурента на мировое господство. Основной капитал Поднебесной – люди!..

В Китае самый высокий небоскрёб возводится максимум за… три недели! К такому темпу работы не способны ни белые, ни чёрные, названные толерантно афроамериканцами. Только китаец может трудиться день и ночь за совсем небольшую заработную плату. Вот поэтому мировое «закулисье» давно уже сделало ставку на Китай. Да, этих азиатов-трудяг необходимо тщательно проредить, убрать неугодных, оставив тех, кто абсолютно лоялен официальному Пекину.

Уже сейчас все города Китая утыканы камерами наблюдения. Выявлены миллионы неблагонадёжных, нарушителей тех или иных правил и распорядка жизни Поднебесной. Попавшие в «проскрипционные списки» лишаются многих благ и привилегий. Именно они стараются мигрировать, захватывая своими поселениями – Чайна-таунами – США, Африку, Малайзию…

Совсем не случайно в европейских странах проходят массовые столкновения противников «самоизоляции» от коронавируса с полицией. Все эти меры имеют, помимо превращения народов в послушное стадо, ещё и чисто прагматическую цель. Все недовольные выявляются. Так, во всех почти цивилизованных странах «метят» смутьянов.

Президент России вспомнил Свою чёрную папку и усмехнулся. Да!.. Возьмём и мы своих доморощенных крикунов за жабры, или, как говорили в старину в простонародье – за зебры!..

«Золотой миллиард» не просто фигура речи. Он отдалённая, но реальность. И к ней, этой реальности, надо осторожно подвести собственный народ. Население Его страны будет прорежено, но не сразу. Своё станет брать уже хорошо знакомый ковид и новые страшные штаммы. Посаженное на иглу население будет регулярно загоняться в локдауны, затем прививаться. Это не благодушный профессор Шилов с его ласковым, просящим призывом: «Батенька, пожалуйте попочку…»

«Попочка», точнее – огромная ж… уготована всем, ну, почти всем, живущим не только в Его, президента России, стране. Большая ж… уготована всему миру, точнее почти всему. Народ «председателя Си» не выходит ни на какие митинги и иные сборища, события в Гонконге не в счёт. А вот то, что произошло когда-то в Пекине на площади Тяньаньмэнь[15], народ Поднебесной будет всегда помнить с содроганием.

В дверь кабинета постучали.

– Войдите! – отозвался Он.

Дежурный подполковник, делая испуганные глаза, произнёс:

– К вам прибыл директор ФСБ, товарищ главнокомандующий!

– Пусть генерал войдёт! – приказал Он.

Когда Тортников показался в проёме двери, президент России легко вскочил на ноги и, отодвинув Своё кресло, поспешил навстречу вошедшему. Директор самой могущественной в России спецслужбы (по сути, тайной полиции) был Его, спутинским ставленником, которому стоило показать Своё безусловное расположение.

Пролог. Часть третья (более ста земных лет назад)

По мере удаления от стартового комплекса космодрома лёгкая дрожь корпуса «Небесного Чертога» и всего того, что находилось у него внутри, прекратилась. Это означало, что взлётно-посадочные двигатели на гравитационной тяге вышли на оптимальную мощность.

– Малышка, как наши дела? – спросил Любомир.

– Всё нормально, командир! – откликнулась с пространственного экрана девочка, олицетворяющая искусственный интеллект.

– Помощник!.. Полный отрыв от планеты! – приказал Любомир.

– Есть полный отрыв!

Двигатели звездолёта тонко запели. «Небесный Чертог» вздрогнул, как будто очнулся от неопределённого дремотного состояния, и резко скакнул ввысь, в чернеющую гладь космоса.

Командир повернулся к Гвену, сидящему в своём обособленном закутке, и весело спросил:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Мидгард (сканд.) – букв. «огороженное пространство, срединная местность».

Вернуться

2

Персонаж книги автора «Вариант “Зеро”»

Вернуться

3

Мария в одном из земных воплощений как раз и была первой амазонкой, можно сказать, прародительницей!

Вернуться

4

На языке хантов и манси имя Кулькатли означает «чёрта поймал».

Вернуться

5

Болезнь, распространённая на Севере. Она выражается в забытьи, отстранённости человека, бессвязной речи. Существует там, где практикуется шаманизм.

Вернуться

6

См. книгу автора «Вариант “Зеро”».

Вернуться

7

«Драгоценный». Так в тибетском ламаизме называют перерожденца.

Вернуться

8

См. роман автора «Вариант “Зеро”».

Вернуться

9

О возможностях Виджл-пространства (Вневременья) см. в книгах автора «Зомби приглашена на танец» и «В мае пятьдесят третьего…»

Вернуться

10

Традиционное приветствие стран Тибетского нагорья, аналогичное индийскому.

Вернуться

11

Персонаж предыдущей книги автора «Вариант “Зеро”».

Вернуться

12

Прототип – Пётр Петрович Гаряев (01.02.1942 – 17.01.2020), создатель «идеалистической» теории волнового генома, признанной сугубо материалистической генетикой псевдонаучной, доктор биологии, академик Российской медико-технической академии наук.

Вернуться

13

Фамилия вымышлена.

Вернуться

14

Имеются в виду события, связанные с А. Навальным.

Вернуться

15

В 1989 году на этой площади был жестоко подавлен митинг протестующих китайских студентов.

Вернуться