Юрий Елисеев
После смерти жизнь только начинается. Книга вторая. Бытие

Часть 2: Бытие

Глава 1

День клонился к закату. Я смотрел на унылое, безликое светило мира, в котором застрял благодаря своей дурацкой жалости и остатков веры в сказки, где неизменно добро побеждало зло. Так, по крайней мере, случалось в детстве. Но в этой сточной яме, с осевшими здесь отбросами соседних миров, этот постулат не имел решающего значения. Среди разнообразного сброда, где бесполезно было искать проблески, ницшеанской философии, один экземпляр вызывал во мне сочувствие и серьёзные сомнения в справедливости известного изречения о том, что «дуракам закон не писан». Это был нежный юноша Кумал, третий сын королевской семьи соседней планеты, сбежавший сюда вместе с наложницей отца и затаившийся на дне города Синих духов. Наложница, красавица Луна, была родом из этих мест и прекрасно знала, где можно надежно укрыться, пока их будут искать. Всё бы так и случилось, если бы не одно обстоятельство…

Я отвлёкся от своих размышлений и, обернувшись к своему соседу, сидевшему с безучастным видом, спросил.

– Скажи мне Стаф, а что сейчас происходит в «Форуме?»

Универсальный переводчик расположенный в моём ухе почти без запинки передал мои слова, щёлкнул и переключился на приём.

Огромный арканианец нехотя оторвал свой взгляд от горизонта и, взглянув на меня из под густых бровей, изрёк:

– Заседают…

На этом информационная составляющая моего словоохотливого друга была исчерпана. Он вернул голову в исходное положение, прикрыл глаза и предался своей обычной медитации.

Так называемый «Форум»– здешний центр самоуправления, где в демократичной атмосфере кабака решались буквально все насущные проблемы Аркании, находился в десяти кварталах от гадюшника, где я просиживал свой зад уже вторую неделю в надежде увидеть Залу. Мне было очень нужно встретиться с этой авантюристкой местного разлива, которая могла бы пролить свет на вопросы, накопившиеся за этот период времени. И мне, во чтобы-то ни стало, надо было задать их..

Две недели назад Гангеш – могущественный правитель Варды, отправляя меня сюда, просил только об одном – вернуть сына домой. «Сын для меня, как чистое небо над Параной» – говорил суровый правитель с дрожью в голосе и тогда слова его казались непререкаемой правдой. Он знал что ему не будет отказа и был спокоен на мой счёт. Тогда миссия по возвращению сына казалась мне благородным делом. Теперь же я совсем не был уверен в этом, потому, что двенадцать часов назад, в одном из переулков западной части города мне привиделась весьма знакомая личность ассасина, которого я встречал раньше в покоях дворца Гангеша.

Я повернул голову и раздраженно посмотрел на арканианца.

– Стаф… Стаф! Чорт тебя дери!

– Ну что?

– Пошли к Мануэлю. Мне надо чтобы ты разговорил его.

– Зачем?

– Мне нужна Зала!

В «Форуме» у Мануэля, как всегда, было полно народа. Здесь бросали якорь контрабандисты из Байды, старатели, добывающие в пещерах Чёрных гор Лазурного червя, из которого в свою очередь местные умельцы извлекали мощный афродизиак, аферисты всех мастей и просто «бичи» восточной части Аркании. Гомон и ругань висели в воздухе смешиваясь с дымом лёгких наркотиков, похожих на смесь канабиса и полыни. Здесь было разрешено всё, что могло поднять настроение и встряхнуть мозги..

Стаф уверенно проделал среди этого сборища тоннель, по которому я, следуя в кильватере его спины, продвинулся к стойке. За ней восседал Мануэль. Оба арканианца ударились лбами и произнесли: «Аксей!», что означало: «Рад видеть!». Стаф заказал пару кружек местного пива, похожего на синее сусло недобродившего вина. Я отошёл к сводному столику и уселся на скамью под пристальным взглядом недобрых глаз сидевшего напротив, заросшего по самые брови, амбала в кожаном зипуне и стоптанных дырявых сапогах. За столиком тут же повисло напряженное молчание. Я краем глаза наблюдал за своим соседом: старателю было явно скучно и он искал лишь повода к чему бы придраться. Я заметил, его кулаки, вдвое больше моих, которые он потирал, внимательно поглядывая на меня. Я отвернулся чтобы не провоцировать ищущего приключений соседа и стал наблюдать за Стафом, который в своей скупой манере, пытался «разговорить» Мануэля. В итоге: говорил в основном бармен, а мой «засланец» больше молчал. Некоторе время я нетерпеливо наблюдал за ними и уже хотел подняться, чтобы ненавязчиво влезть в разговор и направить в нужное русло, но в это время передо мной нарисовалась заросшая, давно немытая рожа старателя:

– Что нос воротишь, разговаривать не хочешь? – глухим голосом спросил он.

В нос мне ударил свирепый запах дешёвого пойла смешанного с пронзительным запахом берийского лука и лежалой сушёной таранью. Не тратя времени на прелюдию, а может решив, что сказанного вполне достаточно для того, чтобы перейти действиям, старатель обеими руками схватил меня за грудки и с размаху швырнул в стену. Пролетев около трёх метров я врезался в камни, по пути смахнув столик с сидящими за ним калианскими контрабандистами. За пару секунд до удара о стену я успел издать вопль, услышанный и понятый Стафом, как – «наших бьют!» и, пока я выкарабкивался из под сбитых как кегли тел, мой друг уже собрал вокруг себя изрядную толпу желающих размяться бездельников. Он улыбнулся мне своей широкой улыбкой, одной рукой придавив моего обидчика, а другой показывая куда-то за мою спину. Я оглянулся и тут мне прилетело от одного из калианцев. Жесткий хитиновый кулак оставил на моём затылке вмятину размером с яблоко, и я, сделав несколько нелепых па, рухнул на заплёванный пол. Последнее что я увидел было удовлетворение написанное на зеленой ублюдочной морде. Приплыли блин! Огрести от потомка таракана – это уже полный финиш!

Очнулся я за столом в компании с персонажами, которые некоторое время назад были моими оппонентами. Теперь они сидели заметно притихшие, побитые и потрёпанные. Автандил-старатель благодушно общался с калианцем, которого называл Енсом, Стаф обнимал бутыль местного самогона и доказывал сидящей рядом сущности неизвестного происхождения, но явно женского пола, что равных в драке ему нет. Девица доверительно склоняла длинную шею к нему на плечо и глупо улыбалась.

– Наш герой очнулся! – воскликнул Стаф увидев что я пришёл в себя. – А мы с ребятами пьём мировую. Присоединяйся.

– Прости что, я маленько тебя помял…– притянул мне одну из лап Енс. – Ну ничего собой не смог поделать! Ты был так не защищён, что я не удержался. Ничего личного – это драка. Давай выпьем.

– Бог простит. – буркнул я отстраняя протянутую конечность, но выпил. Самогон привёл меня в чувство. Я ухмыльнулся оглядев компанию за столом. Как это по-русски – пить мировую после драки. Я удивился этой мысли пришедшей на ум здесь, в невообразимой удаленности от миров находящихся в другой плоскости привычных координат и сотен световых лет. От этого внутри по телу пробежал холодок и стало на мгновение страшно. Я давно не вспоминал ту часть своей жизни, которая случилась после исхода из Рая. Миры, в которых я побывал, поначалу удивляли. Я будто развлекался коллекционируя их. В основном это были «одноклеточные», не сложные миры, без разнообразия видов и смысла. Миры типа Монаханы, где меня чуть не съели вместе с Лу. Когда карты мои закончились, я обратился к тем, что нашёл в тайнике деда. Кажется в Эвруме нашёлся сведущий кентавр, который помог расшифровать названия и проходы в тоннелях на эту сторону вселенной. Мне удалось проникнуть через Великий барьер и оказаться в мире Аркании. Далее Варда, Парана, дворец Гангеша. Следуя за историей рассказанной мне когда-то Данте, в поисках места, где нет искупления, я узнал, что во дворце, есть лоза, которая может указывать направление поиска желаемого объекта. Я понял, что мне нужна эта лоза.

– Седой! – голос Стафа вернул меня к действительности. – Гляжу ты завёл себе нового друга. Он вполне нормальный. Ты не смотри на внешность. Внешность обманчива. Просто в следующий раз не поворачивайся к нему спиной!! – Арканианец раскатисто расхохотался, довольный своей шуткой. Я отвернулся. Со Стафом невозможно было спорить, потому что доводов он не слушал и, как осёл, гнул своё. Даже когда был везде не прав. Но, в сложившейся ситуации, его упёртость была мне на руку: для выполнения миссии, которую на меня возложили такой помощник был незаменим. Такой не предаст и не отступит. И он поможет мне найти Кумала, вопреки всему, даже если это будет стоить ему жизни. И не из хорошего ко мне отношения, а как раз из-за своей упёртости.

– Иди сюда, дело есть.– Стаф махнул рукой на свободное место рядом с собой. Я подошёл и сел.

– Познакомься с Лило. Она немножко знает о Зале.

– Я Лило. Я знаю немножко о Зале. – немного запинаясь повторила соседка Стафа.

– Расскажи ему, что ты слышала вчера здесь у Мануэля. – попросил арканианец и ободряюще положил руку на плечо девицы. Лило продолжила:

– Ну я вчера проводила вечер с одним мачо из крутых. Очень крутым. Ну, которые убивают за деньги.. Так вот, он рассказал мне, что ищет здесь парня, очень ценного… он, конечно выпил изрядно, но говорил вполне серьёзно. Хвалился, что паренёк вместе с любовницей у него в кармане. Говорил, что сегодня ночью он встречается с одной кручёной особой, которая за деньги готова сдать ему беглую парочку. По всему, я поняла, что это Зала.

– Он не сказал, где именно будет встреча? – спросил я.

Лило пожала плечами.

– Где-то за городом, у катакомб… точно не знаю. Он не говорил об этом.

Я посмотрел на Стафа. Тот кивнул и сказал:

– Я представляю, где это.

Карьер, куда привёл меня Стаф располагался в большой лощине на южной окраине города. Мы заняли наблюдательный пост недалёко от дыры ведущей в катакомбы и стали ждать. Среди сумрачных скал и мне никак не удавалось, сколько бы не старался, разглядеть на темном фоне камней какое-нибудь движение или что-нибудь отдалённо

напоминающее фигуру человека. Мы сидели в засаде уже прочти полтора часа и у меня стали закрадываться сомнения: а то ли это место, где должна произойти встреча. В эти моменты я, ища поддержки, оглядывался на Стафа. Мой напарник был спокоен. Расположившись среди камней, он мирно дремал. Я посмотрел на светящийся овал часов – время подходило к полуночи – время тайных встреч и тайных дел. Придут или не придут? Вот в чём вопрос?

Что-то звякнуло в справа у дальнего входа в карьер. Я напрягся и толкнул в бок Стафа.

– А? Что?

– Тихо…– прошипел я зажав ему рот. – Кто-то есть..

Стаф сел рядом со мной, зевнул и стал таращится в темноту. Похоже, что-то услышав, он поднял руку и указал на вход в шахту. Там появилась тень, затем раздался негромкий свист и справа к ней подошла другая тень. Метнулся огонёк лампы и, в его свете, мы увидели, мужчину и женщину, стоящих у входа в катакомбы. Они обменялись несколькими словами и скрылись в тоннеле шахты.

– Попались. – торжествующим зловещим шёпотом констатировал арканианец. – Ты бери на себя бабу, а я скручу мужика.

– Этот мужик, на секундочку, ассасин, профессиональный убийца. – возразил я. – это тебе не в «Форуме» махаться. Ассасин имеет привычку убивать людей.

– Тогда я убийца ассасинов. У меня такая привычка.– улыбнулся Стаф и крутанул кулаками, показывая, как он обычно расправляется с врагом.

– Убери клыки, надо сначала проследить и всё разведать.

Стараясь не шуметь, мы двинулись ко входу в катакомбы. По пути я споткнулся и расшиб коленку. Длинно выругавшись я схватился за ушибленное место и, на удивленный вопрос Стафа, что это за язык, ответил, что это заклинание на русском, которое помогает перетерпеть боль. Стаф довольно помотал головой и сказал, что звучит красиво и он тоже хочет обучиться этому заклинанию. Чтобы отвязаться, я пообещал обучить его.

Шахта полого спускаясь вниз уходила немного влево. Лампа в руках женщины

освещала путь, по стенам и полу тоннеля метались тени, гулко звучали шаги. Мы шли следом почти вслепую, держа дистанцию и осторожно ступая по довольно ровному полу шахты. Зажигать свой фонарь я не стал. Зала и её спутник, пройдя несколько поворотов, остановились у закрытой комнаты, где некоторое время о чём-то спорили, и, наконец, девушка, видимо, добившись своего, открыв дверь, зашла внутрь. Её провожатый остался снаружи нервно поглядывая по сторонам. «Для хладнокровного убийцы он явно ведёт себя неуверенно».– подумал я. Прошло, наверно, минут пять когда дверь открылась и из неё вышли Зала и Луна. Луна увидев ассасина Гангеша, громко вскрикнула и отпрянула назад к двери. Но она не успела сделать и двух шагов, как осела на пол, сраженная ударом в шею.

–Зачем! – крикнула Зала. Ассасин развернулся. Сделав быстрое движение он прижал женщину к стене и выхватил нож. Движения киллера были точны и уверены и если бы не вмешалось провидение в лице Стафа, то он несомненно, пустил бы в ход своё оружие. Арканианец налетел на убийцу всей своей мощью кулачного бойца. Выбив нож, он двумя ударами вырубил его словно мальчика для битья. Нападение было столь внезапным, что киллер никак не смог противостоять напору арканианца. Все было кончено в считанные секунды. Когда я подбежал к месту событий, киллер пребывал в глубоком нокауте, Зала, сидя у стены, смотрела на Стафа, а тот деловито обыскивал одежды ассасина.

– Его надо связать. – сказал я наклонившись к поверженному. Действительно это был Хавар или Хадар, а может Хумар, точно я не знал. Это лицо я видел пару раз мельком во дворце, что совсем не давало повода завести знакомство.

– Может его завалить камнями или сбросить в шахту. – предложил Стаф.

– Нет, мне надо его допросить.

Стаф пожал плечами и достал из кармана верёвку. Я подошёл к Зале. Девушка уже пришла в себя и смотрела на меня с нескрываемым вызовом.

– Кто вы такие? – резко спросила она. В голосе её проскальзывали металические нотки, мне показалось, что сейчас она потребует мои документы, рекомендации, а возможно, и анализы. Я чуть не задохнулся от такой наглости.

– Послушайте мадам, поимейте совесть – вас только что спасли от смерти…

– Вы так думаете? – Зала усмехнулась и продемонстрировала мне небольшой дамский пистолет. – Я просто не успела выстрелить. Уверяю вас, если бы не вмешался ваш костолом, я смогла бы защитить себя.

В это время Стаф, закончив с киллером, наклонился к Луне и несколько мгновений всматривался в неё.

– Красивая.– сказал он, вздохнул и добавил. – Была красивая.

Зала вздрогнула. Она не ожидала такой развязки и поспешила оправдаться:

– Я должна была только указать место, где скрывается парень. Он сказал, что никто не пострадает. Договор был таков.

– Ей уже всё равно о чём ты договаривалась. – сказал я. – Сейчас она смотрит на тебя и, уж поверь мне, ты будешь проклята. В моем мире – предательство самый страшный грех.

Зала откровенно расхохоталась.

– Не знаю такого греха, да и мира твоего не знаю. Так что не лезь со своими заморочками в мою жизнь. Мне плевать на ваши скрижали, законы и понятия. В моём мире выживает более сильный, более ловкий, более быстрый…

– Ты всё сказала? – спросил я.

– Да пошёл ты..– Зала отвернулась и пошла прочь в темноту.

Стаф двинулся следом, но я удержал его.

– Пусть идёт. Она права. Этот мир таков.

Если с реалиями этого мира всё было более-менее ясно, то с моей миссией сплошная неопределённость. Размышляя о том, что сказать Кумалу, я вошёл в комнату, где слабо горели несколько светильников расположенных прямо на полу среди циновок и подушек.

Кумал сидел в углу, закрывшись длинными занавесками, свисавшими с потолка и сквозь прозрачные ткани было видно, как он раскачивается от страха. Он что-то бормотал…Я не расслышал точно, но, кажется, он звал Луну.

Когда я отдернул занавес, он вскрикнул, как загнанный заяц и пригнулся, словно ожидая удара.

– Кумал, не бойся, это я, Седой, – сказал я успокаивая и поднимая юношу с циновки.

– Где Луна? – спросил юноша. Он узнал меня и страх его постепенно проходил. Успокаивая, я положил руку ему на плечо и тихо сказал:

– Собирайся.

Кумал напрягся и упрямо повторил:

– Луна где? Я без неё никуда не пойду.

– Ты увидишь её, пошли..

Услышав мои слова, юноша послушно проследовал за мной, собирая по пути вещи Луны. Я оглянулся на него. «В конце-концов, через мгновение или чуть позже, какая разница когда он узнает о смерти возлюбленной». – подумал я, открывая перед ним дверь, за которой лежала девушка.

Но за ней меня ждал сюрприз. Сначала в полутьме мне показалось, что на месте, где лежала Луна никого нет и, подойдя поближе, я действительно не обнаружил её. Сзади на меня наткнулся Кумал и, увидев, как я озираюсь, спросил:

– Что?

И прежде чем я я успел что-либо ответить из темноты перед нами появился Стаф. Он был измазан грязью и тяжело дышал. Он оглядел пол и спросил:

– А где девушка?

Я посмотрел на арканианца, он недоумевающе воззрился на меня. Загадочное исчезновение Луны ввело нас обоих в ступор. Молчание нарушил Кумал.

– Что происходит? Вы, наконец, объясните, где моя Луна!? – потеряв терпение вскричал юноша.

– Мда, собственно она совсем недавно была здесь. – неуверенно проговорил я, косясь на Стафа. – Ты не видел куда она пошла.

– Я? – почему-то заволновался арканианец.– Я отлучался.. этот убежал, хотел…убежать..

– Убежал?

– Нет, он сорвался в шахту… – сообщил Стаф, пряча глаза.

Я вздохнул. Арканианец был неисправим. Убить человека было для него обычным делом. Будто муху прихлопнуть. Так что, в который раз, придётся прочитать ему лекцию о жестокости. Но это потом.

– Ладно, пошли искать твою подругу. – сказал я Кумалу. – Сдаётся не, она не могла далеко уйти.

Глава 2

– Похоже это она бредёт. – сказал Стаф указывая на тень мелькавшую в неровном свете моего фонаря. Прошло около получаса пока мы, наконец, добрались до выхода из тоннеля, несколько раз нам пришлось возвращаться назад к убежищу беглецов и начинать всё сначала. Кажется в третий раз нам повезло – мы свернули в нужный коридор и у самого выхода наткнулись на девушку. Луна была в ужасном состоянии. Голова неестественно вывернутая набок, моталась из стороны в сторону, глаза смотрели вверх, а неестественно расширенные зрачки заметно косили. Двигалась девушка, как сомнамбула, не воспринимая, не замечая ничего вокруг. Кумал бросился к возлюбленной и прижал к себе. Он говорил ей нежные слова, уговаривая прийти в себя и заговорить с ним, но все попытки вернуть её в реальность не имели успеха. Она не узнавала его. С таким же пылом можно было обнимать тряпичную куклу без реакции на любовную лирику и ответа на взаимность. Кумал был в отчаянии.

– Помогите ей. Вы же видите, что она не в себе. – умоляюще говорил он переводя взгляд со Стафа на меня и обратно. – Сделайте хоть что-нибудь. Я прошу вас!

Слушая его причитания, мне, вдруг, захотелось оказаться далеко-далеко, где-нибудь, на задворках Эврума, в самой Клоаке, где в тёплых болотах ничего кроме гигантских комаров нет, но нет, слава богу, и выбора, который, хочешь не хочешь, а делать надо.

Жизнь научила меня простому правилу – не хочешь делать больно – не разбавляй правду ложью. И я решил быть жёстким .

– Киллера, который пришёл за тобой, прислал отец.

Кумал поначалу вздрогнул от этих слов, но через несколько мгновений признался,

– Я, собственно, ожидал этого. Отец имел право наказать меня за то, что я совершил. Скандал, произошедший из-за нашего бегства, наверно, больно ударил по его самолюбию. Измена, моё предательство, сплетни и пересуды.. Я сожалею об этом. Но я не мог сказать своему сердцу не стучи, глазам – не смотрите, а мыслям – замрите. Луна была так хороша!

Я посмотрел на Луну, потом на Кумала, вздохнул и сказал стараясь придать уверенности своим словам.

– Ладно, что было, то было, а жить придётся дальше. Поэтому решать, что делать будем завтра.

В распорядке дня, который был установлен уже много лет, было незыблемо одно правило. После того, как мои глаза открывались, я какое-то время оглядывал то место, где настигло меня пробуждение. Не знаю с чем было это связанно, но это действо успокаивало мою застарелую фобию и давало уверенность в реальности бытия. Следом за пробуждением в голове появлялись вчерашние эпизоды произошедшие накануне, которые дополняли картину реальности. И венцом, вишенкой, на теле бытия было ощущение жизни в моих жилах, с которой начинался день.

Первое, что я увидел, проснувшись в незнакомом месте, было огромное тело Стафа, раскинувшееся по соседству прямо на полу. В памяти тут же всплыли ночной дозор, ассасин, Зала, катакомбы и оба беглеца… Потом я вспомнил дорогу до логова Стафа. Нам пришлось преодолеть долгий подъём к городским воротам, пройти кривыми улочками до рыночной площади, где у арканианца была лавка энергетических снадобий, позволяющих без особых усилий передвигаться по коридорам между мирами. Мы разместились в помещении второго этажа. Стаф сгрузил Луну на топчан у стены, кинул на пол нечто похожее на брезент и произнёс:

– Паркуйтесь…

Остаток ночи я провёл в полудрёме. Заснуть мешали храп арканианца и мысли о том, что ничего ещё не закончилось. Хавар, или как его там, не единственный клинок Гангеша, припасённый для особых случаев. Если надо, он пришлёт еще с десяток убийц. И тогда я уже не смогу защитить парня. Надо было придумать что-нибудь особенное. Только что? Решение никак не приходило мне в голову…

Стряхнув с себя шлейф дремоты, я сел и огляделся. Кумал спал рядом с Луной. На первый взгляд она выглядела вполне нормальной, только шея была по-прежнему вывернута набок, открытые глаза смотрели прямо на меня. Я помахал и, к моему облегчению, девушка отвернулась. «Слава тебе господи! Одной проблемой меньше.» – подумал я и поднялся с жесткого ложа. Я вышел на балкон, густо увитый побегами хмеля и, облокотившись на перила, уставился на пустынную площадь рынка. Итак, что мы имеем на сегодняшний день. Беглецы найдены, Кумал в безопасности. Затея убрать его по-тихому провалилась. Но, теперь выходило, что моё обещание вернуть его отцу неминуемо становится для юноши смертным приговором. Если так, мне придётся напомнить Гангешу его слова, произнесённые при заключении договора. «Сын для меня, как чистое небо над Параной.» – так он сказал, глядя мне прямо в глаза.

Я не заметил, как рядом оказался Стаф.

– О чём задумался?

– Да так, мысли всякие,– ответил я, – похоже, мне придётся наведаться в Парану. Хочу нанести визит Гангешу.

Арканианец довольно улыбнулся, предвкушая интересное развитие событий.

– Правильно, сдадим голубков и получим то, что нам причитается. Боги, я смогу, наконец, получить желаемое! Знаешь, я что-то засиделся здесь, пора бы размять кости.

Я покачал головой, упреждая его слова о желании присоединиться ко мне.

– Ты останешься здесь и будешь оберегать наших гостей. Дело с которым я еду во дворец касается только двоих людей и слова, брошенные между ними, должны быть словно песок. Это, извини, будет разговор без посредников.

– Не понял… – протянул арканианец, – Что ещё ты придумал?

– Да так, одна неувязочка…– сказал я. – Мне необходимо до конца прояснить судьбу беглецов. А ты, пока я буду это выяснять, составишь компанию нашим гостям.

– Да компания что надо:– недовольно заметил Стаф, – влюблённый сопляк и сбежавшая наложница, к тому же глядящая на сторону.

– Утром я заметил прогресс. Она двигала шеей.

– И что я буду делать с этим детсадом? – возмутился Стаф.

– Как что? Кормить, прогуливать, менять подгузники и следить чтобы далеко не убегали.

Я ободряюще посмотрел на кислое лицо арканианца, которое, с досады и гнева, покрылось пятнами. Сзади раздались звуки шагов.

– Как насчёт что-нибудь поесть? Мы проголодались. – сообщил улыбающийся Кумал, появившийся вместе с Луной на балконе. Он был счастлив, что я не мог бы сказать о Луне. Девушка давно поняла – моё появление в городе не сулит ничего хорошего. Ничего хорошего для неё. Даже если приговор, вынесенный ей во дворце Гангеша, не будет исполнен, она лишится всего и тогда дни, наполненные болью утраты, станут спутниками её бессмысленной жизни, без любви, без радости, без желания проснуться наутро.

– Вы собираетесь к отцу Кумала? – Она чуть было не произнесла: «моему повелителю». Сейчас она дорого бы заплатила, будь всё возвращено назад и действительность превратилась бы в глупый сон. Луна запнулась и с видимым усилием произнесла:

– Скажите ему, что я сожалею…

– Я тоже. Он всё же мой отец…– признался Кумал. – Но я люблю Луну! Мне было тяжело выбирать между ними и я выбрал её. Так передай ему.

Глядя на него, я с трудом вспоминал себя в его годы. «Неужели» – думал я – «Вот так и я был лишён разума, покоя и чувства самосохранения, будучи подверженный яду любви». Я понял, что парня надо спасать. С таким настроением он не протянет и недели.

– Выслушай меня Кумал. Буду с тобой откровенен, так как это всегда упрощает дело. – сказал я и рассказал юноше какая гроза разбушевалась во дворце после их исчезновения. Гангеш отправил по следам беглецов погоню, но было поздно – любовники покинули пределы его владений. Ищейки, вернувшиеся ни с чем, были тут же казнены. Шпионы правителя продолжили поиск и через несколько дней следы привели в Арканию. К тому времени Гангеш остыл и нанял меня вместе со Стафом вернуть сына домой.

– Вот так всё и было. Я обещал твоему отцу исполнить его желание. Он в свою очередь обещал мне за это одну вещь, которая нам со Стафом очень нужна. Поэтому мы отправились в Город Синих Духов и я не бы остановился до тех пор пока не получил то, что мне нужно. Но в схему твоего отца вкралась она деталь – в этой идеально законченной конструкции, ты должен быть мертвым. А я так не хочу.

Пока я говорил выражение лица юноши менялось от недоверчивого, со смесью удивления, до испуганного. Когда я закончил, он чуть не заплакал.

– Но почем отец хочет моей смерти? – спросил он. – Ведь я его сын. Я принц. Нет, скажи, что ты просто пугаешь меня. – а глазах Кумала мелькнула догадка. – Ты придумал это?

– Нет, не придумал. – сказал я.– Ассасин приходил именно за тобой. И не для того чтобы отвезти домой… Все, что я рассказал тебе – правда. Ты верь мне? Я хочу всё исправить. Я отправлюсь в Парану, явлюсь во дворец и попытаюсь договориться с твоим отцом. Если не смогу, увы, тогда тебе никто не поможет. Скажи Стаф.

– Это так, – подтвердил арканианец . – но ты сошёл с ума, если хочешь это сделать. Гангеш сотрёт тебя в порошок, если ты посмеешь возразить ему. Сдадим их и дело с концом! Получим награду! Какое дело нам до этой парочки. Они сами выбрали свою судьбу.

– Нет. – был мой ответ. – Есть вещи поважнее золота и награды.

Арканианец воздел руки вверх, призывая высшие силы в свидетели и взмолился:

– Что ещё может быть важнее наших желаний?

– Долг. – сказал я и удивился, как окончательно и ёмко это прозвучало.

На этом дискуссия успокоилась и, хотя настроение Стафа походило на активность потухшего вулкана, оно могло в любой момент взорваться новым извержением.

Я начал готовиться к путешествию. За пять лет странствий по параллельным мирам, попадая в различные передряги, каждая из которых могла закончиться плачевно, я усвоил одно правило: в подготовке любого путешествия мелочей нет. Даже в соседнюю Варду. Я решил не прибегать к местным способам преодоления пространства и воспользовался проверенным способом без прохождения тонких материй. Сотворив вход в «каверну» в доме Стафа, я вышел на другом её конце на территории нижнего сада во дворце правителя Параны. Весь путь занял не больше пяти минут, всего лишь прыжок с планеты на планету. Местные, со своими «добавками», затратили бы на этот путь в десятеро больше времени, но мне в «каверне» не надо было искать портал и самое главное – в «каверне» сжималось время. Я по-просту выпадал из него. В саду волнующе разливался аромат запрещённых на Варде консолиусов – полуцветов-полуживотных, привезённых с печально знакомой мне Монаханы. Зная злобный нрав хищных растений, я с осторожностью проскользнул по дорожкам сада в парк перед дворцом. Там меня приметили садовники и через несколько минут на ступени перед дворцом спустился главный дворецкий Даглар. Еще издали он узнал меня и приветствовал кивком головы:

– Большая честь видеть знаменитого путешественника в нашем мире. – проговорил дворецкий подойдя поближе. – Надеюсь путь был лёгок и принёс немало приятных ощущений.

– Слава богам, всё так и было.– ответил я с лёгким поклоном.

– Прошу, повелитель всегда ждёт вас.– Даглар, отступив в сторону, сделал приглашающий жест.

Мы прошли высокой колоннадой и вступили в опочивальню Гангеша. Тот возлежал на диванах среди многочисленных подушек и наслаждалсщя игрой и танцами наложниц. Увидев меня, он жестом прогнал женщин и пригласил сесть у его ног на табурет обитый красным шелком. Я сел. Некоторое время Гангеш молча изучал мое лицо, видимо, надеясь проникнуть в мои мысли, наконец, не найдя в нём ничего интересного, спросил:

– Как наши дела? С чем пожаловал?

– Дела наши скорбные, повелитель – признался я, стараясь быть объективным – ваш посланец сорвался в шахту и погиб.– увидев, что правительниц отреагировал на мои слова, продолжил. – А пожаловал я с тем, что меня удивило то обстоятельство, что для миссии посланца вы выбрали одного из своих ассасинов.

– Ты путаешь, Седой, я никого не посылал. – ответил правитель с тем же каменным выражением на лице. Он, видимо, решил, что я поверю, в самовольное решение ассасина прибыть в Арканил для того, чтобы помешать мне выполнить мою миссию и вернуть Кумала домой живым.

– Выходит, я ошибся и твой человек оказался в городе Синих Духов по своей воле. – сказал я придерживаясь правил дипломатии, но с достаточной долей издёвки. Мой ответ задел Гангеша.

– Я услышал нотки недоверия в твоём голосе. Ты подумал, что лгу и решил учить меня честности?

Я понял, что перегнул палку.

– О нет, ни в коем случае, дорогой Гангеш! – воскликнул я, изобразив на лице крайнюю степень испуга и озабоченности. – Просто я хотел узнать..

Гангеш не дал мне договорить.

– Замолчи, ибо язык твой доведёт до беды!

Он вскочил со своего ложа и встал передо мной с красным, перекошенным лицом, предвещавшим бурю. Голос его возвысился до фальцета. – Больше ни слова, иначе ты горько пожалеешь!

Я отпрянул назад, чувствуя, что владыка на пределе и способен наказать меня.

– Прости государь, я не хотел тебя оскорбить. Забудем..Я думал о твоём сыне и о том, что ждёт его…

Гангеш, немного остыв, вернулся на место и молча уставился на кувшин, стоявший перед ним на маленьком диванном столике.

– Ты нашёл его? – спросил он через минуту, совершенно овладев собой и спокойным голосом. Это я воспринял, как знак, что прощён и могу вести с ним диалог.

– Да, мой повелитель, я нашёл твоего сына.

– Она с ним?

– Да.. – запнулся я. – она просила передать тебе, что сожалеет…

В ответ я услышал глухое, еле различимое рычание и монарх произнёс не скрывая раздражения:

– Сучка, она даже не представляет, как будет сожалеть после…

Гангеш замолчал. Он находился в сильном гневе, лицо его исказилось и стало ужасным.

– Её судьба меня мало волнует.– произнёс я, глядя на Гангеша. – Мне нужны гарантии безопасности для Кумала. Ведь он для тебя, «как чистое небо над Параной». – процитировав слова сказанные Гангншом при заключении сделки, я замолчал, подыскивая слова оправдания для неискушённого юноши, впервые захваченного серьёзным чувством. Гангеш почувствовал это и жёстко сказал:

– Кумал будет наказан, но не смертью. Наказание будет изощреннее. Я женю его на дочери калианского вождя. – правитель неожиданно расхохотался.– Пусть укрепляет союз с потомками тараканов.

– Это твоё право. – заметил я скрыв удивление.

– Когда? – спросил Гангеш. От веселья его не осталось и следа.

– Я думаю, что смогу доставить Кумала завтра к вечеру. Что касается Луны, я заметил неподдельное сожаление в её глазах. Она действительно рассказывается в содеянном, но, увы, не в силах ничего изменить. Думаю, Луна поможет вернуть твоего сына..

– Ей не избежать наказания. Это решено.– нетерпеливо перебил меня правитель Параны.– Она будет предана бичеванию на площади, заклеймена и продана в какой-нибудь бордель. – Гангеш бросил на меня быстрый взгляд. – И не пытайся помочь ей бежать. Ей не скрыться.

– Поступай так, как подскажет тебе совесть, Гангеш. – сказал я разведя руки и направил разговор в интересующую меня сторону. – А как наш договор. Когда я получу обещанную лозу.

– Получишь сразу. После того, как увижу сына. – ответил Гангеш. Он кивнул на продолговатый ящик, размером с локоть. – Вот стоит, дожидается тебя. Всё без обману.

Я кивнул.

– Хорошо, тогда до завтра.

Я не стал спускаться в сад и сотворил вход прямо на ступенях дворца. Войдя в воронку каверны, увидел разинутые рты челяди, глядящей из окон и, уже закрывая вход, не удержался и послал ротозеям воздушный поцелуй.

Стаф, увидев меня в лавке, подпрыгнул, от неожиданности.

– Ну как, ты договорился со стариком? – спросил он, потирая руки. —Рассказывай, не томи, я себе места не нахожу. Что решили?

Я не стал испытывать терпение арканианца и выложил всё, что случилось во дворце и о чём был разговор с Гангешем.

– Здорово!– воскликнул Стаф узнав о результате, переговоров. – Теперь мы получим наш приз. Ты молодчина! А когда ты собираешься доставить Кумала отцу? И что будет с наложницей?

– Кумала отправлю завтра к вечеру, но для этого необходимо его усыпить. Девушку… её, видимо, не спасти. Я поговорю с ней. Она поймёт. Она должна расстаться с Кумалом. Это единственный выход.

– Пойду приведу её. – сказал Стаф. – Парню пока не стоит знать, что ты вернулся.

– Хорошо. Сделай всё по-тихому.

Арканианец поднялся наверх и вернулся вместе с Луной. Увидев меня, девушка подошла. Она была бледна, и я услышал, как задрожал её голос, когда она задала единственный вопрос:

– Вы договорились?

– Да.

Она молча кивнула и сказала.

– Я сделаю всё, что будет нужно.

Глава 3

Гангеш сдержал слово. Сын был посажён под строгий домашний арест, мы со Стафом получили заветный ящичек с чудодейственной лозой, а Луна.. она исчезла.. Как сказал Стаф: «ищи вчера, найдёшь завтра». Вот такая своеобразная мудрость. На следующий день после исчезновения Луны исчез и Стаф, а вместе с ним и удивительный ящик. Я особо не горевал. Я знал, что арканианца удерживало возле меня не чувство долга или привязанности, что было не знакомо жителям этой планеты, а возможность заполучить своеобразный компас в виде старого обрубка лозы винограда, с помощью которого он надеялся найти свою мечту. О чём мечтал этот предатель мне было неведомо, но я от всей души желал ему разочарования.

Единственно, что меня бодрило, это возможность без промедления покинуть этот рассадник пороков и я был готов двигаться дальше. В моей сумке вместе с горстью жемчуга, лежали карта деда, руны принадлежавшие таинственной женщине и, оставшийся с давних времён, последний флакон зелья. Путь мой лежал в Калеорт, древний город, на высокогорном плато, расположенном в стране радужных водопадов.

Это был довольно дальний переход к границе у Великого барьера к небольшой планете, затерявшейся в скоплении звёзд. На карте деда она была помечена как Пифия. В своё время я надеялся найти там ответы на многие вопросы касающиеся моего будущего – одна из моих наивных ошибок и основная беда всех ищущих, когда стремление подогнать желаемое под ответ, становится методом. Туманные ответы, которые я получал, можно было трактовать как угодно и, поэтому, я инстинктивно выбирал наилучшие. Правда они не совпадали с тем, что вещали мне руны. С набором камней таинственной жрицы, я никак не мог совладать: утром они пророчили мне скорую смерть, а к вечеру процветание и долгую жизнь.

По пути на Пифию я собирался заглянуть на Корду, соседнюю с Пифией планету, где нашёл свидетельства о женщине, которая украла покой моего деда. Она была там несколько раз и однажды её видели вместе со спутником, который был значительно старше. Возможно это был мой дед. Во всяком случае, зная его, я мог бы предположить, что так оно и было. Мне не терпелось узнать правду и я, собрав свой нехитрый скарб, двинулся в путь.

Мощная энергия, которой я обладал базировалась, на квантовой теории поля, раздела физики, изучающей поведение квантовых систем с бесконечным числом степеней свободы, или другими словами квантовых полей. Эту мозголомку объяснил мне Нобелевский лауреат Юлиан Швингер, встреченный мною в прошлом году на Пифии. Амулет, доставшийся от китайского мага был не что иное, как портативный преобразователь высоких энергий, влияющий на действие и направленность элементарных частиц. Эти частицы свою очередь… Дальше я не понял, да и Юлий посоветовал не вникать. Я так и сделал. Слава богу, и без этих заморочек, ничего не зная ни про поля, ни про теории струн, ни про постоянную Планка и пространственно-временной континуум, я облазил обе известные мне вселенные и до сих пор неплохо управляюсь с энергией. Старину Лу мне, конечно, не переплюнуть, упокой его душу господи! Но среди живых я пока не встречал равных мне «джамперов».

Правда, слышал о таких.

Корда встретила меня колючим пронизывающим ветром. Мне следовало быть готовым к этому. Такая резкая смена погоды на планете была обусловлена непредсказуемыми особенностям местного климата, с ледяными дождями, пыльными бурями, электрическими торнадо и прочими «сюрпризами» природы. Выйдя из воронки на пустынной улице Кордтауна и, не встретив никого кроме нескольких дронов, спешащих по делам своих хозяев, я поспешил найти себе укрытие.

Пока я добрался до Клуба путников, где, по слухам, останавливалась разыскиваемая мною женщина, я закоченел, как бездомный пёс, и мои портки и куртка совсем задубели. И всё же я стоически достиг цели. Преодолев на прямых ногах последние метры, я ввалился в предбанник клуба, где, чуть не сломав дверь, напугал своим появлением портье.

– Аккуратнее надо! – взвизгнул полумен и, на всякий случай, отошёл за конторку.

Некоторое время я приходил в себя под взглядами десятка особей, среди которых, я заметил двоих таких же, бедолаг, как и я, занесённых сюда из мест с более мягким климатом. С минуту они разглядывали меня, надеясь узнать во мне знакомца, но затем, повторяв интерес к моей особе, повернули головы в дальний угол, на лестницу, где появилась дива, под одобрительные крики, доставшая из футляра небольшой предмет, похожий на преобразователь голоса. Аппарат выдал что-то похожее на завывание ветра, перемешанного с воплями и стонами невидимых грешников. Это живо напомнило мне восьмой круг ада, где я, по заданию Савонаролы, допрашивал сумасшедшего оракула. Но, судя по довольным выражениям лиц, публике представление нравилось. Я прошёл к свободному месту у ближайшего столика и уселся напротив скучного вида старичка, который при моём появлении, углубился в чтение газеты. Портье, дождавшись момента когда я сел, покинул конторку и гибкой походкой приблизился ко мне и шепнул на ухо:

– Мужчина, если вы собираетесь задержаться, то вам нужно оставить мне автограф.

Я оценивающе посмотрел на тонкую талию портье и и усмехнулся:

– Не в этой жизни, малыш… Но можешь записать меня, как «Седой».

– Так и записать? – переспросил озадаченный моими словами полумен.

– Так и запиши: «Седой, землянин, натурал».

Портье вытаращил глаза, но ничего не ответил. Он повернулся, чтобы уйти и тут я вспомнил о женщине.

– Послушай, а этот журнал, куда ты записываешь посетителей… В нём отмечены все, кто останавливался в этом месте?

– Разумеется.

– А можно взглянуть на эти записи. Дело в том, что я ищу своих друзей. Они могли быть здесь проездом. Я бы заплатил…

Портье задумался. Наверно он прикидывал, какую плату потребовать за предоставленную мне возможность покопаться в его записях «книги бытия».

Я помог ему.

– Двадцатки, думаю, будет достаточно..– голосом наставника подсказал я и полумен, вздохнув, молча кивнул.

Позже я спустился со второго этажа, где мне была предоставлена комната и, заплатив озвученные деньги, углубился в изучение истории этого заведения. На пятистах листах подробно и скрупулёзно были разбросаны по графам: даты, время, продолжительность пребыванием, имена и цель приезда. Я просидел до утра и уже когда в окне забрезжил блёклый рассвет, наткнулся на запись, которая меня взволновала. С замиранием сердца я прочитал следующее: «дама – не назвалась, высокая в годах, одета во всё чёрное и её спутник – невысокого роста, крепкий старик, назвался Михаилом». Из записи следовало, что появились они полгода назад и убыли спустя три дня.

В книге меня заинтересовала пометка в виде трёх крестов в правом углу графы. С этим я обратился к портье и получил ответ, что таким образом помечаются деньги, какими была произведена оплата. Крестами обозначали монеты из Пифии.

Я отодвинулся от дышащего мне в затылок полумена.

– Расслабься милый.. Лучше ответь мне на один вопрос. Как ты думаешь, зачем они прибыли на эту забытую богами планету?

Портье обиженно надул щёки, не собираясь боле тратить на меня своё время.

– Глупый вопрос: «Зачем суда едут?». Конечно же за гравитанием?

Я посмотрел на удаляющуюся фигуру портье, который порхающей походкой словно ночная бабочка, растворялся в темноте зала. Только тут до меня дошло. Бог мой, конечно гравитаний! Редчайший элемент воздействующий на силовые поля всех существующих мобильных двигателей галактики. Его добывали здесь и сюда, в надежде заполучить кристалл, приезжали многие: одни – чтоб в купить за большие деньги, другие – испытать удачу. И тех и других, по местным законам, ждало суровое наказание. За добычу и сбыт минерала, виновных ждал серьёзный тюремный срок. Но, как и везде, суровость закона компенсировалась необязательностью его исполнения. На приисках и таможне процветала коррупция, а путешествия в тёмной стороне не контролировались вовсе. Контрабандисты чувствовали себя неуязвимыми. Огромные деньги магическим образом влияли на вердикт суда и, зачастую, кроме – «айя-йяй!» – другой реакции на содеянное не было. Теневой синдикат наложил свои щупальца на бизнес, касающийся добычи и сбыта минерала. Все прибывшие так или иначе попадали под негласный надзор организации и заносились в особый реестр классификации. В связи с этими размышлениями возникал вопрос: какое место в этой реестре буду занимать я, а главное, что написано в нём о женщине-маге и моём дедушке Михаиле. Это предстояло выяснить.

Я решил посетить остальные гостиницы города и полазить но окрестным приискам. Что-то мне подсказывало, что это ещё не всё, что мне предстоит узнать о таинственной женщине и её спутнике. Керж, так звали портье, предложил мне за монету справочник, где были указаны все основные муниципальные здания включая гостиницы, базы, артели и официальные месторождения, разбросанные по всему отвоёванному у дикой степи пространству. Дальше, работали только единицы – сумасшедшие одиночки, которые появлялись время от времени из неоткуда и уходили, спустя время, вникуда. Они были грязны и дурно пахли. Они сторонились остальных, молчали и много пили крепкого эля. Сдав свой товар, они исчезали, так же незаметно, как и появлялись.

На третий день моих поисков, я почувствовал неладное. Мои собеседники, с коими, я пытался наладить контакт, через полминуты сворачивали разговор и быстро исчезали. При этом они испуганно бросали взгляды за мою спину, будто видели там чёрта. В конце-концов я понял в чём дело: за мной банальным образом следили. Делал это смуглый кроманьонец с серьгой в ухе и поломанным носом. Оказывается, эту колоритную личность я два дня таскал за собой! Уму не постижимо! Поняв, что потерял всякую осторожность, я сбавил обороты. Не подавая виду, что засёк слежку, я притворился окончательным лохом и решил запудрить моему шпику мозги. Для этого я арендовал гравитрон и рванул из города в сторону дикой степи. Ветер бросал в обтекатель песок смешанный с зарядами дождя. Впереди в мути надвигающихся сумерек крутились завихрения надвигающейся бури. Несмотря на атаки непогоды, гравитрон скользил над твердью уверенно без толчков, и лишь плавно покачивался, от ударов ветра. Несколько раз я оглядывался назад, желая удостовериться в отсутствии слежки, но видел лишь пустоту степи, раскинувшуюся во всю ширь горизонта. Хвоста не было, но я понимал, что кому надо знали куда я направлялся и не заблуждался на этот счёт. Тем боле, что в целях безопасности, в каждом аппарате находился радиомаяк.

Балок старателей я заметил в последний момент, когда гравитрон, чуть не задев его крышу, пронёсся справа от него. Пришлось заложить крутой вираж, в результате которого я едва не вышиб головой верхний иллюминатор. Я припарковался у навеса над шурфом и с некоторой долей настороженности выглянул наружу. Убежище старателей представляло собой наполовину закопанный в грунт пластиковый жилой модуль, надёжно защищавший хозяев от непогоды. Выбравшись из гравитрона я поднял колючий меховой воротник и направился к балку. Мой тулупчик, неплохо защищал от непогоды и я был рад счастливому случаю в лице одного из посетителей клуба, сжалившегося и уступившего его по божеской цене. У двери я прислушался. Из жилища раздавалось визжание какого-то инструмента, напоминающего точило. Когда я постучал, визжание утихло и внутри на некоторое время повисла тишина. Кто-то невидимый подошёл к двери, постоял, прислушиваясь, затем дверь со скрипом пошла вперёд, выпустив наружу полоску рыжего света. Над цепочкой появились два глаза и простуженный голос спросил:

– Ты кто?

Я отступил на шаг.

– Я заплутал, пустишь погреться? – мой голос, видимо, потонул в завывание ветра и человек закричал во второй раз.

– Кто ты!?

– Заблудился я! – громко прокричал я в щель и, замахав руками сторону горизонта, добавил. – Из города я, ищу своих друзей!

Дверь распахнулась и передо мной появилась давно нечесаная и не мытая голова с взъерошенной бородой и повисшими усами. Обладатель печальных усов, сделал приглашающий жест и я, не заставив себя упрашивать, шагнул в помещение. В глаза бросилось запустение, приправленное пылью и паутиной. На топчане среди вороха тряпок валялся облезлый кот, который при моем появлении напрягся и уставился на меня с нескрываемым раздражением.

– Осторожнее, – предупредил меня хозяин. – он чужих не любит.. одичал маленько…

– Заметно…

Я на всякий случай встал подальше от хозяйского ложа и ещё раз огляделся. Кроме топчана с котом, в центре комнаты стоял стол, заваленный камнями, в углу пылились кирки и лопаты, по стенам расположились нехитрые предметы хозяйственной утвари. Хозяин назвался Жоржем и указал на табурет у стола. Я сел.

– Так ты из города? – спросил Жорж садясь напротив на топчан. – Давно там не был.

Дела идут из рук вон. Обнищали..– вздохнул хозяин жилища, наверно, имея в виду кота. – Хорошо крупы у меня навалом, а то бы совсем плохо. Да тут, почитай во всей округе, у всех одно и тоже: непогода, земля, как камень.. Мать её! Сосед мой, Фирон, продал последний кристалл.– Жорж осёкся и поглядел на меня. – А ты, случаем не покупатель? Нет? Хорошо. У меня давно ничего нет. Так вот. Фирон из нас самый фартовый был: что ни день, то находка. А теперь голяк везде.. и у Мачты.. и Костлявого..

Жорж замолчал тоскливо оглядел камни лежащие на столе и тяжко вздохнул.

– У меня, как у всех.. Пилю-пилю, а все бестолку.

– А как же официальные компании? Там работа, как я слышал, не прекращается. Они процветают.

– Скажешь тоже, у них оборудование, машины…– старатель криво усмехнулся. – К тому же они под контролем местной мафии. А это серьёзно. Я вот что скажу: если так пойдёт дело – наймусь на «Глубокую», там, говорят, порядка больше и платят больше. И коту дело найдётся. Там, где норы, там есть мыши, крысы. А то, Барсик от пшена скоро кудахтать начнёт.

– А ты бывал там? На прииске.

Жорж покачал головой.

– Нет, мне рассказывали о шахте люди имеющие отношение к ней. Женщина так и сказала: наступит тяжелое время – перебирайся к нам на «Глубокую», там выживешь. Интересная такая, очень непростая женщина. Непонятная. Да и спутник её тоже… того..

– Чего? – спросил я насторожившись. – Чем он тебя удивил? Он не называл себя.

– Нет. Не помню.. только я удивился: он и она – такие разные, а вроде как вместе…

– Любовники что ли?

– Ну вроде..– неуверенно пожал плечами старатель.

Из спины его вылезла морда кота, прищур его глаз на сей раз излучал такое благодушие, что мне захотелось погладить его.

– Жрать захотел стервец. – ласково проговорил Жорж. – Сейчас начнёт клянчить, да подлизываться. Потому-то ласковый, а набьёт утробу и всё, покусать может..

Старатель вытащил из под топчана кастрюлю с кашей и отгрузил в плошку два ковша. Затем позвал кота.

– Кис-кис-кис. Иди Барсик.

Зверь быстро нырнул под рукой хозяина и с урчанием набросился на еду. Поглядев на торчащий хвост я перевёл разговор в нужное русло.

– А когда были эти люди?

– Да, пожалуй, уже более месяца.– ответил Жорж. – Ещё помню, непогода только-только просыпалась, я работал в копанке, а тут они… «Привет тебе земляной труженик. Бог тебе в помощь!» – говорят. Старик говорит. – «Много накопал?». Я сказал, что нет.

– Больше ты их не видел?

– Нет.

Я достал карту.

– Этот прииск с шахтой, где?

Старатель взглянул на карту и ткнул в кружочек почти на окраине безопасной зоны.

– Вот он. Справа от базы «Лазурная».

Я поблагодарил старателя за помощь и кров и стал прощаться.

– А то бы оставался, – предложил Жорж – Ночь, дорога опасная…

Я стоял на своём и, не смотря на уговоры, мы расстались. Старатель долго махал вслед удаляющемуся гравитрону пока бортовые огни не растворились в темноте надвигающейся ночи. Ветер и дождь стихли, в природе наступило спокойствие. Периодически на моём пути попадались следы деятельности старателей: за многие годы степь была изуродована многочисленными шрамами ям и карьеров, которые являлись молчаливыми вехами завоевания богатств планеты. Скоро стало совсем темно. Мощный луч машины пробивал пространство на сотни метров, выхватывая из темноты ночи быстро надвигающуюся степь. На приборной панели ярко горел круг обозначавший местоположение нужного мне прииска. Оставалось лететь с пяток километров..

Удар по корпусу застал меня врасплох. Он был ужасен и невосполним для гравитрона. Крышку аппарата снесло, словно внезапным порывом ветра шляпу. Меня выбросило следом и уже в воздухе, я увидел огни незнакомого объекта, похожего на большую чёрную тень. Он пролетел надо мной с ужасающим рёвом, обдав горячей струёй удушливых газов. Упав на землю и, ещё будучи на этой стороне сознания, я увидел вверху мощный луч, который накрыл и прижал меня к земле. Затем невидимая сила приподняла меня и потащила к открытому люку.

Глава 4

В голове стрекотали кузнечики, было тепло и тихо, словно на лугу в середине лета. Некоторое время я слушал с закрытыми глазами, гадая что означают эти звуки и стоит ли вообще открывать глаза – вдруг я уже умер или попал в плен к психиатрам и лежу в смирительной рубашке. Я пошевелил руками. Слава богам, ни то, ни другое! Я жив и нахожусь в своём уме.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.