Мария Мерлот
Побочный Эффект

1. Накануне дня рождения принца Труанского

– Отец! Ты хотел меня видеть? – Азор, принц Труанский, вошёл в кабинет своего отца. Император Форг отложил бумаги, над которыми работал, и встал навстречу сыну. Он очень любил своего сына и гордился им. Азор унаследовал лучшие черты своих родителей. Его тело повторяло атлетическое строение отца, сильного и сурового воина, великого полководца. Но черты лица, мужественные, как у отца, отличались тонкостью и благородством его матери, замечательной красавицы. Его длинные тёмные волосы были собраны на макушке в конский хвост по традиции того времени. Кольцо для волос украшал символ императорской семьи – огонь, искусно сделанный из золота разных оттенков.

– Да, Азор. Послезавтра большой день, – ты станешь совершеннолетним. По случаю такого замечательного события, как ты знаешь, приглашены правители всех соседних государств и их семьи. Я уверен, что они все приедут поздравить тебя. И среди них, конечно, будут император Эреля великий сноб Одэн с принцем Улом. Это отличный момент, чтобы начать воплощать наш план в действие. Большинство гостей разъедутся по домам на следующий день, но ты постарайся уговорить принца Ула остаться на всю неделю празднования. Ул – твой ровесник, всего на несколько месяцев младше тебя. Остальные принцы и принцессы сильно моложе, так что будет только естественно, если вы с Улом будете проводить много времени вместе и подружитесь. Снобам льстит дружба с сильными мира сего; думаю, это будет не трудно. У нас есть время. Ты войдёшь к нему в доверие и выведаешь тайну Эликсира Жизни. Тем временем наша армия накопит силы и будет готова решительно и быстро захватить Эрель. Тогда Эликсир Жизни будет принадлежать нам, и Труан станет самым могущественным государством. И ты, мой сын, будешь его правителем!

– Да, отец.

– Ох уж этот Эрель… Такая маленькая страна, и такая заноза у нас в боку… Этот их Эликсир Жизни даёт им могущество и богатство. Они задирают на него цену, какую хотят. Мы должны узнать его секрет.

– Я узнаю его, отец.

– И ещё, есть подозрение, что они владеют одной из старинных магий.

– Как наш Императорский Огонь?

– Да. Как ты знаешь, Императорским Огнём может владеть только человек императорской крови, то есть ты и я. И только труанские императоры поддерживают это искусство до сих пор, у других оно не сохранилось. Что даёт нам некоторое преимущество, – сказал император. – Согласно древним легендам когда-то существовала и другая магия, которая позволяла управлять всеми живыми организмами. Эрельские воины известны своими особенными отношениями с лошадьми.

– Всем известно, что эрельские лошади – самые лучшие.

– Да, но в наших руках они просто самые быстрые и выносливые лошади. А в руках эрельцев они делают удивительные вещи, не свойственные лошадям, например по команде хозяина могут замолчать, замереть неподвижно, отказаться от еды, подать сигнал. Я видел это своими глазами. Ещё ходит слух, что во внутренних покоях замка есть огромный серебристый леопард, который охраняет императорскую семью.

– Скорее всего там просто висит ковёр с их гербом, – улыбнулся Азор.

– Может быть. Но слух здесь, слух там… всё вместе это меня беспокоит. От лошади недалеко и до человека. Могут ли они влиять на действия человека? Хорошо бы разузнать, есть ли у них эта магия, и как далеко она простирается.

– Такая магия была бы очень опасной.

– Да, Азор, и поэтому очень важно добиться полного доверия Ула и выяснить их секреты. А теперь ты можешь идти. Только загляни к матери, она хотела согласовать с тобой десерты.

В тот же вечер в замке Эреля император Одэн выслушал доклад главного конюха, что великолепный эрельский жеребец, предназначенный в подарок труанскому принцу, выгулян, накормлен и находится в самом лучшем виде для завтрашней поездки. Потом вошёл камердинер и доложил, что ужин подан.

Император Одэн и принц Ул ужинали в тот вечер вдвоём.

– Ул, – обратился император к сыну, – День Совершеннолетия труанского принца – это большой праздник. Он продлится по крайней мере неделю. Если принц Азор пригласит тебя остаться на всё время, соглашайся. Я хотел бы, чтоб ты с ним подружился. Вы ровесники, у вас много общих интересов, это было бы вполне естественно.

– Вот уже много лет у нас мирные отношения, – пояснил Одэн, – но мне не нравится, как они интенсивно укрепляют армию в последнее время. Труану нельзя доверять. Старина Форг всегда стремился расширить свои владения, и захватить Эрель – его мечта. Постарайся добиться доверия Азора и, ещё лучше, стать его близким другом, и узнавать их секреты, так сказать, из первых рук.

– Вряд ли Азор станет выкладывать мне государственные секреты, даже как близкому другу.

– Не напрямую, конечно, но если ты будешь с ним часто общаться и будешь вхож в его узкий круг, то со временем выяснишь всех главных лиц, – в армии, в министерстве, – тех ключевых людей, кто принимает основные решения. И если они будут делать вдруг какие-то резкие и активные действия, ты это тоже заметишь. Даже просто знание, что они что-то предпринимают, будет очень полезно.

– Ты считаешь, я смогу раздобыть больше информации, чем наши информаторы?

– Кто знает, принц может знать больше, чем министры и генералы. Во-вторых, чем больше каналов информации, тем лучше. В-третьих, дружба принцев будет хорошо смотреться с политической точки зрения и подчеркнёт наши миролюбивые намерения. И в-четвертых, в крайнем случае, если они на нас нападут, наша лучшая стратегия – сбить их первый натиск. Благодаря Эликсиру Жизни, наши воины не знают усталости, и наши раненые выздоравливают очень быстро. Что даёт нам большое преимущество в долгой перспективе. Но, как ты знаешь, у Труана гораздо больше природных ресурсов, больше армия и мощнее оружие. Если они смогут напасть неожиданно и по большому фронту, они могут захватить Эрель раньше, чем мы восстановимся. Но если мы будем готовы и сможем быстро ликвидировать ключевых людей, включая принца, то победа будет за нами.

– Ты хочешь, чтобы я убил принца Азора?!

– Только как крайнее средство, сын мой! Я тоже против кровопролития, но нельзя сбрасывать со счетов, что Азор – единственный наследник Труана, и Форг сильно к нему привязан. Гибель Азора или хотя бы серьёзное ранение, сильно выбьют Форга и весь Труан из колеи. Полезно иметь такой козырь в руках.

Видя хмурое выражение своего сына, Одэн добавил:

– Не забывай, мы имеем дело с труанцами, они известны своей жестокостью и не остановятся ни перед чем, чтобы добиться своей цели.

Принц Ул никогда этого не забывал. История Эреля была полна войн с Труаном, и в последнюю войну труанцы особенно отличились тем, что нападали на военные госпитали и уничтожали всех, от раненых до врачей и медсестёр. Его собственная мать, тогда ещё молодая медсестра Ума, была ранена в живот во время одной из таких атак. После чего рождение принца стоило ей жизни. От рук же труанцев погиб отец его лучшего друга и молочного брата Торо, погиб ещё до рождения Торо.

– Я помню, отец, – сказал Ул. – Только, не делает ли это нас такими же, как они?

– Нет. Мы никогда не нападали на них первыми и не собираемся. Но если Эрелю будет угрожать опасность, это наша с тобой ответственность – защитить его.

– Да, отец. Я подружусь с Азором.

2. Совершеннолетие Азора

Вечером накануне дня рождения Азора в столицу Труана стали прибывать гости из соседних государств. Уже прибыли правители соседних Истана и Дэлла. Их флаги трепетали над воротами замка рядом с бордово-золотыми знамёнами Труана.

Прискакал курьер с границы и доложил о приближении эрельцев. Азор в это время был на балконе в компании своих друзей офицеров. Рядом с ним был и его лучший друг по прозвищу Бешеный Пёс. Наверно, у него было когда-то обычное имя, но все называли его Бешеным Псом, он и сам себя так называл, и имя постепенно забылось. Бешеный Пёс был богатырского телосложения, в бою был неудержим, очень вспыльчив и вполне соответствовал своему прозвищу. Даже его волосы, заплетённые в тугую косу, чтобы не мешаться в бою, напоминали короткий хвост бойцового пса. Многие воины и даже офицеры его побаивались, но он был абсолютно предан принцу Азору.

На дороге, ведущей к замку, показалась группа всадников. Флаги Эреля с изображением серебристого леопарда трепетали над их головами. Впереди скакали император Одэн и наследный принц Ул, их кремовые плащи, расшитые серебром, развевались за ними от быстрой скачки. Их сопровождала дюжина воинов и пара запасных коней без всадников.

– Чёрт побери, какие кони! – проговорил Бешеный Пёс. – Чего не скажешь о принце Уле. Как-то он не производит впечатления. Хиловат.

– Зато тебе нужно источать вежливость и гостеприимство, – напомнил Азор. – Так что держи своё мнение при себе, когда они прибудут в замок.

– Ох уж эта государственная политика, – проворчал Пёс. Азор похлопал его по плечу.

– Пожалуй, мне пора вниз, встречать гостей, – сказал он и спустился во внутренний двор.

Императоры и принцы обменялись любезными приветствиями. Принц Ул произвёл на Азора противоречивое впечатление. Он был похож на своего отца, но был более изящной и может быть даже хрупкой его версией. Однако его рукопожатие было твёрдым и сильным. Его изящная рука явно была рукой воина. Его чёрные волосы, собранные на макушке кольцом с изображением серебристого леопарда, растрепались от быстрой езды и придали ему слегка дикий вид, несмотря на роскошные императорские одежды. Держался он очень уверенно, что граничило с надменностью, но взгляд его был умный и внимательный. И когда он улыбался, его глаза улыбались вместе с ним, что, надо признать, было большой редкостью среди крупных политических фигур.

На следующий день вся страна ликовала и праздновала совершеннолетие принца Азора, которого в Труане очень любили. Эрельцы подарили ему великолепного эрельского скакуна, поистине императорский подарок. Даже его имя отлично подходило ему – Сорель, что на языке древних означало “стремительный”. Столы ломились от яств, вино текло рекой. Гостей развлекали военным парадом (заодно продемонстрировав военную мощь Труана) и театральным представлением. День закончился красочным салютом и императорским балом во дворце. На балу Ул поднял бокал вина в честь Азора:

– Ещё раз с Днем Рождения, принц Азор! Я был много наслышан о труанских салютах, и признаюсь, сегодня салют оправдал все мои ожидания, и даже превзошёл их.

– Я рад, – улыбнулся Азор. – Но это только начало. Праздник продлится всю неделю. Будет много состязаний, стрельбы, скачки. Я уверен, в конце будет ещё один салют. Я был бы рад, если бы вы могли остаться на всю неделю и поучаствовать.

– Спасибо за приглашение! Это было бы великолепно. Отец вряд ли сможет задержаться, но я и несколько моих воинов с удовольствием останемся.

На следующий день гости из других стран разъехались по домам. Император Одэн вежливо сослался на неотложные государственные дела и уехал со своей свитой домой в Эрель, а принц Ул со своим телохранителем Торо и лучшими воинами спецотряда остался на весь праздник. Этот день был занят всевозможными конными состязаниями: выездка, препятствия и скачки. Труанские и эрельские воины друг другу не уступали в искусстве верховой езды. На скачках первым пришёл принц Ул, вторым – Торо, а принц Азор – третьим. Надо признать, что оба Ул и Торо обладали тем преимуществом, что были явно легче, чем высокий и мускулистый Азор, но всё равно это была отличная реклама эрельским лошадям.

– Пусть радуются, – усмехнулся Бешеный Пёс. – Это последнее состязание, которое они выиграли.

Второй день состоял из разнообразных состязаний в силе. Труанцы явно были в своей стихии, особенно Бешеный Пёс, но и Мика (командир эрельских воинов, который славился своей силой) не отставал.

Кульминацией дня была борьба с животными. В центре квадратного загона был наполовину закопанный сундук. В сундуке лежал небольшой труанский флаг. Сундук был заперт на ключ. В центре крышки сундука было массивное кольцо, к которому крепкой верёвкой привязывался зверь, преимущественно свирепый и опасный. Воину давался только один кинжал и ключ от сундука. Задача была – достать флаг. Верёвка позволяла зверю покрыть почти всю площадь загона, только в самых углах воин был в относительной безопасности. Фактически, задача сводилась к борьбе со зверем и его убийству.

Всего было приготовлено 6 разных зверей: большой медведь, болотный волк, серебристый леопард, огромный дикий кабан, гигантский дикобраз и крупный самец болотных обезьян. Все, как на подбор, очень опасные противники. И Труан, и Эрель выставили по три воина: Ул, Торо и Мика со стороны Эреля и Азор, Бешеный Пёс и Несс от Труана.

– Чёрт бы побрал этих проклятых труанцев, – процедил сквозь зубы Торо. – Мало того, что они убивают животных для потехи, они ещё и серебристого леопарда включили, чтобы убить у нас на глазах.

– Держу пари, они сделали это специально, – пробормотал Мика. Принц Ул ничего не сказал, но взгляд его был жёстким и холодным.

Эрельцы явно недооценили коварство императора Форга. Он не просто хотел убить животное – символ Эреля на их глазах, но хотел сделать это руками эрельского принца. Ну или хотя бы унизить принца, если тот откажется от поединка. Объявили, что воины будут тянуть жребий, кому с каким зверем сражаться. Форг приготовил 2 одинаковые банки: в одной было шесть бумажек с надписью “серебристый леопард”, а в другой – пять бумажек с оставшимися животными. Он лично взял первую банку и поднёс принцу Улу, чтобы “почётный гость выбирал первым”. Ул выбрал бумажку, Форг небрежно сунул банку под мышку, и зачитал вслух бумажку Ула:

– Серебристый леопард! Достойный противник!

Среди труанцев пробежал ропот. Эрельцы хранили гробовое молчание. Форг вернул бумажку Улу, достал из под руки банку (только уже другую) и протянул её Азору. Тот вытянул волка. Потом тянули остальные, и Торо досталась обезьяна, Мике – кабан, Псу – медведь и Нессу – дикобраз. Форг объявил, что принцы будут сражаться со своими животными последними.

– Что будем делать? – Мика спросил Ула. Было видно, что он готов сражаться с толпой труанцев до последней капли крови, если такова будет команда принца. Остальные эрельцы сплотились плотнее вокруг своего принца, выражая такую же твёрдую решимость.

– Вы пока делайте своё дело, – сказал Ул, обращаясь к Торо и Мике, – а там посмотрим.

Поединки начались. Несс, Торо, Бешеный Пёс и Мика успешно справились со своими зверями. Все, кроме Торо, получили раны и царапины, но несерьёзные. Мика пошутил, что Торо своей гибкостью и ловкостью превзошёл даже болотную обезьяну.

Потом Азор вышел к волку. Зверь оскалил зубы и мощным рывком рванулся к горлу ненавистного человека. Азор отклонился и в тот же миг вонзил свой кинжал в горло волка. Длинные жёлтые клыки хищника только оцарапали плечо Азора у основания шеи. Поединок закончился рекордно быстро, – всего за несколько секунд. И вот уже Азор гордо демонстрировал зрителям флаг из сундука.

Флаг снова заперли в сундуке, Азор вручил ключ Улу. Загон прибрали, кровь волка засыпали свежими опилками и песком. Вывели и привязали к кольцу серебристого леопарда. Точнее, леопардиху. Ул сразу заметил, что это самка, причём оторванная от её детёнышей, – были заметны соски, полные молока. Конечно, самый опасный противник – мать, разлучённая с детьми. Ул вышел в загон и встал в углу, сжимая в руке кинжал. Леопардиха совершенно молча и мрачно подошла почти вплотную к нему, насколько ей позволяла верёвка. У неё был совершенно чёрный нос, что очень необычно для серебристых леопардов. В её глазах была бездонная тоска и ненависть к жестоким двуногим животным, разлучившим её с детёнышами. Её эмоции накатывали на Ула, как мощные волны. И никакого инстинкта самосохранения там не было, только тоска и ненависть и желание дорого продать свою жизнь. И в мозгу Ула, а может быть в его сердце, возник отчетливый образ трёх маленьких, пушистых комочков в её тёмном логове, тычущихся в поисках матери и её молока, и находящих только пустоту. И Ул решился. Он метнулся к ней навстречу, обхватил её шею левой рукой и зафиксировал её на секунду. Этой секунды было достаточно, чтобы правой рукой аккуратно перерезать верёвку у неё на шее. Они отпрянули друг от друга, только теперь леопардиха была свободна, и никакой угол не был безопасным. Все зрители вздохнули как один человек и затаили дыхание. Ул и зверь впились глазами друг в друга, но не нападали. Мех на холке леопардихи стоял дыбом, Ул сжимал кинжал, готовый защищаться. “Я друг! – мысленно твердил ей Ул. – Я не хочу тебе вреда”. Оба замерли в полной неподвижности. Только ноздри зверя раздувались, как будто она принюхивалась к Улу. Потом она вдруг собралась как пружина, отвела взгляд от Ула, одним мощным прыжком перемахнула через ограждение и зрителей, и скрылась в лесу, который начинался сразу за замком. Раздались перепуганные крики, в лес полетели запоздалые стрелы, но леопардиха уже исчезла из виду, и след её простыл.

Тем временем Ул открыл сундук и достал флаг. Зрители роптали и волновались. Раздавались выкрики, что Ул победил нечестно. Форг властно поднял руку, и все затихли.

– Я думаю, пусть именинник решает, честная ли была победа, – провозгласил он.

– Это было очень нетрадиционно, – сказал Азор, входя в загон и обращаясь к Улу.

– На одну и ту же вершину можно взойти разными путями, – спокойно ответил Ул.

– Верно. Задача была достать флаг, и задача решена. Я считаю, победа честная и очень оригинальная! – объявил Азор, пожимая Улу руку.

Позже, в комнатах эрельцев Торо обработал рану Мики и смазал её заживляющим кремом. В его состав входил Эликсир Жизни, и рана быстро затянулась, благо она была поверхностная. Через час только бледный шрам напоминал о ней.

За ужином император Форг объявил, что завтра состоится марш-бросок. Четыре пары воинов – один труанец и один эрелец в каждой – будут заброшены в неизвестные заранее точки, откуда они должны будут выбраться назад к замку.

– Местность очень пересечённая и нужно ожидать, что угодно: болото, реку, лес, скалы. Это займёт примерно сутки. Каждая пара получит стандартный походный набор, чтобы они все были в равных условиях. Нельзя брать ничего сверх этого набора – только походная одежда и личное оружие. Задача – прийти в замок как можно быстрее. Сбор завтра в 8:00 в этом зале. Есть ли вопросы?

– Известно ли, кто из труанцев будет участвовать? – спросил Ул.

– Пока нет. Они должны будут выбрать четверых до завтрашнего утра. Так же как и вы, – Форг склонил голову в сторону Ула и многозначительно улыбнулся. – Но я лично очень надеюсь, что оба Высочества составят одну из пар.

Ул вежливо улыбнулся и кивнул в ответ.

После ужина эрельцы решали, кто должен участвовать в марш-броске. Все хотели попробовать свои силы на труанской территории. После некоторого раздумья принц Ул сказал:

– Это не просто спортивное состязание. Это возможность узнать поближе ключевых воинов Труана. И о Труане, и об их армии. Жаль, мы не знаем, кто будет с их стороны. Точно будет принц Азор, и скорее всего этот Бешеный Пёс. Остальные два неизвестны. Мика, я думаю тебе стоит пойти в паре с Псом. Он скорее пойдет на контакт с тобой, чем с кем-то ещё. Я пойду с Азором. А ещё двое – жребий из желающих.

Желали все. Мика отсчитал 6 спичек и сломал одну пополам:

– Короткие идут завтра марш-бросок.

– Подожди, – Ул забрал одну из длинных спичек, – Торо, ты останешься тут.

– Почему?! – возмутился Торо. – Я тоже хочу.

– Конечно хочешь. Но ты здесь не для развлечений, а для моей охраны.

– Вспомнил! И как мне охранять твоё высочество, когда ты будешь неизвестно где с вражеским принцем?!

– Именно. И если мне понадобится твоя помощь, я хотел бы, чтобы ты был известно где и готовый действовать, – мягко, но твёрдо сказал Ул.

– Вот так всегда, – проворчал Торо.

Короткие спички достались Сепу и Джейку. Ул обратился к остальным:

– В моё отсутствие Торо остаётся за главного.

В это время Форг и Азор разговаривали в кабинете императора.

– Этот принц Ул не так прост, как кажется, – размышлял вслух Форг. – Как он освободил леопарда! Уж не применил ли он древнюю магию?

– По-моему, он совсем не был уверен в исходе. Он был готов сражаться. У меня сложилось впечатление, что он сильно рисковал.

– Но как самоуверенно он держался после. На одну и ту же вершину можно взойти разными путями. Ничего, марш-бросок поставит его на место, и он станет тихий и кроткий.

3. Марш-бросок

Пары забросили в разные точки болота. Принц Азор сориентировался по карте и указал Улу их примерное местоположение.

– Мы где-то тут. Замок здесь. Напрямую – непроходимое болото. Кратчайший путь его обойти, – это через вот этот перешеек. Давай выйдем к болоту и пойдем по краю, там точнее сориентируемся.

– Хорошо.

Местность, по которой они шли, была болотистая, но проходимая. Там и сям росли деревья, и трава вокруг них образовывала достаточно плотные кочки. По ним они и пробирались. Но скоро они вышли к открытому месту, покрытому ковром болотных растений, переплетённых друг с другом. Это выглядело как ярко-зелёное поле, но Ул знал, что это впечатление обманчиво. Он подошёл и потрогал зелёный ковёр ботинком. Ковёр заколыхался волнами.

– Гиблое место, – сказал Азор, – плыть невозможно, идти тоже, – зелень не выдержит веса человека, а под ней очень топко. Только белка здесь может проскочить. Зато я знаю точно, где мы, – и он показал точку на карте. – Ближайший проход через топь вот здесь. С полчаса хорошим ходом.

– А потом? Вот эти скалы выглядят крутыми, – Ул показал на плотное скопление топографических линий на карте. – Там есть проход?

– Без специального снаряжения мы там не пройдём. Поэтому нам надо будет по этой ложбине выйти вот сюда.

– То есть практически вернуться назад, только по тому берегу.

– Да.

– Значит, если бы мы смогли переправиться тут, то сэкономили бы целый час?

– Да, но мы не можем тут переправиться. Или ты умеешь выращивать крылья? – усмехнулся Азор.

– Нет, не умею, – задумчиво ответил Ул.

Они прошли немного вдоль берега болота и достигли узкого места. С противоположного берега в болото вдавался небольшой сухой мыс, поднимающийся потом на каменистую полку. На мысу рос высокий густой куст рябины. Судя по всему, там была плотная хорошая почва, иначе куст бы не вырос такой большой. И хотя куст казался так близко, всё равно до него было метра три топи, покрытой яркой зеленью.

– Давай передохнем тут 5 минут, – предложил Ул.

– Что, ты уже устал?! Нам надо быстро двигаться!

– Если мы придумаем за 5 минут, как здесь переправиться, то выиграем минут сорок.

– Ты умеешь прыгать на 3 метра? – в голосе Азора звучал сарказм.

– Нет, но та рябина высотой примерно 3 метра. Что, если мы сможем пригнуть её на эту сторону?

– Хм, может сработать, – Азор уже отвязывал верёвки от своего рюкзака. Сарказм его полность испарился, и он загорелся идеей Ула. Они привязали увесистую корягу к концу верёвки и стали забрасывать её за рябину и пытаться пригнуть её к себе. К сожалению, гибкость рябины работала против их идеи, – ветки легко раздвигались и не цеплялись за корягу достаточно долго.

– Эх, хорошая была идея, – с сожалением сказал Азор и стал сматывать верёвку.

– Подожди. У меня есть другая идея, – сказал Ул, трогая рукой упругое покрывало из зелени на топком месте. Он снял свой кремовый плащ, расстелил его на поверхности болота и стал обвязывать вокруг себя конец верёвки. Потом он лёг на живот и стал заползать на плащ, стараясь распластаться пошире. Плащ прогибался под ним, на него затекали струйки болотной жижи, но плащ держал.

– Давай твой плащ, – попросил он Азора.

Снимая свой плащ, Азор поморщился, – вчерашняя рана, полученная от волка, болела. Но он был воином и умел игнорировать боль. Он протянул плащ Улу и взялся за другой конец верёвки, готовый вытащить Ула, если тот провалится. Ул успешно заполз на свой плащ целиком, осторожно забросил плащ Азора так, что покрыл всё оставшееся расстояние до мыса. Медленно, но верно Ул переполз на противоположный берег. Очень довольный он повернулся к Азору:

– Не так плохо быть лёгким! – Он привязал свой конец верёвки к основанию самого толстого ствола рябины и вытащил плащ Азора, – Захвати мой плащ, пожалуйста.

– А я? – спросил Азор.

– Ты тяжелее меня, можешь провалиться, – с этими словами Ул стал наклонять рябину через болото. Азор быстро сообразил, связал серединой верёвки оба рюкзака, поймал макушку рябины и пропустил верёвку через крепкую ветку, так, чтобы Ул мог потом спустить рюкзаки. Азор выдавал свой конец, Ул выбирал свой, и вместе они постепенно распрямили рябину и переправили рюкзаки на другой берег. Потом вместе наклонили рябину ещё раз, Азор обвязал верёвку вокруг себя и по рябине перебрался на ту сторону.

– Неплохо! – довольно сказал Азор. – Мы срезали большую петлю. Теперь у нас в запасе 45 минут.

– По карте тут есть поблизости ручей. Сможем мы там прополоскать плащи? – спросил Ул.

– Тут есть ещё лучше! – подмигнул Азор.

Скоро они вышли к ручью, на котором был отличный маленький водопад, совсем как природный душ. Под водопадом образовался естественный водоём по пояс глубиной с прозрачной водой. Они сделали привал. Азор стянул с себя рубашку (и снова боль пронзила его шею и плечо) и с наслаждением погрузился в чистую холодную воду. Вода приятно охладила рану, и боль притихла. Азор закрыл глаза и наслаждался. Ул, как был, в рубашке, встал под водопад. Струи воды приятно омывали тело и смывали вонючую болотную грязь.

Скоро Азор почувствовал, что ему холодно. Он встал, чтобы выйти из воды, но у него закружилась голова, и он чуть не упал. Ул успел подставить ему плечо и помог выбраться на берег. Тут он заметил рану Азора. Она воспалилась и покрылась тонкой зеленоватой плёнкой.

– Плохие новости, – сказал он Азору. – В твоей ране инфекция треплокока, что, к сожалению, бывает при укусе болотного волка. Что они только не цепляют в своих болотах.

– Ты уверен? – нахмурился Азор. Сам он не мог рассмотреть рану, но треплокок – это было серьёзно. Треплококовая инфекция развивалась очень быстро и была потенциально смертельна, особенно в походных условиях.

– Да, – кивнул Ул, – характерная зелёная плёнка. На подходе к ручью я видел заросли опелии. Я пойду соберу её и промою тебе рану. Ты сможешь набрать хворост?

– Да, смогу. Только что толку от опелии, она тут не цветёт.

– Листья, конечно, слабее цветков, но всё равно продезинфицируют рану.

– Лучше мы не будем терять время и пойдём к замку.

– Замок не в двух шагах. Треплокок – это серьёзно. Тут каждый час важен. У нас есть запас времени. Я обработаю твою рану, и ты будешь как новенький.

Азор чувствовал, как волны жара и дурноты накатывали на него. По крайней мере, немного отдохнуть было бы неплохо, и он согласился.

Ул вернулся туда, где видел опелию. Опелия – замечательное целебное растение. Все её части обладают дезинфицирующим, противовоспалительным и заживляющим свойствами, а цветки были особенно богаты целебными веществами и были способны творить чудеса. К сожалению, Азор был прав: Ул внимательно осмотрел все растения и не нашёл даже бутонов. Время для её цветения было подходящее, но опелия была очень чувствительна к почве, и болотная почва ей не нравилась.

Ул посмотрел, что делал Азор. Тот уже набрал хворост и разжигал костёр. Ул повернулся к нему спиной и взялся пальцами за стебель опелии. Пара глубоких вдохов, немного убрать ощущение искр из пальцев…, и на стебле набухли три бутона. Ул сорвал один из них. Ещё один вдох и выдох, и оставшиеся два распустились красивыми тёмно-синими цветами. Ул сорвал их и спрятал в рукаве. Потом он нарвал листьев и вернулся на полянку, где уже весело потрескивал огонь. Ул набрал воды в котелок и поставил на огонь.

– Тебе повезло, – сказал он Азору и показал ему бутон опелии. – Не цветок, конечно, но в сто раз сильнее листьев.

Ул размял и растёр половину листьев и бутон в миске. Вода в котелке закипела. Он отлил немного в кружку и поставил в ручей, чтобы быстрее остыла. В котелок он засыпал оставшиеся листья, чтобы сделать настой. Когда вода в кружке достаточно остыла, он стал по капле добавлять её в пасту из листьев и бутона, что немедленно окрасило её в синий цвет. Отвернувшись от Азора, Ул незаметно добавил в пасту цветки опелии, паста стала интенсивно синего цвета. Убедившись, что листья в котелке настоялись, он наполнил кружку отваром и протянул Азору:

– Выпей это.

Труанцы отлично знали свойства опелии. Азор и его воины часто пили отвар из её листьев в походах. Он бодрил и придавал силы. Поэтому Азор выпил содержимое кружки. Тем временем Ул охладил котелок с остатком настоя в ручье до температуры тела. Он слил настой в кружку Азора, оставив листья на дне котелка. Ул подошёл к Азору, в одной руке он держал кружку с настоем, а в другой – толстую крепкую соломинку.

– Я буду снимать плёнку, – сказал он Азору. – Будет больно. Постарайся не шевелиться, тогда будет быстрее и менее болезненно.

Азор кивнул и сел поудобнее. Ул осторожно зацепил край бактериальной плёнки соломинкой и стал медленно, но уверенно наматывать её на соломинку, одновременно поливая открывающуюся рану тёплым отваром из кружки. Отвар действовал на рану неожиданно успокаивающе, боль была терпимой, и Азор сидел неподвижно. В результате вся плёнка намоталась на соломинку. Ул убедился, что ни клочка её не осталось на ране, промыл рану остатками отвара и бросил соломинку с плёнкой в костёр. Потом замазал рану опелиевой пастой и залепил её мокрыми листьями из котелка, как пластырем. Листья быстро подсохли и прилипли к коже по краям раны. Тогда Ул наложил поверх листьев марлевую повязку из походной аптечки.

Азор почти сразу почувствовал себя лучше. Он потрогал повязку на плече и спросил:

– Такое впечатление, что ты уже не раз это делал. Ты врач?

– Нет, – рассмеялся Ул и бросил Азору его рубашку, – любой эрельский воин это умеет. Элементарная обработка ран в походных условиях.

Он придержал край рубашки, чтобы помочь Азору её надеть, и сел рядом.

– А леопард вчера? Как ты уговорил его уйти? Выглядело, как магия.

– Ты смеешься? – Ул посмотрел на Азора в упор. – Здравый смысл и ничего больше.

– Здравый смысл заставил бы его напасть на человека, – настаивал Азор.

– Её, – поправил Ул. – Это же была самка, у которой недавно родились детёныши. Её здравый смысл заставляет защищать их любой ценой.

– И?

– Они без неё погибнут. Если бы ты был на её месте, и у тебя был бы выбор: смириться с их и своей гибелью, но отомстить, убив ненавистного человека; или оставить человека в покое, вернуться к детёнышам и тем самым спасти их, что бы ты выбрал?

– Логичнее вернуться к детёнышам. Но я человек, а она – зверь. Ею движут инстинкты, а не логика.

– В её ситуации инстинкт побуждает её защищать детёнышей. Пока она была привязана, у неё не было такого выбора. Я ей этот выбор дал и сильно надеялся, что материнский инстинкт пересилит жажду мести.

– Сработало.

– Зверям не свойственно желание мстить. Это что-то человеческое. К тому же, серебристые леопарды – очень умные животные.

Они немного помолчали.

– Пять минут на отдых и пойдем. Как ты, лучше? – спросил Ул.

– Да, – кивнул Азор, – гораздо лучше. Спасибо, – и он положил руку на плечо Ула. На Уле была только тонкая рубашка, и Азор почувствовал под ней что-то постороннее.

– Ты носишь кольчугу? – удивился он.

– Типа того, – вздохнул Ул в ответ и отогнул верхний край рубашки. Под ней виднелась лента из плотной но гибкой кожи. – Что-то среднее между кольчугой и корсетом. У меня не хватает половины ребра. Врождённый дефект. Без этой штуки при любом физическом упражнении моё лёгкое может выпучиться наружу, что весьма неудобно. И больно. Эта броня решает проблему.

– И тебе надо носить её всё время? – во взгляде Азора мелькнуло что-то, похожее на сочувствие.

– Только не вздумай меня жалеть. Просто у одних внутренний скелет, а у других – внешний, у крабов например. И неизвестно ещё, кому лучше. Но я буду тебе очень благодарен, если ты не будешь распространять эту информацию. Люди иногда воспринимают это как неполноценность и чувствуют жалость, что даёт мне несправедливое преимущество, в поединке например. А я люблю побеждать честно, – Ул широко улыбнулся. У него была очень приятная улыбка.

– Договорились, – улыбнулся в ответ Азор.

– Это что, – сказал Ул, собирая рюкзаки, – у меня нет другого выбора, а вот Торо носит такую же штуку за компанию. Говорит, как мой телохранитель, он должен быть в моей шкуре. В буквальном смысле.

– Он тебе очень предан, этот Торо.

– Он мой молочный брат, – просто сказал Ул.

Пора было двигаться дальше. Ул переложил в свой рюкзак несколько тяжёлых вещей из рюкзака Азора.

– Через полчаса я тебе их отдам, – заверил он Азора.

Они стали подниматься в гору, пробираясь через лес, который становился всё гуще. Азор хорошо ориентировался, и они продвигались быстро.

Действительно, через полчаса рана совсем перестала болеть, и Азор забрал свои вещи у Ула. Скоро они вышли на широкую открытую поляну. В середине поляны стояла странная конструкция, напоминающая катапульту.

– Промежуточная станция, – сказал Азор. – Тут мы посигналим, что мы сюда дошли, и у нас всё в порядке. Доставай свою ракету.

Они достали из рюкзаков сигнальные ракеты. Ракеты были двух типов: стресс-ракеты были помечены чёрной полосой и предназначались для предупреждения об опасности и призыва о помощи, и ракеты-маркеры, которые использовались в состязаниях и были помечены цветом каждого участника. Для принцев приготовили ракеты их национальных цветов: бордовый для Азора и светло-жёлтый для Ула.

Конструкция на поляне действительно оказалась катапультой для запуска маркеров. Пружина катапульты была тугая, и Улу пришлось использовать всю массу своего тела, чтобы начать притягивать чашу катапульты вниз. Видя, что Улу просто не хватит массы, чтобы удержать чашу в нижнем положении, Азор перехватил верёвку и притянул чашу.

– Не так плохо быть тяжёлым! – усмехнулся он Улу. – Поджигай фитиль и складывай ракеты в чашу.

В чаше оказались ветки и листья, которые могли потушить фитиль или помешать ракетам высоко взлететь. Чтобы убрать мусор, Улу пришлось залезть на край чаши. Принцы посмотрели друг на друга и оба представили, как живописно полетит Ул, если Азор отпустит верёвку. Обоих разобрал смех. Азор вцепился в верёвку изо всех сил и простонал сквозь смех:

– Быстрее давай, я долго не продержу.

Ул очистил чашу, положил в неё зажжённые ракеты и спрыгнул в сторону. В следующий момент катапульта запустила их в воздух. Над лесом ракеты раскрыли парашюты и выпустили хвосты цветного дыма – бордового и светло-жёлтого.

– Похоже, что мы пока первые, – довольно сказал Азор. Он достал карту и сориентировал её по местности. Дальше им предстоял ещё кусок леса, тоже круто вверх, а потом путь преграждала река в глубоком каньоне.

– Каньон отвесный и глубокий. Тут и тут есть мосты. По краю каньона есть тропа. Давай выйдем на неё, там определим наше точное положение, и решим, к какому мосту ближе, – объяснил Азор. Ул кивнул.

Дальше лес пошёл совсем густой и тёмный. Шли медленно, тропы не было. Вскоре они вышли на небольшую прогалину. Кроны соседних деревьев смыкались над ней, и там тоже царил полумрак.

Внезапно лес вокруг них зашевелился и огласился громкими воплями. Оказалось, что они вышли прямо на место отдыха диких обезьян. Самцы бросились на них со всех сторон. Самки и детёныши вопили изо всех сил. Даже один самец являлся грозным противником, а их была по крайней мере дюжина.

Азор и Ул, не сговариваясь, выхватили мечи и, прикрывая друг другу спины, отражали атаку за атакой. Мечи косили обезьян, но на место павших прыгали новые. Самцы атаковали и с земли, и с деревьев. Самки помогали в меру сил, швыряя в людей камни и кокосы. Принцам приходилось туго.

– Надо добраться до вожака, – прокричал Азор, стараясь перекрыть вопли животных.

Наконец, Ул заметил вожака. Это был самый крупный самец, он сидел в глубине, на толстой ветке. В бой он не ввязывался, но издавал грозные гортанные звуки и сильно жестикулировал, призывая сородичей к драке. Ул и Азор, спина к спине, стали продвигаться к вожаку.

Вдруг раздался низкий рокочущий рык. Он, казалось, игнорировал оглушающий шум на поляне и проникал в самые кости. Мелькнула серебристая молния, и вдруг стало тихо. Все обезьяны замерли, как по команде. На ветке вожака сидел серебристый леопард, сжимая шею главной обезьяны в своей пасти. Голова вожака безжизненно свешивалась под неестественным углом. Не выпуская добычу из пасти, леопард снова зарычал. Обезьяны молча бросились в рассыпную. Леопард легко спрыгнул на землю, положил тело вожака и сделал два шага в сторону людей. Его жёлтые глаза светились в полумраке.

– Это тот самый леопард? – изумлённо прошептал Азор. Ул тоже заметил необычный чёрный нос.

– Она самая, – подтвердил он, пряча меч в ножны. Азор колебался долю секунды, но тоже убрал свой меч. Он чувствовал себя голым и беззащитным без оружия, но интуиция подсказала ему, что стоит повторять действия Ула. Ул медленно присел на корточки, дотянулся до ближайшей убитой обезьяны и подтащил её ближе к леопардихе, потом отступил к Азору. Леопардиха понюхала обезьяну, перешагнула через неё и подошла совсем близко к людям. Она приоткрыла рот, чтобы принюхаться как следует. Наверно она узнала Ула, потому что мех на её загривке опустился, и она издала приятный горловой звук. Ул издал похожий звук и пробормотал Азору:

– Предложи ей обезьяну тоже.

Азор медленно подтянул ещё одну обезьяну в сторону леопардихи, потом отступил и присел рядом с Улом. Когда он зашевелился, мех на загривке зверя снова встал дыбом, но она не зарычала. Когда Азор замер неподвижно на корточках рядом с Улом, она подошла ещё ближе и стала к нему принюхиваться.

– Не шевелись, дай ей запомнить твой запах, – еле слышно прошептал Ул и прислонился плечом к Азору. Леопардиха поняла, что хороший двуногий признаёт второго двуногого за друга, и успокоилась. Она подняла “угощение” Азора и отнесла его к телу вожака, потом на их глазах съела “угощение” Ула. Потом она взяла тушу вожака и скрылась с ней в густых зарослях в том же направлении, куда и им надо было идти. Принцы подобрали свои рюкзаки и тронулись в путь. Очень скоро они услышали приглушённый рокот воды, каньон был совсем близко.

На краю каньона они присели перекусить и осмотрелись. Каньон был очень узкий и глубокий. Реку не было видно, только белая пелена брызг поднималась из глубины.

– Ага! – воскликнул Азор. – Вот эта узость, – он показал на место на карте, а потом на скалы рядом с ними. В этом месте обе стены каньона нависали навстречу друг другу. Между ними оставалось всего метров 20 пустоты. И через этот провал тянулись на другую сторону лианы. Видимо, когда-то на краю росло большое дерево, покрытое лианами. Потом оно засохло и упало через каньон, образуя природный мостик. Со временем мощный ствол сгнил, оставив только лианы, которые продолжали расти и переплетаться между собой.

Ул и Азор уже заканчивали перекус, когда на их глазах из зарослей на их стороне бесшумно вынырнула знакомая леопардиха с тушей очередной обезьяны в пасти, лёгкой серебристой тенью мелькнула через лиановый мост и скрылась на противоположной стороне. Ул и Азор посмотрели друг на друга.

– Может, и мы можем тут перебраться, – проговорил Ул.

– Ты с ума сошёл. Это только несколько лиан, они нас не выдержат, – возразил Азор.

– Ты думаешь, ты тяжелее взрослого леопарда с тушей обезьяньего самца? – спросил Ул. Азор задумался.

– Пожалуй нет, – сказал он не очень уверенно.

– Я явно легче. Давай попробуем.

– Скорее всего мы просто потеряем время, – возразил Азор.

– Ты сам сказал, что мы пока опережаем остальных. Мы можем потратить 15 минут на попытку, – глаза Ула уже загорелись этой идеей, и его энтузиазм был заразителен.

– Хорошо, 15 минут, – Азор тут же достал верёвку и стал привязывать её конец к ближайшему крепкому дереву. Ул обвязал другой конец вокруг себя. Когда Азор был готов страховать, Ул полез по мостику. Лианы пружинили под ним, но выглядели устойчиво. Ул двигался уверенно, его движения напоминали движения леопарда. Через пару минут он уже был на другой стороне каньона. Он подыскал крепкое дерево, привязал к нему свой конец верёвки и организовал страховку. Сначала они переправили рюкзаки, а потом перебрался и Азор.

– Да, вполне крепкие лианы, – признал он. – Если так пойдёт дело, есть шанс выйти к замку сегодня вечером.

– Я бы не отказался, – улыбнулся в ответ Ул.

Сматывая верёвку, он заметил цветной дым высоко в небе и указал на него Азору:

– Смотри!

Фиолетовый и оранжевый дымы красиво переплетались в воздухе.

– Бешеный Пёс и Мика, – определил Азор.

Следующий час они пробирались по густому лесу. Потом лес поредел, и принцы вышли на плато. Они заметили обрывки зелёного и синего дыма в небе, и тут же появились новые ракеты – белая и ярко-жёлтая. Все группы добрались до промежуточных станций.

Идти по плато было легче, и через 2 часа они пересекли его и подошли к скалистому обрыву в долину, в которой виднелись башни замка. Они огляделись. Хребет, на котором они находились, слева изгибался и плавно спускался в долину близко к замку. Там он тоже обрывался светлыми скалами, но они были гораздо ниже. Что было прямо под ними, они не видели.

– Я не знаю, можно ли спуститься здесь. Никогда тут не был. Но вон те светлые скалы, рядом с замком, я хорошо знаю. Там мы спустимся, – сказал Азор.

Путь по хребту был очень разный. Принцам приходилось и пробираться через густые заросли, и преодолевать скалистые сбросы. Тут пригодились знания Азора местных гор, он объяснил Улу, какие породы легко крошатся или отслаиваются, а какие надёжные. Они вышли к светлым скалам, когда солнце только что село. Сумерки – не самое лучшее время для спуска по скалам, но Азор так часто бывал тут, что знал здесь каждую трещину, каждую зацепку.

Спустившись со скал, они сели передохнуть и перекусить у маленького ручейка. Ул осмотрел рану Азора и объявил, что она хорошо затянулась, и повязка больше не нужна. Пока они отдыхали, полностью стемнело.

Азор знал эту дорогу очень хорошо. Через час они уже подходили к замку. Страж на воротах не поверил своим глазам и поспешил записать время, когда Азор и Ул прибыли к воротам. Участников марш-броска ждали не раньше утра. Принцы побили все рекорды.

Император Форг уже лёг спать, и Азор приказал его не будить, а сообщить о их возвращении первым делом утром, когда он проснётся. Азор распорядился принести им ужин в малую гостиную через полчаса, и оба принца разошлись по своим комнатам принять душ и переодеться.

Торо читал книгу, когда появился Ул.

– Быстро вы! – обрадовался он.

– Душ и поесть. Я голодный как зверь. А потом спать.

Пока Ул мылся в душе, Торо вымыл корсет Ула, приготовил чистую смену. Он помог Улу надеть запасной корсет и одеться, и сопроводил его в малую гостиную.

– Должен же я тебя немного поохранять, – сказал он Улу.

В гостиной был накрыт стол с холодными закусками, фруктами и вином. Азор уже сидел за столом, но ждал Ула. Там же присутствовали труанские воины, только что сменившись с караула. Им не терпелось услышать подробности. Дождавшись, пока принцы слегка подкрепятся, один из воинов, наконец, задал вопрос, интересовавший всех:

– Ваши ракеты были первыми, и мы ожидали вас первыми, но всё-таки утром. Как же вам удалось прийти так быстро?

– Мы смогли немного срезать в паре мест, – небрежно ответил Ул.

– Мы нашли новый проход через каньон. Завтра покажу на карте, – пояснил Азор. Он кратко рассказал, как они заметили леопарда, проходящего по лианам, оценили, что их вес лианы тоже должны выдержать, и успешно там перебрались.

Сославшись на усталость, Азор и Ул разошлись спать.

Вернувшись в свои комнаты, Торо спросил Ула:

– Какое у тебя впечатление о принце Азоре?

– Он из тех людей, с кем лучше дружить, чем воевать.

– Ты думаешь, это реально?

– Шанс есть. У него острый и гибкий ум. Он открыт новому, быстро подстраивается под ситуацию. И в нём совсем нет жёсткости и жестокости его отца.

– Хм… а на вид и не скажешь… типичный наследник Форга.

– Ну, на вид все мы не такие, как внутри, – улыбнулся Ул.

4. Рисование и девушки

На следующий день Азор проснулся поздно. Когда он завтракал, к нему пришёл император Форг поздравить с рекордным марш-броском и расспросить о подробностях. Он сообщил, что вторыми пришли Бешеный Пёс и Мика рано утром. Они надеялись, что им удалось опередить принцев, и очень удивились, что Азор и Ул вернулись накануне. Через 2 часа после них появилась третья пара, а ещё через полчаса – четвертая.

– Ты молодец! Превзошёл самого себя! – похвалил Форг сына. – Показал этому напыщенному принцу, что значит настоящий воин!

“Это ещё кто кому показал,” – подумал Азор, а вслух сказал:

– В том, что мы пришли быстро, столько же его заслуги, сколько моей. Ты был прав, отец. Он не так прост, как кажется. Он находчив. Умеет использовать окружающее в свою пользу.

– Как ты думаешь, удастся ли тебе с ним сдружиться?

– Пожалуй, да, – Азор вспомнил, как откровенен был Ул накануне.

– Отлично, продолжай в том же духе!

После завтрака Азор навестил эрельцев и застал их за необычной игрой. Ул назначал какой-нибудь предмет объектом игры, участники внимательно рассматривали его несколько секунд, потом объект закрывался, и игроки рисовали его по памяти. Выигрывал тот, кто правильно нарисовал больше деталей. Играли по двое, потом победители играли друг против друга. Игра выглядела очень простой.

“Рисование?! Детский сад какой-то!” – удивился про себя Азор. Но он был истинный принц и знал, когда свои мысли лучше оставить при себе. Удивлённое и скептическое выражение промелькнуло на его лице всего лишь долю секунды, потом Азор умело превратил его в радостную улыбку. К тому же эрельцы, все до одного, играли с большим азартом, и это было заразительно.

– Что это за игра? – с интересом спросил Азор.

– Кто лучше нарисует предмет, рассмотрев его всего 10 секунд, – охотно ответил Ул, явно тоже увлечённый игрой.

Некоторое время Азор понаблюдал за игрой и заметил, что играли все, кроме Ула. Все воины рисовали удивительно хорошо, но Торо и Мика были сильнее всех. В финальном поединке они рисовали цветок фиалки. Когда они закончили, и Ул открыл фиалку на всеобщее обозрение, Азора впечатлило сходство обоих рисунков с оригиналом. Он решил, что в этот раз будет ничья. Однако эрельцы явно признали победу Мики.

– Эх, – разочарованно простонал Торо, а Мика расплылся в улыбке до ушей и снисходительно похлопал Торо по плечу:

– Есть, над чем работать, друг мой Торо!

Единственная разница между рисунками, которую смог заметить Азор, заключалась в том, что один лепесток на рисунке Мики был завёрнут, как и на оригинале, а у Торо он был более плоский.

– А ты не играешь? – обратился Азор к Улу.

– Не берут, – огорчённо вздохнул Ул.

– Почему?

– Его Высочество слишком хорошо рисует, игра была бы нечестная, – пояснил Мика.

– Хотел бы я посмотреть, как ты рисуешь, если эти двое боятся тебе проиграть, – Азор указал на финалистов.

Ул ничего не сказал, а просто подошёл к мольберту и начал рисовать. Он рисовал простым карандашом, быстро и уверенно. Из-под его карандаша стали прорисовываться контуры головы и черты лица. Азор и эрельские воины столпились полукругом за спиной принца Ула. Скоро стало очевидно, что он рисует Азора, даже набросок был очень похож. Ул ни разу не обернулся и не посмотрел на Азора, он рисовал по памяти. Через несколько минут портрет был закончен. Ул размазал пальцами грифель в некоторый местах, чтобы создать тени, и рисунок сразу ожил, стал объемным. Улу удалось очень точно схватить то удивлённо-скептическое выражение, которое промелькнуло на лице Азора в самом начале. При этом всё лицо выражало лёгкость и открытость, и уверенность в себе, так свойственные Азору, и искорки в глазах были очень Азоровые. Азор с приятным удивлением заметил, что Ул нарисовал его не так, как его обычно рисовали на официальных портретах, а так, как он сам себя ощущал.

– Похоже, – одобрил Торо.

Ул вопросительно посмотрел на Азора.

– Здорово. Мне нравится, – согласился тот.

– Дарю, – сказал Ул. Но когда Азор шагнул к рисунку, Ул воскликнул:

– Подожди! Ты ведь принц, значит тебя положено рисовать на коне и с мечом.

И он быстро, в несколько штрихов, добавил коня, наметил тело Азора и вложил ему в руку меч. Действительно, эта поза очень подходила для официального портрета или скульптуры, но в сочетании со скептическим выражением на лице, прорисованном гораздо более детально, это выглядело комично. Азор искренне расхохотался. Пожалуй, только другой принц мог уловить и оценить тонкую издёвку над официальной манерой рисования членов императорской семьи. Между принцами проскочила искра понимания. Ул загнул края рисунка так, чтобы они закрывали все, кроме головы, и сказал, закрывая и открывая края:

– Теперь у тебя есть два портрета – неофициальный и официальный.

– Супер! Спасибо.

После обеда были стрельбы, точнее, соревнования на меткость: метали ножи, топорики, секиры и, конечно, стреляли из лука. Поскольку эти соревнования не были связаны с пролитием крови, среди зрителей было много детей и придворных дам. В метании ножей непревзойдённую меткость проявил Сеп, один из эрельских воинов. Казалось, он просто вкладывал свои ножи в центр мишени. Даже Бешеный Пёс, который разделил второе место с Торо, вынужден был признать мастерство эрельцев.

Последним соревнованием дня была стрельба из лука. Когда стреляли на меткость в мишени на большом расстоянии, оба принца показали лучшие результаты. Они были единственными, кто поразил мишень в самый центр на расстоянии 500 метров.

Потом стреляли на скорость. Нужно было сбить 10 мишеней 10-ю стрелами. Мишени были достаточно близко, и многие стрелки в них попадали. Побеждал тот, кто делал это быстрее всех. У каждого стрелка было 3 попытки. И тут тоже с большим отрывом лидировали принцы. После второй попытки Ул опережал Азора всего на полсекунды. В третью попытку некоторые стрелки улучшили свой результат, но никто не показал время лучше, чем оба принца.

Наконец, Азор вышел к стенду для стрельбы. Он отрегулировал высоту столика для стрел, разложил на нём стрелы аккуратно в ряд и проверил, что до них удобно дотягиваться. Он ещё раз проверил и подтянул лук, приготовился и кивнул сигнальщику. Все зрители замерли, тишина звенела над стрельбищем, и даже лёгкий ветерок затих в ожидании.

Прозвучал стартовый гонг, и Азор начал стрелять. На это приятно было смотреть. Каждое его движение было минимально и абсолютно отточено. Он не сделал ни одной ошибки, ни одного лишнего движения. В результате он улучшил своё время на целую секунду и теперь опережал лучшее время Ула на полсекунды. Зрители ликовали и хлопали. Эрельцы в том числе. Какой же воин не оценит мастерство другого! Ул пожал Азору руку и сказал уважительно:

– Это трудно будет побить!

Ул не стал менять высоту столика и разложил свои стрелы необычно: две группы по четыри стрелы и ещё две. В каждой группе он расположил стрелы необычно близко друг к другу и оставил довольно большие промежутки между группами. Потом проверил лук, замер неподвижно на два глубоких вдоха и кивнул сигнальщику. Со звуком гонга Ул просунул пальцы между стрелами первой группы и поднял их все к луку. Одна за другой все четыре стрелы сбили четыре мишени. Стрелять было сложнее, требовалось вложить и отпустить стрелу, не выронив остальных. Но и быстрее – не нужно было тянуться за каждой стрелой. Выверенным движением Ул взял следующие четыре стрелы, и ещё четыре мишени повалились на землю. Теперь принц Ул явно опережал Азора! Последние две стрелы были в его пальцах. Он выстрелил первую, мишень упала, но тут последняя стрела выпала из его пальцев. Стон пронесся по толпе зрителей. Ул быстро подобрал стрелу с земли и успешно сбил последнюю мишень. Но драгоценное время было потеряно, и хотя Ул улучшил своё время, Азор победил с разницей в четверть секунды.

Зрители взорвались восторженными криками, труанцы радовались победе своего принца. Большинство также восхищались мастерством и находчивостью Ула. Правда, кто-то крикнул: “Только выпендриваться и может!”, но его быстро заставили замолчать. Даже цивильным зрителям было понятно, что если бы не упавшая стрела, победа досталась бы Улу. Азор первым пожал руку эрельскому принцу и сказал ему с уважением:

– Как всегда, оригинальный способ взойти на гору!

Тут их окружили другие воины, и Торо сказал, похлопав Ула по плечу:

– Признайтесь, Ваше Высочество, Вы специально уронили последнюю стрелу, чтобы проиграть соревнование, но выиграть сердца прекрасных зрительниц!

– Торо, ты видишь меня насквозь! Иногда это меня даже нервирует, – отшутился Ул.

– Это у меня профессиональное. Ничего личного, Ваше Высочество, – с улыбкой заверил его Торо. Окружающие воины рассмеялись. Особенно эрельцы, которые отлично знали, что Торо не только личный телохранитель Ула, но также его молочный брат и лучший друг.

Когда Торо помогал Улу переодеться к ужину и последующему балу, Ул сказал:

– Надо будет потренироваться дома стрелять новым способом. Если бы не последняя стрела, сделал бы я Азора.

– Зато теперь все труанские девушки – твои, – саркастически заметил Торо.

– Этого мне только и не хватало, – проворчал принц. – Может, обойдётся…

– И не мечтай. Если я хоть что-то понимаю в девушках, твоё высочество сильно вляпалось.

Ул глубоко вздохнул.

– Но с политической точки зрения, это не так плохо – получить симпатии половины населения вражеской страны, – постарался утешить его Торо, а потом добавил сочувственно, – Но сегодня тебе придется много танцевать.

Бал подтвердил, что Торо хорошо понимал девушек. Большинство женских глаз были обращены в этот вечер на молодого эрельского принца. Ничто так не покоряет женское сердце, как полубог, допустивший человеческую ошибку.

В самом начале бала к Азору подошла его троюродная кузина Азалия. Она была на 2 года старше его, обладала яркой внешностью и пышными формами. Основным её занятием в жизни было кружить головы придворным юношам и офицерам. Она считала себя неотразимой, хотя на вкус Азора она использовала слишком много драгоценностей, пудры, румян и духов. Он считал её легкомысленной и пустой, и сводил общение с ней к минимуму, необходимому для поддержания родственных и дворцовых приличий.

– Ваше Высочество, – ласково обратилась она к Азору с глубоким реверансом, и волна её духов окатила его с головой. – Вы просто обязаны представить меня эрельскому принцу. Он самый модный кавалер на сегодняшнем балу, и я обязательно должна заполучить его на первый танец.

– Азалия, – поморщился Азор, – почему ты думаешь, что эрельский принц захочет с тобой танцевать? По-моему, ты для него старовата.

Обычно Азалия драмматично возмутилась бы на неуважительные колкости принца, но сегодня ей очень хотелось добиться от него милости.

– Ах, Ваше Высочество! Принц Ул так тонко воспитан, конечно он пригласит меня на танец. Вы только представьте меня ему перед самым первым танцем.

Первой реакцией Азора было – отказать, но подумав, что Азалия так или иначе, через кого-нибудь другого, всё равно своего добьётся, согласился:

– Ладно. Но при одном условии: до конца его визита ты больше не будешь беспокоить ни меня, ни его.

– Но если он захочет ещё со мной танцевать, я не смогу ему отказать, – капризно возразила Азалия.

– Вольному воля. Но сама ты и на шаг не подойдёшь к нам обоим, – настаивал Азор.

– Хорошо, Ваше Высочество, – согласилась Азалия.

Азор сдержал своё обещание, и когда на балу появился принц Ул в сопровождении своих воинов, и заиграла музыка, он подошёл к нему с Азалией и формально представил её эрельскому принцу. Принц Ул был воспитан как принц. Конечно, он пригласил Азалию на танец из элементарной вежливости. Он танцевал, как всегда, элегантно и безупречно, но от духов Азалии ему чуть не сделалось дурно. Поэтому, когда танец кончился, Ул очень обрадовался, проводил Азалию к первому попавшемуся креслу и вышел в сад проветриться на свежем воздухе. Туда же вышел Азор.

– Ну как тебе моя кузина? – спросил он Ула сочувственно.

– Одурманивающе, – ответил Ул одним словом.

– Метко! – рассмеялся Азор. – Извини, что познакомил тебя с ней. Я не мог от неё отделаться.

– Ладно, – сказал Ул. – Но если бы она вылила на себя хотя бы на ведро меньше духов, было бы лучше.

Они вместе посмеялись.

От внимания Азора не ускользнул тот факт, что Ул явно пользовался усиленным вниманием девушек в этот вечер.

“Хм, может быть Ул большой любитель девушек? – подумал он. – Может быть Торо не шутил, и он, действительно, специально уронил стрелу? А что, если мы этим воспользуемся… Неплохо было бы зацепить его на какую-нибудь красотку.“

Азор стал рекомендовать Улу других придворных девушек. У них даже образовалась своеобразная игра: после каждого танца с очередной новой партнёршей, Азор просил Ула охарактеризовать своё впечатление одним словом.

“Старательно”, “Ногонаступательно”, “Громкодышательно”, “Глазохлопательно”. Что интересно, все характеристики были в самую точку. Азор получал большое удовольствие от этой игры.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.