Сказания хранителя башни
Слово первое – восхождение
Артем Цветков

© Артем Цветков, 2021

ISBN 978-5-0055-2540-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие: Амбиций

Наступит тот день, и я его превзойду. Ничего ради этого не пожалею и обязательно стану лучше него, даже если для этого потребуется на кон поставить свою жизнь! И тогда он признает меня, как равного! А, пока…

Запись из дневника безродного военного мага, от 317 года и дня, когда священный огонь освятил земли севера

Глава 1
Далёкое прошлое

Год 308 от возникновения священного огня. Королевство Мирта, округ столицы Нарт

Рассветное солнце поднималось над столицей, озаряя мягким оранжевым с лёгким розоватым оттенком черепичные крыши домов, поблескивающих от прошедших ночью дождей. Которые отныне по всем приметам частенько будут заходить в эту часть континента, знаменуя тем самым начало дождливого сезона. А пока распогодилось и небо оставалось голубым, словно чистейшая лазурь, среди бескрайних белоснежных облаков парила стайка перелётных птиц, вернувшаяся в эти места с наступлением тепла, после зимовки на юге. Тем самым являясь ещё одним знаком окончания затянувшихся холодов. По округе с высоких шпилей храма священного огня разнёсся мелодичный звон колоколов, огромные железные языки ударяли по юбкам возвещая о начале нового дня и вознесение утренних молитв. В воздухе царили смешанные ароматы старого города и свежести после прошедшей грозы, завёрнутые в лоскутное одеяние из безмятежности и спокойствия.

– Молодой господин, просыпайтесь. Ваш отец уже ждёт вас, за завтраком, – бойким голосом отрапортовал юноша, стоявший в дверном проёме одной из многочисленных спален, поместья семьи лорда Мариэля Торийского. Темноволосый, худощавый с карими глазами, одетый в простенький без излишков костюм слуги. Достаточно юный для своих обязанностей, но уже неплохо с ними справлявшийся мальчуган. Если быть точнее, то они с молодым Фуарином были ровесниками, им обоим стукнуло в этом году по пятнадцать лет. И к большому удивлению, как, исключение из правил жизни в высоком обществе они являлись друзьями. По крайней мере, сами мальчики, так считали, ибо других детей в поместье никогда не было. И вряд ли наступит тот день, когда это обстоятельство изменится. Судьба Юдо с самого рождения, как и его рода была неразрывна связана с семьёй Торийск. Отец и мать юного слуги, а ранее дед и бабка прожили всю свою жизнь во служение. И юному мальчику, как и в будущем его отпрыскам уготовлена та же судьба, ибо таковы законы этого королевства. Лишь наличие титула гарантировало человеку толику свободы и щепотку хоть какого-то выбора. Во всех же остальных случая всё уже оказывалось предрешено ещё до его рождения. Выждав ещё пару минут, юноша вновь повторил те же самые слова, только в этот раз громче. И тут в ответ на его зов из-под горы подушек и одеял донеслось какое-то шебуршение, а потом послышался заспанный голос:

– Да, да хорошо Юдо. Передай отцу, что я уже встаю, – юный слуга, удовлетворённый услышанным, поклонился и вышел, закрыв за собой дверь. Откинув одеяло, под которым было так тепло, он опустил одну ногу на пол, тот оказался неприятно холодным, и юноша, слегка поморщившись от этого чувства, убрал её обратно. И устроившись поудобнее, натянув одеяло, практически под самый подбородок, молодой господин решил понежиться в своей кровати ещё хотя бы пару минуточек. Наблюдая, как весенние солнце пробиралось в комнату, выкрашенную в белые тона, сквозь плотную ткань бледно-жёлтых занавесок. Медленно и тем не менее упорно взбираясь по стенке камина вверх. Вот только долго созерцать это умиротворяющее зрелище Фуарину было не позволительно, ведь реши он проваляться в кровати подольше, то точно получил бы нагоняй от отца и поэтому ему не оставалось ничего другого, как сделав волевое усилие над собой встать. Зевнув и потянувшись, юноша приподнялся и всё же вырвался из столь пленительного тепла.

Переодевшись и приведя себя в порядок после ночного сна. Мальчик, выходя из комнаты, бросил беглый взор на немалых размеров сундук, в котором, хранились его аккуратно сложенные игрушки. В голове промелькнуло желание, всё же остаться и поиграть, но тут же перед глазами появился строгий образ отца, и Фуарин передумал. Спустившись со второго этажа по винтовой лестнице, пока никто не видит чуть ли не вприпрыжку, Фуарин попал в обеденный зал. Как и всё поместье его семьи, он был богато уставлен дорогой мебелью из твёрдых пород древесины, цвета тёмного ореха. Что касается стен, то их украшали картины в позолоченных рамах, написанными по словам, отца известными на всё королевство художниками, в которых сам мальчик совершенно не разбирался. И, конечно же, главным его сокровищем являлась небывалых размеров люстра из горного хромалита. В погожий денёк, эти весящие под потолком камушки, от совсем крохотного до самого крупного, размером примерно в кулак крепкого мужчины, переливались на солнце десятками тысяч солнечных бликов и вызывали у тех немногочисленных гостей лорда, побывавших в поместье неподдельное, плохо скрываемое удивление. И всякий раз, такая реакция лишь льстила Мариэлю, и если отец семейства находился в добром расположение духа, то тут же принимался за рассказ о великой битве, в которой, как раз таки этот хромалит и послужил ему наградой. И пусть Фуарин слышал эту историю, наверное, уже в сотый раз и всё равно он с большой охотой, усаживаясь поудобнее и принимался внимательно внемлить, каждому слову. Ведь именно в такие моменты старый лорд выглядел, как никогда живым словно покинувшие его давным-давно чувства вновь к нему возвращались, делая потускневшие, когда-то краски снова яркими. Однако в последнее время их никто не посещал и некому было по достоинству оценить всю эту красоту и послушать парочку историй о былых военных подвигах. ¹

Мариэль Торийский был высоким и хорошо слаженным мужчиной в возрасте, едва перешагнув порог за пятьдесят, с сединой в светлых волосах и тяжёлым взглядом, прошедший через много битв, и носивший высокий титул лорда, не просто так. Сам король Залор Свирепый, наградил его этим званием. За неоценимые заслуги перед отчизной во времена войны сотни знамён. Конечно, самое название вряд ли отражало действительность и сильно оказалось приукрашено бардами и сказителям, однако во всём Нарте едва ли найдётся человека, который надумал бы усомниться в его подвигах.

После потери своей драгоценной супруги Йлауры, скончавшейся несколько лет назад от тяжёлой болезни, старый лорд стал затворником и редко покидал своё поместье, посвятив всего себя воспитанию сына. И только указу короля было под силу вытащить Мариэля из дому. Сам же юный Фуарин, перенёс потерю намного проще, ведь женщина, его воспитавшая не была ему матерью по крови. На ней отец женился уже во второй раз. Свою настоящую маму он не знал и на все его расспросы о ней, лорд лишь отводил глаза и холодно отвечал, что ему это знать не к чему.

Лорд, как и всегда сидел во главе стола и не спеша покуривал трубку, ожидая, когда сын разделит с ним трапезу.

– Доброе утро, отец! – радостно и звонко прокричал Фуарин, заходя в комнату.

– Опять ты опоздал к завтраку. Ну вот ответь мне, сколько я раз должен тебе повторить, что дисциплина, основа всего? – он проговорил это, не отводя задумчивого взгляда от висевшей над камином картины, на которой была изображена сцена одной битвы, случившейся в древности.

– Извини отец. Больше этого не повториться, – мальчик виновато опустил голову и уселся за стол, от былого хорошего настроения не осталось и следа. Слуги безмолвно подали яства и отошли в сторонку, дабы не мешать. Переведя своё внимание с картины на сына, Мариэль сухо проговорил:

– Хотелось бы мне в это верить, – он докурил табак, остававшийся в трубке и выбив его на фарфоровое блюдце, забил новый и вновь закурил, пуская ароматные колечки дыма, которые медленно падали на пол и там бесследно расплывались. Наступила тишина и лишь ненавязчивое позвякивание вилок, нарушало её.

– На днях я разговаривал с твоим учителем фехтования. И Лорант крайне сдержанно отзывался о твоих успехах, а если быть точнее он и вовсе о них умолчал, – Мариэль пыхтя выпустил колечко дыма, сдерживая себя. – Мне кажется, ты не используешь или по какой-то неизвестной мне причине не хочешь использовать скрытый в тебе потенциал, – юноша, не поднимая взгляда, буквально всем своим нутром ощутил, то с какой невероятной тяжестью упал на него взор отца.

– Сын мой ты должен понять, наш род является потомственными рыцарями королевства. Я, мой отец, отец моего отца все мы, добывали себе славу, сражаясь в великих битвах, защищая наш дом. И как ты думаешь, какого же оказалось моё разочарование, когда я узнал, что ты не умеешь, да и что тут говорить, не хочешь учиться владеть мечом, – Мариэль в свойственной ему манере, даже не повысил голоса, слова звучали спокойно и размеренно, отчего становилось только хуже.

– Отказываясь от этого, ты упускаешь своё будущее, а вместе с этим позоришь не только себя, но и весь наш род, – очередная тирада о долге и чести подходила к концу и в этот раз Фуарину хватило мужества дослушать её.

– Прости меня отец, я не хотел своим неподобающим поведением опозорить тебя. Впредь я обещаю стараться лучше, – но всё же отвечая, голос юноши дрогнул, от обидных слов. Слёзы предательски подкатывали к глазам, однако он смог сдержаться. На самом деле в глубине души он ненавидел уроки владения мечом, да и чего уж здесь греха таить они ему никогда не нравились. Всем сердцем Фуарин тяготел к другому. К искусству владения магией и втайне от всех по ночам, читал книги содержащие знания, как пробудить её. И у него даже со временем стали получаться простейшие заклинания, такие как свет и призыв огня, но всё это мальчику приходилось держать в строжайшем секрете. Поскольку он даже не хотел знать, каково будет наказание, прознай об этом отец.

– Снова пустые обещания. Тебе уже исполнилось пятнадцать. Возраст, когда юноши, сдают вступительные испытания и поступают на королевскую службу, дабы своими деяниями, прославить свой род и своё имя. Фуарин ты же понимаешь насколько это важно? – из-за дня в день, один и тот же разговор, за одним и тем же столом в одно и то же время. Маленький мальчик, его отец и этот пронзительный взгляд, холодных словно лёд голубых глаз. С одним неизменным результатом, юноша, не поднимая головы, доест свой завтрак и отправиться заниматься тем, чем не желает. В этом деле им двигал не страх перед Мариэлем, как может показаться, на первый взгляд. А желание казаться в глазах своего отца, достойным ему сыном. И он правда старался через силу, через не хочу и ни могу, Фуарин вкладывал в эти уроки всего себя, однако одного лишь упорства было недостаточно, чтобы отец им гордился.

– Да, я понимаю, – допив сок из плодов тарингового дерева, он с негромким скрипом ножек стула об мраморный пол, вышел из-за стола, оставив лорда Мариэля в одиночестве докуривать трубку. Вернувшись в свою комнату, мальчик взял сменную одежду для занятий фехтованием и сев на край кровати, безмолвно заплакал. Слёзы обжигающими солёными дорожками стекали по щекам, мерно падая на пол. Без всхлипываний, без слов, ибо Фуарин знал, что с ним будет если хотя бы одна живая душа услышит его и расскажет обо всём отцу. И в лучшем случае тот выпорет сына, считая, что слёзы – это проявление слабости. Ведь настоящий воин должен быть сильным и навсегда отринуть эту эмоцию. Просидев, так на постели ещё пару минут, он вытер мокрые дорожки и уголки глаз рукавом рубашки, окрашенной в черно-красные тона. Цвета его фамильного герба, красного полотна с чёрным соколом на фоне вышитого оранжевого солнца. Говорят, такой герб получила их семья ещё в стародавнее время, когда священный огонь только возник на северной земле. ²

Легенда гласила, прапрадед Фаурина во время одного из своих многочисленных сражений вошёл в такой кураж, проливая кровь врагов, что стал походить в лучах закатного солнца на чёрного сокола. Не знающего пощады и разивший, каждого, кто попадался ему на пути, разрывая на части. По крайней мере, так говорили, а как там всё было на самом деле юношу не особо интересовало.

В зале для тренировок Фуарина уже ждал его наставник, а с ним и бессменный противник, с которым он сражался уже несколько лет и никак не мог победить. Юдо и Лорант, внешне похожие, как две капли воды отец и сын.

– Приветствую вас молодой господин! – учитель, учтиво поклонился и жестом пригласил Фуарина пройти и взять тренировочное оружие.

– Доброе утро Лорант и тебе Юдо то же утро доброе, – мальчик улыбнулся ему в ответ, молодой слуга явно находился в приподнятом расположение духа. Ну а как могло быть иначе ведь в отличие от Фуарина, ему нравились все эти боевые тренировки. Благодаря, им он мог хотя бы на несколько часов отстранится от бытовой рутины и погрузиться во всё поглощающий ритм боя. Да и победить молодого господина в честном поединке, всегда приятно. И Фуарину ничего не оставалось, как понурив голову зашагать по вымощенному благородным деревом полу в направление к висящем на стене мечам. Рядом с ними располагался сундук с дополнительной защитой для рук и головы, что пахли кожей, которые ему также необходимо было надеть. – «Ведь, как говорил наставник, не стоит пренебрегать лишней защитой, ибо в один прекрасный день, она может спасти тебе жизнь». Облачившись в обмундирование и взяв деревянный меч в руку, Фуарин поменял хват на обратный, а потом снова на прямой, ощущения оказались до боли привычным, всё же он занимался этим уже три года подряд.

Заняв одно из свободных округлых чёрных пятен, означавшее начальные позиции, фехтующих что словно кляксы, растеклись по полу. Фуарин и Юдо замерли в ожидании сигнала о начале тренировочного боя. И Лорант не заставил их долго ждать, подняв руку вверх, он дал им сначала команду приготовиться и юноши тут же вскинули мечи. Затем учитель махнул вниз, тем самым разрешив приступить к поединку. Юноши не торопясь переступая с ноги на ногу, стали закручиваться против часовой стрелки и сближаться. Это продолжалось до тех пор, пока дистанция для атаки не стала оптимальной.

Фуарин быстрым движением руки перехватил оружие, выставив остриё назад. И сразу же, не теряя ни минуты, сделал рывок в сторону противника в надежде нанести тому удар по дуге. Однако Юдо разгадал манёвр Фуарина и перешёл в оборону и в тот момент, когда их деревянные клинки соприкоснулись. Он нажимом отвёл в сторону его меч подальше от себя.

– Контратакуй и победа будет за тобой, – кричал своему сыну Лорант, увлечённо наблюдая за поединком. Вот только Юдо не последовал совету отца и вместо контратаки, отступил в сторону. Сила, которую Фуарин вложил в новый рывок, сыграла против него и мальчик, потеряв равновесие чуть не рухнул лицом вниз, но успел вовремя остановиться и вернуться в боевую стойку, а затем отойти назад на безопасное расстояние.

– Сын, ты снова упускаешь возможность для ответной атаки. А вам господин нужно больше чувствовать оружие противника, – не унимался старый фехтовальщик. И вновь движимые азартом и собственными желаниями юноши поступили по-своему. Выпад, парирование, атака понизу, кончик лезвие рассёк воздух над ухом мальчика. Быстрая смена хвата и удар по обратной дуге. Всё бесполезно он просто не мог поразить Юдо, как и всегда тот был на недосягаемой высоте для него. По обширному пространству зеркального зала для обучения фехтованию, продолжали разноситься раз за разом звонкие щелчки тренировочных мечей. Однако никто и из них и не думал сдаваться. На лбу у Фуарина выступили капельки пота, от постоянного напряжения, да и к тому же с каждым новым движением стала нарастать ноющая боль в правой руке и ноге. Но останавливаться нельзя, нужно было продолжать, он ведь обязан, оправдать надежды своего отца. И отринув все сомнения и мысли Фуарин, стал постепенно погружаться в состояние близкое к боевому трансу.

Всего минута, щелчок мечей и в зале для него не осталось никого, даже запахи куда-то испарились, лишь он и его противник. И вот после ещё одной серий без результативных атак вдали забрезжил лучик надежды, его оппонент допустил ошибку и открылся для контратаки, это оказался тот самый шанс, которым грех было не воспользоваться. Юноша подался вперёд, остриё его меча словно пущенная из лука стрела, устремилось в открытый торс противника. Промелькнула буквально секунда и вот Фуарин уже лежит на полу щекой, прижимаясь к нему, а по всей спине растекается новый очаг боли. Только сейчас он осознал, что на самом деле произошло, в тот момент, когда его меч должен был достичь своей цели, Юдо сделал вольт и увернулся от надвигающейся атаки и контратаковал сам.

Всего лишь на мгновенье он поймал себя на мысли, что лежать на холодном полу и ни о чём не думать было на удивление приятно, хоть и болело всё тело. Повернув голову, мальчик увидел, протянутую ему руку и протяну в ответ свою, и его тут же рывком поставила на ноги. Перед ним стоял Юдо и улыбался.

– Знаете, а ведь весьма неплохо. В этот раз вы вложили больше усердий в тренировку, чем обычно, – от усталости они оба тяжело дышали, а пот ручейком стекал по спинам юных мечников. Не выдержав мальчики уселись на разложенные возле стен одеяла и продолжили, уже так слушать своего наставника.

– Как говорил ранее, вам мой юный господин, нужно научиться чувствовать противника – его клинок и тогда вы сможете предугадать наперёд движения врага. Обучись вы этому и во всём королевстве не найдётся равного вам, – сладкая ложь от слуги своему господину, в желание хоть как-то утешить того. Во время образовавшейся паузы учитель, взял с рядом стоявшего комода, полотенца и протянул их ученикам, дабы те могли утереть пот и не простудились от прохладного воздуха, а после продолжил.

– А тебе Юдо надо стать серьёзней. Да я понимаю, что это всего лишь тренировка, но в настоящем бою, враг не будет терпеть твоего позёрства и быстро расправиться с тобой, – в словах его отца не было упрёка, лишь беспокойство за жизнь своего ребёнка.

– Теперь, когда вы немного отдохнули, мы продолжим, – в ответ последовали робкие, недовольные возгласы, но в конечном счёте они всё равно повиновались указу учителя и заняли свои места в нарисованных кругах. И в течение ещё двух, а может быть и всех трёх часов, ситуация повторялась вновь и вновь с тем же незавидным результатом для Фуарина. Каждый раз он оказывался в горизонтальном положении, сражённый клинком слуги. И только тогда, когда юноша вконец выбился из сил, да так, что уже не мог стоять на ногах, Лорант дал команду заканчивать на сегодня и отпустил мальчиков отдыхать.

Обедали юноши, естественно, отдельно друг от друга. Юдо питался на кухне вместе с остальными слугами, деля между собой скромную трапезу, приготовленную старой кухаркой Натаной. Дородной женщиной в возрасте далеко за сорок, скрывавшей за крутым норовом, доброе сердце. Она частенько кричала на мальчика и потешно угрожала тому скалкой, когда он проказничал на кухне, где полноправной хозяйкой та являлась. Однако в такие моменты, как сейчас, когда они все вместе собирались за одним столом, Натана давала юному Юдо сладкую выпечку, припрятанную ею в широком кармане, своего огромных размеров кухарского фартука и он с радостью уплетал этот маленький подарок, будь то пряник или сдоба, Юдо всему был рад.

Порой в такие минуты взгляд её становился замутнённый и она, погружаясь в пучину воспоминаний, частенько любила ему повторять: – «Служи верой и правдой лорду Мариэлю. Поскольку не доводилось, мне за всю свою жизнь ещё встречать на столько благородного человека. А поверь мне я успела у многих лордов поработать и те уж таким добрым нравом не отличались, запросто могли даже из-за дурного настроения выпороть, да так, что казалось, душа выйдет из тела. А иногда и во все богомерзкие деяния совершали.» – иногда после этих слов по её красноватому пухлощёкому лицу, начинали стекать слёзы. Вот только для Юдо, причина их появление всегда оставалась неизвестна, да и сама Натана никогда об этом не говорила. Хотя спроси он её, она всё равно бы ему не рассказала, ибо незачем такое знать маленькому мальчику. Поэтому Юдо просто прижимался к ней, и она принималась поглаживать ему волосы грубой рукой, при этом сама, находясь, как будто не с ним. Проходило порядка десяти минут, и она успокаивалась, возвращаясь к своему привычному состоянию. А он бежал, дальше по своим делам, ведь солнце висело ещё высоко, и за него увы, их никто не выполнит.

Фуарин же сидел за тарелкой сырного супа, в тоскливом одиночестве. Отец в этот раз не разделил с ним трапезу и отсутствовал, ему пришлось отправиться в столицу с остальными лордами и знатью, по срочному приказу короля. Но даже тогда, когда у него не было важных дел в Нарте и он мог поговорить с сыном, то вся их беседа, как и всегда сводилась к одним и тем же вопросам. О том, какие у него успехи в фехтование и готов ли он, к вступительным испытаниям в королевскую стражу – элита, герой и защитники Нарта, путь по которому прошли все мужчины его рода. Носить их эмблему огненного солнца на белом фоне мечтал каждый ребёнок, королевства Мирты, но не он. Изредка к нему подходили слуги и спрашивали, не желает ли Фуарин ещё чего ни будь и он мог попросить всё что угодно, и они бы принесли ему это. Но ему ничего не хотелось, а того чего юноша на самом деле искренне желал, они бы всё равно не дали.

Покончив с супом, мальчик отправился обучаться дальше, поскольку фехтование являлось не единственной его обязанностью. Впереди Фуарина ждали наискучнейшие занятия по основам военного дела и краткая история древних войн до начала эры священного огня. На которых дряхлый старикашка Урт, настолько сухим голосом, словно трущиеся друг об друга две шершавые бумажки, рассказывал ему о тактике и способах ведения осад крепостей и обороне замков. Однако, когда тот увлекался, то частенько любил вспоминать о своей молодости и о тех временах, когда он ещё занимал пост главнокомандующего армией Эндалора. Такие историй вызывали у юноши лишь сонливые зевки и желания сбежать от него куда ни будь подальше. Конечно, был в этих уроках и несомненно прок, благодаря им Фуарин обучился, читать и писать. Эти знания дали ему толчок к изучению основ магий и её практике. Отчего юноша никак не мог дождаться вечера, когда тёплое весеннее солнце скроется за горизонтом и тьма опустится на землю, накрыв весь мир звёздным покрывалом. И тогда он наконец-таки сможет заняться любимым делом. А до этого часа, ему придётся, облокотив голову на руку, изо всех сил стараться не уснуть.

День подходил к концу, как и урок старого учителя. Сегодня его речи оказались, на удивление не так скучны, как обычно это бывает. Он рассказал молодому господину о столь древней войне, упоминание о которой могло встретиться лишь в старых летописях, что хранились под замком у королевского архивариуса. Имя той жестокой битве, война пяти королевств. Всё это началось с того самого момента, когда королю людей Иштсу, правящего землями севера, стало не хватать имеющейся у него власти и могущества. Притом что его земли простирались от одного края горизонта до другого, а стены сокровищниц ломились от благородных металлов и драгоценных камней. Однако всех этих несметных богатств, ему всё равно не хватало, дабы утолить свою безмерную алчность. И вот в один судьбоносный день, послуживший началом этого противостояния. Иштсу прослышал о неведомом для него на тот момент магическом искусстве, которым владели пепельные эльфы, проживающие на юге вдоль берегов ветреного моря. По рассказам тот, кто смог овладеть тем волшебством, мог творить настоящие чудеса, им становилась подвластна одна из четырёх стихий, будь то вода, или ветер, огонь и земля, но встречались и одарённые, те кому покорились все первоосновы. С того самого момента лишь одна мысль стала занимать ум короля, она словно хорошо засевшая заноза не давала ему покоя. Желание завладеть силой, которая оказалась ему неподвластна, жгло его изнутри и раздирало душу.

И не в силах с ним больше бороться, король отправил посланцев к эльфам в надежде договориться с ними мирным путём. Но высший совет пепельных отказал ему, сославшись на то, что людям севера никогда не овладеть тайными знаниями. Вот только на самом деле за этим ответом скрывался страх совета, ведь и без того могущественное королевство северян, может стать ещё сильнее и тогда никто не сможет его остановить. Однако Иштсу узнав эту весть, не оставил своих попыток. Правитель готов был заплатить любую цену и посылал гонца за гонцом с дарами, надеясь всё-таки добиться расположения. Вот только эльфы оказались непреклонны, а их решение непоколебимо. Иштсу всегда получавший желаемое и не привыкший к такому обращению, впал в ярость и в порыве гнева пошёл войной на эльфийский народ. Собрав под своими штандартами пятидесятитысячную армию, он выдвинулся на войну. Высший совет узнав, к чему привёл их отказ и осознав, какая судьба их ожидает. В одночасье бросил клич о помощи в граничащее с ними королевства людей, гномов и орков. Рассказав им об истинных намерениях Иштсу, совет понадеялся, на их помощь. Но многие оказались против и захотели присоединиться к королю севера, дабы вместе с ним захватить континент и править под его дланью. Однако согласно записям народы гномов, эльфов и людей всё же объединились и выступили единым фронтом против общего врага, назвав себя коалицией свободных городов.

Кровопролитная война длилась десятки лет, и в конце концов, закончилась победой свободных городов. Но радость длилась недолго, люди по свойственной им манере не смогли прийти к единому мнению и их вновь поглотили междоусобицы и деление власти, привёдшей к очередному распаду. Эльфы, уставшие от всех этих нескончаемых битв, отправились за ветреное море, подальше ото всех. В земли, носившие название Таулания или же как гласил вольной перевод с эльфийского – земля красных песков. Гномы, забрав часть полагающегося им золота и сокровищ из хранилищ Иштсу, не стали участвовать в деление территорий, а спокойно отправились обратно к себе на родину. В края бесконечной зимы и заснеженных гор Шатрон, где круглый год господствовала стужа и холод и царствовали семь ветров. О судьбе орков в тех свитках ничего определённого не было сказано, только лишь скользкие упоминания о том, что их народ оказался на грани вымирания.

С тех событий минуло много столетий, менялись эпохи, с карты мира исчезали города, рушились империй, а из их руин появлялись новые и всё это происходило и будет происходить и по сей день, этими словами закончил свою речь старый Урт. Фуарин хотел узнать побольше о той войне и о пепельных эльфах, а главное, об упомянутой в рассказе магий. Однако, урок подошёл к концу и старик, поправив в очередной раз, вечно сползающие с крючковатого носа пенсне, отправил юношу к лорду Мариэлю, который вернулся из столицы и теперь ждал того за ужином. Мальчик, раздосадованный тем, что не успел узнать всё, о чём хотел и понадеялся про себя – «Ну ничего, при первой возможности обязательно вновь попрошу Урта, рассказать мне об эльфах и магий.» – бросив беглый взгляд на своего учителя, который аккуратно собирал книги и пергаменты после занятия, молодой господин поспешил к своему отцу. Жаль тогда он ещё не знал – этому не суждено свершиться.

Перед обеденным залом он перешёл на шаг и попытался выровнять дыхание, скрывая тем самым, что бежал сюда во весь опор.

– Как прошёл твой день отец? Как дела в столице? – обратился юноша, усаживаясь за стол. От вида лежавшей у него на тарелке запечённой индейки, нарезанной ровными кусочками и политой клюквенным соусом у Фуарина потекли слюнки и живот болезненно-предательски заурчал. Все эти занятия пробудили в нём отнюдь не детский аппетит.

– Сегодня я разговаривал с самим королём Залором, по поводу предстоящего отбора, – лорд вытер уголки рта, белой накрахмаленной до хруста салфеткой и продолжил – В этом году он будет ещё строже, чем был ранее. Тебе придётся сильно потрудиться, чтобы его пройти. – взяв в руки курительную трубку, он взглядом искал огниво, но не найдя оное, щёлкнул пальцами, подзывая к себе слугу, ответственного за сервировку стола. На лице мужчины отразилась гримаса искреннего сожаления и он, опустив голову, побрёл к своему хозяину.

– Да мой лорд, что-то не так? – с зарождавшейся паникой в голосе обратился слуга.

– А ты сам не видишь? – Мариэль обвёл правой рукой пространство стола, как бы указывая тому, что на нём нет ни одного огнива. Мужчина, сразу же смекнув в чём тут дело, захотел выругаться вслух, однако сделать этого не осмелился. Ведь тогда его бы точно ждало, наказание плетями, а так ещё была надежда на милость лорда.

– Прошу меня простить милорд, этого больше не повториться, я сейчас же всё принесу, – осмелившись наконец-таки поднять голову, он встретился с гневным взглядом Мариэля и дабы дальше его не злить, недолго думая поспешил за маленькой коробочкой, лежавшей на камине. В которой хранились те самые огнива, положив её на стол, слуга неловким движением руки пододвинул металлическую коробочку поближе к хозяину и откланявшись вернулся на своё место.

– Ты долго мне служишь верой и правдой Самуэль, поэтому на первый раз я тебя прощаю. Тем не менее если это ещё раз повториться, то я прикажу тебя высечь на заднем дворе, ты меня понял? – абсолютно холодным и тем не менее привычным для него тоном проговорил Мариэль, чиркая длинные сантиметров в десять деревянные палочки на конце, у которых, были закреплены маленькие меньше ногтя магические кристаллы. Об чуть побольше по размерам красный камень, расположенный на крышке той самой коробки, высекая искру. Кристалл загорелся оранжевым пламенем, и лорд закурил. Мальчик, привыкший уже к таким, разговор и ухом не повёл и спокойно доедал свой ужин. И уже собравшись уходить Фуарина, остановил отец:

– Останься сын, мы ещё не закончили, наш разговор, – жестом указав юноше на стул, он продолжил. – Завтра ты поедешь со мной в столицу с визитом к королю. Тебе, как и другим сыновьям великих лордов оказана большая честь, – Мариэль выпустил из-за рта тонкую струйку дыма, и та, медленно завихряясь и кружась, опустились на стол и растаяла.

– Правитель хочет благословить лично всех юных участников приближающегося турнира. И помни, я возлагаю, на тебя очень большие надежды, не подведи меня. Ты должен обязательно победить, поскольку нет большего позора для нашего рода, чем поражение, – сын кивнул, с неохотой мирясь с мыслью обо всей важности слов отца.

– Теперь можешь быть свободен. Хорошенько выспись перед завтрашней поездкой, – освободившись, юноша зашагал прочь из обеденного зала в свою комнату, оставив лорда наедине со слугами.

Вернувшись в спальню, он не стал зажигать свет. «Лучше не привлекать к себе лишнего внимания, сомневаюсь, что отец обрадуется, когда узнает, чем я тут занимаюсь» – подумал мальчик, и вспотевшими от страха руками полез за одной из ветхих книжек, спрятанных у него под кроватью. Ещё год назад он стащил их из отцовской библиотеки, поскольку они там всё равно пылились без дела, трофей привезённые из всевозможных походов. Его род потомственные воины, презирающие магов и, если хоть кто ни будь узнает, чем он здесь занимается в столь поздний час. То в лучшем случае Фуарина ждёт порка, а о том, что может произойти в худшем случае мальчик старался и не думать. Но бросить изучение магий, он уже не мог, это занятие полностью поглотило, сердце и разум Фуарина. Заставляя каждый вечер возвращаться к нему и открывать для себя, что-то новое. Среди его маленькой коллекций оказались такие трактаты, как «Теоретические основы элементальной магий», «Четыре стихий, как первоосновы всего сущего» и одна из самых любимых книг «Практический курс базовых заклинаний для адептов магий огня и воды». Недолго думая выбор, пал на последнюю, вместе с ней он залез под одеяло и призвав крошечный летающий сгусток тусклого света. Открыл книгу на той странице, где бросил её читать вчера и погрузился в волшебный мир магий.

Сегодня он собирался продолжить изучать заклинания призыва ледяного щита. И судя по картинке острые кристаллы льда, призываемой полукругом из-под земли перед самим щитом носили не только оборонительный характер, но ещё и атакующий. Проведя пальцем по чернилам на странице книги, юноша повторил узор руны. Изгибы прямых линий пересекались и образовывали перечёркнутую в нескольких местах клиновидную фигуру. Однако о практике, такого заклятья внутри поместья и речи не шло, здесь ему была доступна лишь простенькая магия по типу того же света, призыва пламени и воды. Фуарин уже знал, дабы сотворить слабенькое заклинание необходимо лишь выучить руну, которым оно призывается. Для более сложных нужно уже непросто изучить руну, а ещё и иметь специальные магические браслеты, опоясывающие руку в нескольких местах от запястья до самого локтя. Такие браслеты получал, каждый волшебник, закончивший академию высоких искусств. И они же являлись свидетельством того, что адепт стал полноценным магом. Что насчёт Фуарина, то он мог лишь мечтать о такой судьбе. О том, как его возьмут в ученики академий, которую мальчик со временем закончит лучше всех.

Фантазия юноши увлекала его за собой и вот он уже воображал, как одетый в расшитую красными нитями магическую мантию стоит перед группой старцев. Являвшиеся эти долгие годы ему наставниками и по совместительству великими магами земель Мирты. И вот один из них, носивший титул архимага жестом подзывает подойти Фуарина поближе, дабы вручить заслуженную им награду. Он делает шаг ещё шаг, сердце в груди готово выскочить от волнения, а от овладевших им переживаний ноги становятся словно набитые соломой и отказываются слушаться. Однако юноша не сдаётся, и преодолев мимолётную слабость подходить ближе и преклонив колено, протягивает руки. Ещё секунду назад он ничего не чувствовал и вот прямиком из воздуха стали материализоваться расписанные все возможными рунами и украшенные драгоценными камнями золотые браслеты. Юноша сразу же захотел поскорее их надеть, но вдруг за дверью послышались шаги и испугавшись, он мгновенно выпал из мира фантазий и поспешил поскорее потушить свет, сделав вид, что давным-давно спит. Звук шагов нарастал до тех пор, пока не приблизился вплотную к двери его спальни и не затих. Мальчик с замиранием, вслушивался в образовавшуюся тишину, ожидая того момента, когда дверь резко распахнётся и сюда ворвётся в гневе отец, который каким-то невообразимым образом прознал, чем он тут занимается. Вот только этого не произошло и спустя несколько минут, показавшиеся для него вечностью, человек за дверью снова начал своё движение. Фуарин тихо выдохнул, и чтобы не навлечь на себя беду, убрал книгу подальше под кровать и лёг спать.

Глава 2
Юные защитники королевства

Год 308 от возникновения священного огня. Королевство Мирта округ столицы Нарт

Ещё буквально день назад, для молодого господина наступившее утро, не должно было ничем не отличалось от сотни других таких же до этого. Однако вчерашний визит к королю всё изменил, разбуженный голосом Юдо, он неохотно поднялся с постели и поспешил на завтрак. Сегодня он должен отправиться со своим отцом в столицу на приём к королю Залору. Перекусив, юноша, повинуясь приказу лорда, пошёл наряжаться в парадную одежду. Переодевшись, Фуарин подошёл к огромному зеркалу, стоявшему в его спальне, и посмотрелся на себя. Отражение показалось мальчику неестественным, словно перед ним стоял незнакомый, ему человек. Появилось ноющие желание поскорее избавиться от этого давящего, не дающего нормально вздохнуть костюма и вернуться в столь привычную ему форму из рубашки и штанов. Ну или хотя бы в одежду для фехтования, даже она показалась Фуарину сейчас роднее, чем весь этот роскошно сшитый и украшенный камзол. Правда – это лишь его желание и с мнением отца, оно никак не пересекалось, и юноша был вынужден повиноваться.

Выбежав на улицу, Фуарин почувствовал, как свежий весенний воздух с тонким цветочным ароматом наполнил лёгкие, тёплое солнце ласкало лицо юноши нежными лучами. И от всего этого ему стало полегче и даже этот треклятый парадный костюм не так давил. Чуть поодаль от него по прямой, Фуарина ожидала карета, запряжённая двойкой серых лошадей. Это оказался тот самый экипаж, на котором постоянно ездил в Нарт отец. Кучер снял с головы широкополую соломенную шляпу и приветственно поклонился:

– Утро доброе молодой господин! Ваш отец уже ждёт вас внутри, – Фуарин в ответ помахал ему рукой.

– И тебе доброе утро, Сурт! – с этими словами, мальчик подбежал и, поставив ногу на подставку, ухватился покрепче за деревянный поручень и рывком подтянувшись попал вовнутрь. После чего кучер захлопнул за ним дверь, а сам залез на козлы и взяв в руки вожжи, хлёстким ударом приказал лошадям выдвигаться. Карета тронулась, и они отправились в столицу.

Фуарин устроился возле окна и наблюдал, как мимо него начинают проноситься деревья сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее. Они стройными рядками расположились по краям дороги, ведущей от его дома до самых ворот. Массивные и с обширной кроной они нависали над проезжающей каретой уберегая её от солнца, создавая приятную тень. А за ними тянулись бескрайние изумрудно-зелёные плантации дымного табака. На которых с раннего утра и до самого позднего вечера, не разгибая спин, работали простолюдины из соседних деревушек, чьей задачей было тщательно следить затем, чтобы будущий урожай вырос соответствующего – высокого качества.

Большую часть собранного семья Мариэлей отдавала на продажу и только крохотную долю оставляла себе. Ведь заслуги и почести носили лишь статусный характер и позволяли лорду Торийскому вариться в том же самом, котле, вместе с остальной знатью Нарта. А вот золото в семейный бюджет приносила именно продажа табака. Ценившегося по всему королевству за невероятный благородный аромат и умеренную терпкость.

Попав за ворота поместья, они выехали на длинную уходящую дугой за самый горизонт просёлочную дорогу. Добираться до столицы им ещё предстояло около двух часов и Фуарин от нечего делать принялся и дальше разглядывать окружающую природу. Состоявшую в основном из цветущих холмов и редких кустарников с неизвестными ему ягодами. Иногда мальчик мог заменить пробегающего мимо зайца, коих в округе водилось неистребимое число. А порой мимо них мог проехать другой экипаж, в основном те, что ему встречались принадлежали небогатым людям, занимающиеся торговлей в столице, однако порой Фуарину на глаза попадались настоящие караваны. Дорого украшенные, загруженные под завязку все различными товарами, они в окружение многочисленных охранников следовали в красную гавань. Вот только в этот раз дорога пустовала и картина за окном не менялась на протяжении всего путешествия до самых крепостных стен столицы. За которыми виднелись шпили башни магистра, королевского дворца и храма священного огня.

За время, пребывания в пути небо заволокло серыми непроглядными тучами, воздух наполнился ароматами, что всегда преобладали в нём накануне будущего дождя. Где-то вдали за южными холмами пару раз сверкнула молния, а за ней по округе разнеслись раскаты грома, тем не менее пока с неба не сорвалось и капли.

Въехав на каменную мостовую ведущую к первым воротам в город, они поначалу поравнялись с огромной по меркам мальчика очередью человек из сорока, состоявшей в основном из погонщиков и их рабов коими частенько торговали на местных рынках. Карета замедлила ход и стала двигаться параллельно людям, хотя на них они были похожи в последнюю очередь. Среди невольников находились женщины и мужчины, высокие и маленькие, светлокожие и темнокожие, такие разные, однако кое-что всех их всё же объединяло. Болезненно худощавые, босые, закованные в цепи, одеты в лохмотья или в какое-то непонятное тряпьё, от которого ко всему ещё и дурно пахло. Фуарину от этого зрелища стало не по себе, желудок завязало узлом, и казалось, сейчас стошнит, отчего он зажал нос и отвернулся, и отец, заметив это, обратился к нему с порицанием:

– Сын мой, веди себя достойно, как и подобает будущему воину королевства. Поскольку перед тобой не что иное, как проявление силы и власти, с которыми в дальнейшем тебе частенько придётся встречаться. – упрёк отца больно ударил по мальчику и тот нехотя повиновался, убрав руки от лица. Волна зловония в одночасье по новой накатила на молодого господина, только в этот раз с двойной силой. Сдерживать подступающие всё выше, рвотные позывы у него получалось всё сложнее и сложнее, не говоря уже о том, чтобы попытаться свыкнуться с этими запахами. Он повернул голову в сторону невольников и тут произошло то к чему Фуарин ну никак мог быть готов. Таким событиям обычно суждено оставлять отпечаток на всю жизнь, клеймя напрямик само сердце. Фуарин встретился взглядом с одной из рабынь. Глаза цвета изумруда пронизывали его насквозь, как будто рассматривали не лицо проезжающего в карете мальчика, а саму душу, пытаясь понять, если в нём хоть, что-то человеческое или же это ещё один представитель многочисленной знати. Которой безразлична судьба простого люда, жаждущая лишь насыщения своего безграничного аппетита.

Сам же Фуарин видел совершенно другое, в глазах неизвестной ему женщины, за нескрываемым, неподдельным гневом, испепеляющим изнутри. Пряталась боль, нет нефизическая, хоть её руки и ноги были покрыты засохшей кровью от натёртых кандалами ран. Эта боль совершенно другого рода, она сидела глубоко внутри в душе и словно огромная каменная плита нещадно давила на обладательницу изумрудных глаз. И через этот взгляд она передавалась Фуарину, отчего мальчику захотелось вернуться поскорее домой и забраться поглубже под своё одеяло. Бросив взор на отца, он понял, что этого явно не произойдёт. К его счастью, карета не остановила своего движения и поехала дальше и вскоре они достигли двух стражников, охранявших вход в город. Занятые тщательным досмотром новоприбывших рабов, те и глазом не повели на проезжающий мимо экипаж лорда Мариэля. Миновав их и проехав, они попали в нижний Нарт и небеса разразились дождём.

Кварталы нижнего города были отведены для лавочников, мелких торговцев, ремесленников и простолюдинов, а также под многочисленные трактиры и бордели, расположенные здесь, чуть ли не на каждом углу. Всё это соединялось запутанной паутиной узких улочек, по краям которых, прижимаясь вплотную стена к стене, стояли похожие друг на друга словно две капли воды одноэтажные и двухэтажные домики из кирпича и дерева, выкрашенные в белый цвет и покрытые коричневой черепичной крышей. В закатный час из труб, которых валил, закручиваясь клубами чёрный дым. Конечно, людей населявших эту часть королевства нельзя была назвать благочестивыми. Ходили даже слухи, что именно здесь в нижнем Нарте находилось убежище гильдий убийц и воров, но сказать на самом деле, так это или нет никто не решался по весьма известным причинам. Да и свидетелей как таковых тоже никогда не находилось.

Правда, во всей этой неприглядной простоте присутствовало какое-то своё таинственное завораживающее очарование. Можно даже сказать эта сторона Нарта являлась хоть и не самой красивой, но зато у неё в отличие от верхнего города не было фальши, не скрывалось наигранного притворства и откровенной наглой лжи, припрятанной за дорогим ароматом духов. Карета лорда, неторопливо сворачивая с одной улицы на другую, взбиралась вверх, пока не достигла городской площади. Являющейся импровизированным центром столицы и местом где любили отдыхать горожане. Обогнув огромных размеров фонтан, они практически достигли своей цели. Вторые крепостные ворота, задачей которых являлась не только новая линия обороны, но и отделение нижнего города от верхнего.

В этой части Нарта жил сам король и высшая знать, такая как архиепископ храма священного огня, главнокомандующий армией королевства, казначей его величества, магистр высокого искусства. Некоторые лорды и несколько торговцев, сколотившие на перепродаже товаров состояние не меньшие чем у самого Золара.

Лошади постепенно замедлили ход, пока и вовсе не остановились. Из кареты послышался недовольный голос Мариэля:

– Что-то случилось Сурт? Почему мы встали? – в ответ на его вопросы с козлов отозвался кучер:

– Господин, кажется, там впереди у одного из экипажей возникли проблемы с городской стражей. Правда зрение меня подводит, и я не вижу, у кого именно. Но если хотите, я могу пойти узнать в чём тут дело? – Сурт, прищурив оба глаза, попытался разглядеть тех, с кем спорили стражники, правда, даже так для него они оставались разноцветными пятнами.

– Не стоит Сурт. Пускай Фуарин выглянет в окно и посмотрит, какой герб изображён на той карете, из-за которой мы все тут стоим, – лорд поправил манжеты своей рубашки и привычным жестом, достав трубку, закурил. Мальчик послушно высунулся с головой из окна и посмотрел вдаль. Перед ними выстроилась целая вереница из пяти экипажей внешне похожих на их. Запряжённые двойками, позолоченные и украшенные всевозможными резными вставками из дорогих пород дерева, стояли они друг за другом. Тем не менее отличие в них всё же было и заключалось оно в родовых гербах, расположившихся на бортах карет. Следующие за их соколом шёл рыжий лис на зелёном полотне с белыми диагональными полосками – герб, принадлежавший лорду Басту Матрийскому. Потом олень на синем фоне с чёрной круглой окантовкой, знак рода Тариэлей. Вторым был ворон на янтарном фоне с белой квадратной окантовкой – лорд Гарт Сорунский. И первой в этой всей процессий, стоял экипаж с красовавшимся на двери золотым львом на красном фоне.

– Отец – это Нолрт Ирийский, – отозвался юноша, возвращаясь на своё место.

– Вот же паскудство. Даже спустя столько лет, после совместной службы доставляет неудобства мне, – на такое грубое высказывание своего отца, Фуарин и бровью не повёл, посчитав его в какой-то степени слишком мягким. Он уже давно привык, если речь заходила о лорде Нолрта, то без каких-либо ругательств его отец ну никак не мог обойтись. Порой его брань оказывалась настолько сильной, что этому мог бы позавидовал любой матёрый сапожник.

Выдержав короткую паузу, Мариэль продолжил – Жду не дождусь, когда наступит тот светлый день и этот треклятый трус Нолрта сдохнет, хотя, наверное, и тогда от него будет не меньше проблем. – и он было хотел добавить ещё несколько проклятий, однако его прервал удар вожжей, карета двинулась с нарастающей мелодией постукивающих колёс об мостовую. Подъехав к стражникам и остановившись, лорд пододвинулся к окну и стал ждать, пока к нему подойдёт один из постовых. Послышались шаркающие шаги и позвякивание стали, перед ними возникло лицо молодого парня. На вид ему было не больше двадцати пяти, закованный в стальные доспехи с эмблемой золотого солнца, отпечатанного на кирасе. На поясе у него висел полуторный меч и по тому, как он болтался в ножнах можно было сделать вывод, что вход пускать клинок ему пока не доводилось. Стражник отсалютовал и с уважением в голосе обратился к лорду:

– Приветствую вас в столице лорд Мариэль. Будьте так любезны покажите свой пропуск, – отец без возражений закатал рукав рубашки на правой руке, тем самым оголив её до локтя и просунул в окно. Стражник беглым взглядом осмотрел изображённую на ней руническую татуировку, которую нанёс в своё время великий магистр. Знак говорил о принадлежности его к знатному роду, о подделывание, которой и речи не шло, так как причудливый узор защищала особая магия. Фуарин тоже с любопытством поглядывал на неё, заворожённый сокрытым в ней волшебством. Символы и фигуры меняли свой позиций и формы, постоянно находясь в движении, и кажется, практически никогда не занимали одни и те же места. Сам же лорд долго противился её нанесению, однако впоследствии всё-таки сдался, не став перечить воле короля. И теперь этот маленький чернильный рисунок являлся неотъемлемой частью его самого. Фуарину тоже полагалась, такая чуть ли не с момента рождения, по праву крови, но отец оказался против, обосновав своё решение, что пока мальчик не вступит в рыцари, он её не заслужил.

– Прошу меня простить и не гневаться, но мне придётся вас ещё немного задержать. Согласно указу короля Залора Свирепого, нам стражникам вторых ворот поручено обыскивать каждый экипаж, пересекающий, так сказать эти самые ворота, – видно было, как паренёк замялся, озвучивая поставленную ему задачу, наверняка он не хотел вновь видеть то представление, которое устроил здесь полчаса назад лорд Нолрт.

– Валяйте, долг есть долг, – понимающе ответил Мариэль и воин приступил к выполнению своих прямых обязанностей. Осмотрев карету сверху донизу, он удовлетворённый результатом, что под ней не оказалась подосланных для правителя убийц или шпионов, одобрительно кивнул. Вернувшись к Мариэлю, стражник, широко улыбнувшись, сказал:

– Благодарю. И пускай вас и вашего сына хранит пламя священного огня, – он махнул второму стражу, стоявшему непосредственно возле самого входа, чтобы тот пропустил их. На прощание лорд пожелал ему с честью и доблестью служить королю и отдав указ Сурту их экипаж вновь двинулся в путь.

Верхний город кардинально отличался от нижнего. Совершенно другие виды, люди и даже запахи. Здесь не встретишь подвыпивших после тяжёлого дня работяг или дам лёгкого поведения одетых в дешёвые, потрёпанные, откровенные наряды. На этих вымощенных брусчаткой чистых улочках к путнику не подбегут маленькие оборванцы и не начнут просить подать им один медный, на пропитание, пока остальные из их маленькой банды не украдут у того кошель. Только высшая знать могла здесь находиться и жить, это условие накладывало огромный отпечаток, на верхнюю часть Нарта. Именно здесь определялось будущее королевства и судьбы людей, а также плелись закулисные интриги и заговоры, продавалась правда и предавались клятвы.

Кучер остановил лошадей прямиком возле белых с золотым вкраплением мраморных ступеней, ведущих к дворцу. Рядом в ожидание своих хозяев стояли ещё с десяток разномастных экипажей принадлежавшие остальной знати Мирты. Фуарин резво выпрыгнул из кареты, дорога ему наскучила и теперь хотелось побегать и поиграть. Однако вышедший следом за ним отец, тут же взял его крепко за руку и желание сразу пропало, словно мимолётное наваждение.

Широкая, изогнутая в своём основании и сужавшаяся к концу лестница вела их вверх к дверям огромного замка. Белоснежно-белый, словно облако, спустившееся на землю, каменные стены, которого украшали длинные, узкие гобелены с изображением золотого солнца с расходившимися в разные стороны волнистыми лучами. По всему фасаду здания расположились многочисленные бойницы, в которых в ясную погоду всеми цветами радуги мерцали витражные стёкла, собранные в единую мозаику. Переведя взгляд Фуарин, задрал голову ввысь, туда куда уходили величественные башни с высокими шпилями и флагами, развивающимися на ветру, казалось, они пронизывают само небо и могут достать до солнца. Всё это делало жилище короля, просто невероятным. Настолько, что у юноши от увиденного даже приоткрылся рот. Преодолевая каждую новую ступеньку им двоим, отдавала честь пара стражников. Вооружённые алебардами, закованные с головы до ног в стальные доспехи белого цвета, стоявшие по краям тех самых ступенек. Достигнув верха, сын с отцом оказались на небольшой площадке, заканчивающейся массивными дубовыми воротами.

– Лорд Мариэль рады вновь приветствовать вас в королевских чертогах, – отозвался низким басом стоявший справа от него грозного вида страж.

– Вы опоздали, все уже внутри, – добавил второй, стоявший слева.

– Да знаю я, можно было и не напоминать мне об этом. А теперь разрешите пройти, – скрещённые лезвия алебард разомкнулись, освобождая им проход. Воины толкнули створки ворот, и те распахнулись, открывая их взору тронный зал. Мариэль и Фуарин прошли вовнутрь, ступив на красную ковровую дорожку ведущею от входа и до самого трона на котором восседал правитель здешних земель. Дубовые двери за ними закрылись, погрузив их в полумрак помещения, созданный мерцающими рыжими огоньками свечей, что повсюду торчали из кованых подсвечников и в свисающих на цепях люстрах. Свет от них освещал ярко-белый барельеф, на котором были высечены все возможные короли и герой. Каждый из них занимал своё место, по мере того как заканчивался его жизненный путь.

Вот высеченная в камне Мариэта Светлая сжимающая в руке развёрнутый свиток, правившая этими землями много столетий назад и обучившая людей письменности и чтению. За ней следом шёл Стояр Грозный, покоритель земель Латуры, находившихся далеко на севере. Потом был Ёрнат Приносящий свет, герой битвы под Уртой по легенде именно он принёс священный огонь в эти земли, тем самым защитив их от вечного холода и мрака. После него было ещё несколько изображений мужчин и женщин, но мальчику они оказались неизвестны, да и времени разглядывать их у него попросту не осталось. Отец тащил Фуарина за руку всё быстрее и быстрее, стараясь поскорее встать на своё место рядом с остальной знатью. Заняв его они, как и все остальные преклонили колено перед Золаром Свирепым, восседавшим на высеченным из камня троне, изголовьем которого служил знак солнца. По левую руку от него с закутанным в одеяния ребёнком сидела настоящая красавица. Девушка лет двадцати на вид, с золотистыми словно рожь волосами и голубыми похожими на лёд глазами. Худощавая и изящная, она оставалась неподвижна, походив тем самым на прекрасную статую. По всей видимости, стараясь изо всех сил не привлекать к себе излишнего внимания.

Убедившись, что все лорды и их дети собрались, монарх рукой сделал жест, ознаменовавший начало церемоний:

– Встаньте с колен мой поданные! – зал наполнил звук шелестящих одежд. Одиннадцать представителей знати Нарта и их сыновья, стояли перед королём в напряжённом ожиданий. Кто-то с опаской, а кто-то с замиранием сердца готов был внемлить ему. Фуарин до этого не встречавший вживую монарха, поднял голову и с детским лишённым всяких манер и учтивости любопытством посмотрел на того. И оказался поражён, реальность и то каким он себе его представлял, совершенно не сходились друг с другом. В воображение Золар являлся ему широкоплечим великаном с грозным видом, готовый в любой момент броситься в бой, оправдав тем самым прозвище Свирепый. Вот только там на троне восседал совершенно непохожий на выдуманного Фуарином, реальный человек.

В тёмные, спадающие под тяжестью короны до самых плеч волосы, впутались седые пряди. Лицо, испещрённое шрамами и морщинами, не вызывало у юноши никаких трепетных чувств, возникающие обычно у всех при виде столь, великих людей. Лишь еле уловимая нотка высокого благородства затерялась во взгляде. Ему даже на мгновенье подумалось, что это какая-то шутка и сейчас выйдет настоящий король и выгонит этого самозванца. Эта мысль преследовала его ровно до той секунды, пока Фуарин не увидел у него в руках жезл солнца. Около полутора метров в длину, отлитый из лунного золота с вкраплениями всевозможных драгоценных камней, верхушку которого украшало круглолицее светило, служившие знаком власти монарха. ³

– Беспрекословной верой и безукоризненной доблестью служите вы мне, лорды королевства Мирта и я ценю это. Но увы, неумолимый бег времени неподвластен смертным и близится тот час, когда нашим сыновьям придётся занять наши места. – его голос зазвучал неожиданно властно и жёстко, отражаясь от стен тронного зала.

– Ровно через одну неделю здесь в Нарте пройдут вступительные испытания, по результатам которых вы мой юные поданные будете определены в ряды королевских рыцарей. С этого дня начнётся ваш путь славных деяний и героических свершений, служа мне и людям королевства Мирты. И пусть священный огонь подарит вам удачу и благословит вас! – Золар ударил жезлом об мраморный пол, возвещая всех об окончание своей речи.

– Почтём за честь! – единогласно отозвались присутствующие. Церемония подошла к концу, и все поспешили обратно к экипажам. Кроме лорда Мариэля, он наклонился к сыну и положив руку ему на плечо, прошептал на ухо:

– Подожди здесь, мне необходимо кое-что обсудить лично с королём. Это не должно занять много времени, поэтому просто ни куда ни уходи, – Фуарин, заметив обеспокоенный вид отца, не стал с ним спорить и в согласие молча кивнул. Мариэль поднялся, и развернувшись на пол-оборота, поспешил быстрым шагом за удаляющимся в свой покой монархом и королевой. Остальные лорды и их дети покинули тронный зал, оставив мальчика одного среди барельефов.

Стоять без дела ему быстро наскучило, и он принялся по новой, более тщательно изучать запечатлённых в камне великих людей древности. Особенно теперь, когда его никто не подгонял, и он никуда не спешил. Первое на что обратил внимание Фуарин, так это на маленькие прямоугольные таблички в их основание. На них были нанесены письмена, гласившие кем, являлся данный человек и какими деяниями прославился. Среди всех особенно заинтересовала юношу фреска с искусно изображённым на ней могучим воином. Детальность с какой была выполнена одежда, оружие, пропорций тела поражали воображение, настолько умело их передал древний резчик. Правда, во всём этом оставался один небольшой нюанс, у изображения отсутствовало лицо. Хотя по следам сколов и потёртостей можно было сделать вывод, что оно там изначально присутствовало. Вот только кто-то его намеренно оттуда стёр. Фуарин перевёл взгляд вниз в поисках таблички с именем, но её там не оказалось. – «Интересно, кто бы это мог быть? И чего он такого натворил, за что его стёрли с барельефа?» – любопытство подстёгивало мальчика, разузнать об этом человеке как можно больше. Но из-за отсутствия сиюминутного ответа, Фуарин тут же переключился на совершенно другие мысли, касающиеся его отца – «Интересно, о чём они там вдвоём разговаривают? И почему после услышанного он оказался таким взволнованным? Наверное, отца тревожат мой неудачи в фехтование, и он боится, позора, который я могу на него навлечь» – выражение смятения, появившиеся у юноши сменилось на решительное.

– Я докажу отцу и всем остальным лордам, что могу превзойти их всех и победить! – мысли неосознанно превратились в слова и вырвались из уст.

– Звучит действительно неплохо, надеюсь, так оно и будет, – тихо проговорил Мариэль, стараясь не напугать сына, тем не менее от неожиданности Фуарин всё равно вздрогнул.

– Я не слышал, как ты вернулся отец, – юноша повернулся и посмотрел на него. Он был спокоен, как и всегда. Недавнее напряжение после разговора с монархом куда-то улетучилось. После мальчик перевёл взгляд с отца по сторонам и окинув опустевший зал, добавил:

– Мы опять оказались последними, – и по-детски широко улыбнулся. Мариэль ответил ему тем же жестом, однако улыбка у него получилась с едва заметной тенью печали:

– Поверь мне сынок, иногда быть последним не так уж и плохо, – Фуарин никогда бы и не подумал, что когда-нибудь услышит подобное от отца. Звучало это настолько же невероятно, как если бы он застал его с лордом Нолрта за дружеской беседой или совместным раскуриванием трубки.

– А теперь пойдём поскорее домой, хочу вернуться и отдохнуть хорошенько, – в голову мальчика начали заползать нехорошие мысли.

– Что-то случилось отец? – на что Мариэль отмахнулся от его слов рукой, как бы отгоняя их от себя.

– Не переживай, ничего страшного не произошло. Просто король поручил мне одно очень срочное и важное дело. Из-за чего мне придётся завтра уехать, на неопределённое время, – заметив, как эта весть расстроила Фуарина, лорд поспешил исправиться. – Не беспокойся, думаю уже к концу следующий недели, я вернусь домой. Аккурат к началу твоего испытания, ведь негоже отцу пропускать триумф сына. Тем более если ты даже правителям прошлого успел это пообещать, – от этих слов юноша смущённо покраснел, а потом буквально засиял от счастья. Никогда раньше ему ещё не доводилось слышать, таких приятных слов. Взяв его за руку и сжав покрепче, они не спеша, зашагали к выходу, где их весь уже мокрый от дождя, заждался Сурт. Возвращение в родовое поместье не выделилось чем-то примечательным и прошло без особых приключений. Поужинав и хорошо прогревшись возле камина в обеденном зале, Фуарин отправился к себе заниматься тайком магией. Правда, из-за накатившей на него усталости довольно быстро уснул, поддавшись чарам Урфия. ⁴

А вот Мариэлю в эту ночь, так и не довелось отправиться спать, все эти часы до рассвета он пил вино и курил в задумчивости трубку. Сомнения о правильности сделанного выбора, поедали лорда изнутри. Пообещав правителю выполнить столь ответственную и с этим столь неприятную для него просьбу. Однако, тем самым старик Мариэль запустил колесо судьбы и то со скрипом отозвавшийся начало своё бесповоротное вращение вперёд.

За окном забрезжил алый рассвет, возвещающий о необходимости отправляться в дорогу. Лорд, не спеша, поднялся из-за стола, слегка покачиваясь после выпитого, однако при этом сохраняя равновесие и здравость рассудка. Сказывалась бурная молодость и многочисленные годы, проведённые на службе. Там он пил намного чаще и больше, пока в один день от алкоголя Мариэль, кажется, и вовсе не перестал пьянеть.

– Ох, сколько же всего произошло за все эти месяцы, но кто бы мог подумать, что я клинок короля, дойду до такого, – в порыве гнева, его обуздавшего лорд ударил кулаком по столу, да с такой силой, что бокал с вином стоявший на нём подпрыгнул и опрокинулся, окропив остатками красного напитка белую скатерть.

– Вот же дерьмо. Будь проклят этот Золар и его хрен, который он не может удержать в своих руках, – поставив бокал, он накинул на плечи походный плащ, висевший с самого вечера на спинке стула, и побрёл к выходу. И уже у самой двери, взявшись за ручку, он вспомнил о нечто важном.

Стараясь не шуметь Мариэль поднялся на второй этаж и направился в спальню своего сына. Тихонько отворив дверь, он буквально на цыпочках пробрался к спящему Фуарину, изо всех сил стараясь не разбудит мальчика. Опустившись на колени, лорд какое-то время просто смотрел на чуть слышно посапывающего Фуарина, боясь лишний раз даже двинуться. Вихрь чувств окутал сердце и от чего-то на глазах выступили слёзы, но вытирать он их не стал. И пара слезинок одиноко скатились по его старческим морщинистым щекам.

– Ты так похож на свою мать, – шёпотом проговорил Мариэль и погладил сына по спутанным ото сна прядям. – Как же я хочу, чтобы твоя судьба зависела только от тебя. И ты сам мог выбирать свой путь, – лорд убрал руку и медленно поднялся, уже выходя из комнаты, он бросил беглый взгляд на Фуарина и всё так же, не повышая голоса, добавил.

– А ведь ты даже и не представляешь, как мне дорог и насколько я тебя люблю. Твоя мать гордилась бы тобой, – и закрыв за собой дверь, он поспешил к заждавшемуся его Сурту.

Глава 3
Судьба и день испытания

Год 308 от возникновения священного огня. Королевство Мирта, город Нарт

Проснулся молодой господин на пару часов позже, чем обычно, когда отец его уже покинул границы Нарта, а солнце поднялось высоко. Встав с кровати, он потянулся и сразу же принялся переодеваться, времени на долгий подъём у него просто-напросто не оставалось. По указу лорда с этого самого утра и следующие шесть дней кряду, Фуарин должен посвятить всего себя исключительно тренировкам по фехтованию. Остальные занятия отошли на второй план, только практические уроки и ничего больше. И всё это было сделано, ради того, чтобы сконцентрировать всё внимание мальчика, бою на мечах. После скоротечного завтрака он поспешил в зал для тренировок, где его уже заждались Лорант с Юдо.

– Утро доброе мой господин, готовы приступить к тренировкам? – поинтересовался у него учитель с добродушной улыбкой на лице. За своим отцом его поприветствовал и Юдо, он же в отличие от Лоранта не выглядел таким весёлым и бодрым. Мальчик чуть ли не при любой выпавшей ему возможности старался зевнуть и потереть глаза. – «Видимо, вчера вечером у Юдо скопилось много работы по кухне, и старая Натана совсем его загоняла, вот он и не выспался. Но ничего сейчас я его быстро взбодрю» – подумал про себя Фуарин с промелькнувшей хитрой ухмылкой на лице.

– Да я полностью готов, давайте приступать, – одев защитное снаряжение и взяв меч, юноша направился к заветному чёрному кругу на полу.

– По просьбе лорда Мариэля перед тем как мы начнём я бы, хотел тебе кое-что рассказать о предстоящем испытание, – мальчик весь напрягся, услышав, что эти вести от отца и готовый слушать опустился на пол, усевшись, скрестив ноги под собой.

– Как ты уже знаешь каждый год монарх проводит отбор юных воинов из высокородных семей, и формирует из них элитные отряды. Поверь мне, желающих туда попасть очень много, ведь каждый хочет, чтобы его отпрыск в будущем жил ни в чём не нуждаясь, – он бросил взгляд на своего сына и продолжил. – Ты сможешь стать кем захочешь, капитаном отряда, да хоть самим главнокомандующим армией, всё зависит только от тебя. Нужно лишь победить и все дороги перед тобой будут открыты, – эти слова про свободу выбора зажгли в Фуарине огонь невиданной силы. – «Выиграю и смогу заниматься магией и пусть цена будет высока, я преодолею этот путь» – в глазах мальчика появился загадочный блеск от искр, порождающие за собой настоящий огонь.

– И каковы правила? Что мне необходимо сделать, дабы оказаться первым? – с нетерпением спросил молодой господин и Лорант поспешил ответить на интересующий его вопрос.

– В этом году суть испытания довольно проста. Все участвующие кандидаты будут биться, только с помощью холодного оружия один на один. Проигравший вылетает, а победитель продолжает сражаться пока у него не останется противников, – Лорант поднял взгляд к потолку, словно вспоминал что-то важное и вот когда нужная мысль наконец-то пришла, учитель продолжил:

– Также тебе стоит обязательно запомнить несколько правил, нарушение любого из которых карается вылетом с турнира, – оттопырив на правой руке указательный палец, видя им, как бы отсчёт Лорант озвучил три нерушимых табу.

– Первое и самое главное, на турнире запрещены убийства, участникам нельзя добивать раненых противников, – распрямился средний палец.

– Второе ни каких уловок, только честный бой, – вход пошёл безымянный.

– И третье если, кто-то по какой-то причине решит не выйти на бой, то ему сразу же засчитают поражение, – рука сжалась в кулак и опустилась на уровень бедра.

– За всем этим будет наблюдатель сам король и такие высокопоставленные люди, как верховный жрец церкви священного огня Лотр, командир армий Мирты Фангор и великий магистр высокого искусства Эльтауруиль, – звучавшие новости становились для мальчика всё лучше и лучше. А тем временем Лорант закончил свою речь.

– Это всё учитель? – поднимаясь с пола, спросил юноша.

– Кое-что ещё напоследок. Ваш отец лорд Мариэль, также приказал мне все эти шесть дней, тренировать вас с раннего утра и до позднего вечера без отдыха и продыху. До тех пор, пока вы не начнёте валиться с ног от усталости и только тогда я смогу отпустить вас отдыхать, а потом мы вновь продолжим тренировку, – на тот момент Фуарин был настолько поглощён мыслью о магии и возможности выбора желаемого пути, что не придал этим словам должного значения, а зря. Впоследствии всю оставшуюся неделю он будет частенько их вспоминать и проклинать.

– На этом с новостями покончено. Теперь вы с Юдо можете перейти непосредственно к бою, – его друг занял противоположный круг и встал в боевую стойку, выставив на изготовку меч. Фуарин вдохновлённый, только что узнанными известиями не дожидаясь команды, бросился в атаку. Рывок, за ним прямой выпад и в завершение обманный манёвр, рукоятка скользнула внутри ладони, и теперь лезвие клинка стремилось по обратной дуге к своей цели. Юдо, растерявшись из-за сонливости, не ожидал, такого поворота и в спешке попытался парировать, но удар оказался слишком сильным. Отчего он попятился назад и запнувшись упал. Подняв голову, юноша увидел направленный к своему горлу деревянный клинок, который держал с ликующим выражением лица Фуарин. Убрав меч, он протянул ему руку, дабы помочь встать.

– Сдаюсь этот раунд за тобой. Но отец разве – это честно? – проговорил Юдо с детской обидой в голосе, хватаясь за руку господина и поднимаясь.

– Очень хорошо, очень хорошо, – с расстановкой произнёс Лорант, похлопывая в ладоши. – Смотря как на это посмотреть сын. С точки зрения тренировочного боя нет, а вот если с позиций настоящего, – он перевёл свой взор на Фуарина. – Вы поступили абсолютно правильно, решив воспользоваться замешательством моего сына. Ибо в настоящем сражений. Задумываться о морали и чести, когда на кону стоит твоя жизнь будет лишь человек желающий поскорее умереть, – мальчики вновь заняли исходные позиции.

– Поэтому используйте любую подвернувшуюся под руку возможность, если она поможет вам победить. А теперь приступайте по новой, – взмахом ладони он отдал им команду, и юные мечники бросились в атаку.

Лорант ни капли не соврал, тренировка и вправду продолжалась до позднего вечера, прерываясь лишь на небольшие перерывы для принятия пищи. Под конец мальчики вымотанные и обессиленные, плелись, волоча ноги вдоль по коридору к своим спальням. У обоих болезненно ныли все мышцы, а тела были покрыты синяками и ссадинами, ко всему ещё и эфес меча натёр кровавые мозоли на руках. Благо Натана оказавшись поблизости и увидев их многочисленные раны, смогла аккуратно те обработать и перевязать, отчего боль стала не такой сильной. После чего она предложила им поужинать, но ребята отказались, поскольку им хотелось лишь одного, поскорее доползти до мягкой кровати и провалиться в пучину сна. Юдо, так и поступил, как только улёгся на подушку, хоть она и была жестка и неудобна, однако сейчас казалась ему словно мягкая перина и он тут же уснул.

А вот Фуарин подстёгиваемый желанием отправился спать не сразу. Как и всегда перед сном юноша достал старый фолиант по магии и принялся его жадно изучать, он впитывал знания, словно земля после месячной засухи поглощает влагу. Теперь, когда отец уехал, мальчик мог попытаться попрактиковаться в чародействе, правда, для этого ему нужно было пространство побольше, чем его спальня. Да и как он сможет объяснить, если что ни будь приключиться во время тренировки тот же пожар, или к примеру, потоп. Недолго размышляя Фуарин, не придумал ничего лучше, как отправиться к конюшням, расположенные на окраине их земель, рядом с реденькой лесополосой. Выбравшись через окно своей спальни, он попал на покатый черепичный козырёк, на котором юноша частенько тёплыми летними ночами любил наблюдать за звёздами. Он ступал аккуратно и тихо, не желая, чтобы его заметили или услышали. Подойдя к краю навеса Фуарин свесил ноги и перехватившись руками сначала повис на опорной деревянной балке, служившей каркасом козырька, а потом спрыгнул вниз на зелёную траву. Получилось весьма ловко и бесшумно, как говорится, сказывался большой опыт, таких вылазок в лес, он ведь частенько этим занимался, когда отца не было дома.

Высоко в нёбе, окружённая миллионом разноцветных звёзд светила полная луна, освещая своим серебристым мягким светом угодья семьи Торийск. И лишь небольшие облачка лениво проплывали, по этому ночному морю. Дневной ветер стих и теперь на улице стоял полный штиль и всё, как будто замерло в этом мире. Деревья и листва на них, табачные кусты и флюгер на крыше были неподвижны. Только движущаяся фигура Фуарина не соответствовала этой общей картине.

Пригнувшись, мальчик гуськом направился прямиком к заветному месту, сокрытому от посторонних глаз. Миновав табачное поле и амбары, он добрался до конюшен, над воротами которых до сих пор горел свет масляного фонаря. – «Наверное, кто-то из слуг ещё внутри, возиться с лошадьми. Надо бы тихонько постараться прошмыгнуть мимо». – прижавшись спиной к одной из боковых стенок постройки, юноша невольно стал прислушиваться к звукам, исходящим изнутри. За негромким лошадиным ржанием и фырканьем он услышал размеренное бормотание.

Поначалу Фуарин не мог понять, чем именно там занимался человек, однако потом к нему всё же пришло осознание происходящего: – «Это не бормотание, это песня. И голос такой красивый, жаль слов не разобрать. Хотел бы я взглянуть на поющего, но лучше мне не рисковать». – однако на пару минут он всё-таки задержался, в надежде распознать владельца голоса. И когда попытка не увенчалась, успехом мальчик отправился дальше. Обойдя конюшню сбоку и дойдя до границ их земель, он очутился в нужной ему лесополосе. Фуарин осмотревшись по сторонам и убедившись, что находился здесь один без лишних глаз, зажёг волшебный огонёк. А после достал из-под рубахи фолиант с практическим курсом для адептов магий и бережно положил, ветхую книгу на близь стоявший, поросший мхом пенёк. Открыв её на нужной странице. Юноша принялся, повторять узор руны из книги, чертя его в воздухе. С первой попытки у Фуарина ничего не вышло и со второй тоже. Магический узор лишь вспыхивал тусклым рыжим светом и тут же угасал. – «Вот же гадство, отчего не выходит?» – мысленно спрашивал сам себя Фуарин. Схватив фолиант, он по новой перечитал страницу с заклинанием.

– Я ведь делаю всё правильно, знак верный и браслеты для его применения не нужны, – не боясь, что его кто-то обнаружит он стал размышлять вслух.

– А если попробовать линий сделать более плавными, – сказано – сделано. Вытянув руку вперёд с выпрямленными двумя пальцами указательным и средним, остальные оставались прижаты к ладони. Мальчик приступил к написанию руны, ведя кончиками ногтей по воображаемому узору, стараясь изо всех сил сделать всё как надо. И его желанию суждено было осуществиться, линий вспыхнули ярким оранжево-красным светом и шар сущностью, которого являлся чистый огонь. Размером с кулак подростка понёсся на большой скорости к ближайшему дереву и врезавшись в него с хлопком, разорвался об толстый ствол, опалив его.

И не успел Фуарин подумать, как здоровски у него всё получилось. Как тут же из-за брызг жидкого огня, упавших рядом с местом удара, начал разгораться настоящий пожар. Растерявшись и одновременно испугавшись, мальчик замер в ступоре. Если ничего не предпринять, за ночь сгорит не только лесополоса, но и близлежащие постройки, вместе с полями табака. Думать о том, что с ним будет, если об этом, прознают слуги, а главное – отец и вовсе не хотелось. Сглотнув нарастающий, ком ужаса в горле. Фуарин сломя голову бросился вперёд и принялся тушить разгорающееся пламя. С маленькими очагами он весьма неплохо справлялся, топча их. Управившись с одним, юноша приступал к следующему, а за ним к третьему. Однако прожорливое пламя оказалось намного быстрее него, поглощая сухую листву и ветки с немыслимой скоростью. Многократно увеличившись в размерах, оно уже напоминало стихийное бедствие. Фуарин от охватившего его отчаянья, запаниковал:

– Что же мне делать? Если огонь станет ещё больше, его заметят слуги и прибегут тушить. А вместе с этим увидят и меня и тогда всё пропало. Может быть, убежать и оставить всё на них? – он озвучил один из возможных путей решения проблемы, но верный ли? Правильный ли? Фуарин этого не знал и вряд ли узнал бы.

– Вот же дурень – корил юноша себя, за свою неосторожность, – Нужно было с магий воды начинать, а не огня. – и тут в его голову пришла поистине здравая идея.

– Лёд, точно! Жар от пламени его растопит и тем самым потушит сам себя. Нужно лишь начертить ту руну, о которой я читал на днях, – на секунду он закрыл глаза и попытался сконцентрироваться в желание вспомнить нужное заклинание. Лицом, руками, мальчик чувствовал нарастающий жар, лёгкие наполнялись дымом, глаза слезились. Но он не сдался и не убежал.

Выставив ладонь перед собой, со сжатыми определённым образом пальцами. Его рука, словно подчиняясь чужой волей, нарисовала в воздухе нужный узор. И тут же трава в полуметре от него, в мгновение ока покрылась кристалликами льда, а потом и вовсе из них выросла целая стена в метр высотой. Всё произошло именно так, как было написано в книге, даже небольшие остроконечные кристаллы в виде копий, торчали с внешней стороны. Правда, они уже почти все растаяли от тех языков пламени, с которыми соприкасались, однако всё сработало наилучшим образом. Обрадовавшись своему успеху, Фуарин продолжил окружать главный очаг возгорания новыми ледяными баррикадами до тех пор, пока не образовал вокруг него, что-то наподобие купола. С каждым установленным барьером юноша чувствовал, как ему становилось всё хуже и хуже. Поставив последний, перед глазами у него всё помутнело, и он, пошатываясь, побрёл к тому самому пеньку, на котором лежал фолиант, и отодвинув его в сторону, уселся рядом.

Голова гудела, а по телу холодной испарённой выступил пот. До этой минуты юноша связывал это с недавней тренировкой по фехтованию. Однако теперь понимал, что причина была явно в другом, он достиг своего лимита. Фуарин уже натыкался на эту фразу в прочитанных им книгах по магии. В которых писалось – У каждого волшебника есть незримый, воображаемый сосуд, наполненный до краёв внутренней энергией или как ещё её, называли саурой. Объёмы её для каждого владеющего магией, определялись исключительно индивидуально. И когда чародей, непрерывно использовал заклинания, опустошая тем самым свой запасы, он приближался к той самой невидимой черте. – Вот только откуда она взялась? Как появилась в этом мире? И почему у одних её больше, чем у других. В книгах на это ответов не встречалось. Одни предполагали, что этим даром их наделили боги, другие утверждали, якобы каждый человек по природе своей обладает саурой, просто ни всем дано её пробудить. Были и третьи, считавшие, что всё это проделки демонов, а маги и колдуны были их приспешниками. Так или иначе, конфликт это длился уже не первую сотню лет и единого решения на него нет.

В этом вопросе юноша придерживался второй точки зрения, но даже сейчас достигнув своего предела, он так и не смог ответить, как много у него этой мистической энергии. Больше ли, чем у остальных начинающих магов или же меньше? Ведь сравнивать то было не с кем. По крайней мере, сейчас Фуарин точно знал одно, ему необходимо срочно возвращаться в свою спальню, пока никто не заметил его отсутствия. Да и к тому же неплохо было бы отдохнуть, те несколько часов, что оставались до рассвета.

Мальчика ещё немного пошатывало из стороны в сторону и кружилась голова, однако собравшись с остатками сил и забрав все свой вещи, Фуарин побрёл домой. И не без участия счастливого случая его путь назад прошёл без приключений. Все в поместье лорда Мариэля уже давным-давно спали и даже тот слуга, что, задержавшись допоздна, пел в конюшне также отправился отдыхать. Добравшись до кровати Фуарин обессиленно на неё, рухнул. Её мягкость и прохлада, практически сразу унесла его в мир сновидений и фантазий.

В похожем ключе прошли оставшиеся пять дней. Шестой был полностью отведён под отдых. Провёл Фуарин, который просто валяясь в кровати, из-за того, что не мог не пошевелить ни руками, ни ногами. Настолько у него болело всё тело. И причиной, такого состояния послужили не только тяжёлые тренировки по фехтованию, проходящие до самой темноты, но и скрытые от посторонних глаз практики по магическому искусству, так продолжалось вплоть до того самого, рокового утра. Утра, когда в жизнь молодого господина вмешается старуха, судьба и своей костлявой рукой, направит мальчика по совершенной другой дороге.

Отец так и не явился в нужный час и Фуарина решил сопровождать Лорант. Одевшись в торжественные одежды их дома они вдвоём, вышли из поместья. Снаружи моросил дождь и дул прохладный ветер. Очутившись на улице Фуарин поёжился и попытался посильнее закутаться в широкие полы камзола в надежде укрыться в них от порывов стихий. Однако тонкая ткань, расшитая красными нитками не особо-то, и справлялась с этой задачей. И пока юноша в спешке усаживался в крытую карету, ища в ней укрытия от холода, Лорант уже занял место отсутствующего кучера на козлах. Управлялся с ней он, конечно, похуже чем, Сурт, сказывалось длительное отсутствие практики, всё-таки это была для него чужая вотчина. Но все же его навыков вполне хватало, чтобы отвезти в целостности и сохранности своего юного господина в столицу.

Удар вожжей и вот они уже снова покидают родное поместье. За последний месяц Фуарин уезжал из него намного чаще, чем за весь этот год. И юноше это не сказано нравилось в его сердце словно маленькие ростки начали пробиваться к свету, мысли о приключениях и о таком манящем, соблазняющем воздухе свободы. Повернув за ворота, карета, ведомая кучером, направилась прямиком на арену, находившуюся в специально отведённом для неё месте между нижним и верхним городом.

Попав в Нарт, Фуарину сразу же бросился в глаза тот торжественный наряд, в который украсили город. Всюду на шпилях домов и на их лицевых сторонах висели флаги и гербы знатных родов, чьи отпрыски будут сегодня сражаться на турнире. По улицам ходили бродячие музыканты и артисты устраивающие представления для собравшихся зевак, за скромное подаяние. Тут же сновали из стороны в сторону торговцы с тележками, наполненные до краёв всякими вкусностями. И конечно, не обошлось без зазывал, стоявших на каждом углу и громко объявлявших ставки на будущих участников королевских испытаний. По количеству народу собравшихся возле них и отдающих им свой медяки, юноша сделал вывод о большой популярности данного вида заработка в нижнем городе. И чем больше Фуарин наблюдал за всем происходящим, тем яснее ему становилось, и он более отчётливо понимал. Почему простой народ, редко поднимающий голову от постоянной работы, так любил, такие праздники. Ведь именно благодаря им он мог, хотя бы на один день позабыть о ежедневной рутине и отдохнуть.

Поворачивая по улице, экипаж приблизился на достаточное расстояние к одному из таких зазывал. И если Фуарин всё правильно расслышал, то на его победу ставили один к пяти, а за поражение любой, кто внесёт задаток мог получить в десять раз больше. Мальчик подумал про себя, откуда могли взяться, такие цифры ведь вряд ли хоть кто ни будь из них знал наверняка на что он на самом деле способен. Видимо, большинство всё-таки рассчитывало наудачу, а желание заработать лёгких денег всегда являлась проблемой тех, у кого их толком не имелось.

Проезжая мимо толпы изрядно подвыпивших работяг, которые о чём-то громко рассуждали и спорили. Его карету заметил один из них, гладковыбритый, крепкий мужчина в грязной простоватой одежде. Он посмотрел на Фуарина, как показалось мальчику с озлобленным взглядом, и юноша уже подумал о худшем. Лорант также подметив недобрый взор еле заметным движением руки, положил её на рукоятку меча, готовясь к атаке. Правда, в конечном счёте произошло, то, что они явно не ожидали, здоровяк прокричал юноше:

– Давай пацан не подведи меня! Я поставил весьма крупную сумму на твою победу. Ты ведь отпрыск самого лорда Мариэля. Лучшего мечника королевства! Так, что надери им всем жопу! – мужчина улыбнулся, а остальные из его компаний подхватили речь своего товарища и громко заухали, подбадривая мальчика. Поступок выбил из колей обоих, в хорошем смысле этого слова. Ведь ни для кого не секрет, что простые работяги недолюбливали знать и порой не скрывая высказывали своё недовольство. Однако в открытую конфронтацию они боялись вступать, зная, что за высокородными стояли королевские войска.

Подъехав к одному из входов арены со стороны нижнего города, у которого ошивалось меньше всего народу. Лорант, остановил лошадей и поспешил спрыгнуть с козлов и открыть своему господину дверь. После чего достал закреплённый на крыше экипажа средних размеров сундук и взяв его за ручки, вместе с Фуарином пошёл к арене. Дождь на улице уже перестал моросить, оставив после себя лишь многочисленные лужицы на мощёной брусчаткой улочках. В отражениях которых виднелись серые тучи. Подойдя поближе, они наткнулись на стражников, охранявших вход. Один из них коренастый с грубым голосом обратился к ним:

– Зрители или участники? – Лорант поставил сундук рядом с собой на землю и ответил.

– Участники, вот наши бумаги, – из уст слуги, фраза прозвучала довольно резко, словно заученная и достав из поясной сумки, нужные документы он протянул их и вложил в руку стража. Тот поднял забрало своего шлема и стал читать, бесшумно шевеля губами.

– Значит, он сын лорда Мариэля? – охранник смерил быстрым взглядом Фуарина.

– Именно так, – ответил ему Лорант.

– Если это так, то почему вы не воспользовались воротами из верхнего города? Служащие входом для знати? – вмешался в разговор второй стражник, лениво опирающийся на древко своей алебарды, словно усталый уборщик на швабру.

– Понимаете у господина Фуарина ещё нет своей печати, а его отец находится в данный момент в отъезде, – второй понимающе кивнул, но не отстал.

– А в сундуке у вас что? – слуга развернул его передом к стражникам и открыл замок, после чего поднял крышку, показывая содержимое.

– Да могли бы и не показывать, а так сказать, что там экипировка, – закрывая его снова на замок, Лорант ответил.

– Пусть уж лучше всё будет, как должно быть, – в это время первый стражник протянул ему обратно документы.

– С вашими бумагами всё в порядке можете проходить, – слуга и юноша прошли вовнутрь, а вслед им донеслось. – Только поспешите, всё вот-вот начнётся.

В лабиринте помещений спустя несколько минут блужданий, они всё-таки нашли нужную комнату, где их уже ждал распределитель боёв. Внутреннее наполнение помещения не отличалось особой роскошью и разнообразием. Свет свечей в кованных люстрах мерцая падал на каменные стены. На которых, отбрасывая тени, весели всевозможных форм щиты с изображением неизвестных мальчику гербов, а к ним крест-накрест оказалось прикреплено оружие. Тут были одноручные и двуручные мечи, топоры и даже привезённый трофей из Туаланий серповидный клинок с длинной вытянутой квадратной рукояткой. Ещё тут находилась парочка деревянных скамеек, на одну из которых Лорант поставил их сундук. По догадке мальчика в этой комнате к бою готовились Нерды. В основном их ряды состояли из беглых рабов и разбойников, коих получалось поймать, вот только, как показывала практика, долго этот контингент не жил. И в большинстве случаев они умирали практически сразу же в первом бою. Однако были и те, кто оказался рождён для сражений. Выходивших на арену уже не в первый раз нарекали Ётрами, если же молодой боец и дальше смог продвинуться, да и к тому же одержал больше трёх побед, то ему присваивалось звания Утруна. Дальше шли Тарты и только единственный из них прошедший через десятки сражений и вышедший из них абсолютным победителем становился золотым Торном. Безграничная слава и почёт ждала, такого война, а главное, богатство. По слухам, в настолько непомерном количестве, что в нём ни будет нужды ни у него, ни у его детей. ⁵

Рядом со скамейкой стояли, стойки с нагромождёнными на них старыми и потрёпанными доспехами, испещрённые царапинами и ржавчиной, пропитанные литрами пота и крови. Здесь же в отдаление от всех, в самом углу накренившиеся на один бок, были тренировочные манекены, служившие для отработки ударов. От дальнейшего осмотра вещей Фуарина отвлёк голос распределителя. Мужчины с сальным лицом, проплешиной в волосах и немалых размеров пивным животом:

– Вы пока можете подождать своей очереди здесь. Я объявлю вам, когда она наступит, так что располагайтесь поудобнее юный господин, – сделав акцент на последнем слове, он омерзительно улыбнулся, оголив остатки своих прогнивших, жёлтых зубов. После чего поспешно куда-то удалился.

– Лорант? – обратился юноша, повернувшись к нему всем телом, так что они оказались друг напротив друга на расстояние вытянутой руки.

– Да мой господин? Вас что-то беспокоит? Это по поводу предстоящего боя? – кажется, учитель, переживал не меньше своего ученика.

– Скажи мне, что будет, если я проиграю? Отец, он сильно расстроится? – в уголках глаз заблестели маленькие капельки. Старый фехтовальщик опустился на одно колено и поравнялся с юношей. Положив ему на плечо свою руку, тихо проговорил:

– Не переживай Фуарин, победа будет за тобой. Ты ведь упорно тренировался и достиг значительных успехов. Думаю, среди сегодняшних участников тебе не будет равных, – волна эмоций захлестнула мальчика, и он заплакал.

– Ну-ну негоже будущему рыцарю королевства плакать, – Лорант аккуратным движением руки вытер ему слёзы своим платком.

– Я верю в твою победу, осталось только тебе самому в неё поверить, и ты её одержишь, – как же он хотел, чтобы эти слова произнёс ему его отец. Распахнулась дверь и в комнату вернулся распределитель боёв.

– Прошу прощения, за то, что помешал вашей столь эмоциональной сцене, но вам скоро выходить на арену. Так что одевайте броню, берите оружие и бегом за мной к выходу, – взяв себя в руки и успокоившись, юноша проследовал за снаряжением. Достав лёгкую клёпанную кожаную броню со стальными вставками и короткий меч. Фуарин положил их перед собой и замер. Согласно правилам, бой длился до первой крови, вследствие чего им нельзя было использовать тяжёлые доспехи, дабы наблюдатели сразу же увидели рану и ни один участник не умер от кровопотери.

– Давайте я помогу вам одеться, – предложил Фуарину свою помощь Лорант и не дожидаясь ответа, подал гамбезон, потом надел на него кольчугу, а уже поверх закрепил на нём с помощью специальных ремешков, лёгкую броню.

– Ну-ка проверьте, движения нигде не сковывает? – Фуарин послушно нагнулся в разные стороны и даже присел.

– Нет, всё хорошо, не переживай, – удовлетворённый результатом, слуга обратился к управляющему.

– Уважаемый мы готовы, ведите нас, – поманив их рукой за собой, он быстро развернулся и направился вглубь запутанных и узких коридоров арены, освещённых лишь светом факелов. По пути к выходу он, не замолкая ни на минуту, рассказывал о том, что закончились уже три боя и к его великому сожалению ни один из них ни оказались особо зрелищным. Как выразился распределитель: – «Нынче дух война в юном поколении совсем измельчал, не то что ранее. Вот во времена его не столь давно минувшей юности, что ни парень, то грозный боец, готовый одним только взглядом вселить в своего противника страх.» Его болтовню едва ли, хоть кто ни будь смог бы назвать полезной. Однако пару золотых крупиц в этом нескончаемом потоке им всё же удалось уловить, благодаря Лоранту, который вовремя останавливал мужчину и задавал ему нужные вопросы. Теперь они знали, что соперником Фуарина будет Ильтур сын лорда Баста Матрийского. Со слов распределителя, он как-то видел его тренировочный бой, вооружённый щитом и коротким клинком тот был весьма недурственен как в нападение, так и в защите. От услышанного юноша инстинктивно напрягся, ведь противник оказался весьма неприятный, да и к тому же наверняка опасный.

В последний раз свернув, они очутились в длинном туннеле, в конце которого забрезжил уличный свет. Затхлый и спёртый запах помещений сменился, свежим после прошедшего дождя воздухом. Дышать стало легче и Фуарин немного расслабился. Вот уже появилась граница из жёлтого песка, знаменующая о начале рукотворно созданного поля битвы. Юноша не хотел ждать и был готов выйти под открытые небо и отдаться на волю судьбе, но его остановил слуга и улыбнувшись приободрил фразой:

– Просто поверьте в себя, в свою победу. И как только вы это сделаете, то она сразу окажется в вашем кармане, – а после уже полушепотом добавил. – Удачи. Мальчик сделал шаг вперёд в сторону света.

Плотный влажный песок под ногами, тучи цвета стали над головой. А вокруг гигантское сборище народа похожее на огромное пёстрое чудище. Оно кричало и размахивало многочисленными руками, не желая униматься. Раздался громогласный стук, и многоликий монстр стих, словно ручной. Заговорил король:

– Пришло время для следующего боя. В этот раз на арене славного города Нарт сойдутся в поединке, два юных сына севера. Дитя лорда Мариэля Торийского – Фуарин и Ильтур – отпрыск лорда Баста Матрийского, – его желание продолжить свою долгую речь, прервало появление Мариэля, который уселся рядом с мрачным выражением лица. Посему закончил король весьма сухо и коротко:

– Бейтесь с честью и пусть победит сильнейший, – да и ко всему он ещё слегка закашлялся под конец своей речи, возраст давал о себе знать. И чтобы избавиться, от этого неприятного ощущения в горле правитель взял поданный ему кубок с вином и сделал несколько глотков. Данный напиток грел ему не только тело, но и душу, особенно в такой непогожий весенний денёк. Поставив кубок обратно на поднос, он жестом дал знать лорду, что тот может подойти к нему.

– Ты всё сделал, как я сказал? – он говорил настолько тихо, что Мариэлю пришлось приблизиться так сильно, отчего Золар буквально шептал ему на ухо.

– Да милорд, всё прошло идеально. Никаких подозрений не будет, всё будет выглядеть, так словно на них напали разбойники, – нарастающие беспокойстве на лице короля уже никак было не скрыть.

– Ты нашёл его? – в ответ лорд достал из нагрудного кармана небольшой предмет, и протянул тот Золару.

– Замечательно. Награда ждёт тебя в тронном зале, а теперь можешь сесть и посмотреть, как твой сын будет сражаться. И вдобавок подайте ему вина, выпьем за успех нашего дела, – этими словами Золар отдал указ своим многочисленным слугам, стоявшим поблизости. Пока он сам заворожённо рассматривал лежавшее на ладони золотое кольцо с гербовым символом, украшенное изумрудами. Опомнившийся правитель буквально тут же убрал его подальше от любопытных глаз и про себя добавил:

– Осталось ещё два. Никто и ничто не должно угрожать моему наследнику, – монарх повернулся в сторону своей королевы и погладил закутанного в одеяла ребёнка, в ответ тот отозвался радостным смехом.

В это время оба юношей уже скрестили мечи. Мальчик не видел, когда и в какой момент на трибуне появился отец. И уж тем более он не заметил того жеста с передачей кольца. Сейчас для него не существовала мира вокруг, лишь он его клинок и противник. Осторожный, умный, на первый взгляд, непобедимый, все удары Фуарина разбивались об защиту врагу, ни разу не достав свою цель. Сам же Ильтур атаковал мало, но если это и делал, то все его выпады оказывались практически на грани того, чтобы поразить оппонента. Фуарину же приходилось извиваться, как ужу на сковороде, во избежание попаданий. Увернувшись от коварной атаки, нацеленной ему вбок, у него пронеслась мысль – «Ещё парочка таких ударов и он точно меня достанет. Вспомни чему тебя учил Лорант, найди у противника слабое место и атакуй» – подумано – сделано. Юноша стал зрительно искать ту самую точку, поразив, которую он победит. – «Рука за щитом? Нет с моим клинком мне не хватит силы, чтобы прорубить щит и достать её. Вторая рука также не подходит, слишком ожидаемо, он успеет убрать. До ног, то же не достать. Бока и шея закрыты» – выпад по дуге – отразил. За ним последовал удар щитом, Фуарина встретил его плечом, однако тот был такой силы, что отбросил юношу назад и он упал на одно колено.

К своему ужасу, Фуарин обнаружил, что открылся, да и вдобавок ко всему левое плечо отозвалось резкой болью, сковав движение. Ильтур увидев в этом свой шанс пошёл в решающую атаку. В прыжке сократив расстояние он словно огромная хищная птица, падал на него сверху вниз. – «Вот ты и попался» – По хитрой улыбке Фуарина противник понял, какую допустил ошибку, но остановиться уже не мог. Выпад и Ильтур опустился также на одно колено. Нестихающий гул арены, утих, все замерли в ожидании дальнейших событий. Из рассечённой раны с правого бока брызнула алая кровь и окропила золотой песок, в глазах потемнело, и он стал крениться на противоположную сторону и перед тем, как упасть юноша тихо произнёс.

– Вот же паскудство, – в круг арены вбежала пара жрецов в голубых одеяниях с белой окантовкой. Сегодня часть их по указу короля прекратила свой молитвы и направилась сюда, дабы залечивать раны проигравших и не дать им помереть. Перевернув Ильтура на спину один из них, выбрал из свободно болтавшегося на запястье магического ожерелья, прозрачный кристалл. И произнеся заклятье, принялся залечивать его рану с помощью магий, как только та стала понемногу стягиваться. Они, переложив юношу на специальные носилки, унесли мальчика вглубь витиеватых коридоров, для дальнейшего лечения. А тем временем Фуарин поднялся и гордо вскинул руку с мечом вверх, знаменуя этим свою победу.

Толпа взревела, отовсюду доносились одобрительные возгласы и крики ура. Но он не слышал их, стук собственного сердца затмевал всё вокруг, казалось, оно сейчас не выдержит и выпрыгнет из груди, настолько ему было тесно внутри. Чувство первой победы окрыляло и возносило юношу до самых небес. – «Жаль этого не видит мой отец» – с этой мыслью он посмотрел в сторону ложи для короля и знатных особ. И там его ожидал весьма неоднозначный сюрприз. Лорд Мариэль сидел, кажется, с совершенно каменным лицом, но если бы Фуарин оказался ближе, то смог разглядеть скрытые ото всех чувства, радости и гордости за победу сына в едва изогнутых краюшках остававшегося почти всегда угрюмым, рта. Однако он стоял в центре арены, а лорд сидел высоко на трибуне, и конечно же заметить, такое незначительное изменение он не смог. – «И вновь ты недоволен, ну ничего я стану единственным победителем и тогда ты наконец станешь мною гордиться». Опустив меч и развернувшись юноша под крики оголтелой публики, отправился обратно к Лоранту,

– А ты весьма неплохо сражался. На мгновенье я даже уверовал, что в тебе есть задатки тех, самых великих воинов, – отозвался распределитель, пересчитывая серебряные монетки, полученные им за этот бой, когда Фуарин проходил мимо него, обратно в полумрак коридоров. Дойдя до одной из скамеек, он с грохотом рухнул на неё. Адреналин, притуплявший чувство боли, постепенно растворялся и та стала разрастаться, словно лесной пожар по всему телу мальчика.

– Хотите воды, господин? – обратился слуга, снимая с него броню и забирая из рук клинок.

– Да было бы неплохо, – выдавил с хрипотцой в голосе из себя юноша. Подав кувшин с холодной водой, слуга продолжил снимать с него доспехи. Под гамбезоном от плеча до локтя растёкся огромный тёмно-фиолетовый синяк с кровоподтёками.

– Ну и крепко же вам досталось, – добавил учитель, осматривая остальные ушибы и раны, красовавшиеся по всему телу. Лорнат перевёл взгляд с них, на управляющего, стоявшего в дверном проёме:

– Уважаемый, а не могли бы вы нам оказать одну услугу и пригласить сюда одного из жрецов священного огня? Нам обязательно необходимо залечить раны юного господина до следующего боя. Это ведь не запрещено правилами? – мужчина сделал жест, призывая их заплатить ему за это одолжение. С недовольным лицом Лорант всё же достал из кожаного мешочка, парочку медяков и бросил тому. И тот их поймав и пересчитав, довольно улыбнувшись удалился, а уже через пять минут, вернулся в компании девушки, одетой в наряд жрецов.

– Это Эмбер послушница при главном храме священного огня, она займётся ранами вашего парнишки, – юноша поднял голову и посмотрел на неё.

– Рада встречи с вами! – звонко зазвучал голос девушки, похожий на горный ручеёк, что отразился эхом от стен комнаты. Худенькая, с остренькими чертами лица, но при этом по-своему прекрасна. На вид не больше семнадцати, волосы цвета спелого каштана, сплетённые в косичку, ниспадали из-под накидки на её левое плечо. Он заметил, как на щеках Эмбер выступил лёгкий румянец и Фуарин осознал, что он всё это время смотрел на неё, не сводя глаз, заворожённый красотой. Смутившись, юноша быстро опустил взгляд, переведя его на каменную плитку на полу.

– Не стесняйся девочка, проходи. У нас немного времени осталось до следующего боя, а работы у тебя немало, – с этими словами Лорант отошёл от своего господина, освободив тем самым ей место. Опустившись на колени перед ним, она принялась залечивать раны. Вспыхнул тусклый золотой цвет, и он почувствовал исходящее от её ладоней тепло, расходившееся по всему плечу пульсирующими волнам, облегчая боль и заживляя кожу. Закончив с главной раной, она перешла к лечению остальных.

– Надеюсь, вам стало полегче? – видно было, что применение магий её изрядно измотало, однако девушка осталась стойко стоять на ногах.

– Спасибо Эмбер. Твою искусство исцеления, просто невероятно, – Фуарин поднялся на ноги и в подтверждение этого подвигал рукой. Боль и правда полностью ушла, а от синяков не осталось и следа. И удовлетворённый результатом Лорант тут же принялся готовить его к следующему поединку.

– Ещё раз спасибо тебе, – напоследок произнёс юноша, уходя вместе с распределителем в новый бой. Слуга, идущий последним, добавил ей через плечо.

– Эмбер задержись здесь до конца турнира, думаю, твой способности нам ещё пригодятся и она послушно кивнув, осталась.

В этом бою молодому господину предстояло сражаться против сына лорда Тариэля, По словам управляющего, противник из того был не особо опасный, да и предыдущее сражение, тот выиграл по чистой случайности. Исходя из этого он опять поставил на победу Фуарина и пожелав ему удачи, отправил на арену. И мужчина не ошибся, их поединок не продлился и пяти минут и закончился торжествующе поднятым вверх клинком Фуарина. После чего юноша снова очутился в заботливых руках Эмбер, которая успев немного восстановиться опять колдовала над его ссадинами.

– Ваши раны не такие серьёзные, как в прошлый раз, – заметила девушка, осматривая его.

– Откровенно говоря, я ожидал, здесь увидеть более сильных противников, тех кем меня запугивал мой отец, – он посмотрел на Лоранта в надежде того, что тот сможет дать объяснения, зачем нужны были все те тренировки на протяжении этих многих лет. Но вместо него ему ответил распределитель, что стоял, облокотившись на одну из стенок и перебирал между пальцами медную монетку:

– Рано зазнаёшься мальчик. Думаешь раз, ты смог одержать несколько побед, то и следующие дадутся тебе, также легко? Не дай твоей гордыне ослепить тебя, – Фуарин весьма скептично отнёсся к напутственной речи и тот это заметил.

– Зря, очень зря. Я ведь знавал многих воинов, сражавшихся на голову искусней тебя и всех их погубила гордость. Поэтому если не сможешь её победить сейчас, то в дальнейшем она обязательно одолеет тебя, – тем временем жрица закончила лечение.

– Я не проиграю. Я докажу ему, что достоин, – непоколебимо бросил Фуарин, проходя мимо распределителя, но тот лишь хмыкнул. К выходу на арену они шли в молчание и только уже у самой границы, юноша поинтересовался, кто будет его следующим противником. Мужчина не заставил их ждать с ответом.

– Элирт сын лорда Гарта, он двоюродный брат Ильтура. Сражаться предпочитает с помощью парных кинжалов, однако о том, насколько он хорош мне не известно, – вдобавок к сказанному, распределитель пожал плечами, подтверждая жестом свою неинформативность в этом вопросе.

– А с другой стороны, если он зашёл, так далеко то не думаю, что его навыки владения оружием уступают твоим, – пока на арене сражалась другая пара, Фуарин задал следующий вопрос.

– Скажи ты и в этот раз поставил на мою победу? – слуга явно не ожидал, такого и немного опешил, а вот распределитель, кажется, был к нему готов.

– Я отказался от ставок на этот бой, – юноша поначалу хотел спросить у него, почему он принял такое решение, но не успел. Пришло время выхода на арену.

Противник Фуарина всем своим видом ну уж никак не напоминал, того кто сумел бы победить хоть кого ни будь. Щуплый и худенький, он весь дрожал на ветру, и казалось, сейчас упадёт. Каждый шаг вперёд давался ему, так словно Элирту приходилось для этого совершать титаническое усилие. Раздался призыв к началу поединка, и они стали медленно сближаться, закручиваясь по часовой стрелке. Резкий выпад, а за ним снова атака, которую он еле-еле смог отбить и отскок. Произошло, то чего Фуарин ну совсем не мог ожидать, Элирта, как будто подменили и теперь перед ним стоял совершенно другой человек.

Быстрый, ловкий, да и двигался он как-то по-иному, плавно при этом не забывая про обманные манёвры. Словом, очень коварный противник, которого юноша недооценил. Тот не давал ему даже продохнуть, шквал ударов обрушился на Фуарина, словно сметающая всё на своём пути лавина. Один, второй, третий пришлось перейти в оборонительную стойку, однако и в ней он давил Фуарина. – «По манере владения клинками, Элирт явно похож на своего брата, хоть тот ему и неродной. Так если вы так схожи, то может мне с тобой провернуть тот же фокус, что и с твоим братцем.» – от этой мысли на лице у него появилась хитрая улыбка. Дав противнику шанс поставить себя на одно колено, Фуарин, как и в тот раз открылся своему оппоненту, для нанесения решающего удара. – «Опять атака сверху, это настолько предсказуемо, что аж обидно.» – юноша готов был нанести тот же боковой удар, каким он выиграл первый бой. Но Фуарин изначально сильно заблуждался, оценивая своего противника.

На самом деле Элирт шёл к этому удару с того самого момента, как его нога ступила на золотой песок. В самую последнюю секунду, когда клинок противника должен был поразить Фуарина, он раскрыл свой обманный манёвр и сделав пол-оборота в воздухе, направил кинжал в другую уязвимую точку. Действия, которые длились на самом деле какие-то доли секунды, растянулись для Фуарина на столетия. Неотвратимость происходящего надвигалась на него с чудовищной силой. Вот оно поражение, мгновенье и он проиграет и в этот раз именно за ним выбегут жрецы. Не увернуться, не отразить. Юноша сам себя загнал в эту ловушку. Тем не менее вот так вот взять и сдаться он тоже не мог. Рефлекторно Фуарин вскинул руку и обронил меч и пока тот падал, он успел начертить руну в воздухе. А дальше всё происходило, будто во сне, люди на трибуне все разом затихли и наступила тягучая тишина, хотя продлилась она недолго. Её нарушил женский истошный крик, однако Фуарин его не слышал, в голове всё гудело. Повернувшись в сторону королевской ложи, он увидел, как своё место покидает лорд Мариэль и всё внимание юноши оказалось приковано только к его удаляющейся спине.

– Отец! Не уходи! Отец! – кричал до хрипоты в голосе Фуарин покинутый им и оставшийся совершенно один в этом золотом круге арены.

Краем глаза юноша заметил, как на него указывает перст короля и с разных сторон к нему уже сбегались стражники. Однако он не отвёл взгляда от того места, где ранее сидел отец, ещё мгновенье и вот стража повалила мальчика на песок. Влажный и холодный, он впился в левую щеку. Ему завели руки за спину и связали их верёвкой. Лорд Мариэль окончательно скрылся из виду и только тогда юноша перевёл взор на тело Элирта. Бездыханное, оно висело проткнутое насквозь копьём из-за льда, а алая кровь тонкой струйкой стекала по зеркальной голубоватой поверхности. Последовал резкий удар, от которого в глазах всё поплыло и потемнело, и он потерял сознание. Стражники подняли Фуарина и поволокли прочь, волоча его обмякшее тело по песку. Чем закончится турнир ему уже не суждено было увидеть. А в это время с другого края арены Лорант с неподдельной грустью в голосе сказал:

– Мне искренне жаль этого мальчика. И ту судьбу, которую ему уготовили боги, я не пожелал бы никому.

– А разве сильными личностями становятся по-другому? – управляющий сплюнул в сторону и развернувшись ушёл к Эмбер, сказать ей, что её услуги им больше не нужны.

Глава 4
Новый путь

Год 308 от возникновения священного огня. Королевство Мирта

Он пришёл в себя глубоким вечером, когда солнце кровавым заревом освещало небосклон, заходя за горизонт. Голова жутко гудела и болела, а перед глазами всё ещё расплывались разноцветные круги, Фуарин коснулся рукой, того места, куда днём приложили его стражники и дотронувшись до засохшей крови, ойкнул.

– Болит? – поинтересовался незнакомый, мягкий голос. И тут к Фуарину пришло потерянное осознание реальности. Сейчас он ехал в неизвестной ему, но при этом, как успел подметить юноша, богато украшенной карете. – «Где я? Куда меня увозят? Что с моим отцом? Почему я ещё жив?» – круговорот вопросов, закружился в сознание. Однако все они очень быстро отошли на второй план, когда Фуарин увидел того, кто сидел напротив него.

Лицо его скрывала резная маска, по виду напоминавшая неизвестное юноше рогатое существо, да и к тому же она практически вся была расписана в хаотичном порядке различными рунами и знаками. А также ничего точного нельзя было сказать ни о телосложение, ни о цвете кожи, даже пол незнакомца не определить. Поскольку все его тело скрывало, на первый взгляд, безразмерное то ли платье, то ли одеяние. Оно, как и маска незнакомца, оказалось расшито точно, такими же рунами, правда, в отличие от неё в этой росписи наблюдался некий порядок. Юноша предположил, что в них точно скрывался какой-то тайный смысл, но увы, какой именно он сказать не мог. И всё же одну особенность незнакомец скрыть не смог, это его рост. Невероятно большой, особенно для человека. Все перечисленные наблюдения не вызвали у Фуарина и капли доверяя, мальчик машинально потянулся к тому месту, где у него до этого, обычно висел меч, однако вместо рукоятки он схватил воздух.

– Думаю оружие тебе ближайшие лет восемь точно не понадобиться, да и к тому же желай я тебе причинить вред, то воспользовался бы моментом, когда ты ещё находился без сознания, – довод прозвучал вполне логично, однако Фуарин всё ещё не мог полностью доверять этому странному незнакомцу.

– И ради закрепления между нами большего доверия, я вновь повторюсь, что с твоей раной? Она болит? – голос звучал всё так же без эмоционально, ни переживания, ни тревоги, ни злости. Казалось, даже достань Фуарин клинок, то незнакомец вряд ли бы этому хоть как-то удивился или напрягся. В отличие от юноши, который сидел словно на иголках.

– Кто вы? И куда меня везёте? – выпалил мальчик.

– Что же, если рана тебя не беспокоит, я отвечу на твой вопросы. Но прежде мне нужно кое-что показать, – слова после которых Фуарин, оказался готов при необходимости защищаться даже голыми руками. Незнакомец медленно поднёс ладонь к маске и снял её, обнажив лицо. Удивлению юноши не было предела и хоть он попытался его скрыть хотя бы ради приличия, но всё равно это оказалось сильно заметно.

– Вы, вы… – от увиденного он стал слегка заикаться. Чернильный цвет кожи и такие же волосы, тонкие черты лица, янтарная радужка глаз и те самые рога. Небольшие слегка закруглённые, которые он думал, являются продолжением маски, оказались частью незнакомца. Собравшись с духом Фуарин, продолжил:

– Вы пепельный эльф?

– Хоть мне и неприятна твоя реакция. Однако я поражён твоей осведомлённостью, поскольку немногие люди знают, как выглядит наш род, – выдержав мимолётную паузу, он добавил: – А теперь давай, обсудив всё то, что тебя так интересует. – осознав, что на данный момент ему ничего не угрожает, Фуарин позволил себе слегка расслабиться.

– Может, ты и про это в курсе? – эльф закатал один рукав своего одеяния и обнажил левую руку, на которую был надет сделанный из чистого золота и украшенный драгоценными камнями браслет, по форме своей напоминающий восьмёрку. Беспокойство в одночасье сменилось трепетным волнением.

– Это рунический браслет необходимый любому магу для сотворения более сильных заклятий, – эта строка из старого фолианта, всплыла у него перед глазами сама собой.

– Превосходно. Как только мы прибудем, на Стротос я бы хотел незамедлительно оценить твой умения, для определения уровня владения магией.

– Мы едем на Стротос? – юноша до сих пор не верил в случившиеся и то, что оно происходило именно с ним. Странная штука, эта судьба, когда человека думает, что его жизнь уже давно предрешена и ничего не может это изменить, вмешивается она и тасует ему все карты. В такие моменты начинаешь задумываться, а зависит ли хоть, что ни будь от самого человека в этой жизни или же выбор был сделан ещё до того, как он появился на свет.

– На мой взгляд, это весьма нелогичный вопрос, я ведь уже говорил, куда мы держим путь. Вот только не знаю, посчитаешь ты это удачей или нет, но таково озвученное решение совета, – эльф достал из своего широкого одеяния длинную и тонкую словно тростинку – трубку и призвав маленькое пламя, закурил.

– То есть я жив, только благодаря решению совета? А что мой отец? – Фуарин уже знал ответы на эти вопросы, однако до последнего не хотел в них верить. Особенно последний дался ему крайне тяжело, все его нутро сопротивлялось и не хотело признавать, случившиеся, но он переборол себя:

– Да и разве до этого на арене не случалось, смертей? – пепельный ответил ни сразу, подбирая нужные слова.

– Да всё именно так. И ты верно мыслишь, войны частенько погибали в пределах золотого круга, однако в твоём случае вмешались некоторые обстоятельства. Во-первых, ты убил члена знатного семейства, – услышав снова о смерти Элирта, последние сомнения развеялись. Он и правда убил другого человека. Мальчик неосознанно сглотнул ком вины, скопившийся у него в горле.

– Во-вторых, ты применил магию, а правила турнира это строжайше запрещали. Всё это в сумме должно было привести тебя к плахе. Но милостью совета тебя не казнили, хотя ты прекрасно знал о запретах, – выпустив тройку дымных колец, эльф продолжил. – А что по поводу лорда Мариэля, эта новость более неприятна. Он отказался от тебя и отныне Фуарин все ранее положенные по праву рождения права и привилегий, недоступны тебе, – юноша склонил голову и посмотрел на чистое запястье. Ему захотелось заплакать, вот только вместо этого его тело словно пустой сосуд начала наполнять злоба и по изменившемуся в лице эльфу, стало понятно, тот это почувствовал.

– Успокойся Фуарин в поступке твоего отца нет ничего дурного. Поверь мне, он не желал тебе зла, и со временем ты обязательно поймёшь, смысл сделанного, – поглощённый злобой, он пропустил эту важную фразу мимо ушей. – «Неужто нас всю свою жизнь служивших королю, не одарили большими привилегиями? Уверен стоило лишь сказать об этом и сейчас меня бы не увозили на Стротос с этим пепельным. Почему же отец ты меня бросил, оставил одного? Разве я не твой сын? Не твоя кровь?» – гнев, закипая в нём, стал выходить за внутренние границы и ударив кулаком по мягкой обивке кареты из него, вырвалось:

– Я со всеми ими поквитаюсь! Отомщу чего бы мне это ни стоило, – и тут же его запястья и ноги в области голени сковали ледяные оковы. Эльф сделал всё настолько быстро, что Фуарин даже и не заметил, когда он успел применить заклятие. Мысли мальчика путались и сбивались в кучу от произошедшего, ему явно нужно было время, остыть и прийти в себя.

– Я же сказал тебе, успокоиться или ты и дальше намерен портить мою карету? – и даже сейчас голос эльфа не изменился всё такой же холодный и спокойный, только лишь цвет курительного дыма поменялся с серого на чёрный. Юноша вздохнул и опустил голову.

– Простите, этого больше не повториться, я обещаю, – ледяные кандалы спали и дым вернулся к первичному состоянию, Фуарин опустил руки. Злоба потихоньку отступала и на её место приходила обида. Она похожая на тягучую чёрную смолу обволакивала сердце мальчика словно кокон. – «Может попытаться сбежать, рвануть со всей силы, пока он этого не ожидает и вернуться в столицу?» – Фуарин беглым взглядом осмотрел незапертую дверцу экипажа.

– Думаешь в этом есть хоть малейший смысл? Если так хочется, можешь попробовать вернуться, однако вряд ли тебя там сейчас ждут с распростёртыми объятиями. Ну только если палач, оставшийся сегодня без работы, – мальчик не ожидавший, таких слов опешил и замешкался. – «Как он сумел узнать, о чём я подумал, неужто смог прочитать мой мысли? Разве магия и на такое способна?»

– Нет, я не умею читать мысли, да и магия на такое неспособна. Ну насколько мне это известно, – незнакомец, с одной стороны, поражал своей проницательностью, а с другой стороны, пугал.

– Просто это самое логичное, о чём ты в такой момент мог подумать, – желание сбежать отдалилось на второй план, да и уверенности в том, что у него это получиться сильно поубавилось. Захотелось узнать побольше о пепельном эльфе и Фуарин остался сидеть смирно.

– Вижу теперь, ты готов продолжать беседу. И для начала я бы хотел представиться имя мне Велтруин верховный старейшина, хранитель знаний высокого искусства и учитель магий для рода человеческого. А с этого дня и твой наставник, – юноша призадумался, пытаясь осмыслить открывшиеся перед ним перспективы – «Кто бы мог подумать, что моё желание изучать магию сбудется, правда, в таком ключе.»

За окном уже появились первые звёзды и ночь вошла в свой полноправные права, их путь освещал серповидный свет луны, похожий на чью-то безумную улыбку. Они двигались прочь из столицы в сторону королевского порта, поскольку единственным способом попасть на Стротос являлся корабль. Этот отдалённый от цивилизаций остров, служил пристанищем молодых магов, на котором их обучали для дальнейшей службы королевству. Некоторые из закончивших обучение становились придворными советниками, другие же добивались призвания среди военных. Правда, не все доживали до конца, многие погибали на пути к овладению знаниями о высоком искусстве. Отчего истинных магов насчитывалось по континенту очень мало и оттого они так ценились. Да и к тому же никто из родителей, находившихся в здравом уме ни за что самолично не отдал бы своё чадо на обучение столь опасному занятию. Поэтому учениками в основном становились те дети, от которых либо отказались, либо те, чьи родители готовы были продать своего ребёнка, лишь бы избавиться от лишнего голодного рта.

– Каковы мой шансы закончить обучение живым?

– Всё зависит от твоего природного дара и желания жить, ну и немного от удачи. Всё-таки фортуна играет в нашей жизни немалую роль, – юноша был ошеломлён, казалось, столь рассудительному и последовательному эльфу не должно быть свойственно верить в такую непостоянною и изменчивую вещь, как везение. Но, видимо, даже такой, как он признавал немалую силу этого фактора. Тем временем они въехали в лиственный лес, который служил своего рода границей между столичным Нартом и близлежащей к нему деревней Фийрт. Где-то вдали заухал филин, и кажется, завыли волки, однако наверняка сказать они это или нет Фуарин не мог. И чем в глубже в лес они въезжали, тем сильнее накрывали их экипаж широкие кроны, пока и вовсе не сомкнулись, скрыв карету от лунного света.

– Думаю, на сегодня хватит вопросов. Я бы советовал тебе отдохнуть и выспаться как следует, дорога нас ждёт дальняя, – старейшина выбил прогоревший табак из своей трубки на улицу и подал мальчику одеяло, лежавшие всё это время подле него.

– Укройся этим, насколько мне известно, ночи здесь весьма холодные в это время года, – хоть спать ему и не хотелось, но он из вежливости взял в руки протянутое ему одеяло и сняв ботинки, уселся поджав ноги под себя, укрывшись покрывалом.

– А вы не опасаетесь бандитов, обитающих в этих местах. Ваша карета выглядит чрезвычайно богато, и они могут заинтересоваться, столь лакомой добычей?

– Не переживай юный Фуарин, только отчаянные глупцы надумают нападать на этот экипаж. А с теми, кто всё же решиться, я уж как-нибудь справлюсь, – от сказанного эльфом, повеяло уверенностью и сомнения улетучились сами собой. Да и к тому же этот странный по-своему недобрый блеск, мелькнувший только на мгновенье в янтарных глазах пепельного, укрепил его веру в их безопасности. Достаточно согревшись на юношу, тут же нахлынула высокими волнами усталость, что до этого часами, копилась у него на плечах и теперь разом обрушилась. Он зевнул, и свернувшись калачиком, улёгся на одну из вытянутых, цилиндрических подушек. Словно заколдованные, тяжелевшее с каждой минутой веки сами собой стали смыкаться и Фуарин погрузился в царство Урфия.

Новый день он встретил вдали от дома, на ухабистой земляной дороге. Часть её размыло от недавно прошедшего дождя, а в многочисленных ложбинках образовались лужи, которые кучер старательно пытался объехать, в желание не увязнуть. От очередного вырвавшегося ругательства изо рта мужчины, окончательно проснулся Фуарин. Спалось ему, откровенно говоря, плохо в эту ночь, и он частенько просыпался, вздрагивая от страха. В те мгновенья, когда юноше всё же удавалось уснуть, к нему словно дурное наваждение возвращался один и тот же сон. Смыкающийся вокруг него мрак, круг арены, алая кровь, стекающая по голубому льду на золотой песок и уходящая в темноту фигура отца. К счастью, Фуарин не вспомнил его по пробуждению, сознание бережно скрыло детали. Да и к тому же за время сна, мальчик сильно замёрз, одеяло данное ему эльфом едва спасало от ночного холода, казалось, ступни околели настолько, что скоро обязательно должны отвалиться. Отчего даже думать о тех обрывках, оставшихся в памяти, Фуарину было неохота. Поднявшись он, позабыв об Велтруине сразу же принялся растирать отмороженные конечности и те через пару минут интенсивного трения вернулись к своему привычному состоянию и Фуарин удовлетворённо вздохнул.

– Наконец проснулся, – Велтруин встретил мальчика в том же самом положение, в котором оставался вчера. Казалось, за минувшую ночь он даже не пошевелился. В это время юноша, аккуратно сложил одеяло, и отложив в сторону, принялся надевать ботинки.

– У вас уставший вид, неужто вы за всю ночь, так и ни разу не легли?

– Пепельным эльфам, в отличие от вас людей не нужно отдыхать, каждую ночь. Нам достаточно хотя бы часов двенадцать, ну может, восемнадцать в неделю, хорошего сна, чтобы восстановить силы.

– Весьма удобно, можно многое успеть, – подметил Фуарин, закончивший с ботинками. В животе предательски заурчало, однако это было весьма предсказуемо, последний раз ел та он, только вчера утром.

– А вот и ещё одна не совсем полезная особенность вашего рода, – трудно сказать был ли Велтруин огорчён этим фактом и доставляло ли ему это неудобство, его каменно-спокойное лицо, ничего не выражало. – Эй, кучер остановись где ни будь поблизости, мы сделаем небольшой привал, – и тот послушно затормозил около одиноко стоявшего дерева в ложбинке меж двух холмов.

Выйти и размяться после практически суток пути, оказалось не сказано приятно. И пока юноша безмятежно потягивался на обочине дороги, пепельный эльф достал из сундука, закреплённого в задней части кареты, плетёную корзинку со съестными припасами. Свежий ветерок колыхал зелёную траву, и та создавала иллюзию ряби на водной поверхности озера. То тут, то там порхали желтокрылые полевые бабочки, а в атмосфере витало спокойствие. Никогда ранее Фуарин ещё не уезжал настолько далеко от родового поместья, скованный долгом и обстоятельствами для него была закрыта, с одной стороны, такая простая, а с другой – такая недоступная радость приключения. Вчерашние страхи и переживания отошли в эту минуту на задний план, ему захотелось жить так, как ни хотелось ранее. И пока юноша витал в облаках, старейшина уже расстелил походное покрывало под кроной того самого дерева и с помощью магий зажёг огонь.

– Ты долго будешь там стоять? Я так понимаю, ты голоден, так не заставляй меня ждать, пока ты соизволишь поесть, – и мальчик не заставил. Усевшись поудобнее, он поднёс руки к магическому пламени и хоть, оно визуально оказалось похоже на обычное, имелись такие же оранжевые язычки, вздымающиеся к небу. Даже тепло исходило от него, но оно кардинально отличалось от обычного. Ему не нужны были дрова или сухие ветки, от него не шёл дым и жар огня не обжигал, а лишь согревал, да и трава под ним не загоралась.

– Очень удобно, – поражённый данным заклинанием задумчиво проговорил Фуарин. – А вы меня научите такому? – взяв в руки кусочек ржаного хлеба, он положил на него ломтик сушёного мяса и с удовольствием начал есть.

– И не только такому. Правда, всё зависит от твоей природной предрасположенности к первоосновам, – юноша посмотрел на него с непониманием, но озвучивать свой вопрос с набитым ртом не стал, манеры высокого общества давали о себе знать.

– Возможно, тебе известно, в нашем мире есть множество видов магий. Волшебство исцеления, иллюзий, зачарования, созидания, также есть некромантия, – честно говоря юноша и подумать не мог, о существование таких видов высокого искусства.

– Однако основополагающей является стихийная магия. Четыре элемента основы основ всего сущего они породили жизнь на этой земле, и они же её, скорее всего, и погубят, – в его голосе появились еле слышимые нотки загадочности. – По крайней мере, так говорится в одном из древних пророчеств, но доверять я бы ему не стал, уж слишком ненадёжный это источник. Так вот элементальное волшебство включает в себя магию огня, воды, воздуха и земли, – Фуарин слушал Велтруина не отвлекаясь, позабыв о еде.

– По прибытии на Стротос мы проведём небольшой эксперимент, дабы понять, какими из этих элементов ты сможешь овладеть, – эльф закурил.

– Я уже знаю некоторые заклинания огня и воды, а это значит, я владею этими стихиями, так ведь? – быстро смекнул юноша, обдумав сказанное. Почувствовав, как после солёного мяса в горле появилась приятно покалывающая сухость, он взял флягу с водой и отпил, а затем сделал себе ещё один бутерброд.

– Интересно, весьма интересно, значит не только вода, но ещё огонь. А можешь показать, какое именно заклятие ты изучил? – и хоть лицо эльфа всё так же оставалось безучастно, однако внутри он сгорал от любопытства – «Этот мальчик кроет в себе немало загадок. Смог самостоятельно изучить начальные заклинания, так ещё и не одной стихий, а целых двух, очень интересно. Может, из него выйдет хороший чародей, однако сначала лучше узнать результаты, который покажет капля Антранта.». Фуарин охотно закивал головой и поспешил подняться на ноги, оставив недоеденное мясо на покрывале. ⁶

– Только за последствия я не ручаюсь, – он улыбнулся и наполненный энтузиазмом начертил руну огненного шара в воздухе. От ладони в направление полей вырвался сгусток пламени и мгновенно понеся вперёд, пригибая под собой зелёную траву. Но взорваться и устроить пожар ему оказалось не суждено, в нескольких ярдах от точки попадания его заклинание встретила водяная стена размерами в два метра. Она поглотила шар весь, целиком издав голодное шипение, мальчик обернулся, но Велтруин даже вида не показал, что был к этому причастен.

– Неплохо. И ты всё это смог изучить сам? – отставив трубку в сторону, старейшина взял из корзинки зеленное яблоко и с наслаждением вонзил в него зубы.

– Да, у нас в библиотеке хранилось несколько книг по магии, и я практически все их прочитал, – заговорив о доме, он вспомнил и об отце. И тут же на него накатились и другие воспоминания, связанные со вчерашним днём, отчего его настроение сильно изменилось, и мальчик вновь загрустил.

– Я думаю, из тебя выйдет отличный волшебник, по крайней мере, по людским меркам. Но окончательные выводы, можно будет сделать только после того, как мы узнаем результаты, – Фуарин попав в плен своих мыслей, пропустил мимо ушей эти добрые слова и молча вернулся на место и принялся доедать, оставленное. Они просидели, так ещё каких-то полчаса, прежде чем решили собираться и отправляться в путь. Складывая в корзину остатки еды, юноша заметил, как эльф впервые за долгое время напрягся и замер, а затем прошептал, не отводя от ближайшего к ним холма взгляда.

– Быстро снимай с себя гербовую накидку и прячь её под одеяло, – он не сразу понял, зачем, но перечить не стал, оставшись в простой шелковой рубахе и штанах, одетых на нём ещё со вчерашнего дня. Сделав это мальчик, стал оглядываться по сторонам, в желание понять, что же так озадачило верховного старейшину. Однако никого подозрительного и ничего странного он не заметил.

– Не крути головой и веди себя, естественно, – всё так же шёпотом проговорил Велтруин и юноша снова подчинился. Прошло около пяти минут, прежде чем он краем глаза заметил, как из-за того холма, куда ранее смотрел эльф, к ним направлялись несколько солдат, одетых в лёгкую броню. Подойдя ближе, стало понятно, они принадлежали к войнам короля. – «Но, что этот отряд позабыл здесь, в такой дали от столицы?» – напряжение пепельного передалось Фуарину. – «Неужто совет изменил своего решения и отдал указ найти меня, чтобы казнить?» – рукой он попытался нашарить висевший у него в ножнах на боку меч, которого, там конечно, не оказалось. – «Я же говорил, оружие тебе не понадобится.» – в голове прозвучал голос пепельного. Однако перебороть старую привычку, выработанную за многочисленные уроки фехтования, оказалось не так легко, юноша тихо ругнулся.

Отряд из четырёх рыцарей всё приближался и приближался и в момент, когда они уже были практически на расстояние пары метров. Велтруин сделал жест рукой, который мальчик до этого ни разу не видел и в одного из впередиидущих солдат ударила молний и тот забившийся в конвульсиях, с пеной изо рта упал на землю. Воздух наполнился запахом горелой плоти. Остальные солдаты буквально на секунду впали в ступор, и как только тот прошёл, выхватили оружие и бросились с криками на них.

– Ах ты мерзкая тварь! – заорал атаковавший справа, и практически тут же словил грудью парочку ледяных кольев и упал замертво. Третий, бежавший по центру с двумя кинжалами, желавший с помощью обманного манёвра, нырнуть вбок и нанести смертельный удар. Резко остановился, и схватившись за живот, упал на колени, в его брюхе зияла обожжённая дыра. Шар огня, запущенный Велтруином прошёл насквозь, оплавив с двух сторон кожаный доспех.

– Я тебя суку на куски порежу! – прошипел четвёртый и попытался в прыжке достать до Фуарина мечом. Но у него тоже ничего не вышло, новая магическая руна и вот он уже болтается проткнутый огромным шипом, выросшим прямиком из земли. Юноша и глазом не успел моргнуть, как всё закончилось. При этом он сам, так и остался сидеть на одеяле, смотря на тела мёртвых солдат.

– Знай я не буду винить тебя за твоё безучастие, но нам надо уходить. Так что вставай, мы должны поскорее попасть на Стротос. Пока за нами не пришли их друзья, – забрав все свой вещи, он посмотрел в сторону того места, где осталась стоять их карета и добавил.

– Надеюсь, наш конюх ещё жив, – обеспокоенно произнёс пепельный. Случившееся тяжело отразилось на сознание мальчика, и он никак не мог прийти в себя и начать действовать.

– Зачем вы их всех убили? Это ведь солдаты короля, теперь они и за вами придут, – медленно поднявшись и почувствовав, как его пошатывает от увиденной картины, Фуарин облокотился об ствол дерева и попытался отдышаться, к горлу подкатывались рвотные позывы.

– Присмотрись хорошенько, какие же это королевские войска, – эльф толкнул одного из них, лежавшего рядом с ним ногой вбок, перевернув тем самым лицом вверх. Юноша подошёл поближе, хоть слабость и не до конца ушла ещё из тела. Доспехи, которые издали показались ему вполне обычными, теперь стали вызывать подозрение.

– Такое оружие солдаты Золара из регулярной армии не носят. Комплект брони не полный, да и одеты во что попало. Скорее всего, настоящих воинов короля они убили и забрали их обмундирование, – эльф внимательного слушал его размышления вслух. – А ещё герба королевского рода нету.

– Довольно неплохо, для юноши твоего возраста, вот только ты это должен был определить ещё до того, как они к нам подошли, а не сейчас. Посему если будешь и дальше таким беспечным, то очень скоро окажешься где ни будь в канаве с перерезанным горлом, – Фуарин хоть и понимал оправданность сказанного, однако всё равно обиделся.

– Но кто же они тогда, такие? – эльф нагнулся над бездыханным телом и снял с него ботинок, оголив ступню.

– Вот смотри, – юноша подошёл ближе и наклонился, дабы рассмотреть крохотных размеров татуировку, сделанную прямиком на пятке. Символ сочетал в себе две скрещённых линий в каждом углу которых стояла, какая-то закорючка и цифра.

– Я не знаю, что значит эта метка.

– Хорошо это или плохо мне трудно ответить, но давай, я тебе по пути назад всё вкратце расскажу. Промедление для нас смертельно, поэтому пойдём, – Оставив позади, четырёх лжестражников, они направились к карете.

– Фуарин эти мужчины служат ордену тени, проще говоря это наёмные убийцы, готовые за определённую плату выполнить любое грязное дело, – он только сейчас заметил, что забыл свою родовую накидку и ругнувшись про себя, послал её к Харту в бездну. Его сейчас больше интересовало, кто мог послать за ним членов ордена, кому могла потребоваться его голова? ⁷

– Наверное, ты сейчас думаешь кто бы мог их послать за тобой? – и снова эта подозрительная проницательность, может, Велтруин и правда читал мысли. – Скажу тебе так это мог быть кто угодно, хотя самым логичным будет вариант с лордом Гартом. Как-никак ты его сына убил, – вот уже показалась резная крыша кареты, а подле неё лежал, не двигаясь, кучер. Мальчик не успел высказать слова согласия насчёт предположения верховного, как тот осёк Фуарина.

– Вот же сукины дети! – ему показалось или же за два дня знакомства это были первые слова эльфа, которые он произнёс, с эмоциями на лице. Пепельный подбежал к мужчине, тот лежал на спине лицом вниз, а вокруг шей у него растеклось окровавленное пятно.

– Мне, так жаль, подоспей я раньше… – непроницаемая маска спокойствия, окончательно спала. – Проклятье, вот почему их нельзя убить дважды? – с земли послышались какие-то вздохи. И старейшина поспешил перевернуть бедолагу, из аккуратного продолговатого пореза на шеи, до сих пор сочилась темно-алая кровь. Хрипя и откашливаясь, кучер попытался подозвать к себе Велтруина поближе и тот прильнул к нему в надежде услышать последние слова.

– Кх-кх. Прости меня, мой друг, это произошло слишком быстро, – мужчина вновь закашлялся, кровь, копившаяся в горле, не давала ему нормально говорить. – Я не успел даже опомниться, как уже лежал на этом самом месте. Кхр. – по уголку его рта, стекла алая жижа, глаза стали стеклянными.

– Мне так жаль тебя Альт. Если я бы смог всё исправить, не допустить этого, – эльф легонько коснулся пальцами его век и опустил их. – Мне и правда жаль, – поднявшись с колен, он поспешил к Фуарину и проходя мимо него Велтруин вскользь спросил.

– Ты с лошадьми справишься? – юноша, стоявший всё это время возле боковой двери кареты, перед тем, как дать ответ немного замялся. До этого ему ещё ни разу не доводилось управлять каретами. Да, конечно, уроки верховой езды у него частенько проходили в поместье, но управлять целым экипажем, ему было в новизну.

– Почему я? Разве вам это будет не проще, да и дорогу вы знаете, – эльф ответил не сразу, он что-то искал там, где до этого хранилась корзинка с провиантом.

– Конечно, я и дорогу знаю и управлять экипажем умею. Но вот ты как думаешь, если на это не оказалось бы веской причины, я тебя об этом спрашивал? – вытащив оттуда, что-то непонятное, замотанное в шёлковую ткань, он поспешил её развернуть. Потянув за края, у него на ладони возник с десяток вложенных друг в друга латунных колец, исписанных магическими рунами.

– Мне нужно провести один ритуал, который нуждается в постоянной концентрации, а значит отвлекаться мне ну никак нельзя. Соответственно кому-то придётся управлять каретой, а поскольку нашего кучера убили, то других вариантом, кроме тебя у нас нет. – Фуарину было неизвестно, для чего необходимы эти кольца, и он хотел спросить об этом у эльфа, но подумав, что сейчас не самый подходящий момент, задавать вопросы не стал.

– Хорошо, я конечно, попробую, вот только не уверен, что у меня это – вот так вот запросто получиться. – и снова у Велтруина на лице появилась гримаса. В этот раз она изображала недовольство и может быть, даже капельку презрения.

– Так пробуй, быстрее начнёшь, быстрее узнаём. – и на этом они разделились, мальчик полез на козлы, а эльф обратно на своё место. Устроившись поудобнее, Фуарин ударил вожжами и лошади никуда не поехали, а лишь недовольно заржали и забили копытами. Удар и опять ничего.

– Н-но, давайте, пошли, чего встали – он начинал злиться, однако кобылы отказывались выполнять команды юноши.

– Попробуй не так сильно и более размерено – донеслось из кареты.

– И без вас разберусь. – тихо, чтобы его не услышал старейшина, произнёс себе под нос юноша. Однако совету всё-таки последовал. В этот раз удар получился куда более плавный и не такой громкий. И о чудо, карета начала понемногу двигаться с места. А пока Фуарин был занят освоением профессий кучера. Велтруин медленно положил все кольца перед собой на сидение и начал неторопливо водить пальцем, по каждому из них начиная с самого малого. Длинные ногти цеплялись за каждую бороздку, выгравированную на них, и та загоралась неярким белым светом, пока сам он произносил заклинание. Говорил эльф очень тихо, стараясь не отвлекать мальчика от его нелёгкой задачи. На одном из средних колец карету знатно тряхануло и ноготь соскочил, и свет угас.

– Ты можешь держать лошадей ровнее, если нас будет постоянно трясти я никогда не закончу с ритуалом, – рявкнул он на Фуарина, на что тот огрызнулся в ответ, но дальше продолжать перепалку они не стали. И как только руны на всех кольцах загорелись, те волшебным образом взмыли вверх на уровень глаз и начали медленно вращаться, все кроме самого маленького, являющимся для них центром, зачарованный предмет высвободил запечатанную в нём магию. Понемногу скорость их вращения увеличивалась, до тех пор, пока они не превратились в белую светящуюся сферу. – «Готово, теперь осталось самое сложное.» – с этой мыслью он поднёс руки поближе к сфере, как будто хотел её обхватить, однако делать этого не стал. Саура невидимыми нитями сквозь кончики пальцев, заструилась к центру шара и тот отозвался в ответ запульсировав. Сокрытые от любого взгляда волны, всколыхнули саму ткань реальности, скрыв их перемещение ото всех. – «Надеюсь, я смогу продержаться до Фийрта, не хотелось бы с кем ни будь повстречаться до того, как мы пересечём врата деревни».

Огненный диск солнца пересёк точку зенита и клонился к закату, окрасив небосклон всеми оттенками оранжевого. В небе среди перьевых облаков кружил одинокий орлан, выискивающий себе добычу среди молодых зеленных кустов. Вокруг вновь воцарилось состояние безмятежности и покоя, как будто ничего и не произошло. Никто из них и не мог подумать, что их пикник на обочине окажется настолько опасным для жизни.

Глава 5
Отправление

Год 308 от возникновения священного огня. Деревня Фийрт, королевство Мирта

Фуарин весь вымотался из сил, дорога до деревни далась ему очень тяжело. Старейшина гнал его вперёд без отдыха и продыху, заставляя ехать целыми сутками не теряя темпа. Аргументирую это тем, что лучше сейчас не поспать, чем вообще больше не проснуться. Поэтому, когда на третьи сутки на горизонте замаячили огни деревни, юноша чуть ли не обмяк на козлах. Захотелось всего и сразу, пить, есть, спать всего того чего он не смог нормально осуществить в дороге. И с каждым минувшим метром эти чувства, усиливались, доводя его буквально до истерического состояния.

Вот уже показались деревенские домики, небольшие словно в них жили гномы. Крыши, покрытые соломой, стены облеплены глиной и все выкрашенные однотонной тёмной краской. Правда, определить в темноте, какой именно это был цвет, Фуарин не смог. Создалось такое впечатление, как будто их построил один и тот же мастер, не отличавшийся особой фантазией. Однако на самом деле юношу больше удивило другое, во многих из них в столь поздний час, ещё горел свет. Мерцал во мраке, рыжим, тусклым огоньком.

«Странно обычно люди, занимающиеся земледелием, очень рано ложатся спать, дабы, как только забрезжит солнце выйти в поле. А у этих всё, наоборот, чудно как-то.» – мальчик погнал эти мысли прочь, подменяя их на другие – «А хотя Харт с ними, прежде всего нужно найти трактир, наесться досыта, напиться и главное – выспаться.» – даже если у них, что-то и приключилось, то Фуарину и Велтруину сейчас явно было не до них, как говорится своих, проблем хватало.

Поравнявшись с двумя караульными, что стояли возле забора из частокола. Фуарин по указанию одного из них остановил повозку, немного не доезжая до ворот.

– Кто такие? И на кой ляд явились к нам в деревню в столь поздний час? – с вопроса вместо приветствия начал стражник, стоявший справа от них.

С виду оба мужчины куда больше походили на разбойников и убийц, чем встреченные ими несколькими днями ранее члены ордена теней. Обмундирование у них было не ахти какое и едва могло защитить даже от простого ножа. Да и вооружение оставляло желать лучшего, вилы и колун, вот и всё.

«Мда, стражниками их язык не поворачивается назвать» – пронеслось в голове у Фуарина.

И не дав ему сказать и слова из кареты, донёсся голос эльфа, звучал он измученно, но при этом довольно уверенно.

– Мы торговцы и держим путь в королевский порт в надежде там продать свой товары. В вашей деревне мы надолго не задержимся, вы уж не переживайте, только переночуем и поутру сразу же отправимся в дорогу. – как и всегда, в таких ситуациях оставалось только ждать поверят в твою ложь или нет. Однако в этот раз не сразу всё заладилось.

– Вы и торговцы? Не смешите меня, где же тогда ваши товары? Или вы торгуете воздухом? – ехидно пошутил правый. Вот только, шутку по достоинству оценил только столь же недалёкий, как и он сам, его товарищ.

Они громко рассмеялись, а из кареты до ушей Фуарина донеслись слова на неизвестном ему диалекте. Правда, знать значения данной фразы было необязательно, по интонации и так стало понятно, пепельный выругался и возможно, даже грязно.

– А вдруг вы убийцы, которые … – первый грозно шикнул на второго, не дав ему договорить.

– Ну так что, вы либо показываете мне, чем собрались торговать, либо я подниму тревогу, – левый вытащил колун из-за пояса и сжал его покрепче в руках.

– Нам тут такие, как вы проходимцы не нужны, – подхватил второй. – «Интересно, о каких убийцах идёт речь? Не о тех ли самых, что напали на нас?» – юноша не на шутку обеспокоился этим вскользь упомянутым вопросом. Но тут с протяжным скрипом распахнулась дверь.

«Надеюсь, Велтруин их не убьёт и всё решится мирным путём.» – Фуарину стало не на шутку любопытно, как будут развиваться события дальше. Правда, со своей стороны он решил ничего опрометчивого не предпринимать, опасаясь, что может лишь помешать.

Но пепельный пошёл другим путём, он вышел к ним, на лице у него, как и в первый день их встречи была надета та странноватая маска. А в руках он нёс деревянный ящик, размером примерно чуть меньше коробки для овощей, насколько смог визуально прикинуть Фуарин в сумерках. Внутри ящик делился на отсеки в каждом, из которых, поблескивая от света факелов, стояли пузырьки с жидкостями, мелодично позвякивая от каждого соприкосновения об стенки коробки.

Постовые напряглись, и видимо, от испуга немного попятились назад.

– Ты чего это вырядился, как Харт ряженный? Неужто чёрным жрецом будешь? А в коробке, что? Хворь небось какая-то? – они задавали вопросы наперебой, однако их обоих объединяло, появившиеся не пойми откуда заиканье.

Любопытство юноши стало сильнее в несколько раз.

«Ох я бы на вашем месте не выводил его из себя. Я-то в отличие от вас видел, Велтруина в деле».

Мужчины выставили на изготовку оружие, готовые предпринять попытку атаковать, но тут эльф заговорил:

– Прошу вас, успокоитесь и опустите оружие. Мы мирные торговцы и нам не нужны проблемы, – мимолётно обведя рукой склянки, он продолжил. – Это магические зелья, а я алхимик, а вот тот мальчик, – теперь Велтруин указал пальцем на Фуарина, юноша помахал в ответ дружелюбно рукой. – Это мой подмастерье и к тому же кучер. Мы и правда не хотим проблем, – придуманный на скорую руку рассказ, звучал весьма правдоподобно, да ещё эти зелья оказались неплохим доказательством сказанного. Стоявший слева стражник даже опустил своё грозное оружие, готовый поверить путникам. Однако у второго сомнения, так и не пропали, и он передумал пропускать их просто так.

– Ага, хорошо. Значит, ты алхимик, а это твой товар, и вместе с этим мальчуганом ты везёшь его в порт на продажу? Знаешь что-то мне в это слабо верится, – и если бы лицо эльфа не оказалось скрыто, то все здесь присутствующие смогли пронаблюдать, яркий калейдоскоп овладевших им эмоций. От удивления поражённый их непрошибаемой тупостью до гнева.

– Да и к тому же эта маска. Ох и не внушающий ты мне доверяя алхимик, – мужчина сделал акцент на последнем слове, ставя его под самое большое сомнение. Велтруин громко выдохнул.

– Я вас услышал господа стражники. Что же давайте договоримся, мы всё равно у вас не задержимся дольше завтрашнего утра, – он еле-еле ударил по-своему висевшему на поясе мешочку с монетами и те отозвались тихим звоном.

Оба стражника резко поменялись в лице, явно довольные таким поворотом дел.

– Ну что же вы сразу с этого не начали многоуважаемый алхимик. Мы очень рады приветствовать в нашей скромной деревушке столь почётных гостей, – пепельный достал из кошелька и с призрением отдал им один серебряный.

– Можете проезжать, трактир будет на главной улице по правой стороне. Вы его точно не пропустите у него ещё вывеска с выцветшим кабаном, – на этом их беседа оказалась окончена, и все вернулись по своим местам.

И буквально сразу же колёса кареты с хлюпающим звуком сдвинулись с места в направление цели. Ехать правда далеко не пришлось, всё деревню пеше-то можно было преодолеть минут за десять, а на лошадях, так вообще раз-два и готово.

Остановившись параллельно той самой вывески с кабаном, которая в лунном свете едва-едва поблескивала своими выцветшими красками. Юноша спрыгнул с козлов и первым же делом потянулся и попытался размять свои затёкшие конечности.

– Значит «Сытый кабан», что же сегодня мы ночуем здесь, не самое ужасное заведение я тебе скажу, ибо видал я трактиры и похуже, – до него донёсся голос пепельного, который также покинул карету.

– Главное, вкусная еда и сносная кровать без сыртчей, а всё остальное неважно, – Фуарин хотел зайти вместе с пепельным в трактир, но тот положив руку ему на плечо, остановил юношу. ⁸

– Сначала накорми и напой лошадей, а потом уж и сам ешь, – мальчик возмутился этим словам и скинув с себя руку, оскорблённо выпалил.

– Я тебе в слуги не нанимался, хочешь накормить кобыл, так сам их корми, – сняв с лица маску, он пристально посмотрел на юношу, пронизывая буравившим взглядом насквозь. И было в этом жесте, что-то нехорошее, пугающее и одновременно властное.

– Поверь всё намного хуже, теперь ты мой ученик и поэтому будешь делать всё, что я тебе скажу, – Фуарин буквально на мгновенье подумал ему возразить. – «Они ведь не прибыли на Стротос и формально его обучение, так и не началось.» Однако что-то подсказало ему, не стоит спорить с тем, кто всего за пару минут может уложить четырёх хорошо вооружённых людей из ордена тени. И выругавшись, пошёл к корыту с сеном, продолжая при этом проклинать эльфа. – «Вот же напыщенный индюк! Это ведь не справедливо, почему пока я тут работаю, он там набивает своё брюхо! Ох, будь у меня оружие, я бы ему задал, ох и показал ему кто здесь главный.» – злоба начинала бурлить и переполнять юношу и достигнув точки кипения, взорвалась. – «Мне негоже выполнять, эту грязную работу я ведь сын лорда Мариэля, высшая знать Нарта» – И он со всей силы врезал кулаком по обивке кареты, на что лошади недовольно зафыркали. А Фуарин схватившись за руку, согнулся и застонал, в глазах замерцали звёздочки. Нанося удар, он не ожидал, что за мягкой тканью, может оказаться железная клёпка. – «По крайней мере, я был им» – Постепенно боль ушла, пощупав пальцы и убедившись, в отсутствии перелома, юноша с радостью бы продолжил жаловаться на превратности судьбы. Если бы не отвлёкший его странный звук падения, раздавшийся в доме, напротив.

Пригнувшись и спрятавшись за колесом, он стал всматриваться в мутные окна. Кажется, там ничего не происходило и юноше всё показалось, однако внутреннее чутьё советовало Фуарину не высовываться, затаиться и ждать. А в противовес ему твердило об обратном, природное любопытство. – «Надо подобраться поближе, отсюда толком не рассмотреть» – держась тени, он перебрался на другую сторону улицы, благо это не составило для него особого труда, сказался ранее приобретённый опыт побегов из поместья. Вдали где-то на окраине деревни одиноко и грустно завыла собака. Фуарин прижался, сидя на корточках, спиной к глиняной стене дома, от которой повеяло прохладой и запахом мокрого сена.

В оставшемся позади трактире зазвучали неразборчивые, весёлые, пьяные голоса. – «Видимо, сейчас у кого-то знатная пирушка» – чувство зависти по отношению к Велтруину ни как ни покидало юношу. И отвлечь Фуарина от этих дум, смог лишь повторившийся шорох за стеной и позабыв об усталости и чувстве голода, мальчик постарался слегка приподняться и заглянуть в грязное окно. Внутри вся утварь и вся имеющаяся мебель оказалась перевёрнута и валялась в хаотичном порядке. При этом хоть каких-то признаков присутствия людей, оставалось не видно. Бегло осмотрев комнату, которая служила, по всей видимости, и спальней, и обеденным залом, он переключился на помещение, находившееся от неё левее.

Огонёк свечи мерно покачиваясь бросал свой свет на все объекты в комнате и тени, отходившие от них, также повторяли за ним их совместный странный танец. Все кроме одной статичной фигуры. Она не была похожа на человека, округлое прямоугольное тело, остроконечные длинные уши, вытянутые, тонкие словно тростинки конечности, заканчивающиеся острыми когтями. – «Так вот о каком убийцы говорили те стражники, вот же скоты могли бы и предупредить. Мы бы тогда в этой деревне останавливаться ни стали.»

Деформированное тело не давало возможности определить истинные пропорции существа. – «Да, что же это за тварь такая? И почему…» – не успел он закончить свою мысль. Как за спиной раздался громкий смех, Фуарин и до того напряжённый до предела. Не ожидая такого, вздрогнул и этой доли секунды хватило порождению Харта, дабы скрыться у него из виду. Теперь на месте где до этого стояла эта тварь, лежало тело мужчины, истекающего кровью.

Юноша, позабыв обо всём, побежал внутрь, в надежде помочь. Ворвавшись в дом и пролетев словно ветер в нужную комнату. Он на самом пороге встал и оцепенел от того ужаса, который открылся перед ним. Мужчина средних лет с разорванным животом лежал, облокотившись на стенку. Всё, буквально всё оказалось покрыто кровью и частями алых внутренностей. В руке он держал нож, но лезвие было чистым, а поодаль от него бездыханно лежала его жена с похожими ранами. Страх сковал мальчика, не давая ему и пальцем пошевельнуть. Разум отказывался принимать случившееся. И только желудок, скрутившись в узел, просился в рвотных позывах наружу, но благо там ничего не было.

Залаяли собаки, на улице постепенно стало шумнее, кричали люди, они кого-то звали. Ночь наполнилась гарью и светом факелов. Фуарин всего этого не слышал и замерев, так и стоял как истукан. И тут с булькающим звуком из-за рта к нему обратился мужчина, находившийся на последнем издыхании.

– Подойди ближе парень, – оковы страха держали его крепко на месте.

– Ну же окажи умирающему услугу, мне ведь недолго осталось, – поборов себя юноша сделал шаг вперёд, маленький шаг, а за ним ещё. Мужчина закрыл глаза и Фуарин подумал, что тот всё же помер и сделал рывок к нему опустившись на колено и поднёс тыльную сторону ладони к его носу.

– Очень слабое, но он ещё жив, – мужчина закашлялся и приоткрыл глаза.

– Спасибо, что всё-таки решился. Прошу тебя, спаси нашего сына.

– Сына? Здесь ведь нет больше тел, – мальчик быстро начал осматриваться по сторонам, но никого не обнаружил.

– Его унесла эта сумеречная бестия, – он опять закашлялся и закрыл глаза, сказанное оказалось последней просьбой умирающего. По силам ли она Фуарину? А может, сообщить обо всём старосте деревни? Или же оставить всё как есть и сбежать? Вопросы, свалившиеся на него словно снег среди белого дня, овладели сознанием Фуарина.

– Харт его дери, да что же мне делать? – вскрикнул юноша, подняв голову кверху. Конечно, он не ожидал, что оттуда кто-то ему ответит, однако ответ всё-таки последовал, правда, откуда-то из-за плеча.

– Ну, можешь для начала завести руки за спину, – грубый, низкий голос принадлежал мужчине. После сказанного последовало небольшое покалывание в области лопатки. – «Клинок? И откуда здесь ещё кто-то? А вдруг этот тот монстр вернулся?» – от этой мысли внутри всё сжалось. «Наверное, я настолько был шокирован, что не услышал, как ко мне подошли сзади.»

Велтруин открыв дверь трактира тут же поморщился, ощутив на себе всю палитру ароматов, накативших на него волной. Тут присутствовал букет из перебродившего пива с кислой капустой, к которым примешивался стойкий аромат давно не мывшихся тел. Переборов отвращение, он сделал шаг вперёд. Как и ожидалось внутренне наполнение помещения, полностью соответствовало мысленному образу, маленького деревенского трактира. А вот то что не сходилось с ожиданием, так это количество посетителей в столь поздний час, их оказалось слишком много. Все они что-то открыто обсуждали, не обращая на только зашедшую фигуру в руническом одеянии никакого внимания. И пепельный был совершенно этому не против, даже наоборот рад, и чтобы не нарушить сложившуюся обстановку он незаметно проскользнул между круглых, наладом дышавших столов к самому дальнему. Туда куда не попадал свет от свечей, там, где он смог бы спокойно снять свою маску и тихо потрапезничать, избежав ненужных вопросов. Подозвав к себе хозяйку трактира и заказав у неё бокал эля и запечённые овощи, он принялся ждать возвращения Фуариана, который почему-то задерживался. Тем самым ненароком став свидетелем разговор местных, которые бурно высказывались, по-видимому о событиях, недавно произошедших у них в деревне.

– Сколько можно терпеть? Вы не устали каждую ночь мочиться в штаны от страха? – обратился ко всем сидящем уже изрядно подвыпивший крепкий мужчина, весь покрытый сажей. С многочисленными мелкими ожогами на руках и лице. За поясом у него висел молот. – «Таким и череп за один удар можно отправить в основание позвоночника, наверняка местный кузнец.» – подумал эльф, невольно затягиваемый в обсуждение случившихся передряг.

– А что ты предлагаешь Батрат уйти в лес и всем там сгинуть? Ты сам-то хоть видел эту тварь? – возразил ему молодой человек, сидевший сбоку от него и остальные одобрительным бухтением, поддержали его.

– Нет, но какой у нас выбор? Сидеть дома и ждать пока нас всех перебьют? – и хоть все остальные явно не желали замечать очевидные вещи, но кузнец дело говорил. Отчего окружавшие его виновато потупили взгляд.

– Ответьте мне, как вы вообще можете спокойно спать? Ваших детей похищают, ваших друзей, братьев и сестёр убивают, а вы сидите здесь и пьёте, поджав хвосты, как трусливые шакалы, – видно было, как кузнец закипал, злясь на бездействие сидящих.

– Давайте направим прошение королю и тогда он пришлёт сюда несколько отрядов хорошо подготовленных солдат и те разберутся с этой сумеречной бестией, – это предложение вызвало лишь громкий смех у человека, которого звали Батрат. Правда, засмеялся только он один, все остальные молчали. И чем больше эльф слушал, тем больше возрастало его беспокойство. – «Что же за невезение преследует нас с того момента, как мы покинули столицу. И где спрашивается Фуарин шастает, уже два раза можно было лошадей покормить.»

– Ты сам-то веришь в эту чушь? Король нас защитит? Может, раньше так и случилось бы, но сейчас он так увлечён будущим наследником, что до простых смертных ему нет никакого дела, – чаша весов людской поддержки склонилась в сторону кузнеца. Велтруин негласно тоже оказался с ним солидарен считая, что уж лучше погибнуть, пытаясь всё изменить, чем идти добровольно на убой. Однако их спору не суждено было закончиться. Распахнулась дверь, и в трактир ворвался один из стражников, которого они повстречали на въезде в город. Вид у него оказался непросто испуганный, он словно стоял в одном шаге от истеричной паники. Тяжело дыша и дрожа, мужчина метал взглядом из одного угла в другой, словно искал кого-то.

– Не стой столбом Вирт, говори. Что-то случилось? Это сумеречная тварь? Она опять напала? – деревенские засыпали мужчину вопросами. По ним стало сразу заметно, как страх одного человека передался остальным. Первым, что весьма оказалось ожидаемо встал с места кузнец и быстрым шагом направился к стражнику. Подойдя как можно ближе, он врезал тому хорошую оплеуху и видимо, слегка неподрассчитал с силой удара, мужчину повело в сторону. Но Батрат успел того поймать и уберечь от падения. Вдобавок он слегка его потряс, приведя тем самым окончательно в чувства.

– А теперь давай по новой. Что произошло? – Велтруин медленно встал из-за стола, в глубинах его сознания зарождалось очень нехорошее чувство. Эльфийское нутро кричало, о том, что необходимо поспешить и убраться из этой деревушки как можно скорее и то что без участия Фуарина здесь не обошлось.

– Пойдёмте за мной, кажется, в этот раз мы поймали настоящего убийцу, – короткая фраза, прозвучавшая как призыв заставила всех сидящих в мгновенье ока, сорваться со своих мест и отправиться за Виртом.

Залаяли собаки, и улица наполнилась людьми с факелами, злыми и готовыми на отчаянные меры. Возглавляли толпу, двоя мужчин, один хорошо слаженный с сединой в волосах и с пышными усами. Одетый в боевое обмундирование с клинком на поясе, чьё имя, как выяснилось в дальнейшем было Доланг. Он являлся главным среди местной стражи и отвечал за охрану деревни. И второй весь иссохший словно мертвец, с болезненным взглядом и абсолютно гладкой головой, старик. Одетый в тёмную мантию и носивший на груди медальон старосты деревни. Два столь непохожих друг на друга и внешне и характерами людей, несли тяжёлое бремя закона, на этих землях. Пепельный следовал за толпой оставаясь постоянно позади всех, при этом не покидая самую гущу событий. Он желал лишь одного найти поскорее своего ученика и оставить позади эту треклятую деревню, с её проблемами.

Фуарина они нашли в доме, напротив, сидящего молча на коленях, с окровавленными руками. Все те, кто успел поместиться в небольшой комнатушке собрались вокруг юноши, пустив вперёд себя Доланга и ещё одного стражника. Эльф тут тоже был и беззвучно проклинал весь род мальчика до пятого колена.

– Прошу, послушайте это не моих рук дело, я говорю вам правду. Когда я пришёл, эта тварь уже убила их, – юноша и сам себе не завидовал в этот момент, обстоятельства оборачивались одно за другим против него.

– Ты нам зубы-то не заговаривай, уродец. Сдавайся по-хорошему и тогда я гарантирую тебе быструю смерть, – голос старосты звучал, неприятно скрипуче. Фуарин инстинктивно, медленно повернул голову, чтобы никого не спровоцировать и заодно посмотреть на говорящего. Дряхлый старикашка с похожими чертами лица на короля, весь трясся от страха, и казалось, сейчас потеряет сознание.

– Вы и правда верите, что этот юнец мог совершить, такое зверство, – зазвучала знакомая речь, Велтруина. Люди, стоявшие позади него, начали перешёптываться, многих из присутствовавших терзали сомнения, о причастности мальчика к этому делу. Старик поднял левую руку призывая остальных замолчать и те послушно подчинились. Сразу же стало понятно в чьих руках находилась настоящая власть.

– Я вижу, как вас мой дорогие соседи терзают сомнения, по поводу вины этого юноши, но помните страшнее всего тот волк, что ходит в овечьей шкуре, – слова, как много иногда значат простые, на первый взгляд слова. Стоит подобрать нужные зёрна сомнений и посеять их в головы людей, а после подождать и дать им взойти и можно получить, столь нужные вам плоды поступков. И староста, который уже многие годы успешно манипулировал сознанием деревенских вновь повторил столь легко дававшийся ему трюк.

– А вдруг это точно он? Да ну не может быть? Но ведь староста сказал, – толпа за ним загудела в обсуждение, словно Велтруин сейчас разворошил пчелиный улей. Правда, так долго продолжаться не могло, и кто-то должен был принять окончательное решение и этим кто-то оказался Доланг.

– Давай, шустрее мы не будем тут до утра тебя ждать, – юноша, понимая всю тщетность своего положения, послушно завёл руки за спину.

– Хорошо, только у меня к вам просьба есть, – начальник стражи, вязавший ему руки, приостановился на доли секунды.

– Спасите их сына, – Мужчина одобрительно кивнул и продолжил завязывать узел.

– Люди, послушайте, вы совершайте грубую ошибку. Казнив этого мальчика, вы не избавитесь от проблемы, убийства так и будут продолжаться, – и тут эльф понял, какую ошибку совершил, сказав это.

– Я ведь тебя знаю, – к нему повернулся один из стражников стоявший ранее возле ворот. – Подозрительный тип, ты мне сразу не понравился.

– «Вот же паскудство!» – пепельный начинал понимать, в какую, глубокую пучину уволакивает его сложившаяся ситуация.

– Это сообщник, мальчика! Они наверняка работают вместе! – в глазах старосты зажёгся огонь слепого суда. К Велтруину потянулись руки в желание скрутить эльфа, но тот так просто им не дался. Сделав жест рукой, он оградил себя непроницаемым барьером, через который никто не мог пробиться извне.

– Волшебник! – крикнул староста.

– Он волшебник, колдун! – подхватили остальные констатируя и без того уже ставший известным факт. Напряжение нарастало, словно небо, заволакиваемое тучами, перед грозой. Маленькая комнатушка в эту самую секунду, превратилась в игральную доску для Мантежа. Фигуры выставлены, осталось одному из игроков сделать свои первый ход. ⁹

– А теперь слушайте сюда! Я требую, чтобы вы освободили моего ученика, и я гарантирую вам, мы покинем деревню сию же минуту и больше вы нас никогда не увидите. Но если вы настолько глупы, чтобы не поверить моим словам, то… – на кончиках указательного и среднего пальцем у тёмного зажглось пламя, которое нарастало и превращалось в шар раскалённое магмы. Велтруин поглощённый ожиданием ответной реакции от старосты, не заметил, как возле шей юноши появился кинжал.

– Успокойся волшебник, иначе твой ученик умрёт здесь и сейчас, – Доланг слегка потянул лезвие на себя и у Фуарина, проступила кровь. Атака и контратака были сделаны, игра продолжалась. Одержать победу за один ход ему не удалось. Атмосфера в доме накалилась до предела, казалось, дотронься до неё пальцем, и обожжёшься. Велтруин не развеял заклинание, но и дальше нагнетать не стал. – «Что же делать? Сдаться и помереть? Это уж точно не лучший вариант. Бросить парня и сбежать самому? Можно, конечно, однако не хотелось бы терять столь юное дарование – вот так вот глупо. А Харт с ним может…» – не закончив свою мысль, он решил её озвучить.

– Хорошо, хорошо. Убери нож, и я развею огненный шар, но барьер пока оставлю, – Уход в защиту и поиск других путей. Доланг кивнул и убрал клинок от шей юноши, пепельный, как и обещал щелчком пальцев избавился от заклинания.

– У меня к вам есть деловое предложение. Я помогу вам выследить и убить вашу сумеречную тварь, а за это вы нас отпустите, – по глазам, выражениям лиц было видно, многим эта идея пришлась по нраву. Многим да не всем.

Староста с недовольным прищуром посмотрел на эльфа, весь его вид, говорил о том, как будто он пробует это предложение на зуб.

– Сойдёт волшебник, мы пойдём тебе навстречу, однако с некоторыми условиями, – все находившиеся в помещение беззвучно выдохнули. – Для начала я даю тебе ровно сутки на поиск и учинения расправы над якобы настоящем убийцей. Не уложишься вовремя, мы казним тебя и этого юношу, – Велтруин хотел было высказать своё недовольство насчёт данного ему срока, но не стал, не видя смысла в этом. Он надеялся при первой же возможности сбежать с Фуарином подальше от этих людей, от этой деревни. Ну или в крайнем случае перебить их всех, да так чтобы даже свидетелей не осталось. Ему ведь не нужны лишние проблемы с королём и советом.

– И ещё кое-что, – староста ехидно улыбнулся. Первая атака нашедшая брешь в обороне Велтруина, теперь разносила её в пух и прах. – Твоего паренька мы пока поддержим у себя под стражей, чтобы ты не надумал с ним сбежать или ещё чего ни будь этакого выкинуть. – Тем временем юношу подняли с колен и поставили на ноги.

Вид у него, мягко говоря, был потерянный. Видимо, он до сих пор не до конца понимал, что здесь происходит. Пепельный не на шутку обеспокоился, однако старался оставаться рассудительным и холоднокровным. Эльф просто и не предполагал, что этот старый «чурбан» сможет продумать больше одного варианта развития событий. Зажатый в тисках, он понимал, другого выбора не оставалось, только как признать поражение.

– Согласен, – староста в знак скрепления между ними новообразовавшегося договора, протянули ему свою дряхлую руку. Велтруин демонстративно отказался её жать, не хватало, ещё чтобы они ко всему узнали, что он пепельный эльф. Староста недовольно хмыкнул.

– Дело твоё, – кинув взгляд на связанного Фуарина, добавил. – Мальчишка так-то всё равно у нас останется, поэтому ты выполнишь обещание. А теперь расходитесь здесь больше не на что смотреть, – но перед тем, как все стали выходить наружу. К ним обратился эльф, не пожелавший, так легко отдавать победу.

– Вот только перед тем, как я приступлю к заданию, у меня к вам староста будет просьба, – старик развернулся, а за ним остановились и остальные. Словно послушное стадо, следовавшее за своим пастухом.

– Гортэль, называете меня просто Гортэль. Какова будет твоя просьба, маг, – в такой ситуации можно было ещё поспорить, кто здесь на самом деле настоящий волк в овечьей шкуре.

– Я бы хотел, чтобы вы выделили мне своих людей в помощь, – старосту аж всего перекосило, он явно не желал выделять ему хоть кого-нибудь. Однако дабы не поколебать веру присутствующих в себя, Гортэль сделал заключительный ход, который, по его мнению, должен был привести к безоговорочной победе.

– Уважаемые жители деревни Фийрт если среди вас желающие помочь этим незнакомцам, то прошу, поднимите руки, – молчание, ни звука, тишина настолько плотная, что её можно резать ножом. За окном послышалось стрекотание кузнечиков. Велтруин подумал, что уже безоговорочно проиграл, но тут произошло не предвиденное.

– Я пойду с ним! – речь кузнеца нарушила образовавшеюся тишину, а через мгновенье к ним двоим добавился третий.

– Я тоже с тобой. Может ещё есть шанс спасти Ёрта, – старик гневно посмотрел на Доланга, но возражать решению не посмел.

– Думаю, на этом хватит. А то так и деревню некому будет охранять, – Гортель нервно хихикнул. – Доланг дай команду своим людям, пусть на время твоего отсутствия паренька пока замкнут в моём доме, а тела этих бедняг сожгут на ритуальном костре. Да упокоит их души священный огонь, – последнее предложение за ним вполголоса повторили остальные. Когда деревенские покинули дом, оставив их наедине, те переглянувшись, молча приняли решение о необходимости незамедлительно действовать и то же засобирались наружу. Впереди шёл кузнец, за ним начальник стражи и замыкал цепочку маг и уже на самом пороге он на секунду задумался и остановился.

– Пойдём отсюда здесь больше не на что смотреть, – бросил через плечо Доланг, проходя сквозь дверной проём на улицу. Эльф в ответ, махнув на него рукой, подошёл к одиноко стоявшей на столе восковой свече и потушив её, взял в руки. Мужчина, наблюдавший за ним, не сдержав своё любопытство, спросил:

– Она как-то поможет нам с поисками этой твари? – эльф ответил ему не сразу, прежде он достал из внутреннего кармана одеяния небольшой клочок бумаги и положил его на ладонь рядом с огарком свечи.

– Мне надо отправить послание, – увидев, что таким ответом он породит лишь ещё больше вопросов, пепельный добавил. – Сообщить о том, что мы задержимся.

– Хорошо, только особо не мешкай. А я пока с Батратом осмотрюсь здесь, может, мы сможем найти, хоть какие-нибудь зацепки или следы, – оставив мага одного, тот тут же приступил к задуманному. Начертив длинным заострённым ногтем на воске рунический знак. Тот под влиянием сауры стал менять свою форму, растёкшись, жидкий воск поглотил в себя послание, а после податлива изгибаясь приобрёл силуэт крохотной птички и снова стал твёрдым. И тут же по воле всё той же магий, птичка взмахнула крыльями и взлетев, отправилась к человеку, которому было адресовано послание. Все эти метаморфозы не заняли больше минуты. Теперь оставалось только спасти две зависящие друг от друга жизни.

Глава 6
Враг из темноты

Год 308 от возникновения священного огня. Деревня Фийрт, королевство Мирта

Жёлтый похожий на сыр диск луны поднялся в небо и замер в самой высокой точке. Весь честной люд, взбудораженный ночным происшествием, потихоньку стал разбредаться по домам, дабы лечь спать и хоть несколько часов отдохнуть перед утренними работами в полях. И вскоре улица окончательно опустела, лишь троица скованных единым обстоятельством путников осталась стоять на месте.

С севера порывами подул холодный ветер, заставивший пепельного поёжиться и посильнее закутаться в своё одеяние. Спустя десятки лет пребывания в этом крае морозных зим и прохладного лета, он так и не смог привыкнуть к такому климату. В родной Туаланий круглый год стояла тёплая погода и даже когда увидал последний лист плодородного дерева и приходила зима. Она всё равно была непохожа на ту суровую, жестокую старуху, которую представляли себе местные жители, когда говорили об этом времени года. Зима в Туаланий скорее напоминала ему статную, рассудительную красавицу, у которой за холодным взглядом скрывалось тёплое сердце.

– Пора выдвигаться или ты тут собрался всю ночь простоять? – на его плечо легла тяжёлая рука, кузнеца. Вид у того был решительный, готовый в любую минуту рвануть в бой. По-видимому, бьющий внутри него фонтан жизненной энергии не иссекал никогда, настоящий человек ни слова, а дела.

– Согласен с Батратом нельзя терять ни минуты. Вот только перед тем, как начнём, у меня к тебе колдун есть один вопрос.

– И какой же? – старейшина напрягся и сделал инстинктивно шаг назад.

– Ты не хочешь для укрепления доверия между нами, снять маску и показать, чьё лицо сокрыто под ней? – Доланг попытался улыбнуться как можно дружелюбнее, дабы показать эльфу, что в его просьбе не скрывается злой умысел, но это не сработало.

– Думаю нам не стоит на это тратить зря и без того драгоценное время. Спасение вашего мальчика и моего ученика, первоочередные задачи, – этой фразой и тем, как он её сказал пепельный дал понять, настаивать бесполезно и маску Велтруин не снимет.

– Правда твоя, конечно. Но давай хотя бы представимся друг другу, а то постоянно называть тебя волшебником, как-то не сильно удобно, тебе не кажется? – мужчина надеялся хоть, что-то разузнать о новоиспечённом напарнике.

– Хорошо, правда, не уверен, что вы хоть где-то могли слышать моё имя. Звать меня Велтруин и знайте я не особо рад нашему знакомству, – пепельный не стал в привычном для них жесте протягивать руку для рукопожатия и это лишь увеличило и до того немалое недоверие к нему.

– Что же, а я вот рад нашему знакомству Велтруин. – «Такими имена в этих землях никого не называют, уж слишком оно вычурное. Может быть, он из имперцев или вообще не человек?» – дабы не делать своими размышлениями сильно большую паузу, мужчина продолжил.

– Я Доланг и занимаю в нашей скромной деревушке должность начальника стражи, а вот этот добродушный здоровяк, – он похлопал по спине стоявшего рядом и державшего скрещёнными на груди руки мужчину, – Наш кузнец Батрат. – эльфу это информация оказалось не особо интересна, и он постарался поскорее сменить тему.

– Давайте покончим с приветствиями и займёмся поисками, – Доланг хотел было, продолжить расспросы, но осёкся и подумав сказал совершенно другое:

– Конечно, давайте приступим. Правда, у меня вот лично, нет никакого понимания, где нам искать это сумеречное отродье, – начальник стражи отличался от своего товарища более рассудительным нравом и предпочитал иногда лишний раз всё обдумать, чем сломя голову бросаться в самое пекло.

– Если вы не против, то я возьму командование нашем импровизированным отрядом на себя, – предложил пепельный, те переглянулись и пожали плечами хоть волшебник и не вызывал особого доверия, но других вариантов у них всё равно сейчас не было, посему возражений не последовало, и он продолжил излагать свой план:

– Прекрасно. Сперва ответьте, не знаете ли вы другого названия этой твари, ну или постарайтесь её описать, это сильно бы облегчило нам задачу. Потому что-то прозвище, которые вы ей дали мне, к сожалению, ни о чём не говорит, – потушив в себе пожар чувств, эльф вернулся к своему обычному безэмоциональному поведению, позволив тем самым самому себе погрузиться в задачу с головой. Вот только к его глубокому разочарованию, напряжённые раздумья этих двоих ни к чему не привели. Со слов Доланга никто из жителей деревни ни разу её не видел, поэтому староста так себя ведёт и подозревает любого, однако от этого объяснения легче не стало.

– Это, конечно, всё сильно усложняет. Но думаю, у меня есть, то что нам может помочь, – они оба переглянулись и посмотрели на Велтруина, тот вёл себя чрезвычайно самоуверенно. За маской, конечно, не видно эмоций, но предположить то, что он улыбался не мог никто. И всё это из-за решения, осенившего эльфа, оно словно походило на озарение свыше. Проследовав за ним до кареты на которой те прибыли, пепельный полез в самые её недра, на поиски, одному только ему известной вещи. Спустя минут десять копошений Велтруин появился из неё держа в руках две маленькие шкатулки. Мужчины не отрывали взгляда от резных коробочек.

– То, что в них находиться как-то поможет нам найти эту тварь? – не выдержав, спросил Батрат, ему человеку простому и знакомому только с языком молота и наковали, все эти магические штучки казались враждебными и сложными для понимания. А вот начальник стражи оказался более осведомлен и поэтому выдвинул свою версию, содержимого шкатулок.

– Там ведь кристаллы поиска? – поражённый верной догадкой стражника, изумился эльф, правда, ответ свой всё равно решил сопроводить ноткой сарказма.

– Я приятно удивлён осведомлённостью, такого как ты, – вдобавок ко всему Велтруин ещё и смерил его недоверчивым взглядом, тем самым окончательно сделав Доланга невеждой. На колкость пепельного начальник стражи добродушно улыбнулся и проговорил:

– Ну я не такой уж деревенщина, каким кажусь.

– Это хорошо, конечно, вот только я не это имел в виду. Речь шла о тебе, как о человеке далёком от магий.

– А, ну если на это так посмотреть, то тогда ладно, – Доланг окончательно оказавшийся в неловкие ситуации, отвёл взгляд в сторону. Вернувшись к центру дороги, пепельный жестом попросил их освободить пространство необходимое ему для проведения ритуала и те послушно отступили. Поискав взглядом и найдя хороший, крепкий прутик он взял его в руки и принялся чертить на ещё влажной земле рунические знаки, соединяя их в замысловатые линии и фигуры. В конце заключив их в круг, он присел, и открыв одну из коробочек, достал оттуда бирюзовый кристалл и воткнул его в самый центр, остриём вверх.

– Подожди, а как мы поймём, что всё прошло успешно? – обеспокоенно поинтересовался у него кузнец, который заворожено до этого момента смотрел за подготовкой к ритуалу. Велтруин хотел тому и сам ответить, однако за него это сделал начальник стражи.

– Ох, поверь мне, как только он закончит, ты сам всё поймёшь, – эльф не стал в этот раз прибегать к сарказму и молча поблагодарил того кивком и принялся, зачитывать заклинание. Поначалу отдельно звучавшие слоги сливались в слова, на незнакомом им наречие, а те следом за ними в предложения, которые волшебник произносил словно нараспев. Всё происходило циклично и по нарастающей и так до тех пор, пока знаки не вспыхнули и кристалл в центре замерцавший ярким светом, не рассыпался в пыль, которую подхватил порыв ветра и развеял по улице.

– Красиво конечно, но у меня есть вопрос. Что-то уже произошло или надо ещё подожд… – и не успел он договорить, как в радиусе приблизительно сорока метров, стали вспыхивать бирюзовые огоньки. Их было немного, в общем, не больше пяти. Со временем те переросли в фигуры и приняли очертания людей. Мужчин, женщин, и даже детей. Доланг повернувшись посмотрел в сторону дома, в котором недавно погибли его друзья и увидел там два огонька, принявших их облик. Глаза отчего защипало, и он отвёл взгляд.

– Ого! Это выглядит фантастически, я раньше и представить не мог, что магия на такое способна! – кузнец, поражённый увиденным, мотал из стороны в сторону головой пытаясь рассмотреть как можно больше образов.

– Поверь, она и не на такое способна! – с невообразимым чувством собственного превосходства ответил маг.

– А с ними можно поговорить или хотя бы коснуться их? – Задавая этот вопрос, Доланг уже знал на него ответ, но с надеждой в голосе решил попытать счастья.

– Увы, но нет. Это лишь образы людей, перешагнувших порог жизни. Обитатели мира теней, что ещё не отправились в царство Харта, – Велтруин отстранённо бросил взгляд в сторону. – Значит, эта тварь из материального мира, что же придётся использовать другой кристалл, – эльф разрушил круг и все образы тут же исчезли, а он принялся заново чертить руны для другого заклятья.

– То есть мы сейчас видели призраков и духов? – почёсывая голову, озадаченно поинтересовался Батрат.

– Именно, так, а теперь попрошу меня не отвлекать, – потребовалось ещё какое-то время, чтобы закончить с новым кругом поиска. Теперь вход пошёл кристалл из другой шкатулки, розовый и куда более округлой формы, чем предыдущий. Поместив зачарованный предмет всё так же в центр пентаграммы, последовало заклинание и руны вновь отозвались на зов Велтруина и вспыхнули. На сей раз никаких огоньков не оказалось, вместо них под их ногами, на земле появилось множество цветных отпечатков. Все они подсвечивались в тон кристаллу. Вот следы десятка крупных ботинок, оставленных людьми из трактира. А возле кареты, на которой они прибыли в эту деревню виднелись отметины копыт. Тут же пересекая дорогу вдоль и поперёк мерцали отпечатки лап собак, а рядом с ними поменьше, оставленные, видимо, дворовыми кошками.

– Это, конечно, выглядит уже не столь фантастически, как в прошлый раз, но всё ещё невероятно, – один вечер, а столько потрясений из мира магий свалилось на голову бедного кузнеца.

– Ага, выглядит замечательно, – Доланг уже весь извёлся, время шло, а они ни на шаг не сдвинулись с места и это его жутко беспокоило. – Теперь поведай мне волшебник, что мы тут должны найти? – Велтруин повернулся к нему с недоумевающим видом, и ответил:

– Разве это и так неясно? Мы ищем следы нашей твари. Ты ведь не думаешь, что она тоже носит ботинки на своих ногах, как мы? – Батрат громко засмеялся и тут же поймал на себе пару недовольных глаз и сделав вид, что закашлялся сразу замолчал, опустив виновато взгляд. Стараясь не терять больше драгоценное время, они принялись искать зацепки, которые помогут им найти это сумеречное отродье.

Первым же делом они вернулись к дому, где поймали Фуарина и о чудо, если так можно было выразиться в сложившийся ситуаций, там и вправду оказались следы монстра. На старых полупрогнивших досках, служивших порогом, виднелись отпечатки двух лап. Они походили чем-то на птичье, только эти были в длину сантиметров двадцать, а в ширину не меньше пяти, да и к тому же заострённые к краям. Вдруг при виде этих следов Велтруину стало очень душно в своём просторном одеянии и в горле тут же образовался комок беспокойства. Всем сердцем эльф понадеялся, пусть это чудище окажется не тем, о ком он сейчас подумал и тут его легонько что-то коснулось. От неожиданности пепельный вздрогнул и обернувшись увидел добродушное лицо Батрата.

– Да не пугайся ты так, это всего лишь я, – кузнец всё с тем же выражением лица, позвал его за собой и Долангом, который уже отошёл на достаточное расстояние, идя по следу.

– Прошу тебя, не делай, так больше никогда, хорошо? – в ответ Батрат согласно кивнул и развернувшись на пол-оборота принялся нагонять ушедшего вперёд начальника стражи. Велтруин собирался последовать за ним, как вдруг осознал, насколько сильно ему в сложившейся ситуации захотелось закурить, однако похлопав руками по одеянию, эльф понял, что как назло, забыл трубку в карете. И теперь она призывно манила эльфа вернуться, обещая не только утоление навязчивой табачной жажды, но и сулила ему защитой от тревожных мыслей, связанных с сумеречной бестии. И всё-таки переборов своё желание и выругавшись, он двинулся вслед за кузнецом.

Удаляясь всё дальше и дальше от деревни, они шли по высокой траве, которая благодаря обильным дождям вымахала, настолько, что доставала им практически до колен. Капельки росы уже выступили и теперь походили на маленькие самоцветы, поблескивающее в лунном свете на каждом листике и цветке. Тусклый розоватый след вёл их в ночи словно маяк, за которым следовали путники, приближаясь к дремучему лесу. Стоявшему непроглядной стеной на окраине деревни. Дойдя до его границы, действие заклинания закончилось и, они остались на время без путеводной нити.

Все трое стояли в тишине и смотрели в безмолвную темноту леса. Не лая собак, что до этого доносился из деревни, ни криков ночных птиц, лишь звук ожившего древнего создания. Благодаря ветру, колыхавшему ветви деревьев и листву, складывалось впечатление, как будто лес дышит. Грузно и мерно он делал тяжёлые вздохи, а потом с протяжным скрипом выдыхал, тем самым только усиливая, чувство тревоги у путников. От самоуверенности эльфа не осталось и следа. Их поездка должна была пройти тихо и спокойно, всего неделя в дороге, и они с Фуарином оказались бы на корабле, а там уже и до Стротоса рукой падать. А тут на тебе, как снег на голову свалились на него все эти убийства. Теперь Велтруину необходимо спасти не только мальчика, но и жизни жителей деревни. И рассуждения о благородстве данного дела, не спасали эльфа от мыслей о возможной смерти на половине пути. Ведь окажись эта тварь той самой, о которой он подумал и всем им незамедлительно придёт конец в этом лесу.

– Нам точно туда? – спросил Доланг у остальных, искренне надеясь услышать любой другой ответ, а не тот, о котором он и так догадывался. Даже такому опытному воину, как Доланг сейчас было не по себе ни говоря о его новоиспечённом товарище, по несчастью. Он и сам того, не замечая постоянно держал руку на эфесе клинка, готовый в любую минуту обнажить меч. Пепельный вместо ответа, взяв себя в руки, принялся по новой проводить ритуал и как только Велтруин закончил, следы вновь указали им направление. И к их общему нежеланию оно вело в самую гущу леса. Единственный кто оставался совершенно спокойным, так это кузнец, то ли он обладал стальными нервами, то ли просто не понимал, какая опасность их там поджидала.

– Да пребудет с нами благословение Илуины и да осветит нам путь священный огонь, – шёпотом Батрат произнёс слова молитвы и поправив свой молот, висевший за поясом, первым сделал шаг вперёд и тёмная чаща поглотила его. Всего на доли секунды эльфу даже показалось, что в этот момент та издала какой-то чавкающий звук. Однако собравшись с духом и сославшись на игру своего воображения, Велтруин также ступил вперёд. За ним, замыкая цепочку, переступил невидимую грань Доланг и вот они втроём уже стояли по ту сторону. А за их спинами словно в другой реальности остались огни деревни. ¹⁰

Глаза довольно быстро привыкли к темноте и стали лучше различать все возможные силуэты деревьев и кустов, через которые им приходилось пробираться.

– Волшебник, а ты не мог бы с помощью магий призвать свет? – сказал Батрат и тут же врезался из-за своего немалого роста в одну из низко растущих веток и ругнулся. – А то я тут себе весь лоб расшибу, пока мы дойдём, – Велтруин на него посмотрел гневным взглядом, хоть и прекрасно понимал, что тот вряд ли его увидит.

– Призову свет, и мы станем лёгкой мишенью для твари. Мрак здесь не такой густой, подожди и ты сможешь спокойно в нём ориентироваться, – эльфу легко было об этом говорить, ведь представители его расы с самого рождения видели в темноте намного лучше, чем люди.

– Прости, об этом я не подумал, – пепельный тяжело выдохнул. Они уходили всё глубже и глубже в чащу леса, туда куда не пробивался сквозь кроны деревьев лунный свет. И чем дальше они заходили, тем сильнее укреплялось чувство страха. Доланг вытащил клинок и обхватил крепко рукоятку обеими руками, так ему стало хоть немного поспокойнее. Заметив это Батрат последовал примеру начальника стражи и достал из-за пояса свой кузнечный молот. Проведя ещё раз ритуал, они дошли до старого, покрытого вековой корой дуба, мощные корни, которого словно нити паутины окутали близь лежащие земли. Мерцание поискового заклинание уводило их вниз в разрытую монстром нору, сокрытую ото всех наваленными сверху ветками. На которую по чистой случайности наткнулся Доланг, чья нога провалилась сквозь перегнившую лиственную подстилку, не почувствовав твёрдой опоры под ней. Собравшись вместе, троица в некотором молчание стояла и взирала на провал размером со взрослого человека и не суливший своим видом им ничего хорошего.

– Может, нам не сюда? – обратился к остальным путникам эльф, пытавшись всеми силами обуздать пронявшую его тело дрожь. Он руками провёл по своим карманам в надежде найти в них спасительное средство от чувств, взявших над ним контроль – «Как же хочется курить. И Харт меня раздери, надо же было забыть эту треклятую трубку.» Если он мог бы физически сейчас побледнеть, то это обязательно произошло.

– Харт его знает, – Доланг немного помолчал, а потом добавил. – Надеюсь, – он обошёл вход по кругу в надежде найти продолжение следов, но к общему разочарованию их больше нигде не оказалось.

– Ну что там? – спросил у него по возвращении пепельный.

– Там пусто, – коротко отрапортовал Доланг, и волшебник совсем поник. Пришло время принимать волевое решение.

И вот Батрат приложив немало усилий, расчистил проход, в который они смогли бы протиснуться. Широкая около входа, нора постепенно сужалась настолько, что троице пришлось ползти на четвереньках по практически наклонной плоскости вниз и только у самого конца она выровнялась горизонтально. Весь путь их окружали пронизывающие пространство корни, по которым издавая неприятный, мерзкий писк, бегали какие-то жучки, постоянно норовящие упасть за шиворот или на голову. Выбравшись из этого рукотворного туннеля их, окружила непроницаемая, всепоглощающая тьма. Настолько непроглядная, что даже собственных рук оказалось не видно. Раздался щелчок пальцев и своды пещеры осветил мягкий белый с лёгким голубым оттенком свет. – «Лучше уж пусть будет так» – признал Велтруин, смирившись с тем, что даже он ничего не мог разглядеть.

Их удивлению не было предела, пространство под деревом оказалось невероятно огромным. Повсюду из земли похожие на ощетинившиеся копья, прорастали желтоватые, с золотистыми наплывами сталагмиты, а сверху со сводов к ним стремились в объятия сталактиты. И в тех местах, где они соединялись, образовывался пугающий демонический оскал. Стояла глубокая тишина, лишь дыхание путников, да мерный звук падающих капель, распространявшийся глухим эхом по всей пещере, нарушал её. И как только первое впечатление монструозности этого места прошло, эльф и Доланг практически одновременно поморщились.

– Вы чувствуете это? Как будто гниёт что-то, – аромат разложения подступал к самому горлу и с каждым вдохом, выворачивал всё нутро наружу.

– Ага, мы точно нашли её логово. Ни у кого не найдётся, случайно, с собой, пучка ароматных трав? – Доланг попытался прикрыть нос, согнутой в локте рукой и дышать через ткань одетой на него туники, однако это не особо спасало, от все пронизывающей вони.

– Сам от них честно говоря, не отказался, – согласился с ним пепельный, стараясь особо, часто не вдыхать стоявший здесь смрад. Единственный кого ну никак не волновало данное обстоятельство, оставался Батрат, кажется, он даже дышал полной грудью и лишь слегка кривил лицом. Стражник и волшебник посмотрели на него с нескрываемой завистью.

– А ты, совсем ничего не чувствуешь, что ли?

– Не-а, я уже давно никаких ароматов не ощущаю, – он коснулся рукой своего носа и демонстративно глубоко вдохнул и улыбнулся – Всё благодаря работе в кузне.

– Честно говоря в какой-то степени, я сейчас тебе даже завидую.

– Ладно, думаю все уже в достаточной мере успели насладиться этими сладостными ароматами, так что давайте двигаться вперёд. Всё-таки мы сюда пришли, чтобы спасти мальчика, – высказанное Долангом замечание никто не стал оспаривать, и они потихоньку, стараясь не шуметь, продолжили продвигаться вглубь пещеры. И спустя какое-то время их отряд наткнулся в одном из залов на источник запаха. Им служили тела людей и животных, которые оказались нанизаны на особо крупные сталагмиты, словно на пики. Кровь давно высохла, а внутренности бедняг, по всей видимости, оказались выедены этим чудовищем. Шаг каждого инстинктивно замедлился, костяшки пальцев побелели от того, с какой силой они сжимали своё оружие, зубы непроизвольно стиснулись. Маг оградил каждого из них барьером и тот словно серая пелена тумана окутала идущих.

Мальчика нигде не было, видно, и твари тоже и это давало им надежду на его спасение. Пройдя насквозь первый вытянутый полуовальный свод, они попали в следующий, на вид явно поменьше и наверняка служивший монстру ночлежкой. Под закруглёнными стенами пещеры находилось несколько созданных природой чаш, в которых скапливалась вода, а на полу расположилась собранная из веток и обильного количества листьев лежанка.

– А это гадина, здесь неплохо устроилась, – заметил с долей ироний эльф, оставаясь в стороне от импровизированного спального места.

– Согласен и вправду неплохо, – подхватил высказывание пепельного Доланг, стоя с ним рядом и осматриваясь по сторонам, при этом не опуская оружия, готовый к внезапной атаке.

– Смотрите! Я нашёл его! – громкий бас подхватило эхо и разнесло по всем уголкам этого подземного логова. Кузнец ломанулся вперёд к чашам с водой, да так шустро, что остальные даже глазом не успели моргнуть.

– Вот же тупица! – выругался маг и переглянувшись с воином, побежали за ним. Догнали кузнеца они уже около самой воды, на руках Батрат держал мальчика лет четырёх от роду. Светлые кучерявые волосики, слежались и вымазались в какой-то грязи, видимо, ребёнка затащили сюда в бессознательном состоянии. Детские пухлые ручки крепко вцепились в рубаху на груди кузнеца, казалось, его даже клещами теперь не оторвёшь от неё. Он выглядел растерянным и заспанным, но при этом главное живым и невредимым. Однако при беглом осмотре, маг успел кое-что подметить, на шее у мальчика виднелись отметены от укуса. Эта маленькая деталь окончательно развеяла все сомнения Велтруина, насчёт того, кем являлось сумеречное отродье.

– «Значит, Цырна. Ох, Хартова бездна, меньше всего я хотел бы с ней здесь встретиться.» – пепельный весь на нервах, стал озираться по сторонам. ¹¹

– Может, этой твари и вовсе здесь нет? – Батрат погладил интуитивно мальчика по головке, желая этим того успокоить, хотя Ёрт и так оставался на удивление спокойным.

– А я так в этом не уверен. Ибо мне наконец-таки удалось определить, кем является наша сумеречная бестия, – с хорошо скрываемой дрожью в голосе проговорил эльф. Он до сих пор сомневался в своём выводе и пытался его мысленно опровергнуть, но все факты собирались против него.

– Ну не томи говори, – не выдержав сложившейся паузы, сорвался стражник.

– Я думаю это Цырна, – лица путников исказились.

– Ты уверен? – в голос воина, закралась нотка ужаса.

– К моему сожалению, да. Все факты указывают на это. Тела, которые мы нашли, место обитания, следы от ран – услышав про укус, мальчик расплакался, чем сильно озадачил остальных.

– Давайте-ка выбираться отсюда, да поскорее, – скомандовал Доланг и они, единогласно поддержав эту идею, зашагали к выходу. Вернувшись к туннелю и переговорив с друг другом, они приняли решение, пустить первым начальника стражи, потом мага, а замыкать их цепочку будет Батрат с мальчиком. После недолгих уговоров, сопровождавшихся всхлипываниями и слезами, всё-таки получилось убедить Ёрта пролезть в нору, выпустив на время из объятий своего спасителя. Двигаться обратно пришлось всё так же на четвереньках, однако ситуация усугубилась тем что на поверхности пошёл дождь, и земля успела им напитаться и превратиться в скользкую грязь. Вымазывавшиеся и злые, ну кроме мальчугана, ему эта возня оказалась только в радость, отчего он окончательно перестал плакать. Они наконец-таки очутились на поверхности.

Путники буквально опьянели от свежего воздуха, что заполнял их лёгкие до краёв. Воспряв духом, лес уже не казался им таким уж зловещим и пугающим. Появилось лёгкое чувство всемогущества, способности свершить любую задачу. Однако всю магию этого момента, буквально в одночасье прервали. У них над головами раздался почти неуловимый, упругий звук, кто-то или что-то спрыгнуло с ветки на землю. Никто из них даже не успел среагировать настолько все молниеносно произошло. Хруст барьера и вот он уже осыпается искрящимися звёздами на мокрую листву под ногами. Быстрая атака, после которой враг, не сумев успешно поразить свою цель, скрылся обратно в темноту. Доланг с круглыми от ужаса глазами, замерев на месте проверил, соединяла ли ещё его шея, тело с головой и убедившись, что та оставалась ещё там, облегчённо выдохнул.

– Соберись! Она так просто не отступит, – крикнул на него пепельный, в попытке привести в чувства, пока сам чертил одну руну за другой. Первым эльф призвал шарик света, он постарался вложить в него как можно больше своей сауры и тот засветил так, как будто всего лишь на мгновенье взошло солнце, заставив всех сощуриться. Где-то неподалёку, а если точнее, то позади него, взвизгнула тварь и тут же отступила подальше в темноту. Выиграв им пару минут, Велтруин вернул барьер Долангу. Инстинктивно они прижались к друг другу спина к спине, поставив по центру мальчика.

– Не бросайтесь на неё первыми, ждите моей команды. У меня есть план, – приказал им Велтруин, и вряд ли хоть кто-то бы решился с ним сейчас спорить.

Пока горел свет, каждый из путников пытался выследить это отродье. Стараясь заметить даже малейшее движение теней, ради того, чтобы понять, откуда будет следующая атака. Вот только утратив свою силу, сфера света опустилась у них над головами и теперь едва ли освещала дальше трёх метров. Раздался треск веток под лапами, и в рывке существо кинулось в сторону мага. Тут же вспыхнула руна и раскалённый шар огня рванулся туда, где была Цырна. Но тут монстр, как бы поднырнул под ним и заклинание, пролетев над головой твари, врезалось в стоящее за ней дерево, воспламенив сухую кору. Промахнувшись Велтруин, дал возможность Цырне сократить дистанцию между ними до той, где бы она смогла достать до них острыми когтями.

Быстро среагировав на свои промах, пепельный сотворил новое заклятие, копьё из-за льда пронзило землю, ровно в том месте, в котором находилось чудище, но оно лишь слегка зацепило Цырну. Ещё одно, а за ним следующие и всё мимо цели. Монстр лавировал между ними с невероятной ловкостью, становясь всё ближе и ближе к своей добыче. В самый последний момент, когда сумеречная тварь практически достала до волшебника. Тот укрыл их всех ледяным щитом, в надежде, что план сработает и он подловит монстра, тем самым насадив её на колья. Однако каким-то необъяснимым образом Цырна почувствовала скрытую угрозу и отпрыгнула назад в самый последний момент, а после вскарабкалась на одно из ближайших деревьев. Чары спали и щит растаял, они сделали несколько шагов назад. С правой стороны проскочила тень и внезапно выпрыгнула на них из-за кроны поваленного дерева, снова попытавшись атаковать мага. В этот раз монстр ударил в барьер правой лапой. Эльф отступил, и оттолкнув от себя мальчика, освободил место для контратаки.

– Давайте! – закричал пепельный и тут же монстра пронзил в левый бок меч Доланга, а за ним с хрустом, ломая кости в плечевом суставе, ударил молот Батрата. Тварь истошно взвизгнула, но вместо того, чтобы опять отступить в спасительную темноту, скользящим выпадом загнутого когтя, со свистом разрезала барьер, а вместе с ним и маску пепельного, оставив длинный вертикальный порез на лбу. Велтруин в порыве ярости попытался снести ей голову водяным лезвием, но оступился об проросший из земли корень и вместо этого отрубил одну из конечностей. Брызнула зелёная кровь, Цырна издала такой вопль, от которого у всех чуть не полопались барабанные перепонки и впав бешенство стала размахивать оставшейся лапой. Увернувшись от диагонального удара, кузнец зашёл к ней сбоку и со всей своей силы приложил молотом по морде, сделав ту окончательно плоской. Упав на землю и подняв столп пыли, она в предсмертных конвульсиях забила ногами.

И дабы покончить Цырной раз и навсегда маг пронзил насквозь тело чудища ледяным копьём, а после отрубил той голову. После окончания боя он первым же делом, провёл рукой по своему лицу, ощупывая рану, кровь из которой уже свернулась и перестала идти. Сделав вывод о её небольшой глубине и не смертельности, эльф вместо того, чтобы успокоиться. Стал напряжённо вглядываться под ноги, в поисках своей маски. Лишившись её, он запереживал, не зная, как теперь отреагируют на его происхождение, остальные. Однако из этих раздумий Велтруина окликнул голос кузнеца.

– Вроде все живы, – Батрат тем временем ощупывал себя с ног до головы проверяя цел ли он. Почему-то после всего произошедшего эльфу эти жесты показались забавными и вызвали кроткую улыбку.

– Со мной всё в порядке не стоит переживать – ответил ему пепельный и добавил – Лучше я проверю, как там мальчик. – тот весь, трясясь от пережитого страха, вжался в ствол пушистой ели. Опустившись перед ним на одно колено, маг положил руку ему на плечо, а потом прижал к себе, стараясь унять дрожь, охватившую Ёрта. Правда, долго прибывать в такой позе ему было не суждено, его вырвал голос Доланга.

– Походу эта тварь меня всё-таки достала, – только это он и успел произнести прежде, чем потерял сознание и упал, завалившись набок. Маг и кузнец тут же ринулись к нему.

– Только не засыпай! Слышишь меня, открой глаза, оставайся с нами! – эльф попытался потрясти воина за плечи, но это не возымело никакого эффекта.

– Ну-ка помоги мне, – вместе они перевернули Доланга на спину и сняв с него шлем, приподняли голову. Когда это было сделано, Велтруин заметил, что его ладони оказались все покрыты кровью, кровью Доланга. Он посмотрел в глаза кузнецу и сомнения эльфа развеялись, взгляд у того, был наполнен решимостью и желанием помочь.

Вдвоём они продолжили аккуратно снимать доспехи. Необходимо было срочно найти место ранения и остановить кровотечение. Расстегнув застёжки и ремни на кожаном жилете, а после сняв и кольчугу, оставив того в одной желтоватой матерчатой рубахе. Которая, в свою очередь, уже успела окраситься в алые тона с правого бока. Разорвав рубаху в том месте, где красный цвет больше всего преобладал, они обнаружили глубокий порез сантиметров в восемь, а может, десять в длину из которого сочилась тёмно-бордовая кровь. Воин застонал и приоткрыл глаза.

– Так значит ты пепельный эльф, – фраза донеслась из его рта отрывисто и с хрипотцой, сопровождаясь с каждым сказанным словом, выходом пульсирующей крови из раны.

– Это сейчас не имеет никакого значения, для начала нам нужно спасти тебе жизнь, а разговоры о моей расе мы оставим на потом, – Доланг попытался выдавить из себя смешок, но получилось у него это, откровенно говоря, неважно. В конце концов воин закашлялся и сплюнул окровавленную слюну в сторону.

– Дело дрянь, – констатировал волшебник.

– Ты ведь чародей неужто не можешь просто взять и вылечить его магией? – данный вопрос явно пришёлся не по нраву пепельному и тот озлобленно рявкнул.

– Если бы я только мог это сделать, то так и поступил! Но для нас магов, в отличие от жрецов, чудо исцеления не доступно, – тон Велтруина поутих и дальше он уже говорил с полным холоднокровием. – Надо срочно найти хоть, что-то, чем можно его перевязать. – правда, их короткие поиски ни к чему не привели, ни бинтов никакой другой чистой ткани у них с собой не оказалось. Поэтому пришлось пойти на более отчаянный шаг.

– Батрат найди какую ни будь крепкую веточку и вложи ему меж зубов, – тот поначалу не понял смысла просьбы, но потом всё же смекнул, чего от него хотел эльф и сделал, как он просил.

– А теперь держи Доланга как можно крепче, – тем временем Велтруин призвал водяное лезвие и ослабив течение сауры через браслеты, сделал его бесформенным, настолько, что-то потоком хлынуло на рану стражника, тем самым промыв её. От боли воин всхлипнул и вцепился в ветку зубами, вот только на самом деле она была пустяковой по сравнению с той, которая ждала его впереди. Промыв порез от грязи и земли, Велтруин приступил к следующему этапу. Взяв клинок воина в левую руку, он с помощью руны заставил появиться пламя. Становилось теплее, Доланг чувствовал это. Поначалу ощущение казалось разрозненным, но с каждой секундой оно всё интенсивнее собиралось в одну точку. Жарче и жарче, пока не стало обжигающим словно он рукой коснулся до раскалённых углей. У него потекли слёзы, хотелось кричать и бить ногами, а в воздухе появились тонкие нотки запечённой плоти и в один момент, достигнув своего болевого порога, Доланг просто отключился.

– Вроде закончил. Как он? – пепельный рассеял заклятие и отвёл от обожжённой раны руки. Батрат облегчённо выдохнул и вытер тыльной стороной ладони холодный липкий пот со лба.

– Отключился, но жив, – коротко прокомментировал состояние своего товарища, кузнец.

– К сожалению, в этом мы не можем наверняка быть уверены, – пепельный поймав на себе непонимающий взгляд, поспешил разъяснить туманный смысл своих слов – У него могут оказаться повреждены внутреннее органы, и если это так-то этими действиями мы лишь отсрочили неизбежное. – он поднялся и осмотрел всё случившиеся, стараясь смириться с этим.

– Поэтому, как только вернёмся в деревню, поспеши найти ему хорошего жреца. Дабы до конца залечить его рану, – в ответ Батрат дал клятву себе и эльфу, что именно так и поступит, как только они очутятся дома.

Теперь, когда мальчик оказался спасён, настала пора возвращаться. Батрат решил взять на себя переноску раненого стража и маленького Ёрта, посадив того на спину. Доланга он взял на руки и зашагал прочь из леса. Пепельный же немного задержался перед тем, как последовать за ним, поднявшись с колен, он поспешил забрать половинки своей маски и голову твари, в доказательство невиновности Фуарина. К их выходу из чащи небо уже взорвалось всеми красками рассветами и яркий диск, не спеша, поднимался над горизонтом. Вдали раздался крик петухов, возвещающий о начале нового дня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Хромалит – прозрачный драгоценный камень. Добытый из глубин гномьих шахт, на востоке рыжих гор.

Вернуться

2

Таринговое дерево – карликовое фруктовое древо, прорастающею в основном на юге королевства Мирта. Плоды оранжево-красные и имеют вытянутую каплевидную форму, на вкус кисло-сладкие. Этот фрукт славиться своими полезными свойствами для организма и частенько бывает на столах высшей знати.

Вернуться

3

Лунное золото – драгоценный металл, полученный гномами из упавшей много столетий назад звёзды. Выплавив из неё жезл, они подарили его в знак мира между двумя расами королю людей Измиру Первому, после великой победы над Иштсу.

Вернуться

4

Урфий – один из богов высшего пантеона. И он же самый младший из братьев отвечающий за сон и сновидения. По преданиям дыша любого живого существа погружаясь в его объятия, переходила в пограничное состояние, нечто среднее между жизнью и смертью.

Вернуться

5

Нердами – называли юных участников битв на арене. Тех, кто только собирались выйти на золотой песок и окропить его кровью врага.

Вернуться

6

Капля Антранта – Разработанный в стародавние времена эльфийским магом Антрантилом специальный сосуд для определения у юных учеников магических способностей и склонностей к стихиям.

Вернуться

7

Харт – средний брат, главной троицы богов высшего пантеона. Взявший на себя ответственность за управление царством мёртвых. Согласно учениям жрецов священного огня, души всех умерших предстают перед огромными обсидиановыми вратами истины. На которых изображался жизненный путь представшего, и в зависимости от деяний, того либо ждало царство Харта, либо бездонная бездна, в которой душа была обречённа не бесконечное падение и переживание одних и тех же худших моментов её жизни.

Вернуться

8

Сыртч – едва заметный глазу жучок, кровопийца. И этим доставляет множество неудобства всем созданиям, у которых течёт кровь по венам. Обитает в основном сене и в деревенских трактирах

Вернуться

9

Мантеж – игра, распространённая среди всех слоёв населения королевства Мирты. Правила, которой довольно просты, имеется поле, расчерченное на одинаковое количество квадратов. У каждого игрока в наличие по семь камней единого цвета. Задача одного провести три камня на противоположную сторону поля, а его противника не позволить ему это сделать.

Вернуться

10

Илуина – богиня-мать, защитница и покровительница всего живого. Именно она подарила герою Ёрнату приносящему свет, священный огонь тем самым, избавив людей от мрака. Согласно, учениям церкви является, старшей сестрой двух братьев Харта и Урфия.

Вернуться

11

Цырна – весьма редкое чудовище и при этом всем очень хитрое и коварное. Обитает в глубоких пещерах и охотиться только в сумерках, днём предпочитает отсыпаться. Питается внутренними органами, остальное оставляет не съеденным. О внешнем виде можно сделать вывод только благодаря рассказам не многих выживших, которые чудом спаслись из её цепких лап. Она походила на огромную лысую летучую мышь. Конечности длинные, вытянутые на конце которых расположились острые когти, в её клыках скрывался сонный яд, что позволял усыплять добычу и без сопротивления оттаскивать в своё логово.

Вернуться